Текст книги "Правил нет"

– Пиранья, ты сегодня мало крови выпила, да? – усмехнулся я, смотря в эти сверкающие глаза. – Почему ты такая злая?!

– Что, правда глаза колет? Рассказываешь тут всем какой ты профи в постели, а сам ни хрена не можешь, – не унималась она, скрестив руки на груди и не сводя с меня своих разъярённых глаз. Грудь в вырезе её красного топа приподнялась.

Я прифигел от такого напора. За что она так ненавидела меня?!

– Милая, пойдём наверх. Я напомню тебе, какой я профи и как потом сладко спится в моих объятиях, – сладко протянул в ответ.

– И не мечтай. Вон у тебя Агнес на буксире повисла, справься хотя бы с ней, – кивнула в сторону моей приставучки и вернулась к Джиму, который тут же притянул её к себе и продолжил танцевать.

– Жёстко прошлась. Ты что, когда-то переспал с ней и имя забыл?! Поэтому она тебе мстит?! – обратился ко мне Джастин.

Честно говоря, я реально не запоминал имена. Но лица-то точно помнил. Её, такое хорошенькое, точно не забыл бы. Иногда бывало, что и имя въедалось в память, но редко.

– Да не спал я с ней до того раза! Такую девушку я бы точно запомнил, поверь мне, – заверил его, на что он заржал.

– Складывается впечатление, что вы знакомы, Нэйт, – заключил Диего.

– Да не знаю я её! Я бы в жизни не забыл такую Пиранью!

Что-то не нравилось мне всё это. Но больше всего не нравилось, что в моих способностях засомневались.

– А ну-ка, подожди, милая, – пересадил с себя на подлокотник Агнес и двинул в сторону Пираньи.

Врубив свою любимую песню Paralyzer группы Finger Eleven, подошёл к ней сзади, пока она танцевала с моим знакомым.

– Джим, иди погуляй, – бросил ему, положив руку на талию Пираньи.

Он озадаченно посмотрел на меня, но спорить не стал.

Правильно, это бессмысленно.

– Я не понимаю, кто тебя так обидел и почему ты отрываешься на мне, но точно знаю, что тебе надо, – прошептал ей на ухо и резко развернул лицом к себе, держа за талию.

Она уставилась на меня, испепеляя взглядом.

– Свали в закат, – прошипела она.

– Только после этого, – прижал её к себе, схватив за затылок и провёл языком по губам.

Я чувствовал всё её напряжение. Пальцами опустился к шее и слегка сжал её, разминая. Она застонала, немного приоткрыв рот. Тогда я мгновенно ворвался в него, лаская своим языком. Член встал ещё во время нашего диалога, и я мечтал оказаться в ней, но решил, ради разнообразия, сначала заняться её удовольствием. Подхватив её второй рукой и прижав к себе, пошёл в сторону кухни.

– Что тебе надо?! – оторвавшись от моих губ, спросила она.

– Это не мне надо, а тебе, – улыбнулся и, прижав её к стене, отпустил.

Она медленно сползла и её промежность оказалась на моей ноге.

– Мне от тебя точно ничего не надо, – воинственно заявила она.

– Правда? – усмехнулся в ответ, схватив её за бедро и слегка качнув на моей выставленной вперёд ноге. Её дыхание в момент сбилось. – Что ты там говорила про то, что я с одной справиться не могу? – лукаво протянул, качнув её ещё раз. Её промежность буквально искры высекала от соприкосновения с моим бедром. – Спорим, мне даже пальцем трогать тебя не придётся, чтобы ты получила оргазм? Глядишь и подобреешь хоть немного, – ещё раз качнул её и глубоко поцеловал. Она не сопротивлялась. Скорее наоборот, вцепилась в мои плечи и жадно целовала в ответ. – Спорим, ты сейчас не хочешь, чтобы я останавливался? – прошептал, оторвавшись от её губ и проведя кончиком носа по её. Она тяжело дышала и сильнее прижалась к моей ноге. – На твоё счастье, я сам не хочу останавливаться, пока не увижу, что ты кончила, – двинул ногой вперёд, одновременно качнув за её бедро. Она застонала мне в губы. – Со мной нет никаких правил, милая. Я не против, чтобы ты получила удовольствие таким образом, – оттянул её нижнюю губу, ритмично раскачивая за бедро на своей ноге. Сердце лупило на полную катушку, член слабо пульсировал от её близости. Своей спиной я закрывал её от любопытных глаз и было сложно догадаться, что именно мы делали. – Позволь себе расслабиться. Здесь, со мной, на кухне, – прошептал ей на ухо, прикусив мочку. Вцепившись в мои плечи, она подхватила ритм и, стоя на одной ноге, скользила на моём бедре. – Умница, моя милая. Я знаю, что тебе это надо.

– Я не твоя милая, – сбивчиво прорычала она, не останавливаясь.

– В данный момент ты моя. А я твой и здесь для твоего удовольствия. И даже ни о ком постороннем не думаю, – искренне ответил, проведя языком по её шее.

Мне отчаянно хотелось поласкать её грудь, но я понимал, что даже я не могу себе позволить раздеть девушку на кухне, куда в любой момент мог зайти кто угодно.

– Ты кобель, – огрызнулась она.

Её промежность тёрлась о меня всё быстрее и быстрее.

– М-м, знаю, – подмигнул, сильнее схватив за шею и сжав её. – Но сейчас ты трёшься о меня, как самая настоящая сучка. Но я не против, – поцеловал её приоткрытые губы. Я чувствовал жар, исходящий от неё, но держал себя в руках. Но больше всего мне сносил крышу её запах. Это нежная и манящая роза проникла в каждую клетку моего тела. Удивительно, насколько этот аромат диссонировал с её словами и взглядом, который сейчас в очередной раз посылал меня на три буквы. – Чёрт тебя дери, где же я видел твои глаза… – обречённо прошептав, глубоко поцеловал её, заглушив громкий стон.

Сбившись с ритма, она начала дрожать, сжав в кулаках мою футболку. Сильнее обхватив её бедро, максимально близко придвинул свою ногу и прижал к её промежности.

– Запомни, Пиранья: со мной нет правил. Как видишь, я могу доставить удовольствие, даже не тронув тебя.

– Я не собираюсь спать с тобой, – хрипло прошептала она, восстанавливая дыхание и отпустив мою футболку.

– Как скажешь, меня ждёт Агнес, – подмигнул ей. – Это было удовольствие исключительно для тебя.

– Ты был кобелем, им и останешься, – опустив ногу, ответила она.

Продолжая держать её за шею, слегка сжимал её. Она была уже не настолько напряжённая, но тем не менее взгляд остался ненавидящим.

– Спасибо, что заглянула на огонёк, – улыбнулся, смотря в её глаза. – Если ты не против, то мне надо отлучиться. После такого мой стояк особенно нуждается в заботе. Может передумаешь? – подмигнул ей. – Тебе не хочется втроём с Агнес или именно со мной?

– Во-первых, с тобой. Во-вторых, я не привыкла делиться. Я хочу, чтобы всё внимание мужчина уделял только мне, – достаточно спокойно пояснила она.

На её щеках появился лёгкий румянец, а губы немного припухли.

– Очень жаль. Я бы с удовольствием повторил с тобой. Вдвоём или втроём, не важно. Но я бы правда не отказался от твоих объятий, стонов, поцелуев и даже твоего острого языка, – провёл ладонью по её бедру и схватил за задницу.

– Кобель, ты своё дело сделал. Можешь теперь заняться Агнес, – оттолкнув меня, поправила свои шорты, которые задрались от наших игрищ.

– Милая, у меня есть твой номер телефона. Я снова приглашу тебя и надеюсь, ты вновь заглянешь.

– Надежда умирает последней, – бросила мне и пошла в гостиную.

Поправив свой стояк, вернулся к друзьям.

Трэвис, усмехнувшись, бросил многозначительный взгляд на меня.

– Без комментариев, – улыбнулся ему. – Милая, пойдём со мной? У меня есть для тебя работа, – подмигнул Агнес, и она тут же подскочила с кресла, повиснув на мне.

По пути к лестнице на второй этаж заметил Пиранью в объятиях Джима. Крепких объятиях. Его ладонь вовсю сминала её задницу. Отчего-то внутри меня разгорелся пожар, глядя на эту картину. Но вчетвером заниматься сексом я не хотел. В каком-то смысле я тоже любил повышенное внимание к себе и не хотел делиться.

И вот как в таком образе жизни найти возможность встроить отношения?! Как их воткнуть в такой плотный график между вечеринками, соревнованиями и новыми девушками?! Это ж абсурд!

Пусть остальные отдуваются в отношениях и сносят все лишения.

Глава 11

Лесли

Слава богу, я целую неделю не видела и не слышала Натана Митчелла. Он заколебал меня, правда. Для него кроме сексуальных утех и побед больше ничего в жизни не существовало. И, в принципе, для молодого и привлекательного парня это совершенно нормально. Но беда в том, что в его мозгу больше ничего и не было. Реально даже зачатков не наблюдалось. Отсюда у меня возник вопрос: ну какого хрена он мне тогда понравился. Конечно, опыта у меня не было, мне было восемнадцать. Но где был мой собственный мозг?! Где хоть проблеск сознания? Ведь включи я тогда свою голову, то избежала бы череды омерзительных поступков.

Моя жизнь протекала в привычном режиме. Работа в магазине, куда я сейчас и зашла за Ханной, приносила одно удовольствие. Пару раз заглянула на вечеринки, так и не найдя достойного претендента на мою постель. То, что произошло между мной и Натаном неделю назад у него дома, я списала на взаимное притяжение, которое отрицать бесполезно. Это даже сексом назвать нельзя, считай помастурбировала. Хоть для этого он сгодился. Химия, не более.

Приближаясь к пирсу, мы с Ханной заметили две параллельные вечеринки. Летом они проходили каждый день и практически на каждом шагу. Одна непосредственно на нём, другая недалеко от него на пляже. И там, и там отдыхала молодёжь, разумеется. Жизнь бурлила.

– О, там видимо вечеринка гонщиков. Пойдём сначала туда, а потом на пляж?! Сразу две вечеринки за вечер – это идеально, – рассмеялась Ханна, явно заметив, что прямо по курсу было больше парней.

– Ну, пойдём, – подхватила я, поправив небольшую сумочку на плече.

Сегодня я отличилась и была не в красном. Настроение было более мирным, поэтому надела белое платье на тонких бретельках длиной до середины бедра.

Честно говоря, я была рада, что у меня была хотя бы одна подруга. Я и не планировала доверять кому-то. Но всем же известно, что ты мог планировать всё что угодно, у жизни на тебя в любом случае свои планы. Так и получилось, что мы идеально совпали в своём стремлении тусоваться и общаться с парнями. Вкус на кобелей у нас был разный, поэтому и в этом смысле проблем не было. Тактика и мотивация общения с ними тоже отличились, но мы могли в любой момент подыграть друг другу. Единственное, я мало рассказывала ей о своей интимной жизни, только в общих чертах. Ханна была более откровенна.

Подойдя к пирсу, мы услышали песню A Crime To Remember группы Pop Evil. А в следующий миг я заметила его, а следом и всю их компанию. Это уже не смешно. Год, учась в одном месте, мы ни разу не пересеклись, а летом каждую неделю стабильно сталкивались. А у это кобеля явно была волшебная антенна, которая подсказывала ему, что я появилась на горизонте, потому что он только что заметил меня и уже двинул в мою сторону.

– Кажется, одна сегодня ты точно не останешься, – заметив Натана, прокомментировала Ханна.

– Поверь, всё бы отдала, чтобы не видеть его. А ещё лучше не знать, – фыркнула, наблюдая как этот кобелина приближался.

Вкратце, без подробностей, я рассказала подруге историю своего знакомства с этим прохвостом после ситуации недельной давности. Когда я вышла с кухни немного разгорячённая после его ноги и своего оргазма, то она поинтересовалась, почему я не продолжу с ним в спальне. Пришлось немного приоткрыть завесу тайны на наше с ним общее прошлое, что мы были как-то вместе и мне не понравилось, осадочек мол остался.

– Пойду поздороваюсь со знакомым, – произнесла Ханна, смотря куда-то вперёд и, подмигнув мне, прошла мимо этого кобеля с антенной.

– Кажется, я и впрямь родился под счастливой звездой. Тебя даже не пришлось выманивать, сама пришла, – улыбнувшись, начал Натан.

– Я здесь ненадолго, человек-успех, – пожав плечами, не смотрела в его сторону.

– Милая Пиранья, заклинаю, расскажи, кто тебя так обидел?! – немного прищурившись, он смотрел исподлобья.

Господи, он же сейчас несерьёзно?! Это нелепая ситуация уже основательно бесила меня. Чем больше я с ним случайно сталкивалась, тем глупее всё казалось в моём мозгу. Может, уже пора пролить свет, чтобы этот кобель несчастный оставил меня в покое?! А то, чем дальше в лес, тем больше дров. А я только-только эти деревяшки разобрала.

Ладно, пора. Это и впрямь уже не смешно ни разу. Я хотела, чтобы он отвалил и оставил меня в покое. Чтобы его рожа не напоминала мне каждый раз то унижение и крах моей жизни.

– Ты, – невозмутимо ответила ему.

Он замер, внимательно изучая мои глаза.

– Я?! Когда?!

– Чуть больше года назад.

По выражению его лица была видно, и даже слышно, как он усиленно думал. Но, разумеется, поскольку думать ему было нечем, то он ни хрена не вспомнил. Взгляд по-прежнему излучал тупое непонимание.

– Я бортанул тебя на какой-то вечеринке?! Такое редко, но случается, – зачесав непослушную прядь назад, он внимательно смотрел на меня.

С океана подул сильный порыв ветра и по коже пробежали мурашки. Он ещё и отказывал девушкам?! Лучше б мне отказал, вот честно!

– Нет.

– Хм-м, – задумчиво потёр подбородок с двухдневной щетиной. – Я пьяным что-то ляпнул после секса?! Но я не помню близости с тобой до той, что была у меня дома три недели назад.

– Нет, – закатив глаза, поежилась.

Сколько всего, оказывается, он мог ещё сделать.

– Чёрт, милая, я не знаю, – слегка развёл руки в стороны. – Дай подсказку, а?!

– Портленд, – пошла ему навстречу.

Внутри меня поднималась настоящая буря. Потёрла предплечья от нервной дрожи.

Тут что-то вспыхнуло в его взгляде, словно озарение, а потом опять потухло. А вот улыбка, наоборот, стала шире.

Он издевался?! Он хотел, чтобы я скормила его акулам в океане?!

– Ох, милая, видишь ли, в Портленде в тот раз я был после соревнований, а до них пять месяцев провёл рабом, чтобы вступить в братство. Поэтому я был пьяным и ни хрена не помню, – беззаботно рассмеялся, словно это всё решало.

Но это не решало ровном счётом ничего. Во всяком случае для меня. В моём понимании его алкогольное опьянение тогда не оправдание, а отягчающее обстоятельство.

– Не помню, значит не было?! – разозлилась я, метнув в него гневный взгляд.

Клянусь, скормлю эту псину акулам!

– Нет, конечно, нет, – он вскинул ладони в примирительном жесте. – Но это объясняет почему я не могу вспомнить тебя, а ты теперь злишься.

– Нет, кобель, я злюсь не поэтому. Поверь, твой алкоголизм волнует и злит меня в меньшей степени.

Он сделал шаг вперёд, чтобы закрыть меня от порыва ветра. Мои волосы метались из стороны в сторону и мешали обзору. Зачесав их за уши, уставилась на него. Внутри меня клокотала ярость. Самая настоящая дикая и безумная ярость. С этим чувством я как раз и познакомилась в то время. И вот снова он, снова и чувство пришло.

– Пиранья, напомни мне, что произошло? Я что-то натворил, да? – поправив мои волосы, он смотрел прямо в глаза.

Оттенок его ясно-голубых глаз сейчас больше напоминал небо перед штормом, а тёмные ресницы лишь усиливали эффект.

Но самое ошеломительное было то, что в них, в этих чёртовых глаза, было веселье. Это меня вконец добило. Он всегда вёл праздный образ жизни, много тусовался и веселился, пил и занимался беспорядочным сексом. Он всегда был легкомысленным, если не сказать распущенным. Он всегда отличался ветреностью и тупоголовостью. Ему всегда весело. А из-за него моя жизнь рухнула. В памяти появились непрошеные картинки той ночи и последующих дней. Тут же вспомнила свои ощущения. А глядя сейчас в эти глаза, излучающее озорство, мне стало по-настоящему тошно и противно.

Что ж, отступать было некуда.

– Натворил, да. Ты уверен, что это имеет значение для тебя? – уточнила у него. – Ну, не помнишь ты и хрен с ним. Для тебя эта информация ничего не изменит.

– Я хочу знать. Что я натворил?!

– Ты помнишь Фреда?

– Фреда Вудса, что ли? Моего одноклассника? Конечно, помню. Он же в Портленд переехал и изучает океанографию сейчас, по-моему, – тут же ответил он, все ещё ничего не догоняя.

– А ты помнишь, что произошло, когда после соревнований ты остался у него на выходные?!

Он посмотрел куда-то в сторону, очевидно вспоминая.

– Помню, что я был очень истощён из-за последней недели перед вступлением в братство, а затем добавилась изнурительная гонка. Я был фактически не в себе от всего происходящего. Казалось, что я спал наяву. Потом помню мы закупили алкоголь и приехали к нему. Помню компанию девчонок, но тебя, хоть убей не помню, – вновь посмотрел на меня.

Моё сердце неистово разрывало грудную клетку.

Держись! Ты сильная!

– Допустим. С какого момента ты не помнишь и что первое потом всплывает в памяти? – решила зайти с другой стороны, все ещё надеясь, что мне не придётся всё самой вслух озвучивать.

Как ни крути это было больно, сложно и грязно. И это моё прошлое. Ну, и его.

– Я помню до момента, как мы начали пить виски. Потом вспышками помню какую-то комнату. Я там, кажется, был с кем-то. А потом помню, что-то обсуждали с парнями. А потом уже после этого двухдневного запоя я проснулся, собрался и уехал, – перечислил он.

Как легко жилось таким мерзавцам, как он.

– Да, ты был в комнате с кем-то. Моё имя Лесли Энн Морган. Оно говорит тебе о чём-то?

Улыбка медленно сползла с его лица, а взгляд вновь излучал усиленный мыслительный процесс.

– Чёрт, что-то крутится на уме, но не могу вспомнить, – признался он.

Господи, вот надо было мне повстречать этого дебила и тогда, и сейчас. Они ведь не меняются, эти самые дебилы.

Во рту пересохло и язык буквально прилип к нёбу. Мне казалось, что я уже не слышала ни музыки, ни шума волн или толпы вокруг. Только собственный пульс и свои безрадостные мысли.

– Когда ты приехал и вы начали пить, то ты с другом Фреда, Чаком, решил поспорить. Меня тогда не было рядом, я подошла попозже, – начала я, а Натан внимательно слушал, всё время поправляя мои волосы, которые так и норовили залезть в рот и глаза. – Спор заключался в соревновании кто больше отожмётся. Как я потом узнала, ты тогда хвалился, что на испытательном сроке в своё дебильное братство много отжимался и сделаешь его. В общем, вы поспорили, но ты проиграл, – продолжала я, увидев, что выражение его лица вмиг поменялось.

– Чёрт меня дери, точно! Помню этого идиота, сделал меня! – оживился и этот идиот.

– Ты помнишь, на что вы поспорили?!

– Нет, – замотал он головой.

– Точнее на кого, – тихо добавила я, и он распахнул глаза, рассматривая меня.

– Что, прости?! В смысле?!

– В прямом, Натан. Вы поспорили на меня. Проигравший должен был переспать со мной, – ответила ему, сглотнув огромный ком в горле.

Ненавидела вспоминать это, а уж тем более вслух произносить. А ему это озвучивать и вовсе за гранью добра и зла. Я должна была напомнить человеку, который угробил мою жизнь, что он сделал! Какая нелепица!

– А какой в этом смысл?! Скорее выигравший должен спать с такой красоткой. Но точно не наоборот, – недоумевал этот безмозглый кобелина.

– Я тогда была на тридцать килограммов больше. А ещё я была девственницей, – озвучила я.

Да, из-за своих тараканов, комплексов и прочей дребедени в моей голове, я плохо представляла, на что способны люди. Даже подумать не могла. А Натан мне казался Аполлоном. Просто моделью, сошедшей с обложки, улыбающейся мне и проявляющей знаки внимания. Кто ж знал, что когда он давил из себя свои фальшивые феромоны, то он выполнял одно из условий спора. Он же мне по-настоящему понравился. Я же понятия не имела, что должен был сделать проигравший.

Натан нахмурился, всматриваясь в моё лицо.

– Чёрт тебя дери, эти глаза! Точно… – опять перевёл немного ошарашенный взгляд в сторону. – Я помню, когда эти глаза так умоляюще смотрели на меня, – затем посмотрел в глаза. – Ты ведь хотела этого?! Я же не насильник, верно?! – вдруг спросил он.

– Ты не насильник, ты мудак, – озвучила истину.

Конечно, в тот момент я хотела близости с таким потрясающим, как я думала, парнем. Он не насиловал, нет. Но он, тем не менее, уничтожил меня.

– Ну, милая, главное, что я не насильно взял тебя. А раз ты была пышечкой, то неудивительно, что я не узнал тебя, – непринуждённо заметил он.

Я не знала, какой реакции ждала от него на свои откровения. На свою боль. Но точно не такую. Он даже не понял, что натворил. Он даже на секунду не задумался, какого чёрта он сотворил.

– Тебя волнует только то, что ты не насильник? – дала ему шанс.

– Конечно! Я хоть и не самый лучший человек на планете, и далеко не святой, но и не насильник! – слегка повысил голос, словно я спросила нелепицу.

Значит, в его картине мира это нормально?!

– А нормально потом доказательство потерянной невинности фоткать на телефон для совершенно посторонних людей?! – также громко и возмущенно уточнила, сжав кулаки.

У меня скрутило живот, и тошнота подкатила к горлу.

Так хотелось двинуть ему по кобелиной морде. Так хотелось утопить его в океане.

Натан нахмурился.

– Ну… Видимо это было частью спора, – пожал он плечами.

М-да… А чего я, собственно, ожидала?! Раскаяния?! Понимания?! Было частью спора… Да, было. Но не только это. Я даже не буду озвучивать вторую часть их сделки. А толку?!

– Да, кобель, ты далеко не самый лучший человек на свете. Здесь я с тобой солидарна, – отодвинулась от него, оглядываясь в поисках Ханны.

Мне хотелось сбежать от него и срочно переключить внимание. Сейчас я чувствовала себя уязвимой, как тогда. И снова с ним. За последний год я привыкла к другим ощущениям и этот флешбэк мне совсем не нравился. Это выбивало почву из-под ног. Это заставляло вновь переживать тот позор, боль и отвращение. А я училась смотреть только вперёд и не давать прошлому засосать меня в пучину отчаяния и самоистязания.

– Пиранья, теперь я знаю твоё имя, – довольно проворковал несчастный кобелина. – Лесли Энн Морган, красиво звучит, – подмигнул мне. – Но почему ты не говорила мне его?! Я б всё равно не вспомнил, как видишь, – непринуждённо пожал плечами, усмехнувшись.

– Кто ж знал, что ты натуральный мудак, а не прикидываешься?! – задала вполне уместный вопрос и пошла прочь от него.

Он попытался схватить меня за руку, но я увернулась, направившись в сторону пляжной вечеринки. Меня буквально разрывало от ярости и какого-то бессилия. Хотелось заорать и разрыдаться, а потом замолчать навечно. Лучше б ему свалить в закат, иначе моё терпение лопнет. Оно уже было на грани. Сейчас я дошла до предела. В его же интересах самоликвидироваться. Ему же будет лучше, если он всё-таки найдёт одну извилину в своей голове и подёргает за неё. Я же искренне старалась сейчас быть правильной. Но порой казалось, что с такими можно и нужно общаться и обращаться только в их стиле. Иначе они не понимали.

С волками жить – по-волчьи выть, так ведь умные люди говорят?

Хватит с меня этих никому ненужных откровений. Мне они приносили тупую ноющую боль, а ему ничего. Он продолжал улыбаться, веселиться, подмигивать, словно у него нервный тик. Ну, когда голова без мозгов и не такое бывает, но всё же у меня теплилась надежда, что он не совсем конченый человек. Но нет. Страшно было представить, что ещё могли сотворить такие кобели, как Натан Митчелл. Я знала, на что он был способен. Мудаком родился, им и помрёт.

Когда кажется, что человеку лучше не доверять, то не доверяйте.