Текст книги "Германо-итальянские боевые операции. 1941-1943 гг."
![](/books_files/covers/thumbs_240/germano-italyanskie-boevye-operacii-1941-1943-gg-235090.jpg)
Автор книги: Илья Мощанский
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
В ноябре 1942 года южнее итальянского сектора на Дону происходили серьезные события. Советские войска неожиданными и мощными ударами прорвали оборону противника северо-западнее и южнее Сталинграда и окружили немецкую армию, прорвавшуюся к берегам Волги. В кольце оказалась крупнейшая группировка немцев и их союзников общей численностью более 300 тысяч человек. Операция была проведена силами Донского и Сталинградского фронтов; в ней участвовал также левый фланг Юго-Западного фронта. Правый фланг Юго-Западного фронта, против которого были расположены основные силы итальянской армии, в ноябрьском наступлении участия не принимал.
Немецкое командование вначале не придало значения окружению сталинградской группировки, считая, что у Красной Армии не хватит сил не только уничтожить, но даже удержать в кольце немецкие бронетанковые и механизированные дивизии. Поэтому в конце ноября и начале декабря оно предпринимало попытки прийти на помощь армии Паулюса ограниченными силами, но двинувшиеся было вперед немецкие и румынские дивизии вскоре остановились и перешли к обороне.
Тогда германское командование начало срочно перебрасывать резервы к левому флангу Юго-Западного фронта. Одновременно была создана крупная группировка перед Сталинградским фронтом, в районе Котельниковского. К 10 декабря эти группировки представляли собой уже внушительную силу, перед ними ставилась задача прорвать оборону советских войск в северо-восточном направлении и соединиться с окруженной сталинградской группировкой. 8-я итальянская и остатки румынской армии, расположенные против правого крыла и центра Юго-Западного фронта и левого крыла Воронежского фронта, должны были упорной обороной на реке Дон сковывать советские войска и прикрыть левый фланг и тыл ударных группировок.
Появление «боевых кулаков» не прошло незамеченным. Поэтому советское командование несколько видоизменило общий план наступательных операций Юго-Западного и Воронежского фронтов, который носил кодовое название «Сатурн» и был утвержден Ставкой 3 декабря 1942 года. Его первоначальной целью было развить наступление на Ростов, отрезав кавказскую группировку немцев. Теперь главный удар направлялся не на юг, как это было задумано вначале, а на юго-восток. Уточненный план операции, разработанный согласно директиве Ставки Верховного Главнокомандования на имя командующего Юго-Западным фронтом № 58259 от 13 декабря 1942 года, получил кодовое название «Малый Сатурн». Сроки подготовки наступления были сокращены, и начало операции было перенесено на 16 декабря.
Главную задачу операции должны были выполнить войска Юго-Западного фронта, которым командовал генерал Н.Ф. Ватутин. Перед ними была поставлена задача прорвать оборону 8-й итальянской армии, разгромить ее, выйти в район Тацинской, Морозовска и Тормосина и нанести удар по флангу и в тыл немецких группировок, готовившихся к освобождению армии фон Паулюса. С войсками Юго-Западного фронта взаимодействовала 6-я армия, расположенная на левом фланге Воронежского фронта, которым командовал генерал Ф.И. Голиков. Нанеся удар на своем участке, она должна была обезопасить войска Юго-Западного фронта от возможных контратак с фланга.
Учитывая конфигурацию линии фронта и имевшиеся в наличии плацдармы, командующий Юго-Западным фронтом решил нанести концентрированный удар двумя группами с разных участков по сходящимся направлениям. С этой целью были созданы две ударные группировки: одна в районе Осетровского плацдарма, другая – восточнее станицы Боковской. Первая группировка, которой командовал генерал В.И. Кузнецов (командующий 1-й гвардейской армией), наносила главный удар с рубежа Дерезовка – Журавка. Она должна была развить наступление в направлении на Тацинскую, Морозовск. Вторая группировка под командованием генерала Д.Д. Лелюшенко (командующий 3-й гвардейской армией, которая была сформирована 5 декабря и состояла из левофланговых частей 1-й гвардейской армии и правофланговых частей 5-й танковой армии) готовилась нанести удар в направлении Боковская, Нижний Астахов, Морозовск. 5-я танковая армия во взаимодействии с 5-й ударной армией должна была разгромить тормосинскую группировку немцев ударами севернее и южнее станции Обливская в общем направлении на Морозовский, Тацинская. Войска 6-й армии Воронежского фронта, начав наступление с рубежа Новая Калитва – Дерезовка, должны были двигаться в общем направлении: Кантемировка, Марковка с целью обеспечивать правый фланг ударной группы 1-й гвардейской армии.
В документах штабов Юго-Западного и Воронежского фронтов указывались причины, заставлявшие считать итальянскую армию «слабым звеном». В них отмечалось, что итальянские солдаты не желают воевать за чуждые им интересы нацистской Германии, они не проявляют вражды к советскому народу и неприязненно относятся к немецкому союзнику, их боевой дух невысок, и они легко сдаются в плен. В сводках советских штабов отмечалась также слабая профессиональная подготовка офицерского состава итальянской армии, большая часть которого не имела достаточно боевого опыта, что приводило к дезорганизации частей и большим потерям.
Вот как, например, выглядела заключительная часть характеристики дивизии «Коссерия» накануне наступления: «В ходе активных боевых действий дивизия показала слабое упорство в обороне. Многие солдаты бросали оружие и спасались бегством. Политико-моральное состояние дивизии низкое. Пленные объясняют это трудностями войны и нежеланием воевать за Гитлера. В целом подготовка дивизии слабая. Она боеспособна, но упорства в боях не проявляет. Для действий в условиях сурового климата не тренирована»[10]10
ЦАМО РФ, ф. 229, оп. 604, д. 3, л. 32.
[Закрыть].
Ведущая роль в выполнении общей задачи наступления отводилась танковым и механизированным соединениям, которые должны были стремительным броском проникнуть в глубокий тыл врага. Движение танковых колонн в тылу противника планировалось организовать параллельно линии фронта, с тем чтобы в первые же дни нарушить всю систему управления связи и материального обеспечения. Глубина удара достигала 150–350 км, среднесуточный темп движения планировался 45–75 км. Это был невиданный до тех пор темп наступления.
Переброска войск проходила в большой тайне, и принимаемые меры вводили в заблуждение противника. «Советское командование, – говорилось в официальном отчете исторического отдела итальянского Генерального штаба, – в отличие от того, что имело место раньше, совершало концентрацию своих войск быстро и скрытно, перебрасывая танковые части ночью и маскируя их движение шумом тракторов и автомашин. Таким образом, ему удалось скрыть до последнего момента часть вновь прибывших войск».
В своих планах советское командование учитывало характер местности, на которой предстояло проведение операции. В целом она, несомненно, была более выгодной для обороны, чем для наступления: открытое, неравномерно всхолмленное плоскогорье, очень бедное растительностью, изрезанное вдоль и поперек большим количеством рек и глубоких балок. Правда, большинство рек были мелководными и к началу наступления сильно промерзли. Зато для преодоления главного водного рубежа – Дона, ширина которого в этом районе достигала 200–300 метров, требовалось наводить мосты или проводить работы по усилению льда.
Метеорологические условия в декабре 1942 года были относительно благоприятными для ведения боевых действий: температура воздуха колебалась между 0° и –10° мороза и в течение всего месяца не опускалась ниже –20° по Цельсию. Сведения историка Валори о том, что температура в это время колебалась между –10° и –30° С, а также описание «морозов до –40°» в книгах других авторов следует считать преувеличением.
В состав войск Юго-Западного фронта к 16 декабря входили: 1-я гвардейская армия, занимавшая участок Дерезовка, Вешенская, 3-я гвардейская армия, действовавшая на участке Вешенская, Чернышевская, и 5-я танковая армия, оборонявшаяся по восточному и северному берегу реки Чир до устья реки Лиска. На участке устья реки Лиска, Верхне-Чирский оборонялась 5-я ударная армия Сталинградского фронта, сформированная к этому времени из соединений Юго-Западного фронта и по указаниям Ставки выдвинутая для прочного прикрытия направления Калач, Сталинград. 19 декабря в состав Юго-Западного фронта была включена также и 6-я армия Воронежского фронта.
Перед Юго-Западным фронтом на участке Дерезовка, Вешенская оборонялись главные силы 8-й итальянской армии, на участке Вешенская, Верхне-Чирский – остатки 3-й румынской армии, усиленные немецкими дивизиями.
Перед фронтом 6-й армии действовал 2-й армейский италь-янский корпус в составе 8-й итальянской армии. В первой линии находилась 5-я пехотная дивизия «Коссерия», оборонявшая участок Новая Калитва – Красноореховая, протяженностью 26 км. Дивизии была придана бригада M.V.S.N. «23 марта». Во второй линии находились 3-я альпийская дивизия «Юлия», а также 213-я и 385-я пехотные дивизии вермахта. В районе Оробинский, Гадючье в оперативном резерве была сосредоточена 27-я танковая дивизия немцев.
Перед фронтом 1-й гвардейской армии действовали 2-й и 35-й армейский итальянские корпуса. Непосредственно перед фронтом прорыва 18-го танкового корпуса оборонялась 3-я пехотная итальянская дивизия «Равенна», штаб которой находился в Гадючье.
Перед фронтом 3-й гвардейской армии действовала оперативная группа генерала Холлидта (ОГ «Холлидт»), в состав которой входили 1-й армейский корпус румын (2 дивизии), 29-й немецкий корпус (3 дивизии), 2-й армейский корпус румын (2 дивизии) и 22-я танковая дивизия. 29-му корпусу были подчинены 3-я подвижная итальянская дивизия «Челере», пехотные дивизии «Сфорцеска» и «Торино».
Перед фронтом 5-й танковой армии действовали остатки 4-го и 5-го румынских корпусов и до 3 групп немецких – войск, сформированных из различных батальонов и отдельных полков – всего до 4–5 дивизий и 48-й танковый корпус в составе 11, 14-й и 16-й танковых дивизий. В этой группировке также находилась 1-я танковая дивизия румын, а с 28 декабря 1942 года – 6-я и, возможно, 7-я танковые немецкие дивизии.
Наиболее плотные немецкие группировки были в районах Боловская (62-я и 294-я пехотные немецкие дивизии), Чернышевская (части 22-й танковой немецкой дивизии), Обливская, Нижне-Чирская (тормосинская группировка). Не прекращая активных действий перед фронтом 3-й гвардейской и 5-й танковой армий, противник одновременно на всем фронте производил оборонительные работы, укрепляя расположение своих войск.
В начале января 1943 года на правом фланге перед фронтом 6-й советской армии появились 27-я танковая дивизия, а перед 1-й гвардейской армией – 19-я танковая дивизия вермахта и приданная 901-я учебная батарея штурмовых орудий.
В первой декаде декабря 1942 года итальянская армия занимала позиции между 2-й венгерской и 3-й румынской армиями, разместив свои дивизии в одну линию вдоль Дона. Левый фланг, примыкавший к венгерской армии, составлял альпийский корпус (дивизии «Тридентина», «Юлия», «Кунеэнзе»), который оставался вне зоны декабрьского наступления Красной Армии.
Далее, вниз по течению Дона, стояли две дивизии 2-го армейского корпуса: «Коссерия» и «Равенна», между которыми занимал позиции 318-й немецкий пехотный полк. Этим дивизиям 11 декабря 1942 года были приданы 67-й берсальерский танковый батальон и 13-я группа САУ. Затем следовал 35-й армейский корпус (его позиции начинались у устья реки Богучар), который составляли 298-я немецкая дивизия и итальянская дивизия «Пасубио». На правом фланге итальянской армии был 29-й корпус, имевший немецкий штаб, но включавший в себя три итальянские дивизии: «Торино», «Челере» и «Сфорцеску», сектор которой кончался у станицы Вешенской.
230 тысяч итальянцев занимали сектор в 270 км. По расчетам итальянского Генерального штаба (учитывая тыловые службы и штабы), на одного человека приходилось 7 метров линии фронта: это не так уж много, но значительно больше того, что имели немцы на этом секторе до прихода итальянской армии, и вдвое больше того, чем располагали советские армии под Москвой осенью 1941 года во время наступления немецких войск на столицу.
Итальянская армия практически не имела оперативных резервов: 3 немецкие дивизии, находившиеся у нее в тылу, в конце ноября были переброшены к Сталинграду, а шедшие им на смену другие 3 бронетанковые дивизии были срочно переданы румынской армии. Дивизия «Челере», стоящая во втором эшелоне, сменила на передовой немецкую дивизию, также направленную под Сталинград. Таким образом, в тылу у итальянской армии позади альпийского корпуса оказалась только дивизия «Винченца», не имевшая тяжелого вооружения.
Боевой состав танковых соединений Германии, Италии и Румынии, участвовавших в операции «Малый Сатурн» (16–30 декабря 1942 года)[11]11
Кроме вышеперечисленных соединений 16.10.42 года, было сформировано 700-е сводное танковое подразделение в составе 40 танков Pz. Kpfw. 38(t) (изъятых из 22-й танковой дивизии. – Примеч. авт.) и 10 танков Pz. Kpfw. IV Ausf. F1; 30 ноября 1942 года был сформирован 138-й танковый батальон в составе 8 Pz. Kpfw. III и 30 Pz. Kpfw. IV, который в начале декабря также был отправлен в группу армий «Б»; всего для доукомплектования подразделений в декабре 1942 – январе 1943 года под Сталинград было отправлено 162 Pz. Kpfw. III и 40 Pz. Kpfw. IV.
[Закрыть]
![](i_001.png)
2 В 6-й танковой дивизии, выдвинутой на фронт в конце ноября числился 41-й танкоистребительный дивизион САУ, 6-я тд участвовала в операции с 28 декабря 1942 года.
3 Основные силы 14-й и 16-й танковых дивизий были окружены советскими войсками в районе Сталинграда.
Немецкое командование, будучи не в состоянии обеспечить резервами итальянскую армию, требовало не отступать от берега Дона при любых обстоятельствах. «Концепция, на которой основывалась оборона, была изложена в ряде немецких инструкций, – говорится в одной из публикаций итальянского Генерального штаба. – Она заключалась в следующем: оборона линии Дона должна быть жесткой, а не гибкой. Запрещалось использовать тактический отход, как с целью маневра, так и для сокращения линии фронта. Подобные передвижения могли быть произведены только по приказу немецкого командования. В случае прорыва фланги не должны были отходить. Таким образом, итальянская армия была осуждена на жесткую оборону в одну линию против явно превосходящих сил противника».
Недостаток сил в известной мере компенсировался удобными для обороны рубежами и их хорошим оборудованием. Более двух месяцев итальянские солдаты трудились, создавая линию обороны на Дону. Рубеж реки был хорошо подготовлен в инженерном отношении, а сильно развитая система огня прикрывала все подступы к переднему краю. Костяк обороны составляли опорные пункты и система узлов сопротивления, расположенные на господствующих высотах. Подступы к ним и промежутки между ними были насыщены противопехотными и противотанковыми заграждениями. Особенно много было минных полей и проволочных заграждений.
Учитывая недостаток противотанкового оружия, итальянское командование позаботилось о том, чтобы все удобные проходы были перерезаны противотанковым рвом. Слабость оборонительной линии составляла ее незначительная глубина, однако в то время итальянских генералов это мало беспокоило. Командир альпийского корпуса генерал Наши даже после разгрома итальянской армии продолжал утверждать, что «альпийцы на Дону построили непреодолимую линию».
Генерал Наши имел возможность писать о неуязвимости своего сектора, поскольку альпийский корпус не подвергался фронтальным ударам советских войск. Однако дивизии других корпусов готовились к обороне не менее активно, и их командиры до утра 16 декабря думали примерно так же, как генерал Наши. Офицер дивизии «Равенна», разгромленной в первые же дни наступления, писал впоследствии: «Именно то, что части нашей дивизии не имели указаний о порядке отхода на запасные позиции, заставляло считать, что командование рассматривает наши позиции как абсолютно неприступные».
Итальянские историки описывают период с 11 по 16 декабря как «дни жестоких боев на изнурение», во время которых итальянские войска, нанося противнику огромные потери, сдерживали массированные атаки. В действительности до 16 декабря командование фронтом вело разведку боем, используя ограниченные силы.
Наступление войск юго-западного фронтаНаступление советских войск началось утром 16 декабря. В этот день густой туман застилал оба берега Дона. В 8 часов утра на всем протяжении реки – от Осетровской излучины до устья реки Чир и станицы Вешенской – загремели орудия. Массированный артналет (5 тысяч орудий и минометов) по переднему краю длился полтора часа, после чего артиллерия перешла к методическому огню на подавление и разрушение укреплений противника. Артиллерийская подготовка закончилась повторным концентрированным ударом всех огневых средств по переднему краю обороны противника. Вслед за этим стрелковые части пошли в атаку. Начались бои за прорыв основной полосы обороны.
Как и было запланировано, главные удары против итальянских, немецких и румынских войск наносились по трем направлениям. Больших успехов в первые дни достигли войска левого фланга Воронежского фронта. Соединения 6-й армии (в составе 172, 350-й и 267-й стрелковых дивизий 15-го стрелкового корпуса; 127-й и 160-й стрелковых дивизий 17-го танкового корпуса), которой командовал генерал Ф.М. Харитонов, разгромили дивизию «Коссерия» и прорвали полосу обороны на участке Новая Калитва – Дерезовка. Основу ударной мощи 6-й общевойсковой армии составляли 115 тбр (23 Т-34, 18 Т-60, 1 Т-40), 82 тп (21 Т-34, 13 Т-70, 3 БА-64), 212 тп (23 Т-34, 14 Т-70, 2 БА-64), а также 17-й танковый корпус, состоявший из 66, 67-й и 174-й танковых бригад и 31-й мотострелковой бригады. Однако в первые дни наступления он был передан в состав ударной группировки 1-й гвардейской армии. В каждой из бригад 17 тк (90 Т-34, 61 Т-70) числилось по 30 танков Т-34 и 20 танков Т-70. После прорыва первой линии обороны он был введен в сражение. Соединения Воронежского фронта вскоре оказались на фланге и в тылу основных сил итальянской армии. К исходу 18 декабря 6-я армия вышла на фронт Новая Калитва, Цапково, Оробинский, Дубовиковка, прикрыв правый фланг ударной группы 1-й гвардейской армии.
В районе Осетровской излучины Дона, где наступали войска 1-й гвардейской армии Юго-Западного фронта, они обладали плацдармом на правом берегу реки. Этот плацдарм был потерян дивизией «Равенна» в ходе августовских боев, и, несмотря на очевидную угрозу, которую он представлял, командование итальянской армии не предприняло серьезных попыток вовремя его ликвидировать. Теперь паром у Верхнего Мамона беспрепятственно переправлял советскую пехоту и танки, снабжая войсками группировку на направлении главного удара. Острие этого удара было нацелено против 3-й итальянской пехотной дивизии «Равенна».
В состав ударной группировки 1-й гвардейской армии входили 35-я и 41-я стрелковые гвардейские, 195-я стрелковая дивизии, 2 дивизии 6-го гвардейского стрелкового корпуса, 17, 18, 24-й и 25-й танковые корпуса.
Бронетанковые силы собственно 1-й гвардейской армии составляли 24-й танковый корпус, 25-й танковый корпус и 18-й танковый корпус.
24-й танковый корпус состоял из 4-й гвардейской танковой бригады, 54-й и 130-й танковых бригад и 27-й мотострелковой бригады. В 4-й гвардейской танковой бригаде в первой декаде декабря числилось 30 Т-34 и 20 Т-70, в 54-й танковой бригаде – 29 Т-34 и 19 Т-70, в 130-й танковой бригаде – 30 Т-34 и 20 Т-70. В 25-м танковом корпусе, который состоял из 111, 162-й и 175-й танковых бригад, а также 16-й мотострелковой бригады, числилось 7 Т-34, 2 Т-70 и 30 Т-60 – в 111-й танковой бригаде, 39 Т-34, 2 Т-70 и 1 Т-60 – в 162-й танковой бригаде, 27 Т-34, 2 Т-70 и 21 Т-60 – в 175-й танковой бригаде. 18-й танковый корпус состоял из 110, 170-й и 181-й танковых бригад, а также 32-й мотострелковой бригады. В 110-й танковой бригаде было 30 Т-34 и 15 Т-70, в 170-й – 21 Т-34 и 11 Т-70, а в 181-й – только 9 Т-3410.
Советские танки и пехота двигались вперед, с боями занимая оборонительные рубежи. Итальянское командование всеми силами пыталось организовать на этом направлении сопротивление. Оно бросило в бой дивизионные резервы, бригаду чернорубашечников «23 марта». Одновременно по просьбе штаба 2-го корпуса немецкое командование передало в его распоряжение противотанковые и тяжелые орудия. На помощь «Равенне» были двинуты части 298-й немецкой дивизии, стоявшей справа от нее, а также 201-й дивизион штурмовых орудий (Sturmgeschuetz-Abteilung 201) в составе 45 штурмовых орудий StuG III Ausf.F и StuG III Ausf.F8. Дивизия «Коссерия» получила приказ образовать линию обороны позади «Равенны»: ее место должна была занять 385-я немецкая дивизия. Правда, «Коссерия» уже не могла выполнить этот приказ, так как части этой дивизии были «смяты» войсками 6-й армии генерала Ф.М. Харитонова.
Особенно ожесточенные бои развернулись в центре ударной группировки, у высоты 197. Здесь итальянские позиции были хорошо укреплены и прикрыты минными полями. Это задержало продвижение танковых частей, которые вступили в бой уже в полдень 16 декабря.
Сопротивление противника было сломлено 17 декабря. В этот день дивизия «Равенна» стала стремительно откатываться назад, открывая фланги и тылы соседней с ней 298-й немецкой дивизии. Стрелковые части 1-й гвардейской армии двигались вперед, окружая и обходя отступавшие итальянские и немецкие части. Серьезное сопротивление они встретили со стороны 298-й немецкой дивизии в районе Богучар. Однако в ночь на 19 декабря и эта дивизия начала отход. В итоге трехдневных боев оборона противника была прорвана на всем Богучарском направлении. Стрелковые части за первые 3 дня наступления продвинулись вперед до 35 км.
Активное участие 2-го корпуса итальянской армии в операциях на советско-германском фронте кончилось. По приказу немецкого командования сектор передавался 24-му немецкому бронетанковому корпусу, в подчинение которого переходили все немецкие части, находившиеся на месте и сохранившие боеспособность. Итальянские дивизии «Коссерия» и «Равенна», потерявшие до 70 % своего состава, снимались с фронта.
35-й корпус 8-й армии, в который входили дивизия «Пасубио», бригада чернорубашечников и 298-я немецкая дивизия, также фактически распался. Он испытывал меньшее давление с фронта, но прорвавшиеся со стороны дивизии «Равенна» советские подвижные части уже 18-го заняли его тылы, заставив штаб корпуса поспешно эвакуироваться. Перемешавшись с немецкими частями, дивизия «Пасубио» двинулась на юго-запад. 19 декабря начали запоздалый отход дивизии «Торино», «Челере» и «Сфорцеска», входившие в 29-й армейский корпус: советские войска находились у них в тылу, и штабы бежали до того, как началось отступление передовых частей.
Части генералов Ф.М. Харитонова и В.И. Кузнецова, двигаясь в одном направлении, образовали правый – основной клин, который врезался в расположение 8-й итальянской армии, отрезав от нее альпийский корпус. Левый клин – юго-восточнее расположения итальянской армии – создавал угрозу ее полного окружения. 3-я гвардейская армия генерала Д.Д. Лелюшенко в составе 14-го стрелкового корпуса (14-я гвардейская, 266-я, 159-я и 203-я стрелковые дивизии), 197, 278-й стрелковых, 50-й гвардейской дивизии, 90-й и 94-й стрелковых бригад, 1-го гвардейского механизированного корпуса должна была выполнить эту задачу, начав атаку также 16 декабря с рубежа Астахов – Краснокутская в направлении Боковской. Перед ней стояли немецкие дивизии и остатки румынской армии.
1-й гвардейский механизированный корпус, оперативно подчиненный 3-й гвардейской армии, состоял из 16, 17, 18, 19, 20-го танковых полков 1, 2, 3-й гвардейских механизированных бригад, 114, 119-го и 243-го отдельных танковых полков, 532 иптап, 407 огмд катюш, мотоциклетного батальона, 116-го артиллерийского полка, 52-го отдельного дивизиона противотанковых орудий. В составе 1-го гвардейского механизированного корпуса было 157 танков (105 Т-34, 52 Т-70) и 61 бронемашина БА-64[12]12
ЦАМО РФ, ф. 229, оп. 604, д. 6, л. 7.
[Закрыть].
На главном направлении, где оборонялись 62-я и 294-я немецкие дивизии, бои приняли ожесточенный характер. За два дня стрелковым соединениям не удалось вклиниться в оборону противника, однако напряженные бои значительно ослабили сопротивление. Не дожидаясь прорыва обороны стрелковыми соединениями, генерал Д.Д. Лелюшенко 18 декабря ввел в бой танковые и механизированные части. Противник не выдержал удара и стал отходить. Южнее расположения итальянской армии образовался выступ, который угрожал ее флангу. 18 декабря войска 3-й гвардейской армии вышли на фронт Кривошлыков, Вислогубов, Боковская, Старый Земцов.
5-я танковая армия в составе 346, 40-й гвардейской, 321, 119, 333-й и 47-й гвардейской стрелковых дивизий, 1-го танкового, 5-го механизированного и 8-го кавалерийского корпусов, перейдя в наступление, до 18 декабря вела напряженные, но безрезультатные бои в районе станицы Обливская.
1-й танковый корпус (89, 117, 159 тбр) на 29 ноября 1942 года имел в своем составе 146 танков (5 КВ, 75 Т-34, 66 Т-70). Однако упоминания в отчете «О действиях бронетанковых войск Юго-Западного фронта в течение декабря 1942 года» об этом соединении отсутствуют. Возможно, 1-й танковый корпус был в резерве 5-й танковой армии и в полном составе в бой не вводился. Зато 5-й механизированный корпус 5 ТА в составе 46, 168, 152, 156, 188-го танковых полков, 45, 49-й и 50-й мехбригад, 8-й гвардейской и 216-й танковых бригад (а также 484 иптап, 406 огмд), участвовал во всех операциях армии в течение декабря 1942 года. В 5-м мехкорпусе на 13 декабря 1942 года числилось 200 танков (2 Т-34, 7 Т-70, 114 МК III «Валентайн», 77 МК II «Матильда») и 108 бронеавтомобилей БА-64 (из состава 45-го бронебатальона и 64-го мотоциклетного батальона корпуса). В 168 тп было 17 танков МК II, в 188 тп – 32 танка МК II. В объединенной группировке 8-й гвардейской танковой бригады и 216-й танковой бригады на 29 ноября 1942 года было 38 танков КВ, а также 51 танк Т-60/Т-70[13]13
ЦАМО РФ, ф. 229, оп. 604, д. 3, л. 39.
[Закрыть].
В итоге первых дней наступления советских войск была прорвана укрепленная полоса итальянской оборонительной линии по Дону и рассечен на части фронт 8-й армии. Все ее дивизии стремительно откатывались назад. Служебная сводка Юго-Западного фронта, подводившая итоги боев, гласила: «На правом фланге фронта от Новой Калитвы до Боковской (т. е. на фронте итальянской армии. – Примеч. авт.) противник начал повсеместный отход, прикрываясь арьергардными боями и частными контратаками вновь подошедших частей из резерва. На отдельных участках отход противника перешел в беспорядочное отступление».
В ходе боев за прорыв фронта советские войска нанесли противнику большие потери. Только войска Юго-Западного фронта за три первых дня уничтожили 17 тысяч солдат и офицеров противника и 4 тысячи и взяли в плен.
После прорыва фронта и первых ударов нужно было не дать врагу опомниться и закрыть прорыв прибывавшими из тыла дивизиями. Советское командование знало о том, что противник уже приступил к срочной переброске оперативных резервов. Перед войсками армии правого фланга были обнаружены части альпийской дивизии «Юлия», 385-й и 387-й немецких пехотных и 27-й танковой дивизий. В район Боковской подошла 306-я немецкая дивизия. Учитывая все эти обстоятельства, командующий фронтом генерал Н.Ф. Ватутин особой директивой обратил внимание войск на необходимость решительных действий для того, чтобы не упустить благоприятного момента. Командирам соединений первого эшелона он приказал не ввязываться в длительные бои с сопротивляющимися группами противника, а обходить их, блокируя ограниченными силами. Особое внимание войск обращалось на то, чтобы их действия были непрерывными и не прекращались в ночное время. В своей директиве генерал Н.Ф. Ватутин требовал создания подвижных групп, которые, передвигаясь на автомашинах, были бы способны перерезать пути отхода отступающих войск. Директива подчеркивала, что наступило время броска танковых соединений. В соответствии с общим планом операции им предписывалось выйти на оперативный простор, развернуться и начать безостановочное движение параллельно линии фронта.
Подвижные соединения Юго-Западното фронта были введены в бой 16 декабря. На следующий день они совместно с пехотой прорвали вражеский фронт и с 18 декабря перешли к стремительному преследованию противника, громя отходящие части и тылы 8-й итальянской и остатков 3-й румынской армий.
17-й танковый корпус 6-й армии 19 декабря занял город Кантемировка, 22 декабря вышел в район Волошино, а 25 декабря в район Миллерово. Отсюда согласно указаниям командующего фронтом корпус 28 декабря направился на Стрельцовку с целью нанести удар по прорвавшимся частям противника.
24-й танковый корпус, продвигаясь точно по заданному маршруту через селения Маньково-Калитвенская, Дегтево и громя тылы 8-й итальянской армии, 24 декабря занял город и железнодорожную станцию Тацинская, где захватил большие трофеи. Здесь находились вражеские аэродромы. Удар по ним был настолько стремительным и неожиданным, что немцы не успели поднять в воздух свои самолеты. 350 машин осталось на аэродромах. Части корпуса в районе города были окружены подошедшими резервами противника и в течение пяти дней вели тяжелые бои, отражая неоднократные вражеские атаки. 28 декабря, уничтожив захваченные самолёты, ударом в северо-западном направлении танкисты прорвали кольцо окружения и по приказу командующего фронтом отошли в район крупного населённого пункта Ильинка. В дальнейшем корпус получил задачу нанести совместно с 25-м танковым корпусом удар по противнику, занимавшему районный центр Скосырская, где он оказывал упорное сопротивление. Интересно отметить, что кодом визуального опознавания для пехотинцев и танкистов в 24-м танковом корпусе в момент проведения операции являлись шапки-ушанки «с горизонтально опущенными ушами».
25-й танковый корпус, продвигаясь в направлении Арбузовка, Сетраковский, Кашары, 24 декабря подошел к Морозовскому и совместно с 1-м механизированным корпусом завязал напряженные бои с частями 23-й и 306-й пехотных немецких дивизий, подготовивших оборону на рубеже Чернышковский, Морозовский, Семеновка. С подходом к району города Морозовский стрелковых дивизий 25-й танковый и 1-й механизированный корпуса получили задачу – во взаимодействии с 24-м танковым корпусом нанести удар противнику в районе Скосырская.
1-й механизированный корпус, продвигаясь от районного центра Боковская через Н. Астахов в южном направлении, 23 декабря вышел в район станицы Милютинская. Здесь он встретил упорное сопротивление перешедших к обороне по рубежу реки Гнилая частей 306, 294-й пехотных и остатков 22-й танковой немецких дивизий. На следующий день, 24 декабря, корпус разгромил эти войска противника и подошел к рубежу Урюпин, Белояровка, где завязал упорные бои с неприятельскими частями, оборонявшими район Морозовский.
18-й танковый корпус только утром 19 декабря форсировал реку Богучарка, на следующий день занял Мешков, а 22 декабря подошёл к селению Верхний Чирский. Здесь корпус получил задачу выдвинуться через Дегтево в юго-западном направлении с целью нанести удар по Миллерово с востока. Подойдя к нему утром 24 декабря, танкисты пытались овладеть этим пунктом с ходу, но успеха не имели. Противник, сосредоточивший в Миллерово сильный гарнизон, упорно оборонял его до середины января, не считаясь при этом ни с какими потерями.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?