Автор книги: Евгений Анисимов
Жанр: Исторические приключения, Приключения
Возрастные ограничения: 18+
сообщить о неприемлемом содержимом
Глава 2
Самодержец и органы политического сыска
«Тайное» всегда есть принадлежность высшего, «верхнего государева дела». С таким толкованием связаны названия и Тайного приказа XVII века, и органов политического сыска XVIII века. Понятие «тайный» отмечает принадлежность слова, действия, документа или учреждения к исключительной компетенции верховной власти. Напротив того, у подданного не должно быть ничего тайного. Тайное у подданного могло быть только преступным. Люди, собиравшиеся по ночам, уже только поэтому вызывали у власти подозрение и казались опасными. Андрея Хрущева, как и других приятелей А. П. Волынского, подолгу засиживавшегося у кабинет-министра, в сыске спрашивали: что они «таким необычайным и подозрительным ночным временем, убегая от света, исправляли и делали?»145145
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 204. Л. 9.
[Закрыть].
Исключительность тайного государева дела видна в часто встречающихся заявлениях изветчиков, что «государево слово и дело» они могут сообщить тайно, один на один, только самому государю. Известно, что Петр I лично выслушивал некоторых из изветчиков – тех, кто особенно настаивал на этом. Так, царь сам допрашивал Родиона Семенова – крепостного князя Хилкова, который даже под пыткой отказывался открыть Ромодановскому «слово и дело» на своего помещика и согласился сделать это только в личной беседе с царем146146
Есипов 1880b: 116–125; Голикова 1957: 39.
[Закрыть]. В 1719 году поляк Григорий Носович донес на русского посланника в Польше князя Г. Ф. Долгорукого по делу об измене, «которого никому, кроме самого е. ц. в., объявить не хотел, о чем и перед Сенатом спрашиван и по допросу ничего не показал» и в итоге также удостоился встречи с царем147147
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 5. Ч. 1. Л. 25.
[Закрыть]. В 1726 году арестованный по делу Феодосия Яновского обер-секретарь Синода Герасим Семенов потребовал встречи с императрицей Екатериной I, чтобы «донести самоустно подлежащее яко верный патриот предостерегательство»148148
Есипов 1880b: 303.
[Закрыть]. При расследовании дела Артемия Волынского в 1740 году главный доносчик на кабинет-министра, его дворецкий Василий Кубанец, заявил, что имеет нечто объявить, «но не может иначе, как лично самой императрице». В тот же день ему зачитали именной указ, чтобы изветчик изложил свое «объявление» письменно и запечатал в отдельном конверте для передачи лично государыне149149
Записка об Артемии Волынском 1858: 147.
[Закрыть].
Этим, освященным традицией и принятым с древности обычаем предстать перед государем, чтобы сообщить повелителю нечто важное, тайное, некоторые авантюристы пытались воспользоваться и позже. В 1774 году, в разгар восстания Пугачева, некий купец Астафий Долгополов сумел заморочить голову не только Г. Г. Орлову, поднятому ради него посреди ночи, но и самой Екатерине II, с которой Орлов ему устроил встречу. Долгополов наобещал государыне поймать и доставить властям «злодея» Пугачева. Императрица приняла простолюдина в своих покоях – честь невиданная – и благословила на благородное дело, а Орлов снабдил удальца мешком денег и сам подписал ему паспорт. Авантюрист, добравшись до Пугачева, все открыл мятежникам и, вероятно, не без юмора, передавал «амператору Петру Феодоровичу» привет от «его супруги». Потом, когда стали вылавливать сподвижников Пугачева, императрица очень опасалась, как бы Долгополова, под горячую руку (без должного следствия и наказания за его «продерзость»), не повесили бы среди прочих мятежников150150
Овчинников 1995: 48; Осмнадцатый век 1869, т. 1: 152.
[Закрыть].
Любопытную подробность сообщает неизвестный поляк-конфедерат, сосланный в 1769 году в Сибирь. Когда он с товарищами оказался в ссылке в Тобольске, то решил пожаловаться на злоупотребления местных властей. Кто-то из местных доброхотов посоветовал полякам положить письмо на имя государыни перед ее портретом и подобием трона, находившимся в Тобольской судебной палате, после чего по давней традиции прошение «немедленно препровождалось в Петербург». Поляки так и сделали. И действительно, их жалоба очень быстро дошла до Екатерины II и участь пленных облегчили151151
Поляк-конфедерат в Сибири 1886: 291.
[Закрыть]. Следовательно, сакральность государевой тайны сохранялась, даже если челобитчик обращался к изображению монарха, подобно тому как он обращал свои тайные молитвы к Богу, молясь перед иконой.
Все самодержцы и самодержицы XVIII века были причастны к политическому сыску, все занимались его делами. Даже от имени двухмесячного императора Ивана Антоновича, «правившего» Россией чуть больше года, издавались указы и манифесты по делам сыска. В этом можно видеть традицию, уходившую к истокам самодержавия, к исключительному праву самодержца разбирать такие дела.
Интерес Петра I к сыску объясняется как личными пристрастиями царя, так и острой борьбой за власть, которую он выдержал в молодости. В этой борьбе Петр рано проявил решительность и жестокость. Недоверчивый и подозрительный, он был убежден, что только страх и насилие могут удерживать подданных в узде. Первые уроки сыскного дела Петр получил в августе 1689 года, когда допрашивал своего врага – Федора Шакловитого152152
Розыскные дела 1884, т. 1: 16 и др.
[Закрыть]. Легенда связывает имя Петра и с разоблачением заговора Цыклера в 1697 году: после получения доноса царь нагрянул в дом Циклера, застав заговорщиков во время совещания153153
Штелин 1990: 28–31.
[Закрыть].
Помазанник Божий хорошо знал дорогу в застенок. Исследователи сыскной деятельности Петра I пишут о его непосредственном участии в Стрелецком розыске 1698 года154154
Богословский 1946; Голикова 1957; Буганов 1969.
[Закрыть]. С началом розыска царь сам допрашивал стрельцов, и это занятие явно его увлекло. Один из важнейших документов розыска – «Вопросные статьи», которые определили весь ход расследования, Петр сам продиктовал. Они, по мнению М. М. Богословского, «носят отпечаток его слога»155155
Богословский 1946: 28, 36–37.
[Закрыть].
Петр часто бывал на пытках и приглашал своих гостей в застенок посмотреть на мучения, которым подвергали приближенных женщин царевен Софьи и Марфы. Царь лично допрашивал своих сестер156156
Богословский 1946: 63, 81.
[Закрыть]. С 1700 по 1705 год Петр рассмотрел в Преображенском приказе и вынес резолюции по 50 делам157157
Голикова 1957: 39.
[Закрыть]. Даже в свои походы он брал с собой арестованных и допрашивал их158158
Письма и бумаги Петра Великого 1907, т. 5: 301; 1950, т. 9: 109. См. также: Голикова 1975: 303; Павлов-Сильванский 1910: 31.
[Закрыть]. Судить о том, насколько опытным следователем был Петр, трудно. Конечно, он оставался сыном своего века, когда признание под пыткой считалось высшим и бесспорным доказательством виновности человека. Петр не отличался какой-то особой кровожадностью. Известны только два случая, когда царь указал запытать до смерти упорствующих в своих «заблуждениях» старообрядцев159159
Есипов 1861, т. 1: 640; Веретенников 1910: 112, 118.
[Закрыть].
В делах сыска, как и во многом другом, Петр часто проявлял свой неуравновешенный характер. Он нередко ошибался в людях, что особенно заметно в деле Мазепы, которому слепо доверял и был глух ко всем доносам на него, многие из которые подтверждались фактами: гетман давно встал на путь измены русскому царю. Но Петр выдавал доносчиков самому же гетману, который их казнил. Согласно легенде, единственным выводом Петра I, попавшего с этой историей впросак, была знаменитая сентенция: «Снявши голову, по волосам не плачут». Вообще, личные расправы царя над подданными признавались в народе позорным, нецарским делом. Занятия Петра в застенке принесли ему дурную славу.
Особенно много сведений об участии Петра в работе сыска сохранили источники из Тайной канцелярии. Для работы в ней Петр даже выделил особый день – понедельник160160
Веретенников 1910: 109–110.
[Закрыть]. В этот день Петр приезжал в Петропавловскую крепость, слушал и читал там доклады, выписки и приговоры по текущим делам, являя собой в одном лице и следователя, и судью. К приезду царя – следователя и судьи готовили экстракты и писали проекты приговоров, которые государь либо утверждал традиционной фразой «Учинить по сему», либо собственноручно правил и даже заново переписывал. Порой он детально вникал в обстоятельства дела, вел допросы и присутствовал при пытках. Резолюции царя показывают глубокое знание им тонкостей сыскного процесса и дел, которые его чем-то особо привлекали161161
См.: Веретенников 1910: 111–116.
[Закрыть].
Не всегда розыски при царе фиксировались на бумаге, как было в деле Монса 1724 года162162
Семевский 1990: 195.
[Закрыть]. Петр вообще был свободен в выборе решений по каждому делу. Все было в его воле: дать указ арестовать, допросить, пытать, выпустить из тюрьмы. Он отменял уже утвержденный им же приговор, направлял дело на доследование или приговаривал преступника к казни. При этом он исходил не из норм тогдашнего права, а из собственных соображений, оставшихся потомкам неизвестными.
Впрочем, ссылки на законы и процессуальные нормы тогда не были обязательны – традиция и право позволяли самодержцу выносить любой приговор по своему усмотрению. В 1720 году Петр указал о подавшем ему челобитную старообрядческом диаконе Александре и его сообщнике, старце Ионе: «Дьякона пытать к кому он сюда приехал и приставал, и кого здесь знает своего мнения потаенных; а по важных пытках, послать с добрым офицером и солдаты от гвардии в Нижний, и там казнить за его воровство… Другого, Иону, пытать до обращения или до смерти, ежели чего к розыску не явится»163163
Есипов 1861, т. 1: 640; Веретенников 1910: 118.
[Закрыть].
Мы видим, как понимал царь весь сыскной процесс: вина Александра ему очевидна до начала следствия, требовалось лишь узнать о его сообщниках в столице, а потом отвести преступника в Нижний и казнить. Сообщника же диакона нужно было пытать до смерти, если тот не откажется от своей «ереси» и не вернется в лоно православной церкви. При этом Петр исходил из общих представлений о праве государя как верховного вершителя судеб подданных164164
См.: Зайченко 1982: 105.
[Закрыть]. Любопытно дело бывшего фискала Санина. Вначале Петр вынес резолюцию о его казни, потом распорядился, чтобы казнь Санина «умедлить для того, что его величество изволил иметь тогда намерение сам его Санина видеть». Затем царь встретился с Саниным, выслушал его… и повелел ужесточить казнь: вместо отсечения головы он предписал колесовать преступника. Нужно согласиться с В. И. Веретенниковым, который писал, что в подобных случаях «личная воля монарха является высшей и в данном случае единственной нормой»165165
Веретенников 1910: 121.
[Закрыть].
В принципе, в системе самодержавной власти ни одно государственное дело не должно было миновать государя. Однако на практике смотреть все дела царь не мог и происходила их неизбежная сортировка. В обычных, маловажных делах критерием решения служили закон, регламент, инструкция. Если же подходящего закона не было, дело должно было поступать к государю. Эту схему Петр довольно последовательно проводил во время реформы государственной власти.
Эта же схема действовала в целом в делах политического сыска, хотя все они, в силу особой важности, подлежали рассмотрению государем. Кроме общей сортировки наиболее существенных дел по «двум первым пунктам» от прочих, менее важных, сложилась устойчивая классификации и решения дел по степени их важности. «Важность» – это обобщенная оценка значимости дела, это же и общее определение преступления как перспективного для расследования в сыске, а также достойного внимания государя: «важные непристойные слова», «важные их вины», «важные письма», «дела важные…». Иные преступления и дела считались незначительными, «неважными», «посредственными»: «Из распросных ево речей важности никакой не явилось…»; «По тем письмам важности не касается»; «Сказал, что имеет… великую важность по первому пункту, а роспросом такой важности не показал»; «То дело е. и. в. изволит считать за неважное»; «Здесь вновь важных дел нет, а имеются посредственные»166166
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 7. Л. 116, 125, 151, 159 об., 161; Д. 5. Ч. 1. Л. 358 об.; Д. 3. Л. 134–136; Веретенников 1910: 180–185.
[Закрыть].
Дела «по важности» почти всегда были «секретные», «тайные». В 1723 году Тайная канцелярия отчитывала членов Главного магистрата за то, что они, исследуя какое-то дело по извету, совершили проступок: «Самую важность открыли, чего весьма чинить им не надлежало»167167
Веретенников 1910: 182.
[Закрыть]. Только знающие суть отличий «важного» дела от «неважного» руководители сыска могли точно определить, какие из дел следует подносить государю, а какие к «важности не касаются» и могут быть решены в самом сыскном ведомстве по формуле «по указу е. ц. в…». Поток таких, не содержащих «важность» дел – а речь идет о тысячах их – и шел, минуя государя, через постоянные сыскные органы XVIII века (Преображенский приказ, Тайная канцелярия и Тайная экспедиция). Поэтому для политического сыска разбор «маловажных» дел о пьяной болтовне, непристойностях, ложном кричании «слова и дела» быстро стал рутиной. Сыскное ведомство являет собой некий конвейер по порке и ссылке «болтунов» по «маловажным» делам. Как писал П. А. Толстому оставшийся за старшего в Тайной канцелярии А. И. Ушаков, «в Канцелярии здесь вновь важных дел нет, а имеются посредственные, по которым також, яко и прежде, я доносил, что кнутом плутов посекаем, да на волю выпускаем»168168
Веретенников 1910: 124.
[Закрыть].
На протяжении XVII и XVIII веков поручения по политическому сыску традиционно проводили назначенные государем доверенные люди, поставленные во главе комиссий. В XVII веке таких сыскных («розыскных») приказов – комиссий было довольно много, они ведали делами о злоупотреблениях, измене, порче, мятежах. В октябре 1698 года, с началом Стрелецкого розыска, было образовано десять (!) следственных комиссий, во главе которых стояли бояре, а также комнатный стольник князь Ф. Ю. Ромодановский. Последний был тогда судьей Преображенского приказа. Из материалов Стрелецкого сыска вытекает, что комиссии являлись, в сущности, филиалами главной розыскной комиссии Ромодановского169169
Богословский 1946: 28–82.
[Закрыть].
В Петровскую эпоху мы видим сочетание всех видов порученчества и возникавших на его основе временных учреждений – комиссий (приказов, канцелярий). Обычно за разнообразием организационных форм стояло конкретное поручение государя, причем в особо важных случаях самодержец поручал расследование всему, как тогда говорили, «синклиту», «начальствующим», «министрам», высшим должностным лицам (боярам, потом – сенаторам, членам Синода, судьям приказов, президентам коллегий и др.)170170
Есипов 1863a, т. 2: 143; Голикова 1957: 39.
[Закрыть]. Допросы царевича Алексея вели сенаторы в помещении Тайной канцелярии171171
См.: Веретенников 1910: 83.
[Закрыть]. В 1722 году по поводу допроса Стефана Яворского, на которого дал показания Варлам Левин, Петр указал: «Когда важность касаться будет, тогда Сенату придти в Синод и там допрашивать, и следовать, чему подлежит». Сенаторы допрашивали и Левина и Яворского, причем допросы последнего продолжались шесть дней!172172
Есипов 1861, т. 1: 32.
[Закрыть] Работа подобного рода следственных комиссий, составленных из «принципалов», обычно опиралась на постоянные органы – учреждения политического сыска, использовали их бюрократический аппарат. Самым главным из таких учреждений долгое время был Преображенский приказ.
История появления этого учреждения достаточно хорошо изучена Н. Б. Голиковой173173
Голикова 1957; Голикова 1964.
[Закрыть]. Созданный как обычный дворцовый приказ, он претерпел эволюцию и с начала XVIII века стал головным учреждением, которое ведало политическим сыском. Несколько важных моментов развития государственного аппарата и политической обстановки того времени этому способствовали. Во-первых, приказ возник в Преображенском – дворцовом селе, которое с 1682 года было фактической резиденцией Петра. Приказ вырос из съезжей избы, и, благодаря особому вниманию Петра превратился (примерно с 1695 года) в одно из важнейших центральных учреждений России. В ведении приказа находились различные отрасли управления, а также «суд и расправа» гвардейских полков. В приказе вели прием даточных, вольных и рекрут новой регулярной армии, готовились Азовские походы 1695–1696 годов. Вместо ликвидированного Стрелецкого приказа в конце XVII века он стал ведать московской полицией. К этому добавим ведение несколькими дворцовыми волостями, а из новых поручений – монополия табачной торговли.
Во-вторых, начиная с осени 1698 года, Преображенский приказ стал центром грандиозного Стрелецкого сыска. Этот розыск затянулся на несколько лет, и постепенно сыскные функции приказа стали для него важнейшими. Образовался штат опытных в делах сыска приказных, заплечных мастеров, появились обустроенные пыточные палаты и тюрьма. У бессменного судьи приказа князя Федора Юрьевича Ромодановского сосредотачивались сыскные дела по многим преступлениям, ранее поступавшие в различные приказы. Наконец, Петр именным указом 25 сентября 1702 года закрепил за Преображенским приказом исключительное право ведения следствия и суда по «слову и делу». Отныне все власти обязывались «таких людей, которые учнут за собой сказывать „государево слово и дело“, присылать к Москве, не роспрашивая… в Преображенский приказ»174174
ПСЗ 1830, т. 4: № 1918.
[Закрыть]. Такое сосредоточение сыска оказалось очень удобным Петру, который не доверял старой администрации и с началом реформ и Северной войны хотел держать политический сыск под контролем своего доверенного человека.
Во многом благодаря Ромодановскому Преображенский приказ и занял столь важное место в управлении. Сам Ромодановский был всего лишь комнатным стольником, но он находился «в милости» у молодого царя. В самые опасные для царя годы Ромодановский доказал свою безусловную преданность молодому Петру. И за это Петр постоянно отличал Федора Юрьевича, как писал князь Б. И. Куракин, «для самой конфиденции к своей персоне». На современников Ромодановский производил пугающее впечатление, имел нрав пьяницы и кровопийцы175175
Куракин 1890: 83–84.
[Закрыть].
Всю свою жизнь рядом с Петром I судья Преображенского приказа играл шутовскую роль «царя Прешбурского», «князь-кесаря Всепьянейшего собора». Царь демонстративно отбивал ему поклоны, писал ему «челобитные», именовал «государем» и подобострастно благодарил за награды. Ромодановский был предводителем всех маскарадов и попоек с участием Петра. Он входил в тот узкий круг особо доверенных людей, сподвижников-собутыльников, среди которых царь отдыхал. Ромодановский обладал чувством юмора, но юмор начальника сыска был весьма своеобразен. Как-то, узнав, что старец Авраамий подал царю осуждающие его правление «Тетради», судья Преображенского приказа мрачно пошутил: «Люди-де отсед<а> бегают, а старец-де сам, добровольно, лезет в струб», то есть на костер176176
Кафенгауз 1950: 174, 178.
[Закрыть].
Шутовство не мешало Ромодановскому занимать высокие места в управлении. Думаю, что в его карьере особую роль сыграл Стрелецкий розыск 1698 года, когда он хорошо организовал следствие и получил важные сведения о замыслах стрельцов и их связях с царевной Софьей. Достиг этого Ромодановский благодаря открывшемуся у него пыточному таланту. Он был человек более жестокий и беспощадный, чем сам Петр. Порой царь даже выражал (возможно – показное) возмущение кровопийством «государя». В Стрелецком розыске Ромодановский превзошел себя. Особая жестокость его имела объяснение – в какой-то момент стрелецкого мятежа летом 1698 года Ромодановский дрогнул. Его не было видно на поле боя после разгрома мятежников под Воскресенским монастырем. Первый розыск, причем неумелый, провел боярин А. С. Шеин, а не Ромодановский, что вызвало недоумение Петра I. Он писал в Москву, что узнал о подавлении бунта, «зело радуемся, только зело мне печально и досадно на тебя, для чего сего дела в розыске не вступил. Бог тебя судит! Не так было говорено на загородном дворе в сенях»177177
Письма и бумаги Петра Великого 1887, т. 1: 251–252.
[Закрыть]. Из этого вытекает, что при отъезде царя за границу политический сыск был поручен Ромодановскому и задание царя он не выполнил. Думаю, что Ромодановский попросту испугался и выжидал. По этому поводу Петр писал ему: «Я не знаю, откуды на вас такой страх бабей». Зато потом, когда мятеж был подавлен, а Петр вернулся в Россию, Ромодановский лез из кожи, чтобы загладить свою трусость и странную растерянность. Тем не менее царь долго помнил об этом. В июле 1698 года он пишет Ромодановскому о деле стрельца Ошихлина, который был запытан до смерти. Царь заподозрил, что Ромодановский неслучайно избавился от свидетеля: «И в том суди тебя Бог, что ты, не боясь его, хочешь воровство это замять». Ромодановский отвечал, что обвинения в «норовлении воровству» не основательны и что он всегда оставался верным рабом и прочее178178
Письма и бумаги Петра Великого 1887, т. 1: 730.
[Закрыть]. Возможно, что он был честен перед царем и, «испив крови», погорячился, однако мысль, что его подозревают в неверности, добавляла Ромодановскому служебного рвения, что государю, собственно, и было нужно.
И хотя в середине 1710‑х годов приказ перестал быть единственным органом сыска (часть сыскных дел перешла к «маэорским канцеляриям» и к Тайной канцелярии), Ф. Ю. Ромодановский до самой своей смерти в 1717 году оставался главным палачом державы. Накануне смерти с ним в конфликт вступила новообразованная Юстиц-коллегия из‑за того, что Ромодановский по старой памяти тянул на себя многие судебные дела179179
См.: Веретенников 1910: 380.
[Закрыть]. Место отца занял его сын – князь Иван, подавший царю челобитную, в которой «со всегорестными слезами о конечном сиротстве» просил его не оставить милостями, а главное – батюшкиным служебным «наследством»180180
Есипов 1880b: 78.
[Закрыть]. Но Ромодановскому-младшему не повезло – во время его судейства шли непрерывные реорганизации, у кормила власти постоянно менялись люди, и в 1728 году, под предлогом болезни, он ушел в отставку. В 1729 году сам Преображенский приказ был распущен, хотя его помещение использовалось с теми же целями лет восемьдесят181181
Карамзин 1986: 272.
[Закрыть].
Во второй половине 1710‑х годов важное место в системе политического сыска заняли так называемые «маэорские» розыскные канцелярии, которые так именовались из‑за того, что во главе них стояли майоры гвардии. Они ведали каким-либо конкретным розыскным делом по личному поручению царя. Петр часто прибегал к услугам гвардейцев для самых разных поручений182182
Смирнов 1985.
[Закрыть]. Канцелярии майоров (а их насчитывалось 12) по своей сути были временными следственными комиссиями, похожими на сыскные приказы XVII века. Подчас они, начав с одного дела, быстро разрастались в целое учреждение со штатом приказных и обширным делопроизводством183183
Веретенников 1910; Акишин 1996: 147–150.
[Закрыть].
Майорские канцелярии занимались, преимущественно, делами по «третьему пункту» («кража государственного интереса», «похищения казны»), а также другими должностными преступлениями. Но царь часто передавал майорам и политические дела. Майорским канцеляриям предоставлялись значительные права проводить весь цикл расследования (допросы, очные ставки, пытки) и готовить проекты приговоров184184
Веретенников 1910: 41.
[Закрыть]. Царь был в курсе дел канцелярий и направлял весь ход расследования в них. К 1724 году Петр, завершая государственную реформу, решил ликвидировать ставшие уже ненужными «маэорские канцелярии». Указ об этом был издан 22 января 1724 года185185
Там же: 68.
[Закрыть]. Чуть раньше Петр решил прикрыть и Канцелярию тайных розыскных дел.
Канцелярия тайных розыскных дел, более известная как Тайная канцелярия, возникла в начале расследования дела царевича Алексея, хотя указ о ее образовании не найден. 4 февраля 1718 года Петр продиктовал П. А. Толстому «пункты» для первого допроса сына-преступника. Позже именно к Толстому и стала сходиться вся информация по начатому розыску. Вокруг него, типичного петровского порученца, сложился штат приказных новой, но весьма похожей на майорские, розыскной канцелярии, хотя до самого переезда в Петербург весной 1718 года ведомство Толстого канцелярией не называлось186186
Там же: 78–87.
[Закрыть]. Иначе говоря, розыск по делу царевича Алексея поначалу был личным поручением Толстому, точно так же как раньше по заданию Петра А. Д. Меншиков вел Кикинское дело, которое было частью следствия по делу Алексея187187
Устрялов 1859: 171 и др.
[Закрыть].
Выбор Петра Андреевича Толстого на роль руководителя розыска по делу царевича можно объяснить тем, что он до этого блестяще провел операцию по возвращению из‑за границы блудного царского сына. Возможно, Толстой, желая выслужиться, сам напросился на это поручение царя188188
Виллардо 1896: 24.
[Закрыть]. В Италии, где Толстой настиг царевича, он сумел уговорить Алексея вернуться домой, причем сделал это не без обмана. Неслучайно привлеченный по делу царевича Иван Нарышкин Толстого «называл Иудою, он-де царевича обманул и выманил»189189
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 5. Ч. 1. Л. 21.
[Закрыть]. После успешной миссии в Италии царь поручил Толстому уже расследование дела о побеге царевича. До этой истории Толстой не входил в круг ближайших сподвижников Петра. В молодости он принадлежал к враждебной Петру группировке Милославских, но потом сумел заслужить доверие царя и добиться для себя ответственных поручений, что было нелегко – Петр был недоверчив, и никто из родственников и сторонников Милославских – заклятых врагов молодого царя – при нем карьеры не сделал. Один только Толстой сумел преодолеть инерцию недоверия царя. Человек уже немолодой (родился или в 1653, или в 1654 году), в начале 1697 года Толстой отправился учиться на моряка, чем особенно угодил государю-шкиперу. В 1701 году он стал посланником в Стамбуле и проявил там незаурядный талант дипломата. Вернувшись в 1714 году в Россию, Толстой стал служить в Посольской канцелярии, и неизвестно как сложилась бы его судьба, если бы не бегство царевича Алексея и последующие за этим события. По роду своих занятий и склонностям П. А. Толстой был более всего дипломатом, хитрым, изворотливым и умным, но, как многие другие сподвижники Петра I, он мог заниматься и самыми разными делами: управлять коммерцией, вести сыскные дела.
Личность Толстого не вызывала восторгов у его современников. О нем и его брате Иване, губернаторе Азовской губернии, А. А. Матвеев отозвался весьма сурово, отмечая их мрачную злобность, «великое пронырство» и склонность к интриганству. Петр I, по-видимому, не особенно доверялся Толстому, но умел ценить его дар ловкого дипломата, ум и рвение. Толстой же постоянно показывал свою преданность Петру, был готов выполнить любое его задание, не задумываясь над моральной стороной дела. Толстой не только помогал Петру вести допросы царевича, но занимался «ответвлением» главного розыска – вел допросы близких к царевичу людей. По окончании дела Толстой стал графом, тайным советником, президентом Коммерц-коллегии, сенатором, владельцем обширных вотчин.
Тайная канцелярия как учреждение появилась на свет в Петропавловской крепости и была типичной временной розыскной комиссией. Толстой быстро составил штат учреждения из 6–9 подьячих разных приказов и канцелярий. Им обещали, что работа их в канцелярии будет временной, до «скончания дела» Алексея190190
Веретенников 1910: 88, 209.
[Закрыть]. По устройству канцелярия была похожа на приказное учреждение с повытьями – отделениями во главе со старыми подьячими191191
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 5. Ч. 1. Л. 64.
[Закрыть]. Вместе с Толстым в качестве его помощников, которых позже стали называть «асессорами», заседали старшие гвардейские офицеры – А. И. Ушаков, Г. Г. Скорняков-Писарев и И. И. Бутурлин. Никаких регламентов, инструкций о работе канцелярии не существовало. В принципе, закрытие Тайной канцелярии было предрешено смертью царевича Алексея 26 июня 1718 года. Через несколько дней после этого Толстой постановил отправить обратно в Москву, на прежнюю работу дьяка Тимофея Палехина, который был «взят к тайным розыскным делам… которые дела ныне произошли к окончанию»192192
Веретенников 1910: 88–89.
[Закрыть].
Однако, как часто бывало с подобными временными учреждениями при Петре I, Тайная канцелярия не смогла быстро завершить свою работу, сдать дела и после этого распустить служащих. Она находилась под боком, и Петр, получив важный донос, поручил очередное дело Толстому. 8 августа 1718 года с борта корабля, находившегося при мысе Гангут, царь написал ему: «Мой господин! Понеже явились в краже магазейнов ниже именованные, того ради, сыскав их, возьми за караул»193193
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 6. Ч. 1. Л. 40.
[Закрыть]. Ниже указывался список предполагаемых воров. Так, вероятно, по чьему-то доносу, началось Ревельское адмиралтейское дело, которое закончилось суровыми приговорами только через несколько лет. Подобным же образом возникали и другие дела.
С образованием Тайной канцелярии наметилось географическое распределение дел между ею и Преображенским – колодников по Петербургу и окрестностям велели присылать в Тайную, а из Москвы и центральных губерний России – в Преображенский приказ, который стал называться канцелярией194194
Веретенников 1910: 179, 183.
[Закрыть]. В 1718 году в Москве А. И. Ушаков создал, по заданию Петра, филиал Тайной канцелярии – ее Контору, которая разместилась на Потешном дворе в Преображенском195195
Семевский 1884b: 117–118.
[Закрыть]. Деление сыска на два ведомства оказалось временным. Осуществляя реформу управления, Петр предполагал передать политический сыск Сенату. 15 января 1724 года царь указал: «Следующиеся в Тайной розыскной канцелярии дела важные решить, а вновь, подобно прежде бывшим (колодников и дел), присылаемых ни откуда не примать, понеже оставшиеся за решением дела отослать в Правительствующий Сенат и с подьячими…»196196
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 7. Л. 125; Веретенников 1910: 221, 222; Анисимов 1997; Воскресенский 1945: 140.
[Закрыть]. Царь хотел усилить в Москве значение филиала Сената – Московской Сенатской конторы. Она воспроизводила структуру «большого» Сената в Петербурге. Преображенская канцелярия должна была, по примеру Тайной канцелярии в Петербурге, перешедшей в Сенат, стать Конторой розыскных дел Московской конторы Сената. Однако реорганизацию сыска по плану царя так и не провели из‑за его смерти в 1725 году. Думаю, что в неисполнении указа царя виноваты сами сенаторы, которые тянули с приемом бумаг от Тайной канцелярии и явно не желали взваливать на свои плечи новое и очень сложное поручение. Петр же, занятый другими делами, их не понукал, да к тому же и сам был непоследователен – приказывал вести в канцелярии новые дела197197
Веретенников 1910: 226. См.: Есипов 1880b: 140–142.
[Закрыть].
После того как умер Петр Великий и на престоле оказалась императрица Екатерина I, Тайная канцелярия продолжила работать. Весьма крупным стало дело монаха Самуила Выморокова. 30 июля 1725 года А. И. Ушаков вкратце пересказал дело императрице, после чего государыня одобрила проект приговора198198
Семевский 1884b: 180–181.
[Закрыть]. Тем же летом Екатерина слушала доклады по делу Феодосия Яновского, в декабре 1726 года по своему ведомству знакомил ее с делами Иван Ромодановский. Он же составил проект приговора по делу Родышевского199199
Дело о Феофане Прокоповиче 1862: 50.
[Закрыть]. И все же 28 мая 1726 года в истории Тайной канцелярии была поставлена точка. В тот день появился указ Екатерины I на имя Толстого, где сказано, что Тайная канцелярия «учинена была на время для случившихся тогда чрезвычайных тайных розыскных дел и, хотя тому подобные дела и ныне случаются, однако не так важные и больше бывают такие дела у… князя Ромодановского». Поэтому канцелярию было предписано ликвидировать200200
РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 130. Л. 150; Веретенников 1910: 233.
[Закрыть].
В феврале 1726 года «при боку» Екатерины I возник Верховный тайный совет, составленный из «первейших» вельмож того времени. Сразу же он стал «стягивать» к себе власть, в том числе и в делах политического сыска. Верховники выполняли роль одновременно следователей и судей: на своих заседаниях они выслушивали записи допросов, экстракты по делам сыска, выносили приговоры, принимали доклады И. Ф. Ромодановского и А. И. Ушакова201201
ПСЗ 1830, т. 7: № 4892; Сб. РИО 1886, т. 55: 96–97; Сб. РИО 1887, т. 56: 40, 74; Сб. РИО 1888, т. 63, 464, 603; Веретенников 1915: 256.
[Закрыть]. После смерти 7 мая 1727 года Екатерины I и с восшествием на престол 12-летнего Петра II некоторое время сыскными делами ведал фактический регент А. Д. Меншиков. Он распоряжался, как расследовать начатое в апреле 1727 года дело П. А. Толстого и его сообщников, а также княгини А. П. Волконской, которую светлейший заподозрил в интригах против себя202202
Шубинский 1904: 936.
[Закрыть]. После падения Меншикова политическим сыском стал вновь ведать Верховный тайный совет203203
Филиппов 1895: 117–118.
[Закрыть].
За исключением одного случая, когда в ноябре 1727 года нужно было дать распоряжение о расследовании дела Меншикова, малолетний царь Петр II делами сыска не занимался204204
Сб. РИО 1889, т. 69: 271–272, 738.
[Закрыть]. Судя по делу Волконской, основная тяжесть работы лежала на А. И. Остермане и князе А. Г. Долгоруком, отце фаворита царя Ивана Долгорукого. Текущие, «маловажные» дела после ликвидации Преображенского приказа в 1729 году сосредоточили в Сенате. Однако вскоре и сам Верховный тайный совет прекратил существование.
