Читать книгу "Аутсайдер"

Глава 3

Юмбра́ль «Цепкий Коготь» Эн-Дриз парит высоко над безжизненными руинами чужого города, рассекая мглу Ноортиса своим могучим телом. За спиной его мерно хлопают широкие крылья. Им не нужна ни атмосфера, ни вихревые воздушные потоки, ни подъёмная сила, как таковая.

Созданные из плоти и крови за счёт чистейшей арканы – энергии мироздания, наполняющей всё сущее, они несут его, потому что такова воля Сопряжения. Каждый взмах рождает миллисекундную вспышку света, преломляясь в кристаллах инея. Обеспечиваемой крыльями скорости хватает, чтобы на большой скорости скользить над опустевшим мегаполисом.

Цепкий Коготь невольно задумывается о пути, который привёл его в ряды Хранителей Равновесия. Сколько лет прошло с тех пор, как он, молодой и амбициозный Квазар, впервые переступил порог их обители? Тогда им двигало лишь желание обрести силу и власть. Но чем больше он постигал учение ордена, тем яснее осознавал, насколько оно созвучно его собственными устремлениями.

Хранители несли во вселенную порядок, столь необходимый ему после хаоса бесконечных войн и конфликтов. Они давали цель и смысл, позволяя каждому ощутить себя частью чего-то большего. В их рядах Юмбраль впервые почувствовал, что его жизнь обрела подлинное предназначение. Он научился усмирять личные амбиции во имя общего блага, черпать силы в единстве с собратьями, подчиняться тем, кто слабее, но мудрее. И пусть путь служения нелёгок, он ни разу не усомнился в своём выборе.

Хранители Равновесия… Древние, как само время, неумолимые, как его ход. Глаза и руки Сопряжения, его воля, воплощённая в материальном мире.

«Многие глупцы считают нас всего лишь кучкой фанатиков, помешанных на своём божестве, – хмыкает про себя Нова. – Но они даже не представляют, насколько глубоко наше присутствие пронизывает все уровни существования. Система осведомителей, десятилетиями лелеемые связи, несметные богатства и дипломатический вес – всё это давно стало оружием в наших руках. Оружием, которое мы не боимся применить ради высшей цели.

Наша сеть раскинулась по бесчисленным мирам, наши уши слышат каждый шёпот, наши глаза видят каждое движение. Ничто не укроется от нашего взора, никто не избежит нашего правосудия. Мы – щит и меч охваченной раздорами вселенной, готовые без колебаний обрушиться на тех, кто осмелится бросить вызов установленному порядку.

Путь Хранителя нелёгок, но разве может быть иначе? Каждый из нас отрёкся от всего личного, растворившись в великом единстве ордена. Каждый – лишь часть целого, управляемая высшей волей. Волей Сопряжения, передаваемой через Владыку».

Цепкий Коготь чувствует прилив гордости.

«Да, наша миссия требует жертв, но разве не стоит высшая цель любых жертв?»

Взгляд Юмбраля вновь обращается к руинам внизу. Где-то там прячется безбожник, осмелившийся бросить вызов самой природе. Что ж, очень скоро он узнает цену своей дерзости.

Стужа пытается забраться под его броню, но Супернове, чей комфорт поддерживает комплект дорогостоящих доспехов, это нипочём. К тому же закалённый в самых жестоких битвах организм привык не обращать внимания на такие мелочи. Куда больше его волнует тот факт, что он до сих пор не обнаружил и следа своего соратника.

Азурио́н, где же тебя носит?

Раздражающая мысль мелькает на краю сознания, пока Юмбраль в очередной раз сканирует развалины города внизу своим острым, как бритва, взглядом. Полигон раскидал всех участников по разным частям карты, и теперь найти кого-то конкретного – та ещё задачка.

Цепкий Коготь недовольно клацает клювом. Он предпочёл бы действовать вместе с напарником, особенно учитывая то, с каким противником им предстоит столкнуться. Ради интереса Нова с помощью услуг одного дорогостоящего брокера изучил всю имеющуюся по мишени информацию.

А там было, что почитать. Разгром легиона кселари, успешные боевые действия против трёх не последних кланов, пусть и сцепившихся между собой в войне, победа над Калибаном – достаточно известным наёмником, чьи доспехи в момент смерти носителя передали телеметрию его родне, убийство Налаксии на дуэли… Последний факт поражал воображение. Ещё совсем недавно эта бесноватая ведьма в одиночку едва не расколола пополам Цефтис – родину Хрофа. А потом каким-то образом отдала Сопряжению душу, не выстояв против зелёного выскочки.

Лицо Юмбраля непроизвольно искажается от гнева, когда он вспоминает насмешливую физиономию врага. Егерь… Наглый, самоуверенный, дерзкий безбожник, посмевший бросить вызов самим Хранителям Равновесия!

Перед внутренним взором Цепкого Когтя разворачиваются события вчерашнего дня. Атмосфера в тронном зале Храма Вселенской Благодати накалилась от предчувствия неминуемого столкновения. Как правило лидер Хранителей Фэнрик невозмутим и сдержан, но в этот раз он был не на шутку разгневан.

– Это ничтожество считает, что может безнаказанно отвергать протянутую ему руку дружбы?.. Глумиться над нашими святынями?! – шипел Владыка, яростно сжимая подлокотники трона. – Он смеет отказывать нам, когда сам погряз в пороках по самую макушку?!

Пустые глазницы Фэнрика полыхали тусклым не отбрасывающим теней пламенем, а жезл в его руке подрагивал, выдавая крайнее волнение. Юмбраль с удивлением отметил, что чужаку удалось так сильно вывести из себя Владыку всего за четверть часа неспешной беседы. Неслыханное дело.

Договорив, предводитель Хранителей Равновесия поднялся с трона и начал размашисто вышагивать из стороны в сторону. Его длинные роскошные одеяния колыхались, издавая едва уловимый шелест при каждом движении.

– Как он вообще посмел? – бормотал Фэнрик, игнорируя присутствие Суперновы. – Как у него только хватило наглости явиться в нашу святая святых и плюнуть в лицо прямо с порога? Насмехаться над нашей верой, отвергать священное право Хранителей вершить волю Сопряжения?

– Он заплатит за это, – мрачно отозвался тогда Юмбраль, стиснув клюв. – Никто не смеет бросать вызов нам и уходить безнаказанным. Эта ересь должна быть искоренена. Она будет искоренена. Чего бы это ни стоило.

Владыка резко замирает, пристально глядя на него.

– Ты прав. Сопряжение призывает нас быть сильными, и эту силу необходимо демонстрировать. Порой достаточно единожды запятнать руки кровью, чтобы десятки других глупцов дважды подумали, прежде чем осмелиться противостоять нашей воле.

Юмбраль охотно кивает. Зря он переживал, что лидер Хранителей закроет глаза на выходку этого выродка.

– Вы должны преуспеть, – внезапно обращается к нему Фэнрик.

– Мы?.. – уточняет Цепкий Коготь.

– Да. С тобой пойдёт Азурион, чтобы вы гарантированно смогли стереть Егеря в порошок. Иначе само наше существование окажется под угрозой. Нельзя допустить, чтобы хоть одна тварь во вселенной усомнилась в нашем праве вершить её судьбу.

– Я могу ударить по нему в открытую? Прямо здесь, на Нексусе?

– Поступим умнее. Этот Егерь примет участие в Полигоне. Это отличная возможность избавиться от него без лишних разрушений. Найдите и покарайте его. Уничтожьте мерзавца у всех на глазах. Пусть каждая шваль увидит, что бывает с теми, кто смеет перечить нам!

Воспоминание растворяется, и Юмбраль вновь оказывается посреди безмолвных руин Ноортиса. Он хмурится, сосредоточенно осматривая город. Нужно спешить. Полигон уже идёт полным ходом, а он всё ещё не нашёл Азуриона.

Посланник Хранителей стискивает челюсти. Он и сам горит желанием поквитаться с Егерем. Слишком непочтительно вёл себя этот наглец. Слишком нагло. Словно он ровня ему. Теперь недоумку некуда бежать. На Полигоне не спрячешься. Здесь каждый сам за себя, и помощи ждать неоткуда.

На миг Нова прикрывает глаза, чувствуя, как в груди закипает ярость. Отказ Егеря подчиниться воле Хранителей – это не просто вызов их авторитету. Это пощёчина самому Сопряжению, воплощением которого они являются. Как может этот душевнобольной быть настолько слеп, чтобы не понимать этого?

«Нет, – скалится про себя Юмбраль. – Мы покажем ему, как глубоко он заблуждается».

Возомнивший себя умнее и сильнее извечных сил скоро на собственной шкуре познает цену святотатства. Ибо Хранители Равновесия не прощают отступников, а он – их карающая длань.

Внезапно боковым зрением Цепкий Коготь улавливает какое-то движение. Он резко поворачивает голову и видит смутный силуэт, скользнувший в окне одного из зданий. Друг? Враг? В любом случае, нужно проверить.

Сложив крылья, Юмбраль камнем падает вниз, прямо к заинтересовавшей его постройке.

* * *

Тан «Шелкопряд» Ин стремительно скользит сквозь многомерный мир Изнанки, ловко огибая прихотливо изогнутые линии теней. В этом искажённом мире, куда он попадает через складки мрака, всё иначе: расстояния теряют смысл, а направления извиваются причудливым узором. Но для него, чьё тело и разум давно слились с этой аномальной реальностью, здесь почти что дом родной.

Позади мелькают смазанные силуэты преследователей – двух Квазаров, что вот уже несколько минут гонятся за ним по пятам. Ткач Теней чувствует их неумолимое приближение всей кожей, каждым натянутым до предела нервом. Он знает: поле боя нужно выбирать с умом, особенно, когда враг превосходит числом, а ты ничего не знаешь о его возможностях.

Шелкопряд на миг выныривает с Изнанки, материализуясь за массивным запёкшимся валуном. Жар тут же обрушивается на него удушающей волной, заставляя задыхаться в его доспехах. Пот заливает глаза, тело словно плавится изнутри, на коже вскипают волдыри. А ведь он пробыл здесь лишь долю секунды! Проклятье, как в этом аду вообще можно сражаться?

Выругавшись сквозь зубы, Тан с шумом втягивает воздух сквозь дыхательную маску и в очередной раз проклинает безжалостное солнце Ноортиса, что палит сверху. Полигон, куда он угодил вместе с другими участниками, расположен аккурат на освещённой стороне планеты, целиком лишённой атмосферы. А значит, вокруг лишь слепящее сияние и раскалённый песок. Теней – раз-два и обчёлся.

На некотором расстоянии виднеется один из многочисленных входов в лабиринт, который и является сутью испытания. Дойти до его центра первым – такова главная задача. Враги атаковали китайца как раз на подходе к диковинной структуре, не позволив проникнуть внутрь.

Краем глаза он замечает вдалеке движение – верный признак приближения врагов. Похоже, они научились отслеживать его броски через Изнанку по возмущениям, что он оставляет в реальности, или же каким-то иным образом умудрились прочно встать на след. Вот же дотошные ублюдки! Выхода нет, нужно снова уходить в тень.

Шелкопряд сосредотачивается, активируя Фотокинез. Мерцающий сгусток в его ладони на миг тускнеет, а затем начинает разрастаться, превращая пространство вокруг в зону тьмы. Эта способность может не только генерировать свет, но и подавлять, как выяснил азиат, экспериментируя с собственными способностями. Мрак сгущается вокруг Тана, и он, недолго думая, ныряет в него, растворяясь без следа.

Несколько секунд спустя Квазары вылетают к валуну, но Шелкопряда уже и след простыл. Озадаченно озираясь по сторонам, они пытаются нащупать след беглеца, но всё впустую – тот как сквозь землю провалился. Или, скорее, сквозь тень.

А Тан тем временем уже мчится через Изнанку, лихорадочно высматривая новое укрытие. Времени в обрез: он не может вечно оставаться на этой стороне, и чем дольше сидит здесь, тем выше шансы, что его найдут естественные обитатели этого плана. Пару раз он сталкивался с ними на Земле и ушёл живым лишь чудом. Если же выпрыгнуть прямо сейчас, тогда он окажется как на ладони.

В любом случае он не может всё время прятаться в тенях. Рано или поздно придётся принять бой. И к этому моменту нужно быть готовым на все сто.

Вдалеке маячит скала, у подножия которой клубится спасительный мрак. Ткач Теней устремляется туда, молясь, чтобы там не оказалось одного из монстров Сопряжения или иного Кваза. Он почти на месте, когда периферийным зрением улавливает чью-то тень. Эти источники тьмы он способен чувствовать особенно остро. Кто-то ещё находится рядом со скалой.

Мысли несутся в голове сплошным потоком. Друг? Враг? Помощь или новая угроза? Раздумывать некогда. Шелкопряд, затаив дыхание, ныряет в тень незнакомца…

Стиснув зубы, Тан прислушивается к ощущениям. Он слышит мерный стук чужого сердца, чувствует, как при каждом вдохе расширяется и опадает чужая грудная клетка. Мерзкое чувство – быть незваным гостем в чьём-то сумраке, но сейчас выбирать не приходится. К тому же, это идеальное место для засады.

Заманить преследователей в ловушку, а потом расправиться с ними одним стремительным ударом. Азиат уже проделывал подобное не раз. И сейчас у него есть все козыри на руках.

Снаружи доносятся приглушённые голоса преследователей. Они совсем рядом, судя по всему, обыскивают округу. Источник его тени – ещё один участник Полигона – таится, стараясь даже не дышать, но безуспешно.

То ли органы чувств врагов крайне остры, то ли сам неудачник случайно шумит, но на него нападают с двух сторон, обрушивая сверкающее копьё и сгусток ядовитой жидкости.

Наживка для идиотов сработала безотказно. Теперь осталось лишь вовремя подсечь рыбку.

Гостеприимный Кваз, ставший его прибежищем, упорно защищается сразу от двух противников, но вот он пропускает удар. Первая рана украшает его бок, а кровь вскипает, только показавшись из глубокого пореза.

Парочка загонщиков впадает в боевой раж. Позабыв о защите, они обрушивают шквал ударов на своего оппонента.

Шелкопряд весь подбирается, готовясь к броску. Каждый мускул его тела напряжён до предела, словно натянутая тетива. Он ждёт, ждёт, ждёт… И когда преследователи увлекаются целиком и полностью, Тан возникает из ниоткуда и обрушивается на них, словно хлопнувший капкан.

Первый Квазар умирает мгновенно, даже не успев понять, что произошло. Прямой меч Шелкопряда сносит кусок его черепа раньше, чем тело касается земли. А в следующий миг Тан уже разворачивается ко второму, выбрасывая закрученный кинжал с тремя лезвиями.

Оставшийся Квазар успевает среагировать. Вскинув руки в защитном жесте, он создаёт на пути оружия ядовитую завесу, пытаясь достать Шелкопряда, но тот легко уходит от атаки, исчезнув в тени. А затем молниеносно контратакует, возникнув за спиной противника. Спиралевидное остриё входит в спину загонщика, круша позвоночник. Тот вскрикивает, но клинок уже вспарывает его плоть, скользнув к шее.

Последний оставшийся противник, тот самый, позволивший азиату спрятаться, всё ещё не до конца пришёл в себя, зажимая несколько глубоких ран. Шелкопряду почти жаль его. Почти. Но в игре на выживание нет места жалости. Каждый сам за себя – таков закон Полигона.

– Вставай и дерись, – угрюмо бросает он выжившему, хоть и понимает, что тот всё равно его не услышит.

Позволить умереть с оружием в руках – это единственная любезность, которую Ткач Теней может оказать врагу, невольному помогшему ему в этом ужасном месте. Проявлять милосердие к противнику – непозволительная роскошь, за которую придётся расплачиваться позже. Враги редко помнят доброту и, не раздумывая, ударят при случае в спину. Ему ли не знать.

Квазар находит свою храбрость, поднимаясь на ноги. Он отбивается, как может, но силы явно неравны. Шелкопряд буквально танцует вокруг него, то появляясь, то исчезая в тенях, и каждый его выпад достигает цели. Спустя пару секунд всё заканчивается. С десятком смертельных ран последний противник оседает наземь.

Тяжело дыша, Тан стирает со лба пот. Всё, засада увенчалась успехом. Путь вперёд свободен. Теперь, когда погоня исчезла, у него есть немного времени, чтобы собрать трофеи, перевести дух и обдумать дальнейшие действия.

Вот только… на душе у него по-прежнему неспокойно. И дело вовсе не в только что убитых соперниках.

«Как ты там, шеф? – думает Шелкопряд, глядя на пустынные просторы Ноортис. – Какое задание выпало тебе? Всё ли в порядке?»

Лёгкое беспокойство поселилось на душе. Их с Егерем разделяют миллионы километров и две разные реальности. А значит, Тан ничем не может ему помочь. Лишь верить и надеяться, что тот сможет справиться со всеми испытаниями. Всегда справлялся. Он же грёбаный Егерь…

С этими мыслями он поворачивается и решительно мчится навстречу лабиринту.

Глава 4

Резко изменив направление, я устремляюсь к небоскрёбу, в одном из окон которого заметил привлёкший моё внимание неподвижный объект. Вероятно, один из семи ключей, открывающих путь к победе на этом Полигоне. Аэростид послушно несёт меня вперёд, преодолевая безвоздушное пространство мощными рывками антигравитационного двигателя.

Внезапно на периферии зрения вспыхивает уведомление от Сопряжения.

Один из семи ключей был найден.

Имя счастливчика не указывается. В это есть свои плюсы и минусы.

На миг в груди вспыхивает тревога, возможно, предмет, который я заприметил, только что увели у меня из-под носа? Бросаю взгляд на здание впереди. Нет, искомое мерцание по-прежнему там, на одном из верхних этажей. Похоже, кто-то другой нашёл иной ключ. Что ж, одним конкурентом больше, одним меньше… В любом случае надо добраться до моего приза раньше остальных.

Оконный проём, за которым прячется вожделенный трофей, стремительно приближается. В последний момент я слегка отклоняюсь в седле назад и влетаю в помещение прямо сквозь неизвестный полупрозрачный материал, тараня его. По факту это ближе к пластику, чем к стеклу, но осколки разлетаются от массивной головы Баярда всё равно весьма впечатляюще. В любом случае, здесь больше некому жаловаться на порчу имущества.

Спешившись, осторожно продвигаюсь вглубь помещения, держа револьверы наготове. Кто знает, какие сюрпризы могут поджидать в этих руинах?.. Десять шагов, тридцать, но вокруг лишь безжизненный покой давно заброшенного здания. Пыль, обломки весьма своеобразной мебели, выцветшие остатки каких-то механизмов. И посреди всего этого запустения – небольшой постамент, на котором мерцает и переливается всеми цветами радуги причудливое сплетение кристаллов. Мой ключ.

Подхожу ближе, внимательно рассматривая находку. Та размером чуть меньше моей ладони и вызывает неожиданное ощущение хрупкости, словно сделана из хрусталя, а не арканы. Одно неловкое движение, и она рассыплется сверкающими осколками. Впрочем, это полная хрень, да и я не настолько наивен, чтобы верить в эту видимость. Штуковина, способная отпирать двери меж мирами, наверняка, не так проста, как кажется. При желании ей можно и башку кому-то проломить.

Протягиваю руку, готовый взять ключ, но в последний момент отдёргиваю её. Мало ли какие ловушки могли оставить здесь устроители Полигона? Или другие затейливые участники. Сделав шаг назад, внимательно осматриваю постамент и пространство вокруг. Спектральное зрение помогает изучить все подозрительные места во всех доступных мне диапазонах. Никаких скрытых механизмов или иных сюрпризов. Молчит и Инстинктивная бдительность. Похоже, на сей раз обошлось без подвохов.

Следующая пришедшая в голову мысль заставляет меня по-новому взглянуть на искомый объект. Найти его удалось, по сути, лишь из-за благоприятного стечения обстоятельств. Даже в ультрафиолетовом спектре моё зрение ограничено предельной дистанцией зоркости. К тому же наслаивающиеся друг на друга объекты и прочие источники арканы затрудняют обзор и, соответственно, обнаружение ключей. Однако как раз на такой случай у меня есть другой инструмент. Не зря же прокачивал его перед началом Полигона.

Активировав Первобытный симбиоз, ощущаю, как из меня вырывается изумрудное сияние, пронизывая пустоту космоса. Кажется, что полыхает весь мёртвый мир вокруг. Чувствую, как моя энергия растекается повсюду, проникая в каждую трещину разрушенных зданий, в каждую пылинку, парящую в вакууме.

Сознание расширяется, охватывая всё вокруг в радиусе километра. Я становлюсь единым целым с этим безжизненным городом, с его руинами и обломками. Погружаюсь в знакомое и одновременно непривычное ощущение.

Прежде мне доводилось использовать эту способность только на Земле, где меня окружала ещё живая природа: растения, животные, плодородная почва. Однако Ноортис давно и безвозвратно мёртв. Поэтому мой разум сливается с тем, что покрывает его. Каждый камень, каждый осколок металла или стекла вдруг обретает свой голос в безмолвном хоре арканы.

Это похоже на то, как если бы я вдруг обзавёлся миллионом новых органов чувств. Я ощущаю вибрации в фундаментах полуразрушенных небоскрёбов, вижу мерцание остаточных энергий в развалинах домов, осязаю давно угасшие эмоции, впитавшиеся в стены. Мириады крохотных огоньков вспыхивают и гаснут в моём расширившемся восприятии, складываясь в причудливый, постоянно меняющийся узор.

И в этом калейдоскопе ощущений я безошибочно выделяю несколько более ярких, более мощных источников. Это мои соперники, те, кто сейчас сражаются друг с другом или с монстрами где-то в пределах моей досягаемости. Они полыхают, как миниатюрные сверхновые, затмевая своим сиянием всё вокруг. Рядом с ними меркнут даже твари Сопряжения, которые обычно выделяются на общем фоне своей чуждой энергией.

Всё это становится продолжением меня самого, частью моего расширенного мироощущения на этой безмолвной и безжизненной планете.

Не даю себе увлечься этим поразительным зрелищем. Я здесь не для того, чтобы любоваться видами. Мне нужно понять природу ключа, лежащего передо мной, чтобы позже иметь возможность засечь их издали. Сосредотачиваюсь на объекте, пытаясь уловить его суть через призму Первобытного симбиоза. От него, безусловно, исходит аркана, но не только. Есть что-то ещё…

Тонкая, едва различимая вибрация на самой границе восприятия. Нечто среднее между мелодией и рисунком, между звуком и тактильным ощущением. Странная, чарующая и в то же время тревожащая нота, что исходит от сплетения кристаллов на постаменте.

Вслушиваюсь, пытаясь разобрать её тайный смысл. В ней есть что-то первозданное, древнее, отсылающее к истокам мироздания. Словно эхо тех времён, когда вселенная была молода и полна неизведанных чудес.

Эта нота похожа на инфразвук. Особый, недоступный обычному слуху диапазон частот, который тем не менее воздействует на сознание и восприятие.

Ключи – это не просто куски арканы. Это своего рода передатчики, настроенные на волну Сопряжения. Вместе со специфическим аркановым излучением они представляют собой объекты, которые ни с чем не перепутать.

Что ж, теперь я хотя бы знаю, как отличить ключ от любого другого источника арканы.

На ощупь кристаллы прохладные и гладкие, с едва уловимой вибрацией, отдающейся где-то в костях. Ключ оказывается неожиданно тяжёлым для своих размеров. Взвешиваю его на ладони, любуясь игрой света на гранях, а затем со вздохом убираю в Экстрамерное кольцо. Один есть, осталось ещё шесть. И, судя по всему, конкуренты не дремлют.

Первобытный симбиоз ещё долю секунды позволяет мне слышать его мелодию, но постепенно она стихает, растворяясь в какофонии ощущений.

Почти сразу же реагирует Сопряжение:

Второй из семи ключей был найден.

Возвращаюсь к ожидающему у окна Баярду и запрыгиваю в седло. Странно, конечно, изображать наездника в вакууме, но это лучше, чем перемещаться по улицам пешком.

Покидаю негостеприимные руины небоскрёба и вновь устремляюсь над городом, выбирая направление. Вдалеке я вижу всполохи схваток, полыхающие то тут, то там. Мои товарищи по несчастью развлекаются вовсю. Кто-то сошёлся в поединке с себе подобным, кто-то сражается с монстрами, заполонившими улицы. Я даже вижу парочку слишком ретивых ребят, с упоением месящих друг друга прямо на крыше одной из зависших в воздухе высоток. Вот это я понимаю – размах! Видимо, в пылу драки умудрились забыть, зачем вообще сюда явились.

Это даже хорошо. Все эти стычки – прекрасный отвлекающий маневр. Пока основная масса Супернов азартно поправляет друг другу физиономии, я спокойно найду грёбаный Телепортариум и подожду там остальных умников с ключами. Глядишь, пара-тройка подтянется, подарив мне свои ключи.

Если же по пути подвернётся ещё парочка ключей, тем лучше. Глупо отказываться от добычи, если она сама идёт в руки. В пути буду сканировать местность Первобытным симбиозом в надежде пополнить свою коллекцию, а там – поглядим по обстоятельствам.

Конечно, путь до нужной точки вряд ли будет усыпан розами. Очевидно, что по дороге стоит ждать встреч с разнообразными тварями, а то и с другими соискателями главного приза, если кто-то додумается до того же, что и я. Поэтому глаза в оба, руку на кобуре. Никаких заминок. Сразу бить на поражение.

– Ну что, Баярд? – я с усмешкой похлопываю аэростида по шее. – Оставим всех этих ублюдков в пыли?

Металлический конь издаёт утробный электронный рык, выражая полную боевую готовность. Отличный напарник, хоть и не слишком разговорчивый.

– Ну, а раз мы друг друга поняли – вперёд!

С этими словами я пришпориваю скакуна и устремляюсь наружу.

Я мчусь над заброшенным городом, методично активируя Первобытный симбиоз каждые десять секунд. Сканирование окрестностей в поисках ещё одного ключа занимает одну часть моего разума, пока вторая бдительно реагирует на малейшие угрозы. Моё восприятие, словно невидимые щупальца, простирается во все стороны, улавливая малейшие отголоски арканы в радиусе километра. Пока ничего, лишь привычные источники в виде других Супернов и агрессивной живности.

Баярд послушно несёт меня, огибая руины небоскрёбов и с лёгкостью преодолевая завалы на улицах, лежащих внизу. Я настороженно поглядываю по сторонам, готовый в любой момент отразить нападение. Любая тень может таить угрозу, любой поворот – обернуться засадой.

Словно в подтверждение моих мыслей, вокруг вспыхивают мерцающие багровые мошки опасности, и на меня обрушивается целая стая чудовищ – помесь птеродактилей и ос размером с малолитражку. Крылья существ совершенно неподвижны, поэтому понятия не имею, как они вообще могут летать в условиях вакуума. Сопряжение, как обычно, плевать хотело на реальную физику и как бы говорит: «Аркана есть? Есть. Чего ж тебе ещё надо, собака?»

Не сбавляя скорости, я вскидываю револьверы и начинаю методично отстреливать тварей, каждым выстрелом снося очередную жутковатую голову. Даже хорошо, что здесь нет атмосферы. Не приходится слушать их пронзительный визг, или что там они, нахрен, издают. Последний монстр, кувыркаясь словно тряпичная кукла, врезается в стену ближайшего здания. Воображение само по себе дорисовывает мерзкое чавканье, даже если всё происходит в абсолютной тишине.

Ну вот, даже размяться толком не дали.

Усмехаюсь про себя, перезаряжая батарею Колючки.

Стоит мне вновь активировать Первобытный симбиоз, как вдруг улавливаю знакомую вибрацию. Мелодичный инфразвуковой импульс, так непохожий на обычную аркану. Ключ! И он совсем рядом, буквально в квартале отсюда.

Не теряя ни секунды, я устремляюсь на сигнал. Осторожно спешиваюсь возле полуразрушенного здания и, держа оружие наготове, проскальзываю внутрь через пролом в стене. Внутри царит мрак, но инфракрасное зрение позволяет хорошо различать детали. Мусор, обломки мебели, искорёженный металл – всё то же запустение, что и снаружи. И всё же импульс ключа слышен отчётливо, он явно где-то поблизости.

Я медленно спускаюсь по лестнице, ведущей в подвал. И там, в самом дальнем углу, за грудой обрушенных перекрытий, вижу знакомое мерцание. Тщательно проверив помещение на предмет ловушек и не найдя ничего подозрительного, я приближаюсь к цели. Да, это определённо ещё один ключ – такой же причудливый массив кристаллов, гудящий что-то своё.

Третий из семи ключей был найден.

Закинув находку в Экстрамерное кольцо к первому ключу, я выбираюсь из подвала и вновь седлаю аэростида. Что ж, уже неплохо. Два есть, осталось пять.

Я продолжаю методично прочёсывать город, сканируя пространство Первобытным симбиозом. Монотонность однообразных кварталов убаюкивает, но я усилием воли сохраняю концентрацию.

Стоп! А вот и ещё один сигнал. Но какой-то странный. Он идёт… снизу? Я озадаченно хмурюсь. Мы с Баярдом как раз вылетаем на большой пустырь, где, возможно, раньше находился местный парк. По крайней мере, заборчик его окружает весьма ажурный.

Под нами только голая порода, никаких зданий, если не считать небольшого технического сооружения, похожего на трансформаторную будку. Однако мелодия ключа звучит отчётливо, её ни с чем не перепутать.

Спрыгнув с аэростида, я внимательно изучаю это строение. Несколько секунд уходит на то, чтобы понять назначение постройки. Становится проще, когда с одной стороны обнаруживаю две створки, которые явно когда-то должны были разъезжаться в стороны. Лифт. Это просто лифт и его шахта. Какой-то вход в подземный комплекс. Рядом с массивными дверями находится панель управления, конечно, обесточенная.

Плазменный кнут легко справляется с неизвестным металлом, вырезая в нём быстро остывающий проём. Будь у меня Аэрокинез, проблем бы не возникло, лети себе вниз, а так приходится повозиться. Повезло, что в кольце хранится масса всякой полезной всячины.

Хорошенько вбив в камень анкер, цепляю трос к нему и доспехам, после чего шагаю в сумрачную пустоту шахты. Секунда полёта, прежде чем небольшой механизм останавливает свободное падение, начиная спускать меня всё ниже и ниже.

Как выясняется, нижний ярус залегает не сильно далеко от поверхности. Уже через пару секунд, прорезав потолок кабины лифта, я стою в просторном холле. Отсюда открывается вид на огромное подземное помещение. Кажется, это гигантская ферма: ряды за рядами тянутся многоярусные стеллажи, заполненные остатками давно погибших растений. Под высоким потолком угадываются погасшие осветительные панели, а вдоль стен проходят русла пересохших оросительных систем.

Я медленно продвигаюсь вперёд, осматривая помещение. Здесь явно не было никого уже сотни лет. Пыль толстым слоем покрывает всё вокруг, а тлен и запустение пропитали сами стены.

Выскакивает очередное послание.

Четвёртый из семи ключей был найден.

Моё внимание сразу же привлекает слабое мерцание в дальнем углу помещения – новый ключ. Я направляюсь туда, как вдруг в гробовой тишине потолок взрывается. В вакууме кувыркаются обломки перекрытия, разлетаясь во все стороны. Сквозь расширяющийся пролом, вместе с облаком пыли и осколков, влетает массивная фигура, окутанная пламенным сиянием. Словно в замедленной съёмке фрагменты конструкций беззвучно отскакивают от её силуэта, рикошетят от пола и стен. Зрелище настолько сюрреалистично, что на мгновение кажется нереальным, будто кадры из немого фильма.

Орд, бывший Гексарх Пакта Шестерых, собственной персоной.