Текст книги "Последняя Жертва"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poslednyaya-zhertva-277128.jpg)
Автор книги: Эш Вайсэр
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Последняя Жертва
Эш Вайсэр
Дизайнер обложки Татьяна Филатова
© Эш Вайсэр, 2023
ISBN 978-5-0060-9391-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
И гордый демон не отстанет, ⠀⠀
Пока живу я, от меня,
И ум мой озарять он станет
Лучом чудесного огня;
Покажет образ совершенства
⠀ И вдруг отнимет навсегда
И, дав предчувствия блаженства,
⠀ Не даст мне счастья никогда.
(«Мой демон», М. Ю. Лермонтов)
– Пролог —
«Почему я ещё жив?»
Одна-единственная мысль разрывала сознание изнутри, не давая покоя уже много лет.
Миру был безразличен этот вопрос.
Тёмная ночь глядела из окна, зазывая в свои объятия. На улице ветер гонял полурастоптанные листья, унося их всё дальше и дальше от прародителей-деревьев. Серебряная луна тоскливо освещала колонны у входа в отель, придавая статуям-львам неестественное неземное сияние, делая их похожими на плохо выкрашенные гипсовые фигуры.
Он смотрел в окно на это буйство погоды, пытаясь сложить воедино кусочки мозаики. Слишком много событий произошло за последнее время, и слишком мало ответов удалось получить.
Он чувствовал, что время пришло. И ждал. Ждал, когда тишину разобьют слова его единственного друга.
– Откажись от внутренней борьбы, что гнетёт тебя.
– Только не ты опять, – с сожалением произнёс молодой человек.
С открытого балкона открывался вид на великолепный сад, сновавших по нему людей и мраморных львов у центрального входа. Эти большие кошки неустанно наблюдали, как люди входили и выходили из отеля: кто-то спешил на деловые встречи, а кто-то просто прогуливался по городу, наслаждаясь жизнью.
Он разглядывал статуи и думал, что в их жизни смысла было больше, чем в жизни тех людей, что были гостями отеля, и, вероятно, чем в его собственной.
Высокие деревья и искусно подстриженные кустарники поблескивали в сиянии луны и звёзд, шелест ветра доносил приятные запахи листвы и цветов. И сверху, с балкона этот сад казался далёким и нереальным райским садом: он вроде был близко, рукой можно подать, и в то же время он был местом, которое всегда оставалось лишь мечтой.
– Не отрицай того, что стало правдой. Пришло время, сейчас или никогда, – раздалось в тишине.
Он отвернулся от сада и посмотрел в комнату. Как всегда, там не было того, кто мог произнести эти слова. Но он знал, что этот неведомый кто-то есть, и он ждёт, ждёт от него ответа.
– Твоё время пришло. Ты должен выполнить свою миссию. Сейчас, – повторил невидимый собеседник.
– Знаю. Я помню об этом… – тихо произнёс молодой человек.
– Оставь сомнения. Ты сможешь проснуться в новом мире, имея целую жизнь, которую будешь вспоминать Там.
– Я не уверен, что всё делаю правильно, – он покачал головой. – Я не всегда понимаю, что именно должен сделать и какой следующий шаг будет верным.
Он обвёл взглядом комнату. За долгое время глаза привыкли к полутьме, и она казалась такой родной, привычной.
Не покидало навязчивое внутреннее ощущение, что в комнате был кто-то, что-то ещё. В самом углу около шкафа висело небольшое зеркало. Освещаемое лишь тонким сиянием луны оно выглядело поистине жутко.
Подойдя к зеркалу, он несколько секунд не решался заглянуть в него. А потом закрыл глаза и сделал шаг. Он думал, что снова не увидит там ничего, кроме отражения, но зеркало показало иную реальность. Три чернильных силуэта смотрели на него. Их глазницы были похожи на огромные дыры, небрежно вырезанные на бумажных лицах каким-то художником-маньяком. Они не шевелились, молчали, у них не было глаз, но их невидимый взгляд пронизывал насквозь, проникая в самую душу.
Завороженно смотря в зеркало, он не сразу расслышал слова за спиной.
– Ты уже видел их. Вы встречались раньше.
С трудом заставив себя отойти от зеркала, молодой человек произнёс:
– Знаю, что видел. Я всегда чувствовал это, что мы были знакомы прежде.
– И их время прошло, – снова раздалось в темноте. – Твой путь в Лабиринте ещё не окончен. Это лишь ещё одна ступень. И она самая сложная.
– Я думал, что найду спасение там, найду ответы, но внутри мне пришлось столкнуться лицом к лицу со Зверем в своей душе. Сделка с Дьяволом в обмен на собственную душу…
– Заблуждения преследуют тебя, я знаю. Ведь внутри Лабиринта скрыто нечто… грандиозное, – тихо произнёс Голос. В ночной тиши казалось, что он шепчет в самое ухо.
– Так много вопросов… Как ты думаешь, Голос, возможно ли умереть мертвецу? И реальна ли жизнь? Может ли она быть настоящей? – спросил молодой человек, глядя в окно. На улице завывал ветер, а шелест листвы казался далёким и чужим. Словно всё было во сне.
– Для жизни смерть – это нереально. А значит, и смерти нет.
– А те люди, они…
– Пойми же наконец, те люди – это были необходимые жертвы. Забудь о них, – прервал его Голос. – Есть только настоящее. Есть только то, за что ты сражался каждый день, и мечты, исполнения которых мы все ждали очень долго, и сейчас ты должен помочь нам всем.
– Я принял боль и позволил ей сделать меня сильнее. Попытка отыскать реальность, держа компас в сердце… Эта одержимость поглотила мой разум, затуманив истинную цель. Я долго бегал за миражами, забыв о том, что есть и другие дела. Ты говорил, что нужно шагнуть в неизвестность и, преследуя конец радуги, проложить новую тропу. Но что, если я не различаю радугу? Последнее время мир видится мне в оттенках белого и чёрного, но чаще вижу лишь серое.
Он снова посмотрел в зеркало. На этот раз отражение показало только одного человека и комнату.
– Я знаю, ты боишься, – снова раздалось где-то возле самого уха. – Но ты должен понять: смерть – высшая жизнь. Это пережизнь, трансформация в нечто большее, совершенное. Ведь достижение абсолютной свободы возможно лишь через осознание своей конечности, предельности. Воскрешение после полной катастрофы.
– Может ли быть свобода иллюзией? – задумчиво произнёс молодой человек, всё так же глядя в окно. – Почему я опять должен выбирать? Как в том стихотворении. Опушка – и развилка двух дорог. Я выбирал с великой неохотой… И если станет жить невмоготу, я вспомню давний выбор поневоле: развилка двух дорог – я выбрал ту, где путников обходишь за версту. Всё остальное не играет роли11
Фрост Р. «Неизбранная дорога»
[Закрыть].
– Время пришло, Андрей. Оставь прошлое. И смотри лишь на залитый звёздами путь, в будущее.
– Голос… Я бы очень хотел…
– Следуй за истиной. Она поможет тебе выжить.
Андрей задумался. Было ли логичным верить своим снам и видениям, которые казались единственно реальными? Ему очень хотелось, чтобы всё, что хранилось внутри, вырвалось наружу, очистив его от вины. Он знал, всегда знал, что наступит время, когда придётся встать бок о бок со Зверем, но хотел выбрать этот день сам. Потому, что боялся признать, что этот Зверь, страж и хозяин Лабиринта – необходимая часть его самого. И теперь Зверь был готов принять Последнюю Жертву.
– Кем же я стал? – спросил он у зеркала. – Собственная личность ускользает от меня, и я уже не знаю, кто я на самом деле. Но где-то глубоко в душе я чувствую, что должен тебе верить, Голос…
– Сомнения слишком мешают тебе. Одна ошибка – и танец с судьбой на краю трагедии превратит в то, что питает монстра внутри. И мост между отчаянием и надеждой будет разрушен.
– Твоё молчание зашло слишком далеко. Бросать вызов всему, что кажется логичным, и идти по воде, да, так ты это называл? – придерживая зеркало одной рукой, Андрей тут же со всего размаху ударил по нему кулаком.
Тонкие трещины сеткой расползлись по поверхности стекла, а мелкие осколки посыпались на пол. Они были похожи на изящную паутину, но где же прятался неведомый паук?
– Нет, – рассматривая трещины, продолжил Андрей. – На самом деле это значит балансировать на лезвии ножа, приставленного холодной когтистой лапой твоего же Зверя к пульсирующему горлу. Когда-то я сделал свой путь к тебе своим приоритетом… Но это было очень, очень давно…
– Да. И сейчас ты должен заплатить за то, что позволил мне помочь. И за то, что Лабиринт принял тебя. Твоё время пришло, Андрей. Готов ли ты умереть за свою мечту, чтобы она стала реальностью? Пойми, у каждого есть своя мечта, но не все готовы умереть за неё. Настало время выполнить свою миссию, принеся свою жертву. И тогда ты получишь…
– Свободу. Ты обещал мне мою свободу! – прервал его Андрей. Разговаривая с Голосом, Андрей не заметил того, что руки сами оторвали шнур от кабельного телевидения, выдернув его с корнем из разъёма. Руки сами сделали красивую, изящную петлю, привязав другой конец верёвки к балкону.
– Ответь мне на последний вопрос, Андрей. Это важно. Важно для нас всех. Ты понимаешь, ради чего ты это делаешь?
– Теперь да. Я прекрасно всё понимаю, – глядя на зажатый в руке шнур, не задумываясь произнёс Андрей. – Теперь я всё понял. Я это делаю ради того, что много лет хранил внутри, ради того, что защищал и за что боролся. Ради всего того, что было так дорого нам на протяжении сотни жалких дней жизни! Вот зачем. Я осознаю… я прекрасно осознаю, что будет, если хоть кто-то из Них подберётся ко мне… к нам достаточно близко. Они и так уже отняли у меня всё, всех… и я не позволю им забрать мою Искру, мои звёзды и небо, мои прекрасные видения и Тебя. Я уже говорил, что никому не позволю стоять у меня на пути. Эти люди, это больное жалкое стадо никогда не поймёт и половины того, что теперь знаю я; они никогда не почувствуют всю глубину той прелести, что я ощутил. Нет, скорее наоборот: узнав обо всём, они будут пытаться отнять это у меня, будут пытаться вылечить меня, ведь я же сумасшедший. Такие как я – мы же изгои, мы не подходим обществу и этому миру. Но нет! Это мир не подходит для нас! – он посмотрел в окно на сад и, закрыв глаза, произнёс: – Этот чёртов мир… Повернувшись в последний раз лицом к миру, я бы хотел увидеть, как он сгорит.
– Великолепно, – ответил Голос. – Теперь ты готов. И ты знаешь, что должно сделать.
Часть I
– Глава 1 —
«Действительно, на земле есть много прекрасных
пейзажей, но фигуры их,
оживляющие, никуда не годятся; поэтому на них
не следует и останавливаться»
(А. Шопенгауэр)
Тихая ночь напала на город, окутав дома своими длинными щупальцами, наполнив воздух свежим холодным запахом безмолвного покоя. Её тёмное дыхание таилось за каждым деревом, за каждым поворотом ночных дорог. Она проникала в разум случайного путника, заставляя задуматься о бессмысленности своей маленькой жизни и о ценности каждодневной гонки за миражами, о том, что в этой гонке со смертью невозможно победить. Она никогда не даёт шанса отыграться, не щадит и не прощает ошибок.
Одинокая фигура, словно тень, бесшумно скользила вдоль ночных дорог. Маленький человек в большом городе. Он шёл медленно, не спеша, наслаждаясь звоном своих шагов. Остановился напротив зеркальной витрины, рассматривая отражённый там город.
Огней было много: красные, белые, синие – но они все были мёртвые. Мёртвые огни фар и фонарей правили миром. Машины продолжали безостановочно мчаться по широким мостам и дорогам, напоминая небу о своём механическом существовании грозным рычанием турбированных моторов. Небо отвечало лишь молчаливым наблюдением за ночной жизнью и мириадами безразлично сияющих звёзд, прожигающих аккуратными дырочками тёмное полотно.
– Как их много. Как много машин мы создали, а теперь они поставили нас на колени… – произнёс человек шёпотом.
Мир в отражении казался ему более реальным, живым, чем тот, который видел из окна каждый день. Провожая взглядом очередной поток машин, молниеносно пронёсшийся к финишной черте моста, он услышал тишину – город наконец-то замолчал.
Ночная гонка сбавила бешеный темп, позволяя затишью ненадолго взять верх над суетой. Ватный покой надавил на уши, заставляя расслышать звон собственных мыслей.
Для тех, кто не привык к ночи, жутко было оставаться наедине со своими мыслями, ведь мысли – это то, что делает человека самим собой. Находясь во власти истинной сущности, многие люди испытывали страх, ведь никто не хотел видеть, кто он есть на самом деле. Но это было не про него.
Он был человеком ночи и уже давно перестал бояться молчания. Наоборот, при каждом удобном случае искал укромный уголок и ждал, когда безмолвие снимет покров с зеркала души, обнажая самые тёмные её стороны, освещая глубокие шрамы и несбывшиеся надежды. И сейчас мечты, разбитые на осколки, блестели в отражении сознания, мелькая нескончаемым калейдоскопом воспоминаний словно сотни теней в самом сердце преисподней.
В этом мире были и другие. Миллионы мыслей и слов заполняли разум не успевших укрыться от безмятежности людей, напоминая о том, что нельзя убить зверя внутри, не повредив шкуры. У каждого внутри жил свой зверь, который хотел вырваться на свободу, дав волю своим самым сокровенным желаниям. Но не каждый был готов отдать душу дьяволу ради любимого тёмного наслаждения. Поэтому-то люди не любили ночь и боялись звона тишины. Он знал это и был этому рад. Кривая ухмылка рассекла худое лицо в отражении. В глазах промелькнул злобный огонёк.
Город снова ожил. Он понял это, почувствовав в воздухе запах горячего масла, переработанного бензина и разогретых в бешеной гонке моторов. А ещё откуда-то издалека ветер донёс цветочный аромат загородного леса и пьянящие нотки листвы – они заманивали в хвойную чащу, обещая открыть все глубины человеческой природы.
Отвернувшись от витрины, молодой человек разглядел и других одиноких прохожих, спокойно созерцавших застывшее полотно звёзд. Они тоже не боялись зверя внутри, и им был знаком запах холода – так пахнет страх. Им было не до сна, их снова гнала на охоту ночь. Солнце село – маски прочь. Ночные хищники, каждый из которых искал единственную жертву – ответы на свои вопросы. Они ждали, когда скользкая мысль подплывёт к кромке океана сознания, чтобы одним резким движением поймать её за хвост, успокоив метавшийся разум в лабиринте снов. Их охота не всегда заканчивалась удачно: бывало, жертва оказывалась слишком юркой и по сноровке и умению превосходила охотника, и тогда человек был вынужден метаться в сомнениях до следующей ночи, прячась в закоулках внутреннего мира от дневного света. Ночь была очень коварна.
Он знал, что жизнь не у всех проходила в ночной спешке или охоте за невидимой добычей.
Медленно подойдя к длинному дому, посмотрел на стройные ряды окон. В этих окнах ещё долго будет гореть свет.
Заходить внутрь совсем не хотелось, но ещё больше не хотелось оставаться наедине с городом машин.
***
В одной квартире на верхнем этаже уже несколько часов горел свет. Хрустальная люстра освещала мраморный пол лучами искусственного блеска. Глянцевый потолок отвечал взаимным сиянием, бросая на шёлковые шторы блеклые тени дорогой мебели. Каждый сантиметр квартиры был пропитан роскошью и богатством. Всё дышало огромными суммами денег, которые хозяйка не скупилась тратить на обустройство жилья.
Хозяйкой своего мини-дворца была пожилая женщина Анна. Для незнакомцев – Анна Сергеевна. Старуха семидесяти девяти лет со сморщенным худым лицом, вблизи похожим на засохшую на солнце мочалку. Её превосходно выкрашенные коньячного цвета волосы были небрежно собраны в домашний хвост костлявой рукой.
Был у этой пожилой женщины очень живой и резвый взгляд. Упрямые зелёные глаза сохранили резкость и по сей день несмотря на свой возраст. Она смотрела на мир с вызовом и гордым превосходством, а нескончаемым задором вводила многих людей в яростное состояние. Энергии и наглости ей было явно не занимать.
По худощавой внешности Анна Сергеевна была похожа на типичную бабулю «божий одуванчик», но это был обман, маска невинности, которую она умела использовать с умом. Внутри «бабули» жила гордая непокорная львица, готовая порвать любого, кто встанет на пути к цели. Её резкий и харизматичный характер намекал, что его обладательница испытывала жизнь на прочность многие годы, что ей нравился зашкаливающий пульс и обжигающий кровь адреналин.
Вся её прожитая жизнь была сплошным экстримом, а старость – угрозой самой смерти. Семидесятидевятилетняя «старая карга» всегда была быстрее света в осуществлении своих грандиозных планов. Анна Сергеевна умела летать где-то над землёй, но лишь рискуя всем, она была собой. И она явно не собиралась умирать ближайшие лет тридцать точно.
Были у Анны Сергеевны и другие удивительные фишки – богатство и «любимые» родственники, которые с нетерпением ждали, когда же она, наконец, умрёт, а наследство перейдёт им. Но находчивая и предусмотрительная «старая карга», как её называли за глаза племянники, явно не спешила с ними делиться. Она знала об их долгих и мучительных ожиданиях, поэтому с каждым годом тратила деньги более расточительно, иногда напрочь забывая о финансовых границах материального мира.
Анна Сергеевна уже давно для себя решила, что, прежде чем отойти в мир иной, потратит всё до копейки, и сделает это не только из жадности и нескрываемой ненависти к своей родне, но и потому, что ей нравилось брать от жизни всё. Если что-то хотела, то забирала всё подчистую, никакая половина её не устраивала.
Уже почти всю ночь она наглаживала постельное бельё и занавески, мыла посуду и стирала одежду. Женщина была безумно рада, что надоедливые родственники покинули дом, оставив хозяйку в гордом одиночестве. Они навещали её довольно редко, но, когда приезжали, оставались на несколько дней. И целью было простое корыстное желание – в один прекрасный день приехать и обрадоваться, что Анна Сергеевна откинула коньки, но каждый раз, разочарованные и обиженные, возвращались домой в ожидании следующего счастливого визита.
Пару дней назад она спровадила своего племянника Андрея, приехавшего погостить к любимой тётке на целых четыре дня. Анна Сергеевна терпела его как могла, даже предлагала денег, лишь бы поскорее уехал. Еле-еле пережив эти бесконечные дни, выкрала у вселенной немного времени, чтобы заняться собой. Только он переступил порог квартиры, как она тут же начала перемывать по несколько раз всю посуду, из которой племянник пил и ел; протёрла зеркало и окна, к которым Андрей подходил, и перестирала всё постельное бельё.
Во время глажки женщина невольно задумалась, что прожила уже довольно долго и за свои семьдесят девять лет побывала в серьёзных передрягах, из которых иногда чудом уходила живая, а благодаря опыту работы в банке сумела благополучно провернуть немало рискованных афер и сделок, обвела вокруг пальца много «честных» людей, которые не знали, куда можно пристроить свои миллионы. Результатом такого трудолюбия стало огромное состояние на старости лет и, конечно же, мечты родственников о скорой её смерти.
С любовью разглаживая на гладильной доске белый тюль, подумывала о том, что пора бы осуществить ещё одну свою прихоть, ту самую, которая закралась в подкорку подсознания несколько месяцев назад и зудела с каждым днём всё больше и больше, явно мешая осуществлять привычное бытие. Этой прихотью было желание взять все свои накопленные капиталы и поехать куда-нибудь, где казино и игровые залы пользовались большой популярностью. Там можно было бы поужинать в дорогом ресторане, снять номер люкс в престижном отеле, а потом на всю ночь отправиться в казино, где можно играть в покер или рулетку с богатыми и знатными персонами, а под конец игры благополучно проиграть своё завещание. И даже если от осознания проигрыша внезапно стукнет инфаркт, Анна Сергеевна помрёт счастливой, ведь на старости лет сорвёт самый большой куш, который только сможет найти. Умирать ведь она пока не собиралась, а значит, нужно было придумать, как с пользой провести время и начать форсировать новые вершины, достигая интересные цели.
***
Закончив домашние дела, пожилая женщина пошла на кухню и заварила чай. Ароматный запах крепкого чёрного чая индийских сортов затопил кухню, унося в приятный мир любимых фантазий.
Она развалилась в плетёном кресле, положив на тёмный дубовый табурет свои дряхлые, старушечьи ноги. Укрывшись пледом, медленно потягивала горячий напиток. И тут раздался стук в дверь. Сначала Анна Сергеевна подумала, что ей показалось: стук был слабым и осторожным, словно какой-то хилый маньяк проверял, есть ли кто дома. Потом постучали громче.
«Что может быть нужно от старухи в два часа ночи? Что это за настойчивый идиот мешает мне жить?» – с недовольством подумала она.
– Сейчас я, иду, – крикнула Анна Сергеевна в ответ на повторившийся стук.
Специально всё делая медленно, стащила с табурета сначала одну ногу, потом вторую, потом неторопливо пошла в коридор, зажимая в руке горячую кружку. Не дойдя несколько шагов до двери, хозяйка выключила свет и лишь потом распахнула дверь.
Она не любила, когда кто-то или что-то отвлекало от любимого занятия. И сейчас её очень разозлил столь поздний визит.
Женщина даже не стала пытаться спрашивать, кто же к ней пожаловал, и с размаху плеснула чай в чернильное лицо незнакомца. В ответ раздался пронзительный крик удивлённого человека.
– Так тебе и надо, ночная крыса! Что, на беспомощных пенсионеров нападаешь, да? Решил меня убить и ограбить? – закричала Анна Сергеевна.
– Чёрт, я так и знал, что не стоило заходить к вам! Боже, вы что делаете?! Это же я – Андрей! – раздалось из неосвещённого коридора.
– Идиот, – только и смогла произнести Анна Сергеевна. – Значит, это ты у меня под окнами ходил – что, думал, не увижу?
Андрей был очень рад, что в темноте женщина не видела его лица. Думая, что остался незамеченным, он долго ходил вокруг её дома, раздумывая, стоит ли вообще заходить. Нынешняя выходка тётки ясно дала понять, что не стоило. И сейчас он чувствовал себя униженным и разоблачённым мальчишкой.
– Денег не дам, – с вызовом сказала хозяйка квартиры.
– Мне не нужны деньги. Мне негде ночевать, – жалобно проскулил племянник.
Анна Сергеевна тяжело вздохнула, подумав, не выпроводить ли его вон, но потом всё же решила впустить.
– Ну, проходи, раз пришёл… Чай-то понравился?
– Да. Хороший чай. Горячий только.
Обрадованная результатом, Анна Сергеевна пошла на кухню за новой порцией индийского напитка.
Андрей включил свет в коридоре. Из зеркала на него смотрел человек среднего роста, костлявый, с длинными руками и ногами. По бледному лицу стекали струйки некогда горячего чая. Тёмный пиджак тоже был в чайных разводах. Чёрный шарф, небрежно повязанный вокруг тонкой шеи, выглядел большим мокрым удавом, неудачно душившим своего хозяина. Такой весьма жалкий вид никак не вписывался в чистую квартиру богатой пенсионерки.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?