Текст книги "Свадебный отбор. Замуж за врага"
![](/books_files/covers/thumbs_240/svadebnyy-otbor-zamuzh-za-vraga-162786.jpg)
Автор книги: Ева Никольская
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 4
Семейная идиллия
Держаться друг от друга подальше было идеей Мари. И Северьян полностью ее одобрил, уверенный, что их встреча, как и последующие совместные приключения, не случайны. Из двадцати пяти потенциальных невест только она постоянно цепляла его взгляд и лишь о ней он по-настоящему беспокоился. Сначала – потому что девчонка от волнения спотыкалась и поддержать ее было чем-то само собой разумеющимся. Потом она его заинтриговала. Ну а когда вокруг нее начал виться белокурый красавчик, весьма подходящий под типаж инкуба, охотник воспылал жгучим желанием оградить Мари от дурной компании.
Доограждался!
Их выход из леса в зал произвел настоящий фурор. Даже музыка, игравшая до этого, оборвалась на середине, сделав немую сцену еще более весомой. Под прицелом десятков пар глаз Северьян крепче прижал к себе Мари вместо того, чтобы поставить ее на пол. А она вцепилась в его плечи и принялась покусывать от волнения губы, без помады казавшиеся более яркими и пухлыми. Судя по выражению ее бледного личика, лесных чудовищ девушка боялась меньше, чем любопытных взглядов, скрестившихся на них.
Напряжение разрядила Ангелика, которая с фальшивым удивлением воскликнула:
– Как же вас так угораздило-то? Живы? Здоровы? А платьице ничего… платьице мы сейчас подлатаем…
Ведущая буквально вырвала Мари из его рук, продемонстрировав для ее юного возраста и хрупкой комплекции недюжинную силу и напор. Народ, толпившийся вокруг, ожил: забормотал, заохал, кто-то спрашивал, где они были, кто-то предлагал посильную помощь, и только двое изображали надутых индюков: Лорель и Эван. По воле случая блондин и блондинка стояли рядом, и Северьян невольно отметил, что из них вышла бы отличная пара. Как из него и Мари.
Ангелика за считаные минуты вернула журналистке прежний вид, используя золотое облако, на котором передвигалась по залу. Оказалось, что помимо работы транспортным средством оно еще и платья чинит, и волосы укладывает, и даже макияж поправляет. Универсальная магия альвенгов в действии!
Причесать и почистить Северьяна вездесущая девчушка тоже пыталась, но он предпочел просто отряхнуться и пригладить пятерней растрепавшуюся шевелюру, не желая соприкасаться с чужими чарами. Слишком много секретов хранила его внешность, и рисковать инкогнито ради более опрятного вида охотник не собирался. В конце концов, он не жену здесь ищет, чтобы прихорашиваться, как павлин. Пусть Эван хвост распускает и чистит перья, а его и так все устраивает.
Мари, снова чистенькая и хорошенькая, будто куколка из сувенирной лавки, поблагодарила Ангелику за помощь. Ловко ускользнув от назойливого кавалера, решившего прочитать ей нотацию, она отловила Северьяна, к которому как раз направилась крайне недовольная Лорель, и, взяв под руку, отвела в уголок, где честно сказала, что опасается их скоропалительной свадьбы.
Оптимальным решением для обоих было свести общение к минимуму, так они и поступили. Однако из поля зрения ведьмак ее все равно не выпускал, нутром чуя, что эта непоседа в погоне за историей влезет в какую-нибудь авантюру и ему опять придется ее спасать. Только как, если они теперь избегают друг друга?
Учитывая тематику отбора, выводы журналистка сделала верные. Чем чаще они сталкиваются, тем больше шансов выйти из небесного замка с брачными оковами на руках и без возможности отмены «приговора». Не то чтобы Северьян совсем не планировал жениться. Но точно не здесь и не сейчас. Будущую жену он хотел узнать получше, рассмотреть поближе и пообщаться с ней подольше… например, за обедом, ужином и завтраком. И так каждый день до тех пор, пока окончательно не поймет, что она – та самая.
– Красавица, правда? – вырвал его из задумчивости мужской голос со странно притягательными интонациями, которые, по идее, должны были действовать на женщин, но отчего-то задели и охотника. Не очаровали, а именно задели, вынудив заинтересованно обернуться.
За спиной стоял высокий брюнет с крупными чертами лица, массивной челюстью и очень густыми черными бровями, которые нависали над глубоко посаженными глазами неожиданно светлого цвета. Участник с номером 11 на плече беседовал с Северьяном, но смотрел на Мари, болтавшую с рыжим парнем, который ведьмаку тоже не нравился. Чуть поодаль стояла Лорель, рядом с ней еще одна симпатичная девица. Хм… и которая из них красавица?
– Кто именно? – озвучил свой вопрос охотник.
– Обе хороши, – сказал брюнет, обратив на него пронизывающий до костей взор. – Не так ли? – Губы его тронула улыбка, и ведьмак с досадой понял, что не только он следил за мужским коллективом, но и его общение с сиреной и Мари не осталось незамеченным. – У вас хороший вкус, – сделал странный комплимент незнакомец, который тоже подходил на роль инкуба. – Я Виктор. А вы… Яша, если не ошибаюсь? – Так его называла Мари. Ничего удивительного, что мужчина, наблюдавший за ними, запомнил имя.
– Да. – Вельский пожал протянутую руку. – Полагаю, у вас ко мне какое-то дело?
– Скорее вопрос, – не стал ходить вокруг да около брюнет. – Мне нравится девушка, а ей, судя по всему, нравитесь вы. Но вам, насколько я понял, нравится другая. Замкнутый круг.
– И в чем, собственно, вопрос? – У ведьмака заметно поднялось настроение от осознания, что светлоглазый джентльмен положил глаз вовсе не на журналистку. Если он перетянет на себя внимание сирены, будет даже хорошо. Главное, чтобы не переусердствовал – участи жертв инкуба Север надоедливой блондинке не желал. Просто хотел, чтобы она не путалась у него под ногами.
– Вопрос-с-с… – задумчиво протянул Виктор, снова обратив взгляд на Лорель. Признаться, охотник ожидал услышать что-нибудь в духе: «Что они в вас нашли?» или хотя бы «Выбери одну», но собеседник удивил: – Сколько стоит ваш окончательный и бесповоротный отказ от Лоры?
– Что?
– Я намерен получить эту женщину, – заявил он серьезно. – И не важно, решат альвенги, что мы подходящая пара или нет. После отбора жизнь не заканчивается.
– А если вас женят на другой?
– Никто так не затронул струны моей души, как Лорель. Разве что ваша «фарфоровая куколка», – произнес Виктор с улыбкой, в которой таилась… хм, угроза? Что же получается, если Северьян сейчас гордо откажется от сделки, этот хрен с деньгами в качестве мести начнет окучивать Мари? Да не бывать такому!
– Мне не нравится ваш тон. – Окинув соперника холодным взглядом, охотник повернул в руках трость, чтобы с разных ракурсов запечатлеть лицо наглеца. – Не нравятся ваши методы и намеки. Хотите женщину – убеждайте ее, что вы – тот самый, а не пытайтесь подкупить меня. – Он вознамерился уйти, решив, что сказал достаточно, но передумал и, обернувшись, добавил, переходя на «ты»: – Держись подальше от «фарфоровой куколки», приятель.
– Так очаровала? – ничуть не обидевшись, усмехнулся брюнет.
– Она как стихийное бедствие. Свяжешься с ней – и прощай спокойная жизнь. Сам видел, какие «красивые» мы были после второго тура. Удача, что живы остались. Так что просто поверь на слово… От этой женщины держись подальше, – с нажимом повторил он и тоже улыбнулся. Зловеще так, обещающе.
– Почему вам не нравится Лорель? – внезапно спросил Виктор. – Она ведь идеальна, а вы пренебрегаете ею, грубите.
– Потому и не нравится, что идеальна, – соврал он. – Чувствую себя ущербным на ее фоне.
Кивнув на прощанье, Северьян отправился на очередную прогулку по залу. Естественно, в сторону Мари. И вовсе не потому, что соскучился. Просто рыжий хлыщ, вертевшийся около нее, тоже нуждался в детальном рассмотрении и более удачных кадрах. После отбора, разобрав накопленные материалы, можно будет сделать хорошие фото всех потенциальных инкубов, пробить их по базе гвардов и познакомиться с наиболее интересными экземплярами на земле, а не в облаках.
Через двадцать минут…
А я-то грешным делом думала, что третьим туром снова будет бал, раз нас всех собрали в очередном красиво украшенном зале. Даже прикинула, как стану танцевать босиком, если кто-нибудь пригласит. Но, к счастью, до этого не дошло. Гостей разделили на две группы: отдельно женщин и отдельно мужчин. Правда, один странный джентльмен пытался прибиться к нам под предлогом вспыхнувших чувств, но Ангелика его настойчиво оттеснила в сторону, что-то шепнула на ухо и первым отправила навстречу неизвестности. Хорошо еще не пинком!
Итак… нас снова заставили штурмовать таинственные арки. Почему таинственные? Потому что дальше пряталось нечто за густой завесой тумана. Почти такого же, как тот, который привел нас с Яшей в лес. Видимо, эта ассоциация и была причиной, по которой я очутилась в самом хвосте очереди из невест. Девушки, подхватив юбки, смело шагали в сизое марево, а я смотрела им вслед и косилась на мужчин, которые один за другим исчезали в загадочной дымке.
Надеюсь, нас там рогатые крокодилы с повязанными на шею платочками на ужин не ждут. А то без туфель и клатча мне отбиваться от них нечем. И моего рыцаря с многофункциональной тростью рядом тоже нет.
– Ну же, Мари! – поторопила меня Ангелика, когда я, пропустив вперед почти всех представительниц прекрасного пола, застыла на пороге. – Тебя там никто не укусит, – понимающе улыбнулась она, подтолкнув меня легонько в спину почти как того типа, который рвался в нашу женскую компанию.
Пройдя через невесомую вуаль тумана, я оказалась в ярко освещенной комнате… одна! Оглянувшись по сторонам, с удивлением узнала обстановку собственной спальни, которая претерпела значительные изменения. Вместо моей скромной кровати стояло огромное ложе, способное уместить четверых. А вместо шкафа – комод с откидывающимся верхом, подозрительно похожим на стол или даже на пеленальную доску. Учитывая стопку подгузников и разные баночки с детскими кремами, – второе было актуальнее. У стены под розовым балдахином пряталась детская кроватка, из которой раздалось требовательное «уа».
Но откуда в моем доме ребенок? Матерь лунная, что же с ним делать?! Я ведь ничего не умею! Паника, охватившая меня, была всепоглощающей.
– Что же ты, мамаша, дочурку не возьмешь? – заявила пышногрудая тетка, вваливаясь в комнату, которая, как я теперь заметила, имела парочку новых дверей. – Она же плачет, надрывается, а ты… Эх, молодежь! – Женщина недовольно цокнула языком. – Твой муж уже поднимается, уж он-то свою деточку приласкает! – Сменив тон, нянечка засюсюкала, наклоняясь над кроваткой: – Ты ж моя радость, ты ж мое…
Я недослушала. Резко развернувшись, бросилась к противоположному выходу, не чувствуя ног. Так страшно мне не было даже среди болотных монстров.
– Эй, а как же чадо, а супруг-то как?! – неслось вслед.
Какое, к бесам, чадо? Какой супруг? Не готова я к семейной жизни! Дети, муж… за что? Медуза – существо вольное, на навязанный брак несогласное! Пусть и в рамках третьего тура! Вдруг это не просто инсталляция, а очередной выбор? Согласилась на роль – все, попалась. Нет – поплавай еще в нейтральных водах, рыбка. Или того хуже – это может оказаться кусочком моего будущего. Альвенги же оракулы!
Как я буду жить дальше, если увижу сейчас личико дочки, которой пока даже в проекте нет? Что смогу дать ей, когда сама изо дня в день играю в догонялки со смертью. Марк зовет меня адреналиновой наркоманкой, и он абсолютно прав. Не быть мне нормальной матерью! Ни в выдуманной реальности, ни в настоящей. Я порченый плод, чудом задержавшийся на этом свете, когда по всем законам жанра должна была погибнуть в аварии, устроенной мамой.
Удирая от привалившего «счастья», я мысленно ругала организаторов отбора и их методы. Сначала нас с женихами познакомили, потом устроили совместный ужин, теперь вот макнули носом в жизнь после свадьбы. Отличная проверка на совместимость! А еще на стрессоустойчивость. Страх сидел во мне клещом, продолжая сосать кровь и трепать нервы. Муж… дочь… НЯНЯ! Жуть какая! А если это не няня, а свекровь была? Упаси меня небо от ее отпрыска!
Промчавшись через пару смежных комнат, интерьер которых был мне абсолютно незнаком, я влетела в чужую спальню, где до невозможности довольная парочка купала весело хохочущего малыша в голубой ванночке.
– Простите, – буркнула я, ныряя в очередную открытую дверь.
Помещения перетекали друг в друга, тая все новые сюрпризы. Где-то страстно ссорились новоиспеченные супруги, недовольные выбором альвенгов, где-то не менее страстно целовались другие. А я без конца извинялась, чувствуя себя третьей лишней. От своего избранника убежала, так и не посмотрев, что за кота в мешке мне подсунули остроухие. Может, зря? Заметив в одной из пустых комнат балкон, я свернула туда. Воздухом подышать, угу. Выйдя на улицу, обнаружила, что уже ночь, хотя за окном моей спальни, помнится, был ясный день. Здесь же светила луна, мерцали звезды и… опираясь одной рукой на мраморные перила, стоял Яша.
– Здравствуй, – нервно усмехнувшись, сказала я. Почему-то шепотом.
– И тебе не хворать, Мари, – ответил он, бросив на меня задумчивый взгляд.
– Что ты тут делаешь? – спросила, проследив, как он выпускает изо рта кольцо белого дыма.
– Курю.
– Не знала, что ты куришь.
– Я бросил. – Мне все больше нравилась его кривая улыбка, как, впрочем, и он сам. – Пару лет назад.
– И снова начал?
– Как видишь.
– С чего вдруг? – спросила, становясь рядом. Внизу раскинулся сад, цветочные ароматы которого пьянили, настраивая на романтический лад. Только нам обоим было не до романтики. – Семейная жизнь не заладилась? Отцовство напугало?
– Отцовство? – Он затушил сигарету, бросив окурок в предусмотрительно оставленную хозяевами пепельницу. – Не-э-эт, Мари, так далеко, слава небесам, дело у нас не зашло.
– У вас? – вскинула бровь я.
– У нас с форелью.
– Вот как? Значит, альвенги вас снова свели, – испытав странную досаду, пробормотала я и уставилась на подсвеченные фонарями кусты. Красиво, но не радует.
– Они пытались, да…
– Но ты сломал все их планы, когда страстно возжелал… покурить, – хихикнула я.
– Именно! – Он легонько щелкнул меня по носу. – Как ни крути, тридцать третья, а мы с тобой легко отделались. Ты ведь тоже сбежала от своего «муженька»?
– О да!
– И кого подсунули тебе?
– Понятия не имею. Мне так сильно не хватало воздуха, что я умчалась искать балкон, не дождавшись встречи.
– А сейчас как? Отдышалась?
– Почти.
Я рассмеялась, чувствуя, как отступает и паника, и сожаления об упущенном шансе узнать свое будущее. Здесь и сейчас мне было хорошо. И только полностью это осознав, я вдруг сообразила, что мы, вопреки договоренности, снова вместе. Опять наступаем на те же грабли, нарушая правила свадебного отбора. Ох, как бы не прилетело по лбу!
– Что дальше? Продолжим любоваться красотами, разбежимся по разным углам или отправимся исследовать этот похожий на сыр лабиринт? – немного помолчав, спросил Яша.
– Почему на сыр? – заинтересовалась я.
– Потому что одна нора плавно переходит в другую, и неизвестно, что ждет за дверью. И кто.
– Ну так пойдем посмотрим! – приняла решение я.
– Вместе? – на всякий случай уточнил он, поудобнее перехватывая трость, на которую после второго тура больше не опирался.
– Да! – Я кивнула. – Кто меня еще станет спасать? Рыцарь на этом отборе один – ты. – Я шутила, хотя, если подумать, именно так и считала.
А если еще немного подумать, копнуть поглубже, разворошить то, в чем сама себе боюсь признаться, станет ясно, что от пары «Я плюс Яша» у меня нервный срыв не случится. Так что лучше с ним, чем неведомо с кем.
В одной из комнат небесного замка…
– Ты-ы-ы! – взвыла Лорель, кидаясь на него… из-за занавески. – Да как ты мог бросить меня с… ЭТИМ! – Она сунула ему в руки перевязанный синей ленточкой сверток, который недовольно закряхтел.
– Опа! – выдохнула застывшая рядом Мари. – А про отсутствие отцовства ты, Яш, похоже, слукавил…
– Он просто раньше сбежал, чем нам ЕГО принесли! – ткнув пальчиком в конверт, обитатель которого начал выгибаться и плакать, заявила блондинка.
– Ты же хотела ребенка, Лорель, – сказал Северьян, машинально баюкая «сына». – Откуда же столько возмущения?
– Я хотела ребенка от тебя, с твоей кровь… – Она осеклась под его тяжелым взглядом и стрельнула глазками в конкурентку. Та сделала вид, что рассматривает дверь, которая, кстати, отворилась, и в комнату, где их подстерегала сирена, ввалилась еще и толстая тетка с точно таким же, как у ведьмака, кульком, только с розовым бантиком.
– Уф, мамаша! Устала вас искать, – заявила женщина обалдевшей Мари. – Принимайте эстафету! – Сунув ей в руки свою ношу, няня быстренько ретировалась. И Лорель, как ни странно, последовала ее примеру, бросив несостоявшегося «супруга» с ребенком. Даже не помахала на прощанье… вертихвостка!
– Охренеть! – выдала Мари свое коронное слово, очень емко выражавшее весь спектр ее эмоций. – Это что же выходит: мы с тобой теперь многодетная парочка, состоящая из двух… э-э-э… разведенных?
– Не каркай! – шепотом приказал Северьян, покачивая малыша, который морщил носик, торчавший из белых кружев, и старательно пускал пузыри. – Многодетная – это когда трое. Вдруг еще одного подкинут?
Там же…
Как на краю обрыва, я балансировала на границе паники, рискуя в любой момент свалиться в пропасть. Дети! Двое! Как же так?!
– Вдох-выдох, Мари! – бросив на меня хмурый взгляд, сказал Яша. – Ну же, это просто младенцы. Они не кусаются.
– Это для тебя просто! А я понятия не имею, что с ними… с ней делать, – покосившись на бело-розовый сверток, прошептала я. Страх причинить вред этому крошечному созданию был таким сильным, что меня затрясло. – Скажи, что у тебя есть опыт, умоляю.
– Есть.
– Ты был женат? – заинтересовалась я, прижимая к себе «дочь», недовольство которой росло, потому что за вполне безобидным кряхтением последовало громогласное «уа-уа», и оно с каждой секундой нарастало, ударяя по моим натянутым нервам.
Болит что-то? Держу неправильно? Не нравлюсь ей? А-а-а!
– У меня есть младшая сестра.
– Сильно младшая? – спросила жалобно. И куда только моя обычная тормознутость делась, когда так нужна?
Девочка выгибалась, норовя выскользнуть из рук, и я не на шутку испугалась, что выроню это упрямое создание. Личико очаровательной крошки раскраснелось, губки задрожали. Матерь лунная! Как же ее успокоить?
– Достаточно, чтобы запомнить, как ухаживать за ребенком. Так, Мари! Отставить панику! – скомандовал новоявленный «папаша». – Мягче надо с ней, нежнее…
– Я не умею!
– Учись. – Легко ему говорить! Он-то со своим чадом отлично справляется! – Для начала вытащи малышку из одеяльца, возможно, ей жарко. Проверь, не надо ли сменить пеленку или покормить. Потом…
– Я не могу!
– Ладно. – Яша забрал у меня капризулю, но едва я вздохнула с облегчением, как получила второго. Мальчик, в отличие от девочки, вел себя тихо, во всяком случае пока. – Покачай его. Песню спой… колыбельную, – деловым тоном распорядился мой рыцарь, который снова меня спасал. – Петь, надеюсь, умеешь? – уточнил он, криво усмехнувшись.
– Немного, – соврала я, не желая раскрывать одну из своих масок.
– Ну так пой! А я пока займусь малышкой.
Он прошел вглубь комнаты, баюкая притихшую девочку. Там, как и во многих других помещениях, было все необходимое для ухода за ребенком, начиная с подгузников и заканчивая набором бутылочек с молочной смесью. Странно, но, попадая в его руки, дети успокаивались, а у меня, наоборот, начинали волноваться. Наверное, как собаки, чувствовали страх. Или я просто что-то не так делала.
Посмотрела настороженно на младенца, он – на меня. Светло-серые глазки прищурились, изучая. И мне подумалось, что взгляд у этого мальчика слишком умный и проницательный для его возраста. Хотя что я знаю о детях? Единственным ребенком, с которым близко сталкивалась, была Майя – сестра моего лучшего друга. Но ее Василина начала доверять нам только лет с пяти, и то под своим строгим надзором, ибо считала нас с Марком недостаточно ответственными.
«Агу», – сказал малыш, пытаясь вынуть ручку из одеяла.
– Уже пою, пою… так, что спеть-то… – забормотала я, решив, что от меня ждут именно этого.
Слава небесам, с репертуаром дела обстояли значительно лучше, чем с уходом за детьми. Вскоре я тихо мурлыкала колыбельную, которую в детстве мне пела мама. А младенец, прикрыв свои ясные глазки, улыбался так счастливо, что у меня теплело в груди. Успокаивая его, я успокаивалась сама. Покачивая мальчика, начала медленно кружить по просторной комнате, не забывая поглядывать на Яшу, который кормил малышку, лежавшую на одеяле. Она смешно дергала ножками и пыталась обхватить крошечными ручками бутылочку, видимо, чтобы не отняли.
Вот вам и правда жизни. Нет ничего страшнее голодной женщины… даже если ей всего пара месяцев от роду. Моя девочка!
Через час…
Спустя час, если верить висевшему на стене циферблату, в нашей разношерстной компании царила полная идиллия. Сытые и сухие дети сладко спали в одной кроватке, а мы с Яшей сидели на диване и сторожили их сон, шепотом споря об именах для малышей. Не мальчиком же с девочкой их называть, верно? Нам стоило большого труда утихомирить карапузов: у «папаши», подозреваю, руки отваливались, потому что он, глядя на мои мучения, взял на себя обоих. Зато я исполнила все детские песенки, которые знала, и взрослые, которые, по моему мнению, подходили. Затеянный концерт закончился вожделенным призом – ребятишки крепко уснули, а мы, уставшие, но довольные, рухнули на диван едва ли не в обнимку.
А потом явилась она! Неудивительно, что громогласную тетку, влетевшую в комнату, захотелось придушить. Когда удивленная и заметно приободренная няня радостно воскликнула: «Давно бы так!», мы синхронно зашикали, требуя тишины. Я инстинктивно метнулась к колыбели проверять, не разбудила ли эта глупая женщина детей, а Яша потянулся к трости. Уж не знаю, что он собирался с ней делать: снова играть в хромого или палкой выгонять визитершу, но ход, как ни странно, сработал.
– Да я на прогулку их пришла забрать, – потупив глазки, сообщила няня. – Свежий воздух и все такое… – Она шаркнула ножкой сорок третьего размера и, виновато улыбнувшись, сообщила: – Вам пора переходить на четвертый тур. Заключительный.
– А дети? – Я снова почувствовала приближение паники. Хотя, казалось бы, должна была ощутить всплеск облегчения, что это испытание закончено. – Что с ними будет?
– Не переживай, мамаша. – Няня мне весело подмигнула. – С вашими кровиночками все будет хорошо, – заверила она, выразительно глядя на меня, будто в этом простом обещании крылось что-то еще.
Неужели третий тур действительно пророческий? И в реальной жизни у меня родятся двойняшки… от Яши?
Я медленно повернулась и уставилась на напарника, с которым мы вместе отбивались от монстров, вместе же баюкали детей. Окинув его придирчивым взглядом, я сделала обнадеживающий вывод: с возрастом изначально ошиблась – ему, скорее всего, не больше тридцати или тридцати пяти. Сутулость, как и хромота – маскарад. Шрам, борода и мелкие морщинки тоже вполне могут оказаться искусным театральным гримом, который невооруженным глазом не распознать. Седина в темных волосах… да бес с ней, с сединой!
– И что ты на меня так смотришь, Мари? – постукивая набалдашником трости по раскрытой ладони, поинтересовался Яша.
– Представила нас женатыми.
– И как? – Уголки его губ приподнялись, наметив улыбку.
– Ужасно! – рассмеялась я, прикрыв ладонью рот, чтобы дети не проснулись.
Взглянула в последний раз на сладко сопящих малышей, погладила кончиками пальцев обоих, поправила одеялко, которым они были накрыты, и, вздохнув, отошла.
– Вот уж не думала, что так прикипите, – пробормотала няня, заступая на пост у кроватки.
– Критические ситуации сближают, – буркнула я, позволяя Яше обнять меня за плечи. – Идем. – Легонько пихнула его в бок. – Пока я тут окончательно не раскисла. Как пить дать, магия альвенгов действует! – пробормотала, уверенная, что грусть расставания с детьми, которые всего лишь одно из испытаний отбора, навеяна остроухими. Иначе с чего мне так себя чувствовать? Я ведь еще недавно жаждала сбежать от этих спиногрызов, сверкая пятками. Мнение так быстро меняется только под действием чар!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?