Текст книги "Клуб 27. Кобейн, Хендрикс, Шакур, Уайнхаус и другие"

– Какие трюки вы исполните сегодня, Джими?

– Что значит трюки? Война во Вьетнаме тоже трюк. Бомбы и сотни жертв тоже большой трюк. Все в мире только трюк.

(Из интервью Джими Хендрикса, 1969 год)

Его бесконечно раздражает, что все вокруг не слушают музыку, а ждут, когда он закинет гитару за спину и начнет играть вслепую, или устроит на сцене небольшой пожар. И все же каждый раз, выходя на сцену, он превращается в другого человека, в неистового шамана над толпой. Про человека на сцене невозможно подумать, что в жизни он говорит тихим голосом и любой комплимент в свой адрес всегда превращает в шутку, чтобы сгладить неловкость. После концерта отодвинутая в сторону усталость затапливает его как снежная лавина, и ему уже сложно заставить себя проснуться, но он все равно хочет сделать еще пару дублей для нового альбома Electric Ladyland.

Оказываясь в номере отеля, он падает на кровать, зная, что нужно проспать хоть несколько часов, но чем сильнее он себя в этом уговаривает, тем ярче в памяти воспоминания дня. Ему кажется, что сейчас он лучше понимает, как нужно было записать тот трек, но сил, чтобы отправиться на студию уже нет, и эти воспоминания начинают отравлять ему сон, а затем – жизнь. Он не может ни заснуть, ни проснуться.

– Попробуй эти на ночь, помогают, – говорит ему Майкл Джеффри, протягивая упаковку сильного снотворного, и поначалу таблетки действительно работают, но, со временем, их требуется все больше.

По воспоминаниям других музыкантов группы, Джеффри с завидной регулярностью подсылает к Джими кого-то с порцией «волшебного порошка» или «пурпурного тумана», популярного в те дни. Конечно, Джими пробует примерно все. Большинство психоделиков в те дни не просто легальны, но считаются чем-то вроде витаминки, волшебным стеклышком, очищающим твою жизнь от мусора. Хендрикс пробует то одно, то другое, но после пары «бэд-трипов», к неудовольствию Джеффри, начинает отказываться от «подарков фанатов». Дело не в особенном моральном облике, просто наркотики пугают его. Джими хочет всегда и все контролировать, и в первую очередь себя. Все эти таблетки, марки и порошки лишают его контроля, парализуют и заставляют встретиться один на один со всеми своими страхами, а их у него много. Тебе остается только наблюдать и раз за разом переживать свои самые страшные кошмары до тех пор, пока не кончится действие препаратов. Он ненавидит все это. Даже сны он не выносит по той же самой причине: там он не способен что-то изменить и как-то повлиять на ситуацию. Зато снотворное может помочь избежать снов вовсе. Ты просто проваливаешься в черную яму, а просыпаешься утром… еще более уставшим, чем вечером накануне.

Первым не выдерживает Чес. Он продюсирует альбом, а записывать по сорок дублей одной только гитары – выше его сил. Музыканты группы раздражаются из-за того, что Джими не обращает на них никакого внимания. Их сессии записывают с первого дубля, как бы плохо они не играли. Все это приносит очень много денег, но по контракту, львиная часть доходов уходит Джеффри, а Чес получает не больше Джими, и в итоге в конце записи он просто говорит:

– Дальше без меня.

Группа едет в свой последний тур по Европе и Канаде, прежде чем вернуться в Штаты. По дороге они без конца скандалят из-за отсутствия денег, десятков перелетов за месяц и пристрастия Джими к алкоголю. Выпивка превращает скромного парня в бешеного зверя, который только и ищет, с кем бы подраться. Это вечно приводит к конфликтам с организаторами выступлений, но ужасно радует журналистов.

По прилете в Канаду Джими просят пройти досмотр, в ходе которого находят пакетик с порошком. Хендрикс вспоминает встреченную накануне девушку, с которой он провел ночь. Она вполне могла оставить подарок, который сейчас может превратиться в уголовный срок.

Несколько часов в аэропорту его допрашивают, но затем отпускают.

– Сделайте любые анализы, в моей крови ничего кроме алкоголя не будет, зачем мне везти сюда эту дрянь? – возмущается он, и анализы это подтверждают. Таможенная служба сжаливается над ним и отпускает, но в прессу все же просачиваются слухи о скандале с Джими Хендриксом и наркотиками в одном предложении.

В последний раз они играют в «Альберт-Холле» в Лондоне. На тот момент Джими уже самый высокооплачиваемый рок-артист в мире. Сотни таблоидов буквально молят группу об интервью, и никто не понимает, почему двое музыкантов уходят из группы на самом пике успеха.

Возвращение

Джими возвращается в Штаты в феврале 1969-го года. Хендрикс уверен, что вернется уже в совсем другую страну после всех этих протестов и беспорядков 1967-го. Он совершенно убежден в том, что теперь ему откроют дверь на телевидение с центрального входа, но он ошибается примерно во всем. Ничего не изменилось. Никогда ничего не меняется. Телевидение осталось все таким же глупым и бессмысленным. Там все также играют веселые песенки белые кантри-певцы, а темнокожие выступают в рубрике «цирк уродов». Про беспорядки слышали лишь студенты и странные хиппи, а в центральной Америке до сих пор не слишком рады темнокожим в барах. Про Джими пишут в газетах и журналах, но никто не собирается приглашать его в эфир. Мало ли, чего можно ожидать от парня в цветной рубашке и с афро на голове. Его не стоит оставлять один на один с американцами. На самом деле все на телевидении уже не столь регламентировано, но так описывает ситуацию Джеффри, у которого попросту нет никаких контактов с телевизионщиками.

Джеффри надеется на то, что Джими сразу приступит к записи нового альбома, но вместо этого он напивается по вечерам в барах и собирается домой, в промозглый и ветреный Сиэтл.

Продюсер еще несколько месяцев назад предложил Джими вложится в открытие клуба, но по возвращении Джими предлагает переделать его в студию звукозаписи. Ремонт практически опустошает карманы Джими, и он перестает что-либо понимать. Он ведь самый оплачиваемый рок-певец в мире, почему у него нет денег даже на ремонт собственной студии?

Они с Джеффри начинают ругаться по самым разным поводам, но Майкл всегда вовремя замолкает и уходит, бросив на стол упаковку со снотворным, без которого Джими уже не представляет жизни. Джеффри хочет, чтобы Джими засунул свое мнение куда подальше, воссоединился с группой и начал наконец работать, но ни у кого из музыкантов уже нет ни на что сил. Майкл все же уговаривает их выступить в полном составе на фестивале в Денвере, а потом соглашается с отпуском на шесть недель. Джими покупает билет на самолет и летит в промозглый Сиэтл, чтобы вернуться с триумфом, а не попрощаться. Его отец, брат и даже соседи замечают, насколько уставшим он выглядит, но никому не приходит в голову предложить ему помощь. Он напивается, глотает таблетки без конца, знакомится с девушками и снова пьет. Ровно так и должен вести себя рок-певец.

В августе 1969-го года Хендрикс и его группа должны выступить на Вудстоке. К тому моменту это главный фестиваль в стране. Здесь не просто играют музыку, здесь буквально создается свобода. Все самые прогрессивные люди страны собираются под открытым небом, чтобы услышать лучших музыкантов и услышать о том, что они думают. Джими с группой долго готовился к этому событию. Они должны закрывать фестиваль, и это невероятная ответственность, из-за которой он перестает спать вовсе. Джими, к своему удивлению, замечает, что белая девушка с голосом Ареты Франклин превратилась за несколько лет в настоящую звезду. Он даже подходит к ней, чтобы восхититься ее голосом, но оказывается, что она уже не в состоянии принять комплименты.

Три дня на фестивале Джими с группой веселится, пьет и употребляет все, что может помочь не заснуть, не пропустить что-то важное, ведь оно здесь происходит каждую секунду.

Они должны закрывать фестиваль в двенадцать ночи, но концерт все затягивается, а Джими отказывается выходить не последним. Он должен закрывать фестиваль, и не имеет значения, в какое время ему придется это делать. Проходит еще восемь часов. Солнце успевает согреть Вудсток первыми лучами. Из первоначальных 400 тысяч человек не спит только 30, когда выходит Джими и начинает играть. Он завершает сет, сумев растормошить всех, кто был в округе. И вот в финале он подходит к краю сцены и начинает играть на гитаре мелодию, которую здесь знает каждый. Сонные, пьяные и не вполне адекватные молодые люди в цветных рубашках, свободных платьях и с тысячей фенечек на руках вдруг понимают, что это та самая мелодия. Это гимн. Этот человек на сцене вдруг говорит им, что они не маргиналы и ничтожества, при виде которых приличные семьи переходят на другую сторону улицы или презрительно кривятся, делая вид, что от них дурно пахнет, они точно такие же граждане этой страны, что и все. Просто их не показывают по телевизору. 400 тысяч никому не нужных людей в одном месте. Зал стихает, и тут звуки гимна начинают перемежаться «трюками». Джими имитирует звуки подлетающего самолета и бомбардировки, звуки взрывов и пуль. Все тут же вспоминают о том, что за тысячи километров отсюда американские войска сжигают напалмом целые деревни, оставляют рвы, наполненные трупами ни в чем не повинных людей и бомбят города Вьетнама. И это их страна. Все эти люди привыкли считать себя отбросами общества и лишними людьми, но сейчас их стало слишком много, чтобы от них могли все так же отмахиваться. Хиппи на этом фестивале имеют точно такое же право на гимн, как и добровольцы, которые сейчас тренируются на многочисленных военных базах. Очень много трюков на фоне гимна, сыгранного на электрогитаре.

На следующий день Хендрикса приглашают на вечернее шоу в прайм-тайм. Ведущий называет его лучшим гитаристом в мире.

– Ну, по крайней мере, лучший гитарист из те, кто сидит на этом стуле, – шутит Джими, а ведущий уже спрашивает его про исполнение гимна.

Джими уже знает, что за эту выходку он может сесть в тюрьму, но успевает сказать:

– Это ведь и есть Америка сегодня.

– Но мы должны вспомнить, что Джими ведь наш парень, ты ведь служил в армии США, я правильно помню? – успевает ввернуть ведущий, и дальше Джими остается лишь оправдываться за свою службу в армии.

После этого выступления о Джими узнает вся Америка. Он хочет выступать со своей новой группой Band of Gypsys, но все трещит по швам. Они без конца ссорятся, а Джеффри убеждает его воссоединится и снова стать Jimi Hendrix Experience.

– В последний раз. Закончите альбом, отыграете тур, и потом будете думать, – убеждает его Джеффри.

И он соглашается. В последний раз. Они работают над альбомом Cry of Love, едут в тур по Европе, где играют на крупнейших площадках мира. Все чувствуют, что Джими на пределе. Он ведет себя также, как и всегда: находит девушек на одну ночь, много пьет, а чтобы заснуть, ему требуется несколько таблеток снотворного. Наутро он всегда чувствует себя еще хуже, чем вечером накануне.

Джими Хендрикс и Майкл Джеффри. Нью-Йорк. 1969 г.

Последним пунктом перед возвращением в Лондон у них стоит Западная Германия. 5 и 6 сентября они должны выступать в Фемарне, где проходит фестиваль любви и мира, но пятого разражается дикий ливень, а там обустроена сцена практически без навеса. Вся техника буквально плавает в воде. Выступать в таких условиях означает умереть от электрического тока. Джими выходит на сцену и извиняется за отмену концерта. Когда на следующий день он выходит на сцену, кто-то с издевкой ему кричит:

– Не боишься дождика?

Весь зал начинает смеяться и улюлюкать. Джими отыгрывает сет и в бешенстве уходит со сцены. Несколько дней он не может заснуть даже со снотворным. Ему кажется, что все рухнуло, хотя у него уже случались неудачные выступления, и даже намного хуже того, как прошел концерт в Фемарне.

Спустя несколько дней они возвращаются в Лондон. Вместе с Джими летит Моника Данеманн, фигуристка, с которой он познакомился в туре. Вернувшись в Лондон, он договаривается о встрече с Чесом Чендлером, чтобы обговорить рабочие вопросы и выяснить, чем грозит расторжение контракта с Джеффри, благодаря которому самый оплачиваемый рок-музыкант в мире может себе позволить разве что выпить в баре. Они с Чесом отправляются в рейд по клубам Сохо, в одном из которых Джими даже снова выходит на сцену. Он все еще чувствует себя ужасно, но завтра ему не нужно ни в аэропорт, ни на студию звукозаписи. Распрощавшись с Чесом, Джими с Моникой едут к себе в отель. Ему впервые за долгое время можно просто поспать. Даже нужно. Вот только память без конца подбрасывает какие-то эпизоды тура, которые он проигрывает в голове раз за разом, и ни Моника, ни алкоголь, ни снотворное ему не могут с этим помочь. Калейдоскоп воспоминаний затягивает, и он решает принять еще одну таблетку. Моника презрительно смотрит на вспотевшего и пьяного бойфренда, а затем уходит в другую комнату. Где-то через полчаса она услышит хрипы, но решит, что Джими тошнит, и в бешенстве подтянет к себе одеяло. Наутро выяснится, что Джими Хендрикс умер той ночью, захлебнувшись рвотными массами. В его крови не будет обнаружено следов каких-либо веществ, только немного алкоголя и пара таблеток снотворного. Ему было 27 лет. Майкл Джеффри, которого все обвиняли в доведении певца до той стадии истощения, которая его убила, умер спустя пару лет в 1973-м году при очень странных обстоятельствах.

Анализ

Джими Хендрикс фактически вырос без матери. Его отец-алкоголик привык переживать все эмоции с помощью выпивки. Это сделало мужчину грубым, безэмоциональным и непредсказуемым. В их семье не было принято как-либо проявлять эмоции, кроме как при помощи алкоголя, а для Джими это было очень травматично. Будучи очень эмоциональным ребенком, он при этом страстно желал одобрения отца, брата, коллектива, хотел всем понравиться и для всех быть удобным. В какой-то момент в его руках оказалась гитара, и он вдруг понял, что есть нечто, в чем он может быть лучшим. До этого момента он всегда чувствовал себя хуже остальных: его семья беднее самых бедных, он темнокожий, а на его рубашке то не хватает пуговиц, то пятна чернил на манжетах.

Гитара помогает Хендриксу выражать эмоции и становится буквально частью его самого, продолжением его руки и способом разговаривать с миром. Здесь кстати весьма символично, что в конце своих выступлений он начинает сжигать собственный инструмент. И он делает на нее ставку All In, ставит на кон всю свою жизнь. Он сознательно отказывается от учебы, работы, друзей и любых близких отношений, ради одной только возможности играть на сцене то, что считает нужным. Естественно, он очень нервно воспринимает, когда кто-то со стороны пытается вмешаться в его способ говорить с миром.

Джими ненавидит все новое и боится учиться чему-то, особенно если есть вероятность, что в этом он не будет лучшим. Из-за этого ему пришлось отказаться от всякого рода близких отношений. В ранних интервью он часто упоминал, что его интересуют лишь музыка и девушки. Он был бесконечно влюбчивым человеком, легко формировал привязанности, но безумно боялся появления чувств. В своих записях он постоянно упоминал про влюбленность в Кэти Этчингем, но не позволял себе встречаться с ней чаще пары раз в месяц, так как она могла отвлекать его от работы. Эта сверхфиксация помогала ему концентрироваться и совершенствоваться в своем деле, но постепенно привела к обсессии. Каждое следующее выступление должно быть лучше предыдущего. Каждая следующая запись должна поразить еще больше. Он уже физически перестал справляться с поставленными задачами, и тогда начал помогать алкоголь. Он стал для него еще одним способом проявлять эмоции. Порция виски помогала ему выместить накопившуюся агрессию, а потом списать все на действие спиртного. Сверхконцентрация на работе вместе с алкоголем привели к хронической депрессии в весьма запущенной стадии. У него начались проблемы со сном из-за обсессивного желания сделать лучше, переделать запись, доказать всем свое мастерство… Все это привело его к крайнему истощению, из которого вполне могли бы вытащить друзья или девушка, но близких и авторитетных людей в его окружении попросту не оказалось. Его ставка сыграла, но приз его убил.

Дженис Джоплин. Некрасивая
Январь 1963 года. Техасский университет в Остине

«Если, хиппи верят в то, что мир может стать лучше, то битники знают, что лучше не станет, и говорят: “Да пошел этот мир к черту, будем отрываться и хорошо проводить время”».

Дженис Джоплин

Уставшее январское солнце щедро рассыпает сегодня свои лучи по Техасу. Веселая молодая девушка в возмутительно драных джинсах, яркой рубашке с жилеткой и чисто техасской шляпе идет по узкой дорожке университетского городка и что-то очень оживленно рассказывает шагающему рядом хмурому парню. На нее то и дело оборачиваются и начинают хохотать. Чеду Холмсу это уже начинает не нравиться. Он замечает несколько человек, листающих какой-то журнал, и не может объяснить, почему вдруг это начинает его нервировать.

– Чертов студенческий журнал. Каждый год там устраивают что-то вроде конкурса талантов, – поясняет девушка.

– Тогда ты точно победила во всех номинациях, – натужно шутит Чед, пытаясь отогнать от себя необъяснимую тревогу за Дженис. Девушка вдруг вскидывает голову в шляпе и машет кому-то.

Трое студентов Техасского университета оживленно обсуждают новый выпуск журнала. Каждый год здесь перед Рождеством проводят конкурс и объявляют лучших и худших студентов по разным номинациям, иногда серьезным, а иногда – не очень. Сегодня вышел этот главный выпуск, и его уже прочитали практически все.

– Не такой уж он и страшный, – добродушно бросает, проходя мимо, декан и по-отечески хлопает по плечу Билли, который работает в студенческой газете.

– Что, простите? – прыскает от хохота один из парней.

– Студент, который победил в номинации «Самый уродливый парень в университете». Не такой уж он страшный, когда-нибудь найдет себе девушку, – поясняет декан, и теперь уже хохочут все, включая декана.

Чед оборачивается на Дженис и видит, как по ее лицу текут тонкие струйки слез. Так обычно плачут дети, которые почувствовали, что их за что-то несправедливо обидели. Это так неожиданно, что приятель Дженис поначалу теряется, и только потом видит в руках девушки журнал, на обложке которого ее фотография с подписью: «победитель в номинации «Самый уродливый парень» – Дженис Джоплин.

«Это ее сломало. Я сказал, чтобы она не обращала внимания на все это. Те гаденыши были даже не с ее курса, но она уже ничего не хотела слышать. В ней как будто кто-то выключи свет»

(Чед Холмс, менеджер Дженис Джоплин)

Как все начиналось?

Когда приезжаешь в Техас, то тебе всюду встречаются добрые улыбчивые люди. Они радостно визжат, когда выигрывают в дартс в баре, с рвением участвуют в любом уличном празднике или исторической реконструкции. Это одно из немногих мест в Штатах, где можно запросто подойти к полицейскому и поболтать о жизни, а можно даже встретить его в баре и купить выпить, чтобы обсудить местные проблемы. Тебе начинает казаться, что это прекрасное место, пока ты не вспоминаешь, что практически у каждого местного жителя тут есть огнестрельное оружие, а перед входом в супермаркет не просто так висит табличка, запрещающая входить сюда с ружьем в руках. Впрочем, этот запрет все равно никто не соблюдает, так что таблички эти бессмысленны.

Тут очень гостеприимные люди, которые ужасно не любят две вещи: чужаков и перемены. Если ты чем-то выделяешься, то здесь этого никто не оценит. Яркие волосы, рваные джинсы или громкий голос – не имеет значения. Тебе придется ответить за свой выбор.

Порт-Артур, городок, в котором родилась и выросла Дженис Джоплин, считается не самым приятным местом даже по меркам штата. В Техасе действует золотое правило: чем хуже город, тем болезненнее жители воспринимают критику и тем сильнее они стараются навести блеск на нищету. Если попросить местного жителя провести вам экскурсию, то он с поистине буддистским спокойствием раз эдак сто проведет вас вокруг нового здания ратуши, расскажет историю нефтяного промысла в Штатах, а если вдруг вы захотите пройтись в одиночку, то обязательно напомнит о том, что не стоит вам ходить в западную часть города, таким там делать нечего. Если вы напомните про Дженис Джоплин, то улыбка навсегда исчезнет с лица экскурсовода. Это все про 2020-е, семьдесят лет назад здесь все обстоит куда плачевнее.

Дженис Джоплин появляется на свет в январе 1943-го года в семье Сета и Дороти, самой обычной обеспеченной пары из верхушки местного среднего класса. Дороти в юности выступала в студенческих мюзиклах, но когда ей предложили заняться этим профессионально, она, как и полагается приличной девушке, отказалась и ушла работать на радио, где и встретила Сета, умного и целеустремленного парня с амбициями. Пара поженилась, Сету предложили работу в «Тексако», нефтяной компании в Порт-Артуре, а Дороти осела дома и стала рожать и воспитывать детей. Вслед за Дженис на свет появляются еще двое детей, но Дженис навсегда остается папиной дочкой и маминой болью.

Девочка растет активной, спортивной, очень умной и целеустремленной. Ей во всем нужно быть первой, лучшей и самой громкой. Она везде высказывает свое мнение, и еще иногда папино, а оно далеко не всегда совпадает с мнением большинства жителей. Вот только папа знает, что мнение лучше иметь так, чтобы об этом никто не знал, а вот дочка этого так никогда и не поймет. Дженис больше привлекают мальчишеские игры, поэтому с детства у нее практически нет подруг. А еще девочка растет ужасно некрасивой. В детстве это заметно лишь Дороти, но с возрастом все сильнее проявляются грубые черты лица, плохая кожа и коренастая, склонная к полноте фигура южанки. Дженис выглядит как истинная жительница Техаса, которая всегда рада скабрезным шуткам в свой адрес, но если вдруг ей что-то не понравится, она может упереть руки в бока и наорать на обидчика так, чтобы тот поседел. Наорать Дженис действительно может, а вот во всем остальном внешность ее обманчива, ее лицо постоянно вводит в заблуждение друзей и одноклассников, которые лишь со временем замечают ее ранимость, обидчивость и неуверенность в себе.

Поначалу она всем кажется воинственной, поэтому все ужасно радуются, когда замечают в ней слабость, а затем начинают над ней издеваться. В учебе Дженис хороша, но вот в общении без конца делает ошибки. Она сразу понимает, что проблемы одноклассниц – глупый вздор. Они только и обсуждают, что косметику, мальчиков, внешность и одежду. У Дженис вечно то гольфы порвутся, то блейзер запачкается, а самое возмутительное, ее совершенно это не волнует.

– С такой внешностью никакая одежда не поможет, – сочувственно качает головой одна из родительниц, когда одноклассница Дженис решает ей рассказать, почему никто из девочек не хочет общаться с Джоплин.

Дже́нис Лин Джо́плин (1943–1970) – американская рок-певица, выступавшая сначала в составе Big Brother and the Holding Company, затем в Kozmic Blues Band и Full Tilt Boogie Band.

– Вы возвращались в свой город после того, как уехали оттуда?

– Один раз. Мне не понравилось. Никогда не нужно возвращаться в то место, откуда вы уехали. Вас там никто уже не ждет и, если вы вернетесь, возненавидят еще сильнее

(Из интервью Дженис Джоплин)

Вскоре весь класс уже говорит о том, как уродлива девочка, ее начинают сторониться почти все, кроме дворовой компании мальчишек, которая сложилась чуть ли не с детства. Впрочем, вскоре и они начинают считать Дженис странной и уродливой. Они стесняются приглашать ее, когда собираются съездить в соседний город, а после одного инцидента и вовсе начинают сторониться его. Они вечером засиживаются в небольшом придорожном кафе, где за соседним столиком несколько мужчин уже переборщили с алкоголем. Дженис над чем-то хохочет, когда вдруг мужчина карикатурно нагибается, чтобы всмотреться в ее лицо, а затем начинает гоготать:

– А я думаю, что за парень такой дерзкий и уродливый. Иди вон лучше пива своим принеси, а не сиди тут и не изображай.

Дженис отвечает ему что-то резкое, и вот уже компания мужчина за соседним столом собирается вокруг их стола и собирается вызвать на драку всех приятелей Дженнет. Успокаивает только то, что их больше, чем обидчиков, но в следующую секунду мальчишки сбегают, оставляя Дженнет один на один с агрессивными мужчинами. Обидчики наблюдают за тем, с какой скоростью парни убегают от девочки, а затем еще долго ее успокаивают и отвозят к родителям.

«Она вечно нарушала правила и скандалила. Могла просто так позвонить и спросить: «Привет Джим, когда пойдем гулять?». Это казалось отвратительным. Мы смеялись над такой простотой, но старались держаться от нее в стороне, хотя проводить с ней время было весело. Не знаю, если честно, почему мы стали тоже издеваться над ней»

(Джим Лайонс, одноклассник Дженис Джоплин)

Одноклассники не могут простить Дженис своего позора и начинают избегать общения с ней, а та поначалу этого не замечает и продолжает названивать им по вечерам, еще не понимая, что эти звонки теперь в одни ворота. Летом перед старшей школой они в последний раз собираются вместе, чтобы по традиции отправиться на пикник. Каждый год они приходят в их секретное место на берегу озера и веселятся там допоздна. В тот раз Дженис приходит с пластинками и включает одну из них на старом проигрывателе. Начинает играть Одетта[2]2
  Одетта Холмс (1930–2008) – американская певица и политическая активистка (более известная как Одетта), которая считалась «голосом Борьбы за гражданские права» (англ. The Voice of the Civil Rights Movement) и сыграла важную роль в движении фолк-ривайвл начала 1960-х годов. Одетта приобрела известность и как актриса: она снялась в нескольких фильмах, включая «Cinerama Holiday» (1955), «Sanctuary» по одноименному роману Уильяма Фолкнера, «The Autobiography of Miss Jane Pittman» (1974).


[Закрыть], легендарная блюзовая певица, которую, конечно, родители запрещают слушать белым подросткам из Техаса. Мальчишки слушают с открытыми ртами. Видя, как им нравится, Дженис вдруг начинает подпевать, и вскоре поет также громко и с той же силой, что и Одетта. Девочка ни разу не ошибается, ни разу ее не подводит голос, который чуть ли не до соседнего берега озера доносится. Спустя минуту после того, как девочка замолкает, кто-то из подростков резюмирует:

– Тебе нужно стать певицей.

Девочка начинает смущенно улыбаться, не зная, что сказать, но ей невероятно приятно осознавать, что впервые в жизни у нее что-то начало получаться. На следующий день, когда мальчишки расскажут друзьям, как пела Дженис и что они слушали, их поднимут на смех: они ведь слушали черную певицу, а потом Дженис еще и пыталась быть на нее похожей.

Тот день на озере был последним, когда Дженис общалась с компанией своих школьных приятелей. На следующей неделе начинаются массовые выступления Ку-Клукс-Клана[3]3
  Ку-клукс-клан, сокращенно KKK (на английском звучит как Кей-Кей-Кей) – ультраправая расистская террористическая организация в США, отстаивавшая такие идеи, как превосходство белых и белый национализм. В середине XX века Ку-клукс-клан выступал также против американских католиков, чернокожих, коммунизма. Третий клан (в настоящее время) выступает против гомосексуалов и толерантности. С этой организацией связывают появление понятия суд Линча.


[Закрыть]. По всему городу поджигают машины и дома темнокожих, повсюду обсуждают возмутительное поведение темнокожих людей, которые подали в администрацию жалобу на то, что их детям запрещают ходить в школу. Закон не запрещает сегрегацию школ, но обещает образование для всех, а в Порт-Артуре только одна школа.

– Зачем им вообще учиться? Пусть идут в поле и работают, а не отнимают работу у наших детей. Конечно, им можно платить меньше, а работать они могут больше. Зачем правительство плодит всех этих образованных обезьян, – возмущается в кафе изрядно выпивший уже в середине дня мужчина. Вокруг него собираются согласно кивающие зеваки, среди которых одноклассник Дженис с отцом.

«Я не думаю, что меня можно назвать борцом за права. В тех местах так называли всех, кто считал излишним бегать по городу в поисках темнокожих, чтобы облить их смолой или убить, кто считал их такими же людьми. Таких людей ненавидели даже сильнее, чем темнокожих. В Порт-Артуре к ним относились все же неплохо, если только они не пытались подойти к школе, бару или магазину».

(Из интервью Дженис Джоплин. 1968 г.)

– Они ведь тоже люди, а в городе нет других школ, – пожимает плечами Дженис, допивая свой стакан газировки. В кафе воцаряется гнетущее молчание, которое прерывается противной трелью «музыки ветра» от открывающейся двери. Это пара темнокожих посетителей, которые вроде бы хотят только здесь поесть. Все понимают, что это активисты движения за права, так как ни одному темнокожему не придет в голову зайти сюда. Бармен отказывается их обслуживать, местные жители начинают бросать в них мусор и обливать недопитыми напитками. По всему видно, что сейчас их побьют, а то и разденут и обваляют в перьях, как «в старые и добрые времена», но в следующую минуту в кафе заходит полицейский и нехотя арестовывает провокаторов.

– Они хотели только поесть, совсем с ума сошли, – говорит Дженис, и уходит громко хлопнув дверью.

Через пару недель начинается учебный год, первый в старшей школе. Весь день все идет вроде бы нормально, но когда занятия кончаются и Дженис идет к выходу, ей вслед кричат:

– Черная подстилка.

Так будут кричать ей вплоть до окончания школы, а потом еще и в университете прознают о ее необъяснимой толерантности к темнокожим.

Самый уродливый парень

Порт-Артур был основан как центр нефтедобывающего промысла. В 1950-х годах сюда начинают приезжать семьи высококвалифицированных темнокожих рабочих, которых приглашают на престижные вакансии на заводах в округе. Естественно, на республиканском юге страны, в городе, где мощное движение Ку-Клукс-Клана это вызывает беспорядки. Темнокожие хотят отдавать своих детей учиться в школы, посещать кафе и магазины, селиться в престижных районах города. Ничего из этого им не позволяют. Их дома жгут, иногда вместе с семьями внутри, а наутро хвастаются тем, сколько еще н… вытравили из города. Местные люди напуганы и обозлены из-за того, что руководство компаний поставило местных жителей в один ряд с «этими». В городе складывается консенсус: все без исключения местные ненавидят темнокожих. Начинаются погромы и беспорядки, которые приводят к тому, что темнокожие семьи должны селиться в лачугах на западе города. Администрация идет навстречу местным и отказывает темнокожим детям в праве учиться в школе вместе с белыми детьми. Проблема заключается в том, что в Порт-Артуре только одна старшая школа. И в нее ходит Дженис, а вслед ей раз за разом кричат одно и то же:

– Черная подстилка.

Девочка постепенно озлобляется и начинает напоминать маленького загнанного зверька, который в любой момент готов броситься в драку. Иногда не вполне ясно: она хочет одолеть противника, или это просто способ покончить с собой. Дженис не важно, кто именно выступил против нее. Она бросается в бой и устраивает скандал с дракой независимо от того, сколько людей выступили против нее. Девочка и так знает: весь мир ее ненавидит. Кроме отца. Именно он любит по вечерам порассуждать на тему того, что все имеют право на то, чтобы закончить старшую школу и поступить в колледж. Дженис, наслушавшись возмутительных речей отца, отчего-то не горит желанием сжигать темнокожих. Для подростков это повод сжечь ее. Большим ударом для девочки становится то, что среди тех, кто кричит громче всех, мальчишки, с которыми она вместе любила проводить время на озере.