Текст книги "Пафнутий"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pafnutiy-11982.jpg)
Автор книги: Иоанна Хмелевская
Жанр: Зарубежные детские книги, Детские книги
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Иоанна Хмелевская
Пафнутий
Глава I
КЛАД В ЛЕСУ
В большом зеленом лесу жил медвежонок. Звали его Пафнутий. Был он ласковый, добрый и очень симпатичный. Пищи в лесу было достаточно: вкусные корешки, сочные побеги деревьев, грибы и мед диких пчел. Особенно медвежонок любил рыбу. Жил Пафнутий в мире и согласии со всеми обитателями леса. И звери, и птицы любили и уважали его. Больше всего на свете нравилось Пафнутию совершать дальние прогулки и заводить новые знакомства.
Через лес проплывала речка, образуя небольшое озеро. В этом озере жила лучшая подружка Пафнутия – выдра по имени Марианна. Она умела отлично ловить рыбу и часто угощала ею своего друга Пафнутия, а он в благодарность рассказывал Марианне обо всем, что видел, бродя по лесу. Рассказывать приходилось долго и обстоятельно, потому что Марианна была очень любопытной выдрой и о происшествиях в лесу хотела знать во всех подробностях.
Однажды в прекрасный летний день Пафнутий по обыкновению отправился на прогулку и забрел очень далеко, куда еще никогда не доходил – до самого края леса. Вышел медвежонок на опушку и из-за последних деревьев леса увидел огромный луг. На лугу паслись коровы.
Очень обрадовался Пафнутий, увидев луг, ведь по лугам ему еще никогда не доводилось гулять. И коровам тоже обрадовался. В лесу он уже со всеми подружился, теперь самое время завести новых знакомых.
Пафнутий вышел из лесу и неторопливо, вперевалочку зашлепал к ближайшей корове.
Увидев перед собой самого настоящего живого медведя, корова так страшно перепугалась, что даже замычать не смогла. Она вытаращила на Пафнутия глаза и остолбенела, зажав во рту непрожеванный пук травы.
– Не бойся, – успокоил ее Пафнутий. – Я добрый медведь и ничего плохого тебе не сделаю. Мне просто очень хочется познакомиться с коровами, узнать, что у вас слышно, и, если можно, подружиться с вами.
Сказав это, медвежонок добродушно улыбнулся, сел на траву и стал терпеливо ждать, пока корова не придет в себя.
Корова была весьма тупой, и ей понадобилось много времени для того, чтобы понять сказанное Пафнутием. Наконец до нее дошло.
– Но ведь ты дикий, – подозрительно заметила она.
– Ничего подобного! – решительно возразил медвежонок. – Я вовсе не дикий, я животное охраняемое.
– Ну ладно, – ответила корова, еще немного подумав и осознав замечание Пафнутия. – Сиди там, где сидишь, и пока не подходи ко мне. Я забыла, что ты хотел.
У медвежонка было очень много времени и очень много терпения.
– Да ничего особенного, – вежливо разъяснил он корове, – просто мне хотелось познакомиться и поговорить.
Корова согласилась поговорить. Она рассказала Пафнутию, где живет и чем занимается. Потом показала остальных коров, а также овец. Оказалось, на лугу паслись и овцы, только немного дальше. Пафнутий с большим интересом оглядел их.
– А поближе на них можно посмотреть? – спросил он корову.
Корова ответила:
– Не знаю, не знаю. Они могут испугаться и убежать. В конце концов, ты ведь медведь.
– Но ты же сама видишь, что я добрый медведь, и уже совсем меня не боишься.
– Это правда, – согласилась корова. – Но ведь я очень умная и уже привыкла к тебе. А овцы глупые и наверняка разбегутся, ты не успеешь им и слова сказать.
Пафнутий огорчился. Очень уж ему хотелось и с овцами познакомиться.
– А ты не могла бы пойти к ним и объясниться, что меня не надо бояться? А тут и я бы подошел.
Корова засомневалась.
– Не знаю, не знаю. Мне кажется, с этим делом лучше справится Чак.
– А кто такой Чак? – поинтересовался Пафнутий.
– А это пес, который нас охраняет, – уважительно пояснила корова, снова принимаясь жевать. – С овцами Чак тоже поддерживает контакты и всегда очень доходчиво умеет объяснить им, что требуется.
– Прекрасно! – обрадовался Пафнутий. – Значит, познакомлюсь и с Чаком. Где он?
– Не знаю, – ответила корова, не переставая жевать. – Но могу позвать его.
И корова вдруг, вытянув шею, издала три оглушительных «Муу-муу-муу!».
В тот же миг Пафнутий увидел, как по лугу к ним мчится какой-то белый зверь, поменьше коровы, но намного крупнее выдры. Зверь был похож на волка, только потолще и покосматее.
Пафнутий сидел спокойно. Он не боялся ничего на свете.
Пес Чак так торопился, что не успел издали учуять медведя. Он подлетел к корове, хотел вопросительно гавкнуть, как вдруг увидел Пафнутия. Тут же шерсть на нем поднялась дыбом, пес оскалил клыки и на всякий случай угрожающе зарычал. Ни разу в жизни Чак не видел медведя и не знал, как с ними поступать.
– Добрый день! – приветливо поздоровался Пафнутий.
Чак жутко удивился и рявкнул еще раз, но уже не так грозно.
А Пафнутий принялся знакомиться.
– Я добрый медвежонок, зовут меня Пафнутий. Давай познакомимся, ладно? Ты такой красивый и имя у тебя замечательное.
Чак взглянул на корову. Та, удивительное дело, спокойно паслась и совсем не боялась медведя.
Это так поразило пса, что он совсем перестал рычать.
– Познакомиться мы, конечно, можем, – с расстановкой сказал он Пафнутию. – Но перед этим мне надо тебя как следует обнюхать. Ты не против?
– Нюхай себе сколько пожелаешь, – добродушно согласился Пафнутий.
Чак очень добросовестно обнюхал Пафнутия. И понял, что это и в самом деле очень хороший и добрый медведь. Умные собаки по нюху всегда определят, с кем имеют дело. Пафнутий Чаку очень понравился.
Вскоре процедура знакомства закончилась. Потом Чак объяснил всем коровам и овцам, что вот этого медведя не надо бояться, и они продолжали спокойно пастись. Пафнутий был чрезвычайно доволен – еще бы, за один день сразу столько новых знакомых!
– А нет ли здесь еще кого-нибудь, с кем можно познакомиться? – спросил он Чака.
– Есть еще лошади, – ответил Чак, – но с ними мне придется предварительно как следует поработать, уж больно они нервные. Я покажу их тебе в следующий раз. Ну и еще есть люди. Но это уже совсем особое дело. Не советую тебе с ними знакомиться.
Пафнутий удивился.
– Почему же? Я знаю одного человека. Он очень хороший. Зимой ходит по лесу и приносит зверям корм. Об этом мне рассказывали косули, сам-то я зимой спал.
– И он не боится тебя? – удивился Чак.
– А чего ему меня бояться? – в свою очередь удивился Пафнутий. – Он же меня знает.
Так они оба поудивлялись, и Чак сказал:
– Это просто какой-то необыкновенный человек. Наверное, лесник. Все же остальные люди совсем никуда не годятся. Они даже не понимают, что им говорят. Правда, иногда мой хозяин все-таки что-то понимает, а все остальные – ну совсем ничего!
– Жаль! – огорчился Пафнутий.
– Не о чем жалеть! – решительно заявил Чак. – А сейчас прошу меня извинить, надо овцами заняться, опять расползлись во все стороны. Захаживай к нам, еще поговорим.
Пафнутий вежливо попрощался и пошел обратно в лес.
Марианна наловила уйму рыбы на ужин Пафнутию и с нетерпением ожидала возвращения своего приятеля. Запыхавшийся и жутко голодный, он появился, когда солнце уже заходило.
Пафнутий очень торопился к Марианне. Ему не терпелось поделиться с ней новостями, а главное, рассказать о своих новых знакомых. Очень хотелось рассказать и очень хотелось есть. Пафнутий стал делать то и другое одновременно.
– Ие оы, – сказал Пафнутий, набив рот рыбой. – Ое иы.
– Ты бы проглотил сначала, – посоветовала Марианна. – Во-первых, можешь подавиться. А во-вторых, я все равно ничего не понимаю. Ты на каком языке говоришь?
Пафнутий поспешил проглотить четвертую рыбу и ответил:
– На нашем. Я хотел тебе сказать, что видел коров и познакомился с ними. Очень милые.
И затолкав в рот пятую рыбу, добавил:
– Ы оами, и ом аом.
– Не говори, пока не прожуешь! – рассердилась Марианна. – Нет у меня желания ломать голову над тем, что означает «ы оами»!
Спешно проглотив рыбу, Пафнутий пояснил:
– Просто я хотел тебе сообщить, что еще познакомился с овцами и псом Чаком.
И больше Пафнутий ничего не стал рассказывать, пока не управился со всей рыбой.
Бедная выдра лишь нетерпеливо пофыркивала да крутилась на месте, не в силах спокойно дожидаться конца ужина своего друга.
Но вот Пафнутий съел всю рыбу и принялся в подробностях рассказывать о своих новых знакомствах. Марианна слушала его, затаив дыхание и боясь пропустить хоть слово.
– Очень интересуют меня те нервные кони, – сказала она. – Ну просто страшно интересуют! Ты просто обязан познакомиться с ними и потом мне о них рассказать. О лошадях я слышала, но видеть их мне еще не приходилось, а так хочется! Одна надежда на тебя, Пафнутий, только ты умеешь так хорошо и толково все описать. А от остальных ничего не узнаешь. Прибегал сюда Кикусь. Ты его знаешь, сынишка косули Клементины. Так представляешь, этот постреленок прискакал со всех ног и крикнул: «Там, на другом краю леса, такая вонючая гадость, что ого-го!» И умчался. Нет, ты только подумай! Какая мне польза от такой новости?
Пафнутий жутко заинтересовался:
– А что это за вонючая гадость?
– Так я же тебе толкую! – возмущенно воскликнула выдра. – Никакого толку от этого Кикуся. Крикнул про гадость и умчался, а я ломай голову! Места себе не нахожу! Придется тебе сходить посмотреть, а потом мне все толком рассказать.
Пафнутий был медвежонком обстоятельным и несуетливым.
– Хорошо, – сказал он. – Я охотно схожу и посмотрю. Но сначала, наверное, мне надо с лошадьми познакомиться. Сама же просила. А пойти сразу в две противоположные стороны я не могу.
Огорченная выдра посмотрела на своего друга и пожалела, что Пафнутий не может разделиться на две части. Тогда одна половина Пафнутия пошла бы на луг к лошадям, а вторая – на противоположный конец леса, посмотреть на вонючую гадость. А потом обе половины сразу и сообщили бы ей все новости. Вздохнув, Марианна отказалась от такой нереальной задумки и решила – пусть Пафнутий начнет с лошадей.
Когда на следующий день Пафнутий вышел на луг, Чак его уже там поджидал. И сразу сообщил, что успел переговорить с лошадьми. Как раз сейчас на лугу пасутся кобылка и жеребец. Их на сегодня освободили от работы. И в свой выходной день они согласились познакомиться с медведем, но при условии, что он выполнит все их требования и будет вести себя соответственно. А условия были такие: приближаться к лошадям надо медленно, очень медленно и постепенно, а потом дать им себя обнюхать. Пока же лошади будут его обнюхивать, Пафнутий должен сидеть не шевелясь, совсем неподвижно. А там видно будет. Так сказали кони.
Разумеется, Пафнутий согласился на все лошадиные требования, и они с Чаком тут же побежали на другой конец огромного луга, туда, где кони паслись. По дороге Пафнутий то и дело приветливо здоровался со знакомыми коровами и овцами. И те, и другие были в восторге от того, что с ними так вежливо и почтительно обращаются.
А кони с беспокойством и некоторой тревогой ожидали предстоящее знакомство с медведем и очень нервничали. Еще издали увидели они бегущих к ним Чака и медвежонка, перестали щипать траву и замерли, прижавшись друг к другу и вытянув шеи в сторону приближающейся опасности. Пес сразу замедлил шаг, то же сделал медвежонок, и они теперь приближались к лошадям, еле передвигая ноги.
По дороге Чак давал пояснения:
– Видишь, какие кони осторожные и нервные! Одна из них кобыла, зовут ее Сусанна. А второй – жеребец по имени Удалец. Знаешь, пожалуй, тебе не следует идти дальше, оставайся здесь, лучше я один к ним подойду.
Пафнутий признал совет пса правильным, тут же сел на траву и стал терпеливо ждать.
Чак подбежал к лошадям и принялся их успокаивать.
– Не волнуйтесь, он смирный, сами увидите. Подойдите к нему, медвежонок обещал даже не шевелиться.
– Зато ты слишком уж мечешься! – недовольно фыркнула Сусанна. – Утихомирься и перестань нас подгонять!
– Мы и сами знаем, что нам делать, – поддержал подругу Удалец. – Может, подойдем к нему. А может, и нет. Не нравится мне его запах.
– Мне он тоже сначала не понравился, – признался Чак и сел, чтобы не нервировать лошадей. – Но когда понюхаешь как следует, сразу поймешь – он хороший и добрый.
Сусанна и Удалец еще немного посомневались, а потом, осторожно переступая ногами и как можно дальше вытянув к медвежонку шеи, стали потихоньку приближаться к нему.
Пафнутий во все глаза смотрел на лошадей и так старался не шевелиться, что даже моргать перестал.
Первой к медведю подобралась Сусанна и уже почти коснулась его нежными бархатными ноздрями. Втянула в себя медвежий запах и вдруг отскочила вбок сразу всеми четырьмя ногами.
Нервно вздрогнув, Удалец тоже отпрыгнул, только в другую сторону.
Пафнутий сидел неподвижно, как скала, но от него исходил запах дикого леса и дикого зверя. Запах, чуждый и тревожный для лошадей. Они не могли так просто примириться с ним. Однако не убежали, остановились, и вскоре опять к Пафнутию потянулись бархатные ноздри.
Пафнутий был такой спокойный, такой терпеливый и добродушный, что кони наконец это почуяли. Осмелев, они принялись энергично обнюхивать его, ну прямо, как это делал Чак. Ведь у лошадей чутье тоже очень тонкое. Вскоре Пафнутий почувствовал, как мягкие трепещущие ноздри лезут к нему под подбородок, в уши, зарываются в густую шерсть. Было очень щекотно, так что медвежонку стоило большого труда удержаться от смеха. Но он сдержался и сидел по-прежнему неподвижно.
Но вот кони вынюхали все, что можно, и все их опасения рассеялись. Теперь они точно знали – этот медведь милый, порядочный и совсем не опасный. Они еще ничего не сказали, но он уже все понял и вежливо спросил:
– А теперь мне можно пошевелиться?
– Так и быть, пошевелись, – разрешила Сусанна. – Но немножко. Знаешь, а ты мне понравился.
– И мне тоже, – признался Удалец. И добавил: – А особенно нравится то, что, оказывается, можно медведя не бояться. Это нечто новенькое. Давай дружить!
– Давай, – обрадовался Пафнутий.
Они познакомились и разговорились. Пафнутий признался, что кони кажутся ему похожими на оленей, только без рогов и покрупнее. И прыгать умеют, ну прямо как олени отскакивают, только немножко по-другому.
Лошадям очень захотелось знать, как же олени отскакивают. Пафнутий честно попытался изобразить, как именно скачут олени, но у него не очень получилось. Тогда кони сами попробовали это сделать, и Пафнутий в полном восторге признал, что у коней получается просто великолепно.
А Удальцу и Сусанне очень хотелось побегать, попрыгать, порезвиться. И вот они вместе с Пафнутием и Чаком затеяли веселую игру. Сначала обе лошади перепрыгивали через сидящего на траве Пафнутия. Потом Пафнутию надоело сидеть, он притворился, что убегает от лошадей, а они вместе с Чаком гнались за ним и, легко догнав, снова прыгали через него. И вот уже все трое убегали, а Пафнутий гнался за ними, правда довольно медленно и неуклюже, зато очень симпатично и смешно. Чак принимал в игре самое активное участие и поднимал больше всех шума, оглушительно лая от удовольствия. Впрочем, Чак умел не только лаять, он и бегал быстро, и прыгал отлично. У Пафнутия же прыжки не очень хорошо выходили, зато лучше его никто не гнался за товарищами по игре. И Чак, и кони удивлялись, что медведь так быстро бегает.
Пафнутий гордо пояснил:
– Разве вы не знаете, что медведи умеют очень быстро бегать? Но никогда не делают этого для собственного удовольствия. Бегают только в случае необходимости.
– А вот мы бегаем для собственного удовольствия, – сказали кони. – Мы любим бегать! И даже уставать любим!
Разыгравшиеся Сусанна и Удалец поднялись на задние ноги, потом, опершись на передние, брыкнули задними и снова вскачь помчались по лугу. Чак с лаем кинулся за ними. И Пафнутий в полном восторге тоже включился в эту веселую игру. Кони мчались вперед, резко поворачиваясь и устремляясь к медведю. И хотя много раз перепрыгивали через него, ни разу не задели копытами даже волоска на косматом звере.
Очень понравился им этот зверь, никогда еще ни с кем так замечательно им не игралось. А уж Пафнутий просто безгранично полюбил этих умных, грациозных и веселых животных.
Позабыв обо всем на свете, носились они по лугу в веселой игре. И тут вдруг на лугу появился хозяин лошадей, пан Ян. Пришел посмотреть, как пасутся его лошадки. Вышел пан Ян на зеленый луг, увидел, что происходит, и буквально окаменел на месте. Не веря глазам своим, глядел он, как его лошади гоняются за медведем. Вот догнали убегающего от них черного кудлатого зверя, перепрыгнули через него и бросились наутек, а медведь, развернувшись, кинулся за ними. Пана Яна даже в жар бросило. Он протер глаза – не чудится ли ему такое? Протер и опять вытаращил. И увидел, что теперь медведь катается по траве, а пес и лошади скачут вокруг него.
Крикнув не своим голосом, пан Ян повернулся и кинулся домой за оружием, будучи убежден, что на его лошадей напал медведь и того и гляди сожрет их.
Чак заметил хозяина лошадей.
– Эй! – крикнул он. – Кончай игру! Пан Ян видел нас. Пафнутий, а ну быстрей в лес!
Пафнутий поспешил выполнить приказ, и когда пан Ян снова прибежал на луг, вооружившись здоровенным колом, никакого медведя он там уже не увидел. Обе его лошади спокойно
паслись, собака добросовестно их охраняла. Тут пан Ян, наоборот, покрылся потом. Наверняка с ним не все в порядке, чудится невесть что. Впрочем, не исключено, и в самом деле из леса на луг вышел медведь. Это вполне возможно. Но вот чтобы лошади при этом не ошалели от страха – такого быть не может!
Хозяин постоял, посмотрел, подумал, почесал в затылке и, так ничего и не поняв, отправился домой.
А Пафнутия опять нетерпеливо поджидала Марианна. Рядом лежала горкой наловленная рыба.
– Кони – просто прелесть! – еще издали крикнул ей Пафнутий. – Я в восторге! Они такие красивые и веселые! Погоди, сейчас только поем и тогда уж обо всем расскажу подробно.
Марианна всегда любила рассказы Пафнутия, но на сей раз он ей понравился особенно. Она просила целых три раза повторить все о конях с начала до конца, а потом от полнейшего восторга перевернулась через голову и бултыхнулась в воду. Поймала еще одну рыбу, вылезла на берег, рыбу подарила Пафнутию, как награду за чрезвычайно интересный рассказ, а сама рядышком растянулась на траве.
– Я просто должна увидеть этих коней! – заявила Марианна. – Хотя и очень не люблю ходить туда, где нет воды. А теперь напоминаю тебе еще об одном походе – придется тебе сходить и посмотреть, что за вонючую гадость обнаружил Кикусь. Он опять прибегал сегодня и опять сказал, что эта гадость ну просто ужас какая ужасная! Очень хочется узнать, что это такое.
– Завтра же и пойду, – пообещал Пафнутий, тоже чрезвычайно заинтересованный. – Тем более что завтра кони работают, все равно я не смог бы с ними играть. Вот отдохну немного и пойду.
Пафнутий отправился в путь с восходом солнца и шел очень долго. Лес был огромный, дорога длинная, а по дороге Пафнутий еще и завтракал. Останавливался и ел ягоды. Останавливался и выкапывал вкусные, сочные корешки. Останавливался, напав на россыпь грибов. Останавливался, наткнувшись на большой муравейник. Медведи очень любят есть муравьев и их яички. Пафнутий разгреб муравейник и, засунув в него голову, принялся языком слизывать муравьиные коконы-яички.
Муравьи жутко возмутились и тоненькими голосками воскликнули:
– Пафнутий, да ты никак спятил! А ну убирайся из нашего муравейника! Ишь чего надумал – питаться нашими коконами! Они не для того отложены, чтобы ими медведи питались! Из них маленькие муравьишки вылупятся. Убирайся немедленно! Варвар!
Пафнутий устыдился и вытащил голову из муравейника.
– Ох, извините меня, пожалуйста! Я не хотел… но ваши муравьиные яички такие вкусные! Для медведей они – лучшее лакомство. Не найдется ли у вас каких бракованных?
– С этого и надо было начинать! – кипятились разгневанные муравьи. – Вон там, в стороне, сложены бракованные яички, можешь их съесть. А хорошие не смей больше никогда трогать!
Пафнутий съел бракованные муравьиные яички, облизался, еще раз извинился перед муравьями и пошел дальше.
Долго шел медвежонок, и вот уже осталось совсем немного до другого края леса. Вдруг медвежонок услышал какой-то новый, непривычный, ни на что не похожий шум. Он продолжался недолго и вскоре прекратился. Потом снова послышался такой же шум, уже громче, и тоже, постепенно стихая, прекратился. Одновременно с шумом Пафнутий ощутил какой-то тоже незнакомый запах. И в самом деле, отвратительный. Прошло совсем немного времени, и вот Пафнутий за деревьями леса увидел шоссе.
Раньше Пафнутий шоссе никогда не видел. Он был еще очень молодым медведем, можно сказать – медвежьим подростком, и в эту сторону леса ни разу не захаживал. Чрезвычайно удивленный, уселся он на краю леса, спрятавшись за большой развесистый куст, и принялся наблюдать за шоссе.
Долго-долго сидел так Пафнутий. Стемнело, теперь машины по шоссе ехали с зажженными фарами, и это тоже было очень интересно.
Поздно ночью к Пафнутию прилетела сова. Появилась она неожиданно и бесшумно опустилась на ветку дерева над головой Пафнутия.
– Здравствуй, Пафнутий, – тихо поздоровалась сова. – Что ты делаешь здесь, рядом с этим ужасным шоссе?
– Здравствуй, – ответил Пафнутий. Шоссе произвело на него ошеломляющее впечатление, и он не знал, что о нем и думать. – Ты не могла бы мне объяснить, что же это такое? Для чего оно?
– Могла бы, – ответила мудрая птица сова. – Это все люди изобрели.
И сова объяснила Пафнутию, что такое шоссе, для чего оно построено людьми и что представляют собой мчащиеся по шоссе странные предметы, испускающие такую отвратительную вонь. Потом сова распрощалась с Пафнутием и улетела в лес, а медвежонок до утра просидел в своем укрытии на обочине дороги, хотя проголодался просто по-страшному. Автомашины мчались по шоссе всю ночь и только ближе к рассвету стали появляться реже. Зато именно на рассвете и произошло весьма интересное и непонятное событие.
Сидя за кустом, Пафнутий увидел, как одна из машин замедлила свой бег и вдруг совсем остановилась, съехав на обочину совсем рядом с Пафнутием. Еще не совсем рассвело, но луна светила ярко, и медвежонок все отлично видел. А потом, вернувшись к своей приятельнице выдре Марианне, рассказал ей об увиденном обстоятельно и во всех подробностях.
– Шоссе – это широкая и очень твердая дорога. Люди проложили ее для того, чтобы ездить по ней в автомашинах. Автомашинами называются сделанные людьми чудища. Именно они так отвратительно пахнут. Мчатся машины по дороге со страшным шумом и очень быстро, быстрее, чем бегают олени в лесу. Есть машины большие, есть маленькие, всякие. А люди потому их сделали, что сами быстро бегать не умеют, вот за них и бегают эти чудища, люди же залезают к ним в брюхо и сидят там. А когда надо – выходят.
– Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросила Марианна, на которую рассказ друга произвел большое впечатление.
– Я сам видел, как они вылезали из машины! – таинственно понизив голос, пояснил Пафнутий. – И как потом снова залезали в нее. Знаешь, одно такое чудище, не очень большое, вдруг остановилось совсем рядом со мной. Из него вылезли два человека, вошли в лес и что-то закопали под деревом. Какую-то вещь. Не съедобную, я потом специально пошел, понюхал.
– А что? – не помня себя от любопытства вскричала выдра.
– Не знаю, – честно признался Пафнутий. – Так и не понял. Что-то большое, размерами чуть ли не с мою голову. Отнесли это в лес, вырыли яму под деревом, закопали, а потом залезли опять в свою машину и уехали.
Марианна решительно заявила:
– Я хочу знать, что закопали люди под деревом. И очень хочу увидеть это.
– Я бы тоже хотел, – признался Пафнутий. – Так что мне сделать?
– Выкопать и принести сюда, – приказала Марианна. – И мы вместе это рассмотрим. Ты не представляешь, как мне хочется знать, что же люди закапывают под деревьями!
Пафнутий охотно согласился выполнить просьбу Марианны. Он съел всю наловленную ею рыбу, а на десерт пошли ягоды, которые он собрал сам, благо они росли у озера в изобилии. Вернулся к Марианне довольный. Та внимательно оглядела друга, а потом бултыхнулась в озеро и поймала для Пафнутия еще несколько жирных окуней. По ее мнению, теперь у медведя достаточно сил, чтобы отправиться в дальний путь к шоссе, вырыть и принести ей закопанную людьми неизвестную вещь.
Пафнутий без труда нашел нужное дерево и вырыл спрятанную людьми вещь. Немного труднее было принести эту вещь Марианне. Ведь не мог же он всю дорогу идти на двух ногах. Пришлось взять в зубы узел с неизвестной вещью и так нести его. Очень это было неудобно и утомительно. Иногда, если выходил на тропинку, Пафнутий клал узел на землю и пытался катить его. Наконец, весь измучившись, добрался до озера.
А Марианна с утра не находила себе места от нетерпения. Уже давно наловила для медвежонка рыбу, а его все не было. И когда Пафнутий наконец появился и набросился на рыбу, выдра в свою очередь набросилась на принесенную им непонятную вещь. Разглядывала ее, обнюхивала, по земле катала и даже пыталась откусить. И вся извелась от любопытства, потому что так и не могла понять, что же это такое.
– Да кончай же есть! – подгоняла она Пафнутия. – Никак не пойму, что это. Снаружи вроде бы мягкое, а внутри что-то твердое. Надо до середины добраться. Помоги же мне! С десертом управишься потом.
Пафнутий как раз добрался до сочных побегов тростника. Наскоро проглотив их, он поспешил к Марианне и занялся принесенным узлом. Хватило один раз провести острыми когтями по ткани – и она порвалась. Провел еще раз, и еще… И вот оба они с Марианной уже сидят над жалкими драными лоскутьями узла и тяжелой жестяной банкой, плотно закрытой крышкой.
Марианна не находила слов от возмущения.
– Ну, знаешь! – кипятилась выдра. – Выходит, самое главное спрятано внутри этой жестянки, а я так и не знаю, что это!
Пафнутий озадаченно чесал в затылке.
– И я не знаю, – огорченно признался он. – И вообще не разбираюсь в делах и привычках людей.
Оба они так были поглощены таинственной жестянкой, что даже не заметили, как к ним подкрался рыжий лис. Он уже давно издали наблюдал за всеми действиями Пафнутия и Марианны, а теперь решился подойти к ним поближе, потому что и его заинтересовала непонятная жестянка. Лис был умный, опытный и очень осторожный. Хотя он прекрасно знал и Пафнутия, и Марианну, все же не сразу решился подойти к ним. Звали лиса Ремигий.
– Ну и ну, – тихонько произнес Ремигий. И хотя он сказал свое насмешливое «ну и ну» очень тихо, медвежонок и выдра услышали и повернулись к нему.
– А, Ремигий, привет! – поздоровалась Марианна. – А ты что здесь делаешь? В наших краях ты редкий гость.
– Пришел искупаться в озере, – ответил лис. – Уж очень я запылился, вон какая сушь стоит. Давно наблюдаю за вашими действиями. Что за представление вы тут устроили?
Марианна и Пафнутий объяснили лису, что они делают и откуда взялась жестянка. Ремигий вышел из-за куста и внимательно осмотрел ее.
– Ну и ну! – веско повторил лис, со знанием дела обследовав непонятный предмет. – Если эта вещь принадлежала людям – а она им принадлежала, ибо человечий запах ощущался явственно, – то могу гарантировать – внутри что-то есть. Уж поверьте моему опыту. Людей я знаю хорошо, вижу их часто, так что все привычки их мне прекрасно известны. Они просто обожают такие вещи, которые ни за что не разгрызешь. А внутрь имеют привычку прятать самое главное.
– Съедобное? – поинтересовался Пафнутий.
– Главным образом съедобное, – подтвердил лис. – Самое вкусное. И ни за что не достанешь!
– Нет, здесь ничего съедобного не запрятано, – возразила Марианна, тщательно обнюхав банку.
– Это неважно, – заявил Пафнутий, который только что насытился. – Главное, что-то там внутри спрятано.
– Делайте, что хотите, но я должна увидеть, что же там внутри! – категорически заявила Марианна.
И они с Пафнутием уставились на Ремигия, который лучше всех знал привычки и обычаи людей и мог дать ценный совет. Ремигий не подкачал.
– Обычно такие вещи открываются, – сказал он. – Люди открывают их, кладут что-то внутрь и потом плотно закрывают. И опять открывают, когда захотят. Пафнутий, а ну-ка сожми эту жестянку как следует!
Пафнутий двумя лапами взял жестянку и легко ее сплющил. Но жестянка все равно не открывалась. Чего только не делали Марианна, Пафнутий и лис, чтобы ее открыть! И стискивали изо всех сил, и по траве катали, и зубами грызли – ничто не помогало. Наконец Ремигий, как самый опытный в обращении с человеческими вещами, посоветовал ударить по жестянке чем-нибудь твердым. Пафнутий приволок большой камень и трахнул им по жестянке.
Вот тут жестянка не выдержала и разломалась на две части. И тогда все увидели, что внутри жестяной банки находились какие-то странные вещи: очень твердые, разноцветные, сверкающие. Были они маленькие, и было их очень много. Мелкие блестящие предметы рассыпались по траве и засверкали в солнечных лучах.
Марианне эти чудесные вещицы понравились невероятно, и она принялась сразу же играть с ними. Переворачивала лапками, прихватывала зубами, бросала в воду и, нырнув, вытаскивала их на берег.
– Ах, как хорошо! Ах, как хорошо! – приговаривала выдра. – Как я рада! Как я довольна! Наконец-то я знаю, что люди закапывают под деревьями. Очень красивые вещи закапывают, хотя и несъедобные, и неизвестно, на что они годятся.
Ремигий с очень умным и глубокомысленным видом сидел над кучкой непонятных предметов, стараясь определить, что же с ними делают люди и зачем они им. А Пафнутий сидел рядом и терпеливо ждал, к какому же выводу придет хитрый лис, всецело полагаясь на его опыт.
И вот наконец Ремигий изрек мудрые слова:
– Полагаю, ты нашел клад, Пафнутий. Во всяком случае, мне доводилось слышать, что люди называют так очень ценные для них вещи, которые они прячут от других людей.
– Клад? – воскликнула выдра. – Ах, как интересно! Расскажи об этом подробнее, Ремигий!
– Такие блестящие игрушки люди очень ценят, – пояснил Ремигий. – Они называют их сокровищами. В обмен на такую маленькую штучку они могут получить все, что захотят.
– И съестное? – удивился Пафнутий.
– И съестное тоже. Много съестного, самого вкусного. А некоторые из людей, главным образом женщины, нацепляют их на себя и так ходят, а другие женщины им завидуют. Не у всех людей есть сокровища.
– И один человек может собрать такую уйму драгоценных вещей? – удивлялась выдра, глядя на рассыпанные по траве драгоценности.
– Не знаю, – честно признался Ремигий. – Но сомневаюсь. Сдается мне, что все эти вещи украдены.
– А почему тебе так сдается? – хотел знать обстоятельный Пафнутий.
– По опыту, – признался лис. – И уж поверьте мне – у меня большой опыт по части краж. Если кто-то пытается спрятать что-то так, чтобы этого никто не увидел, наверняка прячет украденную вещь.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?