Текст книги "Я – ведьма"

Дверь скрипнула, и в дом вошли еще люди.

– Где она? – услышала я сиплый глухой голос. Я узнала его. Это был Джон, муж Катрины.

– Здесь.– Откликнулись мои похитители. И кто-то из них пнул меня ногой под ребра.

Я не удержалась и застонала.

– О, очнулась. Что с ней делать будем?

– Я предлагаю решить это дело побыстрее. – Снова с опаской проговорил тот, кто по-прежнему боялся моего колдовства.

– Да, тянуть незачем. – Отозвался Джон. – А что, Бретт не захотел прийти?

– Нет, он говорит, что она не виновата в смерти его ребенка. Она, мол, наоборот, спасла его жену и второго младенца.

– Дело его. А вот мою жену и дочь она убила, тварь.

Меня снова ударили ногой, и я сжалась в комочек. Я должна срочно что-то сделать, иначе они меня убьют. Но сделать в этой ситуации я могла только одно – позвать Ника. С этим сразу же возникало несколько проблем: во-первых, чтобы позвать его, мне нужно максимально расслабиться и сосредоточиться, что в моих обстоятельствах было весьма затруднительно. Во-вторых, я совсем не была уверена, что он откликнется на мой призыв, захочет откликнуться. Ну, а в -третьих, это было бессмысленно по той причине, что Ник просто не успеет прибыть сюда вовремя. Сколько времени пройдет, пока он поймет, что нужен мне, а потом поразмышляет зачем и почему я зову его? И потом, если и решит прийти, то он все равно не сможет добраться сюда за несколько минут. Кажется, у меня не было даже их. У меня вообще не было времени. Меня грубо поставили на ноги и выволокли на улицу.

– Привяжите ее к дереву. – Приказал Джон.– И несите хворост, вон за домом его полно.

Меня толкнули, но ноги мои были связаны, поэтому идти я не смогла. Тогда кто-то схватил меня за руки и потащил по земле. Запястья пронзила острая боль, я чувствовала, как впившиеся веревки сдирают с них кожу. Меня подняли. Поставили спиной к чему-то твердому. Дерево? И привязали веревками за талию. На меня накатила волна животного ужаса, я закричала сквозь кляп и задергалась. Я почувствовала, как к моим ногам что-то бросали, наверное, ветки. С огромным трудом я взяла себя в руки, отбросила на пару мгновений все мысли чувства и позвала Николаса. Да, он не успеет спасти меня, но это единственное, что мне оставалось. Дальше я перестала осознавать происходящее. Нет, я не потеряла сознание, но на меня обрушилась паника и всепоглощающий страх. Даже сквозь мешок я почувствовала запах дыма. Едва он достиг моего носа, как я начала задыхаться. Кажется, я умру раньше, чем начну гореть. И это будет благословением.

Из-за шума в ушах я не услышала криков на поляне, не поняла, что кто-то раскидывает горящие ветки от моих ног. Мой мозг включился только тогда, когда мои руки вдруг стали свободны, а с головы и глаз сорвали повязку. Почувствовав, что больше не связана, но не понимая, как и почему это произошло, я инстинктивно выбросила вперед руку и буквально выдохнула заклинание. Слезящимися глазами я успела увидеть, как человек, стоявший передо мной, отлетел на несколько метров и с криком упал. Я дико озиралась по сторонам, готовая защищаться дальше.

– Ада! – кричал кто-то рядом со мной, но я плохо понимала где. – Ада! Успокойся! Это я – Ник.

Имя проникло в мое сознание, и я повернулась на голос. Ник действительно стоял передо мной, а вокруг было еще человек шесть или семь его людей, они уже скрутили моих обидчиков. Я дико озиралась по сторонам, мною все еще владел страх.

– Ада, – снова позвал меня Ник, и я взглянула на него уже более осознанно. Он осторожно приближался ко мне.

– Ада, все в порядке. – Мягко говорил мне он. – Ты в безопасности. Все хорошо.

Наконец он подошел ко мне почти вплотную и осмелился положить мне руку на плечо. Ярость и страх все еще бурлили в моей крови, и первым побуждением было скинуть эту руку с себя, но я уже достаточно пришла в себя, чтобы контролировать свои действия.

– Все хорошо. – Повторил Ник.

Я видела его встревоженные глаза, и вдруг на меня нахлынуло чувство огромного облегчения.

– Ты пришел. – Прошептала я.

– Пришел. – Кивнул Николас, поглаживая мое плечо. Он дернулся ко мне, желая обнять, а я, потеряв разом все силы, упала ему на руки.

Я была очень близка к тому, чтобы все-таки потерять сознание. Ник подхватил меня на руки и понес в дом. Краем глаз я заметила, что его люди связали тех, кто только что чуть не сжег меня живьем. Четверо мужчин – значит, их было четверо? – сидели на земле под охраной.

Войдя в дом, Ник посадил меня на стул, а сам опустился на пол передо мной.

– Как ты? – ласково спросил он и взял мои руки в свои.

И тут же вскрикнул, увидев, в каком они состоянии. Ко мне только возвращались все мои чувства и ощущения, и я вдруг почувствовала вернувшуюся боль в истертых запястьях. По ним струилась кровь, пальцы все еще были синие и онемевшие.

Ник схватил льняное полотенце, лежавшее на столе, и очень осторожно обернул им мои руки.

– Ничего. – Сказала я. – Ничего. Все пройдет.

Кажется, я уговаривала сама себя. Я сидела на стуле и чуть раскачивалась взад-вперед. Ник поднялся, чтобы поискать воды. Обнаружил ее в ведре под окном и, зачерпнув кружкой, дал мне напиться. Я пила жадно, большую часть проливая себе на платье.

– Надо перевязать тебе запястья. – Тихо сказал Ник. – Скажи, где мне взять мазь и бинты. Я помогу тебе.

– Ты уже помог. – Я чуть успокоилась. – Как ты узнал? Как успел? Я позвала тебя, но ты бы не смог так быстро…

Я не договорила, Ник встал и подошел к окну, выглянул в него, а потом снова вернулся ко мне.

– Подожди минутку, хорошо? – попросил он. – Я только дам распоряжение своим людям и вернусь.

Я кивнула. Он вышел, и я услышала во дворе его голос, раздающий приказы:

– Отправляйтесь в замок. Заприте их. Я допрошу их, когда вернусь.

Он говорил, что-то еще, но я уже не прислушивалась. За окном быстро темнело, сгущались сумерки. Через несколько часов мне надо провести ритуал.

Ник вернулся через пару минут и вновь сел передо мной. Он ласково мне улыбался, а во мне билась упоительная мысль: «Он пришел! Он меня спас».

– Так как же ты успел? – снова задала я ему вопрос.

– Ко мне примчался Бретт, он встретил нас на полпути и сказал, что эти полоумные отправились тебя убивать. – Начал объяснять Ник. И добавил:

– Не волнуйся, они больше не тронут тебя. Я объявлю всем, что беру тебя под свою защиту. А этих подонков будут судить и…

– Подожди, – прервала я его, – он встретил вас на полпути? На полпути куда? Ко мне?

Я пыталась воссоздать всю картину, но у меня не получалось.

Ник поднялся и, чуть нахмурившись, отошел от меня.

– Да, мы направлялись сюда. Потом, уже после того как Бретт все нам рассказал, я увидел твой образ. Всего на какое-то мгновение ты появилась и сразу исчезла.

– Я рада, что ты успел. – Произнесла я, и вдруг почувствовала, что во мне назревает что-то неприятное.

– Но скажи мне, – снова попыталась я выяснить, – зачем ты шел ко мне со своими людьми?

Ник бросил на меня взгляд, который я расценила как виновато-злой, и отвел глаза.

– Мне нужно было поговорить с тобой. —Наконец сказал он.

– И для этого разговора ты взял с собой вооруженный отряд? – мой голос сорвался в конце. – Зачем?

Быстрая догадка блеснула в голове, и мне было все равно, верная она ли нет.

– О, видимо, ты сам хотел сделать то, от чего спас меня. – Я вскочила на ноги, игнорируя боль. – Ты тоже хотел обвинить меня…

– Нет! – Ник закричал, пытаясь меня остановить.

Мы стояли друг напротив друга, я злая и готовая растереть все и всех в порошок. Он – защищаясь, но тоже злой. Или отчаявшийся – вдруг пришла мне в голову мысль, хотя я пока ничем не могла подтвердить свое ощущение.

– Я шел просить о помощи, – снова попытался объяснить Ник, – но, учитывая, как мы с тобой расстались, я не был уверен, что ты согласишься меня выслушать.

Ник принялся вышагивать по моей маленькой комнате.

– И поэтому, – звенящим от напряжения голосом продолжила я за него, – на всякий случай решил взять побольше людей, чтобы меня заставить.

Его плечи опустились, он остановился и закрыл глаза.

– Да, – покорно признался он. – Все именно так.

Я вдруг заметила, какой он бледный и уставший, словно постаревший.

– Это были бы крайние меры. – Почти неслышно закончил Ник и отвернулся от меня.

Я не была настроена милосердно.

– И что бы ты сделал, если бы я не согласилась тебе помочь? – прозвучал мой жесткий вопрос.

Ник, не поворачиваясь, опустил руку в карман и, вытащив что-то, бросил это что-то на стол. Серебряная змейка, сверкнув в свете свечей, прокатилась по деревянной столешнице и, не удержавшись, упала вниз.

Я вздрогнула:

– Понятно.

Я действительно поняла его замысел. Если бы моим ответом было – нет, он бы хитростью или обманом, или может быть силой, нацепил бы на меня этот проклятый браслет и заставил меня подчиниться.

– Ада, я действительно этого не хотел. – Ник стремительно развернулся и хотел подойти ко мне, но его остановил мой взгляд.

Я видела вину и отчаяние в его глазах, но сегодня пострадавшей стороной все же была я, поэтому я не стала поддаваться своему желанию понять его.

– Ну что ж, – начала я сухо и холодно. – Я у тебя в долгу. В чем же ты хотел, чтобы я тебе помогла? Я выполню твою просьбу, если это в моих силах.

– Ты не больше у меня в долгу, чем я у тебя. – Ник старался поймать мой взгляд, когда ему это удалось, я увидела, что глаза у него потемнели от переживаний.

– Ада, – позвал он меня, – прости, но мне очень нужна помощь.

Я кивнула с непроницаемым лицом.

– Говори же.

Ник сел за стол и сильно потер лицо руками.

– Мой лучший друг умирает. Его ранили во время тренировочного боя. Рана была пустяковая, но началось заражение крови. Он умирает. Вчера, когда я вернулся от тебя, мне привезли письмо от его матери. Она просит, чтобы я приехал… попрощаться.

Голос Ника дрогнул, взгляд застыл. Я чувствовала его горе и страшную печаль. «Что ж, – подумала я отстраненно, все еще пристально глядя на него —возможно, это могло бы служить оправданием». Подумала и тут же рассердилась на себя за готовность уступить и все простить. Я уже была с людьми слишком добра, сегодня это чуть не закончилось костром для меня.

– И ты хочешь, чтобы я вылечила твоего друга? – спросила я.

Ник кивнул и с надеждой посмотрел на меня.

– Но я не всемогуща, я уже говорила тебе. Что, если я не смогу?

Николас понял, что я хотела на самом деле спросить у него и ответил:

– Я не буду винить тебя за это. И обеспечу твое безопасное проживание на моей земле.

С минуту я вглядывалась в его напряженное лицо, а потом кивнула:

– Хорошо, я постараюсь тебе помочь.

Его лицо озарилось радостью. Он хотел подойти ко мне, но я предупреждающе подняла руку. Не стоило сейчас прикасаться ко мне.

– Я приду к тебе на рассвете. Будь готов отправиться в путь.

Ник слегка растерялся:

– Почему на рассвете? Почему бы тебе не отправиться со мной в замок сейчас? Тебе самой тоже нужна помощь. Мы бы переночевали в замке и утром отправились бы в дорогу.

Я резко отрицательно качнула головой.

– Нет, мне надо закончить кое-какие дела.

– Но сейчас почти ночь, – не сдавался Ник. – Какие у тебя могут быть дела ночью? Я оставлю распоряжение на счет твоих животных и дома, за ними присмотрят. Собери только вещи.

– Сегодня ночью покажется молодая луна. Мне необходимо провести важный ритуал. – Я снизошла до объяснения. – Это даст мне силу.

Ник все еще не был готов оставить меня.

– Тогда я подожду тебя здесь.

У меня вырвался нервный истерический смех. Боже, только этого не хватало! Если Николас Брайди увидит меня во время ритуала с телом и волосами, объятыми пламенем, или совершенно в диком виде, вернувшуюся после, боюсь, он закончит то, что так неудачно начали сегодня эти деревенские идиоты. Да он просто вгонит мне осиновый кол в сердце!

Николас по-прежнему не отрывал от меня тревожного взгляда.

– Ты не в порядке. – Заключил он.

– Да, – согласилась я. – Но я буду в порядке. Тебе нельзя со мной оставаться. Это исключено.

Он все еще не решался согласиться со мной. Я поняла, что его волнует.

– Я не сбегу, Ник. Я даю тебе слово.

На его языке вертелись слова, которые он не смел сейчас высказать, чтобы не спровоцировать мой и так еще не остывший гнев.

– Я знаю, что ты не можешь полностью поверить мне. – Сказала я за него. – Но я дам тебе гарантии.

– Гарантии? – удивился он, вскидывая темные брови.

– Дай мне свой нож. – Попросила я, протягивая руку.

Он медлил, не зная, чего от меня ждать, и я в раздражении закатила глаза:

– Дай же! Я ничего не сделаю ни тебе, ни себе.

Он хмыкнул в сомнении, но нож протянул.

Взяв оружие за рукоятку, на конце которой сиял синий камень, я аккуратно срезала у себя небольшую прядь волос. Под заинтересованным взглядом лорда Брайди я скрутила прядь в жгут.

– Теперь дай мне руку.

Ник протянул ее без промедления.

– Мои волосы обладают магической силой. Они способны связать меня с каким-то человеком или притянуть его ко мне. – Объясняла я, обматывая кисть его правой руки темной блестящей прядью. Когда я закончила, то посмотрела на него.

– Чувствуешь меня? – спросила я его.

Он потрясенно кивнул:

– Да, словно это нить между нами.

– Вот именно. И пока моя прядь с тобой я никуда не денусь. Я не смогу сбежать или обмануть тебя. Можешь проверить.

– Как? – заинтересованно спросил Ник и добавил примирительно: – Просто любопытно.

– Я не хотела зла твоей сестре. Я присматривала за ней, когда догадалась, что это Алисия давала ей снотворное. – Произнесла я и посмотрела на Ника в упор. – Что ты чувствуешь?

– Тепло. – Сказал он. —Доверие.

– Я сбегу от тебя при первой же возможности. – Мои слова прозвучали холодно и зло.

Ник охнул:

– Теперь холод, и как будто нить натянулась.

– Долго объяснять, как точно это работает, главное, ты понял. Теперь ты отпустишь меня?

– Да, – сказал Ник. – Отпущу.

Мы расстались на пороге моего дома. Нельзя сказать, что помирившиеся, скорее смирившиеся. Забытая змейка осталась валяться под столом.

На рассвете я покинула свой дом. Так как я и так собиралась уезжать, то у меня практически все было готово. Ник обещал, что моих животных заберут родители Лиззи, он даст распоряжение. Меня беспокоило только, что я не смогла найти Лолу. Вчера во время всего этого безумия она спряталась куда-то или убежала. В доме кошки точно не было. Я искала и звала ее, но она не вернулась. Надеюсь, что Лиззи найдет ее и заберет вместе с козами и курами.

Я заперла дверь и наложила магический затвор. Теперь никто кроме меня не смог бы попасть в дом. Не то, чтобы я думала, что кто-то рискнет обворовать меня, но все же так я чувствовала себя спокойнее. И дому тоже будет спокойнее. Дом – это живое существо, у него свой дух, своя тесная связь с хозяином. Он может успокаивать и лечить, охранять и жалеть. Если хозяева любят свой дом, содержат его в порядке и чистоте, то он будет им верным другом и надежным убежищем.

Еще не успел рассеяться утренний туман, как я была у стен замка. Пересекла подъемный мост через старый, практически заросший ров и прошла в ворота. Охрана впустила меня беспрепятственно, почти не обратив внимание. В замок в течение дня постоянно приходили люди из деревень для торговли, обмена, судебных и других дел. Двор замка был вымощен камнем, он использовался и как торговая площадь, и как плац для тренировки бойцов, и как место, где проводились праздники. По краям двора стояли конюшни, сараи, кухня для слуг. Я никогда здесь не была и отметила, что внешне все содержится в образцовом порядке. Сам замок величественный и потемневший от времени, сверкал разноцветными окнами на башенках и мог похвастаться красивой широкой лестницей, ведущей к главному входу.

Несмотря на очень ранний час, меня уже ждали. Во дворе стояли оседланные лошади, возле одной из них находился и Ник. Видимо, он, как и я, совсем не спал ночью. Его лицо было хмурым и усталым. Но в то же время в нем чувствовалось нетерпение, ему очень хотелось отправиться в путь как можно быстрее. Ник заметил меня, и на его лице проскользнуло облегчение. Очевидно, он все-таки не был до конца уверен, что я приду. Я заметила, что его правое запястье перевязано, так он спрятал от посторонних глаз мою прядь. Ожидая пока я подойду, он рассеянно потер повязку. Я улыбнулась, он ощущал нашу связь. Так же, как и я. Но только вчера ночью я не сказала ему, что в отличие от него, я могу этой связью управлять. И даже разорвать ее, если это мне будет нужно.

– Ты пришла. – Сказал Ник, когда я подошла к нему.

Я просто кивнула.

– Как ты? – задал он вопрос, его глаза беспокойно осмотрели меня с головы до ног, от кончиков кожаных крепких, но удобных башмаков, до капюшона коричневого плаща, и остановились на моем лице.

– Все хорошо. – Ответила я. – Я готова ехать.

– Ты умеешь ездить верхом? Я думаю, что тебе лучше поехать со мной, мой конь легко выдержит нас обоих.

– Я умею ездить верхом. – Заверила его я. – Тем более, что животные меня прекрасно слушаются.

Ник был не в настроении спорить.

– Хорошо, тогда выезжаем.

Он подвел меня к небольшой серой кобылке, при виде меня лошадь вытянула голову и ощупала мою протянутую руку губами.

– О, прости, дорогая, у меня нет для тебя ничего. – Я ласково погладила ее по шее. – Может быть, позже найду что-нибудь.

Ник помог мне сесть в седло и вручил поводья. При этом его взгляд задержался на моих руках, и его глаза удивленно расширились. Мои запястья, так ужасно израненные вчера, сейчас были абсолютно гладкими и здоровыми.

Ник никак не стал это комментировать, лишь пробормотал себе под нос что-то похожее на «все эти ведьмины штучки».

Наш небольшой отряд состоял из пяти человек, включая меня и Ника. Я поняла, что трое вооруженных короткими мечами и пистолетами мужчин были воинами замкового отряда. Сам Николас также был вооружен, под плащом я заметила меч.

Никто не вышел нас провожать или пожелать счастливого пути, и мы покинули замок Брайди, устремившись по дороге через поля. Ник велел мне ехать сразу за ним. Один из воинов ехал чуть впереди, а двое остальных замыкали наш небольшой отряд.

Мы не останавливались почти до самого вечера. Ник сделал привал лишь для того, чтобы напоить лошадей возле небольшой речушки и слегка перекусить. Сойдя с лошади, я немного прошлась, чтобы размять ноги. К ночи у меня будет болеть все тело. Пешком я много ходила, а езда верхом не входила в мой обычный способ передвижения. Я отвела свою лошадь к реке, Ник тоже поил своего черного жеребца.

– Сколько дней нам ехать? – спросила я.

– Три, – ответил Ник, – если поторопимся.

Я в сомнении покачала головой.

– Ник, ты понимаешь, что мы можем не успеть? Заражение крови убивает быстро.

Ник сжал губы, но кивнул:

– Да, я понимаю.

Я тронула его за плечо:

– Мы можем попробовать поддержать его силы.

Ник резко взглянул на меня:

– Сейчас?

Я кивнула:

– Да. Это не вылечит его, но поможет дождаться нашего приезда.

Ник счастливо улыбнулся:

– Это уже что-то. – Воскликнул он. – Так давай же! Что надо делать?

– Вечером, когда остановимся для ночевки. – Я хорошо понимала его нетерпение.

– Хорошо. – Согласился Ник и прищурился, глядя на солнце, уже клонившееся к западу. – Мы остановимся на короткий привал часа через два, а потом проедем еще пока не начнет темнеть.

– Вот тогда все и сделаем. – Я была рада, что Ник оживился, и с его лица исчезло хмурое выражение.

– А вдруг будет уже поздно? – все же засомневался он. – Если счет идет на часы…

Я прервала его, подойдя ближе и положив ладонь ему на лоб. Он замер, а я закрыла глаза и сосредоточилась.

– Он жив. – Я удовлетворенно вздохнула.

Ник пораженно смотрел на меня:

– Как ты смогла это понять?

– Я чувствую его через тебя. – Я пожала плечами. – Ты сам сказал, что он твой лучший друг, к тому же я вижу твое беспокойство за него. Между вами есть связь. Вот через нее я и попробую помочь ему.

– А лечить его так ты не можешь? – с надеждой спросил Ник.

Я с сожалением покачала головой:

– Нет, для лечения нужен он сам.

Я очень не хотела вновь расстраивать его, но все же не могла не сказать:

– Ник, только не думай, что я все могу. Я не всемогуща, я сделаю все, что сумею, но я не знаю, получится ли у меня вылечить его.

Лицо Николаса вновь помрачнело. Мы стояли на берегу, легкий ветерок обдувал наши лица, кругом было спокойно. Больше всего хотелось сейчас растянуться на этом берегу и понежиться на солнышке. Но, к сожалению, эта роскошь была нам недоступна.

Ник некоторое время молчал, отвернувшись от меня, но потом расправил плечи и с грустной улыбкой взглянул мне в лицо.

– Я понимаю, Ада, – начал он. – Но если ты не сможешь, то никто не сможет. Не волнуйся, – добавил он и, протянув руку, легко погладил меня по щеке. – Я не буду винить тебя, если ничего не получится. Просто ты – моя единственная надежда.

Вечером мы расположились на ночлег в удобном месте между поросшей травой скалой и мелким ручьем. Совсем недавно прошел небольшой дождь, и трава была влажной. Мужчины быстро насобирали веток для костра, но разжечь его никак не получалось. Они ругались вполголоса, тщетно стараясь высечь искру из отсыревшего трута. Я недолго наблюдала за их мучениями, потом подошла к куче сырых веток. Я заметила, что Николас сделал знак своим людям отойти, а сам остался. Он смотрел на меня с любопытством. Я не стала скрывать то, что собиралась делать. Улыбнувшись, я взяла в руки маленькую веточку и поднесла к губам. Шепнула нужные слова и раскрыла ладонь. У Ника отвисла челюсть от моего маленького чуда – прямо в моей ладони вместо веточки горел ласковый яркий огонек. Насладившись полученным эффектом, я наклонилась и опустила огонек в кучу хвороста. Тот почти сразу вспыхнул. Ветки затрещали, в небо взвился дымок.

Ник подошел ко мне и взял за руку. Он рассматривал мою ладонь, на которой, естественно, не было абсолютно никаких следов.

– Не устаю удивляться. – Сказал он улыбаясь. – Ты настоящая волшебница.

Я легко рассмеялась:

– На самом деле ничего особенного. Просто небольшой фокус. Мне хотелось немного поднять тебе настроение.

Николас посмотрел на меня, его ласковый взгляд согревал. Он вдруг поднес мою руку к губам и поцеловал.

– Ты очень великодушна, Ада. – Сказал он серьезно.

Я удивленно подняла брови:

– Великодушна? Почему же?

Ник опустил глаза на мою руку, которую все еще держал в своей.

– Я обидел тебя, а ты все равно решила помочь. Даже стараешься меня развеселить.

Я молчала. А Ник продолжал:

– Я понимаю, что тебе ничего бы не стоило мне отказать. И никакие пряди волос не удержали бы тебя, если бы ты этого не захотела. Так ведь?

Я кивнула, соглашаясь.

– Но ты все же пришла. – Ник помолчал, слегка хмурясь, а потом бросил на меня виноватый взгляд:

– Ада, я бы этого не сделал.

– Чего не сделал?

– Не воспользовался бы тем чертовым браслетом.

Мы стояли близко к костру, и я почувствовала, что мне становится жарко. Я отступила на шаг назад, но Ник не выпустил мою руку и шагнул вслед за мной.

– Я взял его с собой просто, чтобы он придал мне смелости. С ним я вроде бы имел какое-то влияние на тебя. Мне хотелось так думать. Мы ведь поссорились, и я совсем не был уверен, что ты согласишься на мою просьбу.

– А твои люди? – мягко спросила я.

Николас пожал плечами:

– Они вовсе были не для того, чтобы захватить тебя силой. Если бы ты не согласилась, я бы отправился в путь без тебя. Сразу от твоего домика.

Я и не заметила, что сдерживаю дыхание. Теперь мне захотелось глубоко вздохнуть, что я и сделала.

Ник тоже вздохнул.

– Ада, ты веришь мне? – спросил он.

Я подняла на него взгляд.

– А ты веришь мне, что я не хотела зла твоей сестре? – ответила я вопросом на вопрос и торопливо добавила, видя, что он уже собирается мне ответить: – Хотя я признаю, что должна была рассказать тебе об Алисии.

Ник улыбнулся:

– Да, я верю тебе.

Я почувствовала легкость.

– Я тоже верю тебе.

Ник все еще держал меня за руку, он притянул меня к себе и поцеловал, а я почувствовала себя счастливой от мысли о том, что больше ничего не стояло между нами.

Немного позже, когда, поужинав, все стали располагаться на ночлег, я отвела Николаса в сторону. Мы обошли скалу и устроились на небольшом выступе. Я усадила Ника на него. Было довольно темно, а я не стала брать с собой огонь. Света молодой луны было вполне достаточно для того, что я собиралась делать.

– Расслабься и закрой глаза. – Велела я Нику. – Откинься и обопрись спиной на меня.

Я встала за ним и положила руки ему на плечи.

– Теперь представь своего друга так, как будто он стоит перед тобой.

Ник вздохнул, я чувствовала, как он расслабляется.

– Представь его здоровым, таким, каким ты видел его, например, в последний раз. Ты должен увидеть его во всех подробностях – лицо, фигуру, голос, даже запах.

– Что дальше? – через некоторое время спросил меня Ник.

– Ты согласен поделиться с Питером частью твоей силы?

– Конечно.

– Тогда представь, что держишь на ладони светящийся золотой шар. Он теплый и яркий. Видишь его?

Ник утвердительно промычал.

– Отдай его Питеру. Протяни руку и отдай.

Через минуту Николас опустил голову.

– Ада, ничего не получается. Он не берет его. Я не могу представить этого. Я вижу лишь, что он улыбается и отходит назад.

Я сжала руками его плечи.

– Мне очень жаль, Ник. – Тихо произнесла я. – Мне очень жаль.

Николас резко повернулся.

– Что это значит? – спросил он хриплым голосом. В темноте я почти не видела его лица, лишь блеск глаз и смутные очертания фигуры.

– Это значит, что, возможно, ему уже нельзя помочь. – Я старалась говорить как можно мягче, но Ник вскочил.

– Нет. Этого не может быть. Давай попробуем еще раз.

– Ник, не надо. Это бесполезно.

Он взорвался:

– Не говори так. Он не может умереть.

Ник кричал, и я услышала, что тихие разговоры у костра стихли.

– Тише, – сказала я ему и потянула за руку, вновь усаживая на выступ скалы. Я села рядом с ним.

– Ник, я предупреждала. Я не могу обещать тебе, что все обязательно получится.

Я почувствовала, что Ник закрыл глаза руками. Я слегка помедлила, но все нерешительно обняла его за плечи.

– Расскажи мне о нем. – Попросила я.

Ник выпрямился.

– Для меня он не просто друг. Он мой побратим.

– Побратим? Как это?

Николас откинулся на скалу и принялся рассказывать:

– Когда мы встретились, ему едва стукнуло восемнадцать. Мне было двадцать два. Мы как-то сразу подружились. Мы оба входили в королевский разведывательный отряд. Я служил там уже два года, а Питер только начал свою службу. Я стал его наставником. Он умный и обаятельный, с отличным чувством юмора. У нас было много приключений. – Ник коротко рассмеялся, вспоминая что-то, потом надолго замолчал.

– Видимо, он замечательный. – Произнесла я.

– Да. – Ник словно очнулся и заговорил снова. – Мы не раз спасали жизнь друг друга. Знаешь, среди воинов есть такой обычай. Напарники признают друг друга братьями. Клянутся всегда приходить на помощь.

– И вы так сделали?

Ник кивнул с жал мою руку.

– Да, сделали. Мы стали не просто друзьями, а братьями. Мы в ответе друг за друга, поэтому я просто не могу допустить, чтобы он умер.

Он встал, и я поднялась следом.

– Ада, я готов на все что угодно, чтобы спасти его. – Произнес он решительно. – Пожалуйста, придумай что-нибудь. Неужели нет никакого способа? Подумай, пожалуйста, помоги мне спасти его. Любой ценой.

– Любой ценой, – проворчала я себе под нос, укладываясь на ночлег у костра. Я лежала, глядя на огонь, и размышляла. Ну и что я теперь должна делать? Продать его душу дьяволу в обмен на жизнь Питера? Ник наверняка согласился бы на такой обмен, не сомневаюсь. Ладно, когда прибудем на место, посмотрим, что можно сделать. Если молодой человек уже слишком плох, Нику придется смириться.

Могла ли я помочь? Действительно помочь, не взирая на цену? Возможно. Но если Ник был готов уплатить эту цену, то я определенно нет. Я не буду жертвовать его жизнью ради его друга. Как бы он не просил.

Постепенно теплое мерцание огня убаюкало меня, и я заснула.

Мы прибыли на место в феноменально короткие сроки – ночью второго дня. Мы гнали лошадей практически без остановки и едва не угробили их. Я сама тоже была без сил. Мы стремительно ворвались в замок Гордон. Нас ждали, потому что во время последнего весьма кратковременного привала Ник послал одного из наших сопровождающих вперед. Я не смогла сойти с лошади самостоятельно. Ник кинул на меня обеспокоенный взгляд, но не задержался, а бросился внутрь. Во дворе горели факелы, но у меня не было сил осматриваться. Я могла лишь заметить, что замок довольно большой. Мне помогли спуститься с лошади, и ноги у меня подогнулись. Слуге пришлось поддержать меня и ввести внутрь просторного холла. Там я увидела Ника, который разговаривал с пожилой дамой в просторном халате и с растрепанными волосами. Когда я вошла, Ник обернулся и виновато вспыхнул.

– Да, леди Джоанна, простите меня, я совсем забыл представить вам мою кузину леди Адель.

Ник протянул мне руку, и я, потерявшая дар речи, безропотно подала ему свою.

«Леди Адель, значит. Кузина». Я покачнулась, и Ник крепче схватил меня под руку.

– Адель, это леди Джоанна, мать моего дорогого друга Питера Гордона.

– Очень приятно, леди Джоанна. – Пролепетала я.

– Ох, милая, и мне. Но вы же совсем без сил. – Пожилая леди всплеснула руками. – Николас, ты замучил бедную девочку. Разве так можно? Ее нужно немедленно уложить в постель.

Ник слегка сжал мой локоть.

– Да, конечно, непременно. Но сначала позвольте нам навестить Питера.

Лицо пожилой леди слегка вытянулось, она переводила взгляд с меня на Ника. И тот поспешил объяснить:

– Я не зря привез с собой Адель. Она славится умением лечить. Может быть, она сможет помочь Питу.

– Да, да, конечно, – закивала леди Джоанна. – Пройдемте, мои дорогие, я проведу вас к нему. Мой бедный мальчик так плох.

Ее голос сорвался, она всхлипнула и с трудом взяла себя в руки.

– Сегодня он уже не приходит в себя.

Она пошла впереди, мы двинулись следом.

– Адель? – спросила я еле слышно у идущего рядом Ника. – Кузина?

– Почему бы и нет. – Также тихо ответил мне Ник. – Адель – это ведь твое полное имя?

– Ну, предположим. – Согласилась я и добавила: – Но оно мне не нравится.

Времени спорить больше не было, мы поднялись по широкой лестнице, и, пройдя по коридору, подошли к одной из дверей. Леди Джоанна тихо открыла дверь, и мы вошли. Комната была довольно просторной, обставленной хорошей, добротной, но простой мебелью. Сразу было заметно, что эта комната принадлежит мужчине. У правой от входа стены стояла кровать, под темно синим пологом. На ней, укрытый до пояса, лежал молодой мужчина. В спальне горели свечи, и было довольно светло. Ник кинулся к кровати и осторожно склонился над другом.