Читать книгу "Обскур"

Глава 7

КУКЛА

Я просыпаюсь от проклятого свиста, и кожа мгновенно покрывается мурашками. Тело маньяка давит сверху, а его ладонь зажимает мой рот, как утром после душа…

– Ты ведь помнишь, что будет, если попытаешься кого-нибудь позвать?

Я киваю в ответ и сглатываю вязкую слюну. Аромат леса и крови окутывает, удушая своей интенсивностью.

– Скажи, – требует Ворон, убирая руку, – что случится?

– Ты убьешь нас.

– И ты понимаешь, что не сбежишь от меня, не спрячешься? Если ты захочешь скрыться, я найду тебя. Я буду преследовать тебя везде, даже в твоих кошмарах. И поэтому сейчас ты будешь хорошей Куколкой, не так ли?

Снова кивок и снова требование:

– Говори.

– Да.

– Что «да»? – Его голос звучит напряженно, будто Ворон начинает злиться.

– Я буду твоей послушной Куколкой, – едва слышно произношу я.

– Вот так, умница, – хвалит он. – Ты ведь хочешь поиграть?

Нет! Иди в бездну!

Приходится прикусить щеку, чтобы не закричать от отчаяния, злости и страха. Вместо проклятий вслух я отвечаю:

– Очень хочу…

– Плохо. Ты должна заставить меня в это поверить, иначе непослушную Куколку ждет наказание.

Я напрягаюсь, представляя, что может придумать этот псих, и по привычке впиваюсь зубами в губу. Легкий укол боли помогает мне держать ум холодным, а соленый привкус во рту…

Морок!

Опять! Я полная дура, раз не запомнила с прошлой ночи, что нельзя так делать!

Незажившая толком кожица легко лопается, ранка пульсирует и щиплет, а Ворон громко втягивает воздух и выдыхает его вместе с тихим стоном. Этот ублюдок обожает кровь, а я предоставила его любимое блюдо как по расписанию. Ну что за дура!

– Неплохо… Вот теперь почти верю, Куколка, – хрипит он.

По лицу скользят длинные пряди, щекоча, Ворон явно наклоняется ближе, пока кончики наших носов не сталкиваются. Он хмыкает и слизывает капельки выступившей крови. Я издаю тихий неясный звук, пытаясь хоть как-то выразить свой протест. Но проклятого маньяка это мало беспокоит. Он втягивает мою губу в рот и посасывает ее. Наконец мучительно медленно Ворон отстраняется, задевая зубами царапину, и бормочет:

– Какая хорошая игрушка… Умница…

Он почти лежит на мне, а его руки исследуют каждый изгиб невесомыми касаниями, которые постепенно становятся все более настойчивыми. До того, как я успеваю о чем-то подумать, его язык толкается внутрь. Он движется так, будто пытается трахнуть мой рот. Почему-то эта мысль будоражит так же сильно, как чужой стон, тонущий внутри моего горла и отзывающийся где-то внизу живота.

О нет!

Нет!

Я не буду возбуждаться!

Пытаясь совладать с собой, я цепенею, не отвечая на поцелуй. Ворон фыркает, но отстраняется. Он прижимается ртом к моему декольте так, что кожей я ощущаю его ухмылку и шепот:

– Мы с тобой еще даже не начали, Куколка.

А затем все прекращается. Хлопок окна сменяется тишиной.

Похоже, сегодня Ворону хватило нескольких капель…

***

Утром заезжает Ринда. Сбивчиво и быстро она рассказывает, как проходит сессия. Я жадно ее слушаю, потому что это отвлекает меня от мыслей о Вороне. У меня нет контроля над ситуацией, из-за чего каждая минута наполнена мучительной тревогой. Есть слабая надежда на Сагу и информацию, которую она может откопать. Впрочем, едва ли подруга принесет список того, что делать, когда тебя преследует убийца с маниакальным стремлением «поиграть»…

После отъезда Ринды меня сжирает ужас перед предстоящей ночью, потому на починенный дверной звонок я реагирую, как на оглушительный выстрел. Тело вздрагивает, пальцы впиваются в диванную подушку, слышатся спешные шаги Хильде и глухие разговоры издалека. Знакомая манера и тон визитера напоминают Эйнара, но с приближением гостя становится ясно, кто это на самом деле…

– Госпожа Силдж.

– Детектив Куана? – Я выгибаю бровь, изо всех сил пытаясь сдержать порыв сбежать и спрятаться где-нибудь под столом.

– Он хотел с тобой поговорить, уточнить что-то, – вздыхает Хильде, а затем обращается строже, явно к нему: – Клянусь, если ты будешь давить на мою племянницу, на следующий Лоннат16[16]16
  Лоннат – праздник середины осени, когда принято почитать своих предков, выставляя их изображения в доме на виду, и чествовать их подношениями. Считается, что в ночь Лонната граница между миром мертвых и живых истончается.


[Закрыть] я взову к твоей бабке, чтобы она покарала тебя!

Слышится растерянное хмыканье, а я нервозно еложу по дивану. Почему тетя обращается к нему так фамильярно?

– Уверяю, госпожа Варди, этого не потребуется.

Хильде фыркает совсем близко. Видимо, она встала у дивана.

– Несколько уточнений, госпожа Силдж, если позволите.

Я киваю, нервно покусывая губу, но быстро одергиваю себя. Вдруг этот Куана – мой Ворон?

– Вы говорили, что на вас напал молодой высокий мужчина с длинными волосами, предположительно вакан, верно?

– Да. К чему переспрашивать?

– Обычное уточнение. Возможно, вы смогли припомнить что-то еще. Что-нибудь важное.

На языке вертится предложение проверить нашего соседа, но…

– Нет, ничего.

– Что насчет голоса? Сумеете различить?

Мне ужасно хочется снова прикусить губу, поддавшись дурной привычке, но я сдерживаюсь. Почему детектив решил спросить именно об этом? Не потому ли, что считает, будто в его собственном голосе угадывается голос Ворона?

Такие рассуждения подкидывают сухих веток в костер разгорающейся подозрительности. Тем не менее удается довольно спокойно ответить:

– Не уверена. Кажется, у всех ваканов похожая манера говорить.

– Это так, – подтверждает Куана. – Мы непроизвольно немного понижаем тональность и произносим некоторые слова… специфически. Может, вы сумеете вспомнить что-то еще? Любую зацепку.

Я качаю головой:

– Сожалею, нет.

– Понятно, но ничего. Вы уже умница…

От похвалы у меня трясутся руки. Это так похоже на проклятого Ворона!

– …и отлично постарались. Надеюсь, вы скоро выздоровеете.

Слова Куаны словно жуткое напоминание о том, что как только я прозрею, Ворон убьет меня… От подступающей паники меня начинает подташнивать. К счастью, то ли грозный взгляд Хильде, то ли дела вынуждают детектива быстро покинуть дом. Его короткий визит поднимает новую волну беспокойства, и я нервно жую печенье, чтобы чем-то себя занять.

– Почему ты сказала про его бабушку? – приходится допытываться мне, когда понимаю, что тетя не настроена обсуждать нашего гостя.

– Куана жил тут раньше, когда был маленьким, – вздыхает Хильде, – а я еще с родителями здесь была, ну и потом тоже приезжала. У нас район такой, что все всех знают. Дружбы особой я с его родителями не водила, но ставила уколы его бабуле, когда та болела.

Меня это не слишком удивляет… Иногда складывается впечатление, что тетя знает вообще весь Сахем. Мама шутила, что у ее сестры магические дары разговорить даже труп, сдружиться хоть с монстром и помнить по именам всех, с кем она встретилась взглядом. Не думаю, что меня сильно поразит, если выяснится, что и мой Ворон знаком с Хильде…

– Но детектив старше меня? – спрашиваю я.

– Да. Не помню, в какой год родился, но точно раньше тебя, он уже бегать умел, когда ты в пеленках лежала.

– А… В его внешности есть какая-то особенность?

– В Сахеме много ваканов, – медленно начинает Хильде, – в этом районе еще больше. Но ты не можешь подозревать всех их только потому, что один из них совершил нападение.