Текст книги "Люби меня до смерти"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyubi-menya-do-smerti-107062.jpg)
Автор книги: Эллисон Бреннан
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Прости, не хотел сказать ничего…
– Я лишь напоминаю, что изнасилование все еще ассоциируется с клеймом, от которого крайне сложно избавиться, и это несправедливо по отношению к жертвам. Когда мы встретимся с Люси, относись к ней как к любому другому допрашиваемому.
– Или подозреваемому?
Эбигейл глубоко вздохнула:
– Или подозреваемому.
Глава 4
По четвергам Люси не работала в ФОМД, а потому по окончании своей смены в службе судмедэкспертизы отправилась прямиком домой. Она поднялась по ступенькам станции метро «Фогги Боттом», справляясь с резкими порывами морозного ветра. Хорошо хоть не было снегопада, однако потепление на пару-тройку градусов не помешало бы. К тому моменту, когда женщина преодолела милю, отделявшую станцию метро от дома, где она жила с Диллоном и Кейт, ее одежда отсырела от влажного, холодного воздуха, а с неба начали падать первые снежинки.
Мисс Кинкейд вошла через переднюю дверь и услышала, как Кейт говорит с кем-то в столовой. Она уже хотела окликнуть ее, поздороваться, но остановилась – звучал незнакомый мужской голос.
Люси неслышно пересекла коридор, не зная, чего ожидать. Она не любила сюрпризов и непрошеных гостей. Через открытые двойные двери женщина увидела Кейт, сидевшую в конце длинного официального стола, и людей в деловых костюмах, сидевших друг напротив друга, женщина спиной к Люси. По их одежде и манере держаться Люси мгновенно узнала в них федералов; она отметила пистолет у женщины в кобуре на поясе и несколько папок, лежавших на столе перед ее напарником.
Люси поймала на себе взгляд Донован, как только ступила в гостиную, и почувствовала, как перехватило дыхание. Кейт всегда казалась невозмутимой, но сегодня на ее лице явно читалась досада.
Агенты посмотрели на Люси, и она непроизвольно выпрямилась. Кажется, их разговор нельзя было назвать непринужденной беседой. Неужели что-то с Диллоном? Ее нижняя губа предательски задрожала, прежде чем она успела прикусить ее. Неужели что-то произошло с ее братом, который должен быть в федеральной тюрьме Петерсберга на опросе приговоренного к смерти заключенного? Она не могла заставить себя задать этот вопрос.
– Люси, – начала Кейт, но внезапно запнулась, не в состоянии подобрать правильные слова.
Миссис Донован никогда не смущалась и не запиналась. Но она не плакала – значит, с Диллоном все в порядке. Тогда с кем из дорогих ей людей приключилось несчастье? А что, если с нею это никак не связано? Просто внутреннее совещание ФБР, никак не связанное с ее семьей…
– Не буду мешать вам работать, – сказала Люси. – Я поднимусь наверх.
Мужчина встал на ноги и кивнул в качестве приветствия. Он был около шести футов ростом, светло-русые волосы, старомодная стрижка, квадратная челюсть.
– Я специальный агент Ной Армстронг. Это мой напарник, специальный агент Эбигейл Резник. Вы Люси Кинкейд?
– Да.
Она мельком осмотрела гостей. Длинные светлые волосы Эбигейл, на пару тонов темнее, чем у Кейт, были собраны в тугой хвост, делая тонкие черты ее лица более резкими и отчетливыми.
– Вы здесь насчет моего заявления?
Ной Армстронг выглядел удивленным.
– Хм, вообще-то нет.
– Тогда в чем цель вашего визита? – Она бросила взгляд на Кейт, стараясь сохранять невозмутимость, хотя подсознательно понимала, что здесь что-то не так.
Пожалуйста, только не Диллон. И не Джек. И не Карина. Никто из моих любимых людей! Люси очень дорожила своей семьей, тем более что все ее родные выбрали для себя небезопасные профессии. Полицейские. Наемники. Частные детективы.
– Пожалуйста, присядьте, – сказал Армстронг.
Люси не хотела садиться; ей хотелось знать, что агенты делают в ее доме и почему Кейт обеспокоена так сильно, что машинально теребит непослушный локон волос, и как все это связано с ней.
Она сняла плащ, накинула его на спинку стула и села на противоположном конце стола, напротив Кейт. Затем стянула перчатки и попыталась сделать равнодушный вид. Она заметила, что глаза у Кейт не покраснели, а значит, может быть, никто из дорогих им людей не пострадал.
Агент Армстронг сказал без дальнейших отлагательств:
– В прошлую пятницу убили Роджера Мортона.
Люси несколько раз моргнула, пребывая в замешательстве и не зная, как реагировать на такую новость. Роджер Мортон мертв – она попыталась осознать эту информацию. По шее прошел колкий холодок, и чувство стыда заполнило ее – не из-за воспоминаний о том, что сделал этот мерзавец, а от неожиданного чувства радости, что он был мертв.
– И с каких пор ФБР лично доставляют такие новости?
– Мы расследуем его убийство, мисс Кинкейд.
Люси бросила взгляд на Кейт, сидевшую с поджатыми губами. Миссис Донован, очевидно, хотела что-то сказать и едва сдерживалась.
Замешательство в душе Люси начало сменяться чувством тревоги.
– Не понимаю, чем могу помочь в вашем расследовании, агент Армстронг. Уж будьте уверены, я никогда не навещала этого человека в тюрьме. А что, опрос жертв осужденных преступников – обычная практика?
– В подобных обстоятельствах – да.
– Должно быть, я что-то упускаю из виду, потому как не была в Орегоне уже несколько лет. Точнее, я вообще была там лишь единожды – со своей семьей, в девять лет.
– Мистер Мортон был убит на причале вашингтонского яхт-клуба.
Люси подумала, что ослышалась. Ее голос превратился в приглушенный шепот:
– В Александрии?
Агент Армстронг кивнул:
– Он вышел по условно-досрочному первого июля.
Люси смотрела на агента; тот, в свою очередь, в упор рассматривал ее. Слишком пристально. Так пристально, что женщина поежилась.
– По условно-досрочному? – упавшим голосом спросила она.
Роджера Мортона отпустили на все четыре стороны? Здесь какая-то ошибка. И он приехал в Вашингтон? Он что, искал ее? Чтобы снова причинить боль? Чтобы опять изнасиловать?
Нет! Ты не позволила бы ему приблизиться к себе. Ты стала умнее. Ты стала сильнее. И можешь за себя постоять. Он не причинит тебе боль. Он мертв.
– Вы не знали об этом?
– Нет.
Мозг Люси лихорадочно пытался обработать новую информацию: Мортон досрочно освобожден, Мортон в Вашингтоне, Мортон мертв. Ее тело сотрясала мелкая дрожь, но женщина не чувствовала этого, словно наблюдая за разговором со стороны.
Она посмотрела на Кейт. Та выглядела виноватой. Кинкейд вдруг поняла, что Кейт знала о досрочном освобождении Роджера.
– Ты мне не сказала? – спросила она.
Эмоции захлестывали ее, а в глубине души тлела боль – боль предательства, страха и сожалений. Люси поняла, что, если она хочет вернуться в норму, ей нужно хотя бы ненадолго побыть одной.
– Прости, – прошептала Кейт. – Я хотела сказать тебе, но тогда, шесть лет назад, когда он заключил сделку со следствием… – Она остановилась, не закончив предложение.
Люси прекрасно помнила свое душевное состояние шесть лет назад. Оторванная от всего и всех, она медленно сживалась с осознанием того, что произошло с ней за те ужасные двадцать четыре часа, когда ее держали в заложниках Адам Скотт и Роджер Мортон. Она все рассказала своему брату Патрику, потому что он на тот момент находился в коме и единственный не смотрел на нее с жалостью, страхом и беспокойством. Он не говорил Люси, что ей нужно есть, спать и беседовать с психологом. Только благодаря этому девушка и держалась. Порой она не покидала его больничной палаты, предпочитая мерное дыхание брата взволнованному шепоту друзей и семьи. Они так беспокоились о ней, что все время обсуждали ее. Никто не находил себе места оттого, что она подверглась изнасилованию. Что Люси унижали и издевались над ней, транслируя происходящее в Интернете. Что она без всякого сожаления убила человека.
– А что потом? Когда его выпустили? – Кинкейд на мгновение запнулась. – Шесть лет назад – откуда вы знали, что его выпустят досрочно?
– Одним из условий сделки Мортона со следствием являлось его досрочное освобождение спустя шесть лет, причем все пункты договора он должен был выполнять до конца жизни, включая запрет на все контакты с жертвами. Парню даже запретили покидать штат Колорадо без разрешения…
Люси с размаху ударила ладонью по столу, смутив как агентов, так и саму себя. Ей было плевать на ограничения и условия освобождения Мортона. Его выпустили. Можно, конечно, было убедить себя, что это неправда, но она решила встретить реальность лицом к лицу. Это произошло, глупо отрицать факты.
– Шесть лет – и все? За то, что он сделал со мной? И с другими? С твоим напарником? – Она обращалась к Кейт. – Шесть лет? И ты не возражала? Даже не сказала мне – ни тогда, ни потом, когда его выпустили из клетки?
– Я не соглашалась на сделку, но решения принимало руководство. На кону стояли жизни других людей! Твоя жизнь. Жизнь Диллона. Адам Скотт сразу сказал, что на тот свет отправится, лишь если заберет с собой тебя. Мортон сдал его со всеми потрохами, сдал «Трэск энтерпрайзес», все банковские счета, архивы, записи – у нас не было выбора!
– Выбор есть всегда. Но шесть лет… почему не семь? Не десять? Или не год? Зачем вообще сажать его в тюрьму, если он согласился на сотрудничество?
– У нас не было выбора.
– Диллон тоже знал, – прошептала Люси.
Она судорожно вздохнула. Все знали. Все, кроме нее.
Кинкейд неуверенно поднялась со стула, упершись ладонями в стол, чтобы не упасть. Нет, она не может позволить себе потерять сознание. И приступ панического страха тоже не может себе позволить. Она не заплачет.
Нужно уйти отсюда.
– Я иду к Патрику, – сказала Люси, не глядя ни на кого.
Ей не хотелось, чтобы ее жалели, как капризного ребенка. В глубине души женщина понимала, что семья лишь хотела защитить ее, но утаивание важных сведений вряд ли могло служить защитой.
– Я тебя отвезу, – предложила Кейт.
– Нет. Пойду пешком. – Люси сняла пальто с вешалки и оделась.
– Там снегопад.
– Мне нужен свежий воздух. – Она повернулась к агенту Армстронгу: – А что Мортон делал в Вашингтоне?
– Именно это мы и пытаемся выяснить, – ответил тот. – Мисс Кинкейд, я понимаю, вам требуется время, чтобы осмыслить все, но нам нужно поговорить.
Она нехотя кивнула.
– Завтра.
– Мы заедем утром…
– Нет. Я приеду к вам в офис.
– Люси, я не думаю… – начала было Кейт.
Люси резко повернулась к ней:
– Мне все равно, что ты думаешь. – Ее резкий, незнакомый голос прозвучал очень жестоко. Но только так она могла держать себя в руках, чтобы не расклеиться. Люси повернулась к агенту Армстронгу: – Вы находитесь в региональном офисе?
– Да, – кивнул он и протянул визитку.
Кинкейд положила ее в карман, рассматривая агента ФБР.
Он не выказывал никаких признаков жалости. Все его тело выглядело жестким и крепким, наверняка бывший военный. Мужчина стоял на ногах, как ее брат Джек, в обманчиво расслабленной позе. С его серьезным видом контрастировали голубые, словно у ребенка, глаза.
– До завтра, – произнесла она, развернулась и вышла.
Глава 5
Таунхаус Патрика, выполнявший одновременно роль нового восточного офиса компании «Роган-Карузо-Кинкейд» и его нового дома, располагался на расстоянии каких-то шести кварталов от дома Люси и стоял в узком, обрамленном деревьями переулке, представлявшем собой ответвление Эм-стрит. С одной стороны, он соседствовал с посольством страны размером меньше, чем штат Род-Айленд, а с другой – с частным имением. Идти было недалеко, но снегопад и морозный ветер сделали путь гораздо длиннее, чем ежедневная прогулка длиной в милю до станции метро.
Люси позвонила и стала ждать. Она так вымокла и замерзла, что даже обида от того, что ее предали, несколько угасла, и на смену ей пришла печаль и неопределенность. Рано или поздно придется обсудить с Кейт и Диллоном, почему они держали ее в неведении насчет Мортона. А еще нужно будет поговорить с ними о его убийстве. Но не сегодня, когда болезненные воспоминания о пережитом вновь пробудились в ней.
Мортон был здесь, в Вашингтоне. Практически у нее дома. Даже несмотря на большой уровень преступности и насилия в округе Колумбия, Люси чувствовала себя здесь уютно, потому что всегда следовала правилам безопасности и действовала осмотрительно. У нее есть семья и друзья. У нее есть работа, есть будущее. Но он был здесь. А что, если она видела его? Что, если насильник приехал в Вашингтон за ней для того, чтобы снова причинить боль? А что, если Мортон хотел навредить Диллону, Кейт или другим членам ее семьи?
Люси почувствовала, как кружится голова и кровь застучала в висках. Она пошатнулась и схватилась за косяк. Руки покраснели от мороза – перчатки женщина забыла на обеденном столе. Она замерла, глядя на свои дрожащие руки.
Дверь открылась, и Люси быстро выпрямилась – не нужно Патрику видеть ее в таком жалком состоянии. Но открыл не Патрик.
– Шон!
Шон Роган одарил ее мягкой улыбкой. У него были милые ямочки на щеках. С момента первой своей встречи с партнером Патрика по бизнесу Люси подозревала, что он оттачивал свой озорной мальчишеский шарм перед зеркалом.
– Мне кажется, ты разочарована. Не рада видеть меня?
– Нет, нет, я просто… Патрик дома? – В ее голосе зазвучала растерянность.
Черт возьми, нужно вернуть свои эмоции под контроль. Она не хотела расклеиться перед мало знакомым ей Шоном.
В мгновение ока Роган перестал флиртовать.
– Я думал, ты в курсе, он же улетел в Калифорнию сегодня утром, – деловым тоном произнес он.
И как она могла забыть? Теперь не осталось никого из тех, кому она доверяет, никого из тех, кто знает всю ее историю. И куда теперь идти? Вариант один – обратно домой.
– Люси, ты дрожишь. – Шон аккуратно взял ее под руку, втянул в прихожую и закрыл дверь.
Она попыталась извиниться за то, что потревожила его, но не смогла выдавить ни слова. Ее щеки раскраснелись; видно было, как сильно женщина замерзла.
– Ты вся закоченела.
Люси попыталась расстегнуть пальто, но пальцы двигались с трудом. Шон наклонился, быстро расстегнул пуговицы и снял мокрое шерстяное пальто с ее плеч, накинув его на вешалку у двери. Затем нахмурился, увидев покрасневшие руки гостьи, и взял ее ладони в свои.
Роган был одет в простые джинсы и белую футболку, но его тело показалось ей настоящей печкой. Тепло его рук казалось столь же прекрасным, сколь и болезненным, когда ее ладони начали медленно оттаивать. Он поднес ее ладони ко рту и горячо подышал на них, поглядывая на Люси из-под упавшей на глаза черной челки.
– Прости, наверное, не сразу услышал звонок.
– Я позвонила всего один раз. Я пришла пешком.
– Пешком?
– Я была недалеко отсюда.
– В доме Кейт и Диллона? Так это полмили, а одета ты явно не по погоде.
Его яркие синие глаза оценивающе смотрели на нее, пока мужчина растирал ее руки.
– Что стряслось? С тобой все в порядке?
– Мне…
Ее губы задрожали. Нет, нет, нет, нет! Она не хотела расплакаться перед Шоном Роганом, только не перед ним, не перед партнером брата. Да и вообще ни перед кем не надо. Ей стоило просто отправиться в свою комнату. И зачем она сюда пришла?
Ты забыла, что Патрик в командировке.
– Мне лучше пойти к себе, – вымолвила Люси.
Шон, не обратив ни малейшего внимания на ее последнюю фразу, увлек гостью за собой по широкому коридору в заднюю часть дома, где в кирпичном камине, занимающем половину стены, весело потрескивая, горел огонь. Здесь он усадил ее у камина:
– Думаю, скоро согреешься.
Она молча кивнула, отводя глаза. Огонь был слишком горячим, но Люси сидела и смотрела на языки пламени, едва сдерживая слезы.
Боже, лишь бы не расклеиться прямо здесь и сейчас…
Роган отошел, и Кинкейд вздохнула с облегчением. Она соберется с силами, прогонит призраков прошлого и вызовет такси. Как же сильно хочется поговорить с Патриком! Может быть, самое правильное решение – слетать в Калифорнию?
Ага, и все бросить… Бросить работу, волонтерство, пропустить мероприятие по сбору средств для ФОМД в субботу… Фрэн будет сильно разочарована. Но Люси не привыкла убегать от проблем. Она не сбежала шесть лет назад, когда все, что ей хотелось, – это исчезнуть, и не собиралась бежать сейчас. Да и зачем? Ей не грозила опасность – Люси лишь чувствовала себя опустошенной из-за того, что ее обманывали близкие люди. Сегодня у нее не осталось сил, но завтра она будет вновь полна энергии.
Кинкейд посмотрела в сторону кухни, где Шон стоял спиною к ней, и мысленно поблагодарила мужчину за то, что он дал ей возможность побыть одной. Мистер Роган, конечно, довольно симпатичен, но она была не в настроении вести ни к чему не обязывающий разговор. Гостье совсем не хотелось рассказывать, почему она отправилась в такую погоду, чтобы повидать брата, и забыла, что тот работает за три тысячи миль отсюда.
Люси потерла ладони друг о друга, протянув руки к огню, и попыталась не думать о том, что Шон, вероятно, считает ее сумасшедшей. Последний час, с той самой минуты, когда она переступила порог дома и увидела двух агентов ФБР, беседующих с Кейт, вытянул из нее все силы, и она никак не могла унять дрожь в теле.
Шон вернулся к огню с двумя чашками и протянул одну ей:
– Держи. Поможет тебе согреться.
Люси заглянула в чашку. На поверхности плавали маленькие кусочки зефира.
– Горячий шоколад?
– Когда Патрик пригласил нас на ужин месяц назад, я запомнил, как сильно тебе понравился шоколадный мусс на десерт. У меня получилось, конечно, не так вкусно, но, надеюсь, тоже неплохо.
Слезы предательски скатились у нее по щекам, и она зажмурилась. Ее пальцы дрожали, и Шон взял чашку из рук гостьи и поставил на полку рядом со своей.
– Люси… – Он приобнял ее за плечи, и женщина прильнула к нему.
Чем больше Кинкейд боролась со слезами, тем сильнее становилось видно, как она волнуется.
– Что-то случилось? – Шон погладил ее по волосам. – Всё в порядке, Люси. Здесь ты в безопасности.
В безопасности. Значит, он знает… Да и чего удивляться? Хотя она не рассказывала ему о трагедии, Роган работал с Патриком – и, конечно, тому было известно, что случилось в ее прошлом. Все они знали о том, что с ней произошло, просто вслух не обсуждали.
Сможет ли она когда-нибудь избавиться от прошлого? Спустя шесть долгих лет оно настигло ее здесь, в Вашингтоне, где женщина вела новую жизнь.
Настигло?.. Нет, не то слово. Ее прошлое стало такой же частью личности Люси, как и будущее. Она не могла сбежать от него, поскольку то, что произошло шесть лет назад, бессознательно влияло на все принимаемые ею решения.
Из груди Люси вырвался всхлип. Она была сама не своя, и Шон крепко обнял ее.
– Я… – начала женщина, но остановилась, несколько раз глубоко вдохнула, вытерла глаза и проглотила слова извинения, вертевшиеся на языке.
Странно, но Кинкейд не чувствовала стыда или неловкости за то, что расплакалась перед Шоном. Нельзя сказать, чтобы она хорошо знала Рогана. Но, быть может, так даже лучше. Ее семья переживала бы эту боль вместе с нею, они начали бы говорить, что все пройдет. В глубине души Люси знала, что рано или поздно простит Кейт и Диллона, ведь они самые близкие ей люди.
Но не сегодня, а может, и не завтра, потому что сейчас ей казалось, что у нее отняли веру в семью.
– Люси, если тебе нужно выговориться, то я к твоим услугам, – сказал Шон.
Кинкейд кивнула и закрыла глаза. Слезы остановились, и она сконцентрировалась на том, чтобы восстановить нормальное дыхание. От Шона пахло мылом незнакомой марки и, судя по всему, средством после бритья.
Люси вдруг отчетливо осознала, что Роган – не ее брат. Так почему же она не чувствует смущения от того, что ее прижимает к себе привлекательный незнакомец? Ну, может быть, не совсем незнакомец – она приходила сюда много раз с тех пор, как Патрик перебрался в Вашингтон из Калифорнии… Люси почувствовала близость и теплоту мужчины. К нему ее подспудно влекло, пусть даже она явно и не осознавала этого.
Вдруг гостье стало не по себе, и она отстранилась от Шона, ощутив странное оцепенение. То, что Люси узнала сегодня, никак не вязалось с чувствами, испытываемыми в данный момент.
Она отпила шоколадный мусс, держа чашку дрожащей рукой.
– Мне уже лучше.
– Хорошо. – Он тоже сделал глоток. – Фу, едва теплый!
– Очень вкусно, – улыбнулась женщина. – Ты не против, если я еще немного задержусь? Я не буду тебе мешать. Не хочу сейчас возвращаться домой.
Роган весело посмотрел на нее.
– Mi casa es tu casa![3]3
Мой дом – твой дом! (исп.)
[Закрыть]
Шон задумчиво наблюдал за Люси. Он, конечно, хотел, чтобы та рассказала ему о том, что выгнало ее из дома в метель и почему она выглядит такой расстроенной, какой он никогда еще ее не видел. Но Роган прекрасно знал людей. Люси поговорит с ним, когда будет готова, а если он начнет давить, женщина лишь замкнется в себе. Нужно проявить терпение, потому что наверняка она еще откроется ему.
Шон снова сделал глоток; ему хотелось, чтобы и Люси еще выпила теплого мусса, согреваясь. Она окинула взглядом отремонтированную гостиную.
– Здорово вы здесь все сделали. Комната словно больше стала.
– Да, мы убрали стенку, отделявшую террасу от гостиной, и укрепили крышу.
Кинкейд улыбнулась:
– Весьма комфортно. А у вашего прекрасного камина можно даже с кухни греться.
Если Люси хочет просто светской беседы, что ж, пускай, лишь бы чувствовала себя комфортно. Он провел ее по таунхаусу, показывая небольшие изменения, которые собственноручно внес в архитектуру здания, и ее искренняя похвала заставила его самого по-новому взглянуть на комнату.
В дверь позвонили два раза, и Шон нахмурился. Люси почти пришла в норму, и появление визитера снова заставило ее напрячься.
– Никуда не уходи, – сказал Роган, похлопав гостью по руке.
Он обернулся на нее, выходя из комнаты. Только круги под глазами свидетельствовали о том, что женщину что-то гнетет. В остальном она была такой же, как всегда.
Шон рукой пригладил волосы, направился к входной двери и выглянул в глазок. На крыльце, подрагивая от холода, стояла стройная блондинка в черном пальто, закутанная в шарф.
Кейт Донован?
Он встречался с ней лишь один раз, когда они с Диллоном пригласили его к себе домой на ужин в прошлом месяце после того, как он и Патрик открыли «РКК Ист». В такую ночь лишь экстренная ситуация выгонит здравомыслящего человека на улицу, а судя по душевному состоянию Люси, ситуация действительно была чрезвычайной.
– Я бы, конечно, сказал, что удивлен… – начал говорить Шон, открыв дверь.
– Значит, Люси здесь? – Она зашла внутрь и добавила вполголоса: – Я вспомнила, что Патрик в командировке, но она уже убежала, а мне еще нужно было избавиться от агентов.
– Каких агентов? – спросил он.
– Она ничего тебе не сказала? – Кейт выпрямилась и отстранилась. – Мне нужно поговорить с Люси.
– Если она захочет говорить с тобой. – Единственное, что Шон знал о произошедшем этим вечером, так это то, что Люси не хотела возвращаться домой, а тут еще и агенты ФБР.
Мечта Люси стать агентом ФБР была известна, пожалуй, всем, но Шон с трудом мог представить, чтобы отказ разозлил ее настолько, чтобы сбегать из дома в метель без перчаток и идти полмили по холоду. Или дрожать так сильно, что он боялся, что она рассыплется на кусочки. Это заставило бы ее разозлиться. Может быть, даже расплакаться. Но что-то другое причиняло ей настоящую, физическую боль; тень страдания отразилась на ее лице, когда она вошла в дом.
Кейт смотрела на него испепеляющим взглядом.
– Прости, Шон, но это не твое дело.
– Оно стало моим, когда Люси постучала в мою дверь.
– Мисс Кинкейд пришла увидеть Патрика, а не тебя.
– Чего ты хочешь?
– Я лишь пытаюсь защитить свою сестру.
Шон не слышал Люси, тихо подошедшую сзади, пока не раздался ее голос:
– Защитить меня?
Кейт приблизилась к ней:
– Мне очень жаль. Прости, но ты не можешь…
Люси начала качать головой при первых звуках ее голоса и прервала миссис Донован:
– Не указывай мне, чего я не могу делать. Только не сейчас.
– Ты не должна беседовать с Ноем Армстронгом без представителя. Я пойду с тобой…
– Нет, – бросила Люси и быстро скрылась в гостиной.
Кейт последовала за нею, Роган не отставал. Люси стояла у камина спиной к ним.
– Объясни ей, что она не может говорить с агентом ФБР без адвоката или кого-нибудь, кто будет защищать ее интересы! – обратилась Кейт к Шону.
Тот удивленно приподнял бровь:
– Ты же только что сказала, чтобы я не лез не в свое дело.
– Черт побери, я не шучу!
Люси резко развернулась и посмотрела Кейт прямо в глаза:
– Действительно не шутишь, черт возьми? Ты лгала. У тебя была сотня возможностей рассказать мне о сделке со следствием, но ты промолчала. И даже не удосужилась рассказать о том, что Мортона выпустили из тюрьмы!
– Повторяю, мне очень жаль, но…
– Но что? – Люси покачала головой. – Ты лишь пыталась защитить меня? Оставлять человека в неведении – не значит защищать!
Мортон. Шон замер на месте, стараясь сдержать вскипающую в нем злость. Он знал, кто такой Роджер Мортон. Он узнал о похищении и изнасиловании Люси в тот день, когда она окончила школу.
– Эта сволочь вышел из тюрьмы? – спросил мистер Роган.
Кейт подняла руку, заставляя его замолчать, и это начинало действовать ему на нервы.
– Пойми, Кейт, безопасность – моя работа!
– Мортон мертв, – сказала Люси. – Он освободился полгода назад, и никто не сказал мне об этом. – Она ткнула пальцем в сторону Кейт. – У меня было право знать. Он был здесь!
Сотня вопросов крутилась у Шона в голове, но время было неподходящее. Мужчина подошел к мисс Кинкейд:
– Можешь оставаться здесь столько, сколько хочешь.
– Вопрос в другом, – сказала Кейт. – Ты же знаешь, что ей нельзя говорить с ФБР без адвоката.
– А почему ФБР хочет поговорить с ней?
– Мортона убили у причала на противоположном берегу Потомака, – пояснила Кейт. – Раз я тоже имела касательство к делу Кейт, мне пришлось отвечать на их вопросы. В прошлую пятницу Диллон отвез меня в Ричмонд, и я прилетела обратно в воскресенье вечером, а он всю неделю был в Питерсберге. Мы чисты, Ною только осталось проверить наше алиби.
– Неужели они думают, что я убила его? – ахнула Люси.
– Сомневаюсь. Ты весьма убедительно показала, что не знала о том, что он вышел из тюрьмы, но мне известно, как работает система. Они будут выкачивать из тебя информацию, а ты ведь не знаешь ничего, что могло бы им помочь. Тем более что ты не обязана отвечать на вопросы, не связанные с убийством.
– Стоп! – сказала мисс Кинкейд. – Хватит пытаться прикрыть меня. Знаешь что? Я могу понять, почему Диллон не рассказывал мне правду. Он и все остальные члены нашей семьи. Я думаю, что в глубине души все они до сих пор видят во мне лишь жертву.
– Неправда…
– Но ты! – прервала ее Люси и покачала головой. – От тебя я ждала большего. Из всех лишь одна ты не нянчилась со мною. Ты поддерживала меня в выборе профессии, водила на стрельбище и научила всему, что знаешь сама. Ты всегда была со мной честна. По крайней мере, я так считала. Теперь же не знаю, что и думать… Сколько еще раз ты солгала? Почему, из каких соображений? Ты думала, что я очень хрупкая и не выдержу правды? Тебе казалось, что я сломаюсь? А ведь мне было действительно важно быть в курсе того, что произошло.
– Нет…
– Тогда почему не сказала мне?
Кейт не знала, что ответить. Шон положил руку на плечо Люси. Она дрожала, но теперь уже от злости.
– Почему же, черт возьми?
Слезы навернулись на глаза Донован.
– Я не хотела, чтобы ты знала, как мы все облажались! Конечно, не стоило соглашаться с такими условиями, но мы были в отчаянии. У нас заканчивалось время, и ублюдок знал об этом. Мы совершили огромную ошибку, но, если честно, я не видела тогда – и не вижу сейчас – никакого иного выхода. Если б мы не получили информацию тогда, Адам Скотт мог бы выполнить свой план – убить Диллона и снова захватить тебя! Я не знаю… Легко гадать о прошлом, но дай-ка я скажу тебе кое-что: мой муж ничего не знал о сделке со следствием до тех пор, пока она не была совершена. Не вини его.
Слезы катились по щекам Люси. Шон обнял ее за плечи, и женщина прижалась к нему.
– Но потом ты рассказала Диллону? Он узнал?
Кейт кивнула.
Люси покачала головой и торопливо вышла из комнаты. Донован сама смахнула слезы с ресниц и недовольно посмотрела на Шона. А он чем заслужил ее гнев? Ведь он на стороне Люси.
– Я прослежу за тем, чтобы она безопасно добралась до дома, – сказала Кейт.
– Позволь объяснить…
– Не сейчас. Просто дай ей прийти в себя, о’кей?
Кейт помассировала виски пальцами и кивнула.
– Так что случилось?
– Насильник должен был оставаться в Колорадо. Вместо этого он приехал в Вашингтон на прошлой неделе и заработал себе пулю в затылок.
– Похоже на казнь…
– Труп нашли в субботу утром, – Кейт не обратила внимания на слова Шона. – ФБР получило это дело вчера, когда полиция установила личность жертвы и выяснила, что он вышел из федеральной тюрьмы условно-досрочно.
В мозгу Рогана мгновенно пронеслись несколько вариантов того, что ему можно предпринять, но Кейт, похоже, знала, о чем он думает.
– Не лезь в это, Шон.
Роган не ответил. Конечно же, он не собирается держаться от расследования преступления подальше. Пусть и косвенно, но убийство Мортона влияет и на бизнес «РКК». Патрик – партнер мистера Рогана, а Люси – сестра Патрика. А значит, данное дело попадает в сферу интересов Шона, и Кейт не сможет переубедить его. Даже тот факт, что она попыталась, говорит лишь о том, что миссис Донован совсем не знает его.
– Я привезу Люси домой попозже, – сказал он. – Но позволь один совет: не думаю, что она хочет слышать еще извинения и объяснения. Я бы не лез ей в душу и дал возможность самой во всем разобраться. Иначе ты сделаешь только хуже.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?