Читать книгу "Миротворец"

Глава 7

Тан «Шелкопряд» Ин бесшумно скользит в тенях чуждого ему мира, изучая взглядом окружающий сумеречный пейзаж. Ландшафт здесь дикий и величественный – бескрайние просторы, усеянные острыми пиками чёрных скал, мерцающих в тусклом свете местного светила. Между зазубренных отрогов притаились глубокие ущелья и долины, где серебрятся призрачные рощи деревьев с листвой цвета индиго.

Однако сейчас Тану не до любования экзотическими красотами. У него есть миссия – пробраться в цитадель клана Ульгрид, и он не намерен её провалить. Шелкопряд на миг прикрывает глаза, сосредотачиваясь, и проваливается в объятия Изнанки.

Здесь, в царстве теней, он чувствует себя как рыба в воде. Его тело растворяется, сливаясь с окружающим мраком, становясь её частью. Так, невидимый и неслышимый, Тан подбирается к владениям Ульгридов, выныривая с Изнанки лишь на мимолётные мгновения, чтобы не привлечь внимания её естественных обитателей. С новообретённой мощью Суперновы сейчас он испытывает перед ними гораздо меньше страха, чем раньше, но всё равно предпочитает избегать ненужных боёв.

Вражеский город-крепость примостился на склоне величественного утёса, нависая над пропастью. Остроконечные шпили, ажурные арки и висячие мосты, сплетённые в единую композицию – архитектура дроккальфар потрясает воображение, сочетая изящество и несокрушимость. Весь ансамбль буквально излучает высокомерие и надменность под стать самим обитателям.

За внешней красотой скрывается смертельная угроза. Цитадель Ульгридов – неприступная твердыня, окружённая множеством защитных систем. Тепловые датчики, сенсоры движения, детекторы звука – всё это призвано засечь незваных гостей ещё на подходе, чтобы обеспечить им «тёплый» приём. Иные устройства ещё опаснее – они улавливают малейшие всплески арканы и сканируют ауру живых существ.

Двор крепости патрулируют вооружённые Квазары в сверкающих доспехах. Им помогают боевые боты производства Галара – блестящие стальные механизмы, нашпигованные оружием. А ещё повсюду рыщут твари из плоти и костей, похожие на помесь волка и крокодила – ксариды… Они принюхиваются, выискивая чужаков по запаху.

Несмотря на всё это, Шелкопряд уверен в своих силах. Скрываясь в тенях, он легко огибает охранные посты, неуловимо проскальзывает мимо сторожевых ботов. Лишь один особо чуткий детектор внезапно оживает, заметив присутствие незваного гостя. Датчик издаёт тревожный писк, пытаясь захватить сигнатуру нарушителя.

Тан мгновенно ныряет в ближайшую тень живого существа – одного из охранников, сливаясь с ней. Детектор беспомощно шарит невидимым лучом, но теряет ускользнувшую цель. Один из патрульных дроккальфар, насторожившись, подходит ближе к соратнику, всматриваясь в подозрительный участок. Тан, затаившись, выжидает. Парочка перекидывается дежурными фразами, и второй дрокк пожимает плечами, уходя дальше.

Засев в чужой тени, азиат минует опасный участок. Его невольный «пособник» проносит Шелкопряда глубже в недра охраняемой территории. Удобно.

Наконец, Тан оказывается внутри самого обиталища Ульгридов. Он методично исследует этаж за этажом, составляя в уме подробную карту. Расположение сенсоров, датчиков, постов охраны – китаец запоминает всё. На нижних ярусах он обнаруживает высокотехнологичную темницу, где держат пленников клана.

В одной из клеток за мерцающим силовым полем Тан видит Драгану. При виде открывшейся ему картины, лицо Ткача Теней остаётся безмятежным, но глаза выдают напряжение.

Девушка лежит на металлическом ложе, истерзанная и окровавленная. Культи по локоть отрубленных рук замотаны свежими бинтами – регенерация Нов могла бы уже вернуть ей конечности, но безжалостные Ульгриды, должно быть, недавно снова изувечили её. Мертвенно-бледное лицо, кажется, застыло безжизненной маской. Лишь редкое, поверхностное дыхание выдаёт, что пленница ещё жива, погружённая в искусственную кому.

Тан поджимает губы, глядя на пленницу. Сейчас не время для эмоций. Главное – завершить миссию. И хорошо, что это отталкивающее зрелище видит он, а не Егерь. Тот бы не сдержался. Его ярость, подобная свирепому шторму, уже бы стёрла с лица Увриксиара весь Сектор Ульгридов.

Шелкопряд устремляется вверх по гравитационным подъёмникам и переходам, пока не достигает покоев Тарниры на самом верху здания. Матриарх полулежит в резном кресле, откинувшись на спинку, напротив рабочего стола. Её глаза закрыты, лицо – неподвижно. Похоже, все её мысли и чувства сейчас где-то далеко, вне тела.

«Управляет своим клоном», – понимает Тан.

Он проскальзывает в комнату и застывает на Изнанке за спиной Матриарха безмолвной тенью. Ждёт команды от Егеря, готовый нанести удар в любую секунду.

В голове Шелкопряда проносится вихрь мыслей, пока взгляд блуждает по роскошному убранству комнаты. Резная мебель из чёрного дерева, диковинные статуэтки, картины с витиеватыми узорами – всё здесь буквально кричит о богатстве и могуществе Ульгридов. Но азиата это нисколько не впечатляет. Он знает – скоро от этого великолепия останутся лишь руины и пепел.

Разум невольно возвращается к Егерю. К человеку, который так круто изменил жизнь Тана. Он до сих пор не может до конца поверить, что этот странный лаовай с другого конца планеты сдержал своё слово и помог ему обрести силу Суперновы. Егерь уже сотню раз мог просто использовать Тана в своих целях, а потом выбросить за ненадобностью, но вместо этого он возвысил бывшего мелкого преступника, сделав его одним из сильнейших в галактике. И этого Ткач Теней уже никогда не забудет.

Нет, то, что связывает их, давно перестало быть просто формальным сотрудничеством по схеме «ты – мне, я – тебе». Стрелок Гилеада подарил Тану нечто гораздо большее. Егерь дал ему цель, а его жизни – смысл. Знание, что каждый бой, каждая миссия – это часть чего-то грандиозного и важного. Что его существование и смерть не будут напрасными.

Раньше, на улицах Гонконга, в войне триад Шелкопряд сражался лишь за себя и за тех, кто больше ему платил. Но рядом с Егерем всё изменилось. Теперь Тан готов пойти за ним в огонь и в воду. Прикрывать спину в самых безнадёжных схватках. Потому что знает, они делают это ради высшей цели. И это меняет всё.

От этих мыслей на губах Ткача Теней мелькает едва заметная усмешка. Кто бы мог подумать… Циничный и хладнокровный убийца, который всегда считал, что каждый сам за себя, вдруг проникся идеями самопожертвования и служения общему делу. Так, не дай бог, и до ухода за бездомными зверушками дойдёт… Похоже, Егерю удалось изменить его, и не силой или страхом, а лишь собственным примером.

Поток размышлений прерывает короткий сигнал в клановом чате. Пора действовать.

В мгновение ока Тан оказывается рядом с Тарнирой. Его меч змеёй проскальзывает меж защитных полей дроккальфара, вспарывая её одежду, и в тот же миг тело Матриарха контратакует. Из него устремляются вверх дюжины плотных, острых, как клинки, растительных побегов. Наполненные чистой арканой они покрыты пульсирующим алым сиянием.

Эти смертоносные ростки несутся к китайцу с ослепительной скоростью, но Шелкопряд плавно разворачивается, уходя с линии атаки. Его меч описывает широкую дугу, рассекая первые несколько побегов. Те распадаются на мелкие куски, дождём осыпаясь вокруг. Ткач Теней продолжает двигаться, уклоняясь и отрубая ростки один за другим. Его клинок мелькает в воздухе, разрезая их с хирургической точностью.

Несмотря на стремительный темп боя, Тан сохраняет полное самообладание. Он словно танцует среди этого растительного шторма, не позволяя ни одному стеблю приблизиться к себе ни разу. Каждое его движение выверено и экономно, а взгляд неотрывно следит за всеми источниками угрозы. Кажется, для него это лишь отточенная тренировка, а не смертельная схватка.

В наполненных арканой растительных побегах не чувствуется разума или воли. Они действуют машинально, реагируя на боль, причинённую их хозяйке, и потому Шелкопряду несложно одолеть бездумного противника.

Всё это происходит за один удар сердца, а затем остриё его меча выходит из грудной клетки Матриарха, всё ещё сидящей в резном кресле и только-только распахивающей глаза.

Затем резким движением Ткач Теней сбивает дрокка с кресла, и её тело с грохотом падает на пол, а уже через долю секунды азиат пригвождает кисти Тарниры к полу сотканными из теней кольями, распиная её в неудобном положении.

На лице застигнутой врасплох женщины читаются неверие и боль. В расширенных глазах пляшет растерянность. Погружённая в ментальную проекцию, отдалённую на тысячи километров, Тарнира явно не ожидала нападения в сердце своей цитадели. Застигнутая врасплох, лишённая возможности мгновенно среагировать, она стала лёгкой добычей для затаившегося в тенях убийцы.

Управление марионеткой на балу на таком большом расстоянии, должно быть, отнимало значительную долю её концентрации и ментальных сил. Внезапная атака Шелкопряда разорвала эту хрупкую связь, дезориентируя противницу.

Тарнира дёргается, пытаясь освободиться, но тщетно. Усиленный Дурманящей отравой яд уже струится по её жилам, погружая плоть в оцепенение. Даже могучий разум Матриарха бессилен против этого парализующего коктейля. Туман путает мысли, блокирует волю, не даёт воззвать к аркане.

В то же мгновенье Тан активирует Армию теней. Пространство вокруг искажается, наполняясь клубящимся мраком, и из него один за другим выступают многочисленные двойники Шелкопряда. Безмолвные, полупрозрачные фигуры, сотканные из чистой тьмы, толпятся друг внутри друга, складываясь в одну убийственную сумрачную матрёшку. Их чуть больше четырёх сотен – пропорционально РБМ своего создателя.

Единым угольно-чёрным прибоем клоны растекаются по цитадели, проникая во все помещения. Они заполоняют коридоры и залы, сея ужас и смерть. Застигнутые врасплох бойцы Ульгридов гибнут мгновенно, не успев даже вскрикнуть. Смертоносные тени атакуют из самого мрака, из-за спины, из-под ног. Они рассекают глотки, вспарывают животы, пронзают сердца эфемерными клинками.

Охранные роботы открывают беспорядочный огонь, но как тяжело попасть в того, кто перемещается по Изнанке, возникая у тебя за спиной. Теневые бойцы исчезают легко – от одного точного попадания, но на смену павшим приходят новые, и скоро металлические туши застывают грудами искорёженного искрящего металла.

По цитадели разносится вой сирены. Красные всполохи аварийных огней разрезают полумрак. Но уже слишком поздно. Легион теней неумолимо движется вперёд, истребляя всё на своём пути. Несутся испуганные крики, звучат выстрелы и лязг клинков. А потом всё стихает. Последний солдат, захлёбываясь кровью, оседает на пол. Наступает звенящая тишина.

Во взгляде пойманной в ловушку дроккальфар – осознание непоправимости случившегося. Понимание, что всё её могущество, вся власть теперь иллюзорны и бесполезны. Паника захлёстывает её с головой.

В покои Тарниры стремительно вплывает один из двойников Шелкопряда. На его руках покоится искалеченное тело Драганы. Девушка уже пришла в себя, хоть и выглядит истерзанной и слабой. Азиат обращается к ней:

– Думаю, собственноручная месть принесёт тебе куда больше удовольствия, чем просто вести о смерти врагов.

– О-о, землянин, ты даже не представляешь насколько!.. – в её глазах отражается звериное неистовое бешенство.

Тарнира хрипит и дёргается, пытаясь освободиться, но путы теней держат крепко. Кровь толчками вытекает из пробитой груди, заливая одежды. Потемневшие от боли глаза мечут молнии. Аркана с трудом вспыхивает в её ядре, но Шелкопряд небрежным движением наносит несколько глубоких порезов вдоль её грудной клетки. Свежие раны вспухают алым под сдавленный всхлип боли.

– Яд на моём клинке сделает твои мысли вязкими и медленными, – бесстрастно поясняет Тан, – но не смягчит боль. Ты прочувствуешь каждое мгновение своей гибели.

Драгана, шатаясь, приближается. Культи отрубленных рук слабо подрагивают. На бледном, как мел, лице горят глаза, полные ненависти. Разбитые губы кривятся в злой усмешке.

– Я же обещала, Кройцева шлюха, что ты пожалеешь о том дне, когда подняла на меня руку, – хрипло произносит она. – Твой выродок-братец уже на том свете, верно? Вижу по твоим глазам, что я права… Готова поспорить, Егерь заставил его верещать, как течную ксаридскую суку.

Тарнира вздрагивает, будто от пощёчины. В её взгляде на миг мелькает почти осязаемая мука потери, но тут же сменяется ядовитой злобой:

– Тварь! Будьте вы оба прокляты! – шипит она, извиваясь в путах. – И ты, и твой ублюдочный женишок! Чтоб вам в бездне гореть! Чтоб Двуединая сожгла ваши грязные души! Вечные муки вам! Вечные-е-е!!! – последние слова переходят в полубезумный вой.

Матриарх мечется, извивается всем телом, напрягая узы до треска. По окровавленным щекам текут слёзы, оставляя неровные дорожки на грязной коже.

Драгана в ответ лишь хмыкает:

– Ничтожество. Даже достойно умереть не способна.

Не сводя взгляда с Тарниры, она поворачивается к Шелкопряду и требовательно бросает:

– Нож!

Ткач Теней молча протягивает ей один из своих клинков. Драгана неловко, по-звериному, перехватывает рукоять зубами. Примеривается. А потом всем телом, из последних сил боком обрушивается на противницу, вонзая лезвие ей в лицо. Остриё ножа с шелестом распарываемой кожи соскальзывает с переносицы в глазницу и под влажный хруст пробитой кости погружается на всю длину.

Дёрганные конвульсии.

Багровые брызги на полу.

Всё кончено.

Дом Ульгрид пал.

Глава 8

После отдачи приказа Шелкопряду мне остаётся только ждать подтверждения. Не проходит и двух секунд, как застывшая передо мной копия Тарниры рассыпается прелой листвой, корнями и стеблями.

Отлично, как минимум, Тан привлёк её внимание. В том, что он справится с ней, имея настолько значительное преимущество, как элемент неожиданности, я не сомневаюсь. Ткач Теней значительно поднял свою силу с тех пор, как обрёл следующий ранг. К тому же, мы подготовились по максимуму, чтобы первый его удар стал для неё последним.

Со вздохом перевожу взгляд на останки противника.

Ва́стро «Лунный Хищник» У́льгрид

Вид: Дроккальфар

Класс: Призрачный Воитель

Редкость: Золото

Способности: Призрачная форма, Фазовый удар, Фантомные клинки

Призрачная форма – позволяет на время стать бесплотным.

Фазовый удар – позволяет атаке ближнего боя пройти сквозь барьеры.

Ранг: Супернова

Параметры: Стойкость, Ловкость, Резонанс

РБМ: 6 246 единиц

Клан: Дом Ульгрид

Должность: Армигер

Статус: Мёртв

Содержит:

7 193 096 единиц арканы

Способность «Призрачная форма».

Требует: Стойкость (S), Интеллект (S), Выносливость (S), Резонанс (S), Интенсивность (S)

Активная

Расходует: 10 000 (1 000) единиц арканы

Ступень: S

Шанс отторжения: 26%

На 15 секунд позволяет преобразовать материальную структуру тела в эфирное состояние, даруя неуязвимость к физическому и элементальному урону, а также способность проникать сквозь материальные преграды. В этом состоянии вы можете атаковать противников, но остаётесь уязвимы к энергетическому урону. Эффективность способности значительно возрастает при использовании в сочетании с другими фазовыми способностями. Дополнительно позволяет наносить урон призрачным оружием ближнего боя, игнорируя броню противника.

Хорошо, что сразу заблокировал его способности, иначе пришлось бы утомительно валандаться, пока противник скачет туда-сюда в этой своей Призрачной форме. Понятно, что у меня нашлось бы чем его приголубить из арсенала энергетических атак, но всё равно гоняться за бесплотным врагом – то ещё удовольствие.

Само умение весьма и весьма неплохое хотя бы тем, что выключает на время два из трёх источников урона. Плюс повышенная мобильность – можно уйти, допустим, в землю, скрывшись от врага, и неожиданно атаковать его снизу.

Собрав аркану с окровавленной остывающей плоти и вытянув способность Экстрактором, нахожу отрубленную руку и снимаю с пальца Экстрамерное кольцо. Закончив с этим малоприятным, но необходимым процессом, хватаю безжизненное тело дрокка за шкирку и закидываю в своё Хранилище. Не время сейчас методично обыскивать его, займусь этим позже в уединении. Сомневаюсь, что почтенной публике придётся по вкусу зрелище того, как я деловито потрошу труп их сородича в поисках припрятанного в секретном анатомическом кармане Регенеративного инъектора ступени S.

В процессе краем глаза замечаю стремительно приближающийся силуэт Ирвальды Марвейр, дочери Матриарха. Судя по целеустремлённому виду, горит желанием пообщаться. Только этого мне сейчас не хватало. Бросаю на девушку красноречивый взгляд и почти незаметно качаю головой. Не сейчас. У меня есть дела поважнее светских бесед.

К счастью, долго ждать не приходится. Трансивер тренькает входящим сообщением, и я с облегчением выдыхаю. Тарнира мертва, Драгана освобождена. Отлично, одной проблемой меньше. Слегка расслабляюсь, но тут же напрягаюсь вновь. Ирвальда всё же решила подплыть ближе.

– Ваша схватка была поистине впечатляющей, – с придыханием тянет дроккальфар, обольстительно стреляя глазками. – Такое самообладание, такая мощь… Вы определённо затмили всех присутствующих сегодня воинов.

Привычно напяливаю на лицо дежурную дежурную улыбку и отвечаю ей какой-то банальщиной.

Струны сердца и Эмпатическая проницательность в унисон доносят до меня трепет и возбуждение собеседницы. Её сердце учащённо бьётся, в глазах проступают восхищение и желание, а белые зубки на долю секунды прикусывают нижнюю губу. Я слышу отголоски её эмоций: ни один мужчина раньше не зажигал в ней такой пожар любопытства и влечения.

Н-да, у дрокков явно не все дома – минуту назад я превратил противника в фарш, а она уже течёт. Хотя, чему удивляться, их общество построено на силе и жестокости как главных источниках репутации и уважения.

Впрочем, сам факт, что мне открыт доступ к её внутреннему миру, говорит о поверхностной природе этих чувств. Дело не в каких-то моих глубинных качествах, а лишь в том, что я разительно отличаюсь от местных кавалеров, вышколенных в лучших традициях лизоблюдства и пресмыкания дроккальфарского общества. Рядом со мной она чувствует себя настоящей женщиной, а не скучающей хозяйкой. Поэтому на глубокое чувство это мало похоже. Скорее уж сиюминутный каприз пресыщенной жизнью аристократки.

Как бы там ни было, это знакомство может оказаться мне полезным. Хочешь строить мне глазки, красотка? Что ж, флиртуй дальше. Авось ещё пригодишься.

Неожиданное появление самой Хельдры прерывает наш занимательный диалог. Матриарх окидывает нас долгим, испытующим взглядом. Чувствую, как сквозь белоснежную маску прожигает мою кожу тлеющий взор.

– Неплохо сработано, айденн Егерь, – цедит она с плохо скрываемым одобрением. – Никогда не думала, что вырывание сорняков может доставлять такое… удовольствие.

– Благодарю, айденна, – вежливо склоняю голову. – Я тоже отвёл душу.

Несколько долгих мгновений Хельдра сверлит меня пристальным взглядом, после чего тихий смешок нарушает повисшую тишину.

– Да… Из вас, айденн, определённо вышел бы отменный дроккальфар. Ирвальда, дитя моё, – со снисходительной усмешкой замечает Хельдра, переводя взгляд с меня на дочь, – ты ещё слишком юна, чтобы покушаться на чужую добычу. К тому же не стоит в погоне за женихом портить отношения с Домом Архарц.

Щёки девушки вспыхивают румянцем. Она опускает взгляд, попытавшись спрятать вспышку обиды и досады.

– Дамы, вынужден оставить вас, – произношу я. – Дела зовут. Но я рад, что нам удалось нащупать почву для взаимопонимания.

Поймав взгляд Хельдры, добавляю:

– Вскоре свяжусь с вами насчёт вопроса, который мы затронули.

Матриарх едва заметно кивает, давая понять, что мы договорились. Её глаза оценивающе прищуриваются за прорезями маски, словно просчитывая следующие ходы в этой многоуровневой партии.

Через четверть часа я уже на территории цитадели Дома Ульгрид. Повсюду валяются трупы охранников, багровея на белоснежной плитке внутреннего двора. Безвольно раскинутые конечности, остекленевшие глаза, полные невыразимого ужаса… Картина красноречиво свидетельствует о произошедшей здесь бойне. Смотрю, Шелкопряд времени зря не терял. Экзекуция вышла быстрой и весьма показательной. Когда слухи о ней долетят до остальных Домов, надеюсь, это охладит их пыл и позволит избежать любых дальнейших конфликтов.

В главном здании я нахожу Шелкопряда и Драгану в помпезной гостиной. Резной деревянный декор, инкрустация испускающими свет камнями, вычурно-роскошная мебель – всё буквально кричит о высоком положении и богатстве хозяев.

Драгана как раз заканчивает поправлять причёску и одежду, когда я вхожу. Плевать, что она выглядит немного потрёпанной и местами запачканной кровью. Подлетаю к ней, подхватываю на руки и впиваюсь долгим поцелуем в губы.

Враг разбит, но в душе моей вместе с торжеством и облегчением есть и неприятный осадок от осознания, что всё могло бы сложиться иначе. И куда хуже.

Молча окидываю девушку оценивающим взглядом. Хмурюсь, замечая, как она ссутулилась. Словно пытается стать меньше и незаметнее. Это на неё не похоже. Что же там произошло, раз её так перекосило?

Беру её за подбородок, вынуждая посмотреть на меня. В стальных глазах плещется целый вихрь эмоций – облегчение мешается со стыдом и злостью на саму себя.

– Ты в безопасности, – я касаюсь её щеки большим пальцем, – но мне нужно знать, что случилось. Как этим ублюдкам удалось не просто одолеть тебя, а захватить живьём?

Драгана вздыхает и сдаётся:

– Полагаю, в моём клане завёлся шпион, Егерь. Я уверена в этом. Иначе как объяснить, что Ульгриды ударили нам в спину именно в тот момент, когда солидная часть наших сил отбыла для зачистки опасного Квазара? Он уже подобрался к РБМу Суперновы и представлял серьёзную угрозу для Сектора.

В её движениях сквозит едва сдерживаемая ярость пополам с горечью поражения. Я знаю этот сплав чувств. Так реагирует на проигрыш боец, не привыкший уступать. Даже сейчас, после пережитых испытаний, каждый её жест – это жест воительницы, закалённой в боях. Но в глубине потухших глаз плещется и что-то ещё. Неуверенность? Сомнения? Странно видеть эти новые оттенки в её взгляде.

– Галадра… – продолжает ушастая оторва, – она игнорировала многие проблемы, сосредоточившись на противостоянии тебе и другими кланам. В наших Секторах уже давно назревал кризис, но мать словно бы не желала ничего замечать. Когда на нас напали, защита оказалась недостаточной. Оборона пала слишком быстро, враг ворвался в особняк.

Драгана отводит глаза, вспоминая недавние события. Её голос выдаёт злость:

– Сперва я думала, у них всего один Нова – Вастро. С ним-то я и сцепилась. В личном противостоянии я бы размазала его по стенке.

Эмпатическая проницательность улавливает совсем иное.

На самом деле сомневается, но не хочет признаваться, чтобы не тревожить меня лишний раз…

– Ну или хотя бы заставила его отступить, – продолжает девушка. – В разгар боя вмешалась Тарнира. Она создала в коридоре ядовитую завесу через свои побеги и отравила меня. Одурманила разум. Увлечённая боем, я не успела выскочить за пределы действия яда. Силы начали стремительно покидать меня. Я потянулась за антидотом, но Вастро успел первым. Сначала он отсёк мне одну руку, потом вторую…

На миг представив это, гашу вспыхнувшие эмоции. С Близнецами в любом случае покончено. Каждый из нас внёс свою лепту в их устранение. Пускай теперь шкворчат на весёленькой адской сковородке на пару или по одиночке. Это уже неважно.

– В тот момент я и осознала, насколько завишу от своего оружия, – Драгана трёт запястья, словно до сих пор ощущая там фантомную боль. – Большая часть моих умений бесполезна, если нечем держать клинки. Брешь в моей обороне. Уязвимость класса…

Притягиваю её к себе, ощущая, как напряжение медленно отпускает девичье тело. Подержав в объятиях, чуть отстраняюсь и твёрдо произношу:

– Так, оставить сырость. У каждого класса есть своё слабое место. Даже у самых сильных. Радуйся, что это проявилось в схватке с Тарнирой и её братцем, которым ты нужна была живой. Представь, открой ты эту слабость в бою против сама знаешь кого, который мгновенно воспользовался бы этим и прикончил бы тебя к чертям собачьим. Ты жива, ушастая. И теперь, зная недостатки своего класса, сможешь учитывать их и попытаться устранить. Или хотя бы предусмотреть контрмеры.

В этот момент неподалёку раздаётся голос Шелкопряда:

– В камне, давшем трещину, уже не скрыть изъяна. Но глупец разобьёт такой камень, а мудрец отшлифует – и трещина станет лишь частью нового узора.

– Это тебя Тай научил? – с усталым вздохом интересуюсь я.

– Он подчеркнул, как сильно ты ценишь восточную мудрость, – кивает Ткач Теней, но в глазах его пляшут бесенята.

Ничего-ничего, самурай, скоро свидимся!..

Зато Драгана, кажется, прониклась смыслом этой китайской чуши. Отлично.

– Ладно, теперь к делу. Какой класс был у Тарниры? И что за способность тебе от неё досталась? – перевожу тему.

– Способность называется «Ускоренный метаболизм». Повышает темп регенерации ран и восстановления арканы.

– Хорошая штука. Тебе точно пригодится.

– А класс – Архидруид, – морщится Драгана.

Мрачно хмыкаю:

– Снова Архидруид… С этими чёртовыми зеленозадыми дендрофилами мне категорически не везёт. Сперва Говнюк Старший, чтоб ему в аду икалось, теперь вот Тарнира с ядовитой плесенью. Ладно, не будем о грустном. Что там с новым главой клана? Надо найти того, к кому перешла должность после смерти этих ушлёпков.

Шелкопряд ухмыляется и указывает большим пальцем куда-то себе за спину. Перевожу взгляд и замечаю, что в дальнем углу гостиной валяется свёрнутый в рулон ковёр, из которого торчат чьи-то ноги.

– Мы всё предусмотрели, – усмехается дрокк. – Ждали только тебя. Так что, захватим их город? Или просто уничтожим?

Почесав подбородок, отвечаю вопросом на вопрос:

– А потянешь ли ты сейчас управление новыми территориями? Есть у вас для этого ресурсы?

Моя невеста качает головой, поджимая губы:

– Увы, нет. Дом Архарц ещё слишком слаб после правления Галадры и её своеобразного подхода к стратегии. Нам надо залечивать раны, восстанавливать порядок в собственных Секторах. Куда уж нам замахиваться на чужие земли…

– Ну, тогда выбор очевиден, – подытоживаю я. – К тому же полное уничтожение вражеского города сулит нам щедрые бонусы от наших драгоценных близнецов. Этих затейников, любящих поиграть в генетическую русскую рулетку.

Вижу, как на лицах Драганы и Шелкопряда расцветают понимающие ухмылки.