Текст книги "Собачья площадка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sobachya-ploschadka-6366.jpg)
Автор книги: Игорь Голубев
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 12
Как люди деньги делают? Правильно, по-разному. Честно и нечестно, не покладая и не прикладывая рук, прямым разбоем и гениальным обманом. Способов масса. Тот же месье Бендер знал их уйму. Валера использовал все, кроме разбоя. А что поделаешь, жизнь заставит. Работая в автосервисе, повидал всякое, но самую главную науку – физиономистику постиг в совершенстве. Он чувствовал человека прежде, чем тот произносил первую фразу. Такие способности выгодно отличали его от коллег, хотя и те были не лыком шиты.
Гаражный кооператив «Тюльпан» существовал около десяти лет. Поначалу это была просто огороженная рабицей территория со сварными воротами на массивных петлях и двумя амбарными замками. Потом сетка шагнула на несколько десятков метров в разные стороны от центра, а около все тех же ворот проявилась эстакада из швеллеров и труб, будка и конура для сторожей. Прошло года четыре, когда сетка сделала ещё один бросок,, теперь уже внутрь. Освободившуюся территорию и часть пустыря заняли стройные ряды металлических гаражей и строение автосервиса с громким названием «Амортизатор». Монтажом шин и балансировкой колес здесь занимались два человека – Роланд, по кличке Ролик, и Валерий, которого звали не иначе как Хохол. Будучи крепкими профессионалами, они работали дружно, меняясь через два дня с другой парой профессионалов. Взаимозаменяемость была полной.
Сорокалетний Роланд Холмский – коренной москвич, чем очень гордился. Гордился он и своей древней фамилией, и если бы не его нос и вечная перхоть,
не поддающаяся ни одному шампуню, можно было бы и впрямь поверить в версию о знатном происхождении. Статью не обладал. Может быть, поэтому, а может, и по другой какой причине не любил обслуживать большие машины и уж тем более джипы.
Именно такой первым подкатил в это утро к воротам мастерской.
– Закатывай, – скомандовал Валерий водителю, и четырехдверный «джип-чероки» модификации «лимитед» заехал на подъемник.
Чуб любил обслуживать джипы, и не только потому, что все виды работ стоили в полтора раза дороже, в связи с чем автоматом увеличивался гонорар. Просто все, что было больше обычного, ему нравилось, так как вселяло уверенность и спокойствие. Одно нажатие кнопки, и мощная машина оторвалась от земли. Еще минута, и тяжелое колесо легло в объятия шиномонтажного стенда «Техно». Затем движение рукоятки, и колесо открыло свое резиновое чрево. В такие минуты Валерий вспоминал армейское прошлое, когда, перегнувшись в три погибели, с монтировками и кувалдами, порой по двое, разбортовывали вручную колеса военной техники.
– Хохол, тебя к телефону, – позвали его. Валерий, попросив напарника доделать работу, вышел, чтобы вернуться минут через пять, радостно потирая руки.
– Интересное дело, – сказал он не то Ролику, не то владельцу джипа.
Не прошло и получаса, а переобутый в летнюю резину джип освободил подъемник, и на него заехала машина Роликиного класса.
Валерий не слышал, о чем разговаривал напарник с размалеванной хозяйкой новенькой триста двадцать третьей «мазды», он был весь в ожидании торгов. Сбылась мечта идиота.
– Ролик, дело есть, – обратился к напарнику Валерий, как только тот закончил возиться с машиной. – Сейчас позвонили с прежней работы... В общем, одного лоха обуть надо.
– А в чем дело-то?
– «Хонду» пятую за двенадцать штук отдает, – ответил Валерий и добавил: – Срочно.
– Старье или после ДТП?
– Какое старье, их в девяносто пятом выпускать начали.
– А че тогда дешево?
– Точно не знаю, но, видать, дело темное, раз срочно надо.
– Понятненько, а все равно странно, за двенадцать штук такую «хонду», – рассуждал вслух Ролик.
– Ну ясное дело, не от хорошей жизни. Видать, в угол загнали. А я тут как тут.
– Ив дамки?
– Здесь не зевай. Кому война, а кому мать родна.
– Видать, приспичило, вот только как бы это дело темнее темного не оказалось, – выразил опасения Холмский.
Он не любил и боялся торговаться с крутыми, а на таких машинах ездили обычно именно такие. Хорошо помнил, как покупали машину начальнику. Какой базар «бычки» устроили. Но за начальником тоже не красны девицы стояли. И ещё он не мог забыть обиду, нанесенную сопляком с квадратными плечами. Хорошо помнил его слова.
«Слушай, итальянец, метнись кабанчиком, купи пару пузырей и закусить, надо же событие обмыть», – приказал тогда ему самый младший, протягивая деньги. И пришлось идти... Нет, крутые машины были автомобилями не его класса, будь то ремонт, будь то продажа.
– Да ты не дрейфь, я же покупаю, к тому же посреднические от разницы прилипнут. Тебе что, зелененькие не нужны? – убеждал напарника Валерий. – Мы же не кидать собираемся, а провести добровольное ощипывание.
Автомобиль подкатил к мастерским с точностью до минуты. Широкая колея, покатый капот, характерный «разрез глаз» однозначно говорили всем присутствующим, что подъехала «хонда». Специалисты же, в лице Валерия и Роланда, видели ещё и вседорожник «Хонду CR-V». Сравнительно небольшие колеса и высокая посадка кузова создавали впечатление, что автомобиль привстал на цыпочки, чтобы разглядеть потенциального хозяина в окружении продавцов и консультанта от покупателя.
Продавцов было трое. Валерию было достаточно одного взгляда, чтобы понять – перед ним муж и жена. С ними молодой мужчина, судя по рукам, или консультант-теоретик, или телохранитель. По внешнему виду таких средней комплекции жилистых мужиков трудно с первого взгляда догадаться о роде занятий. Это Чуб испытал, что называется, на своих костях и, к сожалению, на зубах тоже...
Внешность супругов оказалась менее загадочна, так как в муже сразу был виден средней руки предприниматель, а в жене – жена предпринимателя средней руки, степень влияния которой на мужа предстояло определить точнее.
– И сколько вы за неё хотите? – начал Роланд после приветствия.
Он выступал консультантом от покупателя.
– Никак не меньше тринадцати, – моментально ответил муж.
По тому, как он быстро ответил и каким не терпящим возражения голосом, было понятно, что цену он назвал от себя.
Вот жук навозный, подумал про себя Валерий. Оставалось выяснить позиции остальных по этому вопросу.
– А когда мне звонили, то говорили о двенадцати, – продолжал Ролик как бы между прочим, а сам разглядывал машину.
– Это мы говорили, если все оформим за сегодня, – начал оправдываться муж, так как присутствовал при телефонном разговоре и получалось, что машина подорожала за полчаса на тысячу.
– Ну и попробуйте за сегодня, – предложил Валерий и по реакции жены понял, что завышал цену муж по собственной инициативе.
Издали машина выглядела на все сто. Вблизи – так же на все сто, но специалисты сразу поняли, что машина аварийная и удар был в зад слева. Об этом говорило не только идеальное состояние левого заднего крыла и бампера, но и идеальное состояние покрытия. Машину просто так не перекрашивают. На все сто можно утверждать и то, что восстанавливали её очень большие мастера своего дела, настоящие «каретники» —все зазоры были соблюдены идеально. Наружный осмотр не выявил заметных повреждений, но небольшие вмятины на передних крыльях, трещины на переднем бампере и фарах отмечены и зафиксированы.
Ролик, который был, пожалуй, самым активным из присутствующих, бегал с листком бумаги и записывал.
– Не, мужики, надо скинуть за это, – громко заявлял он каждый раз, фиксируя очередной недостаток, словно не замечая присутствия среди продавцов женщины.
Валерий же, напротив, не отходил от представительницы слабого пола и всячески старался, где можно, не повредив делу, быть объективным и снисходительным. Чувствовал, что последнее слово останется за ней, настолько жена внешне превосходила мужа.
Он даже мысленно стал сравнивать бабец с Ольгой Максимовной. Нет, пожалуй, та покруче. У этой нет-нет да проявится нетерпение в жесте, во взгляде. Хотя фигурка классная, не уступит.
– Ну и на сколько всего надо снизить? – спросил недовольный хозяин.
– Бампер – двести пятьдесят, ну и фары по двести, крыло – сто шестьдесят, – определял Ролик цены по памяти.
– Так на крыле только небольшая вмятинка, да и бампер нормальный, – возражал муж, обращаясь почему-то к жене, и, демонстрируя незаурядные способности в устном счете, продолжал: – Это же восемьсот десять долларов, с ума сойти. Фары тоже хорошие.
– Давайте мы новые фары поставим, а старые вам вернем, – предлагал компромисс Валерий, прекрасно понимая, что он не будет принят.
– А зачем они мне?
– А мне? Я же не прошу у вас денег за их снятие и установку. Вы пока подумайте, а мы поработаем, – предложил Роланд.
Продавцы отошли в сторону и начали совещаться, не учитывая акустику помещения, из-за чего их тайные переговоры становились публичными выступлениями женщины, которая стояла ближе.
– Ты что, хочешь, чтобы тебе опять машину разбили или дачу сожгли? ТЫ бы лучше подумал, что завтра будет, если не отдадим, – отвечала жена одной из двух фраз на любые высказывания супруга и их спутника...
– Ребята, так дела не делаются. Я понимаю – ваза хрустальная, но вы в мотор загляните, в салон, – неправильно выбрал позицию консультант продавцов и сразу же получил в свою сторону испепеляющий взгляд, которым могут одаривать только женщины.
– Петик, вас просили способствовать продаже, а не мешать.
Э-э-э, подумал про себя Валерий, да она, никак, спит с ним. Выходит, это шофер. Из мужской солидарности за рогатого вступился.
Осмотр продолжался. Автомобиль стоял, открыв все четыре дверцы, багажник и капот. К салону особых претензий не было. Все согласно паспорту и аккуратному отношению. Ролик уже не бегал между продавцами, а стоял около хозяина и обсуждал состояние машины, что-то фиксируя на бумаге.
– Ну что, давайте под юбку заглянем, – предложил Валерий, и машина повисла в воздухе, демонстрируя обычно невидимые детали.
Состояние днища обнадеживало – оно от аварии не пострадало, если, конечно, одни мастера не переплюнули других. Валерий видел, что машина для четырех лет выглядит неплохо, а стоит ещё лучше. Но если состояние автомобиля нельзя было улучшить, то с ценой это сделать всегда можно. Опытный Чуб чувствовал, что кризис близко, но можно поджать ещё немного.
– Машина ваша в дорожном происшествии участвовала, – констатировал Ролик, – больше десяти с моим оформлением не получится.
Супруги враз замолчали. Он сразу заметно покраснел, она внешне не изменилась, но лихорадочно взвешивала.
– Да ни в каком не происшествии, на неё стоящую грузовик наехал, – возразил до этого почти все время молчавший молодой консультант-шофер.
– Так это ещё хуже, удар-то сзади пришелся, – ответил Роланд, всем своим видом показывая, что это его твердая цена.
– Но они же какой ремонт сделали, что вы, не видите? Сами же специалисты, посмотрите, – защищал не свое, как свое, любовник, впрочем, может, и сам организовал «наезд» на своего шефа ради этой стервы, думал Валера.
– Да кто говорит, отличная работа, только удар-то какой силы был? Вы на днище сбоку посмотрите или, думаете, стойки не повело? Резину, как не регулируй, жевать будет? Будет. Расход топлива увеличится? Увеличится. Нет, это мое последнее слово, – как мог решительнее отрезал Ролик, всем своим видом показывая, что торговаться нечего и надо работать.
Кризис наступил. Надо было на что-то решаться.
Когда Чуб проводил подобные акции с целью перепродажи, было проще. В тех случаях главное навар, сейчас же, когда он покупал машину для себя, возникали дополнительные вопросы. И первый заключался в том, что он всегда хотел иметь джип «ранглер», джип в традициях армейского джипа-виллиса. Однако знакомство с Ольгой Максимовной несколько изменило взгляды фаната джиппера, и теперь он хотел не только гарантированно добраться из точки А в точку Б, но и добраться с максимальным удовольствием. Осматриваемый автомобиль именно той категории, которая отвечает этим требованиям. Второй вопрос заключался в том, что автомобиль из-за аварии был непредсказуем. О том, как скажутся в дальнейшем результаты аварии, не ведал никто, это Валерий понимал, но он также знал, что за такие деньги новую «хонду» не купишь. Были и другие вопросы, но не до них, так как в данном случае время действительно деньги.
Продавцы уже садились в машину, когда сзади послышался голос Валерия.
– Хотите я куплю её у вас за одиннадцать? – спросил он и добавил, чтобы все встало на свои места: – Больше у меня нет. Дайте прокатиться.
Продававшие вновь отошли на совещание. Теперь уже ближе стоял хозяин, и чаще слышались его возмущенные возгласы:
– Что меня, за дурака держат? Пусть лучше опять разобьют, чем за такие деньги.
Однако вскоре замолчал, а потом Валерий с консультантом сели в машину. Все сомнения исчезли, как только Валерий оказался на месте водителя. Регулируемый по высоте руль, прекрасный обзор, несмотря на высокую посадку, компактная панель приборов с четырьмя циферблатами завораживали. Короткий «чирк», и под капотом раздалось тихое шуршание. Несколько кругов по площадке и приговор:
– Беру!
– А как оформление? —спросил хозяин с надеждой в голосе.
– Пополам, – ответил покупатель, понимая, что большего выжать нельзя, и добавил: – Вот только шины «бриджстоун» размером двести пять на семьдесят не самые лучшие.
Расстроенный супруг посмотрел в голодные глаза супруги и обреченно махнул рукой в знак согласия.
Словно подхваченная порывом ветра, «хонда» сорвалась с места и понеслась в ГИБДД для снятия с учета.
– Ну что, порядок? – спросил у Валерия явно довольный собою Ролик. – С тебя бутылка и посреднические, как-никак штуку отыграли и половину оформления, а ты не радуешься.
– Так мне ещё полторы тысячи надо, – ответил виновато Чуб. – Пятьсот знаю где взять, а остальные... Хорошо еще, что эти олухи задаток не догадались взять. Ты не поможешь?
– Ну даешь, Хохол. Где же я за два часа столько достану? – спросил озадаченный Ролик и побежал к телефону, но минут через десять вернулся и, довольный, сообщил: – Порядок.
Глава 13
Сардор проснулся оттого, что бультерьерша Зира лизала его заплывшую физиономию. Он привычным движением рук начал шарить в поисках одеяла, чтобы спрятаться под ним с головой от просящейся на улицу собаки, но не нащупал его. Что-то было не так.
Сардор открыл глаза и только тогда понял, что лежит на курпачах, но не в родительском доме, а в коридоре собственной квартиры. Одеялом служит плащ, подушкой – сложенный пиджак, а брюки и рубашка заменили любимую пижаму. Оттолкнув собаку, он натянул на голову плащ и попробовал снова заснуть, но сон как рукой сняло. Сардор прекрасно помнил, где и с кем накануне пил и как пришел домой, а вот как оказался в коридоре, не помнил. Натальи вчера с ним не было, и это позволяло возмутиться. Сначала хотелось встать и показать, кто в доме хозяин, но благоразумие взяло верх. Однако обидно, что виной всему единственная жена Юлдус, которая, вместо того чтобы родить сына, так унижает мужа. Вот они, женщины Востока с московской пропиской. И как Аллах такое допускает...
А ведь как хорошо все начиналось... В Намангане зрели не только яблоки, там зрели и девочки, среди которых Сардор особенно выделял Юлдус, что означает «звезда». И ему очень хотелось, чтобы она созрела как можно раньше. Юлдус, в отличие от многих подруг, созрела по старинке, только после свадьбы. Ему нравилась молодая жена, как нравилось и то, что она не прекращала зреть ни на минуту. Но это было давно, а сейчас, на пятом десятке, он устал от непрекращающегося процесса созревания, ну хоть плачь. Сардор уже в течение нескольких лет умолял жену быть посдержанней. Его призывы быть гордой по отношению к законному супругу не находили понимания и выливались в громкие скандалы с грязными намеками. В последнее время, когда намеки участились, жить стало ещё тяжелее.
Вот и сейчас. Сардора трясло от несправедливости. Муж, как вонючий ишак в грязном сарае, валяется на полу, а она одна занимает их общее ложе. Надо было что-то решать, а собака не унималась.
Никогда Сардор не был бабником. В этом проявлялось родство всех обстоятельных людей, имеющих принципы, в том числе общие взгляды на женщин, с отставным подполковником Бубновым. Как и Семен Семенович, Сардор не бросался голодной собакой на кость, не поднимал то, что лежит под ногами, и не брал, что плохо лежит. Однако долго оказывать сопротивление женщине было не в его правилах.
Он оделся, затолкал упирающуюся Зиру в спальню к проснувшейся жене и выскочил в коридор. Схватил с пола плащ и под аккомпанемент захлебывающегося лая собаки, душераздирающих криков разъяренной Юлдус и звонких голосов разбуженных девочек покинул квартиру...
– Рахимыч, кончай спать, котел взорвется. – Кто-то засмеялся, явно довольный своею шуткой.
– Кто рано смеется, тому Аллах весь день не нальет, – испугал подошедшего повар.
– А мне Боженька наливает, салям алейкум.
– Вижу, что уже налил, алейкум асалям.
– Да, это нам с Витьком Тофик из второго ряда налил, – не то оправдываясь, не то хвастаясь, сообщил подошедший. – Мы ему коробки разгружали... Слушай, со шпротами покидали и заставили налить, а потом с сардинами покидали и тоже заставили налить, а потом пару мешков, тяжелые падлы поутру-то, с сахаром покидали и говорим, Тофик, ты нам ещё по...
– Василий, хватит слов, – прервал Рахимыч оратора.
– Да, Вася, так пойдем – не в поэты попадем, а в зоопарк... Ты бы подстригся, что ли, – добавил он, увидев затылок приятеля.
– А меня таким бабы больше любят, – заржал Василий и полез в огромную клетчатую сумку, которыми пользуются челноки. – Забирай посуду, а то у нас с Витьком переговоры.
– Давай и отваливай, мне мясо пора закладывать.
– Ну, в общем, так. Вот тарелки, ложки и стаканы. Всех по сто, все за сто и нам с Витьком по сто, – заржал опять Василий, выразительно щелкнув пальцами по горлу.
– Вот тебе сто за все, на все и про все.
– Рахимыч, ты че? А доставка? А посреднические?
– С продавца возьмешь, иди, а то на переговоры опоздаешь, – резко ответил Сардор и отвернулся.
– Нет, правда, ты сегодня чудной какой-то, – не унимался Василий.
Куски мяса с шипением окунулись в раскаленное масло, которое клокотало, подобно камчатским гейзерам, обжаривая свою добычу. Спустя некоторое время та же участь постигла лук с морковью, затем все перемешалось, и из котла начал исходить ни с чем не сравнимый аромат. Сардор убавил огонь и опять задремал, глубоко вдыхая запахи своего детища, знакомые с раннего детства.
Работа на рынке поначалу очень смущала Сардора. Он не был готов заниматься этим делом на глазах десятков совершенно посторонних людей, стеснялся их. Каждый узбек знает, как приготовить плов, многие из них могут делать это хорошо, но чтобы делать по-настоящему, нужна не только практика, но и школа. А учителем у Сардора был сам Негмат-ака, двоюродный дядька по материнской линии. Дядька пристроил его к себе в кулинарное училище, где учил готовить плов будущих поваров. Младший преклонялся перед старшим за то, что тот нормальный и понимающий мужик, и ещё за то, что Негмат-ака был уважаемый человек, которого знал весь город. Ни одно общегородское событие, будь то приезд почетного гостя или свадьба в семье очень уважаемого человека, большой праздник или негласная тусовка городских властей, не обходилось без участия Негмата-ака. В родном городе не было равных в искусстве плововарения. Да, это он любил и умел, а ещё он любил выпить и умел не трепаться. Со временем они стали больше чем родственниками – стали друзьями. Старший научил младшего всему, что умел, и приучил ко всему, что любил. Теперь их везде видели вместе, и если Сардор замещал у казана мастера, то это означало, что друг и наставник уже готов... Со временем эти замены становились все чаще и чаще, а недовольство хозяев все меньше и меньше, потому как на смену одному таланту пришел другой.
– Дядя Сардор... – отвлекли его от воспоминаний.
Сардор посмотрел на парня:
– Что надо?
– Вещица одна есть. Может, возьмешь?,. Жене... Иль Наталье.
Сардор молчал. Он не любил рыночных хмырей, но место не выбирают, в нем оказываются. Сардор оказался на рынке. Терпи. Алкашам иногда ссужал, сам не без греха, а вот ворованное не брал никогда. А уж отличить пропиваемое из семьи от ворованного умел, ничего не скажешь. Этот павловопосадский платок был явно ворованный, а когда Витек, истолковав паузу по-своему, вытащил из пакета маленькую концертную сумочку, все окончательно встало на свои места.
– Ты че! – завопил Витек, – отступая. Сардор зачерпнул кипящего масла и поднес к лицу Витька.
– Больше сюда не приходи. Понял? Я Василию-то скажу. Он тебе холку намылит. Витек отпрыгнул подальше.
– Ну чебурек недоделанный, ты у меня ещё укусишь... – пообещал он.
«Неужели Васька знал? – ломал голову Сардор. – Нет, не знал, иначе этот при нем предложил, а он выждал, когда тот уйдет. До чего же водочка доводит», – думал Сардор.
Находясь в расстроенных чувствах, даже не заметил, как появилась Наталья.
– Здравствуйте, Сардор Рахимович, – прервала раздумья Наталья.
– Доброе утро, Наташа Ивановна, – ответил Сардор суше, чем обычно.
Он долго учился скрывать свои чувства и достиг в этом заметных высот.
–Что-то вы суровый последнее время, Сардор Рахимович? – едва сдерживая смех, спросила Наталья.
– Будешь здесь суровым, от такой жизни.
– А что так? Кто же вам настроение испортил, уж не жена ли?
Сардор закладывал рис, не отвечая на вопросы.
– Я думаю, что вам, Наталья Ивановна за хлебом пора идти.
Вот шайтан в юбке, подумал Сардор, глядя вслед своей помощнице, которая удалялась, зазывающе покачивая бедрами, дразнит каждый день, то языком, то задницей, а то над казаном склонится так, что, того и гляди, груди в рис провалятся.
Помощница ушла.
Три года в столице, а чего он достиг? Что имел в Намангане, то и здесь. На родине даже лучше было. Там его все знали. Здесь тоже знают разные...
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?