Текст книги "Битва за Танол"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bitva-za-tanol-66033.jpg)
Автор книги: Игорь Чужин
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Коридор, ведущий в левое крыло монастыря, был пустым, и я быстро перебежал по нему к двери, закрытой на висячий замок. Сердце колотилось, как у загнанной лошади, и мне некоторое время пришлось подождать, чтобы унять дрожь в руках. За дверью меня ждала Викана, и в предвкушении этой встречи адреналин буквально кипел в крови, топя остатки здравомыслия, как в наркотическом угаре. Дужка замка была срезана за секунды, и я вошел в полутемный коридор с шестью дверями на обе стороны. В какой из комнат находится Викана, я не знал и поэтому решил обследовать их по порядку.
В двух первых комнатах спали девушки, ни капли не похожие на гвельфийку, – это было видно сразу от двери даже в мерцающем свете лампады, висящей у статуэтки богини Леды. Девушка в третьей комнате спала, повернувшись к стене, поэтому, чтобы рассмотреть лицо, я подошел к кровати.
«Это она!» – подумал я, увидев заостренное гвельфийское ушко, и сердце буквально выскочило из груди.
– Викана, Викана! – позвал я и потряс принцессу за плечо.
Викана, проснувшись, резко села на кровати, и по коридорам монастыря разнесся дикий визг. Девушка оказалась гвельфийкой, но не Виканой. Подобный пассаж полностью сбил меня с толку, и я самым натуральным образом заметался по комнате. Визг девушки рвал барабанные перепонки. Я, не выдержав, подскочил к кровати и просто заткнул гвельфийке рот рукой. Девушка вцепилась мне в ладонь зубами и начала отбиваться, как бешеная кошка. Озверев от боли и испуга, я схватил ее за ворот ночной рубашки и начал трясти как грушу.
– Заткнись! – заорал я. – Где Викана?!
Ошалев от вида моей оскаленной рожи, гвельфийка закатила глаза и грохнулась в обморок. Я обернулся и увидел в дверях еще трех девушек, с ужасом смотревших на происходящее в комнате. Поняв, что мне конец и сейчас сюда ворвется охрана, я снова спросил:
– Где Викана?
– Ее здесь нет, – испуганно ответила стоящая впереди монашка, – она позавчера уехала домой.
По всему зданию раздавался топот ног и хлопанье дверей, монастырь гудел как растревоженный улей. Времени на раздумья не оставалось, пора было делать ноги. Я ринулся на выход, но, побоявшись сбить с ног послушниц, притормозил, за что мгновенно поплатился. Как бы ни отличался мир Геона от Земли, но и там и здесь женщины пользовались одним и тем же подлым ударом, после которого я катался по полу коридора, шипя как змея.
Прийти в себя мне удалось только через пару минут, но было уже поздно, послушницы благополучно удрали, прихватив с собой упавшую в обморок подружку. Пока я приседал, глубоко дыша, и ругался матом на всех известных мне языках, путь к отступлению был отрезан. В дверях стояла высокая женщина, вытянув вперед обе руки, а по бокам ее прикрывали две помощницы с жезлами, направленными в мою сторону.
– Постойте! – крикнул я, вытянув вперед правую руку, но лучше бы я этого не делал.
Мощнейший ментальный удар буквально размазал меня по стене. Все мышцы свело судорогой, как от удара током. Мои колени подогнулись, и я упал в лужу содержимого желудка, вылетевшего из него в результате сильнейшего спазма. На этом мои муки не прекратились, меня корчило на полу, выворачивало руки, било головой об пол. Сознание покинуло меня, и на защиту встал инстинкт самосохранения. Не знаю, как я это сделал, но в мозгу отпечатался только вид стремительно сжимающегося шара, наполненного Силой, находящегося у меня в солнечном сплетении. Ответный ментальный удар вынес из коридора всех, кто стоял на моем пути. Меня словно отдачей отбросило к стене, и я, корчась от боли, пополз на четвереньках к выходу из коридора. За дверью меня ожидало зрелище из фильмов ужасов: весь коридор был завален корчащимися телами монахинь. Женщины бились, как в эпилептических припадках, рвали на себе одежду, раздирали себе ногтями лица и грудь, выли, как раздавленные самосвалом собаки.
Я пришел в ужас от того, что натворил, и, вскочив на ноги, кинулся к лестнице. Пробежать удалось только несколько шагов – неведомая сила вернула меня назад в коридор, заваленный жертвами магического удара. Слов не было, были одни междометия. Ругаясь и проклиная свою дурость, я кинулся на помощь монахиням. Первой на пути мне попалась та, что нанесла ментальный удар. Похоже, на ее груди сработал какой-то защитный амулет, потому что вся верхняя часть ее платья была разорвана в клочья и дымилась, но она понемногу приходила в себя. Быстро сорвав с женщины тлеющие лохмотья, я погрузился в транс и начал подкачивать зияющую дырами ауру монахини. Поняв, что женщина в безопасности, я перешел к следующей жертве, инстинктивно выбирая наиболее пострадавших. Сколько времени мне пришлось заниматься врачеванием, я точно не помню, с полчаса однозначно, но закончить мне не привелось: в голове словно взорвалась бомба, и свет в глазах померк.
Глава 8
И ВЫПАЛА МНЕ ДАЛЬНЯЯ ДОРОГА
Сознание возвращалось медленно и мучительно. Перед глазами вспыхивали образы окружающего меня пространства, как стоп-кадры сюрреалистического кино. Губы спеклись от жажды и полопались, словно я лежал на песке какой-то пустыни, а не в подвале монастыря. Наконец картинка перед глазами перестала мерцать и двоиться, и я четко разглядел покрытый трещинами потолок своей тюрьмы.
– Архат, позови мать настоятельницу, этот урод пришел в себя, – сказала голова ассасина, склонившегося надо мной.
Скрипнула дверь, и послышались удаляющиеся шаги.
– Пить, – попросил я и попытался пошевелиться.
Однако мне это не удалось, я оказался распят, как бабочка в коллекции энтомолога, прикованный по рукам и ногам на досках какого-то топчана, к тому же абсолюно голый.
Ответа на мою просьбу не последовало, и я решил для начала осмотреться. Мое узилище явно предназначалось не для простых постояльцев. Дверь в камеру закрывала толстенная дверь, полностью обитая металлическими полосами с крохотным окошком посередине. Вентиляционное отверстие в потолке явно не справлялось со своими функциями, и в камере стояла жара, как в парилке. Ушедший страж полностью дверь не закрыл, и из коридора повеяло спасительной прохладой. Второй охранник стоял прямо перед дверью, готовый при любом опасном движении отрубить мне башку обнаженной саблей. Решив не провоцировать и так напуганного ассасина, я перешел к ревизии своих повреждений и запасов магической Силы. Как ни странно, но серьезных травм мне обнаружить не удалось, кроме очень сильного обезвоживания организма. Видимо, я все больше вливался в пропитанный магией мир Геона, и тело самостоятельно черпало из него необходимые для самолечения ресурсы. Запас Силы в солнечном сплетении был практически полным, не сильно истощившись во время боя и лечения монахинь. Возможно, я просто очень долго был без сознания, и запас восстановился естественным путем.
Мои размышления прервал звук шагов в коридоре, и я открыл глаза. В камеру вошла знакомая мне тройка монахинь, едва не выбившая из меня дух. На этот раз они были при полном параде, а не в наспех надетых платьях. Возглавляла процессию монахиня, с которой я срывал тлеющую одежду и первой оказывал медицинскую помощь.
– Кто ты? – спросила она и попыталась залезть мне в мозги при помощи магии.
Я не стал предпринимать никаких активных действий, а просто блокировал попытку сканирования своего подсознания. Незримая борьба продолжалась несколько минут и закончилась поражением монахини. По лицу женщины ручьями тек пот, но явно не только от жары. Бросив бесполезные попытки вломиться в мой мозг, женщина повторила свой вопрос.
– Меня зовут Ингар, я князь кланов «Желтая змея» и «Зорг», – представился я. – Уважаемая, я прошу вас простить мне незаконное вторжение в монастырь, но у меня были серьезные основания для этого. Это меня не оправдывает, но может объяснить мое поведение.
– Ты князь клана «Зорг»? Юноша, я лично знакома с Сигурдом, Верховным князем Танола, и он ни капли не похож на тебя. Если ты решил врать, то постарайся, чтобы твоя ложь хотя бы слегка походила на правду. Последний раз спрашиваю тебя, кто ты, или я вынуждена буду перейти к более действенным мерам!
– Госпожа, прошу меня извинить, но у вас нет действенных мер против меня, – начал я заводиться в ответ на угрозы.
– Наглец, да стоит мне только пальцем пошевелить, и от тебя останется только мокрое место! Ты лежишь прикованным на «столе истины» и угрожаешь мне?
– Я не угрожаю вам, госпожа, а просто констатирую факт. Я здесь только потому, что не собирался приносить никакого ущерба ни монастырю, ни монахиням. То, что произошло в кельях послушниц, было моей глупейшей ошибкой, а не попыткой навредить кому-либо. Видящие для меня так же священны, как и для любого жителя Геона.
– Насильник! Ты нагромождаешь одну гнусную ложь на другую в попытке спасти свою вонючую шкуру! – воскликнула монахиня и топнула ногой.
– Насильник? Это с какой стати вы такую ерунду выдумали? – обалдело спросил я.
– Послушницы рассказали, что они видели, как ты срывал одежду с Энриэль и пытался ее изнасиловать и задушить!
Ржал я до икоты и с трудом сумел остановиться. Со мной сыграла злую шутку обычная женская неудовлетворенность закрытых женских заведений. Какими молитвами и обетами ни умерщвляй плоть, но природа берет свое, и в голове у молоденькой девушки всегда всплывает образ пусть даже вымышленного возлюбленного, поэтому моя попытка заткнуть рот визжащей гвельфийке была воспринята абсолютно однозначно, а потом еще обросла кучей пикантных подробностей. Даю сто против одного, что сейчас эти девчушки развивают перед подружками тему моего вторжения в еще более впечатляющих красках. Не удивлюсь, если через неделю выяснится, что мне все-таки удалось добиться своего от всех спавших той ночью в злополучном крыле монастыря. Мой смех совершенно сбил с толку монахинь, и они, скорее всего, решили, что я сошел с ума от страха, испугавшись возмездия за сексуальные преступления.
– Госпожа, прошу меня простить, но вы на полном серьезе решили, что князь хуманов залез в монастырь, чтобы изнасиловать этих ощипанных коз? К вам часто залезают насильники княжеского звания, покушающиеся на честь монахинь?
– Нет, но семьдесят лет назад был похожий случай, в монастыре поймали солдата охраны в непотребном виде!
– Что сделали с несчастным? – задал я неожиданный вопрос. – Я уверен, что в непотребном виде застали и одну из монашек.
– Негодяя кастрировали, что ожидает и тебя, а монашек приговорили к двадцати годам покаяния в запертой келье!
– Это что же, монашка была не одна, а с подругами? Весело живется у вас в монастыре. Только хрен вы угадали, размечтавшись меня кастрировать. Госпожа, выгоните всех посторонних из камеры, у меня есть для вас предложение, от которого вы не сможете отказаться.
– Да как ты смеешь, наглец!.. – начала заводиться монашка, но была остановлена моим отпором.
– Госпожа, вы, наверное, забыли, как я разложил всех по коридору, и даже ваш амулет не помог? Вы все живы только потому, что я вас откачал, а не бросил умирать. Мне даже не нужно было вас добивать, через час монастырь превратился бы в кладбище, а я ушел бы спокойным шагом.
– И был бы проклят всем Геоном! – вставила свои пять копеек монахиня.
– Каюсь, госпожа, и готов целовать ваши ноги за свою глупость. Князь Ингар готов выполнить любой ваш приказ, не противоречащий чести и долгу перед кланами. Давайте спокойно поговорим без свидетелей.
– Госпожа настоятельница, я не позволю вам остаться с преступником наедине, он опасен, – заговорил один из ассасинов.
– Заткнись, когда говорят высокородные, и выматывайся в коридор! – разозлился я, начав давить Силой на ауру воина, который уже через пару секунд начал кататься по полу, схватившись руками за голову.
Демонстрация магических возможностей впечатлила присутствующих, и мы остались с настоятельницей наедине. Разговаривать лежа было неудобно, и я, размягчив Силой металл наручников, освободил сначала руки, а затем и ноги.
Еще неделю назад подобный трюк вряд ли мне удался бы, но, видимо, в результате ментального удара монахини во мне открылись новые способности, или просто в состоянии стресса я задействовал какие-то резервные ресурсы организма. Мать настоятельница забилась в угол и выставила в мою сторону обе руки, готовясь нанести ментальный удар.
– Госпожа, успокойтесь, я не причиню вам вреда, мне просто необходимо с вами поговорить. Я не обманываю вас, я действительно князь Ингар, глава объединенных кланов «Желтая змея» и «Зорг». Вы же видите татуировки на моих руках. Вам известно, что самовольно сделать такие татуировки значит перерезать себе глотку. Я пришел в монастырь к принцессе Викане. Таргиня Нара, моя названая мать, рассказала, что Викана должна принять посвящение в жрицы богини Леды и принять обет безбрачия. Я люблю Викану и должен был лично спросить ее о чувствах ко мне. Если бы она меня отвергла, то я тихо покинул бы монастырь и больше никогда сюда не появился.
– Послушай, а ты не тот истинный высокородный, брат князя хуманов Стаса, который спас принцессу Викану из плена и вернул отцу?
– Да, это я, только не брат, а племянник Стаса.
– О боги! Просто чудеса какие-то, а я думала, что это девичьи сказки и принцесса влюбилась в какого-то смазливого самозванца и лжеца.
– Госпожа…
– Илирия, – подсказала мне настоятельница.
– Госпожа Илирия, посмотрите на мою ауру, и вам сразу станет понятно, что я – истинный высокородный и Геон – не моя родина.
– Ингар, я, конечно, видела твою ауру, но есть способы ее подделать, а у меня не было времени разобраться.
– Ауру подделать можно, а магическую Силу – вряд ли, – возразил я.
– Поэтому ты до сих пор и жив. У меня возникли похожие подозрения, – ответила Илирия. – Архат, – позвала она шака, – переведи пленника отсюда в гостевую келью. Здесь нечем дышать от жары, а он пока нужен мне живым.
– Госпожа Илирия, у меня к вам одна просьба: мне нужно вымыться, и, если не трудно, верните мою одежду. Мужчине в таком виде по женскому монастырю ходить не подобает.
– А кто сказал, что мы в монастыре? Мы в подвале надвратной башни, в которой живут воины охраны, а беседовать будем в зале для приема гостей. Архат, помоги князю привести себя в порядок. Князь, через час я жду вас для беседы, вашу одежду и доспехи принесут в келью, – раскланялась мать настоятельница и скрылась за дверью, ведущей в коридор, сопровождаемая безмолвными охранницами.
Архат вывел меня из подвала на первый этаж башни в гостевую келью, похожую больше на номер дорогой гостиницы. Здесь я с помощью молчаливого шака смог помыться. К концу водных процедур мне принесли кольчугу и выстиранные рубаху и штаны. Осмотр вещей показал, что в кольчуге отсутствует камень Силы и вообще исчезли все вещи, находившиеся в моей поясной сумке, в том числе и камень от двигателя дельтаплана, оружие мне также не вернули.
Через час я был препровожден ассасинами в просторный зал на втором этаже надвратной башни, где меня дожидалась Илирия в сопровождении все тех же монахинь с жезлами в руках. Сразу допрашивать меня не стали, а предложили подкрепиться чем бог послал. Видимо, боги монастырь не забывали, так как в меню присутствовали разнообразные блюда, о существовании которых я даже не слышал. Шикарный обед подкрепил мои силы и, самое главное, дал время для анализа ситуации. Первая эйфория от моих сомнительных успехов прошла, и начало приходить понимание того, что ласка и забота, проявленные Илирией, имеют совсем другую подоплеку, нежели моя убедительная речь в подвале башни.
Скорее всего, единственное, чего мне удалось добиться, так это напугать монахиню, и она решила не совершать опрометчивых действий в отношении моей персоны, пока не прояснит ситуацию. Что я мог противопоставить Илирии в моем положении? Первое – это то, что в монастыре не знают, каким образом я оказался на острове и сколько со мной людей. Про летающего дракона на острове пока не подозревали и, скорее всего, пытаются найти корабль, который меня привез. Значит, нужно сделать вид, что меня ждут мои люди и в случае задержки могут напасть на монастырь. Какие отморозки могут находиться под моей командой, неизвестно, поэтому стоит подобное предположение всячески укреплять, но эту тему первой подняла монахиня:
– Князь, мои воины обшарили весь остров и не смогли найти ваш корабль и людей, которые вас сопровождали. Я боюсь, что они, не зная местности, могут попасть в ловушки, предназначенные для незваных гостей, и пострадать.
– Не стоит беспокоиться, госпожа Илирия, мои галеры находятся в море далеко от острова. Меня высадили с лодки, которая еще до рассвета вернулась на корабль, и она приплывет за мной только после сигнала.
– Вы, князь, предусмотрительны. А что будет, если этот сигнал не поступит?
– Не настолько уж я и предусмотрителен, если попался как мальчишка и чуть не натворил бед, которые потом невозможно было бы исправить. Боюсь, что я и в этот раз сглупил, не отдав четких указаний насчет подобного случая. Командиром на эскадре я оставил Колина, наказующего из клана «Зорг», а он человек горячий и может наделать глупостей.
– Каких глупостей может натворить Колин? – заинтересованно спросила Илирия.
– Госпожа, вы, наверное, в курсе того, что Танол находится в состоянии войны с империей и на остров высадились имперские войска и осадили столицу?
– Да, до нас доходили такие известия, но видящие не участвуют в войнах, мы – целители и всегда нейтральны.
– Все так и было до последнего времени, но Киона, жена Сигурда, кстати тоже видящая и бывшая жрица богини Леды, участвовала в боях против клана «Желтая змея» с оружием в руках и была казнена за то, что обстреливала мой корабль из метателя.
– Князь, вы шутите? – опешила монахиня.
– Если бы, но это истинная правда. Одной из причин того, что ваш покорный слуга не пошел прямым путем и не постучался в ворота монастыря, стали слова Кионы о том, что Викану держат в монастыре насильно и заставляют принять посвящение против ее воли, опоив какими-то зельями.
– Это наглая ложь! Да, Викана была в монастыре и хотела принять посвящение, но по собственному желанию, и после того, как на Зурон прибыла делегация гвельфов с требованием отпустить принцессу домой, мы не чинили никаких препятствий отъезду Виканы.
– Госпожа Илирия, у меня до сих пор есть сомнения в вашей искренности, а у Колина и подавно.
– Князь, чем же я пошатнула веру в свою искренность? По-моему, мы обращаемся с вами подобающим вашему званию образом.
– Госпожа, я и не сомневаюсь в лично вашем ко мне расположении и заботе, но мне не вернули фамильный меч, камень из кольчуги и камень Силы, лежавший в моей поясной сумке. Пропали и другие вещи, находившиеся со мной.
– Князь, вы заявились в монастырь незваным гостем, поэтому у вас забрали оружие и другие вещи, представляющие потенциальную опасность! Все, что было у вас изъято, вам вернут, когда вы покинете монастырь.
– Госпожа, я совсем не о том говорю. Камень Силы необходим, чтобы подать сигнал на корабли о том, что за мной можно высылать лодку, а без этого сигнала Колин может начать действовать по своему разумению.
– Какие же это могут быть действия?
– Не хочу вас пугать, но, перед тем как я отправился в монастырь, Колин пообещал сжечь из метателей монастырь дотла, если я не вернусь. Я и сам сейчас ломаю голову, пытаясь понять, насколько серьезно он это говорил.
– Ваш Колин способен на столь чудовищное преступление?
– Госпожа Илирия, Киона убила моего дядю Стаса и погубила много наших людей. Перед казнью она угрожала мне тем, что все эти преступления были совершены по вашим прямым указаниям и вы на стороне империи в этой войне.
– Чудовищная ложь! Киона действительно была жрицей храма Леды третьей ступени посвящения, но всегда хотела покинуть храм и вернуться к мирской жизни.
– Разве жрица может покинуть храм после посвящения и дав обет безбрачия?
– Нет, но бывают исключения из правил. За Киону просили родители и император, потому что она должна была выйти за Сигурда, Великого князя Танола, чтобы не прервалась династия клана «Зорг». В таких случаях мы имеем право на подобные действия.
– Извините меня, госпожа, но идет время, и мне пора возвращаться к моим войскам, чтобы идти на помощь к осажденному Танорису. Раз я не застал в монастыре Викану, то меня здесь больше ничего не задерживает. У меня есть еще одна просьба к вам, госпожа, от которой зависят мое к вам расположение и щедрые пожертвования на нужды храма Леды и монастыря в дальнейшем.
– Какая же это просьба, князь? – спросила Илирия.
– Я хотел бы узнать, куда увезли принцессу Викану.
– Я думала, что вы хотите от меня какой-то серьезной помощи, а не такой безделицы, – удивилась монахиня. – Викана уехала позавчера с гвельфийским посольством, прибывшим за ней на Зурон. Послы сообщили, что тяжело болен ее отец князь Анхель, и они сразу уплыли на Тарон.
– Сколько занимает времени ход до Тарона, госпожа? – спросил я.
– В среднем пять-шесть дней, но все зависит от погоды.
– Госпожа Илирия, вам известно, что на Тароне произошел переворот и князь Анхель отстранен от власти? Викану могли взять в заложницы враги ее отца!
– Да, мне известно об этом печальном событии, но Викана сама согласилась уехать из монастыря, несмотря на мое предостережение. Я не думаю, что ей грозит какая-либо реальная опасность, но девочку могут использовать в каких-нибудь политических интригах.
– Госпожа Илирия, спасибо за гостеприимство, но пора и честь знать. Прошу вас вернуть мое оружие и камни Силы, которые были у меня.
Наступила неловкая пауза, и я понял, что в очередной раз сглупил, поставив вопрос ребром, а может быть, и нет, подобное развитие событий, вероятно, и являлось самым правильным. По крайней мере, настал момент истины, и решение было уже за Илирией, начинать войну или, спустив дело на тормозах, дать мне уйти из монастыря. Охрана настоятельницы, заметив замешательство хозяйки, напряглась в боевой готовности, я же, мобилизовав все свои внутренние ресурсы, погрузился в транс. Магическое зрение сразу же выявило отряд из двадцати ассасинов, расположившихся в двух соседних комнатах, входы в которые скрывались за портьерами, и четырех лучников, держащих меня под прицелом через бойницы в потолке зала.
Мне неизвестно, как Илирия поняла, что все находящиеся в зале и вокруг него стоят на краю могилы, но она отдала приказ всем своим людям уйти из зала, а воинам покинуть соседние комнаты и убрать лучников со своих позиций. После того как ее приказ был выполнен, она обратилась ко мне:
– Ингар, ты действительно готов был убить меня и моих людей? – спросила монахиня.
– Госпожа, ничего личного. Просто я видел всех ваших людей, готовых напасть на меня, и приготовился защищаться.
– О боги, какая же Сила стоит за вами, истинными высокородными! Твоя аура начала светиться так, что стала видна даже обычным взглядом. Что-то похожее я видела в молодости у Алакдара, деда Виканы, он тоже истинный высокородный. Ты бы выжег мозги всем в радиусе ста шагов, нельзя же так!
– Госпожа, за мной стоят жизни тысяч людей, и я поклялся им, что буду сражаться за них до последнего вздоха, а в монастырь меня привела любовь, и только. Я разумом понимаю, что все это не стоит такого риска и мои личные проблемы – какая-то мелочь по сравнению с тем, что сейчас происходит на Геоне, но ничего не могу с собой поделать. Если вы когда-нибудь любили, то поймете меня: я разрываюсь между любовью и долгом и проклинаю себя за это. Прошу вас, верните мне мои вещи, и я уйду, не причиняя никому вреда.
Илирия хлопнула в ладоши и отдала приказ охранникам, прибежавшим на этот сигнал, принести в зал все, что было отобрано у меня. Через полчаса я шел по гулким коридорам монастыря к комнате, в которую забрался по веревке. Камень Силы для двигателя лежал в моей сумке, а с кольчугой я решил разобраться позднее.
Остановившись перед дверью в кладовку, я попросил сопровождающих отойти подальше от нее, потому что сигнал, посланный через астрал на корабль, может нанести ущерб окружающим, и открыл дверь.
– Ингар, я тоже любила! – остановил меня голос Илирии. – Иди за Виканой, ничто на свете не стоит любви, и пусть рушится мир!
Я обернулся и увидел слезу, текущую по щеке матери настоятельницы. Женщина резко отвернулась и пошла по коридору в сторону лестницы.
В кладовке ничего не изменилось со времени моего первого посещения, и я, выбив решетку, вылез из окна.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?