Текст книги "Одноклассники"
![](/books_files/covers/thumbs_240/odnoklassniki-112161.jpg)
Автор книги: Хельга Графф
Жанр: Современная зарубежная литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 11 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Глава 21
Мы разошлись.
Без сомнений, эту поездку по делам Ефим выдумал только потому, что ему надо остаться со мной наедине. Через час в красивом, но простеньком белом платье, прихваченном на моей тонкой талии красным ремешком, с бусами на шее (Алешкиным подарком) я была внизу. Белый цвет удивительно шел мне, и я выглядела очень привлекательно. Вскоре вышел и мой новый друг. На нем ладно сидела оригинальная рубашка с открытым воротом, модный летний пиджак и светлые брюки, на ногах красивые туфли. Он очень преобразился, и разница между тем Ефимом, которого я увидела в первый раз, и тем, который стоял сейчас передо мной, была огромной, разумеется, в пользу второго!
– Ты прелесть, – прошептал он, – наконец-то побудем вместе хоть пару часов! Жду этого со вчерашнего вечера. Выбор за тобой, надеюсь на положительный ответ.
За оградой раздался гудок автомобиля. У ворот стоял «Ягуар» последней модели, шикарная машинка, одна из моих любимых. У меня тоже есть «Ягуар», но старая добрая классика, так сказать, ретро. Вышел водитель и почтительно произнес:
– Добрый день, прошу вас, – он открыл заднюю дверь, пропуская сначала меня, а затем Фиму, – куда едем?
– В «Звезду», Вадик, в «Звезду».
– А что за «Звезда»? – спросила я у Фимы.
– Это гостиница, – ответил Ефим коротко, и мне стало понятно: продолжать беседу при водителе он не хочет, поэтому замолчала и стала глядеть в окно, за которым мелькал этот чудесный город.
Гостиница, куда мы приехали, представляла из себя целый комплекс. В шикарном вестибюле множество людей. Ефим направился к стойке администратора, и я заметила, как почтительно замерли служащие, находящиеся в непосредственной близости. Смутная догадка озарила меня.
– Я у себя, – сказал он строго, – ни с кем не соединять. – Обернувшись ко мне, произнес: – Прошу вас следовать за мной.
Мы вошли в лифт. Двери закрылись, и Ефим с нежностью прижал меня к себе. Был слышен лишь стук его бешено бьющегося сердца. Очутившись у дверей одного из номеров, он вставил карточку, и мы вошли в роскошный номер люкс.
– Ну наконец-то! – вздохнул Фима с облегчением и, неожиданно подхватив меня на руки, понес в спальню.
То, что происходило дальше, можно было охарактеризовать одним словом: безумие. Едва процесс заканчивался, мы снова и снова тянулись друг к другу. Ни разу в своей жизни я не испытывала такой необъяснимой тяги к мужчине, даже с Лешкой не было ничего подобного! Два часа пролетели как мгновение. Мы лежали уставшие, но счастливые, крепко прижавшись друг к другу.
– Олечка, что ты скажешь, какой мне дашь ответ? – с напряжением спросил Фима.
– Ничего пока сказать не могу. Я ведь замужем… но знай: хочу быть с тобой.
Он покрыл поцелуями мое лицо и тело и абсолютно счастливый сказал:
– Буду ждать тебя столько, сколько понадобится, хоть до конца жизни! Мы должны быть вместе. Ты моя половинка!
В этом наши мысли были сходны.
– Фима, расскажи мне о себе, я же ничего о тебе не знаю.
– А Алексей разве тебе ничего не говорил? – удивился Ефим.
– Да нет, просто сказал, что ты женился на девушке намного моложе себя и не очень счастлив в браке.
– Тогда слушай. Родился в обычной семье. Отец был моряком-подводником. Погиб на Севере во время выполнения боевого задания. Мама больше замуж не вышла, полностью посвятив себя мне. Да, кстати, – прервал он свой рассказ, – завтра перед поездкой заедем к ней, хочу вас познакомить, заодно увидишь и мою доченьку.
Я согласно кивнула.
– Закончил профессионально-техническое училище, где мы с Лешкой получили первую рабочую специальность. Затем институт. Как и он, я инженер-конструктор. Профессия была в руках, но я чувствовал, что это не мое и способен на большее. В 90-х началась моя предпринимательская деятельность, и надо сказать, я оказался везунчиком. Меня как-то не коснулись все эти бандитские темы, хотя многих моих друзей из тех лет уже нет в живых…
Я вспомнила свои жуткие приключения в 90-х, бесконечные проблемы с разными бандитствующими элементами, разборки, стрелки, наезды, и сразу стало холодно, как будто реально на миг вернулась в то страшное смутное время.
– В те же годы женился на дочери очень влиятельного человека, который сделал меня своим доверенным лицом и, образно говоря, взяв за руку, ввел в большой бизнес. К счастью, у меня имелись для этого способности, – продолжал Фима свое повествование. – Общий язык, главным образом в постели, с женой мы найти так и не смогли, поэтому к общей радости через пару лет разбежались в разные стороны. К тому времени уже сам рулил своим бизнесом с легкой руки бывшего тестя, которому благодарен и сегодня, хотя его вот уже как десять лет нет с нами, но до последнего его дня мы оставались родными людьми. Через шесть лет женился вновь, и опять не сложилось, да и детей в этом браке не родили, видимо… не было настоящей любви, – сделал он свое грустное заключение. – Через четыре года без взаимных претензий разошлись. Наконец, встретил Ларису. Получилось совершенно случайно. Зашел с другом в детский сад за его сыном, а она там работала воспитательницей. Понравилась своей скромностью и чистотой, ведь тогда еще была нетронутой девушкой и даже парня у нее не было, а когда рассказала мне о своей ужасной жизни, твердо решил на ней жениться, думал, что теперь уже навсегда… – он замолчал и задумался.
Я тоже молчала, не хотела мешать ему предаваться воспоминаниям.
– Так вот, – продолжил он, – знал, что не любит, но думал, свыкнется, слюбится. Ошибся… зато впервые у меня появился ребенок – моя Лизочка, и знаешь, ради этого стоит жить!
«Знаю, – подумала я, – у меня тоже дочка, и хотя ей уже двадцать пять, всё равно осознание того, что в этом мире есть родной человечек, делает мою жизнь светлее и внушает надежду, что не умру в одиночестве, забытая всеми».
– В постели ничего не получалось. Мне всегда нравился грубый и жесткий секс, а Лара этого принять не могла. Постепенно и мой интерес к ней стал угасать, и вдруг… появилась ты! – он с любовью посмотрел на меня и нежно погладил мои волосы. – О твоем существовании я знал много лет, примерно с того дня, как Лешка начал тебя искать. Фоток твоих не видел, у Лешки их не было, вернее, сохранились две детские, и всё, но слышал, что ты необыкновенная. Когда увидел тебя в день приезда, был просто ошеломлен твоей красотой и молодостью, никогда и ни за что не дал бы твоих лет, был очарован твоим характером, влюбился с первого взгляда, но понимая, что ты Лешкина женщина, даже и не надеялся на взаимность, поэтому, наверное, просто сошел с ума… тогда, в нашу первую ночь, когда взял тебя силой… До сих пор не могу себе простить…
Я ласково погладила его по щеке и, поцеловав, сказала:
– Не надо, Фима, извиняться. Именно с той первой ночи с тобой во мне возникла необыкновенная чувственность и притяжение к тебе. Не представляю, как уеду и тебя не будет рядом…
– А ты не можешь уйти от мужа? – нерешительно спросил он.
– Нет, это исключено. Он больной и старый человек. Мне просто совесть не позволит, да и не прощу себе этого никогда, – твердо ответила я.
– Можешь не сомневаться, буду ждать тебя столько, сколько понадобится, – снова повторил он.
Вот Алексей за все эти годы ни разу не сказал мне этого, постоянно, как попугай, повторяя лишь одно: «Я хочу иметь свою семью и своих детей, я не могу не оставить себе такого шанса!» Мне, наверное, легче было бы пережить ситуацию, если бы мы не были близки тогда, но в каждом письме после встречи в Петербурге он «проезжал на танке» по моей душе, говоря, что ему нужны другие отношения. От этих воспоминаний стало горько и тяжело на сердце. Странный человек Леша, он требовал от меня нежного и теплого отношения к себе, при этом совсем не заморачиваясь тем, как он сам ко мне относится, как играет моими чувствами и как постоянно травмирует меня. Словно услышав мои мысли, Фима сказал:
– Я уверен, Лешка тебя любит, но он специфический товарищ, да и слаб на передок: крайне влюбчив. Ему постоянно нужны эмоции и новые ощущения под названием «любовь»! Он чувствует мое отношение к тебе, оттого и ревнует. Не хочет, чтобы ты выбрала другого. Этакий собственник, как говорят: «Ни себе, ни людям», и, конечно, желает, чтобы ты принадлежала только ему, но чтобы и доступ к другим, молодым, телам был обеспечен. Так, к сожалению, получается! Если бы он не вертел своей башкой в разные стороны, я бы от тебя отступился, ведь он мне друг и дружбе нашей столько лет! Однако ситуация, как я ее вижу, развивается совершенно иначе, чем хотелось бы тебе.
– Это правда, но поверь, Фима, мне не хочется расставаться с ним лишь по одной причине: несмотря на свою невероятную любвеобильность, он очень одинок и привязан ко мне, и даже то, что я ждала от него ребенка, а он женился на другой, не сыграло отрицательной роли в моих чувствах к нему. Все эти годы я любила его…
Он помолчал. Как поняла, мои слова задели его до глубины души, но взяв себя в руки, встал с постели и достал что-то из кармана пиджака. Передо мной на его раскрытой ладони лежали два кольца – не золотых, не серебряных, а обычных, скорее, из нержавеющей стали, – на которых была лишь короткая надпись: «Love».
– Я хочу, чтобы этот символ бесконечности связывал нас, как бы далеко мы друг от друга не находились, – с этими словами одно кольцо он надел мне на безымянный палец левой руки. Другое с моей помощью оказалось на его руке. Затем Ефим вышел в соседнюю комнату и вскоре вернулся, держа бутылку шампанского и два изумительных хрустальных бокала. Он произнес самый короткий и обнадеживающий тост:
– За нас!
Мы выпили на брудершафт, а затем слились в страстном поцелуе, вновь приклеившись друг к другу, и желание не заставило себя ждать…
– Фима, пора ехать, а то Алексей нас может хватиться, – напомнила я ему о времени, хоть мне и было как-то неудобно об этом говорить, все же сказала: – Пока сниму кольцо, а то Лешка все поймет, увидев и у тебя, и у меня одинаковые украшения. Больше всего ненавижу разборки!
– Хорошо, дорогая, как скажешь, – согласился он.
– И еще. Я хочу, чтобы ты знал: твоя состоятельность не имеет для меня никакого значения! Того, что приносит мой бизнес, мне вполне хватает для жизни, поэтому за богатством я не гонюсь. Если бы не было тех чувств, которые я испытываю к тебе, никакое богатство не смогло бы удержать меня рядом с тобой, прости.
– Я знаю, что ты за человек, поэтому спасибо за откровенность! Хотелось бы, чтобы ее было побольше в наших отношениях, я очень это ценю!
– Можно тебя спросить? Если не хочешь, не отвечай. Мне показалось, что служащие этого отеля относятся к тебе, скорее, не как к завсегдатаю, а как… – я не успела договорить.
– Да, как к хозяину. Этот отель принадлежит мне, как и многое другое. Я же говорил тебе: я очень состоятельный человек, и поверь, у меня есть неограниченные возможности сделать тебя счастливой. Я и Лешку хотел пригласить в свой бизнес, но это совсем не его направление.
– Спасибо за всё! Мне хватает того, что имею. К гробу багажник не приделаешь, и самое главное, не хочу, чтобы родные дрались и убивали друг друга за наследство.
– Ты удивительная, – вынес свой вердикт Ефим, а я вспомнила, что у Алексея для меня свое определение: «исключительная»!
Боже мой, как приятно слышать от мужчин такие прекрасные слова в свой адрес! Вот оно какое – счастье!
Мы вышли из номера.
От встречи с человеком, готовым ради меня на многое, у меня выросли крылья, и этим он здорово отличался от Алексея и от моего мужа тоже.
Дома никого. Лариса, наверное, у дочери, а «жених», видимо, еще на свидании. Нежно меня обнимая, целуя руки и прощаясь со мной до ужина, Фима шепнул:
– Я приду ночью, не запирай дверь.
Но я возразила:
– Нет, боюсь, Лешка непременно будет где-то рядом. Он уже интересовался, было ли что-то между нами… Кстати, предположил, что я тебе нравлюсь. Откровенно говоря, мне не хочется его обманывать.
– Так давай скажем ему правду. Хочешь, поговорю с ним по-мужски? Скажу, что люблю тебя и право выбора за тобой, – предложил Ефим.
– Нет, не нужно, Фима, или ты хочешь испортить свой день рождения? Еще раз повторю, я не люблю конфликтов и разборок, а посему не надо трогать эту тему именно сейчас, договорились?
– Черт бы его побрал этого Лешку! – с досадой и раздражением выругался Ефим.
На этой «оптимистической» ноте мы разошлись по своим делам. Мне нужно было собраться к завтрашнему путешествию, а Фиме – отдать последние распоряжения перед поездкой.
Глава 22
Для торжественного вечера в честь дня рождения я решила остановиться на очаровательном платьице в стиле 50-х. Мы с дочерью очень любим поэкспериментировать и коллекционируем винтажную одежду 50–80-х годов, выискивая редкие экземпляры в антикварных магазинах и на рынках Европы. Винтаж в Париже, например, стоит в десятки раз дороже, чем в Германии. Это вызвано тем, что парижане понимают ценность таких вещей, в отличие от немцев, для которых подобные тряпки – просто старая одежда, давно вышедшая из моды. Подлинное винтажное платье из тех далеких лет – настоящая находка для коллекционеров, особенно за смешные деньги. Даже имеющиеся на нем пятна и дефекты не играют роли, потому что нынешними средствами можно без проблем привести такую одежду в идеальный порядок. Ну, а пройдя все стадии возрождения, платье становится единственным в своем роде и неповторимым, потому что увидеть такой крой, такую ткань родом из тех лет сегодня уже невозможно. Зато есть твердая уверенность, что второй модницы точно в таком же прикиде на вечеринке не будет. Кстати, в коллекции есть обувь разных лет, сумочки, перчатки, головные уборы и даже верхняя одежда. Все это неподражаемо, и когда мы иногда гордо шествуем в своих уникальных нарядах по улицам нашего города, то практически все обращают на нас свое внимание и даже с любопытством оборачиваются вслед.
Короче, с нарядами для торжества все складывалось замечательно. Фимин подарок я бы, конечно, надела, если бы на мне красовалось классическое вечернее платье и не торчал бы рядом Алексей, но в данном случае не стоило нарываться на скандал. Купальник на всякий случай тоже прихватила, хотя плавать не умею и много лет не посещаю пляжи – боюсь неприятностей со здоровьем.
В свое время, когда я приезжала на каникулы в гости к дяде, мы с его дочерью – моей кузиной – от зари и до темна проводили время на пляже на берегу реки Волги в компании ее институтских подруг и друзей, изо дня в день превращаясь в девушек негроидной расы. Жажда красивого загара загоняла нас аж на крышу бабушкиного деревянного дома, начиная с мая, и мы не задумывались о том, что могут быть негативные последствия. Вот только неприятности эти ждать себя не заставили. Через несколько лет у моей сестренки, еще совсем молодой женщины, диагностировали опухоль в желудке, к счастью, на самой ранней стадии. Часть органа удалили, и вот уже больше двадцати лет, слава богу, болезнь не дает о себе знать. Я очень дорожу своим здоровьем и не могу собой рисковать, ведь мне есть, для кого жить. В общем, береженого бог бережет.
По этой причине я не экстремалка и не люблю никаких путешествий, особенно в далекие экзотические страны, ненавижу передвижения и любой вид транспорта, чтобы не подвергать себя никакой опасности, хотя в душе твердо уверена: со мной никогда ничего плохого не случится. Но вместе с тем я человек достаточно отчаянный и могу мгновенно принимать решения в сложных и опасных ситуациях и именно поэтому, наверное, до сих пор хожу по этой земле, пережив страшные годы бандитского беспредела в России и кое-какие чрезвычайные происшествия, связанные с моей бизнес-деятельностью. А если уж речь идет о спасении собственной чести и жизни, способна оказать нападающим яростное сопротивление. Иногда такие случаи в моей жизни бывали…
Однажды я, шестнадцатилетняя девчонка, возвращаясь вечером домой, имела несчастье встретить на своем пути двух подонков, которые преследовали меня всю дорогу до моего дома, пересыпая свою речь колкими пошлыми обращениями и замечаниями в мой адрес. Было совершенно ясно, чего они от меня хотят. Душа уже давно ушла в пятки, и я лихорадочно соображала, как же мне выкрутиться и выйти из такого сложного положения. Наконец, решила укрыться в телефонной будке рядом с моим домом и дождаться кого-нибудь, кто направится в мой подъезд. В те времена еще не у всех были телефоны даже в квартирах, а мобильных не имелось и в помине! Мои преследователи терпеливо ожидали рядом. Наконец, появилась какая-то женщина, которая направлялась к моему подъезду, и я быстрее ветра, покинув свое убежище, устремилась за ней. Она стояла уже в лифте, когда следом вбежала я. Двери лифта почти закрылись, как вдруг в них появились эти мерзавцы, и один, выставив ногу вперед, попытался вломиться к нам. Решение пришло мгновенно: изо всех сил своих балетных накаченных ног я ударила его по колену – одному из самых чувствительных мест в нашем теле. От боли он отдернул ногу, и двери закрылись. Женщина вышла этажом ниже. Я добралась до своей квартиры и только захлопнула за собой дверь, как тут же услышала на лестничной площадке голоса моих преследователей, еще не утративших надежду найти меня. От пережитого ужаса едва могла говорить, но уже точно знала, что никогда не дам возможности кому-либо себя обидеть или причинить мне зло. История с Фимой не в счет. Наверное, если бы совсем его не хотела, не дала бы ему такой шанс. Значит, в глубине души все же таилось желание.
Вечером появился Алексей в отличном настроении. На вороте его рубашки я заметила следы помады и пудры, совсем как в анекдоте, и, усмехнувшись, спросила:
– У тебя помада и пудра на рубашке, наверное, с клоуном подрался?!
Схватившись за воротник, он молча выскользнул из комнаты. Минут через пятнадцать, переодевшись, появился вновь. За ужином я видела, как Фиме хочется расставить в этой истории все точки над «i», но дала понять: еще не время. Лара тоже находилась в состоянии эйфории и летала по кухне, как угорелая. Еще бы! Наконец-то исполнилась мечта всей ее жизни: расстаться с человеком, к которому она не испытывала никаких чувств, и соединиться с тем, кого любила.
– Оля, – подошел ко мне Ефим, – не хочешь прогуляться по саду?
– А почему бы и нет, – встрял Алексей, – погода прекрасная. Действительно, почему бы нам всем не прогуляться?
– Нет, спасибо, Фима, – я проигнорировала Лешкину инициативу, – завтра мне предстоит много дел, поэтому пойду отдохну.
С этими словами, пожелав всем спокойной ночи, я отправилась в свою комнату, предварительно заперев на ночь дверь, так как не хотела никаких вторжений и провокаций и не желала, чтобы кто-нибудь из них вломился ко мне для сексуального контакта. Для Фимы я бы сделала исключение, но мне не хотелось заниматься любовью под самым Лешкиным носом. Мне было перед ним крайне неловко, поскольку именно Алексей привез меня сюда и познакомил с Ефимом, и я, обманывая его, чувствовала себя виноватой. Засыпая, слышала обрывки фраз моих дорогих мужчин: они о чем-то ожесточенно спорили. Лишь бы не обо мне, а то все может закончиться скандалом. С этими тревожными мыслями отправилась прямиком в царство Морфея. Мне снился Ефим и наши страстные любовные отношения…
Утром, приведя себя в порядок, проверила чемодан, чтобы не было сюрпризов, как случилось однажды со мной в Питере, когда я забыла взять с собой основное мое «богатство» – косметичку с полным набором нужной косметики, и чтобы не разгуливать в естестве своем, купила все заново. Ну, а поскольку я привыкаю к вещам и могу пользоваться ими по несколько лет, то плохо реагирую на новые.
Обтягивающие джинсы, блузка из какого-то фантастического материала (как бы ее ни комкали и где бы она ни валялась смятая, всегда выглядела так, как будто ее только что выгладили) составили мой гардероб сегодня. Маникюр, педикюр, макияж и прическа в полнейшем порядке. С собой взяла шоколадки в коробочке в виде зайца, огромного, симпатичного плюшевого мишку – подарок для дочери Фимы и набор швейцарского шоколада. У меня всегда с собой подобные сувениры, ведь обязательно придется заглянуть к кому-нибудь в гости (не пойдешь же с пустыми руками!). Сегодня мы с Ефимом собирались заехать к его маме и дочери, поэтому такие знаки внимания, как гостинцы его родным, будут Фиме приятны.
В дверь постучали. Я, не спрашивая, открыла, потому что сердцем почувствовала, кто это.
– Доброе утро, дорогая, – войдя в комнату, сказал Фима. – Ты просто супер! – он с восхищением оглядел меня с ног до головы. – Наш самолет в 16:00, поэтому еще есть время заехать к маме, хорошо?
Ефим прикрыл дверь, и мы обнялись. Я стояла, прижавшись к нему, вдыхая аромат его одеколона. Как хорошо и спокойно. «Вот она – моя каменная стена, – подумала я с большой нежностью о нем. – А может, это любовь? Не знаю… время покажет. Если не сумею его забыть, буду тосковать и не смогу жить без него, значит – действительно ЛЮБОВЬ». Всем своим существом я чувствовала его состояние. Он страстно меня хотел, но сегодня у нас просто не было времени друг для друга.
– Идем, – сказал Фима, – нас ждет машина.
– А как же Лешка? Он не поедет с нами?
– Нет, он готовится к поездке. Сам мне сказал, и знаешь что, давай после дня рождения скажем ему о наших отношениях.
Я промолчала.
Мама Ефима жила совсем недалеко от нас. Он позвонил, и через несколько минут дверь открыла пожилая женщина, по-видимому, помощница. Она очень приветливо пригласила нас в дом. Едва мы переступили порог, как из комнаты выбежала девочка лет четырех, бросилась ко мне и обняла за шею. Лизочка – любимая Фимина доченька. Я в прошлом педагог со стажем и видела много детей разного возраста, но Лизочка произвела на меня особенно приятное впечатление. Очень ласковая, прелестная маленькая девочка доверительно прижалась ко мне и спросила, будем ли мы играть.
– Конечно, Лизочка, – ответила я, – посмотри-ка, к тебе в гости пришли мишка и зайка, – и протянула ей мои подарки.
Глазки малышки вспыхнули от радости, она прижала к себе гостинцы и с криками: «Бабуля, смотли!» убежала в комнату.
– Какая прелесть! – искренне восхитилась я ребенком.
Обожаю малышей, они такие забавные!
Ефим с гордостью улыбнулся. Мы прошли с ним в гостиную. Навстречу нам поднялась стройная пожилая женщина с добрым приятным лицом, до сих пор, несмотря на солидный возраст, сохранившим следы былой красоты. Фима был совсем на нее не похож.
– Это моя мама, Софья Семеновна, а это Оля, – представил нас друг другу Ефим.
Она протянула мне руку и закрепила знакомство крепким рукопожатием.
– Очень приятно! Олечка, дорогая, да вы еще совсем молодая женщина, – сын, очевидно, не поставил ее в известность о том, сколько же мне на самом деле лет. – Весьма наслышана о вас. Фимочка все уши прожужжал. Влюбился как мальчишка и, представьте себе, в первый раз в жизни, – сделала хозяйка свое абсолютно верное заключение, с хитрецой и улыбкой глядя на меня.
Я не знала, что ей ответить.
– Присаживайтесь, – пригласила она меня, – сейчас будем пить чай. Пусть Фима пообщается с Лизой. В последнее время они редко видятся.
– Наверное, это из-за нас, – сказала я. – Ефим вынужден заниматься нами, поэтому и времени у него немного.
– Да вы тут ни при чем! Свободного времени у него действительно мизер, но лишь из-за работы, которую он делает, – Софья Семеновна внимательно посмотрела на меня и без обиняков спросила: – Олечка, вы тоже любите моего сына?
Своим вопросом она поставила меня в тупик. Не могу же я сказать ей, что замужем и про любовь говорить пока рано. Поэтому решила несколько завуалировать свой ответ:
– Выходит так, Софья Семеновна.
– Это замечательно! – обрадовалась она. – А то всё в его жизни есть: и деньги, и ребенок, вот только любви настоящей нет и женщины, которая могла бы ему ее подарить. Я буду счастлива, если вы будете рядом с ним!
– Спасибо, – тихо ответила я.
С очаровательной Софьей говорили обо всем: обо мне, ее сыне, внучке, о жизни, – и я поняла, что произвела на нее хорошее впечатление. Мне стало ясно, что Фима специально привез меня к ней, чтобы получить ее благословение на нашу дальнейшую совместную жизнь. Затем все вместе пили чай. Лизочка, как ни уговаривали ее бабушка с папой, никак не хотела слезать с моих колен – так мы с ней подружились. Потом Фима остался с матерью, а мы пошли с Лизой играть. У меня особый контакт как с детьми, так и с животными. И те, и другие меня обожают. Девочка не стала исключением. Напоследок я пообещала ей привезти красивую куколку. От радости она опять меня обняла и поцеловала. Что еще нужно маленькому ребенку для счастья?!
– Ой, простите, забыла, – спохватилась я, когда мы уже стояли на пороге. – Софья Семеновна, это вам, – и протянула шикарную коробку со швейцарским шоколадом.
– Ну что ты, деточка, не надо было беспокоиться, но все равно большое спасибо! – мы попрощались с ней как родные люди.
– Ты очень им понравилась, – сказал Ефим, обнимая меня за плечи и целуя в висок, когда мы покинули дом. – Лизок меня просто замучила вопросом: «Когда еще придет тетя Оля, мы не доиграли с ней в глупышек». Что за глупышки такие? – удивился он.
– О… эту игру придумал мой отец, когда нянчился с маленькой Элькой – моей дочкой. Игра ей так понравилась, что стоило ему появиться на пороге после работы, как она хватала его за руку и тащила играть в «глупышек». Он и сам уже был не рад, что всё это придумал. В общем, это такая игра в кукол, некоторые из которых глупышки и ничего не соображают. А Лизочка у тебя просто прелесть! Хотела бы я, чтобы у меня была такая доченька.
– А если она останется с нами, ты не будешь против? – как мне показалось, со страхом спросил Ефим.
– Не говори глупостей! Если так случится, я смогу стать ей матерью, а не мачехой.
Фима с большой нежностью поцеловал меня.
Лешка был не в духе и встретил нас с раздражением.
– Зря ты не пошел с нами, – сказала я, – у Фимы такая чудная девочка и замечательная мама!
– Я знаю, – буркнул он.
– Леха, ты готов к поездке? – сменил тему Ефим.
– А что тут готовиться, все свое ношу с собой.
Появилась Лариса. На скорую руку собрала на стол. Мы пообедали и отправились каждый в свою комнату за вещами.
– Оля, – окликнул меня Алексей, – хотел спросить. Он тебе нравится, потому что богат?
– Он мне нравится, потому что человек, Леша, – ответила я.
– А я что… нет?
Я промолчала. Какой смысл с ним пикироваться и портить себе настроение?
Чемодан оказался легким. За всю жизнь, за все поездки я так устала носить тяжести! Раньше и вовсе это был кошмар! Чемоданов на колесиках еще не придумали, приходилось тащить этот «гроб» на своем горбу. А за изобретение этого чуда я бы автору при жизни поставила памятник. В гостиной присели на пару минут на дорожку и всей компанией вышли во двор. Подъехал шестиместный автобус марки «Мерседес», за рулем которого был тот же Вадим, который, вежливо поприветствовав нас, весьма комфортно разместил всех в салоне.
Итак, путешествие началось.
Мы разговаривали. Неожиданно Ефим спросил меня:
– Олечка, у тебя же тоже дочка, а почему ты нам о ней совсем ничего не рассказываешь?
– Да она уже взрослая! Мне даже страшно сказать, сколько лет ей и соответственно мне. Добрая, красивая, интересная, миниатюрная и очень толковая. Я ею горжусь. Сейчас работает на немецком телевидении, замужем за хорошим немецким парнем. Вот жду, когда появятся внуки.
– А как ее зовут? – спросила Лариса.
– Эльвира, или попросту Элька. Иногда я зову ее детским прозвищем Еша, почему именно Ешка, не могу объяснить.
Мы продолжали говорить о детях, и только Алешка печально молчал, не поддерживая общий разговор, и я понимала почему. Ему было недоступно воспитание собственного ребенка, а вот женился бы на мне, не отверг бы нашего малыша, и мы воспитывали бы его вместе, но что теперь об этом горевать: снявши голову, по волосам не плачут. О своих детях мужчины вспоминают не часто, а в большинстве своем и вовсе забывают, предоставив женщине нести этот груз забот самостоятельно. Лишь когда дети становятся взрослыми, в их душах появляется гордость за тех, кому они дали жизнь, но долгие годы даже изредка они не торопятся о них вспоминать.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?