Читать книгу "Дыхание. Сердце пустыни"

Обреченно выдохнув, он поцеловал Саяру в лоб и направился к выходу, заметив краем глаза, как она пошла в их спальню. На его губах застыла упрямая улыбка.

– Ладно-ладно, быстро разберусь и вернусь, – он прокашлялся и покинул комнату.

Окрестности гробницы встретили его как обычно: руинами, песком и жарким солнцем. Ничего нового. Он не испытывал проблем с жарой, но старался не выходить из своего лабиринта без дела. Саргон зевнул, заметив впереди людей. Саяра оказалась права. Здесь не менее двух тысяч воинов, и, судя по татуировкам на их телах, не меньше десяти человек обладают пожаром. Не самый хороший показатель. В прошлый раз к нему заявились целых двадцать обладателей пожаров. Хотя в этом для себя он видел лишь плюсы. Если случится драка, он не заставит свою ненаглядную ждать слишком долго. Раскаленный песок не ранил ног Саргона, а улыбка не сходила с его губ. За столько лун он уже должен был перестать верить в мирное разрешение конфликтов, но упрямство родилось вместе с ним. Даже его собственная сила не могла убедить его в обратном.

Половину площади первой столицы около гробницы заполонили воины. Они замерли, когда заметили Саргона. Разговоры стихли, кто-то достал оружие.

– Парни, парни, ну что вы такие агрессивные? Давайте обсудим с вами дела, и никто не пострадает, – Саргон улыбнулся так широко, что уголки губ чуть не порвались. – Вы так долго шли, наверное, устали и хотите передохнуть?

– Не пытайся нас обмануть. Ты, Король Сорокатысячи Ног, – монстр, что убивает любого, кто приблизится к сокровенному Центральному оазису, – заговорил, вероятно, главарь, крепкий мужчина с бородой, в которой уже была видна седина. – Ты погубил больше пятнадцати тысяч воинов расы людей за последние триста лун! Мы требуем возмездия за наших отцов и детей!

– Какой вздор! Какие пятнадцать тысяч?! – возмутился Саргон и скрестил руки на груди. – Не надо врать! Я убил тридцать одну тысячу людей за последние двести лун! Тот факт, что вы никак не можете оставить первую столицу в покое, не моя проблема. Я говорил это первым пришедшим сюда людям, говорю это и вам: я не отдам вам гранат Центрального оазиса. Никогда.

– Тогда мы отнимем его силой! – закричал предводитель людей. – В этот раз мы подготовились. Так что не надейся на легкую победу.

– Я предлагаю вам спокойно покинуть первую столицу и даже разрешаю говорить вам, как я выгляжу и что вы увидели, – Саргон упер руки в бока. – Прошу вас, меня ждет мой партнер в лабиринте. Вас ждут ваши близкие. Зачем вы обрекаете себя на гибель. Я вижу, вы обрели костры и пожары, но… Этого недостаточно.

– Мы знаем, что недостаточно! Слишком много сильных воинов пало в битве с тобой! Поэтому мы не могли прийти без плана, – предводитель взмахнул мечом. – Наша главная цель не победить тебя, а забрать гранат Центрального оазиса. И отвлечь.

– Милый, кажется, я не смогу подготовить для тебя воду… – прошептал знакомый голос.

– Что? Саяра! – Саргон обернулся.

За его спиной двое мужчин, явно с пожарами, удерживали Саяру. Вокруг ее шеи обмотали веревку, а к сердцу приставили странно переливающийся кинжал. Они решили ударить по самому дорогому, вынудив его пойти на уступки.

Король Сорокатысячи Ног развернулся к ухмыляющимся воинам и окинул их самодовольным взглядом. Кажется, в прошлый раз от него сбежал тот, кто видел его и Саяру. Конечно же, план взять в заложника самое дорогое для него существо и попробовать вынудить отдать гранат Центрального оазиса неплох. Только их шпиону следовало уделить слежке больше времени.

Саргон выдохнул устало, признавая, что мирным путем здесь уже ничего не решить, и помахал рукой. Подул ветер, заставляя его косички подняться, а тунику съехать. На косых мышцах живота проступила цифра ноль. Маленькая и невзрачная, она символизировала уровень его способностей.

– Я удивляюсь вашей жестокости и глупости. Вы, как пустынные кинжалы, нападаете на первое попавшееся на глаза существо. То есть вы считаете, я отдам вам гранат Центрального оазиса, точнее, вообще проведу вас туда, если вы будете угрожать моей любимой? – его выражение лица сменилось на злобное. – Но самое интересное, как вы вообще могли подумать, что она беззащитна?

И тогда над первой столицей полетел истошный крик. Рука человека, который держал веревку и стягивал шею и конечности Саяры, начала рассыпаться в песок. И как быстро догадались его соратники, этот процесс сопровождался невообразимой болью. Его тело ссохлось, глазные яблоки лопнули, а кости потрескались, словно поленья в костре. Все, что от него осталось, – кучка песка. Его напарник с кинжалом хотел сбежать, но Саяра схватила его за шею, ломая ее. Тело в ее руках тут же начало рассыпаться. Она казнила человека безжалостно. Потом посмотрела на других врагов и направилась к Королю Сорокатысячи Ног. Войско людей, полагавшееся на свой маневр, явно растеряло уверенность. Саяра посмотрела на Саргона.

– А я, между прочим, давал вам шанс сбежать, – стоило Саргону сказать это, как несколько людей сорвались с места и бросились бежать. Через мгновение они тоже превратились в кучки песка. – Название искры Саяры – «Основатель пустыни». Любой объект, который коснется песка на втором материке, сразу попадает в зону действия ее сил, – от его слов лица армии людей скривились от ужаса. – И неважно, когда вы прибыли на наш материк и с какой целью. У нас с Саярой к вам один вопрос: кто из нас вас убьет?

– Их тут не очень много… А я так устала. Не хочу тратить лишние силы на каких-то… Слабаков, – она окинула людей равнодушным взглядом. – А ты всегда заставляешь их орать, потом от крови не отмоешься два дня. И запах стоит ужасный.

– Но мы же не можем их отпустить, – запротестовал Саргон.

– Не можем, – подтвердила Саяра. Воины принялись кричать и проклинать свою судьбу, а некоторые начали драться друг с другом.

– Тогда пусть с ними разберется Энида, – покачал головой Саргон. – Она уже пару лунных путей не вылезала. Такими темпами на ее боках и правда появится жир. Даже великаны чаще двигаются, чем она.

– Как воспитал, так и ведет себя, – Саяра посмотрела на супруга недовольно. – Она похожа на тебя. Так что не обвиняй Эниду.

– Ладно, хорошо, – Саргон закатил глаза. – Иди в лабиринт. Я скоро буду.

– Да как вы смеете?! Мы лучшее войско людей первого материка! Вы даже не собираетесь сражаться с нами лично?! Да хоть вдвоем, хоть втроем! – закричал предводитель людей, пытаясь воодушевить свое войско. – Всем встать в строй! Сейчас мы покажем этим жалким насекомым, что значит…

Но его пылкую речь прервал Саргон.

– Что значит жалким насекомым? – его глаза блеснули голубым светом.

Никто даже не понял, что произошло дальше. Король Сорокатысячи Ног оказался около предводителя войска и держал его за горло. Тот был почти мертв. Одно мгновение отделяло его от смерти. Тело упало на песок и тут же истлело, разлетаясь по легкому ветру. Кончики пальцев Саргона потемнели, а глаза мерцали голубым. Он начал шагать спиной вперед и словно отряхивать ладонь от крови. Кто-то бросал в него оружие, непонятные сгустки веществ, однако все было бесполезно. Не успевали люди моргнуть, как кинжал лежал в полуметре от Короля Сорокатысячи Ног, а пламя улетало куда-то в высь. Даже человек с костром, способность которого позволяла ему не промахиваться, не смог задеть Саргона. Лишь сейчас они поняли, какой идиотский поступок совершили. Сбежать им не позволят, победить шансов нет. Оставалась надежда только на правильную тактику в борьбе с приспешником Саргона и самое позорное бегство.

– Энида, я, Король Сорокатысячи Ног, призываю тебя для защиты первой столицы, – он поднял руку вверх и сжал кулак, посылая по песку вибрацию. – Прощайте, – бросил им Саргон и развернулся.

Все уставились на его татуировку в виде песочных часов на спине.

– Всем занять позиции! Пусть наш враг и не Король Сорокатысячи Ног, а всего лишь его приспешник, мы должны выстоять и попытаться сбежать…

Один из воинов, видимо, на ступень младший по званию, понадеялся собрать всех по позициям и создать боевые формации. Но неожиданно наступила ночь. Ровно минуту назад все изнывали от палящего солнца, сухого ветра и жажды, сейчас вокруг стемнело. Люди начали оглядываться по сторонам, не понимая, почему резко наступила ночь. Пока кто-то из них не задрал руку вверх и не заорал, срывая голос. Несмотря на то, что ночь все же не наступила, появился самый страшный кошмар из их снов.

Нависая над воинами, загораживая солнце и небо, на них смотрела огромная многоножка. Как она могла скрываться от них раньше – непонятно. По самым скромным расчетам, ее ширина была не меньше четырехсот метров, а длина – несколько километров. Ее огромные ноги и челюсти внушали животный ужас. Сражаться с монстром бессмысленно. С ними нет ни одного хранителя Короля, а значит, сильнейшие костры и пожары остались в столице. Многоножка их уничтожит.

– Бросайте оружие и бегите! Кто куда…

И вновь человек не успел договорить. Потому что слева, справа, позади поднимались одна за одной другие многоножки. Энида оказалась не одним монстром, а целой группой, охранявшей первую столицу от непрошенных гостей.

Люди завопили и бросились врассыпную. Неповоротливые на первый взгляд насекомые окружили их. Воины пытались сопротивляться, полетели молнии, пламя, даже погода изменилась, но все это походило на агонию. Шансов спастись ни у кого не было. Началось настоящее кровавое побоище. На каждой ноге насекомых располагались тысячи шипов и лезвий, которыми они кромсали людей, размазывали их по песку. Уже через пару минут не осталось ни одного живого, а Энида сплелась в клубок, чтобы измельчить последние остатки воинов, их доспехи и оружие.

– Даже при условии, что все знают, кто охранник Центрального оазиса, люди идут и идут. Им нужна сила граната. Но при этом обычно сюда добираются лишь ничтожества. Ни один из хранителей короля или стражей сюда не заглядывал.

– Конечно, никого из них не будет, – Саргон хмыкнул. – Нынешний король людей ни за что не пойдет на такой идиотский шаг. Я понятия не имею, каков сейчас состав хранителей и их искры, но с двенадцатью в одиночку может быть непросто, – он посмотрел на Саяру. – Хотя я не один. Это… Приятно.

– Надеюсь, те стражи сюда не явятся, – она погладила свои плечи, и Саргон обнял ее. – Не хочу сражаться. Это уносит так много сил и мешает циркуляции силы во мне. Такими темпами наши планы не осуществятся никогда.

– Никто из стражей не придет. У нас есть уговор, и он пока что действует. Даже наши друзья не придут без спроса, – он улыбнулся. – Я – страж, и как никто другой понимаю, насколько мы сильны.

– Пока та сила под контролем, бояться же не стоит? – она спрашивала шепотом.

– В этом и была суть уговора, солнце мое. Если та сила выйдет из-под контроля, то начнется новая война, – также шепотом ответил ей Саргон. – Но мы должны быть готовы к худшему раскладу. Рано или поздно мир вновь будет на грани войны. Старые силы могут его уже не спасти.

– И мы готовимся.

– О да, – Король Сорокатысячи Ног засмеялся. – Наше сокровище обязательно сыграет свою роль в будущем балансе. Все не так просто. Люди сюда приходят, чтобы получить молодость, искупавшись в Центральном оазисе. Но сколько грязи они принесут… Да и их постоянные набеги порядком поднадоели. Ждать, конечно, еще долго… Но когда-то мы придем к финалу.

– Конечно, тебе просто говорить, – рыкнула Саяра. – От тебя требуется лишь подстраховать меня гранатом Центрального оазиса.

– Всего лишь?! Солнце мое, да это буквально – жизнь. А ты говоришь, всего лишь… Я его охраняю с Великой Войны! А тут… – он надул губы, как ребенок. – Но обещаю тебе… Я ни за что не позволю причинить вам вред.

Его глаза блеснули голубым.

– Сина! Сина! Просыпайся! – резко раздался голос откуда-то из пустоты лабиринта, и все вокруг затряслось. – Пожалуйста, я не знаю, что происходит! Сина! Что с тобой? Почему ты не просыпаешься?!

– Я просыпаюсь… Просыпаюсь. Не паникуй. Что произошло?! – произнесла она сонно, пытаясь разлепить глаза и понять, где реальность, а где фантазия.

– Кажется, я умираю… – пропищал Илай.

От этой фразы она распахнула глаза. Застучало в голове, и дыхание сбилось. Илай любил все преувеличивать и страдать без повода, однако такие фразы даже для него уже перебор. Увиденное поразило ее до оцепенения. Все его татуировки горели разными цветами. Обычно он выбирал какой-то один и не заставлял их двигаться без причины.

Его кожа покраснела, а ресницы и волосы ослепляли от потока света. Он содрал с себя рубашку и тяжело дышал. Илай встал с их общей кровати и начал метаться по каюте. От топота проснулись Азель с Рисой, которые делили с ними каюту. Риса вздрогнула и потянула к нему руку, но дипломат перехватил ее кисть.

– Ни в коем случае не трогай его. У него переизбыток пламени, – ровным голосом пояснил Азель. – Илай! Ты слышишь меня?

– Горю! Все внутри меня горит, моя кожа! Остановите это! Кажется, я сейчас умру! – он закричал, уже не сдерживаясь. – Пожалуйста, кто-нибудь сделайте хоть что-то! Я не хочу, не хочу умирать!

Он кричал в безумии и, когда от его кожи повалил пар, кинулся к выходу. Все остальные бросились следом. По разговорам и топоту стало ясно, что все тоже проснулись. Они выбежали на палубу и застали Илая около фальшборта, ближе к носу брига. Кайл смотрел на них вопросительно и прикрывал глаза от вспышек. Свечение, исходящее от их Светлячка, все усиливалось. Татуировки двигались так быстро, что уже различить одну от другой стало невозможно. На деревянной поверхности выжигались следы его ног; фальшборт задымился; все, до чего Илай дотрагивался, воспламенялось. Азель толкнул Гилема, пытаясь заставить действовать. Тот взял себя в руки, и его татуировка начала стремительно исчезать. Он пытался понять, что происходит.

– Дружище, у тебя взбесилось пламя, такое бывает. Когда я открыл костер, тоже думал, что моя голова взорвется, – Гилем подошел ближе, ощущая жар. Он повернулся к группе. – Риса, усиль Редлая. Редлай, начинай выращивать цветы ци́ре по площади палубы. – Он вновь повернулся к Илаю и закричал: – Слушай меня!

– Помоги мне, помоги, – прохрипел из-за сорванных связок Илай.

– Зачем нам цветы цире? – спросила Риса оборотня.

– Цветы цире, однажды расцветая, уже никогда не закрываются. Они интенсивно поглощают свет, так что тень от них расползается на десятки метров. – Он сложил руки перед собой и зарычал. Создание других аватаров все еще давалось ему с трудом. – Вторая истина. Роза Древа Жизни. Сад вечности.

– Илай, я не могу сказать, открываешь ли ты костер или это какое-то побочное явление твоих сил, но сейчас в тебе полно пламени. Для нынешней татуировки его слишком много, – объяснял Гилем почти невменяемому Илаю. – Сейчас ты должен постараться согнать все свои татуировки в одно место, скажем, правая кисть и предплечье, и направить свет в одну сторону. Имя твоей искры… Солнце. – А потом шепотом добавил: – Можно было догадаться и без моего костра.

– Я не умру? – спросил Илай с надеждой.

– Точно не сегодня, дружище, а теперь соберись, – бросил Гилем и понесся к Редлаю и цветам цире.

– Ладно, хорошо… Солнце.

Из-за быстрого движения татуировок только Редлай мог уследить за ними. Все они стремились, как и подсказал Гилем другу, в его кисть и предплечье. Создавалось впечатление, будто он надевал перчатку из перламутровых камней. Обычно все его татуировки были разбросаны по телу и двигались хаотично. А сейчас Илай ими управлял. Свет, исходящий от него, наоборот, перестал слепить и словно забрался под кожу. Илай вытянул руку перед собой, потом согнул в локте так, как делал это Кайл. И в следующее мгновение с хрипом выпрямил ее вперед и раскрыл кулак. Вся накопленная им энергия стала превращаться в ауру и взорвалась с глухим хлопком. Сначала все подумали, что ничего не произошло, но свет спрессовался в точку, из которой начали вылетать белые полосы. Они были чем-то похожи на ткань. Их насчитывалось не менее сотни, и направлялись они в океан. При соприкосновении с водной гладью они шипели и испарялись.

– Только что Илай сконцентрировал свет в самые настоящие мечи. Посмотрите, они разрезают воду и заставляют ее кипеть. Если бы наш светлячок не обладал природным талантом, то плыть бы нам сейчас на дырявом горящем корабле. Хотя, скорее всего, мы бы просто взлетели на воздух, – пояснил Гилем. – Мы так и не успели понять суть ваших искр. И никаких намеков в голове про первую столицу. Нам нужна карта или что-то типа того.

– Почему ты просто не можешь узнать, куда нам идти? Зачем заниматься поиском карты? – спросила Риса.

– Потому что это большой секрет – местоположение первой столицы. Примерно двадцать три луны назад исчезли почти все знания с карт, и не стало существ, знающих туда дорогу. Ходили слухи, что Королю Сорокатысячи Ног надоело убивать непрошенных гостей, поэтому он стер все упоминания. Я как ни стараюсь, могу только прикинуть направление. Хотя у меня ощущение, будто там замешано нечто еще.

– Что с Илаем? – спросила Сина.

– Не знаю. Он не открыл свой костер, поэтому его случай отличается от моего. Да и там немного другая ситуация. У меня есть только предположение и…

– Мы почти прибыли, – подошел к ним Кайл. – Через час подойдем к пристани второй столицы Лара́н-Дин-Коро́с. Необходимо подготовиться, так как я не знаю, нужны ли для этого документы.

– Вот вам и ответ, – усмехнулся Гилем. – Второй материк. Огромное количество солнца и действие слезы второго материка. Илай способен накапливать свет, но тут… сам воздух пропитан близкой к нему энергией. Надо привести его в чувство… – он кивнул на друга, который упал на колени. – Убери цветы цире. А то еще подумают, что мы торговцы, а для этого точно нужны документы. Да и Илай от них слабеет.

– Ты смотри… – ровным голосом сказал Азель. – Сколько прошло времени, а мы все-таки достигли второго материка, Айон, – он хлопнул принца по спине и засмеялся.

Тот пробурчал несколько проклятий.

– Так, что насчет документов, Гилем? – поинтересовался Кайл. – Я замедлю корабль, чтобы не вызывать подозрений.

– Нам надо будет лишь озвучить, зачем мы явились, – книгописец посмотрел на Редлая. – Скажем, что решили поучаствовать в турнире сильнейших. Все только обрадуются. Считается, что люди недолго могут продержаться в бою и слабы. По крайней мере, с высокоуровневыми насекомыми, – пояснил Гилем. – Главное, не проявлять агрессии и не торговать. Их рынки… Там убивают чаще всего, что на людских, что у насекомых. Убийства за агрессию и незаконную торговлю не судятся. Правила второго материка для насекомых. Так что на все оскорбления или косые взгляды улыбайтесь.

– Что это было? – подошел к ним Илай, которого под плечо держала Сина. Он и сам стоял на ногах, но до сих пор чувствовал слабость. – Надеюсь, такое больше никогда не повторится.

– Это все влияние камня второго материка, – еще раз пояснил Гилем. – Попей воды и приходи в себя… Мы почти прибыли.

– Смотрите, – Кайл кивнул куда-то в сторону. Все повернули головы.

На горизонте стала хоть и не четко, но появляться линия берега. Их долгий путь к материку Вечных Пустынь наконец-то подходил к концу. Дальше, конечно, у них скорее всего возникнут проблемы, соизмеримые со столкновением с Королевой Оборотней, однако сейчас они хотя бы не стали жертвой какого-нибудь подводного монстра, не сошли с ума и не поубивали друг друга, хоть и пытались. Кайл бросил взгляд на Мики, который безразлично смотрел вперед, чтобы потом скользнуть взглядом по Айону и облегченно выдохнуть. После их драки и разговора с Редлаем он вновь превратился в того самого дурачка, которого все любили и пытались защитить. Он до сих пор не мог отделаться от страха, что Айон собирался сдаться. Кайл пообещал себе стать еще сильнее, достичь пожара, помочь другим овладеть силой и больше никогда не позволять страху рушить его жизнь.

– Чего пялишься? – спросил Айон.

– Думаю, не обрить ли тебя ночью налысо, – безмятежно ответил Кайл.

– Это будет последняя твоя ночь… – фыркнул Айон и закатил глаза, но легкая улыбка коснулась уголков его губ.

037

Айон и правда ожидал, что их встретят какие-то монстры, лишь слегка похожие на людей. Насколько он понимал, уровень эволюции и внешний вид здешних обитателей зависел от силы насекомого и того, как много собратьев он убил. Айон был крайне удивлен, когда их бриг не только не затопили при заякоривании в небольшой пристани, но и встретили люди. Он смог это понять, когда увидел точки их татуировок. Сколько он ни пытался смотреть по сторонам и отыскать хоть кого-то с клешнями или хвостами, ничего не вышло.

Пока он таращился на всех, Азель и Сина сдавали корабль на хранение. У них осталось не так много драгоценных камней, но Ледая и Редлай позаботились об этом. Хоть они сейчас и не самые богатые, все же сбережений должно было хватить для беспечного пребывания на материке минимум два лунных пути. Потом они будут вынуждены заниматься охотой на преступников или работать. Чтобы обеспечить бриг и путешествие всем необходимым, им придется постараться. Однако, насколько помнил Азель, на четвертом и шестом материках с людей взымалась минимальная плата, а так как второй считался торговым, тут драли плату со всех и по повышенным тарифам.

– Все, мы можем отправляться в город! – крикнул Азель. – Спускайтесь по трапу.

– Наконец-то! Я уже устал ждать! – Гилем зарычал и только сделал рывок, как его поймали за рубаху. – Ай, ай, ай! Сейчас все пуговицы повылетают! Ты что удумал! Я не останусь здесь один!

– Да кто тебя здесь одного оставит? Бедствие ты наше, – рыкнул на него Редлай. – Ты совсем дурной – выходить в таком виде на улицу, в квартал людей?! Нам и без тебя проблем достаточно, а с тобой станет еще больше, – оборотень развернул его к себе и дал щелбан. – Стой смирно, иначе тебе конец.

– Да что происходит?! – возмутился Гилем, но, когда заметил в руках Редлая ленту и кусок ткани, испуганно прошептал: – Ты же не собираешься меня придушить за шутки? Я понимаю, что перегнул палку, но убери удавку, пожалуйста.

– Да какая удавка?! Стой ты, говорю же тебе, – пробурчал Редлай и перешел на шепот. – Посмотри на мои ноги, – он дернул лодыжкой в обуви и длинных штанах. – Если Мики сказал, что пиратам известно про уровни сил людей, стоит быть осторожными. Я и Кайл спокойно можем скрыть свои татуировки, но ты… Как мишень с татуировкой на лбу… Буквально, – Редлай завязал бандану на голове Гилема, а из ленты сделал некое подобие шарфа и поднял воротник его рубашки. – Вот теперь все прикрыто. Как же ты умудряешься с таким костром и искрой забывать о подобных мелочах?

– Потому что мой костер на самом деле – полотно событий, – серьезно ответил ему Гилем. – По ходу жизни любое существо с разумом так или иначе что-то забывает, это позволяет голове разгрузиться. Ты, например, не помнишь вкуса кролика на семнадцатый день жизни, – от его слов Редлай распахнул глаза. – А я помню, чем завтракал десять лун назад в конкретный день. И после обретения новых сил полотно событий превратилось в… расписной купол над головой. Мой костер позволил заполнить недостающую информацию уже не в моих знаниях, а чужих… – он дал шокированному оборотню ответный щелбан. – Так что да, я иногда теряю что-то… И вообще, прости меня за собачьи шутки. Я пытаюсь разрядить обстановку.

– Не за что извиняться. Я и правда гончая – пес. Но я все же могу связать тебя по рукам и ногам лианами и оставить висеть вниз головой, пока не передумаю, – равнодушно ответил Редлай. – Моего пламени хватит примерно на…

– Сто семнадцать часов… – с улыбкой ответил Гилем.

– А ты собираешься надевать рубашку? – спросил Айон у Кайла, скрестив руки на груди, и окинул его взглядом. – Выглядишь так, будто тебя хорошо поджарили на углях.

– Если бы я провел весь путь в каюте, то тоже остался бы бледнокожим и язвительным, Айон, – Кайл улыбнулся и взял рубашку, которую поднесла ему Риса. – Спасибо. Не представляю, как нам спасаться в этой жаре. Мы прибыли к заходу солнца, а ощущение, будто залезли на него сверху и заталкиваем в океан.

– Слеза второго материка усиливает свет солнца, поэтому тут намного жарче, чем где-либо, – пояснила Риса. – Придется непросто, будем надеяться на нашу выдержку. Надо будет хорошо подготовиться перед путешествием в глубь материка.

– Я даже не хочу представлять, насколько это будет изнурительно, – бросил Кайл и вытер пот со лба. – Как тебе температура? – обратился он к Айону.

– На самом деле я прекрасно себя чувствую. Лишь легкое недомогание, а так ничего смертельного. Думаю, это все результат проклятия. Я заметил, что могу ночью спать без одеяла, а значит, после острова произошли какие-то изменения. Хоть какие-то положительные моменты. – Принц решил больше не выяснять с Кайлом отношения.

– Вы там готовы?! – поинтересовался Азель, показывая пальцем, как уходили смотрители причала, – нам сказали, куда обращаться за ночлегом!

– Прекрасно! Теперь я могу идти? – спросил Гилем у Редлая, и тот толкнул его к трапу с легким рыком. – А нежнее можно?!

– Нет, – ледяным голосом ответил оборотень.

– Как же мне хочется угнать бриг и уплыть куда-нибудь на необитаемый остров… – прошептала Риса, и Илай посмотрел на нее встревоженно.

– Итак, какой у нас план? – спросила Сина, поглядывая на Азеля и Гилема.

– Сейчас мы пойдем в юго-восточную часть города. Большинство торговых сделок осуществляют люди. Напоминаю, на втором материке добывают и перерабатывают золото. Поэтому вся южная и юго-восточная части столицы принадлежат людям, а это огромная часть. Но и внутри территории людей есть кварталы, отведенные для жизни, другие – для работы, и еще одни – для развлечений. Тут все подчиняется строгой иерархии. Даже наша раса вынуждена следовать силе слезы второго материка. За нарушение границ тут убивают. Но если совсем уж честно, тут убивают за все. Верно, Мики?

– Хотелось бы мне поспорить с тобой… Но мои родители продали меня пиратам, чтобы выплатить залог для защиты от насекомых, – он пожал плечами и криво усмехнулся. – Не думаю, что они очень расстроились. Я их одиннадцатый ребенок, и у меня нет боевых способностей. А что делать с тем, кто слишком хилый для сражений, да еще и искра у него слабая? Видимо, только продавать.

– У тебя не слабая искра, Мики, ты способен блокировать воздействия других сил. Ты бы отлично служил матросом или в войсках нашего короля на первом материке. Тебе можно доверить информацию, и никто ее никогда из тебя не достанет. Удобно. Куда ты теперь пойдешь? – посочувствовала и попыталась его подбодрить Риса.

– Пока не знаю. Провожу вас до района среднего ранга и направлюсь к беднякам. Большинство из них спят на улице, и не у всех есть навес над головой, но там можно раздобыть воду, что главное, и заработать на еду. Насекомые редко являются туда. Иерархия. Да и нет им смысла убивать людей. Они должны убить десятки или сотни, чтобы поднять свой номер, – Мики пожал плечами, и все переглянулись. – Пойдемте. Тут идти полчаса. Вы взяли с собой еду и воду?

– Да, на пару дней еды хватит, – Гилем показал на Редлая с мешками. – У нас тут есть могучая рабочая сила.

– Согласно закону, каждые триста метров должны стоять колодцы с бесплатной чистой водой. Вы, наверно, слышали, что семьсот лун назад произошла настоящая бойня между людьми за воду, так как кому-то пришло в голову собирать сильнейшие искры и, как я понимаю сейчас, костры, чтобы оккупировать колодцы и продавать воду. Только в пустыне понимаешь цену воде. Пытаться на этом заработать ужасно… Даже насекомые не столь безжалостны. – Они пошли вдоль длинного деревянного моста причала. – Произошла междоусобная война. Теперь того, кто задумает захватить колодец, сразу отправляют на плаху.

– А ты неплохо подкован в истории! Насекомым не так сильно нужна вода, и едят они через раз. – поравнялся Гилем с Мики.

Редлай, несмотря на то, что был загружен вещами, вздохнул с облегчением. Наконец-то внимание неугомонного книгописца сконцентрируется на свободных ушах.

– Да, так и есть, – Мики покачал головой. – Однако есть поправка. Чем ближе насекомое к высшей ступени развития, тем больше похоже на человека, и, соответственно, приобретает особенности нашей расы. Они хотят чаще есть, пить и… Перестают сражаться. Точнее, как это сказать… Выше номера двадцатого я еще никого не видел. Обычно они уходят в пустыню.

Вся компания ступила на причал, который представлял собой огромный рынок. В основном здесь продавали морепродукты и все необходимое для выхода в океан. Айон снова не заметил ни одного насекомого и лишний раз убедился в правдивости слов Мики и Гилема. Строгая иерархия. На них время от времени смотрели странно, будто они вышли голыми. Но принц быстро догадался, что это связано с их одеждой и внешним видом. Кожа заметно белее, Азель, Риса и Редлай имели светлые волосы. Они выделялись на фоне остальных. Также Айону приходилось вспоминать уроки в королевском замке по истории и архитектуре столицы второго материка. Но вспомнил он лишь пару названий местной еды и все. Впрочем, недостаток знаний, когда рядом с тобой настоящая ходячая библиотека, не так уж страшен. Он и сам не такой дурак, как обзывал его Кайл, и уже обратил внимание на особое строение дорог. На первом материке они вымощены камнями, на тротуарах – мелкими, на основной дороге, для транспорта, – крупными. Здесь же все выполнено примерно так же, но вдобавок перемазано глиной.

– Какие интересные дороги… На наших на первом материке можно и ноги сломать, – прошептал Айон.

– Все здания и для насекомых, и для людей построены из песчаника и перемазаны желтой глиной. На втором материке очень ветрено, и часто случаются бури, но этот камень не выветривается и не рушится сотни лун. А желтая глина как грязь на первом материке – ее полно. Можно делать с ней что угодно, – Гилем показал пальцем на дорогу. – Тут вообще культ глины. Ее здесь сто цветов, и у каждой есть какая-то особенность. Например, розовая омолаживает кожу… А красная…

– Мы поняли-поняли, не заводись, – Риса похлопала его по плечу. – Упаси меня боги, слушать про все это.

– Когда вы первые отравитесь чем-то здесь, не надо приползать ко мне на коленях и ныть о спасении, – Гилем усмехнулся. – А Редлаю я запрещу вас лечить. Вот скрутит… Ох, посмеюсь я тогда.

– Сам не сдохни. Тебя тут разорвут за язык, – Азель фыркнул. – Нам куда дальше-то идти? Или прямо здесь, среди голубых осьминогов, спать? Если мне не изменяет память, нам вон в тот проулок, он ведет к жилому району.

– О, а ты здесь бывал? – спросил Мики.

– И не раз, – прошептал Азель и вжал голову в плечи.