Текст книги "Дитя прибоя"

– Вот только дур пустоголовых мне и не хватало, – презрительно скривился парень. – Да и не поедут они в глушь. Им балы подавай да приёмы, а не гномов с железом.

– Значит, магичку из академии возьмёшь. Они любят на отшибе жить, – не сдавался Родри, продолжая посмеиваться.

– Да ну тебя. Пошли лучше о деле думать, – поспешил соскочить со скользкой темы Лёха.

* * *

Старательные пояснения склонившегося над чертежами Лёхи прервал ворвавшийся в кабинет гном в кольчуге и криво нахлобученном шлеме. Тяжёлая дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и гном с порога проорал:

– Родри, на гору дракон сел!

– Чего? Какой дракон? Откуда он тут взялся? – растерянно спросил князь, недоумённо глядя на ворвавшегося десятника, дежурившего на вершине горы.

– Большой, чёрный. Его кто-то ранил. Крыло повреждено. Плюхнулся так, что чуть нашу засидку на горе не развалил, – попытался ответить гном на поставленные вопросы.

– Пошли посмотрим! – предложил Лёха, рысью направляясь к дверям.

– Куда?! Стой, подгорного бахрута тебе в грызло! – завопил Родри. – Совсем ума лишился?

– Он может что-то про лича знать, – приплясывая от нетерпения, выдохнул парень.

– Он сейчас от злости только одно знает. Кого бы пришибить, чтобы полегчало, – проворчал Родри, доставая из пояса амулет связи. – Стой, где стоишь! Сначала, с ним наши маги поговорят.

– Думаешь, намечается магическая драка? – настороженно уточнил Лёха.

– Всё может быть, – мрачно вздохнул Родри.

– Дай сначала я сам с ним поговорю, – попросил Лёха, попутно выуживая из памяти всё, что когда-то знал о драконах маг.

– Это как же ты с ним говорить собрался? Драконы только на первоязыке изъясняются, – ехидно усмехнулся Родри.

– Вот на нём и пообщаемся, – не остался в долгу парень и, подтолкнув десятника в плечо, приказал: – Веди на пост. Посмотрим, что там за птичка к нам прилетела.

– К подгорному бахруту эту птичку, – буркнул десятник. – Сейчас начнёт бушевать, потом все верхние штольни восстанавливать придётся. Магия у них сильная. Наши могут и не совладать.

– С чего ему бушевать? – не понял Лёха. – Вы его не трогали. Летать не мешали. Так чего буянить?

– Говорю же, ранили его, – буркнул гном, сворачивая в боковой коридор. – А дракон, когда ранен, сам себя от злости не помнит. Так что думай, стоит ли вообще вылезать.

– Сейчас узнаем, – буркнул Лёха, старательно пригибая голову, чтобы не набить очередную шишку о низкий свод.

У очередного поворота десятник остановился и, ткнув волосатым пальцем в нужный коридор, сказал:

– Ступай по штольне. Она наверх выведет. Если чего, сам сюда беги или зови. Мы услышим. Правда, насчёт помощи особо не рассчитывай, но на всякий случай…

Гном не договорил, но Лёха понял, что десятник пытается подбодрить его перед смертельной встречей с разъярённым драконом. Кивнув, парень забрал факел и решительно зашагал в указанном направлении. Драться с драконом он не собирался, но получить нужную информацию без лишних ушей должен был любой ценой. Добравшись до выхода на крошечное плато на вершине горы, Лёха сунул факел в держатель, торчавший из стены, и осторожно выглянул наружу.

На самом краю плато, бессильно раскинув крылья и уронив голову на камень, лежал огромный чёрный дракон. Глаза сказочного существа были прикрыты, а из пасти вырывалось хриплое дыхание, сменявшееся странным, булькающим клокотанием. Зверю явно было очень плохо. Вздохнув, Лёха вышел из штольни и, подойдя к голове дракона, тихо спросил на первоязыке:

– Что с тобой случилось? Кто это сделал?

– Маги, – тихо выдохнул дракон. – Решили уловить меня заклятием подчинения, но я сильнее. Ты тоже маг?

– Нет. Я просто механик, – ответил Лёха, искренне сочувствуя дракону.

– Механик? С каких пор подгорный народ стал изучать первоязык? – спросил дракон, не открывая глаз.

– Я не из подгорного народа. Я человек, – признался Лёха, готовясь в любой момент нырнуть обратно в штольню.

– Тогда оставь меня, человече. Я не хочу говорить ни с кем из вашего подлого рода.

– Не все люди одинаковы, первородный. Я могу тебе чем-то помочь? – спросил парень, решив не обращать внимания на резкость.

– Если только механик знает, как снять эманации заклятия, наложенного другим магом, – с изрядной долей ехидства ответил дракон.

– Он ещё и подкалывает, ящерица летающая, – буркнул Лёха, поражаясь воле дракона.

Вспомнив, что чужая агрессивная магия не способна причинить ему вреда, парень закрыл глаза и, сосредоточившись, принялся осматривать дракона. К его удивлению, при таком взгляде дракон был не чёрным, как наяву, а огненно-красным и полыхал, словно кусок раскалённой лавы. Но это ровное, завораживающее сияние пересекали странные тёмно-серые нити. Присмотревшись, Лёха сообразил, что эти нити являют собой сеть, составляющую само заклинание. Сеть эта медленно, но верно погружалась в тело дракона, причиняя ему жуткую боль.

Даже не думая, что делает, парень ухватил ближайшую ячею сети руками и, представив, что ладони сделаны из титана, просто разорвал её. Перед его внутренним взором полыхнула несильная грязно-синяя вспышка, и нить исчезла.

– Получилось! – радостно выдохнул Лёха и ухватился за следующую ячею.

Так, одну за другой, он разорвал все нити заклятия, и когда последняя ячея лопнула, открыл глаза, решив посмотреть, что происходит с его пациентом. Лежавший неподвижно дракон изогнул длинную шею и настороженно наблюдал за ним, даже не пытаясь пошевелиться. Смущённо улыбнувшись, Лёха развёл руками и негромко буркнул:

– Вроде всё.

– Ты же сказал, что не являешься магом. Как же ты это сделал? – так же тихо спросил дракон.

– Сам толком не понимаю, – признался парень. – Просто сделал, и всё.

– Кто ты? – помолчав, спросил дракон.

– Говорят, вы лучше всех разбираетесь в магии. Взгляни на мою ауру, – решив пойти ва-банк, ответил парень.

Взгляд дракона расфокусировался, и через несколько секунд огромные глаза удивлённо расширились.

– Как это может быть? – негромко спросил он, осторожно поднимаясь на лапы.

Только теперь Лёха заметил, что дракон осторожничает и старается не шевелить левым, отвисшим крылом. Подойдя поближе, парень присмотрелся и под тонкой кожей заметил место перелома. В этом он был бессилен. Но припомнив, что Эльвар хорошо разбирается в травах и умеет лечить разные болезни, громко сказал, повернувшись к проходу, из которого вышел:

– Позовите эльфа. И пусть прихватит свою сумку с травами.

– Здесь ещё и эльфы есть? Вот уж не думал, что увижу подобное, – скептически хмыкнул дракон. – Но ты не ответил на мой вопрос, человече.

– Я и сам толком не знаю, как здесь оказался, – вздохнул Лёха. – Должен был утонуть во время шторма, а всплыл у здешнего побережья. Может, ты мне объяснишь, как это могло случиться и что я должен сделать, чтобы обратно попасть?

– Кто тебя учил? – помолчав, спросил дракон.

– Один старый маг.

– Он сказал, что у тебя странная аура?

– Угу. Из-за неё он меня разве что на запчасти не разобрал, – усмехнулся Лёха, припомнив дни своего пребывания в доме Ленара.

– Он сказал тебе, что это значит? – продолжал допрашивать дракон, глядя на парня странным взглядом.

– Нет. Он и сам этого не знал.

– Человеки! – фыркнул дракон. – Выучили десяток слабеньких заклятий и возомнили себя центром мироздания. Ты избран, человече. Избран высшей силой, перенёсшей тебя сюда. Не думал, что увижу это своими глазами.

– А для чего избран-то? – испуганно спросил Лёха, чувствуя, как по спине галопом несётся стадо ледяных мурашек.

– Ты слуга равновесия. Потому и магия агрессии на тебя не действует. Никто не может причинить тебе зло магическим способом. Только грубой силой.

– Вот только слугой я ещё и не был, – раздражённо фыркнул Лёха. – А как от этого дерьма избавиться?

– Это невозможно, – вздохнул дракон. – Избранный или делает своё дело до конца, или погибает.

– А если я не хочу? – насупившись, проворчал Лёха. – Если мне плевать на всю магию вместе взятую и на равновесие в частности? Я домой хочу. Это не мой мир.

– Теперь твой, – устало вздохнул дракон. – Силам, отправившим тебя сюда, не интересны твои желания. Им нужен был тот, кто сумеет как-то изменить этот мир, и они нашли его. Это ты. Так что забудь о возвращении.

– И что? Даже дракон лич не сможет вернуть меня обратно? – не унимался парень.

– Лич?! – иронично переспросил дракон. – Нет никакого лича.

– Но мне сказали, что три сотни циклов назад…

– Три сотни циклов назад один глупый и слишком упрямый дракон осмелился применить к себе заклинание, которое на несколько циклов лишило этот несчастный мир почти любой магической силы. А сам он рассыпался пеплом, не сумев справиться с силами, которые сам же и вызвал, – загремел дракон, вскинув голову и произнося эти слова так, что даже ветер испуганно стих. – Нет никакого лича! Запомни, человече! Лич не появляется раз в цикл, как снег в горах. Такого могущества достигает один из нескольких тысяч. И обучать такого мага должны совсем не люди.

– А кто? – осмелился спросить Лёха, едва сдерживая противную дрожь во всех конечностях. Вспышка драконьей ярости напугала его до заикания.

– Те, кто может подчинить себе высшие силы, – ответил дракон, заметно успокоившись.

– Так что мне теперь делать? Я не маг, не учёный, не великий воитель. Я просто человек, который немного разбирается в механике. Как мне быть? Что делать?

– Ты просишь совета у дракона, человече? – удивлённо спросил дракон.

– Нет, блин, я вон с тем булыжником беседую, – разозлился Лёха. – У тебя конечно. Или ты тут кого-то другого видишь?

– У тебя за спиной, – ответил дракон с усмешкой в голосе.

Оглянувшись, Лёха увидел испуганно сжавшегося Эльвара с неизменной сумкой в руках, в которой эльф носил лечебные травы и ещё кучу всякой всячины.

– Иди сюда, – подозвал Лёха приятеля. – Травы принёс?

– Ты ослеп? – вместо ответа спросил Эльвар, демонстрируя сумку.

– У него, похоже, крыло сломано. Сможешь вылечить? – спросил парень, ткнув пальцем в дракона, задумчиво рассматривавшего эльфа.

– Он перворождённый, значит, наша магия исцеления должна на него хорошо действовать, – ответил Эльвар, медленно приближаясь к огромной туше.

– Может, повернёшься? – ворчливо спросил Лёха у дракона. – А то застыл, как горгулья на крыше.

– Наглец, – усмехнулся дракон, осторожно поворачиваясь к эльфу нужным боком.

– Помоги мне, – попросил Эльвар, осторожно ощупывая сломанную кость. – Крыло нужно вытянуть во всю длину, чтобы сломанные концы встали правильно.

– Это будет больно, – мрачно проворчал Лёха, настороженно поглядывая на дракона.

– Не бойся, человече. Я умею терпеть.

– Да хрен твою маму знает, чего тебе там в башку взбредёт, – огрызнулся парень, берясь за конец повреждённого крыла. – Фукнешь огнём, и получится шашлык из лекарей.

– Я же сказал, я умею терпеть, – сквозь зубы прошипел дракон, когда парень принялся осторожно разворачивать сломанное крыло.

Командовавший процессом эльф положил ладони на место перелома и, закусив губу, что-то тихо прошептал. Дракон вздрогнул всем своим огромным телом и, оглянувшись на эльфа, одобрительно кивнул. Эльвар сумел блокировать боль. Дождавшись, когда Лёха растянет повреждённое крыло на всю длину, эльф быстрым движением соединил обломки кости и, достав из сумки склянку с какой-то мазью, принялся обрабатывать место перелома. Потом Эльвар вновь сжал повреждённое место руками и так же тихо прочёл несколько заклятий подряд. И каждый раз после финального слова между его ладонями пробегал короткий импульс ярко-розового свечения.

– Всё, – выдохнул эльф, опустив руки и чуть не упав на приятеля.

– Что с тобой? – удивлённо спросил Лёха, подхватывая обмякшее тело.

– Он отдал слишком много сил, излечивая мою рану, – грустно пояснил дракон, осторожно пошевелив крылом.

– Не вздумай взлететь, – с трудом выдавил из себя Эльвар. – Я слишком слабый маг, чтобы излечить дракона за один раз. Даже если это один перелом, но это перелом крыла дракона.

– И не собирался, – покачал головой дракон. – Борьба с заклятием отняла у меня слишком много сил. На взлёт их точно не хватит. Грохнусь с этой горы, как тот булыжник. Надеюсь, подгорный народ позволит мне здесь немного отдохнуть.

– Не беспокойтесь, первородный, – медленно выступив из коридора, ответил Родри. – Мой клан никогда не забывал о законах гостеприимства.

– Благодарю тебя, Родри Два Кулака, князь подгорного народа, – с достоинством изогнув шею, поблагодарил дракон. – Надеюсь, я найду способ отплатить вам за добро.

– Мы не люди, первородный. Мы помним древние законы, – поклонился в ответ Родри, жестом подзывая к себе пару гномов, тащивших на длинных жердях пятиведёрную бочку вина.

* * *

Лёха шагал по знакомому коридору, старательно формулируя вопросы, которые собирался задать новому знакомому. Эльф сумел вправить и срастить сломанную кость крыла дракона, но для окончательного заживления требовалось несколько дней. Родри, обрадованный тем, что всё обошлось без буйства и больших разрушений, приказал обеспечить дракона всем необходимым. Впрочем, ел дракон раз в два десятка дней, а вином старался особо не увлекаться. Так что лечение пострадавшего летуна обошлось подгорным скрягам недорого.

Лёхе не давал покоя вопрос о возвращении в свой мир. Смириться с тем, что застрял в этом странном мире навсегда, Лёха не мог. Несмотря на все уговоры гнома, эльфа и бесконечные споры с драконом. Вот и теперь, разъяснив Родри все непонятки в чертежах, он отправился к так и не назвавшему своего имени дракону, чтобы задать ему очередной вопрос. Едва увидев парня, дракон выпустил из ноздрей клубы дыма и, вздохнув, устало спросил:

– Что, опять пришёл спорить и доказывать, что высшие силы ошиблись, выбрав тебя?

– А разве нет? – сходу пошёл в атаку парень. – Ну, сам подумай, какой из меня новатор, если я сам ничего толком не умею.

– Ты споришь со мной так, словно это я тебя в этот мир перенёс, – усмехнулся дракон. – Тот, кто это сделал, думал не о том, что ты умеешь.

– А о чём? Такое впечатление, что он вообще не думал, – огрызнулся Лёха.

– О том, что ты можешь сделать. Высшему разуму интересны не твои знания, а твои душевные качества.

– Чего?! Ты сам-то понял, чего сейчас сказал? – возмутился парень. – И какие же это у меня качества, что меня вдруг потребовалось запихивать в этот балаган? В чем я так провинился?

– Ты решил, что это наказание за какую-то провинность? – удивился дракон.

– А что? Поощрение за отнятое детство и полную неустроенность в жизни? – не унимался Лёха.

– Это шанс выстроить жизнь так, как бы тебе самому хотелось. И одновременно миссия, которую ты должен выполнить.

– Ага. Ещё бы кто пояснил, что это за миссия такая! А то я вам тут намагичу, блин горелый, – фыркнул Лёха, усаживаясь на нагретый солнцем булыжник.

– Ты не можешь использовать магию, человече, – тоном, которым разговаривают с детьми и умственно отсталыми, произнёс дракон. – Ты слуга равновесия, и вся твоя сила заключена в умении мыслить. Умении сочувствовать и сопереживать, как это было, когда я оказался в беде.

– Так тут вроде все не безмозглые, – растерянно проворчал Лёха.

– Мыслить иначе. Не так, как мыслят обитатели этого мира.

– Допустим, – вздохнул парень. – Но всё равно. Как понять, что я должен делать? Как это узнать?

– Тебя направят, – помолчав, ответил дракон. – Делай, что делаешь, и слушай себя. Своё сердце. Если ты начнёшь делать что-то не так, ты поймёшь, потому что дело перестанет ладиться.

– Да уж, весело, – удручённо вздохнул парень. – Выдернули из собственного мира, запихнули хрен знает куда, да ещё и что делать – неизвестно. Нет чтобы встретиться, спросить, хочу ли я это делать? Могу ли? И вообще объяснить, что от меня требуется. Терпеть не могу неопределённости.

– Ты ещё документ, подписанный высшими силами, потребуй, – рассмеялся дракон.

– Было бы неплохо, – усмехнулся в ответ Лёха. – По крайней мере, я бы точно знал, что им от меня надо.

– Кому им? – не понял дракон.

– Да высшим силам твоим, чтоб им ни дна ни покрышки, – отмахнулся Лёха.

– За языком следи, – помрачнев, посоветовал дракон.

– Или что? Накажут? – окрысился парень. – Так для меня нынешнее положение ни разу не поощрение. Я домой хочу.

– Ну ты и нытик! – презрительно усмехнулся дракон. – Ему шанс дали новую жизнь построить так, как сам захочет, а он только скулит и ноет.

– Вот ты умный?! А как её строить? Что у меня есть? – завёлся Лёха и принялся мерить площадку шагами.

– Голова! Знания твоего мира… Я долго думал о тебе и по-моему кое-что понял, – задумчиво проговорил дракон.

– О как?! И чего ты понял? – развернувшись к нему всем телом, спросил Лёха.

– Основа процветания любого мира – это равновесие. Баланс во всём. А в нашем мире это равновесие нарушено. Не только драконы, гномы и эльфы пользуются магией, но и люди отдали предпочтение магии, а не умению создавать что-то своим умом, своими руками. Науки, искусства – всё забыто или не развивается.

– И моя задача это исправить? – потрясённо уточнил парень.

– Думаю, да.

– Хрена се, вы, барин, задачки ставите, – проворчал Лёха, растерянно почёсывая в затылке. – И каким же образом я это исправлю? А главное, зачем? Для чего это надо?

– Я же сказал, равновесие, – раздражённо хмыкнул дракон.

– Да понял я, что равновесие. Но для чего? Что изменится от того, что я вдруг начну учить людей делать что-то своими руками?

– Любая магия – это трата существующей в мире энергии, – задумчиво ответил дракон. – Первородные – такие как драконы, эльфы, гномы и урух-кай – часть этого мира и стараются жить в гармонии с ним. Но все мы чувствуем, как энергия этого мира начала истаивать. Даже простейшее заклинание стало отнимать больше сил от произносящего его, чем ещё сотню циклов назад. Мы первыми заметили это, но не понимали, как это изменить.

– А теперь поняли? – с лёгкой иронией спросил Лёха.

– Я начинаю понимать, – кивнул дракон, не принимая его шутку. – Равновесие мироздания – это не шутки. Нарушив его, можно уничтожить весь этот мир.

– Так и хочется спросить, а какое мне дело до этого мира? – хмыкнул Лёха.

– Ты не понимаешь, – покачал головой дракон. – Мир не может исчезнуть, не затронув при этом всего мироздания. И я вполне допускаю, что случившееся может затронуть и твой мир. Во вселенной всё взаимосвязано.

– Угу, и спасение всего мироздания зависит от одного полуграмотного механика, – скептически хмыкнул Лёха. – Ты сам-то слышишь, что несёшь?

– Ты каждый день задавал мне вопросы. А теперь, когда я попытался на них ответить, не веришь. Не моя вина, что тебе не нравятся ответы. Во всяком случае, это лучше, чем ничего, – вздохнул дракон.

– Ну раз ты у нас такой умный, тогда посоветуй, как мне это сделать, – тихо попросил парень. – Расскажи, как мне спасти равновесие?

– Не знаю, – вдохнул дракон. – Думаю, ты сам должен найти выход.

– Да уж, задачка, – в тон ему вздохнул парень. – Ни много ни мало спасти целый мир. А может, между делом подумаешь, как мне домой попасть?

– Даже магический круг драконов не сможет тебе помочь, – жёстко отрезал дракон. – В последний раз говорю. Забудь об этом.

– Да я так, на всякий случай, – смутился Лёха. – Так с чего мне начинать?

– С простого. Сделай то, что заставит всех людей в империи говорить о тебе. А потом начинай выстраивать свою империю. Техническую. В которой не будет места магам. Где они станут просто не нужны.

– На это и жизни не хватит, – вздохнул парень.

– А ты ещё не понял? – тихо рассмеялся дракон.

– Чего не понял? – насторожился Лёха.

– Став слугой равновесия, ты получил не только новую жизнь, но и новые возможности. Теперь твоя жизнь будет измеряться не циклами, а сотнями циклов.

– Выходит, я ещё и бессмертным стал? – опешил Лёха. – А как же старость?

– А что старость? – не понял дракон.

– Старея, человек теряет память и умом слабеет, – быстро пояснил Лёха. – На кой сотни лет жизни, если в голове сплошная каша?

– Ты действительно тупой, – фыркнул дракон. – Для тебя течение времени остановилось. Ты больше неподвластен простым законам мира. Твоя жизнь напрямую связана с высшими силами. Так что тебе нечего бояться времени. Единственный, кому ты подотчётен, – это высшие силы.

– Это у тебя шутки такие? – растерянно спросил парень, не веря собственным ушам.

– Я так похож на записного шутника? – презрительно фыркнул дракон. – Я говорю то, что вижу и знаю. Болтать просто так, прерогатива людей.

– Твою ж мать! – только и мог сказать Лёха, чувствуя, как волосы на голове шевелятся.

Такого захода он не ожидал. Хотя после переноса ему уже трудно было чему-то удивляться. С каждым днём, проведённым в новом мире, он всё больше приходил к выводу, что пути обратно действительно нет. А появление дракона только подтвердило это предположение. По всему выходило, что Лёхе оставалось лишь плыть по течению и просто выживать в этом сказочном мире. Глядя на дракона, парню очень хотелось взвыть и броситься в драку. Неважно – дать по морде или получить. Главное – разрядиться.

Но лезть в драку с драконом по меньшей мере глупо. А драться с гномами – бесполезно. Только кулаки об их чугунные головы расшибёшь. Что ни говори, а малорослики, несмотря на свой невеликий рост, весят в два раза больше среднего человека. Да и силёнок у них хватает. Припомнив, как одна из случайных подружек в порыве страсти чуть не переломала ему все рёбра, Лёха хмыкнул и решил отложить драку до лучших времён. Тем более что она ничего не изменит. Внимательно наблюдавший за Лёхой дракон одобрительно кивнул и, устроившись поудобнее, тихо сказал:

– Ты умеешь думать и правильно оценивать свои силы. А ещё ты умеешь держать себя в руках. Похоже, высшие не ошиблись, выбрав тебя для исполнения миссии.

– Угу, знать бы ещё, в чём она заключается, – угрюмо повторил Лёха.

– Вот только не начинай всё сначала! – скривился дракон. – Я уже сказал тебе всё, что мог сказать. Научись правильно воспринимать посланные тебе знаки.

– Не вопрос. Только объясни мне, как эти самые знаки выглядят, – ехидно отозвался парень.

– Ты не хочешь думать, Дальвар. Вспомни. Сначала ты оказался рядом с магом, который помог тебе получить нужные для жизни среди людей грамоты. Потом ты встретил эльфа, который привёл тебя туда, где твои знания могут принести тебе нужное для дела золото. А когда ты стал задавать вопросы, встретил меня. Так какие ещё пояснения тебе нужны?

– А хрен его знает, – развёл руками Лёха. – Понимаешь, в моей жизни, я говорю про ту, прошлую жизнь, магии, драконов, эльфов, гномов и вообще всех тех, кого вы называете первородными, не существует. Для людей это всё сказка. Вымысел. И тут я вдруг попадаю туда, где вы все существуете. Сам подумай. Как тут голову не потерять и домой не попроситься?

– Понимаю, – сочувственно усмехнулся дракон. – Признаться, для драконов многие истории о людях тоже долгое время были не более, чем вымыслом.

– Это как это? – растерялся Лёха. – Разве люди здесь не всегда были?

– В том то и дело, что нет. История нашего мира, это не история эволюции, как считается в вашем мире. Этот мир был заселён намеренно. Существами со стороны. Догадываешься, откуда пошло звание первородных?

– Тогда уж, скорее, первопришедших, – проворчал парень.

– Наши расы пришли в этот мир задолго до появления в нём людей. Мы заняли планету и начали жить так, как привыкли. Но очень скоро выяснилось, что нас слишком мало. И тогда высшие привели в этот мир людей. Век человека короток, но их много. Прошло время, и они начали вытеснять нас с наших земель. Среди людей, родившихся в этом мире, стали появляться маги. И в противостоянии наступил перелом. Теперь магические войны чаще проигрывали древние расы, привыкшие полагаться на опыт предков. Что ни говори, но люди умеют учиться. Умеют изобретать.

– Ну гномы вон тоже на месте не сидят. Почти всю индустрию под себя подмяли.

– Мы слишком косны. Завязли в правилах и заветах предков, не желая понимать, что жизнь не стоит на месте. Но теперь, с твоим появлением, это должно измениться.

– О как?! И как же я могу изменить вашу косность? – возмутился Лёха.

– Ты уже начал делать это, – усмехнулся дракон. – Я слышал, как гномы спорят о пользе твоих предложений. А там, где спор, там – сомнения и движение вперёд. Князь Родри не шутил, когда обещал отсыпать тебе столько золота, сколько будет нужно. Он умный и давно уже понял, что существо с такими знаниями нужно держать поближе к себе. Поэтому ты всегда можешь рассчитывать на его помощь. Думай.

– Легко сказать – думай, – вяло огрызнулся Лёха. – От мыслей, между прочим, голова болеть начинает. Я и представить не могу, как всё это можно провернуть.

– Один умный дракон сказал: «Если хочешь изменить жизнь, начти сначала».

– И как это понимать?

– Начало любой расы – это дети.

– Я ещё воспитателем в детском саду не был, – фыркнул Лёха. – И кто ж мне своих детей доверит?

– Думай, Дальвар. Думай, – загадочно усмехнулся дракон.

– Думай, думай, – сварливо отозвался парень. – Нет чтобы помочь, подсказать. Объяснить. А то напустил туману, ещё и издевается.

– Я не издеваюсь, – удручённо покачал головой дракон. – Я хочу, чтобы ты начал пользоваться своей головой. Пойми. У меня нет ответов на все твои вопросы. И если быть точным – их ни у кого нет.

– Хорошо, – вздохнув, заговорил Лёха. – Допустим, только допустим, что ты прав. И я должен изменить в вашем мире баланс сил, выведя технический прогресс на новый уровень. Хотя слабо представляю, на хрена это надо. С чего начинать? Ты сказал – дети. Но ведь я и понятия не имею, как у вас относятся к детям и что нужно, чтобы получить разрешение их родителей на то, чтобы увести их из дома. А самое главное, куда их вести?

– Ты только что сам ответил на свой вопрос, – усмехнулся дракон.

– Который из? – иронично уточнил парень.

– С чего начинать.

– Стоп, – остановил беседу Лёха, выставив перед собой ладонь. – У вас есть школы?

– Конечно.

– И кто в них учится?

– Все.

– Все расы?

– Да. Существуют школы для обучения детей всех живущих в империи рас. Потом, после окончания этой школы, дети возвращаются домой и живут так, как могут. Точнее, как способны их обеспечить родители. Исключение только для магически одарённых. Дети с магическим даром отправляются в академию и после обучения становятся магами. Такие школы существуют во всех крупных городах империи. Детей кметов обычно учат жрецы.

– И драконы в таких школах учатся? – не удержался Лёха.

– Нет. Нам нет необходимости учиться у людей. Драконы рождаются со знаниями предков. С годами этот дар просыпается. Каждый дракон, передаёт последующему поколению накопленные им знания.

– Память на генетическом уровне? Хрена се у вас мозги работают?! – изумился Лёха.

– Именно поэтому драконы считаются самой мудрой расой этого мира.

– Тогда почему вы ушли в горы, если такие умные? – не сумел промолчать парень.

– А вот это не твоё дело, человече, – рыкнул дракон, и Лёха понял, что ляпнул что-то не то.

* * *

Рассматривая опытный образец генератора, Лёха продолжал прокручивать в голове разговор с драконом. Эльвар каждый день смазывал сломанное крыло дракона своим бальзамом и обещал, что уже через несколько дней гигант сможет подняться в воздух. Но именно это и пугало парня. Потерять такого советчика, всё равно что остаться без руки. Несмотря на характер, дракон оказался бесценным источником информации. Но длинный язык в очередной раз подвёл Лёху. Вот уже третий день дракон отказывался говорить с ним, он просто отворачивался при каждом появлении парня на вершине горы.

– Дальвар, ты уснул стоя, что ли? – вывел парня из задумчивости довольный голос Родри.

– Чего? – повернулся к нему Лёха.

– Я говорю, что твой механизм и вправду работает. Накопитель заполняется.

– Сколько раз повторять? Это не накопитель, а аккумулятор.

– Он энергию накапливает? – не сдавался Родри. – Накапливает. Значит, накопитель.

– Исходя из твоей логики, раз молоток стучит, то он не молоток, а стукоток, – усмехнулся Лёха. – М-да, не думал, что вы сумеете нужный лак сделать.

– Мы много чего умеем, – гордо грохнул себя кулаком в грудь Родри.

– Ладно. С одной частью дела мы справились. Что у нас с блоком двигателя?

– Уже отлили. Полируют, – коротко ответил Родри.

За образец при изготовлении нового типа двигателя, Лёха решил взять двигатель от земной «Волги». Простой, легко ремонтируется, а главное – не требует качественного бензина. Первые попытки изготовить топливо из сырой нефти уже были, но полученная жидкость Лёху не устроила. Воняет сильно и горит слабо. После долгих раздумий и проб было решено увеличить температуру испарения. Свечи для мотора делали в стеклодувной мастерской. Услышав, что князю нужно стекло, которое не будет плавиться при очень высокой температуре, заправлявший в мастерской гном сначала ухватил себя за бороду, чуть не вырвав её с корнем от полноты чувств, а потом кинулся к тиглю, пробовать.

Благодаря изобретению парового двигателя гномы уже отлично знали, что такое коленчатый вал и примитивная коробка передач, так что Лёхе не пришлось начинать с азов. Попутно он уже успел объяснить князю, что такое провода, изоляция, и лампочка. Поэтому в мастерских во всю трудился десяток гномов, придумывая, чем заменить нужные материалы, и переводя кучу металла. Добиться нужного свечения от известных гномам сталей было невозможно, а как выглядит вольфрам Лёха понятия не имел. Но сейчас голова парня была занята лишь одной мыслью.

Что делать дальше? Пойти по пути, указанному драконом, или забрать деньги, обещанные Родри за новые стволы, и отправиться искать мага? И то и другое, на первый взгляд, выглядело бесперспективной затеей. Но если с попыткой изменить этот мир появились хоть какие-то намётки, то в поисках мага ему помогать отказывались. Причём все сразу. Даже давно уже заскучавший эльф, едва услышав про мага, сходу включал тумблер дурака и делал вид, что не понимает, о чём речь. Устав от бесполезных споров, Лёха от нечего делать принялся обдумывать способ наведения порядка в империи.

Слова дракона о том, что начинать надо сначала, врезались в память парня намертво. Существование школ Лёху порадовало, но затевать что-то, не зная местных законов – значит сходу нарваться на неприятности. Ему нужен был кто-то, кто сумел бы объяснить, куда идти и с кем договариваться. Убедившись, что опытный образец генератора работает и от высоких оборотов разваливаться не собирается, Лёха оставил Родри балдеть у станка и отправился наверх. К дракону. Если кто и может подсказать правильный ход, так это только он.

Выбравшись на площадку, Лёха нашёл взглядом замершее на самом краю площадки тело и, подойдя вплотную, негромко сказал:

– Прости. Я не хотел тебя обидеть. Пойми, я слишком плохо знаю ваш мир. Ты мне нужен.