Электронная библиотека » Геннадий Карпов » » онлайн чтение - страница 1


  • Текст добавлен: 26 апреля 2017, 17:39


Автор книги: Геннадий Карпов


Жанр: Научная фантастика, Фантастика


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Геннадий Карпов
Как выпивают Капитаны, или Игры мышки с кошкой

Бережно поднеся ко рту переполненную рюмочку знаменитого напитка, вдохнув его неповторимо странный аромат, Нэм Пэче внутренне собрался и осторожно, с опаской глотнул. На всякий случай только половину. И с облегчением, даже с некоторым разочарованием, удивился лёгкому вкусу легендарной афлисовки, приятно лёгшей на язык.

«Вкусно… Мягонькая…»

Он хотел допить и не успел, потому что в первый миг прохладная, ласковая и нежно пушистая, как котёнок, афлисовка вдруг заполыхала напалмом и преобразилась в свирепого безумного тигра. Жгучий пламень заполонил рот и жидкой лавой пролился в горло…

– а-аа-Ыыы…о-оы-ыы…

Пэче с позорной поспешностью отставил рюмку, хватанул пухлые дольки лимонла и бросил горстью в рот, быстро зажевал и смог-таки, наконец, вздохнуть – брызнувший сок притушил огонь и принёс облегчение. И вместе с облегчением пришла даже некая приятность… – своеобразное чувство, к которому определения «приятное» или «неприятное» не очень подходят. Чувство будто ты выгораешь изнутри, но выгораешь… нежно-нежно. Пламя уже не бушует, а ласкает. И всё мягче и мягче… Нежный огонь внутри…

Когда афлисовка выгорела, и пожар внутри затих, казалось, оставив после себя умиротворённое, приятно тлеющее пепелище, на котором возрождалась обновлённая жизнь, когда уже легко дышалось, Третий Заместитель отвлёкся от самочувствия собственной персоны и смог чётче взглянуть на Полномочного Посла, который в отличие от него опрокинул в себя всю рюмку афлисовки. Перемена была разительная, будто и не он только что категорично, жёстко спорил и был зло неуступчив. Полное морщинистое лицо Костолса подобрело, размякло, осветлённое улыбкой довольства. Прикрыв глаза, Посол наслаждался, вероятнее всего именно тем, что он так расхваливал перед принятием афлисовки: наступившим облегчением, сладкой свежестью кислинки долек лимонла, тающих во рту, и приятным теплом, охватившим горло и разливающимся в груди.

«Настоящий Капитан!» – не мог не восхититься Нэм Пэче и тут же подумал, что другим, – не таковым, и не может быть Почётный Гранд-Капитан Космофлота.

И ещё Нэм подумал, что гостевая комната апартаментов Полномочного Посла, наверное, специально была предназначена для наслаждения мелкими радостями жизни. В ней царил слабый полумрак. Свет, исходивший от светильников в углах комнаты, был неярок, мягок, желто-оранжев. Тихо-тихо лилась музыка.

Сиделось хорошо. Чересчур хорошо. Большие округлые кресла-гнезда затягивали – можно было запросто утонуть и размякнуть в их глубине. Нэму на протяжении всего разговора приходилось «воевать» на два фронта: спорить с Послом и бороться с креслом. И там и тут безрезультатно.

Посол всё ещё был в эйфории. Нэм перестал сопротивляться комфорту кресла – и ему тоже стало очень даже неплохо. Появившаяся туманная лёгкость в голове, тепло в груди и музыка убаюкивали. Уют обволакивал. Казалось, им дышала вся обстановка комнаты: мебель тёмных оттенков, два пышно разросшихся куста крупнолистых растений, подсвеченный изнутри аквариум и ещё три свободных обширнейших кресла-гнезда, в одном из которых спало нечто, выглядевшее как комок пушистой шерсти с торчащим ухом. Даже пустые экраны компов и реавизора не ломали уюта. Посол, одетый в простой пижамный костюм в полоску, выглядел также как-то очень по-домашнему уютно, органично вписываясь в антураж комнаты.

Усмехнувшись, Нэм подумал, что он сам в чёрно-зелёном рабочем мундире офицера Подразделения, вряд ли может сейчас внушать мысли об уюте. Скорее наоборот – способствовать дискомфорту. Но у него есть оправдание: он собирался встретиться с Послом, чтобы получить официальное разрешение на проведение спецмероприятий, а приглашение на рюмочку-другую афлисовки застало его врасплох. И, к тому же, прежде ему не приходилось бывать в личных покоях Посла.

Посол приоткрыл глаза, встретился с взглядом Нэма, хитро улыбнулся и спросил:

– Ну, как вам моя афлисовка? Ещё одну рюмочку?

Нэм, вдруг, с удивлением понявший, что никак не может совладать ни с горлом, ни с языком, в отчаянии замахал руками и замотал головой.

– Не отказывайтесь, Пэче. Самое лучшее впереди.

Нэм, наконец, ценой невероятного напряжения, обрёл дар речи:

– Н-не-е-ет!.. П-пока нет… Вы же видите, Костолс, я ещё не до конца отошёл… Дайте хотя бы отдышаться. И, к тому же, я ещё хочу поспорить. А два таких аргумента подряд, и я соглашусь со всем, что вы мне скажете.

– Х-хм, молодец, уловили… Вот в том-то и дело, а вы ещё спорите… Не-е-эт, дорогой, опыт, если не всё, то очень многое! Если кумулятивность аргументов слаба, и оппонента никак нельзя разбить лобовыми атаками, значит, нужно его обойти, ослабить… Или найти убийственно-кумулятивные аргументы… Я вам всё-таки налью, Пэче… И себе тоже – спорить будем на равных.

Костолс Афлис взял графин, бережно подлил афлисовки в рюмку Нэма Пэче и так же до краёв наполнил драгоценной жидкостью свою рюмку.

– Дорогой мой Заместитель, я советую вам заранее взять побольше лимонла, так как сейчас будет тост, за который грех не выпить до дна. Ну, не морщитесь, не морщитесь – это как раз то расслабление, за которое вы только что ратовали. Тут я с вами абсолютно согласен – не расслабляясь, мы себя сжигаем. Жжём нервы, здоровье, теряем годы жизни. Иногда ни за что, за пшики!.. Но! – Костолс поднял указательный палец. – Чем меньше мы расслабляемся, тем удачливее наша карьера, выше общественный статус. И… вообще, чем серьёзнее, целенаправленнее мы, тем больших успехов достигаем. Пусть даже в дутом, бюрократическом понимании этих успехов. Вот я… Да будь я… Мне бы постыдились предложить… Ладно, не будем… Пэче, берите рюмку.

С содроганием глядя на выпуклую мерцающую поверхность переполненной рюмки, Нэм осторожно поднял сей сосуд и приготовился к повторному внутреннему самосожжению.

– Выпьем за то, чтобы и наша слабость стала нашей силой, за конечный успех нашего безнадёжнейшего дела!!!

Нэм резко вздохнул, поднял и в нерешительности задержал рюмку у рта. Костолс тоже остановился: взгляд Полномочного Посла стал осуждающим и неумолимо-требовательным.

И Третий Заместитель ухнул в себя порцию жидкого ужаса, сгорел и обуглился… Зато как хорошо было потом! – обновленным, согретым, обласканным возвратиться в лоно сияющей жизни. Сияние было так велико, что в нём утонуло всё третьестепенное и многое стало зыбким, неясным и неважным. И от этого сделалось проще, приятнее, счастливее.

Костолс, который вышел из эйфории много раньше, дождался появления осмысленности во взгляде своего Третьего Заместителя и, продолжая спор, заявил:

– Пэче, вы меня не убедили. На всё, что вы ссылаетесь, можно взглянуть и по-другому. Совершенно по-другому! Я остаюсь при своём мнении и продолжаю утверждать: идея подобной комплектации ущербна в самой своей сути!

Нэм Пэче никак не реагировал, и Посол возмущённо продолжил:

– Это же надо! – послать в ответственейшую экспедицию толпу дилетантов и невежд! Послать их вместо опытных космолётчиков, вместо известнейших учёных и специалистов… Это нонсенс! И всё потому, что они умеют нечто этакое, чудесное… Да?!.. Идиотизм! Я уж не говорю об этих друзьях-животных…

– Н-нет-т, г-говорит-те! – заплетающимся языком возразил Нэм.

– И буду говорить! Ещё бы об этом не говорить! Не экспедиция, а цирк какой-то! И я, Костолс Афлис, во главе его! Кошмар!.. Ладно, ладно, не говорите мне, что я лишь номинально глава экспедиции – я сам это знаю. Но всё равно…

Расстроившись, Костолс машинально плеснул себе в рюмку афлисовки и, когда хотел налить Пэче, наткнулся на его ладонь, закрывшую рюмку.

– Н-не т-так б-быстро. Д-давайте ч-чуть п-погодя.

– Хорошо, но тогда, Заместитель, отвечайте! Почему?!.. Почему девять десятых состава ответственейшей экспедиции циркачи? Мы, что, едем давать увеселительные представления? Мы собираемся развлекать и удивлять иерархов?

– Т-точно, удивлять. А ч-что н-нам остаётся делать? Давайте вспомним: первые три экспедиции были именно такими, какой вы хотели бы видеть и нашу, четвёртую…

– Третья тоже уже была наполовину балаганом…

– Её-то иерархи больше всего и испугались!

– Да?! Вы так думаете? – иронически спросил Костолс и опрокинул в себя рюмку афлисовки.

Нэма передёрнуло, а Костолс даже не стал закусывать, лишь, блаженно морщась, занюхал лимонлом выпитую стопочку. Нэм подождал и, когда Посол, отложив надломленную дольку лимонла, открыл глаза, продолжил:

– Итак, Первая экспедиция… Нет, не просто экспедиция, а целый Комплекс Мероприятий, получивший название «Натиск звёзд», в результате которого мы таки заставили иерархов открыться и пойти на серьёзный контакт, и… Хотя… Вернее всего, им просто надоело играть с нами в кошки-мышки, потому что, как вдруг выяснилось, они, в отличие от нас, не знающих о них практически ничего, знают о нас всё. Всё! Абсолютно всё!!! Чёрт знает, откуда и как, но знают! Увы… Главным результатом Первой экспедиции стало именно это знание абсолютной осведомлённости иерархов о нас.

Вторая экспедиция, второй «Натиск звёзд»: нас покатали по галактикам, кое-что показали, чтобы стало ясно кто мышка, а кто кошка. И при этом кошка никак не раскрылась, не показалась во всей своей хищной красе, опять оставшись таинственно-непонятной. И мы поняли, что нам ничего не собираются ни объяснять, ни раскрывать даже минимально, хотя бы из вежливости, если таковая есть у иерархов.

Третья экспедиция, третий «Натиск звёзд»: мышка решила схитрить, чтобы побольше узнать о кошке – и кошка показала, что не собирается особо церемониться с хитрой мышкой. Стало ясно, что кошка не только сильнее и умнее мышки, но и не страдает добротой. Три корабля посольской миссии вдруг пропали. Сразу и беспричинно. Правда, потом один корабль иерархи «нашли» и передали нам. Пустой корабль без людей. Куда пропали два других корабля и все люди – осталось загадкой. Пугающей загадкой. Как могло случиться, что сверхзащищённые, мощно вооружённые новейшие суперкорабли, с которыми постоянно поддерживалась связь, мгновенно исчезли и даже не смогли послать сигнала тревоги?! Как это могло произойти?! Мы не знаем. Иерархи молчат.

Четвёртая экспедиция – наша: предполагается, что кошка должна ещё определённее показать мышке, что страшнее кошки зверя нет. Вопрос: что делать мышке, то есть нам?

– Ну, уж, во всяком случае, не танцевать перед кошкой на задних лапках!

– А почему бы и нет, если это поможет сбить её с толку или, быть может, даже загипнотизировать?! А если при этом станется возможным узнать её слабые стороны, то ради этого можно всё!

– Пэче, опуститесь на землю. Какой гипноз?! Мы говорим о мышке или о змее, гипнотизирующей свою жертву? И кто тут жертва?! Раз уж мы согласились считать себя мышкой, а иерархов кошкой, то и подходить к этой ситуации надо серьёзнее, а не как в детской мультипликации, где гоняющийся за мышкой бедняга-кот получает все тумаки. В жизни мышка для кошки в лучшем случае забава. Обычно она то, что надо поймать, задавить и съесть. Что делать мышке?! Бежать надо! Прятаться, плодиться, перерастать в крыс и отращивать зубы и когти, чтобы потом, если и не растерзать кошку, то хотя бы потрепать её и отогнать напором и количеством.

– Не согласен. Как бы мышки ни плодились и ни отращивали себе коготки и зубки, они остаются мышками, а кошки для них кошками. А вот если мышка покажется вдруг странной, невероятной, быть может, даже и не мышкой вовсе, а щенком, который из-за кошачьих обид может вырасти в пса-кошкодава, то, возможно, кошка и придержит свои хищные инстинкты, и поведёт себя повежливее с мышкой.

– Дорогая мышка, в ваших рассуждениях есть два серьёзнейших прокола. Первый: чересчур уж много знает кошка о мышке, чтобы та могла притвориться будущим крутым кошкодавом. Второй: не дай бог маленькой мышке показаться будущим кошкодавом – кошка ведь может решить побыстрей, пока это возможно, расправиться с ней, чтобы избавить себя в будущем от проблем. Вот, так вот получается – и никак иначе… Пэче, этим разговором и сравнением человечества с обречённой мышкой вы меня расстроили. Мне до слёз жалко бедненькую мышку – у неё, дуры, нет ни одного шанса на спасение. Давайте выпьем моей фирменной отравы – за бедных, но гордых мышек!

Костолс, верно, решил отравиться всерьёз, потому, как взамен спрятанных рюмок, вытащил из стола хрустальные стаканчики объёмом раза в три поболее.

– Кстати, Костолс, странная мышка может показаться и ядовитой, съев которую кошка рискует околеть сама. Ядовитость это далеко не всегда то, что вот так сразу ясно, и бросается в глаза – тут и всезнание кошки о повадках мышки может не помочь. Что хорошо одному хищнику, погибельно для другого. Согласны?

– Да, дурная мышь, которая упорно сама лезет в пасть, способна пугануть и ввести кошку в оторопь. Может, всё может быть… Кошка может испугаться, отравиться психованной мышью или заразиться от неё, но может и машинально проглотить или задавить, но не съесть… В любом случае кошка точно переживёт мышку и у неё есть хоть какие-то перспективы, в отличие от бедной мышки, которая может как угодно пыжиться, но…

Отвечая, Посол одновременно сноровисто надрезал кожуру лимонлов, а потом разрывал их на дольки.

– Дорогой Заместитель, давайте больше не будем сравнивать нас с обречённой мышью, а то от жалости к ней я скоро п-пи-и-ищ-щать начну…

Глядя на торжественные приготовления Костолса, на солидно поднявшуюся горку долек лимонла, на таинственную синюю бутылочку, появившуюся рядом с графином с афлисовкой, Нэм Пэче понял, что его «афлисовское» поражение в диспуте с Послом уже близко.

– Хорошо, давайте примем более лестную для нас модель: сравним себя с охотниками, которые, наткнувшись на следы невиданного зверя, стали его преследовать…

– Жаль только, что среди них нет бывалых, опытных охотников, а сплошь чайники и клоуны.

– Опять вы за своё, Костолс! Как вас убедить?!.. Хотя… Вот вроде бы вы и против принципов комплектования нашей посольской миссии, а сами, во время нашего разговора, уже дважды косвенно подтверждали правильность этих принципов.

– Я?! Когда? – изумился Посол и даже прекратил разливать в стаканчики афлисовку. – Нет, дорогой Пэче, вы ошибаетесь.

– Вначале вы заявили, что лучшие космолётчики именно те, кто в нужное время, в пределах разумного умеет хорошо расслабляться и веселиться на всю катушку. Кстати, такое же мнение бытует об агентах и степеньдиатах в Безопасности и в Подразделении. Расслабление нужно для… это как… – Нэм запнулся, выбирая выражение поточнее и поёмче, – …это как разбег перед прыжком действия с высшим напряжением отдачи и собранности… Я прав?

Костолс Афлис кивнул:

– Невразумительно, но, по сути правильно. Давай дальше.

– Дальше вы посетовали, что расслабляться вредно – карьера менее успешна, общественный статус повышается хуже и медленнее. И ещё вы согласились со мной, что неумение или нежелание расслабляться сжигает изнутри – сгорают нервы, здоровье и годы жизни. Вывод: чем выше статус, тем меньше силы и возможности. И значит, если бы миссию комплектовали по‑вашему, ориентируясь только на признанные заслуги и опыт, звания и чины, то опыта и непоколебимых убеждений было бы предостаточно, а вот силы и гибкости маловато. Но ординарные опыт и знания в стычке с новым и неведомым могут оказаться не только бесполезным, но и отягощающим грузом, а значит, впереди лишь мрак беспросветных перспектив.

– Пэче, вы хотите сказать, что сейчас у нас радужные перспективы?!

– Не беспросветные! Посол, но согласитесь же вы, наконец, что при встрече с грозным Неведомым суммарный общественный статус является ничего не значащим пшиком. Полк из престарелых фельдмаршалов это лишь кладезь мудрости, опыта и немощи, а полк из рядовых, но молодых и сильных солдат – ударная сила.

– Без фельдмаршала этот полк будет разгульной толпой!

– Так есть же у нас фельдмаршалы! – Нэм Пэче, всплеснув, указал обеими руками на Костолса. – И офицеры есть, – Третий Заместитель ткнул себя в грудь. – Но не на них сейчас ставка, хотя, конечно, от их ума, опыта, знаний и умения организовывать зависит многое.

– Да, ставка у нас на цирк! На гипнотизёров, жонглёров и фокусников, на дрессированных малоразумных животных! Хорошо хоть не на диких!

– Ну, зачем вы утрируете, Костолс?! Поймите, все наши прежние козыри биты, мы в шаге от падения. Мы вынуждены достать из рукавов джокеры. И эти джокеры наши степеньдиаты. И ничего не зная об иерархах, мы не знаем точно, какие именно сверхкачества степеньдиатов понадобятся и станут джокерными. Поэтому мы привлекли много степеньдиатов с низкими степенями сверхкачеств. Отсюда, как вы называете, цирк.

– Пэче, зачем вытряхивать джокеры из рукавов в середине партии, почти в начале. Мы же столкнулись с иерархами сравнительно недавно. И партия только началась. Не все козыри ещё биты. И биты ли? И партий может быть множество. А шулеров бьют. И как бьют! И не допускают потом к игре.

– Да, риск есть, зато каков выигрыш! Да и не шулерство это и не блеф, и не обман. Есть, реально есть у человечества, у людей, у нашей команды наличие громадного количества экстрасенсорных сверхвозможностей и развитых суперкачеств. И они могут… нет… они должны быть использованы на высшем пределе и с максимальной отдачей. И тогда они станут джокерами.

– Станут ли? – Посол иронически улыбнулся. – Может быть, у иерархов иные правила игры и другие джокеры?

– Станут! Так было всегда, начиная с доисторических времён. И даже раньше: с легендарных, с чуть ли не со сказочных времён. Всегда сверхвозможности и суперкачества помогали людям побеждать, когда они шли бороться со всевозможными злыми монстрами и сверхсуществами, или всякими там разными запредельными силами. Легенды и мифы тому подтверждение! Заметьте, исторические мифы и легенды! Это, не принимая во внимание сказки. А уж этих вообще тьма!

Костолс подвинул один из стаканчиков с афлисовкой поближе к Нэму, посоветовал ему обратить на стаканчик внимание и сказал:

– Сказки, сказочные времена… Дорогой мой Третий Заместитель, по-моему, вы выдохлись – вы пошли по второму кругу. Сказки стали в качестве аргументов выдвигать…

Посол невесело улыбнулся:

– Для полноты набора вам ещё осталось фантастику помянуть…

Он грустно вздохнул:

– Я уже давно знаю на кого сделали ставку, знаю, кто будет осуществлять нынешний четвёртый «Натиск звёзд». Но, я до сих пор не понял: ПОЧЕМУ? А вы мне это убедительно разъяснить не можете. Мне непонятно, почему знания и бесценный опыт отходят на второй план, а вперёд выносятся суперкачества, которые с успехом и много продуктивнее может заменить техника. Ну, НЕ ПОНИМАЮ я этого, и НЕ СОГЛАСЕН я с этим!

В подтверждение своей правоты вы ссылаетесь на сказки и мифы, и я, в пику вам, расскажу древнюю притчу об охотниках-оптимистах, которая, по-моему, точно отражает наше нынешнее положение. Да, расскажу и ещё спрошу, но… только после того, как мы выпьем. Выпьем за бедных, но гордых мышек и за самонадеянных охотников. Пусть им повезёт! Вам капнуть из бутылочки?

– А что это? – с опаской поинтересовался Нэм.

– Анестезит, действует мгновенно. Вначале избавляет от шока, а потом вместе с афлисовкой создаёт непередаваемый, слова тут бесполезны, эффект долгого пожара: то затухающего, то вновь разгорающегося. Советую – ощутите симфонию внутреннего аутодафе и получите незабываемые впечатления! И к тому же анестезит сбережёт голову – в конце она будет ясной – и вы меня ещё послушаете, дорогой Пэче, а быть может, ещё сумеете и поспорить.

– Наливайте!!

– Пэче, из вас получится космолётчик! Настоящий космолётчик. Может даже Гранд-Капитан! Конечно, если вы доживёте хотя бы до половины моих лет. Я надеюсь, что доживёте…

На этот раз после тоста Нэм не стал задерживаться, а побыстрее, пока бурно растущие сомнения не задавили лихую решимость, опрокинул в себя стаканчик и, не задерживая во рту, сразу проглотил коктейль. Язык и нёбо мгновенно онемели, горло стало бесчувственной трубой, а живот превратился в морозную пещеру, прошитую ледяными сталактитами. Кристальное светло-ледяное бесчувствие захватило мозг, обрубило все чувства, мысли, оставив только нерегулируемое зрение и ощущение очищающего холода внутри и слепящей яркости вокруг. А потом во рту, горле, животе заполыхал напалм…

Когда острота ощущений пропала, а разум прояснился, Нэм засмущался – он никогда не считал себя мазохистом. Но если это не мазохизм, то как же иначе назвать полученное им удовольствие от тех далеко не приятных чувств, которые возникли в борьбе льда анестезита и огня афлисовки?

Чуть насмешливый внимательный взгляд бесцветных глаз Посла ещё больше смутил Нэма. Он попытался расправить плечи, поприличней усесться в кресле и спросить: на всех ли так действует коктейль из анестезита и афлисовки, но не сумел – тело не слушалось, а любое напряжение тут же мутило разум. Да и не хотелось ничего делать – было приятно и покойно именно так, когда ленное тело отделялось от блаженно парившего разума.

– Не дёргайтесь, Пэче. Наслаждайтесь покоем. Вы молодец – быстро очухались. Пока вы можете только слушать, я расскажу вам обещанную притчу про охотников‑оптимистов. Но сразу сознаюсь, я её несколько переиначу, чтобы яснее была аналогия между мышками и самонадеянными охотниками, которые наткнулись на следы невиданного зверя и бросились за ним. В оригинальной версии притчи хищный зверь, которого ловили охотники, был достаточно известен, и повадки его не были тайной. Итак, слушайте.

Самонадеянные, круто вооружённые – с кольями и дубинами наперевес, охотники‑оптимисты побежали по следу невиданного зверюги. Гонялись они за ним, гонялись и догнали. И первый охотник, увидевший зверюгу, радостно закричал, что нашёл зверя и схватил его. Бросился ему на помощь второй. И третий к ним присоединился, и все вместе они кричали, что держат зверя и звали четвёртого. А тот, не дурак, не спешил, искал полянку, где зверюгу будет удобно разделывать и, главное, потом можно спокойно поделить его шкуру и мясо. И орёт он, тем троим, чтобы не спешили они делить шкуру, а тащили зверя к нему, на найденную им поляну. Не можем – отвечают первые трое охотников – он нас не пускает. А вы постарайтесь, напрягите силы, покажите сноровку – поучает четвёртый. А ты не ленись, помоги – продолжали просить трое, а потом замолчали и вообще перестали откликаться.

Костолс Афлис печально улыбнулся:

– Что делать четвёртому охотнику? Остаться на месте и ждать? Но не глупо ли это? Броситься на помощь и разделить судьбу троих? А умно ли это? Бросить товарищей и бежать спасаться? Ясно, что это подло… Вопрос: есть ли умный, честный выход из этого положения? Думайте, думайте, а я пока достану другой графинчик с афлисовкой. Если найдёте выход, про который нельзя будет сказать, что он подл, глуп или отчаянно безнадёжен, я признаю своё поражение и неправоту по всем пунктам нашей дискуссии. А если затруднитесь – можете не отвечать.

Посол поставил на столик графинчик поменьше первого и, кряхтя, опустился в кресло, посмотрел на Нэма, и его глаза вновь заискрились хитринкой:

– Не беспокойтесь, Пэче, – всё будет хорошо. Разговор мы уже, можно сказать, завершили. Я думаю, у нас ничья. И я не возражаю против вашего предложения провести эскадренную олимпиаду. Думаю, правильней будет назвать её эскадриадой. Я согласен и на другие параллельные мероприятия – они действительно должны занять людей и помогут им снять напряжение, накопившееся за эти декады пути. И всё это будет очень и очень в духе нашей экспедиции – вы тут верно угадали. Все будут одновременно и участниками и зрителями спортивно-циркового представления. – Костолс засмеялся. – Но, при всём том, с афлисовкой это не сравнится! Поэтому сейчас мы ещё разок глобально тяпнем, и я вас уверяю: потом вы ещё очень долго не сможете расслабиться так кардинально.

– А стоит ли? – Нэм сам удивился своему осипшему голосу. – Мне, кажется, хватит…

– Стоит ли?! – голос Посла зазвучал неожиданно жестко, а взгляд сощурившихся глаз стал холодным. – Это надо решать заранее, до первого шага, а уж затем…

Костолс помолчал и уже мягче добавил:

– Помните, я вам говорил, что нет смысла начинать, если нет куража пройти хотя бы начальныеи этапы. Я уж не говорю про все этапы. Я ведь вас заранее предупреждал… Вы сами, захотев по-настоящему вкусить афлисовки, настояли на её ПОЛНОМ опробывании. Вы безоговорочно согласились пройти все начальные этапы… Что же теперь?..

– Но я же не знал, что будет такое… – Нэм замолчал, подбирая определение повыразительнее, – лавинообразное нарастание ощущений. Это даже не ощущения, это… это…

– А мы все, несясь к границам Иерархии, знаем, что будет дальше? И разве не лавинообразно растёт напряжение в наших отношениях с иерархами?! Может быть, нам всем стоит вовремя остановиться и повернуть назад?

– Наливайте, Костолс! Вы мудры и хитры, как… как чёрт… как космолётчик… Вы даже в меня внедрили червя сомнения! Повернуть… значит, согласиться… значит, признать… Нет, давайте, травите…

– Дорогой Пэче, виноват, сознаюсь, – я заразен, – лицо Костолса опять засветилось благодушием. – Эти вредные черви сомнения во мне так и кишат. И грызут, и грызут… Каюсь, но я рад поделиться с вами хоть одним из них. Могу ещё. Вот выпьем, и – пожалуйста! Хотите?..

Разговаривая, Посол неторопливо, но как-то очень ловко подготавливал всё для нового этапа дегустации афлисовки и мимоходом благожелательно посоветовал:

– Пожуйте, пожуйте ещё лимонла, Пэче. Сок просто чудодейственен – он поможет вам быстрее восстановиться.

– Для чего? – скорбно спросил Нэм, обречено глядя на столик, где уже стояли два фигурных бокала заполненные афлисовкой. Бокалы были минимум в два раза вместительнее стаканчиков. Поверх афлисовки плавал тонкий синеватый слой анестезита. Рядом с бутылкой с анестезитом, появилась другая бутылочка из фарфора и рюмочки-напёрстки.

Пожелай Нэм сейчас встать и уйти, то не смог бы это сделать – афлисовка сильно ударила по ногам: они, казалось, существовали отдельно и не слушались.

– Для дальнейшего, дорогой, – Посол наполнял рюмочки странным желе из фарфоровой бутылочки. – Для всего дальнейшего… Для жизни и движения вперёд.

Серовато-зеленое полупрозрачное желе бугрилось комочками, внутри были заметны тончайшие белесые нити‑обрывки, которые, вроде, даже как шевелились. Выглядело желе неприятно. Очень даже. И крайне неаппетитно.

«Может, действительно стоит остановиться?» – отстранено подумал Нэм Пэче и… остро, с сожалением, пронзительно ясно понял, что нет – уже нельзя.

Костолс протянул Третьему Заместителю рюмочку-напёрсток со странным желе и сам первый выпил из своей рюмочки. Нэм нехотя последовал его примеру и удивился… На вкус непонятно что, вроде ничего особенного, только малость щиплет и чуть солоновато. Не сказать, чтобы приятно, но… В общем, не всё так плохо как казалось.

– Сейчас вы почувствуете воздействие стимулятора, Пэче. За три минуты он вас преобразит – вы ощутите небывалый подъём сил. А потом мы выпьем афлисовки и… Вы ощущали себя когда-нибудь вулканом? Нет? Испытаете! Это на грани жизни и смерти. Поэтому… так на всякий случай, наденьте на шею вот этот спас. Если возникнут какие-либо осложнения, он реанимирует вас и, пока по его сигналу не придет помощь, будет поддерживать в вас жизнь… Пэче…

Посол укоризненно закачал головой:

– Пэче, вы побледнели… До-оро-о-го-ой Пэче, я вас уверяю, ещё никто не умер от выпивки со мной. Смотрите, я и на себя надеваю точно такой же спас.

Нэм выпрямился – действие стимулятора уже сказывалось, но он этого не замечал: теперь он понимал, почему никто не хвастался, что дважды выпивал с Костолсом по полной программе, и почему Грим Алм уклонился от совместного похода к Послу, хотя и восторгался афлисовкой.

– Костолс, а эти спасы спасали кого-нибудь?

У Посла вдруг что-то зачесалось за ухом. Почёсывая шею, он отвернулся, вроде что-то высматривая позади себя. Непонятно что. Прячет смущение или… сдерживает смех. Для Третьего Заместителя оба эти предположения были неприятны.

Кажется, Костолс не смеялся. Нэм Пэче на это надеялся. Со спасом в руках он терпеливо ждал ответа. Наконец Посол повернулся, поднял на него глаза и, тут же отведя их, уклончиво, не вдаваясь в подробности, ответил:

– Спасали, было дело… Надёжнейшая модель. Меня вот два раза вытаскивали, – потом Костолс взглянул в глаза Пэче, широко распахнул свои и, глядя прямо честным взором, успокоил своего Заместителя. – Всё всегда кончалось благополучно, Пэче. Всегда. Слабые отсеиваются на первых трёх этапах.

Нэм с тоскливой обреченностью вздохнул и, обдумывая, как это «слабые отсеиваются» и что значит «благополучно», надел спас на шею.

Костолс безобидно рассмеялся:

– Из вас определённо получится настоящий космолётчик. Возможно как-нибудь потом, после успешного завершения этой миссии, мы с вами дойдём и до пятой стадии опробования афлисовки! Лично я на это надеюсь. Смотрите, вы уже порозовели – стимулятор мобилизовал ваш организм, и вы уже готовы к приятию – так я называю процесс этого жутко приятного пития.

– Действительно – жуткого…

– Не напрягайтесь Пэче, я вас уверяю, в конце концов, вам будет приятно! Возвращение к жизни не может быть неприятным!

Посол взял в руки бокал, подождал, пока это сделает Нэм, и сказал:

– Все предыдущие тосты были от меня, и я думаю, что теперь настала ваша очередь, Пэче. Выскажитесь, мне кажется, сейчас у вас должно получиться.

Малость стушевавшийся Нэм обрадовался предложению Посла – можно было чуть-чуть оттянуть жуткое «приятие». Он задумался…

– Пэче, неужели так трудно придумать тост?

– Нет, он уже у меня есть. Но я всё думаю об охотниках. Действительно хреновое положение и, главное, непонятно, что делать четвёртому – нет разумного выхода из этой дикой ситуации. Как бы он ни поступил: храбро, трусливо, хитро, шкурно – всё может оказаться глупым и кончиться худо. Но, наверное, глупее всего было бы пассивное ожидание: сидеть и ждать, что там станется…

– Не обязательно, не обязательно, дорогой Пэче. Часто ведь преследуют только тех, кто убегает. И не всегда бездействие худший из вариантов.

– Нет, в данной ситуации, мне кажется, это будет наиболее глупым поведением. Любое действие лучше, как бы плохо оно ни закончилось – нет худа без добра… Взять хотя бы тех же иерархов…

Нэм поставил свой бокал на стол и попросил:

– Посол, отставьте, пожалуйста, на время ваш бокал. На меня, вот напоследок, нашло вдохновение, наверное, ваш стимулятор хорошо подействовал, и я хочу разразиться достаточно долгой преамбулой к тосту, и одновременно это будет моим последним доводом в нашей дискуссии. Извините, неймётся.

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> 1

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации