Текст книги "Псарь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/psar-83055.jpg)
Автор книги: Игорь Негатин
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
11
– Хватит оглядываться, – ухмыльнулся мой спутник и потрепал жеребца по шее. – Этот уютный домишко, в котором ты прохлаждался больше месяца, остался в прошлом. Как и его любвеобильная хозяйка.
– Даже не собирался, – буркнул я.
– Ну да, конечно. Видимо поэтому ты и вертишься в седле, как грешник на сковородке. И вот что… Давай сразу отвечу на твой вопрос.
– Какой именно?
– Тот самый – неозвученный!
– Было бы неплохо…
– Изволь, – спокойно сказал он и посмотрел на меня. – Я не знаю, как мы сюда попадаем. Как отсюда выбраться – тоже не знаю.
– Спасибо. Оптимистичное начало, ничего не скажешь.
– Добро пожаловать в преисподнюю, сынок!
Кстати, моего спутника звали Влад. Отчество он не сообщил. Когда я спросил – только отмахнулся. Как я уже говорил, ему около пятидесяти лет. Рослый мужчина. Широкоплеч и нетороплив в движениях. Седые волосы забраны в длинный хвост. Аккуратная чеховская бородка и пышные усы. Одежда? Ничего особенного. Кожаный камзол до середины бедра. Под ним кольчуга. Что еще? Штаны, сапоги с короткими шпорами и шерстяной плащ, притороченный к седлу. В кожаных ножнах – меч. Сзади заткнутый за пояс длинный нож или скорее всего – короткий кинжал с вычурной и увесистой гардой. На плече застыл ворон Нур. Словно статуэтка, искусно вырезанная из черного камня. Единственное, что мне не понравилось, – в глазах Влада застыла тоска. Жуткая, смертельная тоска.
– Что ты знаешь о Дикой Охоте? – спросил он.
– Хм… Если честно, то ничего умного в голову не приходит.
– В документах двенадцатого века находили упоминание о черных всадниках, скачущих по небу на вороных лошадях. Их сопровождали ужасные черные псы – баргесты. В одних легендах говорится, что это призраки, которые являются с того света только после того, как их вызовут.
– Это легенды Асперанорра?
– Нет. Это легенды нашего мира.
– При чем здесь наш мир? – покосился я, но Влад не обратил внимания на мой вопрос и продолжил рассказывать.
– Согласно одной из скандинавских легенд бог Один со своей свитой носится по земле, собирая души людей. Если кто-либо встретится с ними, то попадет в другую страну, а если заговорит, то погибнет. В Британии бытует версия, что охоту возглавляют король или королева эльфов. Они похищают детей и молодых людей, которые становятся их слугами.
– Здесь и эльфы есть?!
– Всякой дряни хватает, – отмахнулся он.
– Это радует. Так что там с этими… баргестами?
– Легенды гласят, что баргесты – это воплощение божественной кары и олицетворенного возмездия. Но все источники сходятся лишь в одном: баргесты всегда безжалостны.
– При чем здесь мы?
– Так получилось, что мы баргесты этого мира. Черные Псы, пожирающие нечисть.
– Какая честь… А отказаться от этой почетной обязанности нельзя?
– Можно, – кивнул он. – Посмертно.
– Ты просто радуешь каждым словом…
– Всегда рад испортить ближнему настроение, пока он не испортил мне. Так что можешь не благодарить. Когда прибудем на место, пообщаешься с одним из наших парней. Его зовут Анри. Провалился в этот мир год тому назад. У него есть своя версия происходящего. Не скажу, что она ответит на все твои вопросы, но послушать не помешает.
– Вас… То есть… нас… Много?
– Рыцарей Черных Псов? Двадцать человек, не считая Магистра и двух его помощников. Если кто-то погибает, то вскоре из нашего мира проваливается новичок. Один или сразу несколько. Как только рыцарей становится двадцать – миры приходят в равновесие и незримые врата закрываются. Как мышеловка, черт бы ее побрал.
Дальше ехали молча. Даже ворон, сидевший на плече спутника, и тот затих. Нахохлился и прикрыл глаза. Влад провел короткую лекцию на тему «Есть ли жизнь на Марсе». Если точнее – на Асперанорре. Продолжительность жизни здешних жителей около ста пятидесяти лет. Кроме гномов, разумеется. Они живут дольше. Триста пятьдесят, а то и все четыреста лет. Драконы живут еще больше. Их средний возраст около тысячи лет.
– Правда, с ними, черт бы их побрал, не все так просто, – закончил рассказ Влад.
– Драконы… Они все-таки существуют? На самом деле?!
– Ты меня удивляешь, Сергей! – хмыкнул он и проводил взглядом птицу, выпорхнувшую из зарослей. – Гномы тебя не удивляют, а в драконов ты поверить не хочешь?
– Гномы все-таки люди. Только маленькие.
– А драконы – это ящерицы. – Влад сплюнул и проворчал: – Только большие и вредные.
– В логике тебе не откажешь.
– Век бы их не видеть, этих крылатых тварей.
– Старик рассказывал, что мы приходим, чтобы помогать драконам.
– Старик в детстве слышал слишком много сказок от своей бабушки. Драконы… Пусть он засунет их себе в задницу вместе с прочей нечистью! Единственное, за что можно сказать ему спасибо, так это за то, что тебя не угробил. Ты вообще счастливчик – попал на северное побережье. На южном для новичка меньше шансов выжить.
– Все так плохо?
– Да, – кивнул он. – И ты скоро в этом убедишься. Как только станешь умнее и быстрее.
– Это в тридцать лет? Не поздновато делать из меня рыцаря? – хмыкнул я. – Тем более черного.
– Плевать, какого! Хоть черного, хоть белого, хоть красного в мелко-зеленый горошек с розовым бантиком на макушке. Лучше поздно, чем никогда. Да и с возрастом, как видишь, не все просто. Здешние мужчины первые шестьдесят лет только и делают, что шляются по Асперанорру, – вещал Влад. – Размахивают разными железными предметами. Если им не проломили голову, не захватили в плен и они не сошли с ума, мужчины возвращаются в родные места с прилично набитым кошельком. Выбирают себе жену и плодят ребятишек. Подают бедным и помогают соседям. В общем, искупают милосердием грехи прошлых лет и скучают. И так год за годом…
– Кстати, а сколько длится год в Асперанорре?
– Шестнадцать месяцев. Шесть месяцев зима и два месяца лето. Кстати, довольно прохладное лето. По четыре месяца приходится на весну и осень. Месяцы не имеют названий. Только номера. Первый месяц зимы или, например, второй месяц лета. Каждый месяц состоит из трех недель. Каждая неделя из десяти дней. В году, как ты уже, наверное, подсчитал – четыреста восемьдесят дней. Что еще… Зимы достаточно холодные. Особенно здесь, на севере. К югу немного теплее.
– Хороший климат.
– Здоровый.
– А если бы я отказался с тобой ехать? – внезапно спросил я.
– Сам бы пришел, – равнодушно пожал плечами Влад. – Только с большими проблемами на хвосте. Еще бы и на старика беду накликал. Нечисть, она такая – долго разбираться не будет. Свой – чужой… Подцепили бы железным крюком за ребра и смотрели, как подыхаешь. Потом сожгли бы хутор.
– Старик мне рассказывал нечто другое. Что нечисть предпочитает не связываться с черными рыцарями.
– Может быть, и так, – равнодушно пожал плечами Влад. – Не знаю. В этой северной глуши все не как у нормальных людей. К югу жизнь течет по-другому. Там у нас нет иного выбора, кроме одного – убивать. Чтобы выжить.
Сидящий на его плече ворон вдруг встряхнулся и хрипло каркнул. Влад, не глядя на птицу, достал из кармана небольшой кусочек хлеба и подал ворону.
– Держи, обжора!
– Нур, это ведь ты меня нашел? – сказал я и покосился на птицу. – Крылатый бродяга! Чуть застежку не оборвал на куртке.
– Ка-арр-р!
– Нет, тебя нашел Нор, – покачал головой Влад. – У меня два ворона. Нур и Нор.
– У них что, разделение обязанностей?
– Можно сказать и так. Нор ищет таких, как ты. Попавших в этот мир. А Нур наблюдает за вами и решает – стоит вам помогать или нет.
– Смотри ты мне… А что бывает с теми, на которых ты не тратишь свое время?
– Погибают. Быстро и незаметно.
– Их находят и убивают?
– Бывает что и так. Но чаще всего они сами впутываются в какую-нибудь передрягу. Или сходят с ума, что тоже не редкость. Мир здесь простой и незатейливый. Трупом, лежащим на дороге, никого не удивишь.
Наши лошади шли рядом, и можно было говорить, не повышая голоса. Мы уже выбрались из долины, перебрались через узкий распадок между горными хребтами и теперь спускались к равнине. Дорога оказалась скучной, и Влад продолжил рассказ о мире, в который мы попали.
– Почти все, что тебе рассказал старик, это правда. Кроме нескольких незначительных мелочей.
– Каких именно?
– Рыцари Черных Псов не приходят в этот мир по зову дракона. То, что видел старик, было обычной кометой. Есть нечто могущественное, что держит в равновесии миры.
– Миры?
– Да. Не только этот мир. Наш тоже.
– Но мы-то здесь при чем?
– Не знаю. Но так уж получилось, что мы здесь и…
– Что?
– Не перебивай, – поморщился он. – Знаешь, чем больше я здесь нахожусь, тем больше убеждаюсь, что местные легенды про спасителей драконов и похищенные души… Как бы помягче выразиться… Они не имеют ничего общего с нами. Просто так получилось, что нам приходится подстраиваться под древнее предание. Кто-то решил, что парни, провалившиеся в этот мир, прекрасно подходят на роль рыцарей, истребляющих разную нечисть.
– Зачем?
– Не знаю. Наверное, чтобы заткнуть нашими тушками дыру между двумя мирами.
– Какую дыру?!
– Круглую, блин!
– Я что-то не понял…
– А оно тебе надо? Поговоришь с Анри, он тебе все и расскажет, – дернул щекой Влад и пришпорил жеребца: – Хэйс!
12
– Не переживай, – отмахнулся Влад, когда мы подъехали к постоялому двору. – Деньги у меня есть. Кстати, ты уже разобрался с местной валютой?
– Откуда у меня деньги? – Я лишь усмехнулся. – Правда, есть серебряная монета. Монах швырнул, когда мы встретились с ним на побережье. Это было в самый первый день. Я тогда только очнулся и плохо соображал, что к чему.
– Тебе повезло. Монах, видно, был пьян как сапожник. Иначе бы он быстро разобрался, кто ты есть и как на этом можно срубить деньжат.
– В смысле?
– Продал бы тебя со всеми потрохами, и все.
– Кому?
– Какому-нибудь местному оборотню или некроманту. Или знахарю, который изображает из себя хирурга.
Постоялый двор, у которого мы остановились, находился на пересечении нескольких дорог. Двухэтажный дом и несколько хозяйственных построек, выстроенных буквой «П». Широкая арка входа с двустворчатыми воротами. Внутри – прямоугольный двор. Выложенный из камней колодец, бревенчатая конюшня, сарай для повозок и еще что-то. В углу – рядом с конюшней – ворох потемневшей соломы и повозка с сеном.
Первый этаж жилого дома был выстроен из дикого камня. Небольшие окна забраны прочными решетками. На втором, сложенном из бревен этаже, окна побольше размером. Они прикрыты тяжелыми ставнями с коваными петлями. Прямо не гостиница, а крепость!
Влад спешился и бросил поводья подскочившему слуге.
– Привет бродягам! – послышался чей-то насмешливый голос.
– Твою мать! – Я чуть не подскочил от неожиданности. Два русских за день, это уже слишком!
– Привет, – бросил Влад и повернулся ко мне: – Знакомься, это Макс. Наш, так сказать, собрат по несчастью.
Мужчина, которого назвали Максом, стоял у дверей гостиницы и довольно ухмылялся. Невысок ростом и не скажу, что очень здоровый. Коренастый – так будет точнее. Лет тридцати пяти, не больше. Помните Бориса Хмельницкого в роли Робин Гуда? Очень похож. Одежда, оружие – как и у Влада. За одним исключением – у Макса была кубанская нагайка, которой он лениво поигрывал. Почему решил, что именно кубанская? Видел в… прошлой жизни. Если быть точным – один знакомый байкер возил такую с собой.
– Еще один попаданец? – хмыкнул Макс. – Добро пожаловать…
– В преисподнюю, – закончил я и, повернувшись к лошади, снял чересседельные сумки.
– Тебе повезло, Влад. Твой парень здоров и упитан. С моим вышло хуже.
– Что так? – нахмурился мой спутник.
– Когда я его нашел, парень был так изможден, что проще было бы похоронить, чем вылечить. Пришлось даже к седлу привязывать, чтобы не упал. Ходячий труп. Даже не знаю, дотянем его до Штейна или нет.
– Штейн, это наш лекарь, – пояснил мне Влад и продолжил прерванный разговор: – И что парень? Жив? Умер? Где ты его обнаружил?
– Пока что жив. Нашел здесь, неподалеку. На побережье. Кто-то его здорово порвал. Или волки, или дикая кошка. Крови много потерял. Я перевязал как смог. Лежит в моей комнате и стонет.
– А лекаря здесь нет? – удивился я.
– Лекаря? – переспросил Макс и засмеялся. – Кто же рискнет лечить пришлого?
– Лекарь не поможет, – объяснил Влад. – Никто из них не будет помогать черному рыцарю. Твой старик и его невестка – это редкость. Можно сказать, что один шанс из тысячи. Так что… сам понимаешь.
– Судя по всему, – продолжил мой новый знакомый, – он не русский. Ни документов, ни денег. Лопочет что-то не по-нашему, и все.
– Хорошо, потом посмотрим. Живой, и ладно.
Тяжелая входная дверь распахнулась, и мы вошли в дом. Большой зал с горящим камином. В глубине – что-то, напоминающее барную стойку. За ней стоял упитанный хозяин и лениво протирал кружку грязной тряпкой. Почему хозяин? Слишком хорошо одет и держался уверенно, по-хозяйски. Хотя… Что-то в глазах мелькнуло. Досада? Растерянность? Черт знает.
– Этерн дарр, – бросил ему Влад и сел за стол. – Еды, пива и две комнаты!
Хозяин молча кивнул и распахнул дверь, ведущую на кухню. Донеслись запахи жареного мяса, и в животе сразу забурчало.
Мы сели за стол, и через несколько минут перед нами поставили здоровенный кувшин с пивом, кружки, хлеб и большую тарелку с поджаренными ребрышками. Рядом встали миска с соленьями и миска с вареными корешками. Я такие уже пробовал. Немного похоже на картофель. Как я уже понял, вилок в этом мире еще не изобрели. Или не признавали. Все достали небольшие ножи и принялись за еду.
– Я думал, ты повернешь прямо на юг, – пробурчал Макс, отгрызая кусок мяса от кости.
– А куда нам спешить? – пожал плечами Влад и налил пива. Пиво здесь темное и крепкое, но к мясу очень подходит. Особенно если повар перца не пожалел.
Пока они о чем-то переговаривались, я жевал и рассматривал зал. Десяток столов с тяжелыми лавками, две бочки у стены и четыре оленьих головы на стене. По левую сторону от входных дверей – узкая лестница на второй этаж. На потемневшем от сажи потолке – люстра, похожая на колесо от телеги. Толстые свечи были погашены, а в узкие окна пробивалось немного света. Вечерело. В зале царил полумрак, разбавленный светом камина. На нашем столе стоял глиняный светильник с узким носиком, похожий на чайник. Света давал немного, но ложку, как известно, мимо рта не пронесешь.
Хозяин терся у стойки бара, иногда поглядывал в нашу сторону. Не знаю почему, но он мне не нравится. Слишком вид расстроенный. Или настороженный. И еще… он чересчур часто поглядывал в окно.
– …Так что можем возвращаться, – услышал я конец фразы, сказанной Владом. – Больше никого нет. Разве что к югу кто-нибудь появится. Нор еще не вернулся. Может, и найдет кого-нибудь.
– Живых нет, – хмыкнул Макс и хлебнул из кружки. Вытер усы и с интересом посмотрел на меня: – А ты? Давно здесь бродишь?
– Месяц.
– Понятно, – протянул он и налил пива. – Везунчик…
Потом мы разговаривали о каких-то мелочах. На все вопросы о «дырах» между мирами собеседники только хмыкали. Хмыкали и советовали подождать до окончания нашего путешествия. Под конец признались, что и сами ничего не знают. Есть какие-то теории, но не более того.
Единственное, что узнал полезного, так это про местные финансы. Влад достал из-за пазухи мешочек с завязками и высыпал на стол несколько монет.
– Золото здесь редкость, – начал он. – Причем очень большая редкость. Если и попадает в страну, так только с южными торговцами. Даже при королевском дворе редко увидишь. Люди привыкли к серебру. Украшения из серебра, монеты из серебра. Так что привыкай. Монеты трех достоинств. Мюнт – самая мелкая. Кстати, тот монах тебе такую и кинул. Потом идет даллинор, который равен пяти мюнтам. И самая крупная – грасснор. Она равна десяти даллинорам или пятидесяти мюнтам. Кроме местных монет есть и целый ряд иноземных. У них другой вес и другое качество серебра. С непривычки сложновато привыкнуть. Особенно если в кошельке монеты из разных стран.
Мюнт – да, именно такую монету бросил монах. Грубая, неопределенной формы. Словно кто-то взял серебряный шарик и ударами молотка превратил в плоский блин с непонятными значками на одной стороне и всадником на другой.
Даллинор выглядел приличнее. На одной стороне змеился орнамент из четырех листьев, а на другой все тот же всадник. Над всадником изображена корона.
Грасснор – монета в форме квадрата. Надо заметить – увесистая монетка! Растительный орнамент по краю и всадник, увенчанный короной. На обороте изображено солнце. Пока я рассматривал деньги, нам принесли очередное блюдо. Рыба. Жареная. Хозяин покосился на рассыпанные на столе монеты, и в глазах мелькнула жадность.
– А что со здешними ценами? – спросил я.
– Как тебе сказать, – пожал плечами Влад. – Мальчик на побегушках зарабатывает около пяти-шести даллиноров в год и бесплатную кормежку. Хороший взрослый слуга – около двадцати и полное содержание. Какой-нибудь знахарь получает один даллинор за визит к больному. Наемник – пять-шесть грассноров в год и право на часть добычи, взятой в бою.
– Товары?
– Хорошая верховая лошадь – около сорока-пятидесяти даллиноров. Хороший дом – от тысячи и выше.
– Продовольствие?
– Наш сегодняшний ужин – где-то двадцать мюнтов. Ночлег – по пятерке на брата и по одному мюнту за постой и корм для лошади.
– Сложновато, но привыкну.
– Привыкнешь. Кстати, а твоя кольчуга? – хмыкнул Макс.
– А что с ней не так?
– Она ведь гномьей работы?
– Да.
– Трофей?
– Подарок.
– Смотри ты мне! – Он удивленно дернул бровью.
– Да.
– Воистину, ты везунчик, Серега… Так вот, – он отхлебнул пива. – Твоя кольчуга потянет на три-четыре, а то и пять хороших лошадей. Конечно, если она без заговора.
– Она заговоренная. Это арг-норр.
– Ну и дела. – Макс так удивился, что даже кружку с пивом отставил в сторону.
– Неплохо новичок провел месяц, да? – усмехнулся Влад и кивнул в мою сторону.
– Да уж… Увы, мне жаль тебя расстраивать, но в этом случае она ничего не стоит. Даже ломаного мюнта никто не даст. Так как заговоренные вещи служат лишь одному владельцу. Если кто-то снимет ее с твоего мертвого тела, она рассыпется в прах.
– Между прочим, – улыбнулся Влад, – его шпоры и кинжал тоже гномьей работы.
– Как есть везунчик, – как-то растерянно пробормотал Макс и налил еще пива.
Мы неторопливо закончили ужин и поднялись наверх. В комнате, выделенной мне хозяином, лежало мое седло, принесенное из конюшни. Я бы даже не подумал тащить седло в комнату, но здесь свои порядки, и вещи лучше держать при себе. Пригодится вместо подушки.
Комната маленькая. Каморка. Метра два на три, не больше. Окно, выходящее во двор, прикрыто ставнями. Стекол не имелось. Имелись небольшой, грубо сколоченный стол, трехногий табурет и узкая кровать с тощим тюфяком, набитым соломой. На столе стоял подсвечник с зажженной свечой. После натопленного зала здесь было немного прохладно, но ничего, не замерзну.
Влад привел для меня не только лошадь. К ее седлу был приторочен и теплый плащ из шерсти. Так что завернусь и неплохо высплюсь. Только вот хозяин гостиницы не шел из головы. Слишком паскудно он выглядел.
Я сбросил с себя косуху и положил ее на табурет. Рядом с изголовьем положил кинжал, подаренный гномами. Было слышно, как в конюшне фыркнула лошадь. Понемногу начала наваливаться усталость. Даже думать желания не было. Все – спать!
13
Вой раздался после полуночи. Совсем близко. Так близко, что был слышен предшествующий ему хрип. Это голос неизвестной мне твари, которая подобралась вплотную и теперь захлебывалась от желания напиться теплой крови. Я этого не знал. Почувствовал. И следом за этим чувством пришло понимание. Оно возникло где-то в мозгу, словно озарение или удар. Удар, который сбросил меня с кровати и заставил схватиться за тесак. За дверью раздался крик, потом топот. Что-то противно хрустнуло, послышались стон и русский мат. Как ни странно, мат мгновенно взбодрил. Я прыгнул к выходу, но раздался треск, и дверь распахнулась. Сильный удар сломал две доски, и она криво повисла на одной петле.
– Какого дьявола?
На пороге стояло нечто… Нечто, походящее на волка, вставшего на дыбы. Ростом с меня, если не выше. Мощное двухметровое тело, обросшее длинной серой шерстью с редкими седыми прядями. Морда, похожая на волчью, застыла в бешеном оскале. Уши прижаты к голове. Длинные, как у обезьяны, лапы с длинными же когтями. Тварь пригнулась, чтобы не зацепить дверной косяк, и злобно зарычала.
И время остановилось…
Застыло…
Секунды падали медленно, словно набухающие капли дождя на стекле. Набухали, вбирая в себя влагу, перед тем как сорваться вниз стремительным росчерком. Время замерло. Я почувствовал, как по спине побежала холодная капля пота. Господи, что это?!
И все исчезло! Исчезло наваждение остановленного времени.
Тварь с утробным рыком бросилась на меня. Я отшатнулся в сторону, зацепил табурет и боком упал на кровать. Оборотень прыгнул, но споткнулся и рухнул на пол. Мелькнула его лапа! Удар! Меня отбросило в сторону, словно бревном приложило. В голове зазвенело, и во рту появился соленый привкус. Сука!
Оборотень попытался схватить меня, но сорок сантиметров отточенной стали это вам не игрушки! Я даже не почувствовал ничего. Визг, брызнула кровь, и его лапа стала короче. По локоть. Едва успел вскочить, как позади меня раздался треск! Почти не соображая, я развернулся и ударил темный силуэт, возникший в дверном проеме. Рычание, но мне уже наплевать! Надо вырваться из этой узкой, похожей на гроб каморки! Клинок вошел в мясо, хрустнули ребра, и я пошел напролом, словно тараном вынося эту тварь, насаженную на мой клинок. Почувствовал, как дрожит тварь и воет оборотень, оставшийся в комнате. Вынес тварь в коридор и ударился вместе с ней о перила. Треск ломающегося дерева, и мы полетели с высоты второго этажа в полутемную гостиную, освещенную светом камина.
– Сдохни, тварь!!!
Упал удачно, если можно назвать удачным падение со второго этажа. Еще и в обнимку со зверем, насаженным на сталь, как на кухонный вертел. Оборотень упал на стол, я рухнул сверху, только по счастливой случайности не напоровшись на рукоять своего клинка. Тварь еще хрипела, но что-то подбросило меня, и я, не обращая внимания на боль, вытащил из обмякшей тушки клинок и занес над зверем.
Удар сердца, и время снова замерло. Вижу, как кровь медленно стекает по лезвию. Кап… Вижу, как дрожит капля, повиснув на острие клинка. Вижу оскаленную от боли морду оборотня, лежащего на сломанном столе… Удар сердца… Вдох… Воздух наполнен сладким запахом крови и смерти. Еще один удар сердца, и время срывается на привычный бег. Двумя руками всаживаю клинок в горло оборотню:
– Сдохни, тварь!!!
Где-то рядом сквозь темноту слышатся звуки драки и вой тварей, мечущихся в темноте.
– Хэльдар-р-р!!! – раздался чей-то крик, и по лестнице скатился незнакомый парень, размахивающий мечом, словно тонкой палкой. Рубашка измазана в крови, на груди видна свежая рана, а на правом боку пятно крови. Он словно не замечал крови. И этот крик: «Хэльдар!» – «Я иду!» – напоминал клич берсерков из древних саг и легенд. Удар, и парень бросил на пол еще одного оборотня с разрубленным черепом.
Тень прыгнула сверху, и я, уходя от удара, перекатился через соседний стол. Когти били по опустевшей столешнице, оставляя глубокие следы на дереве. Звериный рык перешел в вой, но я уже не слышал. Двумя руками, словно не клинком, а топором, разрубил оскаленную морду.
– Сдохни, тварь!!!
По стенам еще мелькали быстрые черные тени, жутко воняло псиной, сырым мясом и кровью.
– Хэльдар-р-р!!!
Мы на пару с незнакомцем пробивались наверх – туда, где еще визжали эти твари. Парень шел первым, как атакующий танк. Расшвыривал оборотней, и мне оставалось только добивать эту нечисть…
Рассвет наступал медленно, словно нехотя. Когда первые лучи солнца осветили узкие окна гостиной, мы сидели на полу у камина и молча таращились на огонь. Жутко хотелось курить. Я сглотнул набежавшую слюну и облизал пересохшие губы. Полцарства за сигарету. Хотя… у меня нет царства. И сигарет тоже нет.
Рядом со мной на плаще лежал смертельно бледный Влад. Он смотрел на огонь, будто надеялся на его животворящее тепло. Как смогли – перевязали, но сомневаюсь, что это поможет. У него рваная рана на животе. Кишки мы запихнули обратно, когда стягивали рану широкими полосами полотна, найденными в сундуке хозяина. Чуть в стороне сидел мой новый знакомый – Рэйнар. Это молодой мужчина. Если перевести его возраст на наш, то ему лет двадцать пять, не больше. Длинные русые волосы, рыжая борода и вечно прищуренные глаза, отливающие вороненой сталью. Мы уже успели перекинуться несколькими словами и познакомиться. Рэйнар наемник, по счастливой случайности остановившийся в этой гостинице. Он прибыл поздно вечером, когда мы ушли спать. Нам повезло. Если это можно назвать везением.
Макса убили. Его разорванное в клочья тело лежало у дверей комнаты. Рядом с убитым новичком. Влад умирал. Я это видел. Чувствовал. Серело лицо, а кожа тускнела и становилась похожей на пергамент.
– Сергей… – Он пошевелился.
– Что?
– Как ты?
– Все хорошо, – кивнул в ответ. – Я спал в кольчуге. Они меня не достали.
– Расслабились мы… Как… жа… т…ри… к…та… – Он шептал, и я едва мог понять.
– Что?
– Карта…
– Какая карта?
– В моих вещах… Пр…еси… Быстрее…
Тубус с картой нашел в сумке, притороченной к его седлу. Маленькая, грубо начерченная карта королевства Асперанорр. Не такая точная, как у старика, но разобраться можно. Я скатился вниз по лестнице, скользкой от крови и ошметков разрубленных тел.
– Вот здесь. – Влад ткнул пальцем в карту и оставил на пергаменте кровавое пятно.
– Мне надо туда? К юго-западу от Сьерра?
– Да… И еще… Серый…
Он опять сорвался на шепот, и мне пришлось наклониться почти к его губам, чтобы разобрать быстро слабеющий голос умирающего:
– Если… вдруг вернешься… хочу… адрес…
– Я запомню, Влад. Обещаю.
– Ты вернись… Обязат…
Его рука судорожно сжалась, он попытался поймать губами воздух и затих.
Все… Я не знаю, по какой дороге он уйдет на тот свет, но верю, что тот свет есть. Есть этот призрачный загробный мир, достойный погибших воинов, заброшенных в чужой мир.
Солнце поднялось высоко, когда мы вышли во двор. У дверей лежал связанный хозяин гостиницы. Его упаковал Рэйнар. Еще на рассвете. Нашел в дальней комнате забившимся в угол. Избил и бросил у дверей.
Тела наших друзей я положил в повозку. Вместе с вещами и оружием. Последней вещью, подобранной на полу, оказалась плеть. Хорошее изобретение. Когда надо поговорить по душам. Только требуется смыть кровь и вывести наших лошадей из конюшни.
Две лошади погибли. Моя и Макса. Остались жеребец Влада и спокойная каурая кобылка, на которой привезли раненого. Жаль, но я так и не узнал, откуда взялся этот раненый парень. Ни имени, ни документов. Ничего…
В первом стойле стояла крепкая каурая лошадь, спокойно жующая зерно. Судя по всему, она принадлежала Рэйнару. Я стащил с себя окровавленные тряпки и начал медленно умываться. Медленно и тщательно. Словно смывал с себя последний налет цивилизации. Налет, оставшийся где-то там, на границе между мирами. В прошлом. Чистился, словно на парад. И последней надетой вещью был злосчастный жилет. Тот самый, с оскаленной волчьей мордой. Мне больше незачем было прятаться и некого бояться. Моя война уже началась.
Увидел, как удивленно посмотрел Рэйнар. Словно на исчадие ада, но без страха. С интересом и уважением. Все верно – он воин. Ему не пристало бояться.
– Откуда здесь взялись оборотни? – спросил Рэйнар у хозяина гостиницы. Судя по его виду, он едва сдерживался, чтобы не пустить кровь этому жирдяю.
– Я не знаю, – запинаясь, пробормотал мужчина. Глаза его бегали.
– Врешь, – устало протянул я и почесал нагайкой щеку.
– Я клянусь…
– Чем?
– Я…
– Сколько ты получил от них? – продолжал допрос Рэйнар.
– Я клянусь!
– Вот мразь! Да я тебя… – выдохнул наемник.
Закончить фразу он не успел. Потому что у меня терпения не хватило слушать жалкий лепет. Свистнула нагайка, и хозяин гостиницы отшатнулся к стене, прижимая к лицу связанные руки. Сквозь пальцы потекла кровь. Рэйнар одобрительно хмыкнул.
– Не лги мне.
– Они… приказали… иначе…
– Сколько они тебе заплатили?
– Двадцать монет.
– По четыре за каждого?
– Нет, они думали…
– Что?
– Они думали, что гостей будет только двое… Этот… раненый… и…
Опять свистнула нагайка, и хозяин завалился на бок. Вот это да! Вот уж не думал, что простой плетью можно так быстро изуродовать человека.
– Твои друзья подло убиты. – Рэйнар скалился, словно зверь.
– Их предали и продали. – Я повернулся к лежащему на земле мужчине.
– Нет!!!
– Мои братья убиты… И ты, тварь, знаешь наши законы…
Мы уходили на юг, увозя с собой повозку с вещами и телами погибших друзей. Кроме них Рэйнар уложил в повозку два мешка с трофеями. Он начал что-то говорить, но я только отмахнулся. Потом посмотрим. Слуги, служанки… Нет, я еще не настолько озверел, чтобы убивать всех подряд. Их вышвырнули за ворота гостиницы. Когда мы уезжали, за нашими спинами бушевало зарево пожара. Горела гостиница. Вместе с постройками. Вместе с ней горел и связанный хозяин. Живьем.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?