Читать книгу "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 7"

– Никак, – помотала я головой. – Только в алкоголе.

– Вот и у меня с этим проблемы, вернее, с анестезией, а вот со всем остальным вполне себе ничего. Значит, сейчас будем вызывать анестезиолога. Она у нас тоже на две больницы работает. Раньше-то тяжело было, а сейчас народу стало много, а врачей становится всё меньше и меньше. Хорошо, что вы хоть появились в поликлинике.

– Я на полставки, – сказала я.

– Молодежь работать не хочет, это и понятно, зарплаты низкие, нагрузки большие, а уж про оснащение вообще помолчу, – вздохнул доктор. – Ладно, можно долго ворчать, давайте готовиться к операции, и спасибо вам большое, что не спустили всё на тормозах. А Зине голову надо оторвать за такие вещи. Идите готовьтесь к операции.

Вышла в коридор.

– Шелби, ты знаешь, как готовиться к операции? – спросила я.

– Руки, наверно, помыть, – пожал он плечами.

– И я не знаю, – вздохнула я.

Глава 9-10

Нас не проведешь

Немного посидела на диванчике в коридоре больницы. Подождала развитие событий, однако ничего интересного не происходило.

– Скажи мне, Ангел, если я нарушу договор, то что мне будет? – поинтересовалась я у ледяного создания.

Томас с Ангелом посмотрели на меня с изумлением.

– Тогда у меня есть полное право поступать с тобой по своему усмотрению, – оскалился товарищ.

– Значит, если нарушаешь договор ты, я могу сделать с тобой то же самое? – нехорошо улыбнулась я.

– У нас всё идет по договору, – ответил он холодно.

– Правда, правда, честно, честно? – усмехнулась я.

– Да, – кивнул он слишком уверенно.

– Шелби, напомни, что там у нас по договору? – обратилась я к бесу.

Он выхватил из воздуха пожелтевший свиток и картинно его развернул.

– Всю жизнь мечтал так сделать, как в кино, – пояснил он. – У нас по договору работа в поликлинике номер один по адресу поселок Александровка, улица Центральная, дом десять. Врачом-хирургом.

– Спасибо большое. На данный момент я нахожусь в больнице поселка Александровка, то есть это прямое нарушение договора. Так? – спросила я, смотря на Ангела.

– Так, – согласился бес.

– Замечательно. Я возвращаюсь на свое рабочее место, согласно договору, – кивнула я, – а вы, гражданин, можете тут остаться. Может, найдете себе кого-нибудь подходящего.

Встала с диванчика и отправилась на выход.

– Агнета Владимировна, у нас операционная в другой стороне находится, – услышала я мужской баритон позади себя.

– Альберт Семенович, вы оформили пациента? – поинтересовалась я с елейной улыбочкой.

– Да, конечно, как положено, – кивнул он. – Сами понимаете, без бумажки мы какашки, а с бумажкой – молодец.

– Отлично, я возвращаюсь на свое рабочее место в поликлинику.

– Как? – удивился он.

Хотя, судя по его лицу, он ожидал, что примерно будет такой результат.

– Альберт Семенович, ну вы же прекрасно понимаете, что я не работаю у вас в больнице. По сути, я просто человек с улицы. Я даже еще официально не работаю в поликлинике, только написала заявление на трудоустройство. Нет трудового приказа, ничего нет. Как я вам смогу ассистировать? Вы же отлично знаете, что это подсудное дело, если кто узнает. А тут в любом случае узнают и настучат. Так что пациента я вам передала, вы его спасете, я спокойна. Нам же не нужны с вами проблемы? Правильно? – я всё разложила по полочкам.

– Нет, конечно, не нужны. Вы совершенно правы. Даже не пойму, что на меня нашло, когда я вас с собой позвал. Никогда так не делаю, и вот. Наверно, старею, – вздохнул он.

– Ну что вы, это просто человеческий фактор. Я же тоже подалась импульсу и побежала за вами. Всего вам доброго, благодарю за помощь и...

Он приложил палец к губам.

– Вы же прекрасно знаете, что это плохая примета, так что не будем произносить этого вслух. Еще увидимся, коллега, – улыбнулся Альберт.

– Конечно, – кивнула я.

Доктор побежал готовиться к операции, а я отправилась назад, в царство зеленки и йода.

– Кто кого хотел подставить? – поинтересовалась я у своих спутников. – Кто нарушил бы договор, я или он?

– Н-у-у-у, я даже не знаю, – пожал плечами бес. – Эти всегда могут вывернуться.

– Подстава? – спросила я и остановилась, посмотрев на Ангела.

– Мне проще и легче работать в больнице, – ответил он.

– Тогда почему ты не давал никакой возможности отдыхать Глебу? Зачем ты его довел до такого состояния? Сам говоришь, что проводники уникальны. Я понимаю, что по сравнению с вами мы однодневки, сегодня есть, а завтра нет. Но так поступать с людьми – это как поджечь поле с пшеницей в жаркий день, а зимой умирать от голода.

Дотопали до поликлиники. В кабинете уже сидела Зинаида Петровна.

– Ой, Агнеточка Владимировна, операции не будет? – спросила она заискивающим тоном.

– Будет, но без меня, – буркнула я. – Где здесь можно переодеться?

– В операционной, – ответила Зинаида.

– Хорошо, – кивнула я и зашла в соседний кабинет.

Быстро на себя натянула розовый костюм. В детстве мечтала стать врачом, лечить людей. Думала, что эта мечта уже осталась в прошлом и никогда не осуществится, а нет, она меня догнала и стукнула пыльным мешком по голове, глупо хихикая.

– Пошли, ледяной эльф, вскрывать фурункулы и вправлять вывихи в спины. Спасением жизни будешь заниматься с Глебом. Будет тебе стимул, чтобы быстрей сбежать от злобной тетки Агнеты, – проворчала я.

В кабинете сидел очередной болезный. Включила компьютер, посмотрела на синий экран с окошком ввода пароля.

– И как работать? – спросила я сама себя.

– Так это, надо пароль у заведующей спросить, – пояснила Зина.

– А в программу? Меня, скорее всего, пока еще нигде нет. Как принимать? Бюрократия.

– А вы позвоните заведующей. Вон на кнопочках указано, куда нажимать.

Так и сделала.

– Ой, Агнета Владимировна, я совсем забыла, что нужно все в программу вводить. Как обычно, думаю только о больных, – сказала Елена Васильевна в трубку. – Сейчас попробую выбить для вас пароль для входа в систему.

– И в компьютер, – ответила я.

– Да-да. У вас там все в порядке? – поинтересовалась заведующая.

– Все отлично, кроме того, что я не могу принимать людей без всей этой бюрократии.

– Вы принимайте, а потом введете все данные.

– Задним числом? – спросила я.

– Ну да, – тяжело вздохнула она.

– Если не удастся получить пароль сегодня, тогда я выйду на работу завтра.

– Вы не будете принимать людей? – спросила она. – Ой, а давайте вы войдете в систему, как Альберт Семенович.

– Нет, – ответила я и положила трубку.

Зинаида попросила посмотреть рану больному на руке.

– Что-то мне не нравится она, – сказала медсестра.

Подошла, посмотрела, там что-то непонятное и белое шевелилось. Взяла пинцет и подцепила это, аккуратно вытащила нечто извивающееся. Оно смотрело на нас вполне человеческими глазами. Зинаида заохала и хлопнулась в обморок. Сам пациент не понимал, что это такое.

– Что это? – разглядывала я нечто.

– Это по нашей части, – ответил Томас. – Порча какая-то.

– Мужчина, вы чем занимаетесь? – спросила я пациента.

– Я плотник, мебельщик, деревянную мебель делаю, – пояснил он. – А что это?

– Не знаю, гадость какая-то. Вторую руку покажите, – попросила я.

Вторая рука была покрыта волдырями.

– Это ожог, случайно масло горячее вылил себе на руку.

– Изумительно, – кивнула я.

Червяк упал с пинцета и шустро пополз в сторону пациента. Однако Шелби был быстрее, словил его и с аппетитом слопал.

– Дилетанты, – прошипел Ангел.

– Лучше помоги с руками человеку, – спокойно ответила я.

Он с шумом вздохнул. Почувствовала легкое покалывание в руках, быстро всё обработала, лишнее вычистила, зашила рану, аккуратно всё замотала.

– Приведи Зину в порядок, – велела я Шелби.

Тот сунул ей в нос свою папироску, и она тут же очнулась.

– Господи, – перекрестилась она, увидав беса.

– Сама такая, – проворчал он и тут же исчез.

– Что с вами, Зинаида Петровна? – спросила я.

– Да с утра мерещится всякое. Наверно, надо в отпуск идти, заработалась уже. То ангелы, то бесы.

– Беречь себя надо, Зинаида, – кивнула я, – Здоровье одно, его не купишь.

– Ага, не купишь, – согласилась она. – Но и на пенсию не проживешь.

– Руки я обработала, теперь нужно документы заполнить. На перевязку нужно прийти завтра.

Взяла карточку и быстрым почерком написала всё, что нужно. Сам включился компьютер и загрузилась программа без всяких паролей. В ней также без проблем всё заполнила. Ангел знает толк в бюрократии.

– Вам порчу нужно снять, – сказала я между делом, заполняя карточку пациента в программе.

– Мне? – удивился пациент.

– Вам, вам, – кивнула я.

– Как же я сниму? Я сам не умею.

– Так найдите того, кто умеет, – ответила я, не отрываясь от компа.

Зинаида тем временем в операционной меняла повязки очередному пациенту и не слышала наш разговор с больным.

– А вы уверены, что на мне порча? – тихо спросил он.

– Вы же сами видели, – так же тихо ответила я. – Вот такое с глазами в биологии не бывает. Ничего подобного я не видела.

– И я тоже. Но кто мог на меня порчу навести? – спросил пациент.

– Да я откуда знаю, может, конкуренты, может, завистники, а может, даже кто-то из друзей и родственников, – пожала я плечами.

Мужчина ушел от меня в полной задумчивости.

Дальше был вывих, укус кошкой, бабушка-симулянтка, товарищ с протезом и мужчина с диабетическими язвами. На язвах у меня прием закончился.

– Как вам первый рабочий день? – поинтересовалась Зинаида.

– Запомню на всю оставшуюся жизнь, – ответила я и пошла переодеваться.

Натянула на себя джинсы с блузкой.

– Зинаида Петровна, вы не звонили в больницу, как там пациент с ногой? – спросила я.

– Сейчас, – кивнула женщина и быстро нажала на нужный номер.

Подождала, когда она переговорит по телефону.

– Операция прошла успешно. Пациент отходит от наркоза, – отчиталась она.

– Ну и замечательно, – кивнула я.

Взяла сумку и отправилась на стоянку к своей маленькой зеленой машинке.

Прилетели на огонек

Добралась до дома и сразу позвонила Николаю.

– Привет, батюшка. Как жизнь? Как там наш пациент? – сразу начала задавать вопросы.

– Здравствуй, Агнета. Какой пациент? – удивленно спросил он.

– Тьфу ты, как там Глеб?

– Только проснулся, пьет чай и не понимает, как тут очутился.

– Это хорошо, что проснулся, – вздохнула я, – ты его за всеми разъяснениями отправляй ко мне.

– Хорошо, – согласился Николай, – я ему сказал, что ты его привезла, и он как-то сразу успокоился.

– На работу не рвется?

– Нет пока. Ты сама как? Этот с крыльями ведь пропал утром.

– Устала, как собака последняя, которая весь день за машинами по дорогам бегала. Знаю, что пропал, – вздохнула я.

– Он у тебя сейчас? – удивился батюшка.

– У кого же еще. Я же магнит для всякой разумной нечисти и неразумной тоже.

– А как же этот твой краснорожий? – поинтересовался он.

– Не дерутся, теперь в паре работают, – поморщилась я.

– Вот тебе повезло, – хохотнул он.

– Не то слово. Ладно, Николай, пошла я домой, меня там ждут. Глебу привет передавай.

– Передам. Счастливо. Удачи!

Дома народ спокойно отнесся, что меня полдня не было. Саша с работы еще не приехал. Вот и думай, как своим домашним сказать, где я теперь работаю. Хотя, может, и не стоит этого делать, всего лишь месяц, и не будет меня только первую половину дня, выходные я всегда дома. Решила, что пока не следует им об этом рассказывать.

Саша домой пришел поздно, поужинал и сразу пошел спать. Спросил, всё ли дома в порядке, не дождавшись ответа, вырубился. Следом за ним и я уснула. Почти всю ночь снилась поликлиника, больница, Зина, какие-то черти и больные. Всё чего-то хотели от меня и требовали их принять без очереди. Проснулась рано утром в холодном поту.

– Ты чего вскочила? – тихо спросил Саша. – Спи, еще рано.

– А ты уже встаешь? – потянулась я на кровати.

– Да что-то народ опять как с цепи сорвался: то кражи, то мордобои, то мошенничество. Это случайно не твои друзья беснуются? – со смехом спросил он.

– Нет у меня таких знакомых и друзей, – проворчала я. – У меня все порядочные.

Встала вместе с ним, решила проводить, да и самой нужно было всё переделать по дому, прежде чем на работу собираться. Мы с ним уселись завтракать.

– Ты знаешь, даже самые тихие и спокойные соседки начали буйствовать, – сказал он. – Может, сейчас полнолуние, и они так реагируют?

– Нет, луна идет на убыль, – ответила я.

У него зазвонил телефон. Он взял трубку.

– Да, сейчас выезжаю, – Саша вздохнул.

– Тете Люсе подбросили под дверь мертвого петуха с отрубленной головой, – сказал он.

– Мелкое хулиганство, – хмыкнула я.

– Явно по всей округе разгулялись черти. Может, наведешь порядок на вверенном тебе участке? А то твой любимый мужчина ноги протянет, бегая от одного двора к другому. Вот точно какая-то чертовщина творится.

– Я посмотрю, что можно сделать, но ничего не обещаю, – покачала я головой.

Саша быстро выпил кофе. Сунула ему с собой пакетик с бутербродами и термос с чаем.

– Агнетушка, когда буду, не знаю, может, даже сегодня, – чмокнул он меня в нос. – Давай, моя хорошая, не скучай.

– Постараюсь, – кивнула я.

Отправилась в сарайки, на всё про всё у меня было минут сорок, нужно было уложиться в это время.

– Вот ты вляпалась, Агнета, в жир ногами, – дою козу и думаю: «Удрала в деревню, чтобы на работу не ходить, а сама попала, да еще куда. Там неделю поработаешь, и вся округа будет знать, что ты врач».

Мимо меня что-то пробежало и юркнуло в угол.

– Это еще что за новости? – поморщилась я. – Прошка, ты куда смотришь? – позвала кота.

Он тут же нарисовался в дверях, из пасти у него торчала чья-то непонятная лапа или не лапа, может, хвост или еще что-то. Быстро схрумкал сущность и нырнул в угол. Оттуда выдернул еще кого-то и снова слопал. Кот выскочил из сарайки и погнал кого-то по огороду.

– Что за фигня? – вышла за ним следом.

По всей площади участка шныряли какие-то непонятные сущности.

– Тооооомас, – зычно протянула я на всю округу.

– И тебе доброе утро! – рядом появился Шелби в своем бесовском виде.

В лапах он держал какую-то сущность, похожую на шакала.

– Это что за на фиг? – спросила я.

– Это не мы, это всё Ангел, – ответил он.

– Какого, собственно, огородного овоща тут происходит? – продолжила сыпать вопросами.

В сарае упало ведро с молоком. Кинулась к козам. На бедном животном сидело нечто, вцепилось в загривок, пыталось его укусить. Сбила рукой сущность. Оно завизжало и куда-то исчезло. Молоко всё растеклось по полу. Кинулась в курятник, и там творилось полное безобразие.

– У меня же защита, у меня же охрана, – обалдело сказала я.

– У тебя же эта тварь, которая всё ослабила, – ответил Шелби.

– Но в больнице было всё нормально.

– В больнице другие законы и другая охрана. Тут все сбежались на него. Очень уж он привлекателен.

– Так пусть ночует в поликлинике или в больнице рядом.

– Он не может долго находиться без носителя.

– Твою же налево за ногу вашу маму, – ругалась я, – За месяц от поселка не останется ничего, даже кратера. Где эта радость и прелесть? – спросила я.

– Не знаю, где-то отбивается от мелких тварей или немелких, – пожал плечами бес.

Передо мной появился Ангел. Выглядел он уже не так хорошо, как вчера.

– Я забираю Глеба и возвращаюсь в больницу, – сказал он.

– Ты его убьешь, – ответила я, – Зря, что ли, я согласилась на этот невыгодный контракт?

– Хорошо, мы сейчас едем в поликлинику. Отрабатываем этот рабочий день, и я завтра забираю его.

– Ты не понимаешь? Мы так быстро не восстанавливаемся.

– Агнета, придется им пожертвовать, – вздохнул Томас, – На огонек могут слететься не только мелкая шушера, но и игроки покрупнее. В этом случае нам с ними не справиться. Помнишь охотников? Они отстали от нас только потому, что я перешел в службу жнецов. Ты же прекрасно знаешь, что Ангел – лакомый кусочек. Больничный мир построен таким образом, что не дает проникнуть всякой дряни. Там всё на своих местах и уничтожается на подлете.

– Надо что-то придумать. Может, Глебу поработать на полставки или там отпуск взять или выходить раз в неделю? – морщила я лоб.

– Поехали уже на работу, – вздохнул бес, – Может, там что-то придумаешь.

– А мои справятся с охраной дома? Что-то мне не хочется получить близких с подселением и остаться без животных.

– Они у тебя не первый год на службе, справятся, – ответил Шелби.

Вернулась домой, разбудила ребятню.

– Я вас сегодня сама в школу отвезу, – сказала я.

– Мама, что-то случилось? – спросила Катюшка.

– Нечисть разгулялась, – ответила я, – Со мной будет безопасней, чем на автобусе. Будьте аккуратней на уроках, не ведитесь на провокации.

– Хорошо, – кивнула Катюшка.

Дети быстро позавтракали и собрались. Ехали молча, а я всё думала, что, может, лучше было бы отвезти их в город к бабушке.

– Мама, ты не переживай. Мы справимся.

– Не ведитесь на провокации, – повторила я еще раз.

Хорошо, что от школы до поликлиники почти тридцать километров. Однако для нечисти это вообще не расстояние. Высадила их около школы, а сама отправилась на работу. За четыре с лишним часа надо было придумать, что делать.

Глава 11-12

Боевое настроение

На работу приехала не в духе, не в настроении и вообще разбитая, как старый рваный башмак. Народ уже толпился около кабинета. Меня еще несколько минут не пускали на свое рабочее место, считали, что я пациентка. Зинаида выскочила и провела меня в кабинет.

– Что-то вы, Агнета Владимировна, выглядите не очень. Уж простите меня за откровенность, – сделала мне комплимент Зинаида Петровна.

– Да всякая нечисть активизировалась, ведро с молоком перевернули, коз и кур напугали. Хорошо, что пока огорода нет, то бы и там напакостили, – задумчиво сказала я, переодеваясь.

– Ой, и не говорите, сама заметила, что творится черти что, – махнула рукой медсестра. – Думала, что у меня уже крыша поехала, мерещиться всякое стало, да и дома какой-то кавардак. Вроде живу одна, а вещи стали пропадать, то одно пропадет, то другое. Дверь я запираю, и калитку тоже. Кота уже стала из избы выгонять, чтобы не хулиганил, а все равно что-то не то. Я уж грешным делом стала домового подкармливать, чтобы дом в порядке держал.

– Кто бы мне сказал, кого подкормить, чтобы порядок был, – ответила я.

– Так эта, в церкву сходить надобно, свечку Матронушке поставить и Николаю Угоднику. Помолиться.

– Если бы это помогало. Хотя вы правы, надо попробовать, – задумчиво сказала я.

Взяла телефон в руки и быстро набрала Николаю.

– Батюшка, не отвлекаю? Утро доброе.

– Доброе утро. Нет. Службы сегодня не было. Просто с прихожанами общаюсь.

– Как там Глебушка? – спросила я.

– Ничего так, кушает да спит, даже телефон свой не затребовал назад.

– А ты помолиться за него не можешь и свечку там поставить, чтобы сил у него прибавилось? – попросила я.

– Что, совсем тебя допекли?

– Как сказать, я-то в норме, а вот всё остальное не очень, – я покосилась на Зинаиду. – Помолись, а? Будь хорошим человеком, сделай доброе дело.

– Хорошо, мне не сложно за доброго человека молитву Богу вознести, – ответил Николай.

– Спасибо тебе большое, батюшка Николай, от всей души благодарность, – ответила я и положила трубку.

– Муж болеет? – с сочувствием спросила Зинаида.

– Нет, коллега. Очень хороший врач, от Бога, руки золотые. Свалился и всё, – вздохнула я.

– Эх, вот не бережете вы себя, – закачала она головой.

– А вы бережете себя? Сколько вам лет, а вы всё работаете? – вздохнула я с жалостью.

– Ой, и не говорите, Агнетушка, – она смахнула слезу с морщинистой щеки. – Такие приятные слова с утра пораньше, дай бог вам здоровья. Никто же не замечает, как мы трудимся. Я же вчера у вас ангельские крылья за спиной увидала. Вот вы точно ангел.

– Ладно, Зинаида Петровна, хватит сантименты разводить, давайте народ принимать, – вздохнула я и включила компьютер.

Пошел народ: с ногами, руками, животом, вывихами, переломами, ожогами, разговорами, претензиями, жалобами. Всё делалось на автомате и без разговоров. Тут мое красноречие словно выключили, наверно, включился режим энергосбережения и защитная реакция. На некоторых товарищах видела подселенцев, каких-то сущностей, разную бесятину. Но у меня внутри словно всё замерзло, эмоций никаких это не вызывало, видать, побочка от Ангела.

К концу рабочего дня пришел тот самый мужчина с порчей на руках. Бинты у него были страшные, черные. Зина начала на него ругаться.

– Ты в земле, что ли, ковырялся? Чего они у тебя такие чумазые? Руки в таком состоянии, работать нельзя. Беречь надо.

– Я ничего не делал. Утром встал, а оно само вот такое.

– А чего сразу не пришел? Конца приема ждал? – ругалась медсестра.

– Так пока очередь до меня дошла, – оправдывался он.

– Заглянуть не судьба? – Зина стала срезать бинты.

– Так не пускают, – мужчина мотал головой.

– Это, это, – Зинаида нецензурно выругалась, – Агнета Владимировна, посмотрите, чего тут творится. Тут уже не моя работа.

– Твою ж налево, – только и смогла я сказать.

Кожа с мясом отходили от костей лохмотьями. Я материлась так, как сапожник с грузчиками не матерятся.

– И тут резать? – с испугом спросила Зина.

– Я тебе дам резать. Это руки, а не нога. Это же мужик молодой, как он без рук жить будет? – возмутилась я.

– Вчера же только ожоги были, да червячок махонький, – причитала медсестра.

– К кому ходил? – спросила я у пациента.

– Так есть у нас одна, бабец. Она делает всякое, вот я к ней и пошел порчу снимать, – ответил он. – С руками-то чего делать?

– Если по медицинским показателям, то лишаться обеих кистей. А по человеческим – оторвать голову этой гадине, – ответила я.

– Вы серьезно сейчас про руки? – у мужика в глазах читался испуг.

– Я тебе серьезно про всё, – меня всю колотило от злости и гнева.

Он смотрел на меня испуганно и ловил ртом воздух, как рыба на льду.

– Зина, посмотри, есть там кто в коридоре, – сказала я медсестре.

Она выглянула из кабинета.

– Нет, никого, этот последний, – ответила она.

– Закрывай кабинет. Прием окончен, – велела я. – Руки ему чистыми бинтами замотай и обезбол какой-нибудь вколи. Хотя я так думаю, что он и так ничего не чувствует.

– Горят руки, словно я их в кипяток опустил, – ответил мужчина.

– Значит, есть еще надежда. Были бы кости, мясо нарастет, – вздохнула я.

– Альберта Семеновича не звать? – спросила Зинаида.

– Нет. Потом позовешь, когда этой ведьме надо будет назад голову пришить.

– Агнета Владимировна, вы серьезно верите во всяких колдовок? – спросила медсестра.

– Ой, Зинаида Петровна, а то вы не верите, – махнула я рукой.

Она тяжело вздохнула, заперла кабинет на ключ и села бинтовать руки мужичку. Я отправилась переодеваться. Настроение у меня было боевое, не хватало только шашки.

Свобода попугаям

Пока я переодевалась, Зина забинтовала руки мужчине. Заглянула в операционную.

– Ну что там? – спросила я.

– Почти готово, – ответила медсестра.

– Это хорошо. Пойдем, Антон Павлович, покажете мне вашу знахарку, – сказала я.

– Ой, – засуетилась Зинаида, – у меня же тут ничего не убрано.

– Так убирайте, – пожала я плечами. – Мы и без вас справимся. В этом деле ваша помощь не понадобится.

Женщина растерянно захлопала глазами.

– А вдруг там полицию надо вызвать, – жалобно сказала она.

– Думаете, она меня побьет так, что я не смогу вызвать полицию? – усмехнулась я.

– Там баба грузная, здоровая, – кивнул Антон.

– Носом на экран нажмешь, – ответила я ему. – У меня полиция на быстром наборе. Пошли, не топчись, чем быстрей мы с ней разберемся, тем скорей начнется регенерация твоих рук, – подтолкнула я его в спину.

– А вы точно уверены, что хотите к ней пойти? – с испугом спросила Зина. – Она у нас такая примерзкая.

– На двести процентов, – решительно кивнула я. – Могу скальпель взять в качестве вооружения.

– Она сегодня не принимает, – вздохнул пациент.

– Когда это меня останавливало? Она же не госорган, чтобы часы приема устанавливать и не быть на месте.

Мы всей процессией топали по весенней грязи улиц. Впереди пациент, я за ним следом, позади ангел с бесом, а по краям ангельская охрана. Две здоровые гориллы на подлете уничтожали всякую нечисть. Могут ведь, когда хотят. Но здесь особой активности я и не наблюдала, так, мелочевка всякая.

Антон заметно волновался.

– У нее собака огромная и злая, – сказал он.

– Это я злая, как собака, – ответила я. – Любого покусаю и на части порву.

Ангел с любопытством взирал на происходящее. Первый раз я на его ледяной физии увидела что-то похожее на эмоцию. Глядишь, может, так и чуточку человечней станет.

– Им нельзя, – прочитал мои мысли Шелби.

– Почему?

– У них нет эмпатии. Мы не такие, как вы.

– Ты мне прям Америку открыл, – проворчала я.

– Что вы сказали? – Антон остановился и обернулся.

– Ничего, тебе показалось. Топай дальше. А лучше расскажи, что вчера происходило.

– Я после больницы пришел домой, всё рассказал жене, и про прием, и про червячка белого с глазками, и про вас. Она напугалась, вытащила заначку, сунула мне деньги и отправила к тетке Насте. У нее, как обычно, около ворот толпа народа отиралась. Занял я очередь. Сел на лавку и жду. А она частенько сама выходит и некоторых без очереди берет. Вот она вышла, осмотрела толпу и меня увидала. Как-то сразу в лице переменилась и меня за собой поманила. Всё спрашивала, куда я ходил и с кем общался. Затем поставила чашу с водой, насыпала туда земли и велела над ней руки держать, – он показал, как руки над водой держал.

– Говорила что-то? – спросила я.

– Шептала, но слов я не разобрал, у меня сразу голова стала кружиться и мошки белые перед глазами поскакали. Она меня еще по рукам какой-то штукой била, крестом, что ли, я не разобрал, – он попытался почесать голову.

– Ага, крестом с могилки, – хмыкнула. – Сейчас мы ей этот крест куда надо, туда и забьем.

– Только, Агнета Владимировна, будьте с ней осторожны, про нее всякое говорят.

– Судя по твоим рукам, это правда, – поморщилась я.

– Так вы считаете, что она мне не помочь хотела, а навредить? – Антон с удивлением на меня посмотрел.

– Наконец-то, не прошло и полгода, доперло. Она тебе порчу подновила. Червячка-то я ее вытащила, пакостить некому стало. Заказчик деньги заплатил, небось еще и с тебя стрясла немало?

– Нет, ничего не взяла, сказала, что односельчанам нужно помогать, – помотал он головой.

– Я тебя умоляю, чтобы чернушница ни копейки не взяла за свою работу? Где это видано? Если деньги не берет, значит, работу кто-то уже оплатил или возьмет чем-то другим.

– Вы же врач. Как вы во все это верите?

– Я не настоящий врач, – махнула я рукой. – Меня сюда послали долг отрабатывать.

– Вас взяли в рабство? – обалдело посмотрел на меня Антон. – Типа там братки, криминал и всё такое?

– Не обращайте внимания, я шучу, – усмехнулась я.

Дотопали до высокого добротного забора. Носом поводила, защита стоит, и не абы какая, а нехилая такая, мощная.

– Снимем? – спросила я у Шелбика.

– Как два пальца об асфальт, – ответил бес, щелкнул пальцами.

Почувствовала, как напряжение спало, словно ток отключили от провода.

– Алга? – кивнула я в сторону калитки.

– Прошу, пани, – ответил Томас и распахнул дверь.

Со стороны это смотрелось так, что я подошла к воротам, и они мне сами открылись.

Во дворе заскулили и завыли собаки, загремели цепями и забились в будки.

– Ты сказал, что у нее злая собака? – удивилась я. – Но их тут несколько.

– Я их не считал, видел только одну, – пожал Антон плечами и стал испуганно озираться.

– Топай, топай, – стала его подгонять.

Во дворе никого не оказалось. На двери небольшого домика висел гаражный замок.

– Что стучишься в дверь, моя, видишь, в доме нет никто, – хмыкнула я.

– Там дальше есть второй дом, – ответил пациент.

– Замечательно. Тогда мы идем к вам.

Завернули за домик, открыли калитку и попали в огород. Посреди участка кверху седалищем стояла огромная бабец в короткой куртешке, резиновых сапогах и цветастом халате. Что она там сажала в снег, неизвестно. Почему-то вспомнила песню про алюминиевые огурцы.

– Здрасьте, здрасьте, – сказала я. – Как ваше ничего?

Она резко разогнулась и подпрыгнула, как резвая козочка. Откуда-то выскочил маленький плешивенький мужичишко с гнилыми зубами и в овчинном тулупчике наизнанку. Он принялся перед нами приплясывать и плеваться, да какие-то пассы пальцами выводить.

– Это что еще за уродец? – брезгливо спросила я.

– Это бес ее, – хмыкнул Шелбик.

– О как, – хихикнула я.

– Ну кому-то нравятся актеры из сериалов, а кто-то предпочитает видеть рядом с собой копию покойного мужа.

– Ёшки-матрешки, вот у нее и фантазии, даже слов нет приличных. Убрать можешь? – спросила я беса.

– Все для тебя, моя королева, – расшаркался ножкой Томас.

В одно мгновение от черта ни черта не осталось, даже рожек с копытцами. Мадам, увидав такой расклад, кинулась на меня с вилами. Где взяла, непонятно, вроде не лето на дворе. Она явно что-то от нас скрывает.

– Убью, гадину. Так вот кто тут мне работу портит, конкурентка чертова.

Я даже ахнуть не успела, как между мной и вилами встал ангел. Он резко схватил колдовку за горло и поднял ее на свой уровень. В этот раз он обошелся своими силами. Где-то позади шлепнулся Антон в обморок.

Тетка висела в воздухе и болтала ножками. Ангел внимательно вглядывался в ее глаза.

– Ты зачем людей портишь? – прошипел он ей в лицо.

Ответить она ему не смогла, не хватало воздуха. Ангел продолжал сдавливать горло и смотреть в глаза. Еще одна эмоция пронзила его лицо, наверно, это должна была быть улыбка, но получился оскал.

– Агнета, я разрываю с тобой договор на этот месяц, но ты по-прежнему остаешься у меня в долгу.

– Чего это тут ко мне такие милости? – удивилась я.

– Я нашел подходящего проводника, – ответил он. – Не такого хорошего, как Глеб, но на пару месяцев ее хватит.

Он сунул ей в рот руку, вытащил какую-то черную субстанцию и швырнул в сторону. Сущность подхватил Шелбик и мгновенно ее проглотил.

– Быстро, просто, без регистраций и смс, – хихикнул бес, облизывая пальцы.

– Изумительно, теперь Добби свободен, – обрадовалась я и развернулась к выходу.

– Не так быстро, голубушка, – остановил меня Ангел, – Работу доделать надо.

– А я и никуда и не ухожу. Просто хотела Антона с пола подобрать, чего он тут в талом сугробе мерзнет.

Ангел опустил тетку на землю, я привела в чувство больного, и вся наша компания отправилась в маленький домик.