Текст книги "Черный маг"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chernyy-mag-82265.jpg)
Автор книги: Евгений Щепетнов
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Бросившись к магу, они ударились о поставленную им защиту «Купола Преисподней» и завыли, закружились в вихре, бессильные дотянуться до сладкой плоти человека, выпить его бессмертную душу.
Демонам пятого круга – сильным, могучим, вечно голодным, было всё равно, кого и что есть. Их голод не мог быть утолён никогда и ничем, а ярость была яростью огненной лавы, сжигающей всё на своём пути.
Стены купола сотрясались от ударов тёмных сущностей, осыпающихся по ним тёмной крошкой, собиравшейся на земле в новую форму демонского тела. Тела ли? По сути, у демонов не было тела. Не было плоти, как у людей. Чистая, освобождённая от плоти сущность, способная воздействовать на окружающий мир – вот что такое демон. Или что-то иное? Порождения самой Преисподней? Подземелья, в котором рождается огонь и лава? Кто знает… никто этого не знает.
Как и того, кто ПЕРВЫЙ научился вызывать этих сущностей в мир людей, кто сумел использовать их в своих целях и как это так вообще вышло. Но факт есть факт – демонами можно управлять. До поры до времени… если хватает сил.
Хлопок! Запах серы, запах крови, запах нечистот – демоны исчезли, отправленные восвояси чёрным магом, с облегчением вытершим вспотевший лоб тыльной стороной кисти руки.
Чёрный сказал несколько слов, купол исчез, и маг пошёл через место побоища, брезгливо перешагивая через лохмотья мяса и лужи резко пахнущей железом крови. Земля была будто вскопана, взрыхлена и жадно впитывала густую тёмно-красную жидкость.
Пройдёт дождь, семена, лежащие в земле, удобренной плотью погибших, разбухнут, пустят ростки, и через месяц здесь снова будут шелестеть луговые травы. И ничто не укажет на то, что здесь закончили свою жизнь сотня людей и сотня лошадей. Так происходит круговорот жизни.
Чёрный выпустил сознание носителя, и Нед будто впервые увидел место сражения, вдохнул запах смерти. Потом встряхнул головой, выгоняя сонную одурь, и поспешил назад, туда, где оставил своих товарищей.
Всё происшедшее было для него как во сне. Вот бывает так – видишь какой-то яркий, живой сон, просыпаешься… и помнишь всё, что с тобой было. Так и тут – картинка была в мозгу, но какая-то нереальная, какая-то иллюзорная, будто ненастоящая. Нед всё понимал – да, это он вызвал демонов, да, он сумел оперировать двумя, нет – тремя могущественными заклинаниями. Но только вот он… и не он. Момент, когда Чёрный захватил сознание Неда, воспринимался как помрачение сознания – накатило, мир померк, очнулся – всё уже прошло. Закончилось. Сон. Всё – сон.
Он прошёл примерно около ли, когда за кустом услышал шорох. Мгновенно выхваченный меч, боевая стойка… и Нед опускает стальной клинок, едва удержавшись, чтобы не выругаться самым грязным ругательством:
– Ты чего здесь делаешь?! Я тебя где оставил? Ты как посмел покинуть место наблюдения, нарушить приказ?!
Меч с шелестом и стуком вброшен в ножны, а рука сгребла воротник Ойдара:
– Ты почему нарушил приказ?!
– Прости! Я просто хотел помочь! Подстраховать – вдруг они тебя захватят! И наши пострадают, и ты пропадёшь.
Ойдар был испуган, так испуган, что Нед подумал – уж не видел ли он…
«О боги! Он меня убьёт! Я так и знал, что он демонолог! Ну зачем, зачем я за ним пошёл?! Боги, я сейчас обделаюсь от страха…»
– Хватит трястись. Не трону я тебя, – угрюмо сказал Нед, выпуская воротник Ойдара, – не трону, пока ты не начнёшь болтать о том, чего не было. Ты понял?
– Понял! Я всё понял! Я буду с тобой, я всегда с тобой! Ты не подумай чего – я никому ничего не расскажу из того, что я видел! Клянусь тебе!
– Ты. Ничего. Не видел! – с расстановкой сказал Нед и, взяв за плечи приятеля, заглянул в его глаза. Тот съёжился и, дрожа, повторил:
– Я ничего не видел! Нед, я правда за тебя! Я твой адепт! Научи меня всему, что ты знаешь, пожалуйста!
– Посмотрим, – усмехнулся Нед, – может, и научу. Всё, пошли. Нам ещё нужно взять пленного. У меня это не получилось, а ведь уже светает…
Они долго шли по луговой траве. Капли, выпавшие на высокую траву, брызгали на одежду, пропитывая её до самого тела, но Нед не замечал холода, хлюпающих сапог, тумана, влажными лапами касающегося лица – ему хотелось убить.
«Убей! Убей его! Убей! – билась в голове мысль. – Это так просто – одно движение… ррраз! И покатилась голова. И нет проблемы, нет этого человека, который может рассказать о тебе! Он тебя предаст, ты ведь знаешь – он всё равно когда-нибудь тебя предаст! Все люди предают. Этот – предаст обязательно! Вынь меч – удар – и всё закончилось. Ну! Убей! Убей! Убей!»
Нед с трудом вдвинул меч в ножны, вцепившись в рукоятку так, что побелели пальцы, замедлил шаг и остановился возле сосны, опёршись об неё рукой. Его тело сотрясала крупная дрожь, лицо побелело, и на нём выступили крупные капли пота. Потом его стошнило и рвало минуту, выворачивая горькой желчью.
Ойдар подбежал к Неду, участливо заглянул в лицо и отшатнулся – глаза Неда превратились в два чёрных провала. Парню даже показалось, что он заметил языки пламени, бьющиеся где-то далеко-далеко, как если бы он заглянул в преисподнюю через два узких колодца.
– Отойди! – прохрипел Нед, тело которого свела судорога от желания схватить Ойдара за шею и переломить её, как тростинку. – Отойди на пять шагов и стой там!
– Что с тобой? Может, тебе как-то помочь? – испуганно поинтересовался Ойдар, отступив на пару шагов.
– Сказал – отойди! – рявкнул Нед, теряя над собой контроль и выдёргивая из ножен меч, пламенеющий золотыми рунами, разгоревшимися в темноте как никогда.
Ойдар отбежал подальше, с почтением и ужасом наблюдая за тем, что происходит с приятелем, а Нед закрыл глаза и продолжил борьбу за свою сущность.
А она, эта борьба, была тяжкой. Очень тяжкой. Впервые его чёрная суть попыталась взять верх над Недом, делая его настоящее «я» второстепенным, неважным. И если он, Нед, сейчас сдастся, то ничего хорошего из этого не выйдет.
В голову всё время лезло прорицание предсказательницы Ситары – «Не дай взять верх Чёрному!» – и Нед сопротивлялся.
Нед не знал, сколько времени прошло после того, как началась битва в его душе, но когда открыл глаза, солнце уже вставало над горизонтом, и вокруг было совсем светло. Он лежал на спине и несколько секунд никак не мог понять, что с ним случилось, и лишь когда над ним появилось лицо Ойдара, Нед вспомнил всё и улыбнулся:
– Мне не хочется тебя убить.
– И это вообще-то радует, – проворчал приятель, – глядя на твою рожу, я уже несколько раз попрощался с жизнью. Сижу вот и радуюсь солнцу, ветру, букашкам – чтоб их преисподняя забрала! Задолбали за шиворот падать, твари! Оказалось – я очень люблю жизнь. А сегодня, рядом с тобой, я боялся так, как никогда в жизни. Ну – почти как никогда. Вообще – что это было? Ты был страшный, как смерть.
– А ты видел её, смерть-то? – безмятежно спросил Нед, заложив руки за голову и бездумно глядя в облака.
– Видел, – серьёзно ответил Ойдар, – когда мы столкнулись с латниками Исфира, мне показалось, что она мелькает где-то между нами. Я чуть не описался от страха.
– Чуть? – улыбнулся Нед.
– Нууу… подпустил немного, да! А ты откуда знаешь?! Вот ты демонов чернокнижник! Ничего от тебя не скроешь! Только никому не говори, ладно? – слегка покраснел Ойдар.
– Да ладно… были и такие, что обделались, – легко хихикнул Нед, – так что всё в норме.
– Слава богам! А я себя ругал – трус! Трус! А тут вон как…
– Всем страшно, Ойдар. И мне страшно. И другим. Но работа есть работа. Наша работа – убивать. И выжить. И мы это делаем хорошо. Всё, пошли, отдохнули, пора к нашим. Они сейчас небось в панике – куда командир пропал. И капрал. Я ничего не говорил, пока тут валялся?
– Ничего. Вначале блевал и орал на меня. Потом упал и корчился – я думал, тебе конец. Потом вырубился и провалялся тут, пока вот не очнулся. Я боялся тебя трогать – страшно, страшнее, чем тогда, когда на меня бронированный, здоровенный, как башня, всадник налетел и хотел заколоть копьём. Кстати – спасибо тебе.
– За что? – лениво спросил Нед, с неохотой поднимаясь с земли.
– Ты того всадника срубил. Вначале лошади ноги подрубил, потом ему шлем раскроил.
– Жалко лошадь, – поморщился Нед.
– Вот весь ты в этом, – ухмыльнулся Нед, – лошадь тебе жалко, а людей нет. Людей-то жальче!
– Людей? – грустно сказал Нед. – А разве лошади убивают? Нападают на деревни, на города, берут в рабство? За что им боль, страх, смерть? Ей-ей, они заслуживают большей жалости, чем люди.
– Никому не говори так, – помотал головой Ойдар, – посчитают, что ты спятил. Лошадь – она для человека. Боги её создали, чтобы она возила человека, давала мясо и молоко. А человек – высшее существо, сделанное по образу и подобию богов. Вот так вот.
– Высшее, говоришь? – странно усмехнулся Нед, подобрал меч, вытер его краем мундира и с лёгким стуком вогнал в ножны. – Сомневаюсь. Пошли, «высшее существо», отловим наших подчинённых. А то разбегутся ведь.
– Не разбегутся, – уверенно заявил Нед, – они боятся тебя больше, чем исфирцев, больше, чем королевскую власть Замара. Говорят, что ты полудемон. Никто не может сражаться с такой яростью и умением, если он не демон. И при этом выжить. Скажи, может, ты и правда демон? Говорят, что демоны могут совокупляться с женщинами рода людского, и от их забав рождаются люди с особыми способностями!
– Чушь! – уверенно заявил Нед, выходя на звериную тропу, заметную на опушке леса. – Демоны вообще не существа. Это сущности. Порождение Преисподней. Можно сказать, духи. Как они могут залезть на женщину и произвести потомство?! Не слушай ты эти глупости.
– А откуда ты столько знаешь про демонов, если ты не демон? – вкрадчиво спросил Ойдар. – Кто, кроме демонов, может столько о них знать?
– Ты глупый, что ли? – сплюнул Нед. – Если я знаю о женщинах, что, я – женщина? Ну не мели чепухи! Книги я читал. Старые свитки. На древнем языке. Не спрашивай! Не скажу, откуда я его знаю, этот язык! И вообще – поменьше болтай, вернее – вообще не болтай! А то и правда убью.
– Теперь не убьёшь, – довольно парировал Ойдар, – ночью бы убил, да. А теперь в тебе что-то случилось, ты как будто стал другим, настоящим. Последние дни, после сражения, ты стал совсем другим, Нед. Чужим, незнакомым. Страшным. Злым. А теперь вернулся прежний Нед, тот, кого мы любили. И слава богам! Я счастлив.
Другим? Он стал теперь другим?! Нед мысленно обшарил у себя уголки мозга, отыскивая мысли Чёрного – нет, чужих, несвойственных Неду мыслей нет. Не хочется убить Ойдара, хотя прекрасно понимает, что парень болтун и может о нём рассказать.
И ещё – у Неда уменьшилась способность слышать чужие мысли. Чтобы услышать мысли Ойдара, ему теперь нужно стоять совсем близко, и мысли воспринимаются как тихий шёпот, а стоит отойти шага на три – и всё. Пусто. Так пусто, будто он никогда не владел способностью слышать мысли окружающих.
Нед довольно улыбнулся – от этой способности ему были одни проблемы. Даже тогда, когда он «отключал» мыслеслух, чужие мысли бились в его голову, чего-то шептали, напрашивались на то, чтобы он их услышал. Тяжко. Ни отдохнуть, ни поспать как следует. А теперь в «мыслеуши» будто наложили ваты. И это было хорошо. Просто замечательно! Но непривычно. Будто с шумной городской улицы попал на тихий луг, где ничего, кроме шума ветра и чириканья птиц.
Вдруг Неду пришла в голову одна мысль – а что, если?!… Он остановился так внезапно, что Ойдар едва не врезался ему в спину:
– Ты чего?! Осторожнее! Опять, что ли, захотел меня убить?! Ты предупреждай, чтобы я убежал подальше. Так-то я быстро бегаю, авось не догонишь.
– Заклинание догонит, – буркнул Нед, – если будешь болтать! Заткнись и не мешай.
Нед быстро сотворил заклинание огня, и с облегчением увидел, как сухой пень возле дороги вспыхнул ясным пламенем – слава богам! Магические способности остались! Пень горел почти без дыма, но Нед поспешил уйти от него подальше – мало ли кто придёт на запах дыма.
Ойдар удивлённо лупал глазами, глядя на магические манипуляции Неда, потом прищёлкнул языком и удовлетворённо сказал:
– Так я и знал, что ты маг! С того самого раза, когда ты меня заломал на корабле – знал. Догадался. А сегодня ночью…
– Не было ничего сегодня ночью! – рявкнул Нед. – Ойда, скотина, если ты хоть где-то вякнешь что-то по этому поводу – я тебе глотку перережу, а потом туда ещё и помочусь! Я что тебе сказал? Не болтать? А ты чего несёшь?
– Да ладно, ладно… вот раздухарился-то! – примирительно буркнул Ойдар и хитро добавил: – А шанцо меня научишь?
– Я тебя сейчас научу, как получать пинки! – Нед обернулся и попытался пнуть парня, но тот ловко увернулся и, отбежав метров на пять, сказал:
– Злой ты! Научи, что ли? Тебе жалко? Я же не магии прошу меня учить! А я с тобой буду всегда рядом, буду спину прикрывать! Клянусь, никогда не предам, и пусть меня разорвут демоны! Да, я завидовал тебе. Всегда завидовал. Но ведь не сдал тебя! И в службе безопасности не сдал. Даже Арноту не рассказал, что я думаю про твои способности. Так что я верен тебе, не думай. Научишь?
– Научу, – сдался Нед, – если будешь себя правильно вести и слушаться во всём. А не будешь – я тебя пинками прогоню!
– Всё, всё! Навсегда твой! – истово заверил Ойдар. – Хочешь, я тебе руку поцелую, как ученик учителю? Хочешь?
– А зад? Зад не поцелуешь? – хмыкнул Нед. – Иди уж… ученик хренов. Прибавь шагу. Нам ещё пару ли тащиться, не меньше.
– Зад… да ради этого знания я и зад готов поцеловать! – заверил Ойдар. – Только не прогоняй, только учи! Кстати – зря смеёшься, ученик целует руку учителя в благодарность за полученные знания. Ничего такого плохого или постыдного в этом нет. Обычная практика.
– Шагай… ученик – усмехнулся Нед и подумал про себя – что же с ним, Недом, такое случилось? Магические способности остались на месте – только лишь мыслеслух ослаб. А может, и способности вызывать демонов исчезли? А как проверить? Не вызывать же сюда тёплую компанию демонов пятого круга! Проверит ещё. А если и вправду исчезли эти самые способности? Да и демон с ними. Нед не просил о них. Обойдётся. Итак – что случилось? Неужто он выжег из себя Чёрного? Вряд ли. Скорее всего загнал его глубоко в мозг. Ну и пусть теперь там сидит. В темнице. Нед и без него обойдётся.
Глава четвертая
– Командир! Тут, тут мы! Куда вы оба пропали?! – Арнот радостно похлопал Ойдара по плечу и нерешительно дотронулся до плеча Неда. – Мы уже не знали, что и подумать! Решали – то ли пойти в лагерь, то ли дожидаться вас. Ребята от города вернулись. Что будем делать?
– Давай сюда тех, кто ходил вокруг города. Пусть расскажут, что видели, – скомандовал Нед.
Нед пристроился на полянке, прислонившись спиной к здоровенному дубу, ощущая затылком корявость его ствола, сорвал травинку и стал её грызть, раздумывая о будущем, о прошедшем и вообще обо всём подряд. Мысли текли лениво, в голове пусто, будто он освободился от какого-то камня, постоянно лежавшего на душе. Что там будет впереди – непонятно, но кое-чего Нед уже добился – не дал поработить свою душу Чёрному. Впрочем – может, рано ещё радоваться?
– Привет, командир! – послышался голос Хароля, мечника, одного из первых вошедшего в группу разведки. – Как вы тут хорошо расположились! А мы там бегаем, как лоси, вокруг города!
– И ты пристраивайся, – кивнул головой Нед, глядя на улыбающегося солдата, – ещё бы чего-нибудь поесть, и будет совсем хорошо. Где остальные ребята?
– Идут. Вон они, – он показал на вылезающих из кустов парней. – Эй, ребята, айда к нам!
Солдаты расселись кружком, поглядывая на своего сержанта, и дождавшись, когда они усядутся, Нед спросил:
– Ну что, парни, есть какие-нибудь зацепки?
– Нет, командир, – вздохнул один из парней, высокий, худой арбалетчик Юстан, – эти демоны так всё обставили, что и не подлезть. Измором их тоже не взять – река через город, а раз река – и рыба, и раки. И главное – вода. Отравить реку? Столько яда не хватит. Через реку решётка, уходящая в воду. Остар нырял – решётка до самого дна. Стена высокая, так просто не влезть. На стене лучники. Много лучников. Вот и всё. Порадовать нечем.
– Что делается у ворот?
– Ворот двое – южные и северные. Решётка и поднимающаяся вверх створка, или не знаю как её назвать, но жуткое сооружение. Пробить трудно, если вообще возможно.
– Что насчёт пленных? У нас приказ взять двух исфирцев.
– Трудно. Они почти не вылезают из города, а если и вылезают, то крупным отрядом, таким, как ушёл на рассвете. Кстати, командир, а куда тот отряд делся? Лучники, за которыми ты побежал?
– Хмм… исчезли, – неопределённо ответил Нед, переглянувшись с ухмыляющимся Ойдаром, – не об этом речь. Нам нужны пленные. Давайте думать, как их добыть.
– А что думать? – пожал плечами один из бойцов, длиннорукий кряжистый мечник Уграс. – Засесть напротив ворот в кустах и сидеть, пока кто-то из исфирцев не вылезет наружу. Тут его и брать.
– Как брать, когда они выезжают только отрядом? Ну чего ты несёшь, Уграс? – фыркнул Юстан. – Прежде чем ляпнуть, подумай!
– Придумай что-то другое! – обиделся Уграс. – Умный такой, да? Я другого выхода не вижу, кроме как сидеть и ждать. Всё равно когда-то они покажутся из ворот, вот тогда их и возьмём. Командир, другого способа взять пленных нет.
– Другого способа нет… – задумчиво протянул Нед. – Вот что, ребята – пятеро пойдут к южным воротам, остальные останутся здесь, со мной. Будем наблюдать и ждать.
– Командир, а как насчёт поесть? Мы жрать хотим, аж в животе пищит. – Темноволосый арбалетчик скривил губы. – Без еды мы тут околеем. Может, я схожу, поохочусь, пока вы сидите в кустах?
– Да тут всю дичь уже распугали, – пожал плечами Нед. – Кроме того, а если попадёшься в засаду? Ты хочешь, чтобы из-за жратвы тебе вспороли брюхо? А где тогда еду будешь хранить?
– М-да… как-то мне не очень хочется подыхать из-за жратвы, – под смех товарищей сознался парень, – но есть-то правда хочется…
– Я что предлагаю – там грибы какие-то растут, может, наберём, тихонько пожарим на костре? – предложил Арнот. – Грибы-то вкусные! Сытные! Я всегда любил грибы – мама их хорошо готовила.
– А ты отличишь ядовитый от неядовитого? – усмехнулся Нед. – Ты сам когда-нибудь их собирал? Ты вообще знаешь, что бывают такие грибы, от которых можно умереть за одну минуту? Просто посинеешь, подёргаешь ногами – и готов. Покойник. Так что не вздумайте есть неизвестные грибы! А кроме того – костёр жечь нельзя. Увидят, пошлют отряд проверить – и выйдут боком нам эти грибы. Вот что – Ойдар и Арнот идут со мной, мы полазим по окрестностям, попробуем чего-нибудь найти поесть и заодно, может, встретим кого-нибудь из местных. Ну не все же они ушли в рабство, прячутся где-нибудь по лесам. А вы разделяйтесь на две группы и к воротам. Если увидите, что можете кого-нибудь захватить – давайте, берите. Но только наверняка. Разделитесь так, чтобы арбалетчики были в каждой группе – подстрелите из кустов, если что. На рожон не лезьте, мне живые бойцы нужны.
– А как мы найдём друг друга? Вы сейчас уйдёте, мы по кустам попрячемся – а как потом встретимся?
– Вот это дерево видите? Дуб? Он выше всего в этом лесу. Встречаемся под ним, если потеряемся. Всё, разошлись. Ойдар, Арнот – за мной…
* * *
– Что думаешь делать дальше? – Зайд был хмур и сосредоточен как никогда, и, упёршись глазами в стол, не смотрел на Хеверада. – Нулан, у нас нет никаких шансов. Нужно уходить.
– Куда уходить? – так же хмуро поинтересовался полковник. – Наши корабли уплыли. Куда нам идти?
– Сам знаешь куда – в столицу. В Генел. Там обрастать мышцами, а потом уже идти на врага. Ты что, решил, будто можешь силами одного Корпуса уничтожить стотысячную армию вторжения? Ну да, мы разбили армию Херага, вчетверо превосходящую нас по размеру. И что? И ничего. Вон, заперлись в городе и сидят, поплёвывают на нас. Мы не можем штурмовать город. На его стенах Корпус и останется. В виде трупов. У нас нет осадных орудий, нет штурмовых лестниц. Изготовление штурмового снаряжения требует времени, инструментов. У нас нет времени. Они уже вызвали сюда крупные силы, прихлопнут нас, как мышей. Даже если бы мы взяли этот город – смысл? Зачем он нам? Их задача – вытащить нас на штурм, пощипать на стенах, заставить увязнуть в боях и дождаться, когда подойдут остальные армии. Вот тогда нам придётся туго. Итак, предлагаю – сниматься отсюда как можно быстрее и валить в сторону столицы. Далеко? Ну да, далеко. Но за месяц-полтора дойдём. Тяжело? Тяжелее подыхать тут.
– Я согласен с Зайдом! – кивнул головой Эвор. – Надо уходить. И на основе Корпуса создавать армию. Мы сделали большое дело – оттянули войска от столицы. Уверен – сюда сейчас торопятся толпы уродов, чтобы развешать наши кишки по деревьям. Эти армии уже не пойдут на столицу, прежде чем не раздавят нас, так что время для перегруппировки армий Замара есть. Придём в столицу, пойдём на приём к королю, объясним ситуацию. Ты пойдёшь и объяснишь. Тебе поверят. Создадим армию заново.
– Они всё равно пойдут на столицу, только по нашим следам, – буркнул Хеверад, – и вы что, считаете, что если я пойду к королю, скажу, что мне надо взять управление над армией Замара в свои руки, он тут же отдаст мне вожжи в руки? На, мол, – бери, командуй всеми вооружёнными силами? Как хочешь командуй?
– Почему и нет? – пожал плечами Эвор. – Они же позвали тебя на самый верх? Помнишь, что предложил генерал? Почему не воспользоваться? Сейчас мы самая боеспособная сила в королевстве. Возможно – единственная боеспособная сила. Так почему не воспользоваться нашей силой? Для смены власти…
– Ты что, намекаешь… это измена! – жестко сказал Хеверад. – Зайд, ты что, тоже?…
– Да, это измена! – скривил губы Эвор. – А что, бросить нас на произвол судьбы, без поддержки конницы, других армий – ЭТО как? Да ладно тебе строить из себя невинную девушку! Что, никогда не подумывал о том, чтобы залезть на самый верх? Сейчас самое время! Королевство само падает в руки! Нужно войти в столицу, захватить ключевые посты, прибить этого демонова Иунакора и надеть корону. Военные пойдут за тобой, поддержат.
– Поддержат! – эхом отозвался Зайд.
– Нет. Господа, я ничего не слышал, а вы ничего не говорили! Что касается ухода – да, нам придётся отсюда уходить, как ни трудно это признать. Однако нам нужно ещё дня три. Не забывайте – у нас на руках раненые. За три дня тех, кто не может идти, надо поднять на ноги. Сомневаюсь, что мы сможем сделать это и за три дня. Маги не могут долго лечить – им надо восстанавливать силы, вы знаете. Так что сидим на месте и не высовываемся. Всё, разошлись, готовимся к отходу. Всё, я сказал! Забыли о ваших бреднях! – Полковник сердито махнул рукой, и два его подчинённых молча поднялись и вышли из палатки. Полковник остался один, угрюмо всматриваясь в изрезанную острым ножом столешницу походного столика и размышляя о сказанном.
Хеверад и сам не раз задумывался над возможностью мятежа. И каждый раз его мысли упирались в два пункта:
1. Честь офицера. Присяга и всё такое.
2. Кровь. Будет большая кровь. И не врагов – жителей Замара. Кроме того – где гарантия победы в мятеже? Пятитысячный Корпус, какой бы он ни был, не может состязаться с армией государства. Оно всё равно задавит своей мощью. Ресурсы государства несопоставимы с ресурсами одного человека, пусть даже небедного и знающего, как сделать дело.
Первый пункт легко преодолим – присяга присягой, но… в общем, при достаточных шансах на успех можно и рискнуть…
Второй пункт беспокоил его гораздо больше. Сейчас полковник имел хороший доход, жил безбедно, владел кругленькой суммой в имперском банке. А если начнётся смута? И вдруг он проиграет? Потеряет всё! Надо ему это? Чтобы начать какое-то дело, нужно всё хорошенько просчитать. Стоит ли оно того, чтобы его развивать? Или – есть ли у него какой-то другой выход, кроме ЭТОГО? В любом случае – узнать это можно, только попав в столицу. Больше никак.
Тяжко. Будет очень тяжко. Полтора месяца идти каждый день – это не на корабле валяться. Но… другого выхода нет. Ведь, с другой стороны, он может потерять всё и без гражданской войны. Деньги, власть, свои поместья и своё дело – всё прахом, если Исфир победит. Значит, нужно сделать так, чтобы всё мешающее победе было уничтожено. Даже если это сам король…
Встряхнув головой, Хеверад отогнал крамольные мысли, встал и пошёл из палатки – ему нужно было проверить состояние раненых и уяснить, когда же всё-таки Корпус может выйти в поход. Нужно было максимально поторапливаться, он чувствовал, что армии Исфира сдвинулись со своих мест и движутся сюда, чтобы раздавить последний оплот сопротивления в Замаре – Корпус Морской Пехоты.
* * *
– Наконец-то мы уезжаем отсюда! Нечего здесь делать, в этом захолустье! Подальше от солдафонов, подальше от этого городишки!
– Мама, а Нед! Как он найдёт меня, когда вернётся? – Санда была в отчаянии. – Я не могу так просто взять и уехать!
– Не знаю никакого Неда и знать не хочу! Мы переезжаем! Отец пока останется здесь, продаст кондитерскую, а я подыщу нужное помещение в столице. Откроем своё дело. Бирна, твоя двоюродная тётка, нам поможет – она при дворе, одна из фрейлин королевы, так что может многое. Она давно звала нас в столицу, но я не хотела бросать насиженное место, а вот теперь, после известных событий, пора! Там найдём тебе хорошего жениха, выдадим замуж, и будешь жить как следует, как подобает потомкам Нитуль! Родишь мне внучку, наконец!
– Мам, ты что, с ума сошла?! Я замужем! У тебя с головой всё в порядке? Не перегрелась на солнце? Если и будет тебе внучка, то от Неда!
– Ты как с матерью разговариваешь?! Бесстыдница! Это всё влияние твоего безродного якобы мужа! Да не вернётся он, уверена! Или убьют, или найдёт себе какую-нибудь шлюшку и будет с ней кувыркаться в придорожной канаве, как делают все безродные! Стой, стой, что значит – «внучка от Неда»?! Не намекаешь ли ты, что беременна от этого ублюдка? О боги! За что мне такое наказание?!
– Не ной. Увы – я не беременна, – угрюмо сказала Санда, – дура я. Сходила к магу, и он меня закрыл от беременности. И зачем я это сделала? Если Нед погибнет, хоть что-то от него мне осталось бы… дура я, дура!
Санда горько заплакала, а мать отвернулась и, торжествующе улыбнувшись, сказала:
– Всё-таки у тебя есть капля разума. Спасибо, боги, что вложили в голову строптивице разумную мысль! Кстати – при достаточном упорстве и достаточном вложении денег запись в храмовой книге Селеры может исчезнуть. И тогда ты снова чиста и непорочна. Никто не будет знать, что ты спуталась с этим придурком.
– А девственность? Ты что ерунду говоришь? – Санда утёрла с глаз слёзы и упрямо уставилась в лицо матери. – Как это никто не узнает?
– Если ты не скажешь – не узнает, – торжествующе подмигнула мать, – а девственность? Да чушь это всё. Я тебя научу, как сделать в первую брачную ночь, чтобы муж поверил, что ты девственница. Кроме того, есть ведь бабки-повитухи, а они умеют делать так, что ты опять сделаешься вроде как девственница. Немножко больно, но зато потом… Никто никогда не отличит сделанную девственность от настоящей, поверь мне…
– Хмм… – Санда посмотрела на мать новыми глазами. Она всегда думала, что консервативная и строгая мать во все времена была образцом морали. И теперь та открылась ей с другой стороны.
– Ну что ты на меня так смотришь? – усмехнулась мать. – Пора взрослеть! То, что на тебя влез какой-то безродный парнишка, ещё не означает, что ты стала взрослой. У тебя тело взрослой женщины, а вот мозги… В общем – слушай меня, и всё будет хорошо. Утром уезжаем в столицу. Лошади уже готовы, фургон вычищен – поедем караваном, вместе с почтовым фургоном. Он охраняется, а то времена сейчас смутные, мало ли что будет по дороге. Девочка, не надо плакать! Столица – это всё! Столица – это жизнь, столица – это огни балов, это блистательные кавалеры, после которых ты и не посмотришь на своего тусклого, немытого сержанта!
– Он мытый. Он всегда мылся! – обиженно надула губы Санда. – От него всегда хорошо пахло! Не надо наговаривать! И вообще – если в столице так хорошо – зачем ты приехала сюда? Зачем ты заставила отца тут жить?
– Это не твоего ума дело, – прищурилась женщина и слегка вздохнула, – когда-нибудь, может, и узнаешь. А может, и нет. Собирай вещи – уезжаем. Всё, хватит нам этой кондитерской. Она твоему отцу интересна, а мне нет. Я ещё молода, мне всего чуть за тридцать, а я вынуждена погрязнуть в этой дыре! Бегом в свою комнату и собирайся.
* * *
Эстрог не просто кипел от ярости. Она, эта ярость, бушевала в душе, сжигала её, клокотала и откладывалась в мозгу, как лава, готовая к выбросу через жерло вулкана.
Он ненавидел весь мир – ещё больше, чем раньше. Ему было больно – изломанные, скрученные суставы, которые так и не смогли распрямить маги-лекари, работали с трудом – скрипели, щёлкали и болели при каждом движении. Хадар никогда не думал, что испытает подобную боль. Ведь он достоин большего! Он, маг десятой категории. А возможно, уже и одиннадцатой! Почти архимаг, и какой-то мерзкий замарский ублюдок превращает его в ходячую развалину?!
Эстрогу было так больно, он так упивался своей обидой… что почти наслаждался ей. Теперь у него была цель. Теперь он должен получить высшее наслаждение, зверски убив своего врага. Жизнь без врага – что может быть скучнее? Эти бесчисленные тупые рабы, замученные им от скуки, – надоело! Скучные вопли, одни и те же мольбы, одни и те же звуки и вздохи, испускаемые телом, из которого уходит жизнь, – скучно. Скучно жить! А теперь ему стало интересно жить. Вот если бы ещё вернуть прежнее здоровье…
Эстрог потрогал дёсны, из которых уже показались новые зубы – дёсны кровоточили, и маг сплюнул на пол фургона кровавую слюну, грязно выругавшись, как портовый грузчик. Скоро, скоро он приедет в столицу, найдёт самого сильного мага-лекаря, который есть, найдёт хирурга, который разрежет и сломает ему конечности, поправит лицо, – и снова станет красавцем. Может, и не таким, как раньше, но, по крайней мере, его не будут пугаться окружающие. Внешность – это тоже оружие. Имея внешность безобидного книгочея, можно втереться в доверие к кому угодно, создать образ безобидного, тихого парня, а потом… потом – что угодно!
Скоро, скоро… ничего, месть потерпит. Хадар хорошо запомнил запах этого мага, запах его ауры – терпкий, чистый, как будто аура пахла полынью. Каждый по-своему воспринимает чужую ауру. Эстрог ощущал её ещё и как запах. Впрочем – цвет ауры он тоже запомнил – чёрно-красный, с синими всполохами. Синий – цвет повелителя демонов.
Эстрог остро завидовал этому человеку – повелевать демонами – что может быть прекраснее? Если бы он умел… если бы мог… если бы знал нужные заклинания! А что, если заставить этого демонолога рассказать свои тайны? Заставить работать на себя? Почему и нет? Опасно! И что? Зато – каков результат! Найти его, подобраться ближе, и… А как найти? Запросто. Вариант первый: Исфир победил в войне. Тогда собрать всех магов, что участвовали с замарской стороны в битве при Эсткаре, и начать их спрашивать – с пристрастием. Все расскажут. И вот он, здесь – демонолог, на цепи, с вырезанным языком. Без языка он не сможет колдовать. А писать свитки сможет. И в них он расскажет всё, что знает – особенно если его каждый день слегка помучить. Не до смерти, а так… чтобы не забывал, кто его хозяин. Оооо… сколько новых, интересных пыток приготовил для него Хадар!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?