Текст книги "Вопреки всему"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vopreki-vsemu-211028.jpg)
Автор книги: Хабиби
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 4
– Что???
Возмущенный голос пожилой женщины послышался на кухне, и следом за ним прозвучал всхлип молодой девушки. Девушка умоляюще смотрела на женщину, ладони ее были прижаты к груди. Слезы текли по ее смуглым щекам. Боль залегла в глаза. Губы дрожали. Глаза покраснели от напряжения и пролитых слез.
– Этому не бывать! – закричала пожилая женщина и ударила кулаком по столу. – Ты моя младшая дочь! Я родила тебя в муках и чуть не лишилась жизни. Я тебя теряла три раза, выхаживала, ночами не спала. Я тратила на тебя всю нерастраченную любовь, нежность. Когда ты умирала от гриппа, то я плакала над тобой и просила Аллаха не забирать тебя. Я люблю тебя больше жизни. Ты моя жизнь, и теперь ты решила меня убить одной своей выходкой?
– Но мама…
– Что «мама»? – женщина смотрела на нее. Брови нахмурены, руки уперты в бока.
– Я люблю его и…
– Какая любовь? – снова закричала женщина. Глаза ее сверкали, грудь вздымалась.
Девушка обливалась горючими слезами. Голова болела. В висках пульсировала боль. Глаза покраснели и опухли от пролитых слез. Сердце словно перестало биться. Словно рушился созданный ею мир. Она боялась вымолвить слово. Слезы градом лились из глаз, и горло перехватил спазм. Хотелось кричать от нахлынувшей боли и обиды.
– Нет.
Мать села за стол и окинула дочь долгим взглядом. Ей было больно видеть дочь в таком состоянии, но она не могла позволить Мике разрушить свою жизнь. Опухшее лицо дочери выражало скорбь, и от этой мысли больно сжималось сердце. Было больно причинять боль родной дочери, но… Было «НО». Дочь сидела, сложив руки и опустив на них голову. Слезы текли по бледным щекам, оставляя маленькие дорожки.
– Ты хочешь, чтобы я вышла замуж за мужчину своей нации и тем самым была бы несчастлива всю жизнь, – рыдала дочь. – Ты, лишая меня счастья, и себя обречешь на гибель. Ты же сама знаешь, что значит жить с нелюбимым. Я с нашим МУЖЧИНОЙ не уживусь, они для меня дики. Я не смогу жить по нашим законом. Я хочу замуж за того, кого люблю и с кем хочу прожить до старости. Ты хочешь моего счастья? – Мика взглянула на мать и, заметив ее кивок, продолжила: – Нет, ты не хочешь этого. Тебе же важно, что люди скажут. Те самые, которые отвернулись от тебя, когда твоего сына посадили в тюрьму. Тебе важно их мнение! Их, кто говорил, что ты мать убийцы? Их, кто причинял нам горе? Тебе неважно мое счастье! Ты преследуешь свои интересы! Как ты можешь, мама-а-а-а-а…
Дочь рыдала, отчаянно сжимая руки, будто просила Всевышнего защитить и помочь. Плечи ее дрожали. Ей стало казаться, что все происходит не на самом деле, а во сне, в котором она играет свою роль.
– Я не хочу, чтобы сказали, что ты вышла замуж потому, что гуляла с русским парнем. Пойми, в нашем обществе это не воспримут. Старики будут тебя проклинать. Пойми ты, доченька, что они все поймут превратно. Я не желаю, чтобы на меня показывали пальцем, и семья отвернулась от тебя. Ты станешь изгоем. Брат и сестры отвернутся от тебя и мне запретят видеться с тобой. Кому ты будешь нужна, если он или его родственники причинят тебе боль, кому ты сможешь пожаловаться? Я думаю о тебе, и мне важно, чтобы ты была счастлива! Ты до…
– Мама, – оборвала девушка мать. – Если ты выдашь меня замуж за другого человека, то я вернусь покалеченной!
– Нет!!!
– Мне жаль, мама, что ты меня не слышишь! Мы будто разговариваем на разных языках! Тебе не понять моих чувств! Ты внесла пустоту в мою жизнь, – она зарыдала, закрыв лицо руками.
Мать протянула было руку, но отдернула. Она не могла позволить дочери совершить ошибку. Ей было больно видеть страдания Мики, но так было лучше.
– Я пойду поговорю с Миланой и успокоюсь.
Мика встала из-за стола и, побежав, скрылась за дверью. От глубины нанесенной матерью обиды она не разбирала дорогу. Вызвав на улицу Милану, она упала в ее объятия и горько разрыдалась. Милана обняла подругу и, позволив ей немного поплакать, провела в дом. Открыв дверь своей комнаты, она пригласила Мику внутрь. Усадив подругу на диван, она обняла ее за плечи. Опухшие глаза и заплаканное лицо вызывали в ее душе возмущение.
– Ну что она сказала? Отказала? Эдвард бросил?
Мика покачала головой и, уткнувшись лицом в плечо подруги, заплакала, проклиная судьбу за столь больной удар.
– Эдвард не знает, что мама против нашей с ним свадьбы. Она препятствует нашему счастью, – немного успокоившись, прошептала она. – Он же русский!
Милана обняла подружку и почувствовала, как ей передалась ее боль. В голове не укладывалась причина отказа матери. Позволив Мике выплакаться, она осознавала, что таким образом избавит подругу от горечи, что засела в ее сердце.
Выплеснув боль, девушка немного успокоилась и уже спокойнее отнеслась к обстоятельствам. Ну почему родители так поступают и вмешиваются в личную жизнь детей? Почему своим вмешательством губят им жизнь и не задумываются, что делают только хуже? Почему старики в нашей вере обращают внимание на фамилию, нацию, положение в обществе, семью? Ведь главное – сам человек и его отношение.
– Но твоя сестра замужем за русским, Мика! – воскликнула Милана. – Нужно решать проблему, а не лить слезы! Слезами горю не поможешь! Все это странно! Ну как она так может? Если ей позволили, то почему тебе не разрешают? Тут что-то не так! Почему?
Мика отстранилась и посмотрела на нее, вытирая слезы тыльной стороной ладони. Глаза ее вновь наполнились слезами. Голова разболелась, и хотелось выть от безысходности.
– Он знает наш язык и законы, но мама против. Говорит: «Он со своей фамилией Соколов тебе не пара и пусть катится! Это совершенно другой мир!»
– Я с этим не согласна! – Милана отстранилась и отошла к окну, сложив руки на груди, она посмотрела на Мику. – Значит, ей можно, а тебе нельзя? Что за бред они несут? Это глупо! Я, честно говоря, не могу понять ее отказа. Сейчас много смешанных браков. Важно, чтобы человек был хорошим, а при чем тут нация? Пусть пошлет всех, кто скажет что-либо в твою сторону. С русскими наши девушки намного счастливее в том плане, что они умеют понять и принять все как есть. Наши же, в силу своего воспитания, не могут признать элементарные вещи. Я считаю, что если любишь, то нужно идти вперед и добиваться своего. Порою и родители могут ошибаться. Они не понимают, что делают тебя несчастной!
– Мил, я люблю Эдварда и знаю, что наша любовь взаимна. Он лучшее, что было в моей жизни. Я счастлива рядом с ним. На вопрос о счастье я могу лишь ответить, что оно заключается в моих родителях и Эдварде. Я обрела с ним покой. Мама же меня этого лишает. Она хочет выдать меня замуж за турка. Сестры же замужем за нашими, вот и я должна выйти за свою нацию. А я за нашу нацию не хочу. Я не намерена быть служанкой. Они, прикинь, если ребенок упадет при старших и плачет, не могут подойти и поднять. Стыдно им! А то, что ребенок нуждается в тебе, им наплевать. Главное – не ударить в грязь лицом перед родителями. Я НЕ СМОГУ ТАК И УМРУ, СЛОВНО ПТИЦА В ЗАТОЧЕНИИ. Эдвард не виноват, что он русский. Но он относится ко мне с нежностью, трепетом, заботой и любовью, – из глаз Мики снова потекли слезы. – Мы с ним общаемся уже три года, и он ни разу меня не обидел, не оскорбил. Я была очень счастлива. У меня такое ощущение, что жизнь – это река. Я просто плыву по течению. То резкий поворот, то рябь. Мне с ним спокойно. Когда он рядом, для меня нет ничего невозможного. Все, кто узнавал о брате, уходили, но Эдвард остался. Я могу на него рассчитывать в трудный момент. Я люблю его настолько сильно, что жизнь без него мне кажется мраком. Мне плохо без него, и я живу мыслью о нем. Я терзаю себя тем, что он нужен мне, и я люблю, и любима, – она обняла себя за плечи, стараясь проглотить горький ком, стоящий в горле. – Я не хочу за другого человека замуж. Не хочу с другим мужчиной делить свою жизнь, судьбу и постель. Все слезы мира не смогут унять мою боль.
– Успокойся! Мы что-нибудь придумаем, – Милана села за стол и, поджав под себя ноги, закрыла глаза. – Я вообще отказываюсь их понимать. Они несут чушь! Нужно замуж выходить за того, с кем хочешь прожить всю жизнь и состариться. Узнать бы, что у них на уме.
Мика прошла к окну и устремила взгляд вдаль, на луга. Скрестив руки на груди, она прижалась лбом к стеклу и, ощутив прохладу, прикрыла глаза. Все изменяется. Даже у природы бывает череда хороших и неприятных дней. Все меняется, и только одно остается неизменным – человек.
Ветер поднялся, закружив осеннюю листву. Они, кружась, поднимались ввысь и опускались, красиво ложась на голую землю. Шелест листвы и сумрачный облик пролетающих облаков навел на мысль об Эдварде.
– А как мне сказать ему, что все кончено?
Слезы высохли, но тяжесть на сердце так и не ушла. Она давила, не позволяя дышать полной грудью. Грусть съедала душу, а горечь не позволяла широко открыть глаза и посмотреть на окружающий мир. Голова болела, руки тряслись.
– Я не решусь!
Милана подошла к ней и положила руку ей на плечо. Жаль было видеть ушедшую мечту в карих глазах подруги. Эта любовь обречена на провал. Сердце сжалось от боли. И за что Мике выпали такие страдания? Чем она прогневала судьбу? Почему именно ее преследует злой рок? Ее лицо вызывало сочувствие.
Мика прикрыла глаза, пытаясь отгородиться от этих мыслей и найти разумную причину для разрыва с Эдвардом. Голова шла кругом после разговора с матерью, и даже подруга не смогла привнести в жизнь спокойствие и помочь найти решение.
– Может, мне попробовать отговорить твою маму? – услышала она слова Миланы и открыла глаза. В душе затеплилась надежда, но и она разрушилась, как только Мика вспомнила лицо мамы утром.
– Меня она выслушает, а я приведу весомые доводы, – улыбнулась Милана.
Допуская, что Милана права, Мика начала задумываться. В конце концов, в разговоре можно использовать весомый аргумент – счастье рядом с любимым и смерть вдали от него. Но разум говорил об обратном, что мать уже приняла решение, и придется ее послушаться или забыть, что есть мать!
– Нет! Мама непоколебима в своем решении выдать меня замуж за того, кого она хочет! Нам ее не переубедить!
– Борись! – прошептала Милана.
– Это ни к чему не приведет, – покачала Мика головой. – Все против моей свадьбы с Эдвардом, и мне суждено смириться. Не могу пойти против мамы. Пусть моя любовь к Эдварду будет жить в моем сердце. Она изначально была обречена и, видимо, это не моя судьба, – заплакала Мика, опустившись на пол и закрыв лицо ладонями. – Он меня слишком сильно любит и это будет ударом для него. Вечером он позвонит, и как мне ему все сказать? Как разрушить наши мечты?
– Веди себя как обычно и при встрече все ему объяснишь! Другого выхода я не вижу. Соберись с мыслями и попробуй переубедить мать. Она должна тебя понять. Ведь тебе же жить с мужем, а не ей. Он должен быть твоим выбором. Это серьезный шаг в твоей жизни, – Милана села рядом с подругой на пол и, приподняв рукой за подбородок, заглянула в ее глаза.
– Я просто не могу понять ее, Мил! К русским она относилась и относится прекрасно, и в чем причина ее отказа? Что-то тут не так, я чувствую, – приподняв одну бровь, она посмотрела на подругу. – Надо это выяснить.
– Мне тоже сердце подсказывает, что они что-то затеяли. Может быть, тут кто-то замешан? – Милана посмотрела на свои руки.
Мика поднялась и зашагала по комнате.
– Мне откуда знать? Возможно, у них свои соображения на этот счет.
Сердце ей подсказывало, что тут что-то не так. Они что-то затеяли. Немного успокоившись, она вернула свое здравомыслие.
– Ты в разговоре, может, что-нибудь упустила?
– Черт ее знает! Может, и так. Я же вышла из дома и пришла к тебе в расстроенных чувствах.
– Что-то они утаивают от тебя, – в глазах Миланы зажегся лихорадочный блеск. – Я уверена в этом.
– Даже если это и так, мне неизвестно об этом.
Милана тяжело вздохнула.
– Может быть, ты и упустила что-то важное. Их поведение мне непонятно. Но они скрывают то, что для нас важно. Эх, Мика, а кто тогда может знать, если не ты?
– Я знаю!
Испугавшись, девушки обернулись на голос и замерли. Сердца застучали быстрее, и губы приоткрылись. В разговоре они совсем забыли об открытых дверях и что их могут подслушать. Забыли обо всем, углубившись в проблему и ее решение.
* * *
– Я знаю! – сказала молодая девушка с большими зелеными глазами, окаймленными густыми черными ресницами.
Две девушки смотрели на нее, словно громом пораженные. Они не заметили ее прихода и были крайне удивлены ее присутствием.
– Мика, – обратилась она к одной из девушек, улыбнувшись и показав соблазнительные ямочки на щеках, – я знаю ответ на твой вопрос.
– Самира, – Мика взглянула на невестку и пригласила ее сесть на диван.
– Расскажи, – придя в себя от потрясения, промолвила Милана. – Не упускай ничего. Мы должны все знать и найти выход из сложившейся ситуации.
Самира прошла к дивану и селя рядом с ними. Мику она обожала и очень привязалась к ней. Самира вышла замуж за брата Мики по мусульманскому обычаю никях. Муж был еще в тюрьме, и она переехала к его родителям жить. Самира ухаживала за пожилыми родителями и ждала возвращения мужа. Она сразу же нашла общий язык с обитателями его дома. У нее уже был годовалый сын, которого они с мужем зачали в холодную декабрьскую ночь, когда она его навещала. Они познакомились в Интернете, в «Одноклассниках», а позже выяснилось, что она племянница тюремного имана. Они начали часто общаться, потом Самира стала навещать его, и в скором времени молодые люди полюбили друг друга. Затем решили пожениться. Теперь у них растет сын, внешне похожий на отца, а решимостью пошел в мать.
– Не томи, – поторопила Мика невестку.
Самира взяла руки Мики в свои и приступила к рассказу:
– Они решили, – Самира осеклась и потупила взгляд.
– Что? – вместе с Миланой спросила Мика.
– Выдать тебя замуж за другого, – закончила Самира. – Он турок, нашей нации, из хорошей семьи. Ты понравилась его матери и ему. Он решил на тебе жениться.
Закрыв глаза, Мика схватилась за волосы. Ярость вспыхнула огнем в ее душе, и крик боли вырвался из ее уст. Ах вот оно что, пронеслось в ее голове.
– Я видела его, но он мне не понравился, – продолжила Самира. – У него колючий взгляд. Это было недели три назад. Он живет в Черкесске. Работает бухгалтером в банке. У него есть свое дело, и он преуспевающий бизнесмен.
От сильной боли Мика завыла волком и сжала зубы. Слезы покатились по щекам. Леденящий холод объял ее, и она не могла пошевелиться. Тревога сжала ее сердце, и девушка поняла, что худшее впереди. Пульсирующая боль пронзила ее, и стало тяжело дышать. «Замуж за другого мужчину», – эти слова засели в мозг и стучали, словно молот по наковальне. Мика в бешенстве ударила по подлокотнику дивана кулаком.
– Он перед мамой вел себя столь воспитанно и галантно, что маме он сразу понравился, и она не заметила блеск в его глазах. Он что-то задумал.
Каждое сказанное невесткой слово вонзалось ножами в сердце, мучая и терзая ее. Мика вонзила ногти в дерево и не заметила, как поцарапала его и сломала ногти. Все стало в один миг неважно, и в душе появилась отрешенность. Душу начала захватывать пустота.
– Как его зовут? – спросила Милана. – Я все узнаю о нем.
– Йылмаз Артур. Ему тридцать пять лет. Он высокий брюнет с зелеными глазами. Тонкие губы и высокие скулы, – Самира попыталась обнять Мику, но та отбросила ее руки.
Милана взяла телефон и набрала номер брата.
– Я не выйду! – Мика от злости тяжело задышала. – Да с какой стати они принимают за меня решение! Да я…
– Я все разузнаю и примем решение, как избавиться от него! Привет, – прошептала она в трубку. – Харун, как дела?
– Привет, – услышали они в трубке мужской голос. – Отлично, а как твои дела?
– Нормально, ты мне нужен!
– Говори, сестра!
– Ты знаешь парня по имени Артур Йылмаз? Он работает в твоем банке.
– Знаю, конечно, а что случилось? Еще раз решила выйти замуж? – засмеялся он.
– Нет, но надо. Скажи, какой он и кто он.
– Симпатяга!
– Харун!
– Хорошо-хорошо. Он веселый, ответственный, добрый и хорош собой. Думает скоро жениться.
– На ком?
– Никто не знает, он держит в тайне. Но будет хорошим мужем.
– Спасибо, а у него есть вредные привычки?
– Не знаю, но курит!
– Ясно, пока.
Отложив телефон, Милана посмотрела на Мику. Она сидела с отрешенным видом. Глаза полны печали, а губы сжаты. Плечи поникли. Семья вручила ей билет в иной мир. Это ее погубит. Она слишком нежный цветок и не выдержит дурного обращения по отношению к себе.
Мика упрямо сжала губы и смотрела вдаль, где на небе плыли облака. Пустота заполнила всю душу, и девушка чувствовала лишь холод. По ее лицу пробежала тень грусти по минувшей любви.
– Не стоит отчаиваться, – прошептала Самира. – Ты всегда находила выход и сейчас найдешь! Главное верить!
– Я все испробовала, – прошептала Мика хриплым голосом, – но ничего не вышло. Надо смириться. Я не могу причинить боль матери. Она вложила в меня много тепла и сил. Видимо, на роду мне так написано. Она мне жизнь дала. Я пожертвую собой ради нее.
Милана от изумления открыла рот, не в силах поверить услышанному. Она внимательно посмотрела на Мику, испугавшись, что подруга повредилась умом и не знает, что говорит.
– Не сдавайся, – вскрикнула Милана. – Решается твоя жизнь, а не кусок торта. Тебе с ним жить, а не ей. Тебе с ним постель делить, в конце концов! Боже, вразуми же ее, – взмолилась она Аллаху.
Мика обессиленно откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Сил больше не было. Сердце бешено стучало, а губы дрожали. По щекам потекли слезы. Впервые в жизни Мика не знала, как быть и что предпринять, и решила плыть по течению. Будь что будет. Все в руках Аллаха. Не получится в этой жизни, значит, будет в следующей. Руки обессиленно легли на колени. Мурашки пробежали по спине.
– В моем сердце будет только Эдвард, – с трудом прошептала она, теряя дар речи. – Он единственный, кто залечил все мои душевные раны и исцелил раненое сердце. В моем сердце будет храм нашей любви. Но в следующей жизни я буду его женой, и нам никто не помешает.
Милана почувствовала, как сжалось сердце от ее слов, и поняла, что подруга впервые познала истинную любовь. Она обрекает себя на мучения из-за матери и лишает себя женского счастья. Она лишь не понимала поведения матери. Взяв Мику за холодную руку, Милана прошептала:
– Спорила?
Мика кивнула.
– Мне очень жаль, – всхлипнула Самира.
– А родители Эдварда пробовали поговорить с твоей мамой? Может, в этом случае твоя мама изменит свое решение?
В одно мгновение лицо Мики просияло, и девушка, вскочив, засмеялась и захлопала в ладоши.
– Точно! Я поговорю с ним, и все разрешится!
– Ты слишком рано опустила руки, дорогая, – засмеялась Милана. – Если любишь, то иди до конца и, вопреки всему будь счастлива.
– Верно, – подтвердила Самира. – Стойкость покоряет города! Я помогу, чем смогу. Пусть поговорят родители Эдварда, и все будет отлично.
Милана кивнула и обняла Мику. Глаза первой заблестели от того, что не все потеряно. Задержав взгляд на улыбке подружки, она дала себе слово, что поможет ей обрести счастье.
– Все будет отлично, ты только поверь! – Самира улыбнулась.
Шли дни. Через неделю после отъезда Мики Милана увидела ее мать и поздоровалась с ней.
– Здравствуйте, – ласково улыбнулась Милана.
Мина была пожилой женщиной невысокого роста с правильными чертами лица. Черные волосы, которые тронула седина, были покрыты платком. Немного полная женщина с ровными белыми зубами и ямочкой на левой щеке. Зеленовато-янтарные глаза смотрели с теплотой на девушку. Она выходила со двора и, заметив ее, остановилась.
– Здравствуй, дочка.
– Как ваше здоровье?
– Хорошо, спасибо. Из школы идешь?
Милана кивнула:
– Мне нужно с вами поговорить, Мина. Это важно.
– Проходи, – открыв калитку, она пригласила девушку внутрь. – Ты, вероятно, проголодалась? Я тебя угощу лагманом. Только недавно приготовила. Для меня с мужем этого достаточно на неделю.
Мина усадила гостью за стол. Милана осмотрела кухню. Чистота. Тишина и пахнет только что испекшимися пирогами с черешней. Голубые обои прекрасно гармонировали с грубыми занавесками и темно-коричневым кухонным гарнитуром. Нежно-голубая плитка украшала потолок. Красиво и со вкусом.
Мина накормила девушку лагманом и тремя кусками пирога. Милана с удовольствием съела все, чем угостила ее Мина и, поблагодарив, перешла к делу.
– Спасибо, а где дядя Тахтар?
Сердце ее бешено забилось, и тревога заставила дрожать ее руки, которые она спрятала под стол. Под ложечкой засосало. Чтобы немного успокоиться, она посмотрела в окно.
– Дочка, ты что-то хочешь сказать? Говори и не волнуйся.
Все дело в Мике? – Мина отпила чай, наблюдая за девушкой.
– Да, вы правы. Я ее люблю и не могу видеть ее мучения. Она уже и так настрадалась и заслужила счастье. Я была рядом, когда ей было плохо, и сомнения терзали ее душу. А сейчас вы решили ее окончательно загубить?
Мина внимательно посмотрела на девушку и после последних слов широко раскрыла глаза. Удивительно было слышать такое от девушки.
– В каком плане?
– Вы из-за горя своего сына не видите очевидных вещей. Мика любит Эдварда, и их любовь взаимна. Извините за прямоту, но для меня важно счастье Мики. А вы решили выдать ее замуж за Артура. Вы даже не считаетесь с ее мыслями и желаниями. Вы не задумываетесь даже, что она жертвует собой ради вас! Она готова мучиться, но лишь бы угодить вам. Она готова пожертвовать своим счастьем ради вас. Вы сами женщина и должны ее понять или вам все равно?
Мина понимала беспокойство Миланы, но в сложившейся ситуации не могла признаться и помочь дочери. Этот брак станет судьбоносным поворотом в судьбе дочери. Этот брак решит все проблемы семьи. Пока выпал шанс удачно выдать дочь, не стоит упускать его. Такой шанс выпадает в жизни один раз. Мика ему сильно нравится, а он обеспеченный. Он живет в городе, работает в банке и имеет свое дело. Дочь будет жить как у Аллаха за пазухой. Будет жить, не нуждаясь ни в чем. Он ее обеспечит всем необходимым, и она будет жить в роскоши. Не будет стыдно перед родственниками, а будет только почет. Он даже закрыл глаза, что ее сын сидит. Он знает, что они беднее, все равно Мика столь красива, что никого не оставит равнодушным. Любовь приходит при бережном отношении. Мика будет счастлива. Самое интересное, что даже приданое он готов оплатить. Все золото, технику, вещи. Он сделает то, что никто не мог. В обмен на Мику вытащит сына. Но об этом стоило молчать. Да и зятья были против Эдварда, и сказали, что разведутся с ее дочерями в случае свадьбы Мики и Эдварда. Лишь это и движет идеей Мины выдать дочь замуж за нелюбимого. Но вспомнив, что говорила ей Милана, она, нахмурив брови, сказала:
– Не морочьте мне голову своей любовью! Я против, и этим все сказано! Я не хочу, чтобы на меня показывали пальцем!
– Потому что он русский?
– Неважно!
– Но ведь ваш первый зять русский, и чем по…
– Он знает наш язык, обычаи и пре…
– Так и Эдвард выучит! В чем проблема? Я переживаю за Мику.
– Пойми, что зятья этого не потерпят. Они с этим Артуром родственники. Если Мика выйдет за Эдварда, то они моих дочерей бросят, – призналась мать. – Я вынуждена так поступить и знаю, что Мика будет счастлива. Я мать, и мне лучше знать, что лучше для моей дочери.
– Но ей плохо от вашего решения, неужели вы этого не видите?
Милана смотрела на нее, открыв глаза от удивления. Странно было слышать, что пожилая женщина слушает зятьев, но и были понятны ее действия, на которые ее подталкивают материнские соображения. Тем более у старших дочерей было по двое детей и страшно было все потерять из-за младшей дочери.
Мина чувствовала, как щемит сердце, и было больно понимать, что она разбивает счастье двух влюбленных, но по-иному поступить просто не могла. Она все учла и была уверена, что любовь постепенно пройдет.
– Она права, мама, – прошептала Самира, сев напротив Миланы и посмотрев в глаза свекрови. – Вы делаете опрометчивый шаг и платите счастьем младшей дочери. Вы упрямо не видите очевидных фактов. Смотрите.
Она положила перед свекровью фотографию Эдварда и Мики, где они смотрели в объектив камеры и счастливо улыбались. Их глаза искрились счастьем. Их лица были наполнены истинной любовью. Эдвард обнимал девушку за плечи, а Мика держала его за руки, и это казалось очень гармоничным. В их взглядах была неподдельная любовь.
– Это Эдвард Соколов!
Высокий голубоглазый брюнет с темными разлетами бровей и красивой белозубой улыбкой смотрел на Мину с фотографии. Ямочки на щеках приковывали взгляд. Красив. Они красиво смотрелись вместе, и Мина в очередной раз убедилась, что эта пара создана друг для друга, как ей говорила Фиона. Он более красив, чем Артур, но богат ли, она сомневалась.
– Он небогат, – словно прочитав ее мысли, сказала Милана, – но он любит вашу дочь. Он не бедный, но в роскоши не купается. У него средний заработок. Он настолько сильно любит Мику, что не смыслит жизни без нее. Вы разбиваете не одно сердце, а целых два. Разрушаете две судьбы. У него маленький домик, хороший автомобиль, но разве в деньгах счастье?
– В их количестве, – ответила Мина. – И вообще, нечего тут мне зубы заговаривать! Я мать, и я знаю, что я делаю. Я думаю прежде всего о ее благополучии, а не о чувствах. Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Она моя дочь, и мне решать, как поступить! Вы не лезьте и сами решайте свою жизнь, а в отношения дочери и матери не лезьте! Артур богат и обеспечен, а это главное в нашей вере! У нас встречают по материальному благополучию.
– Ах вот в чем дело? – возмутилась Милана. – Но не вы ли говорили, что не в деньгах счастье, а в самом человеке. Если у него будет голова на плечах, то он всего добьется. Поймите, мы знаем, что мы говорим! Я никогда не думала, что родная мать может погубить счастье дочери лишь из-за алчности и мнения окружающих людей. Их союз был благословен небесами. Пос…
– Нет, – Мина возмутилась, и глаза ее сверкнули. Она ударила кулаком по столу так, что зазвенела посуда. – Я знаю! Я ее вырастила, родила и воспитывала, ночами не спала, и как это мне, родной матери, не знать, что лучше для родной дочери? Только родная мать это знает! По шариату, для каждого ребенка слово матери закон. Я не ошибаюсь в своем выборе и никогда не пожалею. Мика будет жить в достатке, внимании, нежности и заботе! В нашей среде многие выходят замуж по расчету и по договоренности родителей, и никто еще не жалел! Все они вполне счастливы! Только попробуйте помешать, и я вам устрою. А ты что сидишь? – она обратилась к Самире. – Иди, подмети двор! Мика сделает то, что я скажу, иначе потеряет меня и всю семью.
Самира вышла, вытирая набежавшие слезы и жалея Мику. Ужасный удар матери навсегда разобьет ее любовь. Утрата будет внушительной и дай Аллах ей терпения.
Когда вышла Самира, Мина посмотрела на Милану.
– Только попробуй что-либо предпринять или отговорить Мику! Все уже решено, и скоро свадьба!
Милана встала из-за стола, окинула взглядом мать Мики и произнесла:
– Настанет момент, когда вы будете сожалеть о содеянном, но ничего уже невозможно будет исправить! В этот момент вам никто и ничто не сможет помочь. Все слезы мира не смогут вернуть вам Мику, и тогда да поможет вам Аллах!
Развернувшись, Милана вышла, вытирая слезы, которые катились по щекам. Представив жизнь Мики, она ужаснулась, но ничем уже не могла помочь. Все в руках Всевышнего.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?