Читать книгу "Апокалипсис начнется в 12:00"

Иннокентий Белов
Апокалипсис начнется в 12:00

Название: Апокалипсис начнется в 12.00

Автор(-ы): Иннокентий Белов

Глава 1

Что-то мне конкретно мешает спать – понял я, когда немного проснулся, повернулся на другой бок и убедился, что мешающее явление совсем не пропало от изменившейся позы.

«Черт, я бы поспал еще пару часов точно», – подумал я, открыв глаза, потом протянул руку и подсветил экран смартфона.

11:46 – вот что я разглядел на экране и прямо расстроился на минуту.

Сегодня суббота, у меня законный выходной, поэтому я вчера замечательно погулял с приятелями в нашем любимом «БирХаузе» на Советской.

На половину своей зарплаты погулял, красиво так и с размахом, хорошо, что парни скинулись только деньгами мне на подарок. Теперь у меня зияет не огромная финансовая дыра в бюджете, а так себе всего-то небольшая прореха.

Собрались по поводу моего дня рождения попить пивка и весело потанцевать. Давно ведь уже не собирались, у всех теперь постоянно свои неотложные дела, но и повод у меня серьезно значимый.

Двадцать пять лет бывает в жизни один раз – серьезная дата, целая четверть века, есть, что обязательно следует отметить.

Место популярное, музыка веселая и заводная, компании соседок, симпатичных девчонок – вели себя достаточно раскованно. Но, вроде, никому из наших не повезло и не обломилось с сексом, даже самого именинника никто не осчастливил эротическим посещением его скромного жилища.

Я сам слишком напился после всех обязательных тостов, а у приятелей или уже жизнь семейная, поэтому присутствуют серьезные опасения спалиться, или просто нет свободной жилплощади, куда можно подругу на ночь привести.

Сам я по сильной пьянке вообще не люблю амурные дела заводить. Самому смешно про такие коленца думать, когда тебя реально шатает и слова с трудом вылетают изо рта, притом все неправильные. И так хорошо сиделось, и радовалось жизни, да я еще сам всех заранее предупредил – на мою жилплощадь не рассчитывать сегодня ночью.

Тем более надеялся до конца, что нынешняя подруга навестит меня в день рождения. Но что-то у нее капитально не срослось с подарком для меня, маленькую дочку некому оказалось пристроить на ночь, да и ладно.

«Наверно, просто мудро поняла – ждать меня до четырех утра, да еще в зюзю пьяного, не имеет никакого эротического смысла», – теперь понимаю я.

Угомонились часа в четыре, уснул я в пять часов, добравшись домой пешком из центра с парой парней, кому оказалось со мной по пути. Они проводили меня до подъезда и пошли себе дальше. Такси не стал вызывать, прошелся ножками, чтобы проветрить голову и немного протрезветь.

Да еще идти мне не больше километра до своего постоянного места жительства, если шагать напрямик через парк.

Лет десять назад подобное поведение оказалось бы довольно рискованным мероприятием, чтобы бродить серьезно пьяным по городу. Однако за последнее время гоп-стоп или просто нападения на пьяных и прохожих почти прекратились.

Наши горожане, в основном, конечно, превратились в приличных людей. Во всяком случае, в городском центре все так и есть, в выходные дни люди гуляют довольно спокойно даже по ночам.

Что творится на рабочих окраинах нашего города и в многочисленных временных поселках, я не особенно задумываюсь, ибо там не гуляю в такое время. Все равно лихие в прошлом парни и мужики давно сидят по вечерам в интернете: играют, читают и чатятся.

Вряд ли бродят по улицам после захода солнца, сжимая кастеты и биты в потных ладонях в предвкушении встречи с богатым и денежным клиентом-фраером.

Да еще камеры в центре почти везде стоят, улицы хорошо освещены светодиодными фонарями. Но самое главное в другом – наличных в солидном количестве ни у кого в карманах больше нет вообще, все картами рассчитываются, копят старательно ежемесячный кэшбэк.

Смарфоны и карты – вот и все, что требуется сейчас для нормальной жизни.

«Ну, еще дорогие статусные часы для особенно модных граждан, подчеркивающих свой нерядовой статус», – вспоминаю я снова меркнущим разумом.

Хорошо, я парень не такой, попроще буду и не грущу по данному поводу, хожу вообще без такого модного аксессуара.

Просто радуюсь приятной и понятной жизни, сейчас позитивно-одинокой, но с частыми гостьями в моем, пусть и не очень уютном, зато отдельном гнездышке.

Уснул в пять утра, поставив графин с водой под кроватью, хотел проспать часов до двух дня, а еще лучше до четырех, чтобы состояние опьянения максимально прошло в блаженной нирване сна. Плотно закрыл шторы, чтобы не разбудило летнее солнце, включил вентилятор на минималку, убрал звук звонка телефона и приходящих на него сообщений.

Потом созвонимся с парнями и немного пивка попьем где-нибудь – такой у нас предварительный расклад на сегодня. Еще может у меня посидим, я уже правильно приготовился к подобному повороту жизни.

«Сушняк есть, но не сильный», – и поэтому я, отпив половину графина, откинулся обратно на подушку, стараясь уснуть.

Дел сегодня никаких не назначено, вечером только к родителям заехать на традиционный ужин. Чтобы послушать отцову мудрость и въедливые расспросы матери, как у меня обстоит с личным и когда я наконец порадую ее внуками.

Отец на такие наезды только посмеивается за ее спиной и тихонько советует мне не спешить, чтобы нагуляться как следует пока молодой. Что я и делаю стабильно, с завидным для всех женатых приятелей постоянством.

Мамуля шипит на него и как бы между делом интересуется, как там моя Анечка поживает?

«А что Анечка? Все у нее хорошо, и есть, наверняка, какой-то пробивной парень из самых-самых подающих надежды менеджеров», – усмехаюсь я про себя.

Моя последняя и пока единственная серьезная подруга за всю сознательную жизнь. Мы вместе учились в областном центре в разных институтах, часто встречались в одних утренних и вечерних электричках, познакомились там же, быстро сошлись и прожили три года. Беззаботные и веселые студенческие годы, солидная финансовая поддержка родителей, желание обрести первый опыт совместной жизни и моя свободная квартира в хорошем месте – все вместе в совокупности быстро привело интересную внешне, пока еще только немного расчетливую внутренне девушку в мои объятья.

Не скажу, что там оказалась такая уж всепоглощающая любовь, присутствовал в ней и понятный расчет. Да еще совсем не я принимал окончательное решение, его так ловко и быстро приняли за меня. Осталась как-то ночевать, а утром моя подруга уже не стала спешить домой, я же оказался совсем не против попробовать новый для меня вид отношений. Совместное ведение хозяйства и много частых радостей в постельных делах, с молодым-то старанием и неподдельным энтузиазмом.

Три года отношений все расставили по своим местам, особенно последний, когда милая Анечка как следует поточила на моей толстой шкуре уже хорошо отросшие коготки для будущей семейной жизни.

Впрочем, стоит только немного внимательно посмотреть на потенциальную тещу и тестя, заведомого подкаблучника, как все становится предельно ясно со своим потенциальным будущим. Такой же сценарий по жизни стопроцентно ожидает каждого смелого парня, избранника Анечки.

Так мне отец намекнул после первого же совместного обеда с семьей потенциальной невесты. Поэтому я оказался не особенно настроенным на быстрое создание семьи, не стал очень уж так стараться, чтобы обязательно удержать подругу.

Скорее, просто в нужное время оказался ничего не понимающим чурбаном, как узнал про себя напоследок.

Когда на ее решительный вопрос:

– Так какой же будет твой положительный ответ?

Просто промямлил что-то неразборчивое, типа, я еще всерьез ничего не думал и не собирался. Поэтому почти сразу остался один, чему сначала сильно огорчился, но потом, когда совсем пришел в себя, заметно образовался

Приятели – дворовые, школьные и по спорту в большинстве своем позалетали в брак и обзавелись детьми еще в восемнадцать лет или сразу после армии. Кроме тех знакомых, конечно, кто выбрал получение высшего образования как основной приоритет, они в большинстве своем смогли закончить институты без пеленок и визга младенцев.

Да еще в карьерном смысле я не очень сильно заинтересован в продвижении на зубах к должностным вершинам больших корпораций, в отличие от той же Ани. Она осталась в большом городе, в том же областном центре, делать там потрясающую, конечно, по ее словам, служебную карьеру.

Я же с полученной кое-как вышкой экономиста вернулся в наш стотысячный город и устроился на градообразующий завод к отцу тем же экономистом поначалу. Он там трудится одним из мастеров, правильно общается с начальством и поэтому может составить кое-какую протекцию своему единственному отпрыску.

Мне моя жизнь вполне нравится и, в отличие от четко настроенной на карьеру и семью Анечки, я решил не спешить в данном вопросе. Небольшая зарплата обещает со временем заметно увеличиться, свободная квартира, твердая рука и веселый характер позволяют встречаться с девушками без особых трудностей.

Одна возможная проблема – чтобы подруга не залетела, поэтому резинки обязательны к постоянному применению.

Что еще требуется для хорошей жизни в меру симпатичному парню без особо вредных привычек?

От армии откосить не удалось, впрочем, жизненная позиция отца не особенно подобному делу благоволила.

Поэтому прослужил я свой военный год после месяца КМБ, выступая за округ по фехтованию на саблях, как оказалось договорено заранее с тренерами областного СКА.

Пришлось позаниматься дополнительно месяц после большого перерыва перед уходом в армию и выгодно подать себя в глазах начальника спортивной команды округа, зато пролитый пот и потеря времени окупились сторицей.

Поэтому год службы пролетел быстро и весело – я выиграл первенство округа один раз, уже среди взрослых, добавив его к своим юношеским достижениям.

Правда, на первенстве России дело не пошло так уж легко, далеко там я не продвинулся.

Дальше спортивную карьеру продолжать не стал, знаю свой уровень – твердый мастер спорта, к олимпийским вершинам мне далеко по характеру и таланту. Да еще особенной упертости в продвижении к вершинам спорта не имеется, а без такой необходимой черты характера получается почти невозможный вариант.

Поэтому то, что мне мешает спать какое-то непонятное свечение перед глазами, меня удивило и заинтересовало, пока я не провалился еще обратно в объятия Морфея. Не сразу я понял, что светящаяся надпись пропадает, когда глаза открываются, и появляется, когда я прикрываю веки в своем уютном полумраке.

Всмотревшись в горящее красным объявление, я смог прочитать три строчки крупного текста и обмер:

ЧЕЛОВЕК! В ТВОЙ МИР ПРИШЛА СИСТЕМА!

У ТЕБЯ ЕСТЬ ВЫБОР – РАЗВИВАЙСЯ ИЛИ УМРИ!

ДО НАЧАЛА ПОГРУЖЕНИЯ В ИГРУ – 12:26…12:25…12:24…

Я перечитал надпись еще раз и понял, что ничего не понял, открыл глаза, собираясь окончательно проснуться и избавиться от надоедливого сна. Сразу же, как разумный современный человек, схватил смартфон и посмотрел еще раз время.

Одиннадцать часов сорок семь минут!

Интересный сон! Он предсказывает, что ровно в двенадцать часов что-то произойдет в окружающем меня мире.

Может в пивном зале добавили в пиво какую-то химию, и у меня начались конкретные глюки?

Хотя, зайдя сейчас в ванную, я полностью проснулся, переполненный мочевой давно уже зовет уединиться на пару минут.

Я так думаю пару секунд, пока не моргнул, и снова красным мазнуло по глазному яблоку. Прикрыл глаза и рассмотрел ту же надпись, только время того, когда что-то произойдет, что-то конкретно такое нехорошее, уменьшилось на несколько секунд: 11:05…11:04…11:03…

– Да это же все реально! – закипевший адреналин в крови полностью разбудил меня именно в такой момент, я принялся судорожно одеваться.

Сразу же допил остатки воды в кувшине и метнулся на кухню к своему огромному двустворчатому холодильнику, где вытащил заботливо припрятанную бутылку пива и, немного подумав, достал вторую сразу.

Там еще несколько штук стоит, мой запас, который припас для парней, если зайдут сегодня в гости.

«Мыслится вполне бодро, однако состояния похмелья явственно наличествует. Лучше его побыстрее победить, чтобы дождаться двенадцати часов утра 24 июля 2021 года в более-менее комфортном состоянии. В самый разгул эпидемии корова-вируса, будь он неладен, везде вход в масках и требуют прививаться, на моей работе, кстати, тоже».

– Вдруг сразу же придется помирать? Чего пропадать заранее подготовленному и охлажденному пиву? – решаю я.

Даже получается как-то понятно и романтично, ведь можно смотреть на погибающий мир, попивая солнечным днем «Жигулевское» у себя на балконе. Безо всякой лишней суеты и движений.

Да, сейчас главное не суетиться, ведь не исключено, что тогда просто умрешь вспотевшим.

– Как раз хватит времени, чтобы выпить одну бутылку и посмотреть в телевизоре, интернете и на улице – что это такое? – разумно подумал и даже сказал вслух я.

Наверно, мой личный глюк, пока не стоит звонить знакомым и родителям, стучаться к соседям и друзьям с вопросом, что они могут разглядеть, если закрыть глаза на минуту или пару секунд.

Включил большой, сто тридцать сантиметров по диагонали экран телика и выбрал сразу же РБК, как самый серьезный канал из всех имеющихся у меня.

Ничего! Как покупать акции рассказывают, хотя на лицах ведущих хорошо заметно, как они пытаются что-то рассмотреть внутри себя. Но не могут себе позволить закрыть глаза больше, чем на секунду.

«Похоже, и им что-то подобное прилетело, только под постоянным присмотром камер они находятся, люди ведь вообще подневольные», – отчетливо понимаю я.

Тем временем загрузился компьютер, в Яндексе я ничего не увидел среди новостей.

Впрочем, похоже, все началось минуты три-четыре назад и поэтому еще не успело попасть на первые полосы и голубые экраны.

«А ведь ничего и не успеет попасть», – подумал я огорченно.

В телевизор точно. Все новости проверяются и редактируются, в живую мало что выходит. Может за оставшиеся десять минут что-то и появится в интернете? Поэтому лучше всего, попивая местное неплохое «Жигулевское», обновлять каждую минуту новости.

Авось что-то я успею прочитать до того страшного момента, когда эта самая Система проявит себя во всей красе.

– А что я вообще могу прочитать в сети? – вдруг задумался я.

Советы, что делать при конце света. Типа, закрыть окна и не подходить к ним, выключить газ, электричество и воду, приготовиться к эвакуации, хотя бы в подвал своего дома и найти ключи от него. Собрать документы, ключи и деньги, аптечку еще обязательно взять. Прихватить продукты на неделю и туалетную бумагу, еще большую бутылку с водой.

Это на случай ядерного удара, хотя, если придется умирать потом медленно и мучительно в засыпанном подвале – так себе идея. Дом у меня относительно высотный, двенадцать этажей, забыл уже какой номер серии, самой продвинутой и комфортной для времен социализма. Построен для ответственных работников Горисполкома и горкома партии, понятное дело, разбавленных нечастыми передовиками производства и редкими многодетными очередниками. Как все подобное происходило в восьмидесятые годы, на излете правления коммунистической партии Советского Союза.

Дед работал в Горисполкоме чиновником по хозяйственной части и смог получить приличную двушку, которая мне теперь досталась по наследству. Больше всего я переживал после смерти бабушки, которая просто любила меня и радовалась моим успехам вместе со мной, успокаивая в случае неудач, в основном на спортивном поприще. Вот за учебу никогда не ругала, в отличие от сурового деда и родителей.

– Учеба, внучок, далеко не самое главное в этой жизни. Главное – каким ты человеком и мужиком вырастешь! – так часто приговаривала она, ласково гладя меня по голове.

Поэтому занимался довольно мужским видом спорта, стараясь оправдать ее слова.

Дом стоит на удачном промежутке между центром города, в основном сталинской застройки и относительно новыми районами хрущевок и брежневок, уходящих стройными рядами к окраинам, занятым частным сектором. То есть и до центра метров пятьсот, и до плотной застройки метров пятьсот, а прямо перед моими окнами и вокруг дома раскинулся городской парк. Плохо, что магазинов не так много вокруг. Хотя два сетевых супермаркета есть на расстоянии десяти минут пешком, куда я в основном хожу за продуктами и пивом.

Ночник в нашем доме тоже имеется, на цокольном благоустроенном этаже, правда, дела в нем идут так себе – высокие цены и маленький ассортимент мало кому нравятся. Его хозяин, азербайджанец Мамед, выживает за счет торговли по ночам паленой водкой из-под полы.

И, наверно, чего-то еще совсем запретного, но я такими вещами не увлекаюсь.

Я иногда покупаю там только мелочь, обычно осенью и зимой, когда лень тащиться в ненастье и морозы к сетевым универсамам, чтобы сэкономить копеечку.

Живу ведь только на свою зарплату – сорок тысяч с премией. Для нашего не очень большого города на Среднерусской возвышенности – вполне нормальная для только начинающего экономиста. Из предметов роскоши – только дорогущий холодильник, производящий на подружек впечатление космического корабля посередине обычной советской кухни. И еще большой телик, под мерцающий свет которого так удобно производить всякие действия с молниями, пуговками и застежками девичьих одежек на широкой двуспальной кровати.

Купил два понтовых технических устройства в кредит, конечно, который меня заметно дисциплинирует и наглядно показывает тем же родителям, что я куда-то все-таки двигаюсь в своем развитии, а не стою на месте, совсем безнадежно деградируя.

Выпив за пару минут первую бутылку пива, смог начать внятно рассуждать, что я сам лично могу предпринять, как не самый умный и не самый глупый гражданин нашего общества.

Обычный среднестатистический пользователь интернета. Однако тут я сразу наткнулся на отсутствие исходных данных.

Что за армагеддон ожидается? Ядерная война, нападение инопланетян? Не очень похоже.

О старте баллистических и крылатых ракет известила бы система противовоздушной и прочих гражданских оборон, которую только позавчера испытывали. Я сам слушал три минуты отсчет разных цифр от нуля до десяти.

Да еще такие технологии предупреждения внутри головы прямо перед глазами – ну, что-то совсем неизвестное!

Инопланетяне не стали бы так заморачиваться с предупреждением, хотя, кто их вообще знает, этих коварных инопланетян.

Та самая Система вполне может оказаться плодами рук тех зеленых уродцев, которые все же добрались до нашей мирной и голубой планеты.

Решив все же позаботиться о себе и родных, я достал из шкафа и напялил горнолыжную куртку, как самую плотную и крепкую одежду из имеющихся у меня. После чего вышел на балкон квартиры, чтобы оценить сверху приход так называемой Системы.

Подумав, добавил еще горнолыжный шлем ярко-зеленого цвета, положил его рядом и, попивая вторую бутылку пива, позвонил отцу.

– Да, сынок! – услышал я в телефоне.

Голос у отца нетерпеливый и встревоженный.

– Пап. У вас там нет ничего странного? – взял я сразу быка за рога.

– Ты про эту надпись перед глазами? – отец тут же ответил на мой вопрос.

– Про нее. Папа, лучше предпринять что-то. Подготовиться, – делюсь я с ним своей озабоченностью.

Раз у нас все симптомы совпадают, значит, дела обстоят весьма серьезные.

– Ерунда! Какой-то эксперимент над народом устроили! – отмахивается отец, постоянно недовольный нынешними властями, как человек из реального социалистического прошлого.

– Папа, заряди хотя бы ружье и приготовься. Осталось пять минут, – я смотрю на экран смартфона и продолжаю: – И поставьте телефоны на зарядку!

Но слышу только подозрения в моей умственной отсталости в ответ, похоже, отец нервничает не на шутку.

Сам нахожу зарядное устройство и ставлю смартфон подзарядиться, наглядно представляя, как отец посмеивается надо мной и моими опасениями.

А времени всего три минуты осталось до этих уже страшных двенадцати часов, и я начинаю заметно мандражировать. Читал ведь несколько книг про такие дела, в них все так и начиналось.

Сообщение, что пришла Игра или Система, и все – конец света, туши свет, беги на кладбище и начинай копать себе могилу. И лучше всего очень глубокую, чтобы потом подольше вылезать, когда Новые Боги призовут твое неразумное тело питаться от живых.

Отец отключился. Надеюсь, он проникся моими словами, достанет из железного ящика свое охотничье ружье и зарядит его. Бежать к ним не имеет смысла изначально, такси приедет через пять-шесть минут, ехать целых десять, а то и пятнадцать минут, ведь живут родители на другом конце города.

Да еще не готов я сейчас на такие действия, нахожусь в некоторой растерянности.

«Скорее всего, это какая-то шутка, проверка государством своих новых технологий на ничего не подозревающих гражданах, внезапная и беспощадная», – пришла первая разумная мысль в голову.

Как тот же пресловутый корова-вирус, просто новый уровень внедрения в сознание рядовых обывателей. Поэтому смешить народ не хочется, скоро все непонятное должно закончиться, и пойдет прежняя обычная жизнь.

Смотрю на экран смартфона, семьдесят пять процентов зарядки, вполне нормально. Если, конечно, связь останется.

Мандраж усиливается с каждой тающей секундой, я теперь ищу, что можно превратить в оружие. Сразу замечаю топор, которым рублю на балконе мясо, когда готовлю еду себе или часто приходящим друзьям. Он достаточно острый и тяжелый, чтобы разрубать на чурбаке любые кости и хрящи, я сам недавно обработал его лезвие точильным камнем.

Ведь точу всякие рубящие поверхности вполне профессионально.

Вскоре я замечаю, что не один собираюсь дождаться полдня и посмотреть, что он нам всем принесет. На соседнем балконе за мутным пластиком, дополнительно разделяющим нас, я вижу пару своих соседей, взрослых, лет под сорок-сорок пять, Григория и его жену Алевтину. Они тоже понятно, чего здесь ждут и здороваются со мной, а я с ними, когда высовываюсь за край ограждения.

Отношения у нас вполне добрососедские: то я у них чего-то по мелочи перехвачу, типа перца или муки, то они меня о чем-то попросят – открыть дверь сантехнику или еще какую мелочь житейскую.

Соседи видят мой смешной наряд в этот теплый июльский полдень, горнолыжные куртку и шлем, поэтому весело смеются надо мной. Григорий вообще вертит около виска пальцем, намекая, что мне пора провериться у психиатра.

Чернявая фигуристая Алевтина только заливается серебристым смехом, действуя мне на подсознание.

«Ну, больше я ничего придумать не успел. Мозги после вчерашней гулянки еще туго соображают. Если случится ядерная война, толстая куртка немного убережет меня от радиации, а шлем от ударной волны и осколков. Немного совсем, на пару процентов если, однако все же убережет», – успокаиваю себя я.

Можно еще штаны горнолыжные надеть, но я тогда совсем спарюсь, поэтому надвигаю на глаза солидные горнолыжные очки, прикрепленные к шлему через клапан и резинку. Мир перед глазами меняется, яркие солнечные лучи пропадают, теперь я шуточно пугаю соседей, подвывая и изображая непонятно что.

Балкон у меня открытый, лоджию городить я не стал, как половина моих соседей, зато другая половина все же загородилась от окружающего мира пластиковыми окнами и алюминиевым профилем. Солнце полдня шпарит с этой стороны и только после обеда уходит за угол дома, давая желанную передышку. Если решу застекляться, тогда точно кондиционер придется ставить. Но я пока жмочусь потратить свою месячную зарплату на такое дорогое дело, обхожусь летом большим вентилятором.

Пока я выскакиваю с балкона обновить новости на экране компа, но ничего нового не вижу, время в углу экрана монитора с 11:59 меняется на 12:00. Я снова выскакиваю на балкон, вытащив из зарядки смартфон и начиная снимать парк перед домом.

– Сейчас настримлю первые секунды конца света, – после первой бутылки я уже выпил половину второй, теперь немного игривое настроение снова вернулось ко мне.

Прогуливаются горожане в выходной солнечный день, многие с детьми, все обстоит именно так, как обычно. Только почти все сидят в телефонах или встревоженно переговариваются по ним же.

«Понятно, повод для разговоров у всех один и тот же – странная красная надпись перед закрытыми глазами».

Хотя и так многие торчат постоянно в своих гаджетах, только сейчас все до единого данным делом заняты, что внушает мне здоровые опасения.

Отщелкала еще одна минута, однако ничего не происходит, я расслабляюсь с огромным облегчением. Поднимаю очки на шлем и начинаю расстегивать защелку шлема под подбородком, продолжая снимать народ в парке.

Как вдруг раздается несколько громких криков, полных страха и ужаса, я отрываюсь от экрана смартфона, чтобы достоверно понять – Система и правда пришла в наш мир.

И это никакая ни шутка! Шутки сразу же закончились!

Вот так, буднично и просто улетела прежняя жизнь, чтобы началась беспощадная борьба за существование!

Потом, вспоминая первый момент наступившего апокалипсиса, я уверенно понимаю, что и так ничего не мог сделать более разумного, чем просто остаться дома и приготовить топор на всякий случай.

Где-то на дороге за парком раздается несколько длинных негодующих сигналов машин. Тут же доносятся звуки ударов при столкновении, срабатывают сигнализации, как я понимаю, стоявших на обочине машин.

И по одному такому кавардаку становится понятно, что все пошло не так.

Но мне не придется задумываться о происходящем вдали от моего дома, прямо передо мной открывается новая реальность, разыгрывается, как по нотам, новый мир и его свирепые законы.

Пара пенсионеров, гулявшая рядом с молодой семьей родителей с ребенком в коляске, уже свалили коляску. Ветхая бабуля как-то завалила молодую мать на землю, пытаясь ухватить ту, наверняка, беззубым ртом. Получается у нее такое довольно плохо, девушка неистово отбивается. Но почему-то все равно не может скинуть немощную старушку с себя и при этом дико кричит, подзывая мужа на помощь.

Только тому уже не добраться до нее и не помочь, старенький дед, до этого момента едва шаркавший ногами, вцепился в него. Пытается также повалить на землю, давит с недюжинной силой, чего от него, казалось бы, решительно невозможно ожидать.

До них метров пятьдесят, что-то происходит и дальше в парке, крики раздаются отовсюду, но я гляжу только на то, что происходит передо мной, стараясь рассмотреть в подробностях все, что вижу.

Бежать я никуда не собираюсь, разобраться бы с тем, что я сейчас вижу. Несколько пар вдали катаются по земле, я наглядно понимаю, что Звиздец с большой буквы начался, если происходящее, конечно, не крутой розыгрыш.

То, что вокруг просто нанятые актеры, разыгрывающие представление, такая мысль сразу же улетает из головы. Как только едва живой дед умудряется вцепиться зубами в руку парня, молодого отца, по-видимому совсем не знакомого с какими-то боевыми искусствами или простой борьбой, чтобы вырвать кусок мяса из запястья.

Парень кричит как-то совсем безнадежно, похоже, полностью отказывается от борьбы. Сам падает на колени и, как я понял, собирается пожаловаться своей изнемогающей в схватке жене, пытаясь показать ей рану, нанесенную сумасшедшим дедом.

– Нашел время жаловаться! – возмущаюсь я от подобной картины.

Только той тоже уже не до мужа, бабка навалилась на нее сверху и пытается также добраться до горла. Зато дед с безумным видом проглатывает вырванный кусок мяса и энергично валит парня на бок, с азартом вцепляясь зубами в подставленную шею.

– Началось, – бормочу я, до самых пяток ошеломленный разворачивающимся передо мной настоящим апокалипсисом.

Что там происходит дальше, я уже не вижу, так как крик, полный ужаса, раздается совсем рядом. Я поворачиваюсь к соседнему балкону, заглядываю туда и с понятным потрясением вижу, как Григорий грызет выставленную перед его лицом руку жены. Она пытается вырвать ее из его рта и бьет чем-то, какой-то посудиной, по голове мужа.

Сам он тоже очень противно визжит, но руку не отпускает и прямо грызет ее недавно вставленными, кстати, зубами, которые он оформил в кредит. Насколько я знаю, на несколько лет оформил, по совету своей супруги, работающей в стоматологии. Поэтому теперь рвет куски мяса с кожей гораздо эффективнее, чем мог бы такое делать своими старыми зубами.

Если происходящее в парке меня потрясло очень сильно, наверное, из-за легкого опьянения и из-за того, что алкоголь сразу лег на старые дрожжи. То уже яркая картина происходящего апокалипсиса в трех метрах непосредственно от меня проморозила до корней волос, но все же придала импульс причастности к тому, что я наблюдаю вокруг.

Состояние похмелья вылетело от закипающего адреналина в крови сразу же.

Тут я уже обязан вмешаться, как нормальный мужик, за свою соседку, поэтому высовываюсь за перила балкона. Огибаю разделяющую нас сетку из черных железных прутьев, прикрытую полупрозрачным пластиком и метко бросаю полупустую бутылку из-под пива в затылок соседа, попадая прямо донышком.

Профессиональная способность попадать, куда я приметился рукой, даже в такой пронзительно ужасный момент меня все же не покинула. Попал точно в затылок тяжелым донышком, заставив того даже пошатнуться и повернуться ко мне.

В этот момент я просто обмираю от ужаса, и внизу живота у меня заметно тяжелеет.

Кажется, я могу обмочиться прямо здесь! И мне вообще не будет стыдно перед соседкой, которую я иногда представляю в своей кровати совсем голенькой и покорно-ласковой.

С незнакомого мне теперь лица соседа, взрослого сорокапятилетнего мужика, на меня беспощадно смотрят белесые буркалы, как бы залитые прокисшим молоком или таким же гноем. Изо рта у него течет кровь, видны куски кожи с остатками мяса, которые он пережевывает, вообще не переставая.