![](/books_files/covers/thumbs_240/izrailskiy-uzel-istoriya-strany-istoriya-protivostoyaniya-80885.jpg)
Автор книги: Григорий Трестман
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
8. Виртуальный диалог
Я не люблю тавтологий и стараюсь прибегать к ним в крайних случаях. Но тут у меня положение безвыходное. Никому ведь, скажем, не придет в голову назвать тавтологией молитву, несмотря на то, что некоторые из молитв верующие люди повторяют несколько раз в день. Молитва от повторения становится только прозрачней и глубже. А если молитва и история сливаются воедино? Если история становится молитвой, а молитва историей? И если обе они неотделимы от земли, на которой возникли? И если из-за этого триединства еврей испытывает трепет?
Помните 137-й псалом Давида?
«Если я забуду тебя, Иерусалим, забудь меня, десница моя. Присохни, язык мой, к гортани моей, если не буду помнить тебя, если не поставлю Иерусалим во главе веселья моего».
Кстати, буквально несколько дней назад исламские фундаменталисты выпустили в свет «Новое открытие арабской науки»: оказывается, 137-й псалом на самом деле принадлежит крестоносцам и был беспардонно присвоен еврейским народом. На этот раз наши оппоненты превзошли себя: израильский Институт наблюдения за палестинской прессой Palestinian Media Watch опубликовал отрывок из телепередачи PA TV (Fatah), в которой палестинский профессор Хайел Сандуга настаивает на том, что известные всему миру слова «были сказаны первоначально франкским правителем Акко перед отъездом в Европу». Евреи, по его мнению, «присвоили себе фразу и фальсифицировали ее в угоду сионизму». Арабы так ослеплены ненавистью и нежеланием признать связь еврейского народа с Иерусалимом, что они даже не обратили внимания на то, что в первой строке этого псалма говорится о сидении на реках Вавилонских, а вовсе не в крепости крестоносцев в Акко. 137-й псалом, повествующий о разрушении Первого храма, входит в еврейскую литургию уже две с половиной тысячи лет. Он имеется в самой древней рукописи Книги псалмов, которая датируется 175–164 гг. до н. э. Эта книга, вместе с другими книгами Танаха, – одна из основ западной цивилизации. Псалмы служили европейцам букварем в течение полутора тысячелетий. Поэтому подобные «научные открытия» могут вызвать в христианском мире только неприязнь и смех…
Как часто, говоря о еврейской истории, мы употребляем «если бы», несмотря на то, что история, по известному мнению, не знает сослагательных наклонений. Еврейская история – особая, в ней может поместиться любая версия, но если ты будешь чуток к слову, то различишь, как правда живой речи выталкивает из себя весь мусор ложных событий. Язык и история взаимоочищаются друг другом.
Правомочно задать вопрос: если бы евреи не возвращались в Израиль – была бы или нет жизнь на этой земле?
Я убежден, что жизни в Эрец-Исраэль не было бы.
Эту главу я поначалу назвал «уроком повторения». И на этот урок пригласил Джозефа Фару – известного редактора и специалиста по вопросам Ближнего Востока, араба, который получил блестящее западное образование и живет в Америке. Несмотря на «виртуальность» приглашения, я полагаю, что собеседник исчерпывающе ответит на все вопросы и – для укрепления материала – повторит для нас свой «Краткий курс истории».
– Джозеф, чья нация моложе на Земле Израиля – «палестинцы» или евреи?
Д. Ф. Израиль стал нацией за две тысячи лет до возникновения ислама. Арабские жители Страны Израиля стали идентифицировать себя как часть палестинского народа после тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года – два десятилетия спустя после создания современного Государства Израиль. Со времени завоевания Ханаана в двенадцатом веке до нашей эры евреи владели ею на протяжении тысячи лет и постоянно жили в этой стране последние три тысячи триста лет.
– Было ли когда-нибудь на этой земле Палестинское государство со столицей Иерусалим?
Д. Ф. Единственное арабское государство, образовавшееся на этой земле в результате арабского завоевания в шестьсот тридцать пятом году, просуществовало всего двадцать два года. Более трех тысяч трехсот лет Иерусалим был еврейской столицей, но никогда не был столицей какого-либо арабского или мусульманского государственного образования. Даже во время оккупации Иерусалима иорданцами они не сделали его своей столицей и ни один арабский лидер не посетил его.
– Что же доказывает святость Иерусалима для евреев, и кто сделал его столицей?
Д. Ф. Иерусалим более семисот раз упоминается в Танахе, священном еврейском писании.
Иерусалим ни разу не упомянут в Коране.
Царь Давид сделал Иерусалим своей столицей.
Мухаммад никогда не посещал Иерусалим.
Евреи молятся, обратившись лицом к Иерусалиму.
Мусульмане молятся, обратившись лицом к Мекке.
– Как отреагировали арабы Эрец-Исраэль на создание государства Израиль?
Д. Ф. В тысяча девятьсот сорок восьмом году арабские лидеры призывали арабов покинуть Израиль, обещая им очистить землю от евреев. Шестьдесят девять процентов беженцев оставили Израиль, так и не увидев ни одного израильского солдата.
– А как себя чувствовали в это время евреи в арабских странах?
Д. Ф. Еврейские беженцы были вынуждены спасаться из арабских стран в результате жестокого обращения, преследований и погромов.
– Сколько беженцев было с обеих сторон?
Д. Ф. Количество арабских беженцев, оставивших Израиль в тысяча девятьсот сорок восьмом году, оценивается приблизительно в шестьсот тридцать тысяч человек. Количество еврейских беженцев, оставивших арабские страны, оценивается приблизительно тем же числом.
– Вот, казалось бы, и квиты – баш на баш.
Д. Ф. Арабские беженцы намеренно не были интегрированы в тех арабских странах, в которых оказались, несмотря на их обширные территории. Из ста миллионов человек, ставших беженцами со времени Второй мировой войны, они являются единственной в мире группой, которая не была абсорбирована или интегрирована в странах проживания собственного народа.
Еврейские беженцы были полностью абсорбированы Израилем, страной, по размеру не превышающей штат Нью-Джерси.
– Сколько же государств у арабов, и чего арабы хотят?
Д. Ф. У арабов двадцать государство. У евреев одно – Израиль.
Сколько бы войн ни начинали арабы с Израилем – все проиграли.
Израиль защищался и каждый раз побеждал.
Палестинская хартия до сих пор призывает к уничтожению Государства Израиль.
Израиль готов дать палестинцам большую часть земель на Западном берегу Иордана, он уже предоставил им автономию и поставил оружие.
Во время правления Иордании священные для евреев места осквернялись и евреев не допускали к местам поклонения.
Во время израильского правления все священные для мусульман и христиан места сохранялись и были доступны для людей всех вероисповеданий.
– И как же на эти факты реагирует ООН?
Д. Ф. Из ста семидесяти пяти резолюций Совета Безопасности, принятых до тысяча девятьсот девяностого года, девяносто семь были направлены против Израиля.
Из шестисот девяноста резолюций Генеральной ассамблеи, поставленных на голосование до того же года, четыреста двадцать девять были направлены против Израиля. ООН молчала, когда иорданцами были разрушены пятьдесят восемь синагог. ООН молчала и тогда, когда Иордания проводила подобную апартеиду политику, не позволявшую евреям посещать Храмовую гору и Стену плача…
Прежде чем мы продолжим наш «урок повторения», я хочу уведомить читателя, что этот виртуальный диалог между мною и Джозефом произошел осенью 2000-го года.
Я намеренно не предупредил об этом, чтобы читатель увидел: какие бы глобальные события ни происходили на этой земле, с какой скоростью ни менялись бы бесчеловечные сюжеты – сама история Святой Земли почти недвижима. Тело истории набухает, незримо и неспешно заполняя собой весь мир. Тело истории набирает инерцию, и вскоре вызреет тот день, когда энергии скрытого движения станет тесно и разорвется тонкая и мутная оболочка, чтобы мир – в который раз! – потонул в крови. И как бы Европа со своими организациями и форумами, предав всех, кого могла, ни занималась самооправданием, самопредательством и самоослеплением, и как бы из-за собственного страха лишиться благополучия ни подмигивала и ни подсюсюкивала духовным лидерам мусульманского фундаментализма, – она даже не заслужит того, чтобы ее пожрали последней…
– Джозеф, что вы сами думаете по поводу ближневосточной ситуации?
Д. Ф. Согласно тому, что вы читаете в основных информационных источниках, палестинцы хотят обрести родину, а мусульмане хотят контролировать места, которые они считают святыми. Просто, правда?
Как американский журналист арабского происхождения, который провел некоторое время на Ближнем Востоке, пытаясь избежать большей, чем мне положено, доли камней и бутылок с горючей смесью, я хочу сказать вам, что это всего лишь лживые оправдания погромов, беспорядков и захвата земли.
Не правда ли, интересно, что до арабо-израильской войны шестьдесят седьмого года серьезного движения за создание родины не существовало?
Но, скажете вы, это было до того, как Израиль захватил Западный берег реки Иордан и Старый Иерусалим.
Это правда. В ходе Шестидневной войны Израиль захватил Иудею, Самарию и Восточный Иерусалим. Но эти территории были захвачены не у Ясера Арафата. Они были отвоеваны у короля Иордании Хусейна, который напал на Израиль. Я не перестаю удивляться: как это вдруг все эти палестинцы обнаружили свою национальную принадлежность только после того, как Израиль выиграл войну?
Истина в том, что Палестина реальна не более, чем тридевятое царство. Впервые это название появилось в семидесятом году новой эры, когда римляне начали геноцид евреев, разрушили Храм и объявили, что Страны Израиля более не существует, что с этих пор страна должна называться Палестиной. Это название было произведено от имени народа – филистимлян, покоренных евреями за несколько сот лет до этого. Для римлян это был способ усилить страдания евреев. Они также попытались сменить название Иерусалима на Элия Капитолина, но оно продержалось в силе еще меньше времени…
Палестина никогда не существовала как самостоятельное образование – ни до того, как туда пришли евреи, ни после того, как они в большинстве своем были изгнаны. Попеременно этой землей правили вавилоняне, персы, римляне, мусульмане, крестоносцы, Оттоманская империя, Великобритания. Великобритания согласилась вернуть, по крайней мере, часть этой земли еврейскому народу в качестве его родины.
Не существует языка, известного как палестинский. Не существует самобытной палестинской культуры. Никогда не существовала страна, известная как Палестина и управляемая палестинцами. Палестинцы – это арабы, ничем не отличимые от иорданцев (другого недавнего изобретения), сирийцев, ливанцев, иракцев и т. п. Помните – арабы контролируют девяносто девять и девять десятых процента земли на Ближнем Востоке. Израиль представляет собой лишь десятую долю процента этой территории.
Но для арабов и этого слишком мало. Они хотят все. И именно из-за этого сегодня идет война в Израиле. Жадность. Гордыня. Зависть. Алчность. Неважно, сколько территориальных уступок сделали и сделают израильтяне, их никогда не будет достаточно.
– Джозеф, я слушал вас с хищным вниманием. Но сколько раз я общаюсь с вами, столько раз убеждаюсь в том, что путь переговоров с нашими соседями – путь самоубийства. Будь вы евреем и живи в Израиле – вы были бы давно объявлены вне закона. Рав Кахане рядом с вами – безобидное явление из мелких правоцентристов. Но если вся политика мусульманских экстремистов – лицемерие, может быть, привязанность к святым местам – искренняя?
Д. Ф. Святых мусульманских мест в Иерусалиме нет. Вы шокированы? Так я и знал, потому что был уверен: вы никогда не слышали эту тяжелую истину от кого-либо в международных средствах массовой информации. Это просто не политкорректно. Я знаю, что вы собираетесь мне сказать: «Джозеф, мечеть Аль-Акса и мечеть Омара представляют собой третьи по святости места ислама». Неправда. На самом деле Коран ничего не говорит об Иерусалиме. В нем упоминается Мекка сотни раз. В нем бесчисленное количество раз упоминается Медина. В нем нигде не упоминается Иерусалим.
– Как же Иерусалим стал третьим по святости местом ислама?
Д. Ф. Мусульмане сегодня цитируют неясный стих Корана, семнадцатую суру, называющуюся «Перенос ночью». Она повествует, что во сне или в видении Мухаммад был перенесен ночью «…из мечети неприкосновенной в мечеть отдаленнейшую, вокруг которой Мы благословили, чтобы показать ему из Наших знамений».
Некоторые мусульмане идентифицировали две мечети, упомянутые в этом фрагменте, как мечети в Мекке и Иерусалиме. И это – самая близкая связь ислама с Иерусалимом – миф, фантазия, пожелание. Евреи же могут проследить свои корни вплоть до дней Авраама.
– Джозеф, по вашему мнению, мнимые мусульманские святыни теснят и побеждают реальные еврейские национальные ценности. Мы докатились до того, что даже на Храмовую гору евреи не могут пойти помолиться…
Д. Ф. Последний раунд насилия разразился, когда лидер партии Ликуд Ариэль Шарон попытался посетить Храмовую гору – основание Храма, построенного царем Соломоном. Это самое святое место для евреев. Шарон и сопровождавшие его люди были встречены камнями и угрозами. Я знаю, что это такое. Я бывал там. Можете ли вы представить себе, что для евреев значит, когда им угрожают, бросают в них камни и физически не пропускают в самое святое место иудаизма?..
Могу ли я представить?!
9. Удар в спину
На заседании Королевской комиссии во главе с лордом Пилем В. Жаботинский сформулировал суть национальной проблемы в Эрец-Исраэль:
– Я не отрицаю, что (в построенном евреями государстве. – Г. Т.) арабы Палестины неизбежно станут меньшинством. А отрицаю я, что это нанесет им ущерб. Нельзя нанести ущерб народу или нации, обладающей таким количеством национальных государств в настоящее время; в будущем их станет еще больше. Одна часть, одна ветвь арабского народа, причем совсем небольшая, будет жить в чужом государстве… Я вполне допускаю, что любому меньшинству хочется стать большинством. Равным образом понятно, что палестинские арабы предпочли бы, чтобы Палестина стала четвертым, пятым или шестым арабским государством… но, когда арабские притязания вступают в конфликт с правом евреев, это то же самое, что пытаться отнять пищу у голодного.
Актуальность этих слов Владимира Евгеньевича со временем стала еще острее. У арабов, как мы уже не раз говорили, на сегодняшний день двадцать одно государство, а они все еще придумывают сказки о еврейском захвате независимой, процветающей страны Палестины, где еще совсем недавно обитал особый, ни на кого не похожий палестинский народ.
Я прошу прощения у читателя за то, что мне приходится снова и снова возвращаться к этой теме, но что поделаешь: она приобрела политическое звучание и требует к себе постоянного внимания, как всякое больное дитя.
Помните, как шутили о Советском Союзе: страна с непредсказуемым прошлым.
Но с Эрец-Исраэль так не пошутишь, слишком много свидетелей было у этой пустынной местности, и, что самое для наших оппонентов неприятное, – как раз в то время, которое арабы называют временем завоевания евреями их мифического государства.
Швейцарский ученый Феликс Бове (в 1858 г. путешествовал по Святой Земле) пишет:
«Христиане, завоевав Святую Землю, так и не сумели удержать ее; для них она всегда была либо полем сражения, либо кладбищем. Сарацины (т. е. арабы), которые отняли ее у них, также ее оставили, и она была захвачена османскими турками. А те… превратили ее в пустыню, куда и сами опасаются заглядывать. Арабы, живущие здесь, могут считаться лишь временными поселенцами. Они разбивали свои кочевья на пастбищах или строили убежища в разрушенных городах. Они не создали ничего. Поскольку они чужаки на этой земле, то они и не стали ее хозяевами. Ветер пустыни, что занес их сюда, может унести их прочь, и не останется здесь ни единого следа их пребывания».
Вот свидетельство 1891 г. (это как раз то время, когда, по мнению арабов, евреи захватывали и порабощали процветающую Палестину). Принадлежит оно Джорджу Адамсу Смиту, автору «Исторической географии Святой Земли»:
«Нет никакой местной цивилизации в Палестине, которая могла бы вытеснить турецкую, исключая евреев… давших Палестине все, что имеет какую-нибудь ценность для мировой цивилизации».
Для Артура Джеймса Бальфура сионизм был «укоренившейся древней традицией, которая отвечала потребностям сегодняшнего дня и давала надежду на будущее, что гораздо важнее, нежели желания и предрассудки семисот тысяч арабов, обитающих на этой древней земле».
В декабре 1917 г. заместитель министра иностранных дел Великобритании лорд Роберт Сесил политику своей страны объяснил просто и недвусмысленно:
«Мы хотим, чтобы арабские страны принадлежали арабам, Армения – армянам, Иудея – евреям».
Пройдет много лет, и Ллойд-Джордж, оценивая результаты Версальской конференции, будет оскорблен предположением о том, что мировые державы обидели арабов:
«Ни одна нация не извлекла стольких выгод из верности союзников своему обещанию защищать интересы угнетенных народов. Благодаря огромным жертвам союзных наций, и особенно Британской империи, арабы уже получили независимость в Ираке, Аравии, Сирии и в Трансиордании – и это несмотря на то, что многие арабские народы всю войну сражались на стороне своих турецких угнетателей…»
В частности, палестинские арабы воевали за продолжение турецкого господства.
Нетаньягу рассказывает в своей книге о том, как, придя к согласию, стороны, подписавшие Версальский договор, вручили Британии мандат на управление Палестиной. Это произошло на конференции в Сан-Ремо в апреле 1920 г. – после того, как подстрекатели из Дамаска организовали столкновения в Иерусалиме, в ходе которых шесть евреев были забиты насмерть, а около сотни получили ранения. Погромщики вовсе не требовали независимости Палестины, но настаивали на ее включении в состав Сирии.
Позволю себе привести мнение Яна Сматса, члена Британского военного совета, участника дискуссий по поводу декларации Бальфура и Версальского договора:
«Широкомасштабное переселение евреев на их историческую родину никак нельзя расценивать как враждебный акт по отношению к арабскому народу… который по окончании Первой мировой войны оказался в гораздо лучшем положении, нежели любая другая нация…»
Вполне естественным представляется письмо, которое лорд Бальфур передал лидерам Британской сионистской организации через барона Ротшильда. Этот документ вошел в историю под названием Декларация Бальфура (см. приложения).
М. Штереншис пишет, что жители Палестины оказались в новых многообещающих условиях. Во время войны англичане посулили всем своим возможным союзникам золотые горы. Арабам – государство от песков Аравии до Дамаска. Основной помощник англичан, Фейсал, еще ничем не правил, но уже именовался эмиром… В начале войны арабы не искали контакта с англичанами, те нашли их сами, а похождения офицера разведки Томаса Эдварда Лоуренса, известного как Лоуренс Аравийский, внесли в кровавую бойню романтическую струю.
А вот как рисует ближневосточную ситуацию той поры М. Даймонт:
«По окончании войны Оттоманская империя была аккуратно поделена между Англией и Францией. Это было проделано с помощью ряда хирургических операций, которые скромно назывались “мирными конференциями”. Ближний Восток был нарезан, как сыр к ужину, на отдельные ломти, получившие названия Сирия, Ливан, Трансиордания, Ирак, Саудовская Аравия. Все они были прикреплены к Англии или Франции якорями договоров, зубья которых уходили глубоко в нефтяную почву этих государств. Эта перекройка Ближнего Востока осложнила ситуацию Палестины. Но значительно больше осложнили ее сами арабы.
Дипломатической бомбой было опубликование секретной переписки между королем Хиджаза и бывшим английским верховным комиссаром в Египте сэром Артуром Мак-Магоном. В этих письмах англичане гарантировали арабам определенные ближневосточные территории в обмен на согласие восстать против турок. Арабы действительно восстали. Этим восстанием руководил уже знакомый нам английский разведчик, Лоуренс Аравийский.
Теперь арабы требовали от англичан выполнения обещания. Они утверждали, что Палестина составляет часть обещанных им территорий, хотя Мак-Магон в своих письмах нигде не упоминал Палестину. Нет оснований, замечает Даймонт, сомневаться в добросовестности обеих сторон. Недоразумение возникло, по всей видимости, из-за недостаточной точности выражений, использованных в письмах. Эти неточности позволяют трактовать заключенные в письмах обязательства любым образом. Нет также смысла спорить, что чему предшествовало – Декларация Бальфура переписке Мак-Магона или наоборот. Оба документа имели равную законную силу. Если бы ни один из этих документов не существовал, все дальнейшие события разворачивались бы таким же образом. Сущность конфликта состояла не в этом. Арабы утверждали, что они являются единственными законными хозяевами Палестины на том основании, что она еще в седьмом веке была завоевана мусульманами и что арабы составляют в ней большинство. Евреи утверждали, что они завоевали эту землю еще в XII в. до н. э. и значительно дольше, чем арабы, составляли в ней большинство. Это суть, все остальное – вариации».
* * *
Поскольку мы данную ситуацию уже отмоделировали выше, не будем на ней задерживаться.
Иначе видит проблему Б. Нетаньягу:
«В рамках своей новой ближневосточной политики Британия отказалась от обязательств, принятых ею с провозглашением Декларации Бальфура. Эти обязательства казались англичанам выражением несомненной нравственной истины и исторической справедливости по отношению к еврейскому народу, однако они были отброшены без всяких сомнений, так как не соответствовали реальной политической ситуации в регионе».
![](i_002.jpg)
Территория, которую Британия первоначально отрезала от Государства Израиль
В 1922 г. Британия отрезала Трансиорданию от территории, выделенной для создания еврейского государства. Одним росчерком пера у евреев было отнято около 80 % обещанной им земли. Евреям было запрещено селиться на территории Трансиордании, и этот запрет фактически сохраняет свою силу вплоть до сегодняшнего дня. Вся восточная часть Эрец-Исраэль была передана англичанами под управление Абдаллы, представителя Хашимитской династии из Мекки. Британия присвоила ему титул эмира и создала для него собственное государство, получившее название Трансиордания (ныне – Иордания). Это государство по сегодняшний день страдает от многих причин, связанных с обстоятельствами его искусственного рождения…
В 1930 г. Британия опубликовала «Белую книгу» – сборник законодательных постановлений, который вводил многочисленные ограничения на еврейскую репатриацию в подмандатную Палестину. Англичане полагали, что, ограничив приток евреев в Эрец-Исраэль, они смогут умиротворить арабов.
На протяжении 1930-х гг. британская политика блокадного удушения евреев Палестины принимала все более выраженный характер. К началу Второй мировой войны, после того, как была опубликована вторая «Белая книга» с еще более жестокими ограничениями на еврейскую репатриацию, Британия сумела почти полностью прекратить алию.
Эта предательская политика вызвала возмущение даже у президента США Франклина Рузвельта. Обращаясь к госсекретарю Корделлу Халлу, он спрашивал: «Я был в Версале, знаю, что англичане не делали тайны из того, что обещали Палестину евреям. Почему же теперь они не выполняют свои обязательства?»
В самом деле, почему? Каковы причины этой разительной перемены? И это в тот момент, когда в Центральной Европе уже заработала гитлеровская машина уничтожения!
Правительство Ллойд-Джорджа утвердило Декларацию Бальфура и поддержало сионистские требования в Версале по двум причинам. Первая: они считали, что поддержка еврейских национальных устремлений в Палестине является нравственным актом, соответствующим требованиям исторической справедливости. Но Ллойд-Джордж выступал в поддержку сионизма и по другой причине, не менее важной: британский премьер полагал, что цели сионистов соответствуют имперским интересам Великобритании.
Резкая смена британской политики после падения правительства Ллойд-Джорджа была обусловлена переменами в восприятии двух вышеупомянутых факторов: во-первых, британские политики пришли к выводу, что союз с арабами может оказаться гораздо более выгодным и перспективным для Лондона, нежели союз с евреями; а во-вторых, англичане окончательно убедились в том, что большинство арабских лидеров выступает против переселения евреев в Палестину.
Британские «арабисты» не придавали особого значения небольшому и отсталому арабскому населению Палестины. Но сама Палестина должна была стать мостом между Каиром, с одной стороны, Багдадом и Дамаском – с другой. Эта земля была в глазах британских чиновников абсолютно незаменимым стратегическим звеном. Арабский антагонизм по отношению к сионизму был включен ими в «практическую политику Великобритании».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?