Текст книги "Правил нет"

Глава 12

Натан

Охренеть не встать! Я спал с ней и не помнил этого! Проспорил и лишил невинности. Ещё и что-то там сфотографировал. Вот это поворот! Вот это я бухнул тогда! Если бы она не рассказала, то я в жизни бы не вспомнил. Для меня тех выходных словно и не было. Как будто моргнул и поехал обратно домой. Правда с жутким похмельем, но я правда почти ничего не помнил. Помнил, как встретился с Фредом после гонки, потом поехали в магазин, начали пить и… я проснулся через два дня и уехал домой.

Может и не стоило соглашаться на подобный спор, но блин! Мы молодые и явно были уже подвыпившими, когда меня дёрнуло согласиться на это. Ничего же криминального не произошло. Хотя согласен, ситуация может и на самая красивая. Но всё же было по обоюдному согласию в итоге. Я неоднократно спорил с парнями и всегда выигрывал. Тогда дело было в моём истощённом организме.

Смотрел ей вслед, пока она спешно удалялась в сторону пляжной вечеринки. А мы на пирсе отмечали очередную победу Трэвиса. Он теперь на каждую гонку брал с собой Джойс. Марк, тачку которого мой брат не так давно выиграл в заезде и уже продал, был пока пешеходом, но сегодня хвастал тем, что скоро у него будет «ну самая быстрая тачка и Трэвису не поздоровится».

Ну-ну.

Трэвису не поздоровится только в одном случае: если Джойс решит его отравить. Всё. Больше вариантов не было. Мой брат один из самых морально устойчивых людей, каких я встречал. Его невозможно подвинуть или запугать. Он крепко стоял на ногах несмотря на молодой возраст. Наверное, его детство так закалило и повлияло на него, что он лет с десяти стал как-то очень монументально относиться ко всему, что делал. Ничего не бросал на полпути. Поэтому любое дело сначала изучал и, если оно ему нравилось, то уходил с головой в него. Если же нет, то даже не начинал. Поэтому в этих гонках ему равных не было. Но все хотели попытаться. При этом вся их тусовка с огромным уважением относилась к нему и его заслугам. Кроме Марка. У них какая-то взаимная неприязнь на молекулярном уровне.

Ещё один максимально серьёзный и обстоятельный тип – Диего. Вот уж кого лучше не злить. Реально ведь вырубит. Порой мне казалось, что он одним взглядом может навалять противнику. Из всей нашей дружной компании он самый крепко стоящий на ногах. Он, безусловно, умел веселиться и радоваться жизни, но его мозг функционировал как-то иначе. У него ведь тоже, как у Трэвиса, было сложное детство. Улицы, приюты, драки, потом переезд, гетто, снова драки. Вероятно, из-за этого Диего был фантастически фундаментальным. Просто скала, мать его. А ещё у него был колоссальный авторитет в своей боксёрской тусовке. Несмотря на прозвище «Танцор», все его побаивались.

Ну и Джастин тоже был местами очень внимательным и дотошным. Хотя с виду и не скажешь. Он умел очаровывать и многим казался поверхностным. Но при более близком знакомстве выяснялось, что он очень глубокий, начитанный и вдумчивый парень.

В нашей компании, если честно, я был максимально отвязным разгильдяем. Как говорил Трэвис, во всем должен быть баланс. И я создавал ту самую гармонию между чересчур важными Трэвисом и Диего. А Джастин был золотой серединой. Человек-гармония, мать его. Просто идеальный с какой стороны не посмотри. Такая вот у нас компания.

И сейчас все мои друзья отдыхали и над чем-то смеялись, пока я подвис в раздумьях. Но мне захотелось всё-таки догнать незнакомку и поговорить с ней. Хотя какая она незнакомка теперь?! Лесли. Красивое имя. Мелодичное.

Спустившись с пирса, снял кроссовки и пошёл по берегу в сторону другой тусовки, откуда доносилась какая-то спокойная песня.

Здесь публика была более хипстерской, что ли. Наши приставучки всегда носили платья в облипку, каблуки и яркий макияж. Здесь же девушки были в длинных и развивающихся платьях, босоножках либо босиком и с натуральным макияжем. Более расслабленные и естественные. Парни тоже не напрягались, пританцовывая. Заметил белое платье Лесли. На загорелой коже оно выглядело особенно сексуально. А на её фигуре… Хотелось содрать его. Неужели она и год назад была такая же хорошенькая?! Я…

Стоп!

Я вспомнил. Чёрт меня дери! Точно! Она была более крупная и постоянно вилась вокруг меня, стараясь «нечаянно» прикоснуться. Но стоило мне обратить на неё внимание, как она смущённо отворачивалась. Вспомнил даже мой разговор с Фредом, когда мы уже прилично выпили, заключив спор с его знакомым.

Голова немного кружилась, я сидел на диване, прислонившись спиной к горе подушек на нём.

– Нэйт, может всё-таки поменять условия спора? Тебе не кажется, что это не очень-то красиво по отношению к этой девчонке?! – нервно усмехнулся мой друг Фред.

– Слушай, я выиграю у него и пусть сам решает, что с ней делать, – улыбнулся и сделал глоток пива.

– Да я не только про сам секс, но и доказательство. На хрена фотографировать это?! Это унизительно, – скорчил гримасу, словно он лимона с луком обожрался.

– Я не буду этого делать, Фред. Я же охрененный спортсмен, мать его!

– А ей каково будет?! Дело не в том, что ты не будешь этого делать, а в ней. Она же девушка… Блин, не нравится мне всё это. Весь ваш спор – одна большая грязь.

– Забей. Для неё это будет просто секс по пьяни, не более. Может, лишиться девственности лучше именно таким образом, а не ждать своего несуществующего принца, – фыркнул в ответ.

Всё тело гудело и мечтало занять горизонтальное положение. Я устал и вымотался. Сначала испытательный срок в братстве, затем «адская неделя» с их финалочкой, потом соревнования. Я бы сейчас с огромным удовольствием просто отдохнул, но вечеринки – моя вторая натура и отказаться от такого я не мог. Тем более в компании своего бывшего одноклассника. Фред был неплохим парнем. Значит и его друзья тоже нормальные ребята. Заметил несколько симпатичных девушек.

Рядом со мной села та самая, на кого мы поспорили. Пухленькая, без макияжа, с карими глазами и светлыми волосами до поясницы. Она робко поглядывала на меня, пытаясь придвинуться как можно ближе ко мне. Она разительно отличалась от остальных девушек в этой тусовке. Была не только скромной и неуверенной в себе, но от неё веяло чистотой и наивностью. Как рассказал мне этот Чак, с которым я поспорил, с ней никто не хотел встречаться. Потому она слишком зажатая, толстая и не умела общаться с парнями. Поэтому кому-то из нас двоих придётся лечь с ней в постель и лишить девственности. Это точно буду не я. И дело не в весе или внешних данных этой девушки, дело в том, что я по жизни привык достигать своих целей. Хотя, конечно же, она была не в моём вкусе и в обычных обстоятельствах я бы даже не рассматривал её, как свою потенциальную партнёршу для секса. Но это не мешало мне с ней просто общаться, как со всеми остальными.

– Милая, а почему ты не пьёшь?! Не любишь или родители отругают, если узнают? – улыбнулся, пытаясь сфокусироваться на ней.

Перед глазами был туман, может надо закусить хоть чем-нибудь? А то я нажрусь раньше времени.

– Я не люблю алкоголь, – еле слышно проблеяла она, зачесав за ухо прядь волос.

– Как тебя зовут, милая? Мне Чак сказал, но я забыл, – усмехнулся в ответ, отпив ещё пива.

На столе около дивана стояла целая батарея алкоголя. Там были и какие-то коктейли для девушек, и пиво с виски для нас, парней. Я всегда начинал с пива, постепенно повышая градус.

– Лесли Энн Морган, – представилась она, покраснев.

– А я Натан. Но для тебя, милая, Нэйт, – улыбнулся, положив руку на спинку дивана. Она кивнула и немного откинулась назад.

– А вы с Чаком поспорили, да? Я только пришла, не слышала вашей договоренности.

– Ага. Он хочет посоревноваться со мной в отжиманиях, – рассмеялся я.

– Ты такой спортивный, значит выиграешь, – смущённо улыбнулась мне.

– Я обязан выиграть. В противном случае мне придется делать то, чего я не хочу, – уклончиво ответил, как в этот момент подошел Чак, разминая руки.

– Ну что, Нэйт, погнали?! – обратился он ко мне, стрельнув взглядом в Лесли.

– Погнали, – кивнул ему, поставив банку пива на стол…».

Память стремительно подкинула небольшие подробности того вечера. Тогда я отжался от пола семьдесят раз и рухнул, а он сделал семьдесят один. А дальше я начал специально клеить Лесли, чтобы расположить к себе и лишить невинности, а в итоге нажрался вусмерть и заработал провал в памяти. Я реально помнил только вспышками. Комната, кровать, глаза Лесли. Всё. Очевидно, я бухал и после секса. Да я два дня там не просыхал. Я думал, что помнил всё до отжиманий, но, очевидно нет. Я напрочь забыл про спор. Как будто кто-то стёр из моего мозга ту тусовку практически от начала и до конца. Может, я там ещё что-то натворил?!

Но за год она так изменилась! Охренеть не встать! Как она из такой застенчивой и неуверенной девчушки превратилась в такую пиранью?! За год! Может, курсы какие прошла?

Бросив обувь, подошёл к ней, пока она общалась с каким-то лузером в очках. То ли хипстер, то ли ботаник. Хрен их разберёшь, вот правда. Заиграла красивая композиция Feel It в исполнении Michele Morrone. Песня, по-моему, идеально подходила Лесли. Такая же загадочная и манящая, как и она. Приятная на слух, хоть я и любил музыку пожёстче.

– Не помешаю? – вклинился к ним.

– Уже помешал, свали в закат, – тут же бросила мне.

– А ты кто?! – обратился ко мне очкарик, непонимающе уставившись на меня.

– Её муж, – невозмутимо ответил. Лесли в шоке распахнула глаза, а затем и её рот приоткрылся. Она то ли негодовала, то ли мысленно убивала меня. А парень, растерявшись, начал пятиться и бормотать извинения. – Будь другом, прихвати это, – забрав из рук Лесли какой-то алкогольный коктейль, всучил ему и притянул её к себе.

– Что ты себе позволяешь?! – почти прохрипела она.

Её тело было напряжено, как струна.

– Он тебе не подходит, – улыбнулся ей. – Я хотел потанцевать всего-навсего.

– Ты меня забыл спросить, – огрызнулась она.

Но я уже начал медленно двигаться, прижимая её к себе. Она не противилась.

– Милая, давай немного проясним произошедшее. Я не знаю, что должен сказать в сложившейся ситуации. Я был пьян. Понимаю, это не оправдание, но из-за этого совершенно не чувствую себя виноватым. Я ведь даже не помнил того дня, пока ты не озвучила. Жил себе спокойно, а тут выясняется, что уже спал с тобой, – признался ей. В её взгляде что-то поменялось. Он стал не просто ненавидящим, а расчленяющим меня. – Знаю, что тебе не нравится то, что ты сейчас слышишь, но я говорю, как есть. Я ни хрена не помню. Но тебя вспомнил.

– Тебе лучше исчезнуть из моей жизни, – ответила она, оттолкнув меня и начав очень соблазнительно двигаться, не смотря в мою сторону.

– Пиранья, я понимаю твоё негодование. Теперь понимаю. Но давай просто потрёмся друг о друга. Ты сегодня такая красивая, – мне показалось, что я нёс полную ахинею.

Но я не понимал, что должен делать. Мне хотелось с ней пообщаться, но я впервые в жизни не знал, как подобраться к девушке. Обиженной на меня. Ненавидящей. А я не чувствовал себя виноватым. Не то чтобы я не умел извиняться. На меня просто никогда особо не обижались. Во всяком случая, я не знал таких случаев. А когда ещё и не чувствовал вины за собой, то всё как-то совсем непонятно становилось. Я же не виноват?! Или виноват?! Чёрт! Что делать-то?!

– Кобель, иди потрись о сук деревянный, – процедила она, отвернувшись от меня.

Её бёдра так маняще и зазывно покачивались, что я, повинуясь инстинктам, прильнул к ней и подхватил ритм. Её спина была прижата к моей груди, а задница в момент разбудила член.

– Для близких и друзей я Нэйт, милая, – прошептал ей на ухо.

Опять этот запах розы. Как же вкусно-то, будь она неладна.

– Для меня ты кобель. На худой конец Натан, – ответила она, продолжая танцевать.

– Лесли, – протянул её имя шёпотом. Она немного задрожала. – Лесли, у тебя очень красивое имя, – взяв её за подбородок, немного повернул голову к себе. – Тебе очень подходит это имя. Ты очень хорошенькая, Лесли.

Нагнувшись, коснулся её губ. Сначала аккуратно и целомудренно. Но обстановка всеобщего веселья и расслабленности придавала импульс к более решительным действиям. Поэтому, закусив её нижнюю губу, оттянул, а затем поласкал языком. Потом обхватил своим губами и проник языком в её рот. Второй рукой поглаживал её бедро, продолжая неспешно двигаться в танце. Она не сразу ответила на мой поцелуй, как будто боролась с собой. Но между нами явно существовала какая-то сумасшедшая химия. Ни она, ни я не могли препятствовать этому. Наконец её язык пришел в движение и начал лизать мой, а мягкие и нежные губы касались моих.

Она целовалась всегда в точности, как и я. Если я набрасывался с неистовым напором, то она вторила и страстно отвечала. Если, как сейчас, нежно и глубоко, то она поддерживала и это настроение. Не спешила, не отстранялась. Она словно чётко чувствовала меня и моё настроение. А я не мог оторваться сейчас. Слышал только песню и шум прибоя. Чувствовал только океанский бриз и розу. А моё тело жило своей жизнью, двигаясь синхронно с её. Я даже не следил за движениями, всё само собой происходило. Обычно было не совсем так. Ни с кем не было такого слаженного тандема раньше.

Наши языки неспешно, но при этом более чем уверенно ласкали друг друга. Поцелуй не был скромным, но был чувственным, опьяняющим и неторопливым. Я словил какое-то странное ощущение парения и головокружения от такого простого проявления ласки.

Лесли была настоящей девушкой, хоть и вела себя как пиранья, но внутри неё точно жила абсолютно женская сущность. Порой мягкая и тягучая, порой обволакивающая и манящая, порой интригующая и соблазнительная. Но она её почему-то прятала. Любопытно, что все эти мысли закрались в мою голову. Обычно мне было всё равно как целоваться, лишь бы в итоге кончить. Сейчас же я наслаждался этим моментом.

Но в это мгновение она, тяжело дыша, отстранилась и опустила взгляд. Только сейчас осознал, что я всё ещё придерживал двумя пальцами за её подбородок и поглаживал его, а рука на её бедре вообще жила сама по себе. То гладила, то прижимала к моему бедру, то немного сжимала его.

– Исчезни из моей жизни, Натан. Поверь, так будет лучше. Для тебя в первую очередь, – нарушила тишину и, ловко выпутавшись из моей хватки, быстро пошла в сторону набережной. А затем и вовсе побежала.

В задумчивости и с диким стояком стоял, смотря ей вслед. Я любил секс. Любил разнообразие. Но сейчас я поймал себя на мысли, что с ней я реально хотел повторения. Неоднократного. Нет, не остепениться, упаси боже! Хотелось подольше побыть в её заманчивой и интригующей ауре. Напитаться энергией, что ли. Она была какая-то особенная, не похожая на тех приставучек, с которыми я вечно спал.

Что-то я немного не врубился. Какого чёрта я должен исчезнуть?! Из-за её обиды?! Может, если извинюсь, то она подпустит к своему телу ещё разок или два?! Мне не сложно извиниться, лишь бы результат оправдал мои старания.

Почему не все девушки такие простые, как те, что сейчас на пирсе ждали, когда ты расстегнёшь ширинку?! Почему всё надо усложнять?! Для чего?! Это игра такая или мозг так устроен у некоторых?! Большинство тех, с кем я спал, не задавали лишних вопросов, на мои отвечали быстро и не делали мне мозги. Но эта Пиранья, простите, эта Лесли вынуждала бегать за ней и пытаться уложить её. Зачем, когда можно было просто получить кайф и мирно разойтись?!

Жизнь сама по себе иногда подкидывала сложности и испытания, на хрена ещё и самим всё усложнять?! Ну да, ей тогда было неприятно узнать, что с ней переспали из-за проигрыша в споре. Но, чёрт её дери, это же не смертельно. Да, потом, видимо, потребовали доказательство в виде фото. Ну всякое бывает, в конце концов! Зачем дуться и раздувать из этого Вселенскую трагедию?!

Боже, до чего же девушкам сложно живётся. Бедняжки.

Вот у меня было всё очень просто. Я со всеми всегда общался на равных, старался уделить внимание каждому в компании, в которой находился. Любил непринуждённое общение и позитивный настрой. На негативе никогда долго не заострял своё внимание. А зачем?! Что изменится, от того, что ты мусолишь какую-то проблему? Если уже что-то произошло, то так тому и быть. Можешь решить? Решай. Не можешь? Живи дальше. Всё ж просто.

С Лесли я не мог изменить прошлого. Да, возможно, первое впечатление у неё касательно меня сложилось не самое радужное, но, чёрт подери, можно же дать возможность произвести первое впечатление во второй раз. Ну или хотя бы непринуждённо провести время в моей компании. Я не святой и никогда не утверждал этого. Не исключено, что я творил вещи и похлеще по пьяни и даже не помнил о них. Но, обычно, если я что-то чудил, то мои друзья тут же мне сообщали об этом, стоило мне проснуться на следующий день.

Например, когда я однажды нажрался до беспамятства и голышом бегал по улицам. В таком виде наткнулся на копов. Мне конкретно повезло, потому что в той тачке сидел Глен, наш ангел-хранитель. Он мне сам потом рассказал, потому что я реально ничего не помнил, как отвёз меня домой и на своём горбу отнёс в спальню. Даже одеялом укрыл. Святой человек.

Был ещё один случай, мне Джастин потом рассказал. На очередной вечеринке я снова нахрюкался до поросячьего визга и познакомился с девушкой. Всё шло, как по маслу. Я поднялся с ней в спальню, но вспомнил, что забыл презервативы в машине. Спустившись и забрав их, зашёл в дом. А там моя приставучка, уже одетая и на коленях Сэта, одного гонщика. Ошалев от подобного поворота, немного наехал на него. Это всё со слов Бибера. Как он сказал я на повышенных тонах объяснил ему, что он спёр мой оргазм. Сэт ответил, что был не в курсе и не претендует, но я почему-то полез в драку. Нас разняли и Джастин проводил меня в спальню вместе с этой приставучкой. А там мы охренели. Оказалось, что это две близняшки и Сэт был вообще не виноват. Когда мне наутро всё рассказали, то я купил ему ящик пива и извинился, что спёр в итоге его оргазм, а сам получил сразу двух приставучек.

Молодость нам и дана для экспериментов, идиотских ситуаций и разного рода шальных и безрассудных поступков. Я проживал по максимуму каждый свой день. Каждую возможность оторваться и пуститься в очередное приключение подхватывал и развивал. Когда, если не сейчас?! Неужели мужчину будет красить, если он, женившись, начнёт вытворять нечто подобное? Разумеется нет. Неужели, имея детей, вы сможете сорваться в небольшое путешествие? Не думаю. Поэтому я и не спешил остепениться и осесть дома. По-моему, это было честно по отношению к окружающим.

Я ничего и никому не обещал. Все знали меня и понимали, что за сексом со мной не последует предложения руки и сердца. А за моей приветливой улыбкой не кроется тайное глубокое чувство. Я просто был таким. Общительным, весёлым и шумным парнем. Не надо искать во мне того, чего нет. Не надо проецировать на меня то, что вам бы хотелось увидеть во мне. Может, я не совсем ответственный в обычной жизни. Ну, что тут скажешь. Я такой. Зато в спорте я более чем собранный и целеустремлённый. Может, я не соответствовал чьим-то ожиданиям. А должен?! Нет, серьёзно. Я что, должен подстраиваться под ожидания других людей?! Для чего, стесняюсь спросить?! Чтобы кому-то жилось легче? Извините, подвиньтесь. Это моя жизнь! И только я решал, как её прожить и каким мне быть. Если не нравится, то я никого не заставлял общаться со мной и насильно не удерживал. Поэтому и уточнил у Лесли насчёт насилия. Я никого ни к чему не принуждал. Остальное – дело добровольное.

Зачем всё усложнять?!

Глава 13

Лесли

Клянусь, я уже мечтала, чтобы лето побыстрее закончилось. Я обожала его, но в этом году оно приготовило для меня испытание в лице Натана Митчелла. «Нэйтом» он для меня никогда больше не будет. Пусть его зовут так приставучки, так ведь он «уважительно» называл всех девушек?

Нельзя было позволять ему целовать меня позавчера, но я не устояла. Он умел целоваться. Тут спорить бессмысленно.

Когда я начала своё моральное восстановление, то ни о каком сексе речи не шло. Мне просто было тяжело представить, что после такого позора я смогу лечь с кем-то в постель. Но зато я открыла для себя мир поцелуев. И я абсолютно искренне полюбила это занятие. Потом и до секса дошла очередь, где-то месяцев через восемь я впервые после случившегося доверилась одному парню. Поэтому моя сексуальная жизнь далеко не разнообразная и богатая на приключения. Я только недавно начала заново жить, если можно так выразиться.

С теми парнями, с которыми я постоянно знакомилась, прежде чем перейти к чему-то большему, всегда проверяла их навыки в поцелуях. Терпеть не могла слюнявых парней или слишком робких. Но обожала, когда парень точно знал, что нужно делать. Мне нравилось, когда мужчина собственнически притягивал к себе и целовал. Обожала всепоглощающие поцелуи, когда ты забывала, где находишься. Влажные, горячие, интимные, игривые, неистовые, томные, неторопливые, жёсткие, голодные, дурманящие, яростные…

В общем, я всякие поцелуи любила. Лишь бы парень точно знал, как работать языком и губами. Но самое главное настроение. Можно ведь и грамотно всё сделать, а искры между вами не появится. То самое настроение, которое предшествовало поцелую для меня имело значение. Если я зла, то не следовало робко меня целовать. Если я спокойна и умиротворена, то навряд ли обрадуюсь особой пылкости. Нужно уметь чувствовать и улавливать настрой. Это особая химия, которая рождалась между двумя людьми и которые магическим образом знали, что именно требовалось другому.

По поцелую можно многое сказать о человеке.

С Натаном, кобелём несчастным, были изумительные поцелуи, честно. И тогда, и сейчас. Когда он год назад пьяным касался моих губ, то я открыла для себя этот мир чувственности. Его поцелуи были медленными, изучающими, пьянящими и головокружительными. Но потом…

В эти несколько раз он тоже целовался отменно. Тут ничего не поменялось. Он явно умел это делать. Возможно, он тоже любил это дело, кто знает. Но я не собиралась заострять на его навыках своё внимание. Каким бы мастером в этом деле он ни был, это не меняло главного факта: он уничтожил мою жизнь своим поступком. Растоптал и сбежал. И даже не вспомнил год спустя. Есть название подобному поведению? Может, «Мудини в деле»? Или, «Кобелиные скачки в Портленде»? Хрен знает, как назвать то, что он сделал, но в любом случае это омерзительно, отвратительно, подло и низко.

Включив песню Can’t Stop Me Now в исполнении Oh The Larceny, решила прибраться на полках книжного магазина. Недавно заходила женщина с двумя детьми, и они навели в книгах свой порядок. Подпевая и пританцовывая, была в своих мыслях, как вдруг на мои бёдра легли чьи-то руки. Вздрогнув, обернулась и наткнулась на довольную морду кобеля.

– Какая же ты соблазнительная, Лесли, – протянул идиот.

Видимо, теперь он решил постоянно называть меня по имени, которого так долго не помнил.

– Нельзя так подкрадываться к людям, кобель, – огрызнулась и стряхнула с себя его руки.

– За тобой очень интересно наблюдать из-за витрины. Не забывай, что она прозрачная, – прокомментировал он, отпустив меня и взяв какую-то книгу с полки.

– Ты что, следил за мной?!

– Совсем немного. Скорее наблюдал, чем следил, – невзначай бросил мне, усиленно что-то рассматривая в книге.

– Что, много незнакомых букв увидел, да?! – съязвила я, мельком посмотрев на него.

– М-м, твой язык так и просится, чтобы его заняли другим делом, – стрельнул в меня своими голубыми топазами. – «Если вы видите, что девушка закатывает глаза, пока вы говорите, то не спешите делать вывод, что она не довольна чем-то. Возможно, она пытается показать вам, что вы говорите банальности или глупости. Но существует ещё вероятность того, что она ищет свой мозг в черепной коробке», – прочитал он, улыбаясь. – Что это за хрень?! Девушка, закатывающая глаза просто, не знает, что ответить, это ж очевидно, – выдал свою версию, прикрыв книгу и посмотрев на обложку. – «Советы начинающему пикаперу. Соблазни за полчаса». Хм-м. Любопытно. С такими советами он и на следующий день будет дрочить в одиночестве, – хохотнул он, посмотрев на меня. Я закатила глаза. Это получилось неосознанно, но Натан заржал ещё сильнее. – Ты по-любому мозг ищешь, Пиранья. Обрадую, у тебя он есть, не ищи. Всё на месте, – подмигнул, вновь открыв книгу.

Стукнув его каким-то журналом по плечу, продолжила свою уборку, а он решил ещё почитать вслух.

– Нет, ты только послушай это: «На первом свидании нельзя говорить в открытую о своих намерениях затащить её в постель. Будьте туманны в своих рассуждениях. Даже если она в лоб спросит вас, чего вы от неё хотите – врите. Говорите всё, что угодно, только не озвучивайте конечную цель», – кобель в голос рассмеялся, запрокинув голову назад. Да, книга и впрямь забавная. Улыбнувшись, отвернулась от него. – Милая, такие книги опасно продавать. Ты понимаешь, что если парни будут следовать этим советам, то рождаемость в стране рухнет?! Парни просто не доберутся до желанной вагины, – хрюкая от смеха, он продолжил развлекать меня. – О, Господи! Послушай это: «Если девушка говорит вам „нет“, значит она имеет в виду „да“. Всегда. Это правило работает на сто процентов в любой ситуации. Например, вы спросили, хочет ли она ещё свидание с вами. Она ответила отказом. Не верьте ей! Она мечтает вновь оказаться рядом с вами, поэтому дерзайте!», – Натан уже от души ржал, вытирая слёзы с глаз. – Такого бреда я ещё не читал.

– А ты вообще читал хоть что-то?! – поддела его, пока, стоя на верхней ступеньке приставной лестницы, расставляла книги в алфавитном порядке.

– Разумеется. Знаешь, какая у меня любимая книга?

Посмотрела на него сверху вниз, держась за лестницу.

– Камасутра, – улыбнулся он.

– Идиот, её не читают, а рассматривают скорее, – фыркнув в ответ, закатила глаза.

– Зато сколько пользы в ней, не находишь? А ты прекрати уже свой мозг искать. Он там, всё хорошо, – захохотал он.

Покачав головой, решила не комментировать. Интересно, если я сделаю вид, что его здесь нет, он испарится?! Вдруг сработает, как и те тупые советы из книги. Он же Мудини, в конце концов. Мастер иллюзий.

– Е-е-е, – протянул он, смеясь. – Совет на века. Готова? Слушай: «Если вы обидели девушку – извинитесь. Если вы не обидели её, а она всё равно не в духе – извинитесь. На всякий случай. Вдруг она каким-то образом узнала о ваших истинных намерениях и расстроилась. Поэтому в любой непонятной ситуации – извиняйтесь. Всегда есть шанс всё обыграть и представить в том свете, в котором нужно вам», – прочитал он, прислонившись плечом к книжной полке. – Гениально! Я, собственно, за этим и пришёл, милая.

Я посмотрела на него, замерев с книгой в руках.

Что, простите?!

– Вижу, я наконец-то завладел твоим вниманием, – довольно расплылся в улыбке этот кобелина. – И я додумался до этого без суперполезной книги, – поднял вверх указательный палец. – А значит, мозг у меня тоже имеется. Но это цитата явно знак. Серьёзно, я пришёл, чтобы извиниться за своё поведение год назад.

– Да неужели?!

Что-то слабо верилось в искренность его слов. Мне вообще было сложно представить, чтобы он осознавал всю вину и последствия своего поступка. Он всего даже не помнил!

– Представь себе. Такие дела, ага, – подмигнул он. – Прости меня, Лесли Энн Морган. Я поступил гадко. Я два дня ходил и думал. Думал и ходил. И даже когда не ходил, продолжал думать. Представляешь?!

– С трудом.

– Но тем не менее. Я так много думал, что даже голова разболелась в какой-то момент, – заметил он, улыбаясь.

– С непривычки и не такое бывает, – парировала я, продолжая расставлять книги.

– Угу. Ты примешь мои извинения?

– Нет.

– Ха! Это значит «да»! – заржал, закрыв книгу. Я вновь посмотрела на него. – Книга врать не будет. Если ты говоришь «нет», значит завуалированно произносишь «да». Буквально всё твоё естество сейчас вопит: «Да! Боже да! Я прощаю тебя! Да! Да! И ещё раз да!», – паясничал он, явно довольный собой.

Изогнув вопросительно бровь, смотрела на него. Ну что за идиот?!

– Кобель, свали в закат.

– До него ещё несколько часов. Солнце ещё высоко, поэтому подожду закат вместе с тобой, – улыбнулся, оттолкнувшись от стеллажа. – И я даже знаю очень приятное времяпрепровождение, пока ждёшь заката.

– Да что ты говоришь?! Для меня самое приятное видеть, как ты уходишь, – бросила ему, закончив с верхней полкой.

Натан подошёл к лестнице и обхватил своими руками мои ноги.

– Уйду, не волнуйся. Но сначала, мне бы хотелось, чтобы эти изумительные и роскошные ножки пообнимали меня самую малость.

Ах вот оно что! Думал, что извинился и дело в шляпе?! Ох, каким бы опытным в плане девушек парень ни был, одно неизменно: в большинстве своём они слишком самонадеянны. Он даже не просто кобель, он нарцисс.

– Могу задушить ими, если сейчас сяду на твою шею. Желаешь попробовать? – приторно протянула, смотря на него сверху вниз.

Он сильнее обхватил меня и снял с лестницы.

– Как-нибудь в другой раз продемонстрируешь свой удушающий приём, а пока покажешь мне кое-что другое, – спокойно ответил он, развернувшись на месте и ища место для уединения.

Такое было в нашем магазинчике только в небольшой подсобке, которая выполняла роль и камеры хранения, и кухни, и переодевалки.

– Натан, ты слишком самоуверен, не находишь?! Ты слишком высоко оцениваешь собственные умения по части девушек.

– Ого, ты назвала меня по имени. Значит, дело серьёзное. Что ты имеешь в виду? – посмотрел на меня, зайдя в коридор, ведущий к подсобке. Его руки крепко держали меня за бёдра.

– Я имею в виду, что ты не умеешь доводить девушек до оргазма, – сладко проговорила я, наблюдая за его реакцией. Он оступился.

– Чёрт, нельзя такое говорить, когда я несу тебя, Лесли! Лоб хочешь расшибить?! Что за хрень ты сейчас сказала?! В смысле не умею?! Ты со мной уже два раза кончила, – быстро ответил, прижав меня к стене рядом с подсобкой и отпустив.

Я сползла по ней и уставилась ему в глаза, слегка подняв голову. Он был выше меня сантиметров на семь, не больше.

– Какая короткая у тебя память, куриная прям. У нас было три раза, кобелина, – прожигала дыру в нём.

Он нахмурился, сведя брови к переносице.

– Ты тогда не кончила?!

– Нет.

– Ха! Согласно книге, ты сейчас врёшь, – хохотнул он, явно забавляясь.

Мой пульс ускорился. Этот идиот выводил меня из себя всё больше, буквально заставляя указать ему на его место по жизни. А я ведь хотела по-хорошему.

– Нет, – спокойно ответила ему, сжав кулаки.

– У тебя какие-то проблемы с достижением оргазма, да?! – участливо поинтересовался он.

И вот тут меня накрыло. Волна была настолько сильной и поглощающей, что на секунду мне показалось, что началось землетрясение. А в Калифорнии оно случается.