Книга: Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают - Элиф Батуман

Добавлена в библиотеку: 7 декабря 2018, 14:40

Автор книги: Элиф Батуман

Жанр: Культурология, Наука и Образование

Серия: Литературное путешествие
Возрастные ограничения: 12+
Язык: русский
Язык оригинала: английский
Переводчик(и): Глеб Л. Григорьев
Издательство: АСТ
Город издания: Москва
Год издания: 2018
ISBN: 978-5-17-111680-4 Размер: 892 Кб

Комментарии [0] |
Просмотров: 2006 |
- 84
- 1
- 2
- 3
- 4
- 5
4.2 Оценок: 5

сообщить о неприемлемом содержимом

Авторские права соблюдены

Описание книги

«Лишний человек», «луч света в темном царстве», «среда заела», «декабристы разбудили Герцена»… Унылые литературные штампы. Многие из нас оставили знакомство с русской классикой в школьных годах – натянутое, неприятное и прохладное знакомство. Взрослые возвращаются к произведениям школьной программы лишь через много лет. И удивляются, и радуются, и влюбляются в то, что когда-то казалось невыносимой, неимоверной ерундой.

Перед вами – история человека, который намного счастливее нас. Американка Элиф Батуман не ходила в русскую школу – она сама взялась за нашу классику и постепенно поняла, что обрела смысл жизни. Ее увлекательная и остроумная книга дает русскому читателю редкостную возможность посмотреть на русскую культуру глазами иностранца. Удивительные сплетения судеб, неожиданный взгляд на знакомые с детства произведения, наука и любовь, мир, населенный захватывающими смыслами, – все это ждет вас в уникальном литературном путешествии, в которое приглашает Элиф Батуман.

Последнее впечатление о книге

pvelira:
19-11-2024, 14:49

В целом, мне книга понравилась, но были моменты когда мне казалось, что эта книга скорее о приключениях молодой студентки по имени Элиф Батуман. Однако, было познавательно и моментами смешно.

Ещё

Остальные комментарии

Читать

Читать книгу "Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают" Элифа Батумана

Изначально меня заинтересовала именно личность автора — американка турецкого происхождения изучает русскую литературу. Угадайте, что? Я знаю все три языка (если можно так это обобщить), которые здесь перечислены.

Ещё

Quies:
4-04-2022, 19:53

Книжка, конечно, уникальная. Мы все слышали, что таких мэтров русской литературы, как Толстой и Достоевский, знают и читают на западе, но вот что кто-то знает имена Бабеля и Лажечникова, которые и у нас-то практически забыты, приятный сюрприз.

Ещё

Ну и, в целом, травелог по русской литературе и литературным местам кажется очень многообещающим чтением. Мысли о произведениях русской литературы действительно интересные, свежие и незамутненные пыльным слоем школьной критики. С какими-то хочется согласиться, какие-то кажутся очень спорными, но это действительно оригинальные и необычные размышления. И это лучшая часть книги. Как правило, в путевых заметках и автобиографиях очень важна личность рассказчика. Через призму авторского восприятия можно смотреть на самые заурядные события и смеяться или восхищаться вместе с ним. Но здесь рассказчица выбирает тактику отстранения: она механически описывает события и приводит диалоги, не выражая своего отношения к происходящему, не давая никакой оценки. В целом, это лучше рассказчика, который истекает ядом и сарказмом, но при таком изображении некоторые сцены просто кажутся бессмысленными, неясно, зачем автор их вообще приводит. Иногда было ощущение, что в этих местах звучит ситкомовский закадровый смех, но смеяться, то ли в силу ментальности, то ли из-за не совсем удачного перевода, совсем не хотелось. Но хуже всего стало в конце, когда рассказчица, до этого отстраненная и нейтральная, внезапно вываливает на читателя кучу подробностей из своей личной жизни. Понятно, что эта линия связывает литературную жизнь героини с реальной, но на фоне прежней отстраненности вызывает неприятные ощущения. Возможно, если бы героиня раньше немного посвятила нас в подробности своих отношений со всеми этими безликими парнями-однокурсниками, воспринимать это было бы проще. Еще обидно за части про Самарканд и узбекскую литературу. Героиня честно признается, что ничего для себя не вынесла из этой поездки, кроме крушения романтических ожиданий, что через пару месяцев все об этой поездке забыли, включая ее саму, но зачем-то отводит ей добрую треть книги. И это самая скучная часть - узнать больше об узбекской литературе после нее не то что не захотелось, я даже порадовалась, что такая дикая мысль никогда не приходила ко мне в голову. В целом книга вышла какой-то, сумбурной, дерганой и разваливающейся на части. Интересно было прочитать про гранты - все-таки здорово, что американские студенты, когда им приходит в голову какая-то безумная идея, первым делом ищут под нее грант, нам как-то приходилось справляться своими силами, поэтому и мыслить приходилось менее масштабно. Хорошо, что здесь не было клише в духе “ох уж эти русские” и какой-то откровенной клюквы. Но на этом все. Абсолютно необязательное и местами мучительное чтение.

Свернуть

Edessa:
13-03-2022, 19:01

После многообещающего введения и туманной главы о Бабеле у меня просто не было других мыслей, кроме этой пословицы (интересно, знает ли о ней стэнфордский славист Элиф Батуман, а если знает, даже страшно подумать, как ее интерпретирует).

Ещё

rijka:
21-05-2021, 16:18

Самое главное в русской культуре - это Венгрия, Самарканд и американская конференция, посвященная творчеству Бабеля. Где-то там на задворках притаились Толстой и Лажечников, но им не хватает энергии даже что бы пробраться через калькуляции американских грантов, не говоря уже о занимательном процессе обучения узбекскому языку у носителей.

Ещё

noctu:
17-05-2021, 23:19

Конечно, хотелось, чтобы пропорции между личной жизнью автора и заметками о русской литературе были смешаны в другой пропорции и лучше взболтаны, но приходится знакомиться и выносить вердикт тому, что есть.

Ещё

И вердикт выходит не очень, как и впечатления, которые сначала вознеслись до трансцендентных высот, а потом были безжалостно растоптаны 3 частями про Узбекистан. И если я еще хоть как-то могла соотнести свои интересы не только с русской литературой, но и с хулами в сторону турецкой и упоминаниями схожести турецкого и узбекского языков, то как через ее пространные и довольно подробные заметки о незначительном продирались другие - ума не приложу.

Все начинается действительно хорошо и на высокой, даже можно сказать философской, ноте, где вводится красочное описание метафизичности перевода названия "Бесов" Достоевского на английский и в кустах притаился Деррида, но, когда это же повторяется в третий раз в ходе повествования, начинаешь немного приунывать. Рассказ Элиф Бауман о начале ее пути изучения русского тоже сначала захватывает, но потом уже не понимаешь что, где и когда. Заметки не создают впечатления хронологической упорядоченности, уровень автора под конец, когда она обсуждала влияние Льюиса на Толстого или "Живой труп", вызывает вопросы к ее компетентности, а описания других ученых - вопросы этического характера.

В книге очень много автора, очень много. Ее отношений, разных грантов и поездок, и не все из них напрямую относятся к русской литературе. В какой-то момент меня начало немного коробить от того, насколько много я узнаю об авторе, чего бы не рассказала ей в ответ. Но это мелочи, конечно.

В сухом остатке о русской литературе остается пара интересных и свежих мыслей и завораживает-таки та любовь к предмету, к которому мы относимся как к чему-то должному, как и к нашей дефолтной суперсиле понимать нюансы Толстого или Пушкина просто потому, что мы говорим с ними на одном языке. И действительно, язык, в который влюбляешься, ты не выбираешь, он выбирает тебя сам.

Свернуть

KatherineShkor:
12-01-2021, 00:53

С предвкушением садилась за книгу об опыте Американки, которая изучает русскую литературу. Представляла, как буду упиваться меткими наблюдениями, свежим анализом и погружением на новые глубины.

Ещё

majj-s:
6-01-2021, 13:26

Смотри, это твой шанс узнать, как выглядит изнутри То, на что ты так долго смотрел снаружи. Запоминай же подробности. Бродский "Развивая Платона"

На самом деле книга Элиф Батуман производит над читателем в точности до наоборот действие, предоставляя возможность увидеть снаружи то, на что всю жизнь смотрел изнутри.

Ещё

Обветшалое и порядком утратившее былое величие здание русской литературы остаётся колоссальным, продолжая привлекать восхищённые взгляды со стороны

Предупрежу тех, кто рассчитывает найти в этой книге серьезный литературоведческий труд: от академической науки она довольно далека, что не умаляет достоинств. Автор предстает человеком, который знает русскую литературу лучше абсолютного большинства, а главное - всем сердцем любит ее. И еще, это возможность взглянуть свежим взглядом на давно знакомое, набившее оскомину, воспринимаемое невыносимо скучным, чтобы в очередной раз удивиться, каким сокровищем мы владеем по праву носителей языка.

Американка турецкого происхождения, по своей воле одолевшая не только странный русский алфавит, но и множество книг, им написанных, сумев сохранить по-детски удивленный и восторженный взгляд на русскую литературу, даже будучи лично знакома с реалиями русской жизни - такой нерезидент дорогого стоит. Даже если рассказ о русской литературе становится главным образом рассказом о себе в состоянии перманентного культурного шока от столкновения с героями и сюжетами русской классики в повседневности.

Не суть важно, что значительная часть объема отдана впечатлениям о Венгрии и Средней Азии, странным магнетизмом ввергнутых в сферу притяжения русской классики, а также калифорнийской конференции, посвященной творчеству одесского еврея Бабеля. Неважно, что для нас "под звоны сабель от Зощенко родился Бабель", когда у них есть человек, который может сказать: "Моя религия Бабель" (не Батуман, один из ее друзей.

Или вот, например Лев Толстой, об уходе и смерти которого в доме станционного смотрителя знают почти все, а предшествующий долгий разлад с семьей, дикое завещание, нежелание перед смертью проститься с женой - все эти подробности достояние толстведов, давно переставшее вызывать у них вопросы. И вдруг является она, Шерлок нашего городка с версией о медленном убийстве Зеркала русской революции ядом растительного происхождения. Кто-то хмыкнет, пожмет плечами, покрутит у виска, а кто-то задумается: почему нет?

Аудиокнига, начитанная Натальей Ломыкиной бодро и задорно, отменно передает настроение книги. И нет, не дичь какая-то, но, Бродским начинала, им и закончу:

пространство, которому, кажется, ничего не нужно, на самом деле нуждается сильно во взгляде со стороны, в критерии пустоты. И сослужить эту службу способен только ты.

Свернуть