Читать книгу "Ведьма Агнета. Зимние забавы. Книга 5"

Продиктовала свой номер, Света записала. Пожелали друг другу доброго пути и разъехались в разные стороны. Надеюсь, они до дома доберутся без происшествий.

Снег валил огромными хлопьями, мы ехали по трассе со скоростью сорок километров в час, а может и меньше. Почти всю дорогу замело, и видимость была низкой.

– Эх, надо было оставаться у Копылова, – с тоской сказал Саша, – И не лето сейчас, на обочине не заночуешь.

– Давай вернемся, – предложила я.

– Полдороги уже проехали, – вздохнул он.

Мы проехали еще километров десять и встали, дальше дороги не было. С ужасом смотрели на белое поле, растелившееся перед нами. Я тихо заматерилась.

– Разворачивайся, – предложила я.

Саша ковырялся в навигаторе.

– Тут неподалеку есть гостинка небольшая, может, там переночуем? – предложил он, – Обратной дороги может и не быть.

– Почему?

– Скорее всего, тоже занесло, – вздохнул Саша.

– Что за гостиница?

– Не знаю, не мой район. Отзывов нет.

– Поехали туда, – кивнула я.

Метель разыгралась не на шутку. Свернули на еле заметную дорогу, которую с каждой минутой все больше и больше заметало. Проехали несколько километров. Сквозь метель пред нами проступило небольшое двухэтажное здание. В окнах было темно. Саша стал стучать в дверь, но нам никто не открыл, пошел вдоль окон, но провалился в сугроб, еле выбрался.

На стекле двери с той стороны был прилеплен листок с номером телефона. Я набрала номер, трубку долго не брали. Мне ответил сонный мужской голос. Стала ему все объяснять, про дорогу, про метель. Он меня выслушал.

– Праздники кончились, вчера все разъехались, – ответил он, – Я дома сплю.

– Что же нам делать? – спросила я.

– Не знаю. Спокойной ночи, – сказал мужчина и отключился.

Я с ужасом смотрела на Сашу, а он на меня.

– В часов шесть утра поедет техника чистить трассу, но неизвестно к какому времени она до нас доберется. Можем и сутки тут проторчать. Бензина хватит на часа три не больше.

– Зашибись. Света со своим мужем до дома добрались или тоже застряли в снежном плену?

– Не знаю. Можно попробовать им позвонить, но нашу проблему это не решит.

У меня зазвонил телефон.

– Алло, – послышался с той стороны мужской голос, – Я тут вспомнил. У меня ребята на Рождество сауну снимали. Администратор напилась и не пришла убираться, и ключи не забрала у них. Они мне написали, что ключи оставили где-то на пороге. Если найдете, то заходите. Там должно быть тепло. Они вроде выключили там все, но помещения все равно отапливаются. Вход в сауну с другой стороны. Там может быть бардак.

– Я согласна и на бардак, главное, чтобы тепло было, – обрадовалась я.

– Что же это за хозяева такие, что вас в такую погоду ночью в дорогу отпустили, – проворчал мужик.

– Мы когда уезжали от них, снег чуть-чуть сыпал, – ответила я, – Спасибо вам огромное.

– Утром если метели не будет, приеду за вами с трактором, – ответил хозяин гостинки, – Спокойной ночи.

Сказала Саше про сауну и ключи. Он пошел их искать.

– Шелби, дружочек, найди, пожалуйста, ключики, а то мы тут совсем околеем, – попросила я помощника.

В метели мелькали какие-то странные тени, словно кто-то устроил дискотеку в ночи, и под вой ветра отплясывает неизвестный нам танец. Три часа ночи, куда нас понесло, теперь я согласна была и храп чужой послушать, и перегар понюхать, и в пьяных разговорах поучаствовать.

Саша быстро вернулся с ключами.

– Представляешь, они прямо на пороге лежали, и даже их не занесло, словно кто-то специально их туда положил только что, – удивлялся он, – Пошли скорей, пока совсем все не замело, и можно еще пролезть.

Мы подхватили пакет с вещами и рванули в сторону гостиницы. Обошли здание, нашли вход в сауну. Саша немного повозился и открыл нам дверь. В лицо пахнул влажный теплый воздух. Нашли выключатель и врубили свет в коридоре. В душе все ликовало. Только заперли дверь, и тут же кто-то в нее бухнул. Я чуть не заорала. Глянули в окно, там никого не было.

– Это наверно от перепада температуры, – сказал Саша.

Я с ним согласилась. Прошли в небольшой зал. Там был полный бардак: бутылки, банки, коробки из-под сока, упаковки из-под чипсов и сухариков, чешуя от рыбы на столе, коробочки из-под салатов. На полу валялись полотенца и простыни, кто-то забыл трусы на вешалке. С Сашкой все быстро прибрали, мусор отправился в корзину, а полотенца и простыни отправили в бак для грязного белья.

В нашем распоряжении находились два кожаных дивана. Также здесь была комната с кроватью для массажа, обитая кожзамом. Но мы как-то побрезговали там ночевать. В зале было тепло. От предыдущих гостей осталась неоткрытая бутылка минералки.

– Есть нечего, зато можно попить, – улыбнулся Саша.

– Не умрем с голоду, у меня в сумке шоколадный батончик есть. Забыла в прошлый раз вынуть. Хочешь? – спросила я.

– Нет, у меня еще шашлык в животе болтается. Оставим батончик на завтрак.

Александр написал сообщение мужу Светы с вопросом, как они добрались. Ответ прислали сразу.

– Успели добраться до дома до метели. А вы?

– Мы застряли на трассе, в какой-то сауне, – послал Саша сообщение.

– Повезло. Завтра звякните, если не выберетесь.

На том и договорились.

– Хорошо, что здесь топится, – сказала я, устраиваясь на диване и накрываясь своим банным халатом, – Давай, Сашулька, спать. Утро, вечера мудренее. Спокойной ночи.

Вырубили свет и улеглись спать. Сквозь сон я слышала, как кто-то скребется в стены, и кажется в дверь, но мозг меня успокаивал, что это, скорее всего, просто метель.

Кто бродит в метели

Ночью с меня периодически кто-то стягивал халат. Вначале мне казалось, что я дома и Саша с меня тянет одеяло, даже хотела поругаться на него. Однако, когда халат окончательно куда-то испарился, я проснулась и поняла, что мы спим в чужой сауне. Саша тоже что-то ворчал себе под нос во сне. Он накрывался курткой.

– Агнета, ты чего мою куртку забрала? – спросил он тихо.

– Нет, не брала я твою куртку, – помотала я головой.

В темноте мы услышали, как кто-то хихикает и топает маленькими ножками по полу. Сашка тут же вскочил с дивана и кинулся в сторону выключателя. Свет от электрических ламп залил помещение. Я зажмурилась с непривычки. В зале никого не было, но и моего халата, и Сашиной куртки тоже не было.

Мы кинулись искать свои вещи. Нашли. Мой халат плавал в бассейне, а Сашина куртка лежала в парилке. Хорошо, хоть ее не утопили, а то как без куртки зимой быть. Обшарили все помещение в поиске шутника, но никого не нашли.

– Не могли мы сами свои вещи утащить, – помотал головой Саша. – Я никогда лунатизмом не страдал, да и за тобой такого не замечал. К тому же явно слышалось, как кто-то хихикал и топал ножками. Ты же это слышала?

– Слышала, – кивнула я.

– И я тоже. Мне кажется, это банник. Мне про него в детстве бабушка рассказывала. Он не любит, когда кто-то в бане ночует или после двенадцати моется. Говорят, что он может так упарить, что человек копыта отбросит или заслонку в печке закрыть, чтобы человек задохнулся.

– Страсти ты какие-то говоришь, – вздохнула я. – Тут общественная сауна, навряд ли он такой злобный. Может, просто пошутил и зверствовать не будет, а может, и не банник это вовсе.

– А кто?

– Не знаю, домовой какой или еще кто-то пробрался в сауну. Ты же видишь, что творится в эту пору.

– Да уж, такого наплыва нечисти, как в этом году, я ни разу не видел, – покачал головой Саша.

– А вообще нечисть видел? – поинтересовалась я.

– Домового видел, – улыбнулся он.

– Это каким образом?

– В школе еще учился. Как-то пришел домой после уроков. Раскидал всё, разбросал: и одежду, и учебники, и тетрадки с ручками, и игрушки, и книжки. В общем, мне было весело и хорошо. Мама мне говорила, чтобы я всё убрал, а я не стал этого делать, мне было лень. Так и спать лег в бардаке. Ночью просыпаюсь от того, что на меня тетрадки сыплются. Глаза открыл пошире, а надо мной маленький волосатый человечек стоит и швыряется в меня моими вещами. Я сначала не понял, кто это, подумал, что Шарик в дом пробрался. Прогнать его даже хотел. А когда он начал меня по голове учебником бить и ворчать, что перед сном надо убираться, до меня доперло, что это домовой. Когда я вскрикнул от удивления, он и пропал.

– Ну да, ваш домовой еще тот чистюля, – рассмеялась я, вспомнив, как он у меня в летней кухне порядки наводил, хорошо, что драться тогда ко мне не полез.

– Ты тоже видела нашего домового? – спросил с удивлением Саша.

– Посчастливилось с ним познакомиться, – ответила я.

– Расскажешь? – попросил он.

– Почему бы и нет, – пожала я плечами и рассказала ему ту самую историю с его домовым.

Посмеялись вместе над ней.

– Сколько сейчас времени? – спросила я.

– Восемь, – ответил Саша и вздохнул. – Пойду посмотрю, что там с погодой.

Он ушел в холл, только там было окно и стеклянная дверь. Я отправилась следом за ним. На улице по-прежнему мело и еще было темно. Саша пытался открыть дверь, и у него это не получалось.

– Саша, ты чего делаешь? Куда собрался? На улице метет, машину замело, мы с тобой не выберемся отсюда, нет смысла сейчас лезть туда, – говорю ему.

Он что-то мычит под нос и головой мотает. Подошла к нему, за руку его дернула.

– Саша, ты меня слышишь? – спрашиваю я.

– Надо впустить, он сказал, что его надо впустить, – бормочет он себе под нос.

– Кого впустить?

Глаза подняла и вижу, что в свете от окна стоит нечто огромное, метра два ростом, напоминает чем-то Томаса в его бесовском обличии, только у этого кожа серым отливает и крыльев не видно, может, он их за спиной сложил. Глаза у него желтые, смотрит на Сашу, не отрываясь, и что-то шепчет. Попыталась Сашку отпихнуть от двери, но он меня оттолкнул, я аж упала на пол.

– Да что же это такое, никак не могу с дверью справиться, что-то там заело, наверно, от холода замок заклинило, – бормочет Саша себе под нос.

– Томас, ты где? – тихонько зову помощника, – Сейчас он дверь откроет, и нам тогда кирдык настанет.

Позади Саши материализовался мой помощник и по совместительству защитник и так аккуратненько моего мужчину по голове погладил, что тот аж на пол осел. Томас его от двери оттащил и занес в зал в сауне. Я прошла следом за ними. Не успела я зайти, как эта нечисть со всего размаха в дверь кулаком звезданула. Я даже подпрыгнула с перепуга. Думала, лопнет стекло, нет, на месте стоит, только трещины от этого места в разные стороны побежали, и по стене, и по полу, и по потолку.

– Впусти меня, мне холодно, – послышалось со всех сторон, – впусти.

Стою и смотрю с ужасом на все происходящее. Шелби меня за шкирку затащил в зал сауны.

– Ты с ума сошла? На него смотреть вообще нельзя, – он меня стал ругать.

Саша тихонько посапывал на диванчике.

– Я его усыпил, пару часов поспит. Когда проснется, будет думать, что ему сон такой диковинный приснился, – сказал мне Томас.

– Это кто был? – спросила я у него.

– А ты что видела?

– Чудовище, мне кажется, это был бес, – ответила я.

– Правильно тебе кажется, – покачал он головой, – Перед тобой он в каком обличии предстал?

– Наверно, в истинном, серое существо высокого роста с желтыми глазами, с улыбкой от уха до уха, с острыми мелкими зубками. Больше я ничего не разглядела.

– Да, это его истинное лицо. Странно, что он тебе в этом виде показался. Обычно они наводят морок, и человек видит своего знакомого или родного. Поэтому твой Сашка и пытался его впустить. Что ты еще видела?

– Как он кулаком по стеклу двери стукнул, и по стенам, полу, потолку побежали трещины. Было страшно, думала, что сейчас все начнет рушиться.

– Все же получилось ему морок на тебя навести. Там нет никаких трещин, все нормально. Хотел тебя в состояние паники ввести, чтобы ты напугалась и выскочила наружу.

– А ты его того самого не можешь? – спросила я, вспоминая, как он рвал всякую нечисть.

– Там сейчас их толпы бродит, – помотал он головой, – Пока этого уничтожать буду, в дом кто-нибудь проберется. От меня толка больше будет, если я тут с тобой торчать буду, не дам тебе ему открыть или им.

По телу побежали мурашки, как-то было жутко сознавать, что там в метели бродят какие-то голодные твари, которые пытаются проникнуть в жилье любым путем.

– А вот у нас утром кто-то украл вещи, – пожаловалась я Шелби, – Надеюсь, это не та сущность из-за двери?

Шелби поводил носом в разные стороны, как собака.

– Нет, это местное, что-то типа банника, присматривает за сауной. Шкодничает по мелкому, посчитал, что вам тут не место. Таким образом прогнать вас хотел. Сейчас самое главное к окнам не подходить, пока метет метель. Здесь хорошо, окон нет.

– Почему такого в городе нет или у нас в поселке? – поинтересовалась я.

– Почему же нет, есть. Разве истории не слышала, как они приходят и через дверь просят им открыть?

– Ну так растерзанных людей не находят, тогда бы все криминальные новости ими пестрели.

– Конечно, не находят, думаешь, им твое тело нужно? Им твоя энергия нужна. Напугать хорошенько до инфаркта или инсульта, выпить полностью всю твою силу и слинять.

– Жуууть, – только и смогла я произнести.

В животе заурчало.

– У тебя даже аппетит после таких рассказов имеется, – усмехнулся Шелби.

– Ага, вот только есть нечего, – вздохнула я, – только батончик шоколадный.

– А ты у местного банника попроси поесть, может, он тебя чем и угостит, – подмигнул мне помощник.

– Дружочек, дружочек, ты уж нас прости, что мы у тебя загостились и никак не уйдем из твоих владений. Но ты сам слышал, кто там за стеной бродит. Угости нас чем-нибудь вкусненьким, если, конечно, у тебя это есть. Как только мести перестанет, мы сразу отсюда уедем. А то помрем с голода и будем у тебя тут лежать, вонять, – стала просить я.

Где-то в углу за диваном что-то зашуршало и упало. Заглянула туда, там лежал пакет с чем-то. Достала его и посмотрела внутрь. В пакете находилось несколько пачек лапши быстрого приготовления, колбасная и мясная нарезки, кусочек сыра в упаковке.

– Ого, – обрадовалась я, – Благодарю тебя от всей души, дружочек.

Поставила чайник, открыла лапшу и положила в тарелку, благо в сауне имелась посуда. Покрошила туда немного сыра. Залила кипятком. Сашу будить не стала, пусть поспит, а то вдруг впустит нечисть в дом.

– Когда метель закончится? – спросила я Шелби.

– Где-то через часа два.

– Почему в метель их так много?

– Не только в метель, – покачал головой Томас, – с непогодой активизируются порталы, и голодные сущности начинают лезть в ваш мир. Некоторые друг друга пожирают, а некоторые на людей начинают охотиться. Поэтому в непогоду лучше сидеть дома.

– Это точно, – вздохнула я.

Предложила ему бэпешку, он почему-то отказался, как говорится, мне больше достанется. Он растянулся на втором диване и прикрыл глаза, а я сидела за столом и наслаждалась лапшой. За стеной кто-то продолжал завывать и шкрябаться.

Захребетник

Дожевала я свою лапшу, попила чай с разовой заваркой, и так мне хорошо стало, тепло разлилось по всему телу, глаза сами собой стали закрываться. Прогнала Шелби с дивана, ему то все равно где находиться, он может и в воздухе зависнуть и "спать", а мне надо лечь в горизонтальное положение и желательно на чем-нибудь мягком. Томас переехал на кресло и в нем застыл. Я удобненько устроилась на диване и накрылась пуховиком, надеюсь, банник его не утащит стирать в бассейне.

Как только глаза закрыла, так сразу вырубилась. Разбудил меня Сашин телефон, звонок такой противный спросонья. Взяла трубку сама, он крепко спал. Когда услышала собственный голос из динамика, сразу сон, как рукой сняло.

– Саша, ну ты где? Открой мне дверь, я замерзла. Давай быстрей, – говорила я с той стороны трубки.

Глаза у меня даже на лоб полезли. Шелби подскочил ко мне, и выхватил телефон из рук, приложил к уху, и мгновенно его туда утянуло. Через минуту он материализовался в воздухе, выплевывая какую-то чешую и что-то выковыривая из зубов длинный когтем. Он не успел еще совсем перейти в человеческий облик и смотрелся, как мутант из фильма Марвела.

– Это что было? – спросила я.

– Это все те же. Активизировались резко, значит, скоро портал закроется, и часть из них всосет обратно в их мир. Вот они напоследок и куражатся, пытаются хоть куда-то попасть, и хоть кем-то перекусить.

– Прямо ломятся недуром, – сказала я и хмыкнула, – Жутковато было слышать собственный голос в динамике. Хорошо, что я трубку взяла, а не Саша. Он кстати живой? Даже не пошевелился, когда телефон затрезвонил.

– Живой, просто сон глубокий. Он же у тебя толком не спит, то вызовы, то домашние дела, то переживания разные всякие, – вздохнул Шелби.

– Какие переживания? – мне стало любопытно.

– Да мало ли, вы же люди, по всякой ерунде переживаете. Вот почитал я как-то ваши книжки и удивился: "Быть или не быть?" Глупость какая, чего спрашивать, энергия души бессмертна, если ее кто-нибудь не слопает по дороге. "Имею ли я право, или тварь я дрожащая". Конечно, тварь, – рассуждал Томас, – Все очень просто и легко. Вечно вы себе какие-то глупости придумываете, проблемы на ровном месте.

– А у вас нет проблем? – рассмеялась я.

– Нет. Есть захотел, поймал и съел. Если я сяду и буду рассусоливать, хочу ли я есть и тварь я дрожащая, то придет кто-то посильней меня и стрескает за милую душу, и даже вопросов задавать не будет.

– Все легко и просто, – усмехнулась я.

– Конечно, – кивнул он.

– Что-то мы с тобой давно астральные путешествия не практиковали, – зевнула я.

– Ты совсем с дуба рухнула. Забудь, пока на земле время открытых дверей. Без опыта там такого можно нацеплять, что за сто лет не отмоешься, или кормом станешь или батарейкой.

– Чем корм отличается от батарейки?

– Корм сжирают сразу, или быстро в течение нескольких недель, а батарейку берегут, её медленно расходуют. Человек даже не замечает, как из него всякие блага потихоньку тянут, – пояснил Томас.

– Как ты думаешь, мы отсюда выберемся? – спросила я с тоской, прислушиваясь к завыванию ветра.

– Выберемся, не будем же мы тут до весны торчать. Машины уже идут по дороге и чистят трассу, правда, медленно, но все же.

– Хорошие новости, – обрадовалась я.

– Ага, вот только вы не на трассе, а немного в стороне от нее, и до нас дорогу всю занесло.

– У нас Нива, – я сердито на него посмотрела, – И ты есть.

– Тебя я может, вынесу во всех смыслах этого слова, а вот Сашу твоего выносить не обязан. Это его проблемы, – хмыкнул Шелби.

– Так не честно, – поморщилась я.

– Честно, не честно, у меня договор со жнецами на одно лицо – на твое. Его я обязан всячески оберегать, охранять, и давать верные рекомендации. Все остальные личности меня не волнуют. Кстати, когда за урожаем пойдем? – поинтересовался защитник.

– В конце месяца наверно. Ты сам сказал, что во время открытых дверей лучше не рыпаться.

За стеной резко все стихло. Прислушалась, точно тихо. Встала со своего места и отправилась в холл, смотреть, что там за окном. Перед мои взором предстало совершенно ровное белое пространство, ни машин, ни дорог, ничего. Словно наша гостиница зависла где-то в пространстве. Аж дух захватило от состояния безвременья.

– Нравится? – спросил Шелби.

– Очень, – кивнула я, – Если учесть, что снег завалил выход до половины двери, прямо в полном восторге.

– Можно выйти через окно, – спокойно ответил он.

– И авто завалило, не пойдем же мы пешком до дороги.

– Не забывай, что ваша машина постояла на улице некоторое время, на морозе, – он как-то недобро усмехнулся.

– Хочешь сказать, что может не завестись?

– Легко.

Скрипнула дверь в сауне.

– Агнета, с кем ты тут разговариваешь? – спросил сонным голосом Саша.

– Сама с собой, вот, любуюсь на бескрайние просторы степей, – ответила я.

– Да, красота. Сейчас звонить буду нашим, узнаю, как там дела с завалами на дороге продвигаются, – зевнул он, – Мне такой сон интересный снился, что Славка пришел и стучится к нам сюда. А потом оказалось, что это не он, а какой-то демон страшный. Ты ела что-нибудь?

– Да, нашла пакет с быстрой лапшой, нарезкой и сыром.

– И банник тебе это все отдал без всяких условий? – усмехнулся Саша.

– Отдал, я ему пригрозила, что мы тогда здесь умрем, и плохо будем пахнуть, – улыбнулась я.

Через полчаса нам позвонил хозяин сауны.

– Вы, как там, живы? – спросил он.

– Да, – кивнула я.

– Метель затихла, через часик к вам с трактором прикатим. Вас, наверно, там с головой занесло.

– Не с головой, конечно, но очень прилично, – ответила я, – А вы далеко живете?

– Деревня в десяти километрах от гостинки, – пояснил он, – Выезжаю, ждите.

Мы с Сашей за это время перекусили, посмотрели немного телевизор. Оказалось, что за ночь занесло приличный кусок трассы. Ее перекрыли и никого не пускают. Обещают восстановить движение к вечеру.

– Да уж, попали мы с тобой, Агнетушка, – вздохнул он.

– Хорошо, что у нас детки с тобой уже взрослые, и коз подоят, и кур покормят, и дома сами себе приготовят. Надо позвонить им, – сказала я.

– У тебя телефон еще не сел? Может просто сообщение отправить? – поинтересовался Саша.

– А у меня зарядка с собой есть, – хихикнула я, – У меня даже шампунь с гелем для душа имеется.

– Мы же с тобой в баню ехали, – рассмеялся он, – Эх сейчас бы салатику твоего, – вздохнул Саша, – Хорошо, хоть с работы не звонят.

– Удивительно, – пожала я плечами и вспомнила прошлую ночь, – Наверно, все звонят в скорую.

В дверь кто-то стал стучать. Вышли с Сашей в холл. За дверью стоял здоровенный мужик. Я покрутила головой в разные стороны, Шелби рядом не было. Значит тот, кто стоит за стеклом человек. Саша попытался открыть дверь, замок немного заело, но он повозился немного и механизм щелкнул.

– Утро доброе, правда, уже день, – поприветствовал нас мужчина, – Я Валерий, хозяин сего заведения, принес заметку про вашего мальчика.

Он раскатисто рассмеялся, и протянул Саше сумку-холодильник.

– Там суп и чай. Вы, наверно, голодные, – сказал мужчина.

Из-за него выглянула маленькая хрупкая женщина.

– Здравствуйте, – поздоровалась она, – Не замерзли?

– Нет, спасибо. Благодаря вашей доброте и не замерзли, – кивнула я и улыбнулась.

Она как-то взглянула на меня и попыталась одарить улыбку, но получилось что-то жалкое. По всей видимости, женщина чем-то болела.

– Ой, а вам без шапки не холодно? – спросила я ее.

– Нет, это парик, в нем тепло, – она тряхнула головой, – Меня Таня зовут.

– А меня Агнета, – представилась я.

– Какое у вас редкое имя.

– Да, мама постаралась, – улыбнулась я, – Спасибо за суп.

– Это ему спасибо, – кивнула Таня в сторону мужа, – Я не готовлю. Вы покушайте, а Валера пока дорогу прочистит до трассы. Все ведь занесло.

– Мы быструю лапшу ели. Нашли пакет за диваном, видно, кто-то из ваших клиентов его потерял. Мы все расходы возместим.

– Не говорите ерунду, – женщина вздохнула, – Каждый может оказаться в сложной ситуации. Мы вам помогли, а вы кому-то другому поможете.

Саша оделся и ушел вместе с Валерой чистить снег.

Таня сняла с себя пуховик и уселась на диванчик. Без верхней одежды она оказалась совсем худенькой, даже можно сказать изнеможденной.

В сумке находился термос с чаем, термос с супом и пакет с бутербродами. Я налила себе и ей чай, протянула пакетик с бутерами. Женщина отказалась от них, но взяла чашку с чаем. В глазах у нее читалась тоска и какая-то неизбежность.

– Я вставать перестала еще в декабре. Спала всю дорогу, сил не было уже никаких. А вы ночью позвонили, у меня вот энергия появилась. Утром встать смогла, умыться, и даже немного поесть, – она улыбнулась, – Вот чай с вами пью, и не тошнит совсем.

– Это хорошо, – кивнула я.

– Смотри, какой у нее жирный захребетник, – услышала я в ухе голос Шелби, – Покойнички сами к нам идут, жатва началась, – хрипло засмеялся он.

Я поморщилась и приложила руку к уху, больно уж он громко шептал. У женщины прямо на спине сидело огромное нечто, напоминающее раздувшегося клеща. Он был серо-белого цвета, и даже не собирался отваливаться, вероятнее всего, доедал последние силы у своей жертвы.

– У меня рак, в последней стадии, доедает меня. Остались считанные дни. Валера брать меня сегодня не хотел, а я настояла. Хотелось подышать воздухом морозным, какая разница умру я сегодня, или через пару недель, – тихо сказала она.

– Хорошие эмоции продлевают жизнь, – кивнула я.

Женщина грустно рассмеялась. Клещук смачно причмокнул. Смотреть на это создание было просто жутко.

– Я сейчас, – встала я со своего места и вышла в туалет.

Прикрыла за собой плотно дверь.

– Ты уверен, что это можно снять? – тихо спросила я пустоту.

– Можно, – рядом появился Шелби.

– А она не умрет? Он ее практически сожрал.

– Не знаю. Гарантий нет никаких.

– Говоришь, что это покойник? Но что-то он на него вообще не похож, – засомневалась я.

– Поверь мне, это он и есть. Такие твари, когда долго на земле болтаются после смерти, и периодически к людям присасываются, вид меняют. Становятся похожи на низших существ.

– Это же порча?

– Ага, она самая, – гаденько улыбнулся Шелби, – Смотри какой у нее мужик видный. Ты чего сама подумала, когда его увидела? Вооот, а у тебя Саша есть. Так они еще не бедные. Там зависти столько, что захлебнуться можно. Вот оно к ней и приползло.

– Зло, – эхом ответила я.

– Да, – кивнул он, – А вы еще нас злом считаете, – он покачал головой и поцокал языком.

Вышла из туалета озадаченная. Так-то она ничего не теряет, если я попробую, но если не получится, то я потеряю веру в себя. Да и вообще это страшно, если у меня на руках человек умрет.

Таня сидела на диване и смотрела в пустоту. Она оживилась, когда увидела меня.

– Вы бы поели, – сказала она, – Супчик вкусный. У меня муж очень вкусно готовит, все умеет. Он такой рукодельник, и голова у него хорошо работает, и не пьет, и не курит, и меня такую больную терпит. Мне так с ним повезло. Жаль я его одного оставлю.

– А дети? У вас нет детей?

– Есть, но они в городе живут. Дочка замужем, а сын еще в университете учится. Жалко, что я внуков своих не увижу никогда, – она закусила губу и отвернулась.

– Танюша, у меня есть к вам предложение. Я вас приглашаю к себе в гости, – предложила я.

– Ой, Агнета, спасибо, конечно, но какие гости. Я сюда кое-как выбралась, а уж к вам то, наверно, только в другой жизни, – махнула она рукой.

– Я могу вам помочь, если вы сами этого захотите. Только гарантий никаких не даю, – сказала я.

Она тяжело вздохнула.

– Мы к кому только не обращались, куда только не ездили. Никто не может помочь.

Существо на ее хребте подняло голову, и внимательно на меня посмотрела. Взгляд у него был злой и пронзительный. Лицо у твари действительно было когда-то человеческим, но со временем претерпело изменения, вместо рта у него был тонкий длинный хоботок.

– Ну и страсть убожеская, – подумала я.

Таня посмотрела на меня с тоской.

– Спасибо вам за предложение, но я хочу спокойно умереть, – ответила женщина.

Покойник довольно крякнул и впился дальше в свою жертву.

Как я сказала, так и будет

Не нашлось у меня даже слов, что ей ответить. Таня запрокинула голову и прикрыла глаза, а я всё смотрела на это серо-белое чудище за ее спиной. Что-то изменилось в женщине, пригляделась, а вокруг ее головы легкий зеленоватый дымок. Вот гаденыш «газы» пустил, морок навел на жертву. Конечно, он чует, чем это для него грозит.

– Таня, вы подумайте, мое предложение пока в силе, – сказала я.

Она приоткрыла глаза, посмотрела на меня затуманенным взглядом.

– Я всё уже решила, – выдохнула она.

Я взяла телефон и позвонила Кате. Она была недоступна. Набрала Славин номер. Он тут же взял трубку и затараторил.

– Вы где? Вы в гостях? Мы не могли до вас дозвониться. В интернете в новостях такие страсти показывают. Бабушка с дедушкой приехали, волнуются. У Катьки от переживаний телефон сдох опять.

– Мы в гостях. Не переживайте, всё нормально. Метель сильная была, вот и не ловило. Слава, сынок, затопи баньку и летнюю кухню протопи. Мы через часа два с гостями приедем. Бабулю с дедулей проводи, могут помешать.

– Хорошо, мама Агнета, – хохотнул озорно мальчишка. – А гости – это гости или это? Нам что-нибудь сготовить?

– Сготовить, мы-то голодные приедем, – рассмеялась я. – А всё остальное ты правильно понял.

– А веники какие-нибудь заварить? – спросил он.

Видно, у него вырвала трубку Катя.

– Мама, мамочка, вы как там? Живы? – ревела дочь в трубку.

– Живы, мое солнышко, всё в порядке. Через пару часов приедем, но не одни, с гостями. Через полтора часа до нашего приезда завари в бане в тазике полынь, крапиву и эвкалипт. Поняла?

– Да-да. Всё поняла. Как хорошо, что с вами всё в порядке.

– Давай, моя хорошая, целую тебя и Славку.

Татьяна попыталась на мне сфокусировать свой взгляд.

– Вы гостей ждете? – спросила она.

– Да, – кивнула я. – Вас.

– Но я же вам уже ответила, что я так слаба, что поехать уже не смогу. Зачем вам смотреть на мою боль и страдания? Почему вы хотите меня мучить? – по ее щекам потекли слезы.

Почти все лицо и голову ее окутало зеленой ядовитой дымкой. Морочит, морочит тварь такая бедную женщину. Таня закрыла глаза и тяжело задышала. Я больше с ней не разговаривала, просто пила чай и думала, что же с ней делать. Лечить я не умела, могла только гадость эту снять, ну, может, дать заряд для ее сил, но этого было мало. Смартфон завибрировал, посмотрела на экран – незнакомый номер. Взяла трубку.

– Алло.

– Алло, надеюсь, добрый день, это Света. Мы вчера у Копыловых с вами на вечеринке были. Вы до дома добрались? – спросила Светлана.

– Нет еще, торчим в придорожной гостинице, – ответила я.

Сидела и соображала, как заманить к нам еще и Свету с ее лечебным другом.

– Может, помощь какая нужна? – спросила она.

– Света, а что вы делаете сегодня вечером? – поинтересовалась я.

– Муж ушел к родителям, а я буду сидеть одна дома.

– Не хотите к нам в гости приехать?

– Я даже не знаю, удобно ли?

– Света, давайте так, я вам всё выложу на чистоту, а вы сами решите, стоит вам к нам ехать или не стоит.

– Хорошо, – испуганно ответила она.

Я вышла в холл и продолжила разговор там, чтобы меня Таня с чудищем не слышали.

– В общем, у меня есть женщина. Она умирает, счет идет на дни, может, даже на часы, я не знаю. Я сниму одну гадость, но надо дать ей хоть чуть-чуть сил, чтобы заработали собственные ресурсы. Так сказать, подзавод. Не знаю, как это правильно объяснить. Лечить я не умею, так бы сама попробовала. Просто я не в курсе, как ты восстанавливаешься после лечения, – я быстро и сбивчиво тараторила.

– Помощь нужна? – спросила Света.

– Да, – выдохнула я, – Прости, ты же меня совсем не знаешь. Можешь отказаться.

– А вот тот, что Сидорчучке рога выкрутил, это твой был? – поинтересовалась она.

– Да, – ответила я честно.

– Ух ты. Ничего подобного не видела ни разу. Я приеду, – с восторгом ответила она.

– Света, только я предупреждаю тебя, эта дверь только в одну сторону открывается. Ты меня понимаешь, о чем я говорю? – настойчиво спросила я.