Текст книги "Азбука спасения. Том 62"
![](/books_files/covers/thumbs_240/azbuka-spaseniya-tom-62-267758.jpg)
Автор книги: Инок Никодим
Жанр: Религия: прочее, Религия
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
![](image27_64f059d537ea76df4a1e6442_jpg.jpeg)
Инок Никодим
Что же такое праведность с точки зрения христианского значения этого слова. Первым употребил слово праведность наш Спаситель Иисус Христос, когда поучал учеников истинной вере и жизни по ней, которая только и может привести ко спасению. Сказанная Им фраза: если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное означает то, что недостаточно только внешне казаться праведниками, не исполняя при этом закона Божия, но необходимо, прежде всего, исправлять своего внутреннего, страстного человека, очищаясь от ветхих пороков исполнением заповедей.
Книжники и фарисеи тех времен отличались лишь внешней, напускной «праведностью», когда выставляли напоказ свое, якобы благочестие, внутренне же были развращены всевозможными страстями, пребывая во власти лукавого, пленившего их грехом.
Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что очищаете внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и неправды. Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты; так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония… (Мф.23).
ПРАВОСЛАВИЕ
Православие – учение Святаго Духа, данное Богом человекам во спасение. Где нет православия, там нет спасения. Святитель Игнатий (Брянчанинов)
На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают: связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их; все же дела свои делают с тем, чтобы видели их люди: расширяют хранилища свои и увеличивают воскрилия одежд своих; также любят предвозлежания на пиршествах и председания в синагогах и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: учитель! учитель! А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос… Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете (Мф.23:2—10,13).
![](image28_64f059d337ea76df4a1e643f_jpg.jpeg)
Святой Макарий Великий
Основание веры – духовная нищета и безмерная любовь к Богу
Имейте попечение о вере и надежде, от которых рождается боголюбивая и человеколюбивая любовь, приводящая к вечной жизни. Кто старается уверовать и прийти ко Господу, тому надлежит молиться, чтобы здесь еще принять ему Духа Божия, потому что Он есть жизнь души. Слабые в вере и грешники в полном смысле есть рабы.
Святитель Афанасий Великий
Облекшийся верою крестною пренебрегает и тем, что естественно, и не боится смерти за Христа. Веру утверждают не изречения, но смысл и благочестивая жизнь.
Святитель Иоанн Златоуст
Если желаем иметь твердую веру, то должны вести чистую жизнь
Вначале уверовать и покориться призыву зависит от нашего благорасположения, а после того, как вера уже внедрена, мы имеем нужду в помощи Святаго Духа для того, чтобы она пребывала постоянно непоколебимою и неизменною.
Если мы желаем иметь твердую веру, то должны вести чистую жизнь, которая и располагает Духа пребывать в нас и поддерживать силу веры.
Невозможно, подлинно невозможно, чтобы проводящий нечистую жизнь не колебался и в вере.
Святитель Григорий Богослов
Истинное возрождение – в Православии, где Правда – выражение Евангельского идеала.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Слово в первую неделю Великого поста
Возлюбленные братия! Началом слова нашего в неделю православия, весьма естественно, быть вопросу, что есть православие?
Православие есть истинное богопознание и богопочитание; православие есть поклонение Богу духом и истиною; православие есть прославление Бога истинным познанием Его и поклонением Ему; православие есть прославление Богом человека, истинного служителя Божия, дарованием Ему благодати Всесвятаго Духа. Дух есть слава христиан (Ин.7:39). Где нет Духа, там нет православия.
Нет православия в учениях и умствованиях человеческих: в них господствует лжеименный разум – плод падения. Православие – учение Святаго Духа, данное Богом человекам во спасение. Где нет православия, там нет спасения. «Иже хощет спастися, прежде всех подобает ему держати кафолическую веру, ея же аще кто целы и непорочны не соблюдет, кроме всякого недоумения, во веки погибнет».
Драгоценное сокровище – учение Святаго Духа! Оно преподано в Священном Писании и в Священном Предании Православной Церкви. Драгоценное сокровище – учение Святаго Духа! В нем – залог нашего спасения. Драгоценна, ничем незаменима, ни с чем несравнима для каждого из нас наша блаженная участь в вечности: столь же драгоценен, столько же превыше всякой цены и залог нашего блаженства – учение Святаго Духа.
![](image29_64f059d237ea76df4a1e643c_jpg.jpeg)
Митрополит Вениамин (Федченков)
О Православии
Опыт о. Серафима собственной жизни, а еще более знание Слова Божия, святоотеческих творений и жития святых давали ему несомненную уверенность в истинности Православия. Это со всею силою выразил батюшка в дивной беседе с Н.А.Мотовиловым, но по частным поводам говорил он о том и при других случаях.
Однажды пришли к нему четыре старообрядца спросить о двуперстном знамении, с удостоверением при этом какого-нибудь знамения. И не успели они еще переступить порога кельи, как о. Серафим, прозрев их помыслы, взял первого из них за руку, сложил персты его по-православному и, крестя его, так говорил:
«Вот христианское сложение креста! Так молитесь и прочим скажите. Сие сложение предано от святых апостолов, а сложение двуперстное противно святым уставам».
И далее изрек с силою:
«Прошу и молю вас: ходите в церковь греко-российскую. Она во всей силе и славе Божией! Как корабль, имеющий многие снасти, паруса и великое кормило, она управляется Святым Духом. Добрые кормчие ее – учители церкви, архипастыри суть преемники апостольские. А ваша часовня подобна маленькой лодке, не имеющей кормила и весел, она причалена вервием к кораблю нашей церкви, плывет за нею, заливается волнами и непременно потонула бы, если бы не была привязана к кораблю».
В другой раз один старообрядец спросил его:
– Скажи, старец Божий, какая вера лучше? Нынешняя церковная, или старая?
– Оставь свои бредни, – резко, вопреки обычаю, ответил о. Серафим. – Жизнь наша есть море, Святая Православная Церковь наша – корабль, а Кормчий – Сам Спаситель. Если с таким Кормчим люди, по своей греховной слабости, с трудом переплывают море житейское и не все спасаются от потопления, то куда же стремишься ты со своим ботиком? И на чем утверждаете свою надежду – спастись без Кормчего?
Однажды привезли к нему скорченную женщину, она прежде была православной, но, выйдя замуж за старообрядца, перестала и ходить в церковь. Святой Серафим исцелил ее на глазах у всех, а затем заповедал и ей, и родным молиться по-православному.
– А были ли у тебя из умерших родные, которые молились двуперстным крестом?
– К прискорбию, у нас в роду все так молились. Пораздумавши немного, о. Серафим заметил:
– Хоть и добродетельные были люди, а будут связаны: Святая Православная Церковь не принимает этого креста.
Потом спросил:
– А знаешь ли ты их могилы? Сходи ты, матушка, на их могилы, положи по три поклона и молись Господу, чтобы Он разрешил их в вечности.
Живые сродники ее потом послушались наставления о. Серафима.
Был еще поучительный случай с одной женщиной, которая трехлетней сиротою была взята на воспитание старообрядцами вместо дочери.
После их смерти она сначала ушла в общину, а потом начала странствовать и ходить по старцам.
«Все хотела, чтобы меня, грешную, поучили, как душу спасти.
Было и недоумение у меня.
О благодетелях своих все потом сомневалась: «Можно ли мне их по-православному поминать?»
Так она дошла до Сарова. Молва об о. Серафиме ходила уже по всей Руси.
«Смотрю, народ собирается идти куда-то. Спрашиваю. Говорят, что идут в пустыньку к о. Серафиму. Хотя и крепко я с дороги устала, но тут и отдохнуть позабыла, пошла себе с другими, все старца хотелось поскорей повидать. Минув монастырь, пошли мы лесною тропою. Прошли версты две: кто посильнее – вперед, а я поотстала, иду себе тихонько сзади. Смотрю, в стороне старичок, седой такой, сухонький, сгорбленный, в белом халате сучки собирает. Подошла спросить: «Далеко ль до пустыньки отца Серафима?» Старец, положив вязанку свою, посмотрел на меня ясным взором своим и тихо спросил:
– На что тебе, радость моя, Серафим-то убогий? Тут только поняла я, что вижу самого старца, и повалилась в ноги, стала просить его помолиться о мне, недостойной.
– Встань, дочь Ирина! – молвил подвижник и сам нагнулся меня приподнять. – Я ведь тебя поджидал. Не хочу, чтобы, уставши, даром прошлась.
Удивленная, что, впервые видя, зовет он меня по имени, я от ужаса вся затрепетала, не могла и слова промолвить, только взирала на его ангельский лик.
Отец Серафим сложил персты ее по-православному и сам перекрестил ее ими.
– Крестись так, крестись так: так Бог нам велит. Потом, помолчав немного, продолжал:
– А за благодетелей, если копейка случится, подавай помянуть на проскомидии, не сомневайся – не грех!
Благословил меня, дал приложиться к висевшему на его груди медному кресту, пожаловал из котомочки своей и сухариков.
– Ну, теперь, – говорит, – иди себе с Богом!
И сам поспешно ушел от меня в лес. А я побрела назад в монастырь. Спутники же мои долго ходили, но старца не видели, да и мне не верили, когда говорила им, что видела».
Но если о. Серафим говорил о превосходстве православия перед старообрядчеством, то тем более он считал его выше католичества.
«Убеждал он, – пишется в Дивеевской летописи, – твердо стоять за истину догматов Православной Церкви, приводя в пример блаженного Марка Ефесского, явившего непоколебимую ревность в защите Восточно-кафолической веры на соборе во Флоренции. Сам предлагал разные наставления о православии, изъясняя в чем оно состоит, что оно одно содержит в себе истину Христовой веры в целости и чистоте, и как надобно защищать его».
«Особенную любовь и почитание, – пишет автор Летописи, – о. Серафим имел к тем святителям, которые были ревнителями православной веры, как-то: Клименту, папе римскому, Иоанну Златоусту, Василию Великому, Гриторию Богослову, Афанасию Александрийскому, Кириллу Иерусалимскому, Епифанию Кипрскому, Амвросию Медиоланскому и им подобным, называя их столпами церкви. Жизнь и подвиги их он приводил в пример твердости и непоколебимости в вере». Любил говорить о святителях отечественной церкви – Петре, Алексии, Ионе, Филиппе, Димитрии Ростовском, Стефане Пермском, преподобном Сергии Радонежском и других российских угодниках Божиих, поставляя жизнь их правилом на пути ко спасению. Жития святых, описанные в Четьих-Минеях и творениях многих отцов Церкви, он так твердо знал, что на память пересказывал из них целые «отделения» (отрывки)».
Здесь мы, между прочим, поместим рассказ о необычайно великом видении, притом бывшем лицу протестантского исповедания: в нем превосходство Православной Церкви засвидетельствовано даже подвижником западной католической церкви.
Преподобный Серафим и Франциск Ассизский
Событие, о коем рассказывается ниже, было устно сообщено нам в 1931 году в августе господином К., а потом и записано им. Этим письмом мы и пользуемся здесь.
Известно, что сам преподобный Серафим и опытно знал, и не раз говорил, что в Православной Церкви непорочно хранится вся полнота христианства. И, что всего поразительнее и убедительнее, это его собственная высота и полнота благодати, которая в нем обитала в такой силе (Мк.9:1), как в немногих даже и древних святых. Достаточно вспомнить одну лишь беседу Н.А.Мотовилова с преподобным, во время коей он чудесно преобразился, подобно Господу на Фаворе, чтобы без малейшего сомнения утверждать, что православие и досель действительно непорочно, живо, полно, совершенно. Но приведем и собственные его слова.
«У нас вера православная, не имеющая никакого порока».
«Прошу и молю вас, – говорил он в другой раз нескольким старообрядцам, – ходите в церковь греко-российскую: она во всей славе и силе Божией. Она управляется Духом Святым».
Но о том же свидетельствует и голос со стороны иного исповедания. Вот как это было.
«Переслал мне, – пишет господин К., – один мой знакомый письмо на французском языке, в котором одна эльзаска просит его прислать ей что-нибудь о Русской Православной Церкви, – молитвенник и еще что-либо. Если не ошибаюсь, это было в 1925 году.
В ответ на письмо что-то послали ей и этим дело временно кончилось.
В 1927 году я был в этом месте и стремился познакомиться с ней, но ее не было тогда из-за летнего времени. И я познакомился лишь с ее свекровью, старушкой большого христианского милосердия и чистоты сердечной.
Она мне рассказала следующее. Их семья старого дворянского рода Эльзаса Н. Н., протестантского вероисповедания. Надо сказать, что в этой области Эльзаса села смешанного вероисповедания: наполовину римо-католики, а наполовину протестанты. Храм же у них общий, и в нем они совершают свои богослужения по очереди. В глубине – алтарь римский, со статуями и со всем надлежащим. А когда служат протестанты, то они задергивают католический алтарь завесой и выкатывают сбоку свой стол на середину и молятся. Недавно в Эльзасе в протестантском мире было даже движение в пользу почитания святых. Это произошло после книги Сабатье о святом Франциске Ассизском. Будучи протестантом, он пленился образом жизни этого праведника, посетив Ассизи. Семья моих знакомых тоже была под впечатлением этой книги. Продолжая оставаться в протестантстве, они чувствовали, однако, неудовлетворенность им и, в частности, стремились и к почитанию святых, и к таинствам. Характерно, между прочим, для них одно обстоятельство: когда пастор обручал их, то они просили его не задергивать католического алтаря, чтобы хоть видеть статуи святых. Но мысль их искала истинной церкви.
И вот однажды молодая жена, будучи больной, сидела в саду и читала жизнь Франциска Ассизского. Сад был весь в цветах. Тишина деревенская. Читая книгу, она заснула каким-то тонким сном.
– Сама не знаю, как это было, – рассказывала она после мне.
– И вот идет сам Франциск, а с ним – сгорбленный, весь сияющий старичок, как Патриарх, – сказала она, отмечая этим его старость и благолепие. Он был весь в белом. Она испугалась. А Франциск подходит с ним совсем близко к ней и говорит:
«Дочь моя! Ты ищешь истинную церковь: она – там, где – он. Она всех поддерживает, а ни от кого не просит поддержки».
Белый же старец молчал и лишь одобрительно улыбался на слова Франциска.
Видение кончилось. Она как бы очнулась. А мысль подсказала ей почему-то: «Это связано с Русскою Церковью». И мир сошел в душу ее.
После этого видения и было написано письмо, упоминаемое мною в начале.
Через два месяца я снова был у них: и на этот раз от самой видевшей узнал еще и следующее. Они приняли к себе русского работника. Посетив его помещение и желая узнать, хорошо ли он устроился, она увидела у него иконку и узнала в ней того старца, которого она видела в легком сне с Франциском. В удивлении и страхе она спросила: кто он, этот старичок?
– Преподобный Серафим, наш православный святой, – ответил ей рабочий.
Тут она поняла смысл слов святого Франциска, что истина – в Православной Церкви.
Да, несомненно, православие проявилось во святых во всей силе, но мы, православные, недостойно носили это великое имя: жизнь наша не соответствовала высоте и полноте веры. И это, между прочим, мучило сотаинника преподобного Серафима, Н.А.Мотовилова.
«Однажды, – пишет он в своих замечательных записках, – был я в великой скорби, помышляя, что будет далее с нашей Православной Церковью, если современное нам зло будет все более и более размножаться, и, будучи убежден, что Церковь наша в крайнем бедствии, как от приумножающегося разврата по плоти, так равно, если только не многим более, от нечестия по душе через рассеиваемые повсюду новейшими лжемудрователями безбожные толки, я весьма желал знать, что мне скажет о том батюшка о. Серафим.
Распространившись подробно беседою о святом пророке Илии, как я выше помянул, он сказал мне между прочим:
«Илия Фесвитянин, жалуясь Господу на Израиля, будто весь он преклонил колено Ваалу, говорил в молитве, что уж только один он, Илия, остался верен Господу, но уже и его душу ищут изъяти… Так что же, батюшка, – отвечал ему Господь? – Седмь тысящ мужей оставих во Израили, иже не преклониша колен Ваалу… Так, если во Израильском царстве, отпадшем от Иудейскаго, вернаго Богу царства, и пришедшем в совершенное развращение, оставалось еще седмь тысящ мужей, верных Господу, то что скажем о России. Мню я, что в Израильском царстве было тогда не более трех миллионов людей. А у нас, батюшка, в России сколько теперь?»
Я отвечал: «Около шестидесяти миллионов».
И он продолжал:
«В двадцать раз больше. Суди же сам, сколько теперь у нас еще обретается верных Богу? Так-то, батюшка, так-то: ихже предуведе, сих и предъизбра; их-же предъ избра, сих и предустави; ихже предустави, сих и блюдет, сих и прославит. Так о чем же унывать-то нам?! С нами Бог! Надеющийся на Господа, яко гора Сион, не подвижется в век живый во Иерусалиме. Горы окрест его, и Господь окрест людей своих. Господь сохранит тя, Господь покров твой на руку десную твою. Господь сохранит вхождение твое и исхождение твое отныне и до века. Во дни солнце не ожжет тебе, ниже луна нощию».
И тогда я спросил его, что значит это, к чему говорит он мне о том.
– К тому, – ответствовал батюшка отец Серафим, – что таким-то образом хранит Господь, яко зеницу ока Своего, людей Своих, то есть православных христиан, любящих Его и всем сердцем, и всею мыслью, и словом, и делом, день и ночь служащих Ему. А таковы – хранящие все уставы, догматы и предания нашей Восточной Церкви Вселенской и устами исповедующие благочестие, Ею преданное, и на деле во всех случаях жизни творящие по святым заповедям Господа нашего Иисуса Христа.
В подтверждение же того, что еще много на земле Русской осталось верных Господу нашему Иисусу Христу православных и благочестиво живущих, батюшка отец Серафим сказал некогда одному знакомому моему, то ли отцу Гурию, бывшему гостиннику Саровскому, то ли отцу Симону, хозяину Маслищенского двора, что однажды, бывши в духе, видел он всю Землю Русскую, и была она исполнена и как бы покрыта дымом молитв верующих, молящихся ко Господу».
Будем же верить в наши тяжкие времена, что Господь ради рабов Своих помилует Россию и на сей раз. Буди, буди?
![](image30_64f059d037ea76df4a1e6439_jpg.jpeg)
Преподобный Иоанн Кронштадский
Держитесь Церкви православной искренним сердцем!
Все хвалят свою веру как правую, но не тот правый, кто себя хвалит, а тот, кого Бог похваляет, по слову апостола (1Кор.4:5). А нашу веру Сам Бог прославляет непрестанно, как в Самом Себе, так и в святых Своих. Идите к мощам святых угодников и смотрите, чья вера правая. В какой вере творит Бог такие чудеса, как в православной? В какой вере люди удостаиваются нетления и благоухания тел по смерти и творят столь великие и многие чудеса? Идите к преподобному Серафиму и к святому Сергию, идите к Феодосию Черниговскому и т. д. Или вы хотите слушать нынешних интеллигентов, недоучек и переучившихся, будто бы мощей нет, нет чудес? Так послушай простосердечных верующих очевидцев, что-то они тебе скажут. Как идти против истины, против очевидности?
«Насаждени в дому Господни, во дворех Бога нашего процветут» (Стих. на стих. Василия Блаженного). Только в Церкви Божией православной бывает нетление мощей, а вне Церкви – нет, т. е. ни у католиков, ни у лютеран, тем менее у евреев и магометан. Держитесь Церкви православной искренним сердцем!
Святитель Феофан Затворник
Православие
Не забудь правого слова, которое сказал ты Богу, возобновляя с Ним завет, нарушенный с твоей стороны не добросовестно. Припомни, как и почему нарушил и старайся избежать новой неверности. Не слово красное славно, – славна верность. Не славно ли быть в завете с царем? Сколько же славнее быть в завете с Царем царей! Но слава эта обратится в посрамление тебе, если не будешь верен завету. От начала мира сколько прославлено великих людей! И все они прославлены за верность, в которой устояли, несмотря на великие беды и скорби из-за такой верности: испытали поругания и побои, а также узы и темницу. Были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли, посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса (Евр.11:36—38; 12:1,2).
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?