Текст книги "Блогер и Маргарита. Ковидная дьяволиада"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bloger-i-margarita-kovidnaya-dyavoliada-254710.jpg)
Автор книги: Федор Раззаков
Жанр: Политические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Бедный хаски. Несите его за мной в процедурную.
И она первой прошла в помещение, где был металлический стол, на который Шорин осторожно уложил щенка.
– Расскажите, что с ним произошло, – попросила девушка, надевая на руки резиновые перчатки.
– Я не знаю, поскольку это не моя собака, – развёл руками Шорин. – Её выбросили из машины на обочину, а я подобрал.
– Вот ведь нелюди, – покачала головой девушка, приподнимая собаке веки.
Спустя несколько секунд она вынесла свой вердикт:
– Судя по всему, щенка отравили.
– Но шансы есть? – с надеждой в голосе спросил Шорин.
– Шансы есть всегда, – кивнула головой девушка.
В это время у Шорина зазвонил его смартфон. Извинившись, он вышел из процедурной и ответил на звонок.
Это был его приятель Олег Митраков, с которым они договорились встретиться у входа на Хованское кладбище, у его Западной части.
– Ты где, Иван? – первым делом спросил Митраков.
– Олег, ты не поверишь, но я опять влип в историю, – сообщил Шорин. – Я уже проехал Северное Бутово, когда прямо передо мной какой-то пидор выбросил из машины на обочину щенка. Он умирает, я привёз его в ветлечебницу.
– И тебе это надо, если пёс уже умирает? – искренне удивился приятель. – Какая разница, где это случится – на обочине или в лечебнице?
– Я так не могу, ты же меня знаешь. Поэтому я приеду, как только со всем разберусь.
– А где ты… вернее, вы, находитесь?
– Неподалёку – возле метро «Тёплый Стан».
– Хорошо, я подожду минут десять-пятнадцать у входа, а потом поеду вместе со всеми к могиле. Если опоздаешь, подходи прямо к месту погребения – участок ты знаешь.
И Митраков первым «повесил трубку».
Когда Шорин вернулся в процедурную, он увидел, что девушка ставит щенку капельницу.
– Извините, но вы так громко говорили, что я всё слышала, – сообщила девушка. – Так что вы можете оставить собаку у нас, а сами поезжайте, куда собирались.
– Но вы же сказали, что работаете до обеда, – напомнил девушке её же слова Шорин.
– Ради вашего хаски я останусь и дождусь вашего возвращения.
– Спасибо, я постараюсь обернуться как можно быстрее.
Вернувшись к своей машине, Шорин отъехал от ветлечебницы и только тут вспомнил, что забыл спросить у девушки её имя. «Вот ведь неотесанный мужлан – даже именем не поинтересовался!» – выругался про себя Шорин, но возвращаться не стал – отложил это дело на потом. Да и время поджимало.
Спустя двадцать минут он подъехал к центральным воротам Хованского кладбища и, промчавшись по асфальтированной дороге вниз, остановился у ворот, ведущих в Западную часть. Его приятеля нигде видно не было, что означало – он вместе с роднёй покойного уже отправился к месту погребения. Туда же направил свои стопы и Шорин, предварительно купив у цветочницы восемь красных гвоздик.
Он шёл мимо кладбищенских оград, а с гранитных памятников на него смотрели лица умерших людей разных возрастов. Здесь были как пожилые, так и совсем молодые люди, земной путь которых окончился в расцвете лет. «Интересно, на каком кладбище упокоится моё бренное тело – может, на этом же?» – подумал Шорин, сворачивая на очередную аллею. Но едва он свернул с дороги, как его внезапно окликнули:
– Мужчина, можно вас на минутку.
Шорин обернулся, и увидел пожилую седовласую женщину, которая стояла у могильной оградки с лопатой в руках.
– Скамейка покосилась, а вскопать некому – сама не могу из-за радикулита, – объяснила женщина причину своего обращения к незнакомому мужчине. – Если вам, конечно, не трудно.
Шорин колебался лишь секунду, после чего направился к просительнице.
Одного взгляда ему хватило, чтобы оценить ситуацию – небольшая двухместная скамья, вкопанная в землю, слегка перекосилась на одну сторону из-за проседания грунта. Взяв у женщины лопату, Шорин минут пять повозился со скамьёй, после чего она обрела прежний вид.
Всё время, пока он работал, женщина стояла рядом, заслонив собой памятник, и молча взирала на происходящее. А когда работа была закончена, она присела на скамью – отдохнуть, а заодно и убедиться в качестве работы.
– Спасибо вам большое, – поблагодарила женщина Шорина, когда тот прислонил лопату к ограде. – От меня и моего брата.
– Какого брата? – удивился Иван.
– Того самого, что покоится под этой могильной плитой.
И женщина кивнула в сторону памятника, которую украшала фотография мужчины. Взглянув на фото, Шорин внезапно поймал себя на мысли, что это лицо ему, вроде бы, знакомо. Желая развеять свои сомнения, он сделал шаг вперёд, чтобы рассмотреть фотографию получше. И тут же отшатнулся. На фото был изображён тот самый мужчина, которого сегодня он видел во сне. Никаких сомнений быть не могло – это был именно он, либо его точная копия. У мужчины было вытянутое лицо со слегка выступающим вперёд подбородком и волосами, зачёсанными назад. При этом маленькая прядь волос ниспадала на лоб, нарушая общую симметрию лица.
– Так это ваш брат? – обратился Шорин к женщине, по-прежнему сидевшей на скамье.
– Да, старший, – последовал ответ.
Шорин вновь взглянул на памятник и прочитал надпись: «Дмитрий Петрович Кузнецов», и даты «1929–1982».
– Он умер в 53 года – отчего? – последовал новый вопрос к женщине.
– Внезапная остановка сердца.
– В больнице? – Шорин вновь обратил свой взор к собеседнице.
– Нет, он умер в метро – в вестибюле станции «Арбатская».
– Его убили? – вырвалась из уст Ивана внезапная догадка.
– Откуда вы это знаете? – вопросом на вопрос ответила женщина.
– Ниоткуда не знаю, просто я так подумал, исходя из его не слишком пожилого возраста, – соврал Шорин.
– А ведь его действительно убили, – кивнула головой женщина. – Хотя в свидетельстве о смерти написали, что он умер от внезапной остановки сердца. Но я-то знаю, как всё было на самом деле.
– И как же? – стараясь сохранять спокойствие, поинтересовался Шорин.
– Его отравили, – практически без запинки ответила женщина.
– У вас есть какие-то доказательства этого?
– Естественно, нет и быть не может. Те, кто это сделал, не такие дураки, чтобы оставлять следов.
– И кто же эти люди? – продолжал интересоваться Шорин.
– Оттуда, – и женщина воздела очи вверх. – Ведь Дима работал в разведке, хотя числился в штате Министерства иностранных дел. Он в те дни вернулся в Москву, причём, крайне взволнованный. Мы увиделись с ним один раз, но и этого раза мне хватило, чтобы понять – он приехал по какому-то очень серьёзному делу.
– Какому же?
– Этого он мне не сказал. Видимо, не хотел впутывать, понимая, что это для меня может быть опасно. Единственное, о чём он у меня поинтересовался – что говорят в народе о Брежневе, как его самочувствие.
– Почему же его это так интересовало?
– Не знаю, может быть, в связи с его делом, ради которого он приехал в Москву.
– Именно после этого разговора его и убили?
– Нет, это случилось спустя два дня. А после меня он отправился к своему институтскому товарищу Васе Кулешову – они когда-то вместе учились в Институте иностранных языков. Вам надо с ним встретиться.
В этот миг взгляд Шорина упал на соседнюю могилу, где возвышался памятник с надписью, сделанной крупными буквами: «Кулешов Василий Сергеевич. 1931–1991».
– Это, случайно, не тот Кулешов, о котором вы говорите? – вновь перевёл взгляд на женщину Иван.
– Он самый, но вы должны увидеться до его смерти, – последовал неожиданный ответ женщины.
«Что за бред она несёт», – подумал Шорин, но вслух решил этого не произносить, чтобы не обидеть старушку. А та внезапно произнесла:
– Вы зря считаете меня сумасшедшей. Встретиться с Васей вам необходимо, поскольку вы стали невольным участником этой истории, – и женщина впервые за время этого разговора взглянула собеседнику в глаза, после чего задала неожиданный вопрос: – Вы когда родились?
– 2 ноября 1982 года.
– Именно в этот день Диму и убили. Вечером, в десять минут десятого он упал на мраморный пол в вестибюле станции метро «Арбатская». Это видели несколько людей, в том числе и милиционер, дежуривший на станции.
Услышав это, Шорин невольно вздрогнул – настолько сильно поразило его это совпадение. Заметив это, женщина внезапно улыбнулась и, поднимаясь с лавки, произнесла:
– Извините, что отняла у вас столько времени. Ещё раз спасибо за то, что помогли старушке и её брату.
Эти слова вернули Шорина к действительности и он, наскоро простившись с женщиной, продолжил свой путь. И всю дорогу, пока шёл, не переставал задавать себе вопросы: «Как это всё возможно – мой сегодняшний сон и эта встреча на кладбище? И каким образом я могу встретиться с покойником?». Однако ответа на эти вопросы он не находил. Это была какая-то мистика, которая никак не укладывалась в его сознании. Да и не могла уложиться, поскольку подобное происходило с ним впервые в жизни.
Вскоре Шорин, наконец, добрался до могилы своего безвременно ушедшего приятеля, но там никого уже не было. Иван застал лишь свежий холмик с небольшим количеством цветов. Это явно указывало на то, что людей на похоронах было немного из-за бушующей эпидемии коронавируса. Добавив к общим цветам свои гвоздики, Шорин минут пять постоял у холмика, после чего отправился в обратный путь.
Когда он проходил мимо могилы Дмитрия Кузнецова, сестры покойного там уже не было. «А ведь ты и у неё не удосужился поинтересоваться именем, мужлан», – мысленно укорил себя Шорин. Но что-то ему подсказывало, что эта встреча может быть у них не последней. Во всяком случае, именно эта мысль промелькнула в его сознании, когда его взгляд снова встретился с взглядом человека, запечатленного на фотографии.
Ретроспекция
27 октября 1982 года, среда, Лондон, книжная лавка на Финчли-роуд
Когда Хокс буквально вбежал в лавку, колокольчик над дверью возвестил хозяину, что к нему пожаловал гость. Крипс вышел ему навстречу, благо, что в столь поздний час лавка была пуста и посетителей в ней не было.
– Вы, как всегда, вовремя, Сидней – успели к вашему любому кофе по-турецки, – сообщил хозяин магазина гостю.
– Вы меня балуете, Джереми – Баратынский и кофе одновременно, – отряхиваясь от дождя, ответил Хокс, проходя в помещение, где запах книг теперь перемешался с запахом свежесваренного кофе.
В дальнем углу магазина стоял небольшой столик из красного дерева, куда мужчины вскоре и уселись, чтобы под шум дождя за окном обсудить свои дела. Крипе, как гостеприимный хозяин разлил из кофейника горячий напиток по чашкам, после чего сделал то, чего его гость ждал гораздо больше, чем кофейную церемонию – положил на стол небольшой томик со стихами Евгения Баратынского. Слегка пригубив напиток, Хокс тут же поставил чашку на блюдце и взял в руки книгу.
– Я не верю своим глазам, Джереми, – открыв обложку и внимательно изучив титульный лист с выходной датой издания, произнёс Хокс, подняв глаза на хозяина магазина.
– Я сначала тоже не поверил, но факт есть факт – это именно та книга, которую вы так долго искали, – улыбаясь во всё лицо, ответил Крипс и тоже отпил из чашки.
– Сколько я вам должен? – спустя минуту, которая понадобилась ему для того, чтобы пролистать фолиант, спросил Хокс.
– Всё будет зависеть от того, как пойдёт наш разговор, – ответил хозяин лавки, причём его лицо при этом стало серьёзным. – Надеюсь, у вас найдётся время для подобной беседы?
– Вы меня пугаете, Джереми, – возвращая книгу на столик, заметил Хокс. – Обычно вы брали деньги и этим всё заканчивалось.
– Сегодня всё будет иначе, поскольку для этого есть веские основания.
– Вы меня заинтриговали, – вновь беря в руки чашку, произнёс Хокс.
Дав ему возможность сделать глоток и вновь насладиться напитком, Крипс продолжил разговор, задав неожиданный вопрос:
– Вы, конечно же, помните о моём увлечении астрологией, которое длится уже не один год?
– Как я могу это забыть, когда вы частенько хвалитесь передо мной своими манускриптами на эту тему? – сопровождая ответ улыбкой, заметил гость. – Но я вам говорил, что отношусь к этому скептически. Я имею в виду не ваше увлечение, а саму астрологию.
– Да, мне известно ваше отношение к этой древней науке, но сегодня я должен его поколебать, уважаемый Сидней.
– Для чего? – брови гостя невольно взметнулись вверх.
– Для того, чтобы вы отнеслись к нашему разговору со всей серьёзностью.
– Вы ещё больше меня интригуете, – не донеся чашку до губ, произнёс Хокс.
– Думаю, я заинтригую вас ещё сильнее, когда открою одну вашу тайну, о которой здесь никто не знает. А помогла мне узнать эту тайну всё та же астрология.
После этих слов гость поставил чашку на блюдце и, пристально взглянув на собеседника, спросил:
– И что же это за тайна?
– Она касается вашего дня рождения, уважаемый Сидней. Мы с вами знакомы уже более трёх лет – достаточное время для того, чтобы узнать вас достаточно близко. Так вот я давно понял, что вы, а также ваша прелестная супруга Джудит, не те люди, за кого себя выдаёте.
– Что вы хотите этим сказать, Джереми? – всё так же глядя в глаза собеседнику, спросил Хокс.
– Я хочу сказать, что ваши с супругой даты рождения не соответствуют вашим подлинным датам появления на свет. Они смещены примерно на год. Это я понял в прошлом году, когда впервые заглянул в ваши паспорта.
В это время колокольчик над дверью возвестил о внезапном приходе позднего гостя. Это была пожилая женщина, которую Хокс здесь неоднократно уже видел, поскольку посетителями этой книжной лавки были в основном одни и те же люди – любители букинистической литературы. Извинившись перед собеседником, Крипс поднялся из-за стола и отправился к новому гостю, а его собеседник остался наедине со своими мыслями.
«Кажется, это провал, или нечто близкое к этому, – берясь за чашку с уже остывшим кофе, подумал Хокс. – Этот букинист знает больше, чем ему следовало бы знать. И что прикажете теперь мне с ним делать?».
Владелец книжной лавки был совершенно прав – Сидней Хокс и его супруга Джудит никогда не были англичанами и родились совершенно в другое время, чем проставленное в их документах. Они были советскими разведчиками-нелегалами Дмитрием Кузнецовым и Ольгой Сергеевой, которые вот уже около пятнадцати лет покинули родину и под видом супружеской пары колесили по миру, выполняя задания весьма серьёзного ведомства под названием КГБ СССР. По легенде, которую им придумали в 1-м управлении (внешняя разведка), они были супругами Сиднеем и Джудит Хокс, которые родились до войны в одной из стран Латинской Америки. Чуть позже они переехали в Австралию, а затем в Англию, где открыли свое туристическое агентство «Глория трэвел». Даты их рождения действительно были смещены на год – так было необходимо, чтобы эти данные совпадали с их реальными прототипами, которые действительно родились в Латинской Америке, но умерли в младенчестве. И вот теперь получалось, что эти даты могут привести их к провалу. Причём винить в этом коллег из 1-го управления было нельзя – они никак не могли предположить, что камнем преткновения для их подопечных может стать… астрология. Лженаука, как считали в СССР.
Из раздумий Хокса-Кузнецова вывел шум колокольчика, который возвестил о том, что поздняя посетительница покинула книжную лавку. После чего чуткий слух разведчика уловил шум металлической задвижки, с помощью которой хозяин магазина закрыл дверь явно с расчётом на то, чтобы их разговору никто больше не помешал.
– Хотите ещё кофе, Сидней? – обратился Крипс к гостю, возвратившись к столу.
– С удовольствием, – кивнул головой Хокс-Кузнецов, откидываясь на спинку удобного кресла.
Он уже успел обдумать создавшуюся ситуацию и выглядел вполне спокойным, что не укрылось от глаз хозяина лавки. Который тут же заметил:
– Ваше спокойствие лишний раз доказывает мне, что мои расчёты оказались верными – вы не тот импульсивный Овен, который прописан в ваших документах.
– Интересно послушать, кто же я по-вашему? – убирая со лба прядь волос назад и беря в руки чашку с дымящимся кофе, спросил Хокс-Кузнецов.
– Вы расчётливая и хладнокровная Дева. То есть, вы родились не в апреле, а, скорее всего, в сентябре. И не в год экспрессивной Лошади, а годом раньше – в год хладнокровной Змеи. Как и ваша супруга Джудит.
«А ведь он прав, мерзавец», – подумал разведчик, отпивая кофе из чашки. Однако внешне он по-прежнему выглядел спокойным и ни один мускул не дрогнул на его лице, когда Крипе произносил свои слова.
– Если ошибаются математики, то почему не предположить, что могут ошибиться и астрологи? – по-прежнему сохраняя невозмутимость, произнёс Хокс-Кузнецов. – Тем более что вы не профессиональный астролог, а любитель?
– Да, я как астролог-любитель могу ошибиться, – тут же согласился со своим собеседником Крипс. – Но дело в том, что я попросил составить ваш персональный гороскоп моего хорошего приятеля из Лондонской ложи астрологии, естественно, скрыв ваше инкогнито. И этот гороскоп полностью развеял сомнения и подтвердил мою догадку. Вы не тот человек, за кого себя выдаёте. Я слишком хорошо успел изучить за эти годы ваш характер, чтобы ошибиться. Ваши паспортные данные не соответствуют тому типу человека, кем вы являете на самом деле – они им противоречат. Но не это важно сейчас. А важно то, что я не собираюсь разглашать вашу тайну, хотя догадываюсь, зачем вам исправили в паспортах ваши данные. Всё-таки фильм «Люди Смайли» до сих пор всем памятен.
Хозяин лавки назвал шестисерийный сериал Би-Би-Си по роману Джона Ле Kappe с Алеком Гиннессом в главной роли, который прошёл на британских экранах каких-то полтора месяца назад и рассказывал о русских шпионах, осевших в Великобритании.
– Вы подозреваете во мне Карла? – спросил Хокс-Кузнецов, имея в виду советского шпиона из этого сериала.
– Я не знаю, как вас зовут на самом деле, но моя интуиция подсказывает мне, что вы действительно имеете отношение к России, – кивнул головой Крипс. – Ваша искренняя любовь к русской поэзии говорит именно об этом.
И взгляд хозяина лавки на секунду задержался на томике Евгения Баратынского, лежавшем на столе.
– А вам не кажется, что на волне этого сериала вы заболели шпиономанией? – продолжал отпираться Хокс-Кузнецов, которого его учителя в разведшколе учили ни в чём и никогда не сознаваться.
– Может быть, вы с Джудит обзавелись поддельными датами в каких-то иных целях, – пожал плечами Крипс. – Но я всё-таки склоняюсь к первому варианту. Но вас не должно это пугать, поскольку, ещё раз повторяю – я не собираюсь разглашать вашу тайну. Я на вашей стороне.
Поймав на себе вопросительный взгляд гостя, хозяин лавки продолжил:
– Мы с вами знакомы более трёх лет и вы мне здорово нравитесь, уважаемый Сидней. Правда, мы с вами до сих пор не перешли на ты…
– Так что же мешает нам это сделать теперь? – улыбнулся Хокс-Кузнецов.
– Ты прав – действительно ничего, – тут же согласился с этим предложением Крипс. – Так вот я глубоко симпатизирую Советскому Союзу, поскольку считаю, что он является тем сдерживающим фактором, который удерживает мир от Армагеддона, который маячит перед нами в недалёком будущем.
– И как может выглядит сие страшилище? – не скрывая своей заинтересованности, спросил разведчик.
– Это нечто вроде электронного концлагеря, когда людей будут жёстко контролировать через технические коммуникации.
– И это будущее прописано в твоей астрологии?
– Там прописано, что в 2000 году наступит эпоха Водолея, которая сменит эпоху Рыб, просуществовавшую более двадцати столетий. Водолей – это символ свободы, а это означает, что не все будут эту свободу приветствовать. Я имею в виду, прежде всего, сильных мира сего. Поэтому возникнет мощное сопротивление, попытка обуздать эту свободу с помощью тотального контроля над всем и вся.
– Каким образом – с помощью войны?
– Не думаю, поскольку война дело затратное, да и ядерное оружие многих будет сдерживать, – покачал головой Крипс. – Я полагаю, что изобретут нечто иное – придумают некий повод, который без всякой войны поможет загнать людей в этот концлагерь.
– Что значит, придумают? – продолжал вопрошать разведчик, всё более заинтригованный этим разговором.
– Ну, например, раздуют страхи вокруг какой-нибудь страшной болезни, представив её новой чёрной оспой.
Ведь при тех электронных технологиях, которые появятся через двадцать-тридцать лет, можно будет легко любую болезнь представить, как смертельно опасную для всего человечества и запугать этим людей. Главное здесь – в чьих руках будут находиться эти электронные технологии, те же СМИ.
– И Советский Союз, по-твоему, сможет это сдержать? – вернул собеседника к началу их разговора разведчик.
– Может, но ему угрожает серьёзная опасность, – кивнул головой Крипс.
– Какая, если не секрет?
– Он может исчезнуть – не дожить до наступления эпохи Водолея.
– Советский Союз многие хоронят вот уже более семидесяти лет, – при этих словах по губам разведчика пробежала лёгкая усмешка, которая не укрылась от глаз его собеседника.
– Ты зря улыбаешься, – сохраняя серьёзное выражение лица, заметил Крипс, после чего задал неожиданный вопрос: – Когда появился на свет СССР?
– Если мне не изменяет память, в декабре этого года он будет отмечать своё шестидесятилетие.
– Правильно – он появился в 1922 году, в год Собаки. А помнишь ли ты, какой сегодня год на дворе?
– Ты же знаешь, я не увлекаюсь астрологией, но моя Джудит почитывает газету «Сан», в которой печатают астрологические прогнозы. Поэтому я знаю, что на дворе у нас сейчас тоже год Собаки.
– То есть, Советский Союз в декабре пройдёт полный шестидесятилетний цикл – важный этап в своём развитии. И с этого момента всё начнётся сначала с перспективой на последующие 60 лет. То есть, события конца этого года заложат фундамент под дальнейшее будущее Советского Союза. Если 22-й год, год Собаки, заложил фундамент под развитие, то этот год Собаки тоже должен заложить фундамент – либо под развитие, либо под разрушение.
– Но почему ты считаешь, что заложит именно под второе, а не под первое? – удивился Хокс-Кузнецов. – Откуда такой пессимизм?
– Из астрологии, мой дорогой. Дело в том, что соединение разных планет друг с другом дают разные аспекты. Например, соединение Сатурна с Плутоном называют «аспектом катастроф». Почему? Именно во время таких соединений случилась Первая мировая война в 1914 году и Вторая мировая война в 1939-м. Та же ситуация случилась в 1965 году, когда началась активная фаза войны во Вьетнаме, и в 1973 году, когда произошла арабо-израильская война.
– То есть ты хочешь сказать, что в этом году разразится война?
– Не обязательно горячая. Например, в 1947 году Сатурн с Плутоном раскрутили маховик «холодной войны». Так что сейчас может повториться похожий сценарий, но с более разрушительными последствия. Спросишь, почему? В этом году случится так называемый «парад планет», когда рядом с Сатурном и Плутоном появится ещё одна планета – Уран. Именно это сделает этот год переломным для большинства государств, в том числе и для Советского Союза.
– Но почему именно он должен развалиться, а не США или та же Великобритания, в которой мы с тобой имеем честь находиться? – продолжал удивляться разведчик.
– У США и Великобритании есть свои критические годы, которые они преодолевают по-разному, а иногда и сообща – то есть, объединившись. Например, как сейчас, когда неоконсерваторы Рейган и Тэтчер объединились, чтобы сообща преодолеть этот планетный «аспект катастроф». Кстати, напомню, что ближайшим советником американского президента является астролог Джоан Куингли, которая спасла его от индейского проклятия. Знаешь, о чём идёт речь?
В ответ разведчик пожал плечами, что стало поводом для Крипса остановится на этом факте более подробно.
– Это проклятие наложил на американских президентов родной брат знаменитого индейского вождя племени шауни Текумзе – Тенскватава. За то, что белые нарушили свой договор и отняли у индейцев их земли, проклинатель предрёк, что отныне каждый американский президент, избранный в год, кончающийся нулем, будет либо убит, либо умрёт на президентском посту. И первым это проклятие подтвердил президент Гаррисон в 1841 году, успев всего лишь один год пробыть в своей должности. Затем к этому списку добавились ещё шесть президентов, которых избрали в годы, оканчивающиеся нулями. Причём трое из них умерли, а четверых убили, включая Авраама Линкольна и Джона Кеннеди.
После Кеннеди следующим президентом США, которого избрали в «нулевой» год стал Рональд Рейган, избранный в ноябре 1980 года. А в марте следующего года на него было совершено покушение – в него стреляли, причем пуля прошла всего лишь в нескольких миллиметрах от сердца. Рейган выжил, прервав тем самым это проклятие. Прервал, благодаря своему астрологу, которая сбила прицел этого проклятия с помощью неординарных мер. Например, она заставила Рейгана провести свою инаугурацию в пять часов утра, чего до этого ещё никогда не было. Впрочем, мы несколько отвлеклись.
Здесь Крипс сделал паузу, но увидев, что его собеседник с неослабевающим интересом внимает его словам, продолжил разговор.
– Возвращаясь к нашим баранам, к неоконсерваторам, напомню, что к Рейгану и Тэтчер присоединился ещё один неоконсерватор – Гельмут Коль, победивший на выборах в бундестаг буквально месяц назад. Но речь сейчас не о них, а о руководителях Советского Союза, которые тоже обязаны до конца этого года провести рокировки, чтобы заложить фундамент под будущее – созидательное будущее, а не разрушительное.
«А ведь он снова прав, черт возьми, – подумал разведчик, воскрешая в памяти события недавних месяцев. – В начале этого года ближайшие помощники Рейгана, так называемая „тройка“ в лице Миза, Дивера и Бейкера, добилась отставки двух ключевых персон – госсекретаря Джорджа Шульца и помощника по нацбезопасности Александра Хейга, приведя вместо них калифорнийских друзей Рейгана – Джорджа Шульца и Уильяма Кларка. А Маргарет Тэтчер ввязалась в Фолклендскую войну, выиграла её и укрепила свои позиции во власти, явно закладывая фундамент для своего возможного переизбрания в будущем году. Да и в коммунистическом Китае два месяца назад прошёл 12-й съезд КПК, который объявил о смене поколений в Компартии и тоже произвёл перегруппировку сил во власти в пользу Дэн Сяопина и Ху Яобана».
Однако вслух свои мысли разведчик произносить не стал, но соответствующую зарубку на памяти сделал.
– Итак, соединение Сатурна с Плутоном в конце этого года может заложить фундамент под будущую катастрофу СССР, если там не будут предприняты соответствующие меры в части радикальных рокировок во власти. Если эти рокировки пойдут в правильном направлении, тогда катаклизмы, которые случатся в конце 80-х в мире, не дадут шансов для разрушения Советского Союза – этого не допустят люди, пришедшие к власти в нынешнем 1982 году.
– О каких катаклизмах идёт речь? – насторожился Хокс-Кузнецов.
– Я мельком уже упоминал о своём приятеле-астрологе из Лондонской ложи астрологии, – отослал собеседника к началу их разговора Крипс. – Так вот, он сообщил мне по секрету, что они готовят подробные секретные аналитические сведения для кабинета Маргарет Тэтчер и Форин офиса. То есть идут по тому же пути, по которому пошёл Рональд Рейган, взявший к себе в советники астролога, на которую работает целый штаб её коллег из 18 человек. Мой приятель вместе с персональным гороскопом на вас… вернее, на тебя, передал мне и небольшую выжимку из одного документа, который ложа астрологии подготовила для Форин офиса – для его секретного отдела «Зай Атс».
– Отсыл к «Алисе в Зазеркалье»? – сразу догадался, откуда возникло это название, разведчик.
Вместо ответа Крипс улыбнулся и достал с ближайшей к нему книжной полки листок, который он протянул собеседнику со словами:
– Это тот самый отрывок, о котором я говорил. Ты его пока почитай, благо он не большой, а я приготовлю нам ещё кофе.
Сказав это, Крипс поднялся со своего места и ушёл в соседнюю комнату, прихватив с собой пустой кофейник. А Хокс-Кузнецов развернул листок и собрался было начать читать, но тут поймал себя на мысли, что ему нестерпимо хочется закурить. Он полез рукой во внутренний карман пиджака и достал оттуда пачку «Мальборо». Однако вспомнив, что его собеседник принципиальный антикурильщик, он достал из пачки сигарету, но не стал её закуривать, а только поднёс к носу, жадно вдыхая запах табака. В таком положении он и взялся читать текст, отпечатанный на машинке:
«…Сатурн впервые проходил транзитом эту точку с февраля 1925 года по август 1926 года. Это был период вскоре после смерти Ленина, приведшей к внутренней борьбе за власть между Сталиным и Троцким. Второй транзит, с ноября 1954 по октябрь 1955 года был периодом вскоре после смерти Сталина. Снова была борьба за власть между Хрущевым и Маленковым. Следующий транзит будет в 1984 году – предположительно мы можем ожидать примерно того же самого!
По нашему мнению, наиболее важный транзит произойдет с января 1989 года по ноябрь 1991 года, когда транзитный Плутон пройдет над натальным Солнцем. В это же время Сатурн будет в соединении с Ураном, а Нептун в оппозиции к натальному Плутону в X (Десятом) доме. Транзит Плутона говорит о какой-то коренной перестройке нации, возможно с бурным выходом на поверхность некоего подземного (Плутон) движения или ранее скрытого альтернативного руководства. Три другие планеты в оппозиции к натальному Плутону вновь указывают на изменения национального масштаба, но на этот раз в руководстве и стиле управления.
Представляется возможным, что этот период даст какого-то типа революцию в России, которая драматически преобразит страну. Вследствие активизации Т-квадратуры, можно ожидать, что жесткая командная структура распадется вновь на многочисленные автономные государства, существовавшие ранее…
В 1982 году вероятна смерть Брежнева, которая могла произойти около 26–30 августа, когда Сатурн делал свое последнее обращение в карте СССР. Но этого не случилось, хотя вероятность такого развития событий осталась. Последняя неделя октября и начало ноября, а также время около 30 декабря явятся другими критическими периодами для Брежнева…».
Не успел разведчик дочитать этот текст, как к столу вернулся Крипс с кофейником в руках. Он разлил горячий напиток по чашкам, после чего занял привычное место в кресле и вопросительно взглянул на гостя. А тот положил листок на стол и задал вопрос, который его собеседник ожидал услышать:
– Здесь пишется о возможной смерти Брежнева?
– У этого лидера весьма интересный гороскоп, – после небольшой паузы начал свой рассказ англичанин. – В 32 года он получает первый ответственный пост в Днепропетровском обкоме партии, что соответствует «сатурнианскому» календарному циклу, способствующему пробуждению индивидуальных качеств и открытию скрытых внутренних резервов. С этого момента и начинается путь Брежнева к вершинам власти. На этом пути цикл Сатурна в его жизни будет прослеживаться постоянно. Взять хотя бы его восхождение на пост Генерального секретаря – это случилось в его именной год Лошади, в 1966 году, когда произошло второе обращение Сатурна в его жизни. А что касается его возможной смерти, то в его натальном гороскопе Марс находится в Скорпионе, что может означать насильственную смерть от тайных врагов. Тех самых, которые хотят помешать ему провести кадровые рокировки до конца этого года. Если этих тайных врагов разоблачить и убрать с пути, тогда дата смерти Брежнева может быть снова перенесена. Правда, не надолго – всего лишь на полгода-год, поскольку он входит в тройку советских лидеров-Лошадей. Я имею в виду тех, кто, как и Брежнев, родился в год Лошади – Ленина и Хрущёва. Так вот оба они ушли из жизни в конце года Свиньи, своего астрального года – Ленин в начале 1924 года, а Хрущев в конце 1971-го. Вот и Брежнев при удачном раскладе тоже может уйти в год Свиньи – то есть, в следующем.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?