Читать книгу "История России языком дворянских гербов"
Автор книги: Евгений Пчелов
Жанр: Исторические приключения, Приключения
сообщить о неприемлемом содержимом
Бобринские
В апреле 1762 года великая княгиня Екатерина Алексеевна, которая спустя несколько месяцев станет российской императрицей Екатериной II, тайно родила сына Алексея. Отцом ребенка был не супруг Екатерины император Петр III, а ее любовник Григорий Григорьевич Орлов, сыгравший в последующем перевороте одну из ведущих ролей. Чтобы император ни о чем не узнал, в день родов камердинер великой княгини Василий Григорьевич Шкурин поджег собственный дом, и Петр, любивший самолично руководить тушением пожаров, выехал вместе со свитой из дворца. Ребенок рос в семье Шкурина, затем его отправили учиться за границу. После возвращения он поступил в Сухопутный шляхетный кадетский корпус под фамилией Бобринский – по названию имения, купленного для него Екатериной, села Бобрики Епифанского уезда Тульской губернии, составлявшего вместе с соседним Богородицком владения нового дворянского рода. После восшествия на престол Павла I, фактически признававшего в Бобринском своего брата, Алексей Григорьевич удостоился графского титула. Так появился род графов Бобринских – внебрачная отрасль императорской фамилии.
Графы Бобринские (фамилия эта, по старомосковскому произношению, могла писаться как Бобринской, но произносилась с ударением на первый слог) оставили немалый след в истории России. Так, граф Алексей Алексеевич (1800–1868) был одним из основателей свеклосахарного производства в России и крупным организатором сельского хозяйства; его сын граф Александр Алексеевич (1823–1903) составил справочник «Дворянские роды, внесенные в Общий Гербовник Всероссийской империи»; прославились также сыновья последнего археолог граф Алексей Александрович (1852–1927) и композитор-любитель Андрей Александрович (1859–1930). К младшей ветви рода принадлежал ученый-этнограф граф Алексей Алексеевич (1861–1938), организатор экспедиций в Среднюю Азию и на Памир.
В гербе графов Бобринских соединились гербы их предков и гласная часть. В центральном щитке герба помещен черный двуглавый коронованный орел в золотом поле, государственный символ Российской империи, свидетельствующий о происхождении рода от императорской династии. Сам гербовый щит разделен на три части. В первой, «различенной в продоль на серебро и голубый цвет, виден воспаряющий орел, который переменяется на серебре в голубый цвет, а на оном в серебро». Во второй части, разделенной «пополам в поперег, вверху серебром, а внизу красным цветом, восходит бобр с левого нижнего угла к правому верхнему косвенно, и преобразуется на серебре в красный цвет, а на красном в серебро». В третьей, нижней части «видна в серебряном поле красная городовая стена, несколько вкось к левой стороне простирающаяся, на которой является идущий медведь в золотой короне и с таковым же ошейником». Это поэтическое описание конца XVIII века демонстрирует следующие гербы: в первой части – гласная фигура герба Орловых, одноглавый орел; во второй части – гласная фигура собственно Бобринских, бобр; и, наконец, в третьей части – родовой герб князей Ангальт (Анхальт), из рода которых происходила Екатерина II. Этот герб – тоже гласный, поскольку предком Асканийской династии (именно эта династия владела Анхальтом) был саксонский герцог и маркграф Бранденбурга XII века Альбрехт Медведь. Идущий по крепостной стене медведь означал прозвище этого правителя. Иными словами, герб Алексея Григорьевича Бобринского объединил гербы его родителей – Григория Орлова и Екатерины Великой (каждый из которых, в свою очередь, был гласным) и гласную фигуру бобра, соответствующую фамилии (и владению) рода. Девиз герба: «Богу слава, жизнь тебе».

Герб графов Бобринских
Одна из ветвей рода графов Бобринских после революции осталась в Советской России. Ее представитель – граф Николай Алексеевич Бобринский (1890–1964), выдающийся зоолог, профессор Московского университета, автор ряда книг, в том числе учебного курса зоогеографии и научно-популярного издания «Животный мир и природа СССР», где дана увлекательная панорама зоогеографических зон страны.
Боткины
Боткины – одна из известнейших купеческих фамилий Москвы. Основатель торгового дела Петр Кононович Боткин (1781–1853) происходил из посадских людей города Торопца Псковской губернии (ботка – это снасть для ловли рыбы, традиционно использовавшаяся в том числе в Псковской и Новгородской губерниях). В начале XIX века он основал в Москве чаеторговое дело, которое после его смерти было преобразовано в торговый дом «Петра Боткина сыновья», а в начале 1890-х годов – в товарищество чайной торговли «Петра Боткина сыновья». Чай закупался в Кяхте, затем в Китае, на Цейлоне и в Лондоне, торговали также кофе, рафинадом и сахарным песком. Боткиным принадлежал Ново-Таволжанский свеклосахарный завод в Белгородском уезде Курской губернии (накануне революции перешел в собственность М. И. Терещенко), а в конце 1860-х годов в Москве ими была открыта чаеразвесочная фабрика. Чай Боткиных считался одним из лучших. В повести потомственного москвича И. С. Шмелева «Богомолье», написанной в эмиграции, автор вспоминает:
Бегают белые половые с чайниками, похожими на большие яйца: один с кипятком, другой, поменьше, с заварочкой. Называется – парочка. Брехунов (хозяин трактира) велит заварить для нас особенного, который ро-за-ном пахнет. Говорит нам:
– Кому – вот те на, а для вас – господина Бо-ткина!..
От двух браков Петр Кононович оставил девять сыновей и пять дочерей. Среди них было немало ярких, талантливых личностей. Так, Василий Петрович (1811–1869), критик, переводчик и очеркист, был заметной фигурой интеллектуальной жизни 1830–1850-х годов. Дмитрий Петрович (1829–1889) – увлеченный коллекционер западноевропейской живописи XIX века, его собрание включало около ста картин и находилось в собственном доме владельца (Покровка, 27), но впоследствии было распылено (единичные работы хранятся в Эрмитаже и московском Музее изящных искусств). Михаил Петрович (1839–1914), несмотря на посредственный уровень своего живописного мастерства, достиг высоких званий в Императорской академии художеств и даже пытался влиять на современную ему художественную жизнь.
Наиболее известным сыном Петра Кононовича стал выдающийся ученый-терапевт, профессор Медико-хирургической академии Сергей Петрович (1832–1889). Трое его сыновей также стали врачами, причем двое женились на дочерях Павла Михайловича Третьякова. Профессор медицины Сергей Сергеевич (1859–1910) был также видным коллекционером, прежде всего графики (его собрание впоследствии поступило в Русский музей). Его дочери от Александры Павловны Третьяковой – Анастасия Сергеевна (1892–1941), сотрудник Русского и Театрального музея в Ленинграде, вторая супруга искусствоведа, коллекционера и издателя, сотрудника Эрмитажа Федора Федоровича Нотгафта (1886–1941), погибла в Блокаду; Александра Сергеевна (1897–1985), по первому мужу Хохлова, киноактриса, жена кинорежиссера Льва Владимировича Кулешова (1899–1970), ее детский портрет «Лисичка» работы Ф. А. Малявина хранится в Третьяковской галерее. Евгений Сергеевич (1865–1918), лейб-медик Николая II, погиб вместе с царской семьей в Екатеринбурге, канонизирован Русской православной церковью (его дочь Татьяна Евгеньевна Мельник-Боткина, 1898–1986, оставила воспоминания). Доктор медицины Александр Сергеевич (1866–1936) служил во флоте, в конце XIX века участвовал в нескольких гидрографических экспедициях, спроектировал полуподводную лодку «Чилим», в эмиграции жил в Италии.
Из дочерей Петра Кононовича Боткина Екатерина Петровна (1824–1904) вышла замуж за московского текстильного фабриканта Ивана Васильевича Щукина (1818–1890). В этом браке родились шесть сыновей, из которых четверо – Петр, Сергей, Дмитрий и Иван – были коллекционерами произведений искусства. Мария Петровна (1828–1894) вышла замуж за поэта Афанасия Афанасьевича Фета (Шеншина, 1820–1892). Анна Петровна (1833–1900) – за доктора медицины Павла Лукича Пикулина (1822–1885).
Из следующего поколения Боткиных следует упомянуть недооцененного художника эпохи модерна Федора Владимировича (1861–1905), выработавшего свой оригинальный стиль. И дочерей коммерции советника Петра Петровича Боткина (1831–1907), фактически главного руководителя семейного дела после смерти отца, Петра Кононовича: Надежду Петровну (1858–1935), жену замечательного художника и коллекционера Ильи Сергеевича Остроухова (1858–1929), и Веру Петровну (1862–1916), жену московского городского головы Николая Ивановича Гучкова (1860–1935), из известной московской купеческой семьи (брата политического деятеля, октябриста А. И. Гучкова).
Боткины принадлежали к сословию потомственных почетных граждан. Внук Петра Кононовича Сергей Дмитриевич (1869–1945), будучи дипломатом, в 1914 году получил чин действительного статского советника, дававший потомственное дворянство (он также имел звание камергера двора Его Императорского Величества). В 1916 году был утвержден дворянский герб Боткиных, составленный В. К. Лукомским:

Герб Боткиных
В червленом щите две косвенно накрест положенных серебряных грамоты с золотыми печатями. В серебряной главе щита три червленых чайных цветка. <…> Нашлемник: золотой возникающий барс с червленым языком.
Девиз: «Верою, верностью, трудом». Цветы чая отсылают к деятельности предков-чаеторговцев. Барс – фигура псковского герба – свидетельствует о происхождении Боткиных из Псковской губернии. Грамоты символизируют деятельность самого гербовладельца на дипломатическом поприще. После революции Сергей Дмитриевич был дипломатическим представителем белогвардейских правительств в Берлине, затем возглавлял «Бюро для русских беженцев в Германии», защищая интересы русских эмигрантов перед немецкими властями. После прихода к власти нацистов Боткин переехал в Париж, где и скончался в 1945 году.
Александр Брюллов
Семья Брюлловых имеет французское происхождение (фамилия восходит к глаголу «жечь», «обжигать»). Ее предки гугеноты в конце XVII века, после отмены Людовиком XIV Нантского эдикта (а следовательно, и вероисповедных прав французских протестантов), перебрались в Люнебург, находившийся во владении герцогов Брауншвейгских. В 1773 году в Петербург переселился с семьей Георг Брюлло, лепщик на петербургской фарфоровой мануфактуре. Его внук Павел Иванович преподавал в Академии художеств и был мастером резьбы по дереву и живописи золотом и серебром по стеклу – художественные таланты в этой семье оказались наследственными.
Славу роду Брюлловых принесли сыновья Павла Ивановича – живописец Карл Павлович (1799–1852) и его старший брат, архитектор и акварелист Александр Павлович (1798–1877) (художником был и их старший брат Федор, 1795–1869, но его творчество ограничилось церковной живописью; его сын Николай (1826–1885) был петербургским архитектором). В 1822 году при получении братьями пенсионерства от Академии художеств для поездки в Италию их фамилия была скорректирована на русский манер, и они стали Брюлловыми. Брак Карла Павловича был неудачным, и потомства он не оставил. Александр Павлович женился на дочери придворного банкира барона Раля. Потомство от этого брака было весьма обширным. Среди детей – Павел Александрович Брюллов (1840–1914), художник-пейзажист, член правления Товарищества передвижников.
Сестра Карла и Александра Юлия Павловна (1804–1877) вышла замуж за художника, мастера акварельного портрета Петра Федоровича Соколова (1787–1848), и от этого брака пошла художественная династия Соколовых. Двое их сыновей получили известность как иллюстраторы произведений русской литературы, третий – как портретист. Потомки Александра Павловича породнились с архитектором П. Ю. Сюзором, семьей художника Н. Д. Дмитриева-Оренбургского, семьей общественных деятелей Зарудных (также родственников Кавосов и через них – Бенуа). В начале XX века двоюродные сестры Елена Павловна Зарудная и Надежда Владимировна Брюллова-Шаскольская стали деятельницами партии эсеров, обе были репрессированы и погибли при советской власти. Вообще, судьба потомков Брюлловых после революции была трагичной… Потомки по линии Шаскольских оставались в СССР, дочь Надежды Владимировны Марианна Петровна Шаскольская (1913–1983) стала известным ученым в области кристаллографии и кристаллофизики, автором классических трудов и учебников. Ее двоюродный брат по отцу (не потомок Брюлловых) профессор Игорь Петрович Шаскольский (1918–1995) – видный историк, специалист по русско-скандинавским связям в эпоху Средневековья.
Александр Павлович Брюллов в 1832 году был возведен в звание профессора архитектуры (состоящего в 7-м классе, то есть в чине надворного советника, что давало потомственное дворянство), в 1833-м «в уважение отличных дарований и трудов по сооружению Михайловского театра» награжден орденом Святого Владимира 4-й степени, а в 1838-м «пожалован ему с потомством диплом на дворянское достоинство» с гербом:
В лазуревом поле золотой бобр, несущий на спине золотую колонну и сопровождаемый таковою же пчелою. В золотой главе щита черное стропило, под которым червленая о шести лучах звезда… Нашлемник: между двумя черными орлиными крыльями золотой возникающий с червлеными глазами и языком бобр, держащий серебряный топор (в описании герба в Жалованной грамоте на дворянство бобр был натурального цвета, а топор назван секирой. – Е. П.).

Герб Александра Брюллова
Символика герба связана со строительно-архитектурной деятельностью Александра Павловича. Об этом свидетельствуют колонна коринфского ордера, бобр, стропило и топор в лапах бобра в нашлемнике. Все это – стандартные символы архитектуры и строительства. Пчела, означающая трудолюбие, должна была свидетельствовать о личных трудах и заслугах. Звезда означала новопожалованное дворянство.
Бобр, держащий колонну, еще и стоящий на зубчатой стене, в 1865 году украсил и герб другого архитектора – статского советника, профессора Императорской академии художеств Гаральда (Гаральда Юлиуса) Андреевича Боссе (1812–1894), автора целого ряда петербургских зданий в стиле неоренессанс и построек в других городах, в том числе рижской биржи на Домской площади (выполненной в том же стиле). Примечательно, что в юности Боссе работал чертежником у Александра Брюллова, а позднее перестраивал созданный им будуар императрицы Марии Александровны в Зимнем дворце (ныне один из наиболее эффектных залов Эрмитажа).
Брюс
Граф Яков Вилимович Брюс – личность поистине легендарная. За ним закрепилась слава чернокнижника и чародея. Вот как описывает встречу с ним главного героя своей фантастической повести «Необычайные, но истинные приключения графа Федора Михайловича Бутурлина, записанные по семейным преданиям московским ботаником X» ученый-экономист и литератор А. В. Чаянов:
– Садись, батюшка Федор Михайлович! Садись! Гостем будешь! – услышал он дрожащий старческий голос и увидел перед собою за огромным, покрытым зеленым сукном столом, ярко освещенным двумя мерцающими двенадцатисвечными канделябрами и заваленным десятками карточных колод, дряхлого старика в мундире петровских времен, увешанного звездами и орденами и с зеленым зонтиком на глазах, защищающим старческое зрение от нестерпимо яркого мигания свеч. <…> Из завязавшейся беседы Бутурлин понял, что граф Яков Вилимович, уже многие десятилетия покинувший свет и лишенный сна, в своем уединении денно и нощно занят раскладыванием причудливых пасьянсов, находя это занятие не менее завлекательным и значительным, чем тот жизненный пасьянс, который довелось ему пережить.
А вот как характеризует графа в набросках к своему неосуществленному роману «Колдун на Сухаревой башне» (1840) И. И. Лажечников:
Что делает наш астролог, магик, алхимик или, просто, колдун, как называет его народ? Окончит ли он свой календарь с пророчеством на сто лет? Мерзнет ли по-прежнему на Сухаревой башне, гоняясь за звездами? Жарится ли в своей кузнице, стряпая золото и снадобье вечной жизни?
В Москве местом его таинственных дел считалась Сухарева башня, а в Подмосковье – усадьба графа Глинки, приобретенная им у Долгоруковых, где якобы к нему прилетал огнедышащий дракон, а летом для увеселения гостей чудесным образом покрывался льдом парковый пруд. Сухарева башня, как известно, была уничтожена в советское время, а усадебный дом цел и сейчас.
Род Брюсов происходит из Шотландии. Фамилия Брюс, как полагают, восходит к названию замка в Нормандии, а если это так, то Брюсы, возможно, появились в Британии еще в эпоху нормандского завоевания. В Шотландии двое представителей рода даже занимали в XIV веке королевский престол. Это оказалось возможным благодаря тому, что прабабка Роберта Брюса, седьмого лорда Аннандейла, который в 1306 году стал королем, Изабелла, была правнучкой шотландского короля Давида I Святого. Роберту I Брюсу, правившему 23 года, наследовал его сын Давид II, который скончался в 1371 году, не оставив потомства. Престол перешел к его племяннику по линии старшей сестры Марджори – Роберту Стюарту, основателю новой королевской династии. То есть шотландская династия Стюартов, в 1603 году занявшая английский престол, по женской линии была потомством рода Брюсов.
В 1647 году офицер Яков Брюс приехал на службу в Россию. Так образовалась русская ветвь рода. Яков Вилимович был внуком этого Якоба. Он родился в Москве в 1669 году и по семейной традиции также поступил на военную службу. Брюс был одним из ближайших сподвижников Петра I, он участвовал во всех крупных сухопутных сражениях начального этапа Северной войны, включая Полтавскую битву. Выдвинулся как умелый артиллерист и уже в 1704 году сначала исправлял должность, а потом стал генерал-фельдцейхмейстером русской армии – начальником всей военной артиллерии. В 1719 году Брюс стал президентом Берг-коллегии, ведавшей горным делом и металлургическими заводами, и оставался на этом посту до 1726 года. Он проявил недюжинные дипломатические способности, представлял Россию вместе с А. И. Остерманом на Аландском мирном конгрессе со Швецией 1718–1719 годов, окончившемся, впрочем, безрезультатно, по причине гибели Карла XII, а в 1721 году подписал от России Ништадтский мир, завершивший Северную войну. В отставку он вышел в чине генерал-фельдмаршала в 1726-м и поселился в Глинках, где и скончался в 1735 году.
Брюс был одним из самых образованных людей своего времени. В период Азовских походов он вместе с Ю.А. фон Менгденом создал карту земель к югу от Москвы вплоть до Черного моря, которая была издана в Амстердаме в 1699 году. Эта карта считается первой опубликованной гравированной картой на русском языке. Брюс стоял у истоков Школы математических и навигацких наук в Москве, которая находилась в Сухаревой башне, где Яков Вилимович на одном из верхних этажей устроил астрономическую обсерваторию (отсюда и пошли легенды о его тамошних эзотерических занятиях). В 1709 году под его наблюдением в Московской гражданской типографии был издан первый в России светский печатный календарь, созданный и награвированный библиотекарем В. О. Киприяновым (владельцем типографии). В этом календаре давались астрономические и метеорологические сведения и астрологические предсказания. В обиходе календарь получил прозвание «Брюсова» (что и укрепило его славу как якобы астролога) и неоднократно издавался на протяжении XVIII века, разумеется, с дополнениями. Астрономическую обсерваторию Брюс организовал и в Глинках. Среди его трудов, созданных уже в отставке, переводы на русский язык «Книги мирозрения» – философско-астрономического трактата Христиана Гюйгенса «Космотерос» и пособия по геометрии А. Э. Буркхарда фон Пюркенштейна, изданного под названием «Геометриа славенски землемерие» в 1708 году (это была первая русская книга гражданской печати).
В феврале 1721 года Петр I пожаловал Якову Вилимовичу графский титул. Однако тот не оставил детей, хотя и состоял в браке с представительницей балтийского дворянского рода Цёге фон Мантейфелей. У Брюса был старший брат Роман Вилимович, обер-комендант Петербурга, скончавшийся в 1720 году. В 1740-м графский титул был признан за его старшим сыном Александром Романовичем (1704–1760). Он трижды был женат (дважды на княжнах Долгоруковых, вторая его жена Екатерина Алексеевна была несостоявшейся невестой Петра II, возвращенной из ссылки Елизаветой Петровной). Сын Александра Романовича генерал-аншеф Яков Александрович (1730–1791) оказался последним мужским представителем рода графов Брюсов. Его супруга графиня Прасковья Александровна (1729–1786), родная сестра генерал-фельдмаршала П. А. Румянцева-Задунайского, в течение многих лет пользовалась особой доверенностью Екатерины II. Единственной наследницей Брюсов стала дочь Якова Александровича Екатерина (1776–1829), вышедшая замуж за сына генерал-фельдмаршала графа Василия Валентиновича Мусина-Пушкина (1773–1836). В 1796 году он получил дозволение присоединить к своей фамилии фамилию угасшего рода Брюсов и стал именоваться графом Мусиным-Пушкиным-Брюсом. Впрочем, и этот род не продолжился: супруги жили раздельно, и Василий Валентинович сошелся с оперной певицей Нимфодорой Семеновой (младшей сестрой драматической актрисы Екатерины Семеновой), от которой появились на свет три дочери, носившие фамилию Темировы.

Герб графа Брюса
Графский герб Брюсов изображен в дипломе на пожалование Якову Вилимовичу графского достоинства (он же был и создателем герба). Его описание в «Общем гербовнике» таково:
Щит, разделенный на четыре части, имеет посредине малый щиток золотый, в котором изображен красноранжевого цвета крест Святого Апостола Андрея, и над ним поверхность сего щитка того ж цвета. В первой и четвертой части в голубом поле видна часть серебряной городовой стены диагонально справа налево означенной и над оною по одному серебреному ядру с тремя пламенами натурального цвета. Во второй и третьей части в серебреном поле по бокам означены две зеленые дуги и между ими черная орлиная голова с короною. <…> Щит держат с правой стороны красной лев, а с левой единорог. Внизу щита надпись: FUIMUS.
Малый щиток описан здесь своеобразно. На самом деле в нем изображены красный андреевский крест в золотом поле и красная глава. Этот сравнительно простой герб является гербом шотландских Брюсов; его иконографический лаконизм позволяет отнести его создание еще к первым векам существования геральдики. Городская стена и ядро с пламенем символизируют артиллерийскую деятельность Брюса на посту генерал-фельдцейхмейстера. Фигуры второй и третьей частей могут вызвать недоумение, но оно разрешается при обращении к тексту графского диплома. Две зеленые дуги с орлиной коронованной головой между ними появились в гербе Брюса «за ево верную к нам службу во время бытности ево нашим первейшим полномочным министром на Аландском конгрессе». Орлиная голова представляет собой часть российского государственного герба. Щитодержатели лев и единорог – фигуры шотландской государственной геральдики. Красный лев – гласная гербовая фигура Шотландии, появившаяся благодаря прозвищу шотландского короля Вильгельма I (внука Давида Святого и дяди Изабеллы Брюс). Серебряный единорог – символ Шотландии в британском королевском гербе. Девиз Fuimus означает «Были» и показывает, что предки Брюсов были шотландскими королями. Похожий девиз присутствует в гербе российской ветви герцогов Мекленбург-Стрелицких (в Петербурге его можно видеть на фасаде их дворца на набережной Фонтанки), только звучит он более оптимистично: Fuimus et sumus («Мы были и есть»).
Поэт Валерий Яковлевич Брюсов (1873–1924), или, как сказано на мемориальной доске его московского дома, «поэт, историк, ученый, член В. К. П.(б)», к Брюсам родственного отношения не имел. Его предки по отцу были крепостными крестьянами Солигаличского уезда Костромской губернии, дед откупился на волю и занялся пробковой торговлей в Москве, а отец числился «московским 2-й гильдии купеческим сыном Мясницкой слободы». Фамилия может указывать, что когда-то предки Брюсова были крепостными графов Брюсов, если только не имеет иного, более сложного объяснения.