Текст книги "Пират"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pirat-82013.jpg)
Автор книги: Фредерик Марриет
Жанр: Литература 19 века, Классика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
– Я решился на отчаянный шаг. Надо подойти к фрегату, как бы с целью попросить его защитить нас от разбойничьей шхуны. А потом не успеет еще взойти луна, как мы улизнем от них.
– Да, это смелая хитрость, но предположите, что, когда вы подойдете к ним близко, они вдруг заметят, что это довольно подозрительная шхуна?
– Тогда я постараюсь немедленно удрать. Я бы не так беспокоился о фрегате, если бы только не было тут этого «Предприятия».
Через час «Мститель» подошел совсем близко к фрегату. Пираты подобрали паруса, припрятали часть людей, так что шхуна имела вид обыкновенного судна. Каин велел приблизиться к корме фрегата.
– Эй, шхуна! Какая это шхуна? – послышался оклик с фрегата.
– Балтиморская шхуна «Элиза» идет из Картагены, – ответил Каин, а за нами гонятся пираты. Позвольте выслать шлюпку к борту?
– Не надо, держитесь возле нас.
– Будет сделано! – крикнул Каин.
Фрегат тотчас же изменил курс, прикрывая собой «Мстителя». Это очень удивило Темпльмора и он подумал, что здесь должно быть кроется какое-нибудь недоразумение. Быть может, пираты, взбунтовавшись, сдались фрегату. Чтобы узнать настоящее положение вещей, Эдуард направил свое судно в сторону фрегата и «Мстителя». Капитан фрегата, видя приближение «Предприятия», был крайне удивлен смелостью предполагаемых пиратов.
– Верно, подлец, не хочет, чтобы мы пустились на абордаж? – заметил капитан фрегата первому лейтенанту.
– Трудно разгадать, что он хочет, – ответил тот, – у них у всех разные приемы. На шхуне не меньше трехсот человек, но и у нас такое же количество людей. Может быть, он возьмет да и проскочит мимо нашего носа, а потом нападет с тылу.
– На всякий случай надо быть наготове, – сказал капитан. – Заряжайте пушки! Команда, по местам!
«Предприятие» двинулось на фрегат, желая поравняться с ним.
– Шхуна не уменьшает парусов, сэр, – доложил первый лейтенант, когда расстояние между фрегатом и шхуной стало не больше кабельтова.
– И она битком набита народом, сэр, – прибавил шкипер.
– Сделайте залп по ней! – скомандовал капитан.
Раздался выстрел. Когда дым рассеялся, то можно было заметить, что выстрел разбил и сбросил в море фок-мачту «Предприятия» и тем лишил его возможности продолжать преследование.
– Эй, шхуна! Какая это шхуна?
– Шхуна его величества «Предприятие».
– Высылайте шлюпку к борту сию же минуту!
– Есть, сэр!
– Матросы, по местам! Убавить паруса!
На фрегате спустили верхние паруса, а большие подобрали к реям.
– Вахтенный, где другая шхуна?
– За кормой, сэр, – ответил наугад вахтенный и поспешил к своему посту, так как он обязан был наблюдать за назвавшейся американской шхуной. Он взглянул за корму, но шхуны там уже не было.
Каин, внимательно наблюдая за всем, что происходило, удрал в тот самый момент, когда раздался залп из большого орудия фрегата.
В ночную подзорную трубу было видно, что «Мститель» ушел уже на полмили вперед, и только теперь обнаружилась его хитрость. Фрегат сейчас же, не дожидаясь шлюпки Эдуарда, расправил все свои паруса и пустился догонять пиратов. Но когда рассвело, оказалось, что «Мститель», благодаря быстрому ходу и попутному ветру, успел уже скрыться из виду.
Между тем, Эдуард Темпльмор, разозлившись на капитана фрегата и кое-как заменив уничтоженную мачту, пустился вслед за ним, поклявшись, что он предаст этого олуха военному суду. Около полудня фрегат вернулся назад, и, при встрече с «Предприятием», все дело объяснилось.
Оба капитана были сильно раздосадованы тем, что упустили случай, благодаря хитрости и смелости пиратов, захватить разбойничью шхуну.
Когда был произведен осмотр разбитой мачты «Предприятия», то выяснилось, что ее можно восстановить. Через два дня мачта была совершенно исправлена, и Эдуард Темпльмор снова пустился разыскивать «Мстителя».
XV. Ошибка
«Мститель», подгоняемый ветром, оставил своих преследователей далеко позади себя. Прошло уже два дня, но на горизонте не было видно ни одного судна.
Франциско, поместившийся в каюте Каина, но отказавшийся, однако, от командования судном, вышел на палубу. Не прошло и пяти минут, как ему бросились в глаза лица двух испанских рыбаков, служивших у дона Куманоса и исчезнувших таким загадочным образом. Он тут же подошел к ним и расспросил их о том, как их взяли в плен. После того, как рыбаки рассказали ему о пытках, каким их подвергли пираты для того, чтобы добыть от них нужные сведения, Франциско утешил их, сказав, что они теперь скоро будут на свободе.
Возвратившись после разговора с рыбаками на палубу, он встретил там Хокхерста; они обменялись враждебными взглядами. Хокхерст еще не оправился от раны. Он чувствовал страшную слабость, потеряв много крови, и рана его еще болела, но, узнав о примирении Каина с Франциско, он до такой степени разозлился этому, что даже не мог оставаться в постели.
Это обстоятельство, а также непонятное бегство шхуны от фрегата и «Предприятия», дало ему повод думать, что у Каина произошел душевный перелом.
Размышляя обо всем этом, он решил, что, когда окончательно поправится, то отомстит обоим своим врагам – Франциско и Каину.
Франциско прошел молча мимо Хокхерста.
– Я вижу, что вы опять на свободе, – с ехидством проговорил Хокхерст, обращаясь к юноше.
– Во всяком случае, не вам я обязан сохранением моей жизни и свободы, – с достоинством ответил Франциско.
– Разумеется, не мне, но за ту пулю, которая сидит в моем плече, я обязан только вам, – ответил негодяй.
– Это верно.
– И при случае я отдам вам свой долг с процентами.
– Не сомневаюсь в этом, но я не боюсь вас.
Когда Франциско договаривал это, послышались шаги Каина, поднимавшегося на палубу. Увидев капитана, Хокхерст тут же ушел.
– У этого человека на уме что-то недоброе; надо следить за ним. Мне сдается, что он желает взбунтовать команду, а потому следует быть начеку, – сказал капитан.
– У меня среди команды есть надежные люди, – ответил Франциско. – Идемте вниз.
Франциско подозвал Помпея и переговорил с ним в присутствии капитана.
В ту же ночь Хокхерст, к общему удивлению, стал на вахту. Несмотря на ранение, силы его прибывали с каждым днем.
Так прошло несколько дней. «Мститель» шел дальше, и никто не знал, кроме Франциско, о намерениях капитана. Однажды утром к Каину явился Хокхерст и сказал:
– У нас уже мало воды, капитан, хватит ли нам ее до назначенного места?
– А на сколько дней хватит полной порции?
– Дней на двенадцать, не больше.
– Тогда надо уменьшить порцию вдвое.
– Капитан, экипаж желает знать, куда мы идем.
– Вас уполномочили спросить меня об этом?
– Собственно определенного полномочия мне не дали, но я сам желаю знать об этом, – запальчиво ответил Хокхерст.
– Соберите всю команду на палубу, – ответил Каин, – там весь экипаж, а в том числе и вы сами, как один из подчиненных мне людей, получит точное объяснение того, что вы желаете знать.
Все пираты собрались на палубе.
– Ребята, – начал Каин, – от старшего лоцмана я узнал, что все вы хотите знать, куда мы идем. В ответ на это я скажу вам следующее: у нас много раненых и больных, а потому я имею намерение устроить стоянку опять в том самом месте, которое нам и прежде служило для этого – в Кайкосах. Нет ли у вас еще других вопросов?
– Есть, – ответил Хокхерст, – мы еще желаем знать ваши намерения относительно этого молодого человека, Франциско. Мы потеряли несметные сокровища, девять человек убито, сорок ранено, плечо мое пробито пулей, и все это – дело его рук Мы требуем правосудия!
И тотчас же из толпы пиратов раздались голоса, поддерживающие Хокхерста:
– Требуем правосудия!
– Вы требуете правосудия, ребята, и получите его, – ответил Каин. – Вы все прекрасно знаете этого молодого человека: я взял его сюда еще ребенком. Ему никогда не был по сердцу наш образ жизни, он часто просился на свободу, но всегда получал отказ. Вы помните, как он вызвал меня на поединок словами нашего же закона «Кровь за кровь!», и ранил меня, но вызов его был правый, и я за это не ропщу. Но я ни за что не допустил бы высадить его на пустынный берег, чтобы заведомо обречь на голодную смерть. Какое же он совершил преступление? Никакого, а если он и виновен, то только по отношению ко мне. Его, невиновного, приговорили тогда к смерти, и вы сами были против этого приговора. Разве неправда?
– Правда, правда! – согласились большинство пиратов.
– Он спасся только каким-то чудом. Сражаясь с нами, он защищал интересы своего нового благодетеля. Вы его захватили и требуете правосудия. Допустим, что он теперь виновен, но он уже раньше подвергся вашему несправедливому приговору – умереть голодной смертью, а потому на этот раз справедливость обязывает вас даровать ему жизнь. И я прошу вас это сделать, ребята, не только во имя права Франциско на жизнь, но и во имя вашего расположения ко мне, как к капитану.
– Согласны! Все, что вы сказали, есть истинная правда! – воскликнули почти хором все пираты.
– Спасибо, друзья мои, – ответил Каин, – в благодарность за это я предоставляю вам право взять и поделить между собой мою долю добычи, находящейся на судне, как только мы пристанем к Кайкосам.
Последнее предложение так обрадовало и расположило пиратов в пользу Каина, что и союзники Хокхерста перешли на сторону капитана, тем более, что его доля добычи составляла одну третью часть добычи всех пиратов.
Хокхерст был зол, как дьявол.
– Пускай берут ваши сокровища те, кого вы можете подкупить ими, мне же ничего не надо. Мне надо «Кровь за кровь!», а потому я предупреждаю вас: жизнь Франциско принадлежит мне, и я желаю взять ее! Попробуйте помешать мне в этом, если сумеете! – И с этими словами он потряс своим огромным кулачищем перед самым лицом Каина.
Кровь бросилась в лицо капитану пиратов. Он быстро выпрямился и, схватив близлежащий аншпуг, повалил им Хокхерста на палубу.
– Вот тебе, бунтовщик! – воскликнул он, встав ногой на шею Хокхерста. – Теперь я обращаюсь к вам, ребята, с вопросом: достоин ли этот субъект после всего происшедшего оставаться помощником капитана? И вообще, стоит ли оставлять ему жизнь?
– Не стоит, не стоит! – закричали пираты. – Смерть ему!
Тогда Франциско выступил вперед и сказал:
– Ребята! Вы оказали уважение своему капитану, теперь и я обращаюсь к вам с просьбой: примите во внимание, что Хокхерст до сих пор был храбрым пиратом, что он только сравнительно недавно оправился от раны, которая, вероятно, и есть причина теперешнего его раздражения, и подарите ему жизнь. Командовать вами он, разумеется, больше не имеет права, так как потерял доверие капитана. Повторяю: не отнимайте у него жизни, и пусть он только покинет шхуну.
– Если команда согласна, то и я согласен на это, – ответил Каин, обводя мрачным взглядом пиратов. – Жизнь этого молокососа мне не нужна.
Пираты согласились, и когда Хокхерст медленно поднялся на ноги, то был препровожден в свою каюту. На его место тотчас же был назначен младший лейтенант, а потом стали выбирать его заместителя.
Прошло три дня после описанной сцены. Полный порядок и тишина царили на шхуне. Каин сообщал все свои намерения Франциско, который, услышав, что капитан решил отдать пиратам свою добычу, окончательно поверил в его раскаяние.
Каин, видимо, стал относиться ко всем добрее, сердечнее, но он никогда не упоминал о матери Франциско, и на все его вопросы относительно прежней жизни отвечал неизменно: – Не торопись слишком, со временем узнаешь все!
Между тем, «Мститель» подошел к Пуэрто-Рико, и при тихой погоде стал на якорь за три мили от острова. Новый помощник капитана, заметив в подзорную трубу водопад, посоветовал спустить на берег шлюпку, чтобы запастись пресной водой, так как ее запасы почти истощились. Каин согласился, и шлюпка отчалила от шхуны.
Случилось так, что «Мститель» остановился как раз напротив губернаторского дома, и Клара, увидев шхуну, тотчас же растворила окно и, в знак сигнала, выпустила наружу занавеску. По сходству конструкций обеих шхун, она думала, что это судно было «Предприятие». Через несколько минут она была уже у грота, ожидая Эдуарда.
Но к тому же месту причалила и шлюпка, и Клара, в сумерках не рассмотрев хорошенько вышедшего из нее человека и по ошибке приняв его за Эдуарда, попалась в руки пирата.
– Пресвятая Богородица! Да кто же вы, наконец? – закричала она, стараясь вырваться из его рук.
– Тот, кому очень понравилась молодая барышня, – ответил со смехом пират.
– Пустите же меня! – кричала Клара. – Вы не знаете, кого вы схватили!
– И не надо. Мы об этом нисколько не заботимся! – ответил пират.
– Может быть, вас отрезвит, когда вы узнаете, что я дочь здешнего губернатора! – воскликнула Клара, отталкивая прочь пирата.
– Клянусь небом! Это другое дело, красотка, потому что за дочку губернатора можно получить хороший выкуп. Подите-ка сюда, товарищи, помогите мне. Она такая сильная, что одному трудно справиться; бочки бросьте назад в шлюпку, теперь не до воды, можно за ней приехать и в другой раз. У нас добыча покрупнее.
Клара отчаянно закричала, но разбойники заткнули ей рот платком, положили в шлюпку и помчались обратно к шхуне.
Узнав, кого привезли, пираты пришли в восторг от ожидаемого щедрого выкупа.
Каин ничего не возразил, боясь раздразнить команду и тем помешать успешному выполнению собственного плана. Он распорядился поместить девушку в каюту.
Так как подул, наконец, попутный ветер, то решено было поднять паруса и пуститься дальше в путь, не запасаясь уже здесь водой.
Взяв Клару под свою опеку, Франциско старался утешить ее, обещая ей, что он и капитан защитят ее от пиратов.
Каин, со своей стороны, подтвердил это обещание, и Клара, которая сначала горько плакала, мало-помалу успокоилась и рассказала им про свою ошибку. Узнав ее историю, Каин решил сам отдать за нее выкуп пиратам, не дожидаясь сношений с ее отцом.
А чтобы немного ободрить ее, Франциско старался отвлечь ее разговором об Эдуарде Темпльморе.
Но «Мститель» по непредвиденным обстоятельствам не мог сразу вернуться в Пуэрто-Рико, чтобы вернуть Клару ее отцу. Пришлось терпеть недостаток воды и спасаться от гнавшегося за ним встретившегося фрегата.
Каин распорядился было опять пойти к югу, чтобы взять на ближайшем острове воды, но и там эта операция потерпела провал.
Решено было вновь взять курс на Кайкосы, но, ввиду противного ветра и течения, они проплавали еще целых три недели, пока на горизонте, наконец, не показалась земля.
Теперь вернемся к Эдуарду Темпльмору, с которым мы расстались у берегов Южной Америки, когда он собирался продолжать преследование «Мстителя».
По пути он расспрашивал все встречные суда, не видел ли кто разбойничьей шхуны, но никаких сведений об этом ему получить не удалось. Наконец показался Пуэрто-Рико.
У Эдуарда не было времени теперь заниматься своими сердечными делами, однако, когда вечером «Предприятие» остановилось у этого острова, он долго всматривался в окно, не видно ли там амурного сигнала. Сигнала не было, и Эдуард подумал, что, вероятно, отец Клары проведал про их свидания.
Пройдя дальше, он обшарил все бухты, заливы и устья рек острова Сан-Доминго, но все поиски разбойничьего корабля оказались тщетными. Запасы пищи и воды совершенно вышли, и пришлось, волей-неволей, вернуться в Королевский порт.
А между тем исчезновение дочери губернатора взволновало всех жителей острова. Узнав от горничной, что барышня спустилась в этот вечер встретить Эдуарда, бедный отец, думая, что его дочь была увезена лейтенантом, немедленно снарядил свою яхту в путь и отправил ее на остров Ямайку с письмом к английскому адмиралу, в котором, извещая его об исчезновении своей дочери, просил принять самые решительные меры к ее возвращению домой.
Яхта прибыла в Королевский порт несколькими днями раньше «Предприятия». Адмирал был страшно озадачен письмом губернатора.
– Ну и фрукт же этот Темпльмор! Я посылаю его ловить разбойников, а он охотится за дочкой губернатора!
– Я никак не могу представить такого поступка со стороны Темпльмора, – возразил секретарь, – тут кроется что-то другое.
– Как знать, мистер Хадлей! Будьте добры, велите принести его лаг.
Лаг «Предприятия» оказался сверху донизу испещренным словом Пуэрто-Рико.
– Теперь все ясно, – сказал адмирал, – и мне еще пришлось ввязаться в эту историю! Но клянусь, что за такой проступок я предам его военному суду!
Секретарь промолчал: он знал, что адмирал не сделает этого.
– «Предприятие» прибыло сегодня поутру, сэр, – через два дня отрапортовал секретарь садившемуся завтракать адмиралу.
– А где мистер Темпльмор?
– Он здесь, на веранде. Ему рассказали, в чем его обвиняют, и он клянется, что это ложь. Я ему верю, сэр, потому что он так этим расстроен, что похож на помешанного.
– Стойте! А вы смотрели его лаг?
– Да, сэр, смотрел. По-видимому, они заходили в Пуэрто-Рико 19-го, а в письме испанский губернатор говорит, что он был там сначала 17-го, а потом еще и 19-го. Я передал Эдуарду это, и он клянется честью, что был там только 19-го, как и помечено в лаге.
– Хорошо, попросите его сюда самого.
Эдуард вошел. Видно было, что он страшно взволнован.
– Нечего сказать, мистер Темпльмор, хорошую же шутку вы сыграли! Что все это значит? Где губернаторская дочка?
– Не могу вам сказать, сэр, куда она пропала, но мне сдается, что ее увезли пираты.
– Пираты?! Бедная девочка, мне жаль ее! Да жаль и вас, Эдуард. Подите сюда, присядьте и расскажите, в чем тут дело.
Эдуард, прекрасно зная добрый характер адмирала, рассказал ему все без утайки о своей любви и свиданиях с Кларой. По его мнению, Клара вышла на берег, будучи введена в заблуждение сходством шхун, а пираты воспользовались этим и увезли ее.
После завтрака адмирал отдал приказ немедленно снарядить в плавание шхуну «Предприятие» и корвет «Комус».
– Теперь Эдуард, вы вместе с «Комусом» отправитесь ловить этих негодяев и, надеюсь, что скоро порадуете меня вестями о них и о дочери губернатора. Приободритесь, дорогой мой! Я думаю, что они не решатся тронуть девушку в надежде получить за нее богатый выкуп.
И в тот же вечер «Предприятие» и «Комус» ушли в экспедицию. Заехав по дороге в Пуэрто-Рико и передав письмо адмирала к губернатору, оба судна отправились дальше, и уже на следующее утро перед ними открылись Кайкосы. Как раз в это же самое время «Мститель» вошел в узкий пролив между Кайкосами, окруженный рифами.
– Вот она! – воскликнул Эдуард. – Клянусь небом, это шхуна пиратов!
И тотчас же с «Предприятия» был дан условный сиг нал «Комусу» о том, что неприятель обнаружен. С «Комуса» немедленно дали ответный сигнал.
XVI. Кайкосовы острова
На два градуса севернее острова Сан-Доминго расположена маленькая группа островов, носящая название Кайкосы. Они находятся в самой южной части цепи Багамских островов; почти все они необитаемы и потому очень пригодны для стоянок пиратов, тем более, что, окруженные коралловыми рифами, они почти недоступны. Только очень опытные моряки, вроде Хокхерста, знали, куда можно было пристать, а так как этот последний был уже заменен другим лицом, то приходилось очень осмотрительно проводить здесь судно. Пещеры, покрывавшие эти острова, служили пиратам надежнейшими убежищами и хранилищами их богатств.
Скоро и «Мститель» обнаружил присутствие неприятеля.
Каину предстояла теперь трудная задача. Южный ветер и узкий фарватер делали положение его шхуны затруднительным, а борьба предстояла нешуточная, и вряд ли можно было надеяться на благополучный исход ее для «Мстителя». Эти соображения разделял и Франциско.
Было около девяти часов утра, когда, пройдя благополучно полпути, Каин приказал заверповать шхуну и подкрепиться людям завтраком.
Франциско спустился в каюту и старался объяснить Кларе их настоящее положение. За ним вошел и Каин. Он был задумчив и печален; в крайнем изнеможении опустился он на один из сундуков.
– Что вы думаете теперь делать? – спросил Франциско.
– Не знаю, ума не приложу, Франциско! – отвечал Каин. – Если бы я мог действовать по личному убеждению, то, вероятно, совсем не стал бы трогать шхуну с места. Они в данном случае могут напасть на нас только на лодках, и это нам не страшно, а если мы попробуем проскочить, чтобы высадиться на острова, на нас, несомненно, нападет другая их шхуна, и, благодаря большей численности их людей, мы можем быть разбиты. Во всяком случае, я созову команду, и пусть люди сами решат, как надо действовать. Бог свидетель, что лично я совсем не хотел бы кровопролития.
– А нельзя ли как-нибудь удрать? – спросил Франциско.
– Ночью еще можно будет, пожалуй, пробраться по каналу между островами, но это можно сделать только на лодках, бросив шхуну здесь. Но я боюсь предложить это экипажу, он может не согласиться, да и неприятель, думаю, не даст нам на это времени. Я предчувствовал еще утром, раньше, чем мы заметили эти шхуны, что моя участь будет решена еще до захода солнца.
– А почему?
– Я в эту ночь, по обыкновению, видел во сне вашу мать. На ее лице выражались сожаление и грусть. Она взяла меня за руку, как будто повелевая мне следовать за собой. Но теперь, слава Богу, она смотрела на меня не так, как все последние годы!
Франциско молчал, а Каин, казалось, снова задумался…
Спустя некоторое время Каин встал и, вынув из кармана небольшой плотный пакет, подал его Франциско.
– Возьмите это себе, – сказал капитан пиратов, – если со мной случится несчастье, то эти документы откроют вам, кто была ваша матушка, и укажут, как и где найти спрятанные мной сокровища. Я оставляю вам одному все. Хотя мои богатства нажиты нечестным путем, но вы тут ни при чем, да и все равно теперь уже нельзя отыскать их настоящих владельцев. Не возражайте. Можете впоследствии спросить о том хоть ваших друзей – и они скажут вам то же самое. Предупреждаю вас опять: берегите этот пакет!
– Не думаю, чтобы он мне понадобился, – ответил Франциско, – когда меня схватят, то, вероятно, поступят как с пиратом.
– Нет, нет, вы же можете доказать им, что вы не пират.
– Сомнительно! Но, да будет на то воля Господня!
– Да! Пусть будет Его святая воля! – проговорил грустно Каин. – Месяц тому назад я еще не умел так говорить.
И, в сопровождении Франциско, капитан пиратов поднялся на палубу.
Там собрался уже весь экипаж для обсуждения создавшегося положения. Решено было зайти в какую-нибудь бухту, где удобнее и легче будет противостоять неприятелю.
Итак, «Мститель» снялся с якоря и пустился в путь. Но ветер и волны затрудняли вовремя обнаруживать опасные рифы. А в то же время и его противники не дремали и, не обращая внимания на рифы, продолжали преследование преступной шхуны.
Между тем, плавание для шхуны пиратов становилось все опаснее: только что обойдет она скалы, как на пути вырастают другие.
Каин отдавал приказания, стоя на бугшприте.
– Тут надо бы Хокхерста; он прекрасно знает все эти места, – сказал он вдруг.
– И правда, – согласились некоторые из пиратов, – надо позвать его сюда!
И вслед за этим они спустились вниз и возвратились на палубу в сопровождении Хокхерста. Каин предложил ему вести шхуну.
– А если я не пожелаю? – ответил заносчиво Хокхерст.
– В таком случае, не прогневайся… – сказал капитан.
– Не так ли, товарищи? – обратился он к команде.
– Разумеется! Либо проведи нас через рифы, либо мы тебя выкинем за борт, – сказал один из пиратов.
– Ну, это мне не страшно, ребята! – проговорил Хокхерст. – Вы всегда знали меня за доброго товарища, и я не хочу вас подводить. Пусть так: раз ваш капитан не в состоянии тут ничего поделать, так придется уж мне взяться, тем более, что я замечаю, вы сбились с пути.
– Неправда, – возразил Каин.
– Прекрасно! В таком случае, пусть капитан и выручает вас, раз он осведомленнее меня.
Однако же пираты настояли на том, чтобы вел их именно Хокхерст.
– Я постараюсь изо всех сил, товарищи, – сказал Хокхерст, – но не будьте в претензии, если мы получим здоровый толчок, пока будем пробовать выбраться… Ну, право на борт!.. Еще!.. Держись! Вот настоящий путь! Теперь держитесь!..
Хокхерст, зная, что при первом же удобном случае он будет высажен на берег, решил уничтожить шхуну во что бы то ни стало и теперь направил ее прямо на скалы.
Минуту спустя толчки стали повторяться. Вдруг шхуну повернуло боком против ветра и ударило об острый коралловый риф, который как скорлупку пробил легкую деревянную обшивку. Вода неудержимо хлынула в трюм.
Разбойники застыли в гробовом молчании.
– Товарищи, – обратился к ним Хокхерст, – я изо всех сил старался спасти вас. Вы можете вышвырнуть меня за борт, но я повторяю, что не я, а он виновник несчастья.
И он указал на Каина.
– Не время теперь судить, кто прав, кто виноват, мистер Хокхерст, – сказал капитан. – В свое время мы обсудим этот вопрос, а сейчас надо немедля приниматься за дело. Отцепляйте шлюпки и забирайте каждый для себя оружие и провизию. Не отчаивайтесь! Шхуна еще продержится, не пойдет ко дну сразу. Успеем понемногу спасти все, что на ней есть.
Пираты исполнили приказ капитана и спустили три шлюпки. В первую, под охраной Франциско, поместили раненых и Клару и, снабдив их всем необходимым, велели Франциско отчаливать.
Шхуны, преследующие «Мститель», видели, как он разбился о скалы, и что люди перебрались в шлюпки. Оба судна тотчас же стали на якорь и также спустили свои шлюпки, чтобы помешать неприятелю высадиться на остров, откуда он сможет легко обороняться.
Вторая шлюпка также вскоре отчалила от шхуны; в ней находился Хокхерст с пиратами.
Каин оставался на борту после всех, проверяя, не забыли ли кого-нибудь из раненых. Наконец, он сошел в третью шлюпку и отправился вслед за первыми двумя на расстоянии четверти мили от кормы второй.
В то время, как Каин сел в шлюпку, нельзя было еще определить, удастся ли гнавшимся за пиратами захватить хоть одну шлюпку. Обе стороны отчаянно спешили к своей цели, и, когда люди с первой шлюпки пиратов успели уже сойти на берег, передовые лодки преследователей были от них на расстоянии не больше полумили.
Хокхерсту также удалось причалить к берегу, но в то же самое время грянул залп из восемнадцатифунтового орудия «Комуса». Второй выстрел с «Комуса» попал в корму шлюпки Каина. Вода сразу же залила шлюпку.
– Он утонул! – воскликнул Франциско, стоя у входа в пещеру, в которой он укрыл Клару. – Они утопили его лодку… но нет… он плывет сюда и успеет выйти на берег раньше английских матросов…
Он был прав. Отчаянно борясь с волнами, Каин подплывал к маленькой бухте. Франциско забрался на скалу и, заметно волнуясь, следил за ним.
Когда Каин был уже в нескольких футах от берега, вдруг со стороны острова раздался выстрел из мушкета. Пуля попала в цель, и через какое-то мгновение волна поглотила капитана пиратов.
Обернувшись в ту сторону, откуда раздался выстрел, Франциско увидел под скалой Хокхерста, вновь заряжавшего свой мушкет.
– Изверг! – воскликнул Франциско. – Ты ответишь мне за это!
Хокхерст подняв мушкет, сказал:
– Только не тебе!
И вслед за этим выстрелил. Пуля попала Франциско в грудь. Он упал навзничь и, скатившись вниз, подполз кое-как к пещере и упал у ног Клары.
– О Боже! – воскликнула бедная девушка. – Вы ранены? Кто же будет теперь моим защитником?
Франциско, задыхаясь, ответил:
– Мне кажется… я не чувствую раны, мне теперь легче…
Он ощупал свою грудь. Клара расстегнула его куртку и нашла спрятанный на груди пакет, который дал ему Каин; пакет был прострелен, а грудь лишь слегка контужена.
Вернемся теперь к другим действующим лицам.
Эдуард Темпльмор видел все происходившее в подзорную трубу, и когда промелькнула на палубе «Мстителя» фигура женщины, его сердце готово было разорваться на части. Неужели это Клара?
Он швырнул трубу, схватил ружье и вскочил в первую же, бывшую наготове шлюпку. Подъехав поближе к берегу, он ясно увидел женщину, которая поддерживала голову молодого человека. Неописуемое волнение овладело Эдуардом. Что он видит? Неужели это его невеста, Клара? Да, это действительно она хлопотала около раненого красивого юноши.
Эдуард не мог вынести этого! Выскочив на берег, он закричал в исступлении:
– Голову снесу тому, кто станет мне поперек дороги!
Как раз в это время Клара снимала пакет с груди Франциско, а Хокхерст бежал к пещере.
Франциско, придя в себя и заметив приближавшегося врага, вскочил на ноги, приготовясь к защите. Но не успел он сделать и шага, как Хокхерст набросился на него, повалил навзничь и наступил ему на грудь… Раздался отчаянный крик Клары. В ту же минуту подоспевший Эдуард, как разъяренный тигр, бросился на Хокхерста. Он схватил его за ноги и, оттащив от Франциско, оглушил таким ударом, что негодяй был полностью лишен возможности сопротивляться.
– Хватайте его, ребята! – закричал Эдуард, указывая левой рукой на Хокхерста. – А это уж моя жертва! – продолжал он с горечью, обращая взор на лежавшего Франциско.
Но каковы бы ни были дальнейшие намерения Эдуарда, им не суждено было осуществиться, потому что Клара, при виде Эдуарда, порывисто бросилась к нему на шею и воскликнула: «Мой Эдуард!».
Все с изумлением глядели на эту сцену, а Эдуард с недоумением смотрел то на Франциско, то на Клару.
– Эдуард! Дорогой Эдуард! – продолжала Клара, прижимаясь к нему. – Неужели ты освободил меня, дорогой?
Но Эдуард не мог побороть охватившего его ревнивого чувства и сурово спросил ее:
– Кто этот молодой человек?
– Его зовут Франциско. Он не пират, а мой защитник. – язвительно Хокхерст.
Эдуард Темпльмор посмотрел на него вопросительно.
– Ха-ха! – не унимаясь, продолжал смеяться Хокхерст. – Ведь он сын капитана, так как же он не пират?
– А раз он сын капитана, то почему же вы дрались с ним сейчас? – спросил Эдуард.
– А по той же причине, по которой я только что убил его подлого отца!
– Эдуард! – воскликнула горячо Клара. – Теперь не время разбираться в этом. Верьте тому, что я сказала, а не словам этого изверга.
– Правда! – подтвердил Франциско, который полностью пришел в себя и теперь уже сидел. – Верьте ему, когда он говорит, что убил капитана, но, сэр, если в вас есть хоть капля здравого смысла, не верьте его подлым намекам на эту молодую девушку.
– Я совершенно сбит с толку, – проговорил Эдуард Темпльмор, – но леди права: теперь не до этого. С вашего позволения, мисс Клара, кормчий моей шлюпки доставит вас в сохранности на нашу шхуну или на «Комус», как вы пожелаете; обязанности мои не позволяют мне проводить вас лично.
Клара с укором взглянула на Эдуарда, села с мокрыми от слез глазами в шлюпку, которая и доставила ее на шхуну «Предприятие».
Хокхерст и Франциско были также взяты на одну из шлюпок.
Пока происходило все вышеописанное, остальные военные шлюпки делали свое дело, и спустя несколько часов пираты были изловлены и свезены на «Комус».
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.