Текст книги "Умираю от желания"
![](/books_files/covers/thumbs_240/umirayu-ot-zhelaniya-12636.jpg)
Автор книги: Хизер Грэм
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
Рано утром в понедельник Серена уже была на площадке. Она провела беспокойный уик-энд, и это еще мягко сказано. Пожалуй, ей стоит как можно скорее вернуться к работе и к своему обычному расписанию.
Она пришла так рано, что только Кленси, дежурившая на первом этаже, была на месте и приветствовала ее. Поднявшись на этаж, где находилась ее гримерная, Серена прошла по павильону мимо студий с декорациями – было еще темно и тихо, горел только дежурный свет.
Около лестницы висела большая доска с расписанием на день: «Собрание! Весь актерский состав и все цеха без исключения! Ровно в 9.00! Не опаздывать!»
А ниже значилось: «Серена Маккормак, Конар Маркем, массовка – «египетский» объект, 10.00».
Массовка? Определенно что-то поменялось в планах на этот день. Что за массовка? Что они собираются снимать?
Она оглядела просторное помещение со множеством объектов с каждой стороны от центрального прохода, где двигалась камера. Желтая полицейская лента все еще огораживала декорацию ресторана, где упал тот злосчастный софит. Не позавидуешь Джо и Энди, подумала она. Из всех объектов ресторан использовался чаще всего.
Она услышала какой-то шум на площадке и застыла на месте. Оглянувшись, сначала заметила только темную фигуру, направляющуюся от того самого места, где произошел несчастный случай. Неизвестный, высокий широкоплечий мужчина, шел прямо к ней.
«Убийца!» – вспыхнуло в голове. Тревога последних дней не отпускала.
«Нет, – убеждала она себя. – Скорее всего статист из массовки. И наверное, просто не знает, куда идти».
Она сделала шаг навстречу со словами:
– Извините, вы, наверное, заблудились? Не думаю, что вам стоит бродить тут в одиночестве. Полиция все еще не разрешает заходить на площадку. Если вы подниметесь двумя этажами выше, то найдете костюмерную и гримерную для массовки.
Она была изумлена полученным ответом:
– Я не из массовки, черт бы ее побрал! И мне не нужен ни костюмер, ни гример, Серена.
Мужчина шагнул в свет, и она тихо ахнула. Его темные волосы были взъерошены и небрежно падали на лоб, по лицу пробежала гримаса раздражения.
Лайам.
Первое, о чем она подумала – она выглядит ужасающе. Зная, что ей предстоит гримироваться, она не удосужилась ни подкраситься, ни толком причесаться. На ней были леггинсы и растянутый свитер на пару размеров больше.
Она слышала от Конара, который был лучшим другом Лайама, что ее бывший встречается с юной блондинкой, которая занимается не то археологией, не то палеонтологией, в общем, серьезным делом, не то что какая-то актриса! И разумеется, длинные ноги, умопомрачительный загар и все такое…
– Хэлло, Серена!
– Лайам, – пробормотала она и тут же подумала, какие чувства отразились в ее тоне.
– Да уж, извини, – сказал он, и она поняла: видимо – недовольство.
Да, она была недовольна. Куда лучше, когда она не видела его. Но он стоял перед ней, что называется, во плоти. Или, вернее, в бежевом пиджаке, свободных брюках и голубой рубашке с галстуком, которая особенно шла ему. У него были темные, можно сказать, черные волосы. И глаза того же оттенка. А черты лица правильные, как у римских статуй. При этом от него исходило обаяние мужественности и сексуальности. Его волосы еще сохранили влажность утреннего душа, и, почувствовав знакомый запах его лосьона, она невольно подумала… Но тут же заставила себя отбросить эти мысли.
– Что ты здесь делаешь? – вежливо поинтересовалась она. – Конар говорил, что ты ушел из полиции и теперь работаешь на себя?
– Верно, – кивнул он. Небрежно засунув руки в карманы, он смотрел на нее. – Как я понимаю, ни Джо, ни Энди еще не говорили с тобой?
Она нахмурилась. Он был знаком со всем коллективом «Долины Валентайнов», потому что, когда служил в полиции, расследовал дело о серии убийств, к которому волей судеб была причастна группа сериала. Серену в целях безопасности вверили его пристальной опеке, тогда она и познакомилась с ним.
– Ни тот ни другой… А о чем они должны были говорить со мной? – недоумевала она. – Что происходит?
– Они пригласили меня поработать.
– Поработать в сериале? – умилилась она и тут же поймала себя на том, что ее голос предательски дрожит. Она должна прекратить это. Она должна проявить спокойствие и невозмутимость. Господи, она ведь актриса! Что ей мешает взять верный тон? – Ты хочешь поработать актером?
– Ни за что в жизни, – заверил он. – Меня наняли продюсеры после недавнего происшествия.
– Ты расследуешь смерть Джейн? – спросила она. – Но как мне кажется, этим делом занимается Билл Хатченс под руководством Джорджа Олсена. Я не понимаю, при чем тут…
– Меня наняли охранять тебя.
В ужасе уставившись на него, она застыла с открытым ртом.
Она не могла точно сказать, сколько простояла так с идиотским видом. Он, в свою очередь, спокойно смотрел на нее. Ей не нравилось то, что она прочла в его глазах. Он считает ее примадонной, которая думает, что достойна лучшего, а не того, что ей предложили…
Она пыталась восстановить душевное равновесие. Сжав кулаки, отчаянно хотела, чтобы ее слова прозвучали спокойно.
– Я, правда, не думаю, что это хорошая идея. Начнем с того, что я не верю, будто бы мне угрожает опасность. Упал софит. Насколько я знаю, никаких других версий нет.
– Я тоже надеюсь, что тебе ничто не угрожает. Это облегчит мою работу.
Он пожал плечами, словно его это мало занимало.
– Прекрасно. Иди к продюсерам. Я здесь, потому что меня попросили и я согласился помочь. Ты хочешь устроить шум по этому поводу? Что ж, давай, Серена, вперед!
– Я не собираюсь ничего устраивать.
Он равнодушно пожал плечами, его темные глаза выражали полное удовлетворение.
– Ты всегда делаешь то, что хочешь, Серена. Я буду на связи. Уверен, кто-то даст мне знать, до чего вы договоритесь.
Он готов был повернуться и уйти. Точно так, как ушел однажды…
Она подумала, что не сможет вынести это во второй раз. И быстро заговорила:
– Мне не нужен телохранитель, но все равно спасибо всем, кому ты готов помочь.
Он молчал, глядя на нее. Она воспользовалась возможностью уйти первой и направилась к лифту. Коротко нажала на кнопку, но так поспешно, что кнопка не сработала.
Естественно, лифт не пришел. И она поняла, что Лайам уже стоит позади нее.
– Это был несчастный случай! – прошипела она, резко оборачиваясь к нему.
– У меня пока нет заключения криминалистов, поэтому я не могу дискутировать на эту тему, – сказал он ей.
Лифт открылся. Она вошла, он следом за ней… В маленьком пространстве она еще острее ощущала его присутствие. Она нажала кнопку этажа Джо Пенни. Лайам не прикоснулся к кнопке. Видимо, он тоже направлялся туда.
Она не хотела обсуждать эту проблему с Джо Пенни в присутствии Лайама. Но очевидно, она недостаточно ясно объяснила ему, что не нужно следовать за ней.
Секунды в лифте казались бесконечными. Она потянулась к кнопкам, затем остановилась, понимая, что он наблюдает за каждым ее движением. Скверно, что она не могла вернуться назад и провести разговор в непринужденной манере. «Как твоя блондинка, с которой ты теперь встречаешься? Уж она-то не пустышка… еще бы, имеет университетскую степень, как ты сказал. А ты уверен, что она достаточно взрослая, чтобы разгуливать с тобой по ночам, посещая злачные места?»
Двери лифта открылись.
– После тебя, – сказал он вежливо. Он едва не наступал ей на пятки. Они подошли к кабинету Джо, дверь была приоткрыта. Очевидно, он тоже пришел в это утро пораньше. Она без стука вошла в кабинет. Притворяясь, что представления не имеет, почему Лайам сопровождает ее, она попыталась закрыть дверь. Но Лайам аккуратно придержал ее.
Джо Пенни сидел за столом, изучая сценарии. Когда они вошли, он поднял глаза. Аккуратно причесанные волосы, бронзовый загар, отлично подтянутое лицо.
– Серена! Я рад тебя видеть. О, Лайам, и ты здесь. Вот и отлично. Серена…
– Джо, я не нуждаюсь в телохранителе, – начала она без прелюдии.
– Серена, я тоже на это надеюсь… – поднимаясь, сказал он. Скрестил руки на груди и присел на угол стола. – Но лучше проявить осторожность, чем потом кусать локти.
– Разве полиция намерена…
– Полиция озабочена, – терпеливо продолжал Джо. – И я, и Энди тоже беспокоимся. Серена, ты ведь знаешь, как ты необходима этому сериалу?
– Джо, это прекрасно, что вы меня так цените, но…
– Ты просто… просто настоящая мегера, – сказал он с искренним восхищением. – Зрители обожают тебя, Серена. Твоя героиня самая популярная в этом «мыле». Ты нужна нам. И конечно, мы все любим тебя. Мы не можем допустить, чтобы с тобой что-то случилось. В полиции нам посоветовали пригласить Лайама. Сказали, что он лучшая кандидатура для этой работы. Он знает большинство из нас, черт, он опрашивал многих из нас по тому прошлому делу… Он знает павильон. Он знает тебя. Копы не могут обеспечить нам охрану, которая тебе необходима. Серена, я надеюсь, что ты взрослая девочка и поймешь все правильно.
Она чувствовала, что они уже все решили за ее спиной. Лайам, казалось, готов был уйти, убежденный, что она поднимет шум. Джо с мольбой в глазах продолжал смотреть на нее.
– Серена, ты знаешь, как я отношусь к тебе? – спросил он.
– Ну… Как?
– Как отец, да, именно как отец. И потом, конечно, работа…
– Да. Именно. «Долина Валентайнов». И ты печешься об этом тоже как отец, да? – мягко спросила она.
– Это мое дитя, – напомнил он ей. – Серена, я знаю, ты ценишь свою независимость, но я также знаю, что ты умная женщина, которая никогда не станет пренебрегать своей безопасностью.
– Я никогда не пренебрегаю своей безопасностью. Поэтому мне не нужен телохранитель.
– Серена, зачем рисковать, – продолжат настаивать Джо, – когда этого можно избежать? Когда у нас есть возможность обеспечить тебя надежной охраной? Ты хочешь, чтобы мы все рисковали?
Великолепно. Сейчас он заставил ее почувствовать себя капризной эгоисткой, не думающей об остальных.
– Что ж, хорошо. – Она слышала, как произнесла эти слова. Спокойно, по-взрослому. – Вы хотите приставить ко мне телохранителя? А я хочу вести нормальную жизнь. – Она повернулась и посмотрела на Лайама. – Держись подальше, – сказала она ему, имея в виду не только работу.
– Не беспокойся, – лаконично заверил он. – Я не подойду близко. – Видимо, сама мысль о том, что он может захотеть приблизиться к ней, казалась ему смешной. – Ты ведь до сих пор не замечала, что я слежу за тобой?
Не замечала? Уже? Она ощутила прилив справедливого гнева.
– До сих пор? – вспыхнула она, поворачиваясь к Джо. – Вы уже наняли его? Когда? Несколько дней назад? И он следил за мной, и никто не проинформировал меня?
– Мы не хотели тебя расстраивать, Серена, – оправдывался Джо.
Лайам подошел ближе, положил руку ей на плечо и развернул ее лицом к себе.
– Не сходи с ума. Я не проникал в твой дом без твоего ведома и тому подобное. – Глядя на него, она хотела закричать. В его тоне опять слышалось что-то такое, от чего хотелось выброситься из окна. Презрение. Как будто он хотел сказать – зачем ему заглядывать в ее окна, когда он и так там все прекрасно знает? – Я ехал следом за твоим автомобилем, – продолжал он ровно, – и наблюдал за домом, чтобы убедиться, что никто не преследует тебя и не угрожает тебе.
Она повернулась к Джо.
– Как вы могли так поступить со мной? – воскликнула она. Джо, сдаваясь, поднял руки.
– Серена, мы любим тебя.
Она готова была взорваться. Она хотела бежать отсюда, прочь от этого мужчины!
– Держись подальше! – повторила она.
Густые темные ресницы опустились.
– Любой ваш приказ… для меня закон, мэм, – заверил он ее со скрытой иронией.
Она оттолкнула его и прошла к выходу, стараясь больше не прикасаться к нему. Она хотела выйти и хлопнуть дверью. О нет, это ужасно! Она должна источать яд и холод, пусть даже это убьет ее.
Он перехватил дверь, прежде чем она закрылась, и последовал за Сереной, соблюдая дистанцию. Они подошли к лифту и поднялись этажом выше, где располагались гримерные. Она вошла в свою комнату, не удержалась и с силой хлопнула дверью.
Он не пытался войти следом за ней.
– Пошел он к черту! – в сердцах выругалась она.
И тут же невольно подпрыгнула, когда из угла комнаты раздался пронзительный крик. Оглянувшись, она увидела Дженнифер. Ее подруга сидела на кушетке с ребенком на руках. Серена своим неожиданным появлением испугала малыша. Джен покачала головой:
– Ты разбудила его!
– О Господи! – воскликнула Серена. Она подошла к Дженнифер и потянулась к ребенку. – Можно я подержу его? Извини, Джен, но что ты делаешь в моей гримерной? Я не видела тебя и не знала…
Она взяла мальчика из рук матери и, склонившись к нему, погладила его маленькую головку. Дженнифер пустилась в объяснения:
– Нас всех вызвали на общее собрание. Моя гримерная все еще опечатана, не знаю, что они там ищут, но туда войти нельзя. Я пришла сюда, зная, что моя дорогая подруга будет рада видеть беби и меня. Я могла бы пойти к Конару, но я вижу своего мужа с поразительной регулярностью, а тебя, с тех пор как вышла из работы, вижу не часто.
– О Джен! Прости меня. Я всегда рада тебе, ты знаешь. Я просто не ожидала увидеть тебя и этого кроху. Эй, сладкий, все о'кей? Вот ты и успокоился. Прости, я не хотела будить тебя.
Малыш проглотил слюну и уставился на нее. Потом потянулся маленьким кулачком к ее плечу, улыбнулся и снова затих. Его маленькое тельце дрожало, когда она отдавала его.
– Слава Богу, он любит тебя, – вздохнула Джен.
– Слава Богу, он очень рассудительный, чтобы принять извинения.
– Вижу по твоему лицу, что что-то случилось. Рассказывай… – попросила Дженнифер. Она осторожно взяла ребенка из рук Серены и положила в коляску. Он снова заворочался, замахал ручками и со вздохом успокоился.
Серена присела на стул перед зеркалом.
– Сама не верю, что это говорю я, но я хочу выпить. Нет, лучше общую анестезию. О Боже, можно подумать, что кто-то действительно хочет прикончить меня!
– Серена, ради всего святого, что происходит? – спросила Дженнифер.
Серена подняла руки и со вздохом опустила их, затем нетерпеливо сказала:
– Они наняли для меня телохранителя. – Она прищурила глаза. – Откуда взялась эта идея, ты, видимо, знаешь. Не так ли? – Она внимательно смотрела на Дженнифер, ожидая ответа.
Дженнифер хранила молчание, но ее лицо приняло виноватое выражение. Серена встретила ее взгляд, качая головой.
– Ты все знала, правда?
Дженнифер продолжала молчать, тем самым подтверждая подозрения Серены.
– Конечно, знала. Как и то, что они наняли Лайама Мерфи! Конар должен был знать, и нет сомнений, что он рассказал тебе, – говорила Серена, с осуждением глядя на подругу.
Дженнифер прочистила горло.
– Я узнала только вчера. Но я была расстроена, потому что у мальчика болело ухо. И если честно, я не думала, что это так расстроит тебя. Ты говорила мне… что между вами все кончено. Уже давно. И ты не переживала из-за этого. Ты отнеслась к этому вполне спокойно. Как будто все произошло так, как ты сама решила. После развода с Энди ты пришла на работу в прекрасном настроении… Ты была добра к Энди и даже играла с ним любовные сцены.
– Потому что брак с Энди тяготил меня и я ужасно хотела развестись.
– Хорошо, вспомни, что ты говорила, когда рассталась с Лайамом? Ты сказала, что у вас ничего не получается. Что ты любишь завтракать в постели, а он хочет поджаривать змей на камнях в пустыне или что-то вроде этого.
– Я так сказала, неужели? Что он хочет поджаривать змей на камнях? – пробормотала Серена. Она должна быть честной, по крайней мере с Дженнифер. Ну да, дело было в ее гордости. А Лайам Мерфи решил, что она не стоит его усилий.
– Именно так ты тогда говорила.
– Я лгала, – вздохнула Серена.
– Прекрасно. Лгала. Мне. Твоей лучшей подруге.
– Ты жена его лучшего друга!
– Но все-таки я твоя подруга!
Серена молчала какой-то момент.
– Он ушел от меня сам, – тихо произнесла она.
Дженнифер ахнула, мгновенно вставая на сторону Серены, хотя Лайам был лучшим другом ее мужа.
– Он взял и ушел от тебя? Без объяснений, без…
– Нет, это было бы очень просто.
– Значит, тогда…
– Сначала он кричал так, что стены сотрясались.
– И ты хочешь, чтобы я поверила, что ты ничего не сказала в ответ? – сухо заметила Дженнифер.
– Куда там… Я много чего наговорила.
Серена вздохнула, вспоминая. Странная вещь, она досконально помнила, что произошло в тот день. Они были у него дома. У обоих был выходной, и они планировали провести этот день вместе. И тогда зазвонил телефон – ее мобильный. Это был Джо Пенни. Он говорил о предстоящей сцене и о том, что хотел бы обсудить кое-что с ней и Энди до начала съемок. Когда она ответила на звонок, Лайам поморщился, но сохранял терпение, хотя не преминул напомнить ей, что сказал своему боссу: он уезжает из города на уик-энд, поэтому они могли бы провести эти дни без телефонных звонков. Они и раньше обсуждали, как найти окно в ее расписании, и ухватились за представившуюся возможность. Она говорила, что он поступает точно так же, но он сказал ей, что он другое дело, потому что он полицейский. Казалось, он забыл, сколько раз оставлял ее по срочному вызову. Но с его точки зрения, это совсем другое. У него серьезная работа. В этом все дело. Он – коп. Она всего лишь актриса. Согласно его понятиям, его работа давала ему право прерывать их встречи в самый неподходящий момент.
Ее возмущало его высокомерие, хотя долгое время она пыталась понять его. Он же не приложил никаких усилий. Он по-прежнему считал, что ее работа – занятие несерьезное, точно так же, как Джефф и Мелинда.
Она не могла забыть, как он небрежно разваливался на постели, пока она говорила по телефону. На белоснежных простынях его плечи, ноги, грудь казались вылитыми из бронзы. Он смотрел на нее, закинув руки за голову. Стоило ей положить трубку, как он заметил, что ей совершенно не обязательно встречаться с Джо сегодня, она может перенести встречу на следующий день.
Но голос у Джо был категоричный. И она почувствовала, что не может отложить встречу. Она все еще была немножко взвинчена из-за своего скандала с Лайамом по поводу нескольких фотографий, которые попали в газеты. Так что после телефонного разговора она поцеловала его в лоб, затем направилась в душ, говоря на ходу:
– Мне придется пойти.
Минуту она стояла под душем. Занавеска отдернулась, и он предстал перед ней во всей своей первозданной красе.
– Никогда не видела ничего более соблазнительного, – пошутила она, – но я должна идти. Это важно. – Его обнаженное тело заставило ее сердце проделать крутой вираж.
Она помнила, как он взял ее руку; могла даже вспомнить, как с нее стекала вода, когда она коснулась его груди.
– Что ж, пожалуй, я на несколько минут… запоздаю… – проговорила она с легким придыханием тем самым сексуальным голосом, который предположительно должен был вызывать у большей части мужского населения Америки желание уложить ее в постель.
Но только не у Лайама. Он выпустил ее руку, глядя ей в глаза.
– Нет, Серена, я стою большего, чем несколько минут. Мы стоим большего, чем несколько минут. Я сыт по горло всем этим: шум, суета, газеты, ребята в отделении, которые расспрашивают меня, как тебе удается сниматься во всех этих откровенных сценах, где ты обнимаешь других мужчин, и я не хочу выяснять отношения.
– Какая ложь! Ты все время ведешь себя так, словно с цепи сорвался. Ты чуть не сломал мне руку, оттаскивая меня от газетного киоска на другой день после того, как одна из глупых желтых газетенок напечатала снимок, на котором Манни Мартинез целует меня в щеку…
– Он целовал тебя не в щеку, и ты была голая.
– Неправда, не голая! Я не знаю, когда они сделали этот снимок. Наверное, когда Мартинез пригласили в качестве гостя на съемку сцены в итальянском ресторане «Прима пьятти».
– Да, разумеется, все сцены на публике… Мне все видится с другой стороны.
– Я была на съемке!..
– Конечно, на съемке. А потом появилась статья о тебе и Манни Мартинезе, о том, что вы делали больше, чем просто зажигали на площадке, и ты согласилась с этим.
– Я не согласилась. Это не так легко опротестовать…
– Забудь это, Серена, забудь.
– Я не хочу забывать!
Вода была горячей, и вокруг них натекла целая лужа. Он намок, да и она тоже, а пар становился все гуще.
– Ты все время уходишь, потому что ты коп. Коп! Я так понимаю, что это для тебя все равно что Бог. Иногда стоило бы отбросить высокомерие и проявить немного чуткости.
– Коп – это другое!
Она уже вышла из себя. И не могла остановиться. И чем больше она злилась, тем сильнее ей хотелось ударить его. Вот этими мокрыми кулаками в грудь. Она вышла из душа и набросилась на него.
– Ты знаешь, – кричала она, – я делаю это, чтобы заработать на жизнь, ты всегда знал это, и ты не имеешь права думать, что ты лучше…
– Я не сказал, что я лучше, я сказал…
– А что касается этих дурацких фотографий, ты знаешь, что журналы печатают любые и…
– И я знаю, что ты могла бы вмешаться, внести поправки и запретить печатать некоторые из них. Если ты не спишь с каждым идиотом, которого приглашают в сериал в качестве гостя, тебе следовало…
– Ты дурак! Ты хотя бы понимаешь, что ты говоришь?!
– Так, значит, это правда? Пресса пишет об этом, а ты и пальцем не пошевелишь, чтобы прекратить это безобразие?
Она слегка смутилась. Джо требовал, чтобы она разрешила напечатать эту последнюю статью, включая множество слайдов, без всяких оговорок. Она так и сделала.
– Если ты веришь во всю эту чушь, которую прочитал, если ты сомневаешься во мне, уходи! Уходи сейчас же!
– Я это и собираюсь сделать! – Так как она продолжала колотить его в грудь, он схватил ее за руки, и теперь они стояли друг против друга, и за всю свою жизнь она не хотела ничего так сильно, как прижаться к нему всем телом. Она толком не знала, кто первый начал, то ли он поцеловал ее, то ли она? Они стояли мокрые и сгорали от желания, и не только она, но и он тоже, потому что когда она провела руками по его телу, то поняла, что он возбужден, очень возбужден, и это еще сильнее распалило ее. И она не могла оторваться от него, даже если бы самый страшный ураган обрушился на Калифорнию. А когда он ласкал ее, слизывая языком каждую капельку воды с ее тела, соединяясь с ней, как будто они одно целое, ей казалось, что она вот-вот взорвется от экстаза, который перенес их на новый уровень бытия; и что теперь все будет чудесно, и они смогут поговорить спокойно и рассудительно, и…
Это было у него дома. Он встал, прежде чем она успела отдышаться.
И оделся с молниеносной скоростью. Пока она, с обожанием глядя на него, думала, что только что побывала на небесах и вот вернулась на землю.
– Я не могу сделать это, Серена. Не могу.
– Но…
– Если ты считаешь, что имеешь право наличную жизнь, и не желаешь считаться со мной, я не могу пойти на это. Наши совместные мгновения прекрасны. Но мне этого мало.
– Тебе проще вообще отказаться от меня?
– Нет, потому что я никогда не имел тебя.
– Лайам, это безумие. У тебя тоже жесткое расписание.
– Я полицейский. Но даже у меня нет такого количества срочных дел, которые прерывают наши встречи и ломают совместные планы.
– Лайам, это ложь. Ты ведешь себя как ревнивый идиот.
– Серена, я могу многое вытерпеть. Но только не те игры, в которые ты играешь.
Он потянулся за своей курткой.
– Ты бросаешь меня? Сейчас? После того как…
– А почему не сейчас?
– Но это твой дом!
– Ну и что? Запри за собой дверь, когда уйдешь. Пожалуйста.
Она толком не помнила, что сказала ему тогда. Много чего.
Она не помнила точно, что он сказал в ответ – он уже уходил.
– Серена, – сказала Дженнифер. – Серена! – звала она, возвращая подругу в реальность. – Скажи мне. Скажи мне, что случилось? Я ведь твой друг. А ты лгала мне.
– Я не обманывала тебя, просто у нас ничего не получилось.
– Почему?
– Его не устраивал мой образ жизни, мое расписание.
– Правда? – недоверчиво проговорила Джен. – Так просто? И все? – Затем ее глаза открылись шире. – Серена, но ты не сбежала… не сбежала от него… посреди…
Серена почувствовала, как ее щеки густо краснеют.
– Нет.
Она ушла из дома Лайама в слезах, веря, что он позвонит, извинится.
Он не позвонил.
И она ни разу не взяла трубку, чтобы позвонить ему. Он сделал то, что сказал. Он ушел из ее жизни. Она оставила кое-что из вещей в его доме. Джинсы, несколько рубашек, халат, косметику… Он аккуратно упаковал все это и послал ей по почте. Тогда она надиктовала ему на автоответчик, что он вел себя как грубый идиот и она больше не желает видеть его. В ответ он послал сообщение, говоря ей, что сделает все, что в его силах, чтобы исправиться и стать вежливым.
Никогда в жизни она не чувствовала себя такой растерянной и одинокой.
Он ранил ее самолюбие. Никогда и никто не позволял себе так грубо бросать ее. И дело не только в гордости, просто ей было очень больно. Потому что она любила его. Она никогда особенно не стремилась разделить с ним его поездки на природу в заповедные места на юго-западе штата, но идея совершить тур по островам и заняться дайвингом нравилась ей, это значило провести с ним несколько дней. И еще ей нравился тембр его голоса. Его смех, его прикосновения, она любила смотреть на него, когда он спал и когда просыпался. Она любила ощущение его рук…
Но она не совершила ошибки, она была уверена в этом. Она актриса и имела право быть актрисой. В ней жило очень сильное убеждение, что каждая женщина имеет право на карьеру и вправе сама выбирать, чего ей хочется больше. Карьера или дом, хозяйство, воспитание детей…
– Я думаю, он ранил твое самолюбие, – сказала Дженнифер.
– Это Голливуд, ты забыла? Я знаю здесь все ходы и выходы. Ты тоже знаешь это. – Ее подруга все еще смотрела на нее – Джен, просто у нас не получилось. Он прежде всего полицейский.
– Но он ушел из полиции…
– Да, и стал частным детективом. Это то же самое, только хуже. И потом, мне не нравилась его страсть к природе. Палатки, лазание по горам, комары и плохо пахнущие спальные мешки. И кроме того, ему хорошо одному. А я…
Эта мысль преследовала ее. «Я никогда не позволю себе снова так влюбиться и потерять голову».
Кто-то постучал в дверь. Дженнифер поднялась, чтобы, не дай Бог, не постучали громче. Серена прошла к двери, готовая увидеть Лайама.
Но это был не Лайам. На пороге гримерной стоял Даг, как всегда, красивый и элегантный и в темных очках. В помещении.
– Даг! Заходи, дорогой.
– Тише, пожалуйста, – предупредила Дженнифер.
Она вошел, закрыл дверь и устроился на софе. Они смотрели на него.
– Вы не собираетесь спросить меня, как прошла моя ночь с Кайлом?
– О да, конечно! – воскликнула Серена. Она совсем забыла, что он был приглашен в гости к Кайлу Эймзбари.
– Ты был у Кайла? – подозрительно произнесла Дженнифер.
– Мы с ним встретились случайно. Сейчас он решает, дать ли его компании или не дать деньги на наше «мыло», – объяснила Серена.
Даг обнял Сере ну за плечи.
– Они послали меня, как овечку на заклание.
– Да уж, невинная овечка, – пробормотала Серена. Ее руки слегка дрожали. Она никак не могла прийти в себя после разговора с Джен.
– Она может быть жестокой, – кивая на Серену, пожаловался он Дженнифер.
– Даг, так как прошла встреча? – спросила Серена.
– Великолепно. Все было просто изумительно. И я не жалел ни о чем, – сказал он, обращаясь к Дженнифер. – Они умоляли меня принести себя в жертву ради общего дела.
– Вы так и сказали ему?
– Он выдумывает.
– Лжец, – сказала Джен Дагу.
– Что ж, он замечательно выглядел, милый, обходительный, в прекрасном настроении. И он угощал меня превосходной черной икрой, сроду такой не пробовал.
Да. Сосунок Даг, его уже окрутили, подумала Серена и тут же вздрогнула от этой мысли. Она не должна переносить свою неприязнь к Кайлу на Дага.
– И угадай, что я нашел в это утро в своем кабинете? – продолжал Даг.
– Конфеты?
– Очень, очень дорогое шампанское. С запиской, что мы должны продолжать нашу превосходную работу.
– Где Аллона? Когда она так нужна нам, ее нет! – воскликнула Серена. – Она бы спросила, какую работу он имеет в виду – сценарий или то, что произошло с Джейн Данн?
– Эй, Серена, послушай, – сказал Даг, – у тебя, кажется, тоже есть обожатель.
Она оглянулась на свой гримировальный стол. Там не было букета цветов, только одинокая роза лежала перед зеркалом.
– Роза, – протянула Дженнифер. – Как мило. Может быть, это от Лайама… предложение мира?
– Если так, то он может забрать ее назад. – Серена колебалась, затем посмотрела на Дага. – Ты не встретил его, когда шел сюда?
– Кого?
– Лайама.
– Лайам? Лайам Мерфи? Высокий, загорелый мачо, в прошлом полицейский? – спросил Даг, глядя на нее.
– Да, Лайам, – нетерпеливо ответила она.
– Нет. Не могу сказать, что я видел его. – Его брови сдвинулись. – Я должен был увидеть его? О Господи! Вы собираетесь…
– Не в этой жизни, – пробормотала Серена.
– Тогда…
– Он ее телохранитель, – объяснила Дженнифер.
– Хм-м…
– Никаких «хм-м», – твердо сказала Серена. – Может, он уволился?
– Сомневаюсь, – покачала головой Дженнифер.
Серена взглянула на нее.
– Он не уволился, – сказала она, пожимая плечами. – Но добром это не кончится.
– Я думаю, нам пора идти, сейчас начнется собрание, – заметил Даг, округлив глаза. – Но это здорово. Мне это нравится. Ты сбежала от своего копа, чтобы потом он вернулся к тебе в роли телохранителя? Шикарно, ничего не скажешь! Это и есть Голливуд.
– Даг, – предупредила Серена, – я не сбежала, просто у нас ничего не вышло. У меня и до него были любовники, будут и после.
Он уже направлялся к двери, но повернулся и потрепал ее по щеке.
– Конечно, будут, милая.
– Даг…
– Вы оба, потише. Разбудите ребенка, – одернула их Дженнифер, подходя к малышу.
– Подожди, я сейчас, – шепнула Серена.
– Мы не можем опаздывать, – подгонял Даг.
– Я иду. Через две секунды. Обещаю, – сказала Серена. Когда они вышли из гримерной, она подошла к телефону и набрала номер Джине.
– Как ты себя чувствуешь?
– Все еще под впечатлением, – ответила Джине.
– Но тебе нечего опасаться, – успокоила Серена.
– Я нервничала, когда все это началось.
– Все успокоится, – солгала Серена. Затем спросила: – Кто принес розу в мою гримерную?
– Розу?
– Да, розу, Джине. На длинном стебле. Ты знаешь, от кого она?
– Черт, нет. Прости. Я не заходила в твою гримерную сегодня. Серена, как ты считаешь, я должна пойти на это собрание?
– Боюсь, что да. Это обязательно для всех. Даже Дженнифер пришла с ребенком.
На другом конце провода послышался вздох Джине:
– Хорошо.
Серена положила трубку. Она стояла, рассматривая себя в зеркале. Она выглядела черт знает как. Нужно немедленно исправить это.
Ее взгляд упал на розу.
«Предложение мира», – сказала Джен.
Мира быть не может.
Она объяснит Лайаму, куда ему следует пойти с этим предложением и с этой розой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?