Текст книги "Ловушка для принцессы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lovushka-dlya-princessy-54104.jpg)
Автор книги: Ирина Хакамада
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Ваше полное имя? – последовал мой следующий вопрос.
– Адарина Илери, – ответ был дан с трудом, но она все же произнесла это.
– Целью являлись алмазы?
И вот тут она меня удивила:
– Оракул…
Мы с Хантром повторно переглянулись.
– Гоблины взламывают хранилище? – задала я главный на данный момент вопрос.
– Да…
Я откинулась на спинку кресла, сцепила пальцы, стиснула зубы. Паника! Если кесарю станет известно об оракуле – отец не выживет. Меня наш великий, может, и пожалеет, но отцу несдобровать!
– Ваше высочество, – тихо позвал Хантр.
– Допросить, потом убрать! – скомандовала я офицеру и стремительно поднялась.
– Ваше высочество.
– И всех сопровождающих. Исполнять!
Я не взглянула на аристократку, которой только что подписала смертный приговор. Я не могла поступить иначе! Просто не могла.
Камеру покидала под рыдания и мольбы, и от этого на душе стало совсем паршиво. Паршиво было и от осознания того, что смертей в эту ночь будет гораздо больше.
Взбегая по ступеням к покоям Динара, я искренне была рада тому, что не останусь один на один с нерадостной действительностью. Подойдя к его спальне, уверенно прошла мимо остолбеневших при моем появлении стражников, толкнула массивную дверь и остановилась на пороге. А рыжий спал. Вольготно устроившись поверх покрывала, в одних брюках, закинув левую руку за голову, а в правой, лежащей вдоль тела, сжимая кинжал. Все ракарды спят в этой позе?
Медленно подошла к постели и негромко позвала:
– Динар…
– А еще девушка из королевской семьи, – отозвался даллариец. – Кат, тебя не учили, что входить в спальню мужчины по меньшей мере неприлично?
– Этот урок этикета я пропустила. Динар, у меня к тебе предложение.
– Да? – Он открыл глаза. – Я согласен!
– Я еще не озвучила предложение.
– А зачем? – Хитрый взгляд приоткрытых глаз. – Мне и так все понятно.
– Какой ты… понятливый. – Осторожно присела на край постели. – Динар, мне не хотелось бы прибегать к твоей помощи, но сейчас в этом есть существенная необходимость.
– Да какие вопросы, я весь к твоим услугам.
В следующую секунду рыжий стремительно поднялся, схватил меня, уложил на кровать и устроился сверху. Прежде чем я успела выразить все, что думаю по поводу его поведения, открылась дверь. Мы с Динаром разом повернулись в сторону вошедших.
– Я же сказал, лучше не беспокоить, – произнес первый, один из стражников рыжего.
Вторым вошедшим оказался Хантр. Глаза его значительно увеличились, и я даже понимала почему, но мой верный офицер взял себя в руки.
– Допросить не удалось, – хрипло произнес Хантр.
– Остальные? – сдавленно спросила я.
– Яд. Противоядие должны были получить в полночь. Не дошли до места назначения – не получили, – лаконично объяснил офицер.
– Демоны преисподней! – Я попыталась оттолкнуть Динара, тот сам поднялся, подал руку, помогая встать. – Хантр, собирайте людей, мы выдвигаемся немедленно.
И вот тут офицер бросил красноречивый взгляд на рыжего.
– С нами, – приняла я решение, за которое папочка не похвалит.
– Это нарушает королевский приказ, – возразил Хантр.
– Приступайте к исполнению моего приказа, – с нажимом повторила я.
Едва за Хантром закрылась дверь, Динар начал одеваться. Молча, без вопросов, с обреченным видом. Это он у меня совесть пробудить пытается. Зря, нет у меня совести.
– Женился бы на Лориане, и проблем бы не было! – обиженно сообщила я рыжему.
– Кат, – он сел, начал натягивать сапоги, – мне не нужна Лора.
– Динар, это обычный династический брак, связывать себя узами с избранным кандидатом тебе все равно никто не позволит – ты правитель Далларии, на тебе ответственность, а для любви заведешь себе любовницу, и не одну.
– Ты так спокойно об этом говоришь… – Он поднялся и теперь крепил на пояс перевязь с мечом, – а если у твоего супруга будут любовницы, как тогда?
Ох, Динар… если бы моим мужем был Аршхан, я бы не потерпела ни одной… Но ты орк, а даже если и не орк, то весьма темная лошадка, и в результате меня ждет-таки брак с консортом.
– Знаешь, мне сейчас не до этических вопросов, – тихо ответила я.
– Понимаю. – Рыжий собрал рыжие волосы в хвост, закрепил ремешком. – Какая уж тут этика, если ты хладнокровно присутствуешь при пытках женщины.
– Ты меня осуждаешь?!
– Я? Как я смею осуждать сиятельную Катриону? – Динар усмехнулся и подошел. – Кого еще ты собираешься отправить на тот свет этой ночью?
Я вдруг улыбнулась и поняла, что этой ночью одна не останусь. И вообще массовое побоище можно будет доверить рыжему, и просто не участвовать в этом, и…
– Опять целоваться будем? – заметив мою улыбку, спросил Динар.
– Ну уж нет! – Я направилась к двери. – Ненавижу магию, а то, что было на поляне, иначе не назовешь.
Напряженная тишина позади вынудила обернуться. Динар пристально смотрел на меня каким-то изумленным взглядом. Он же и произнес:
– Кат, у тебя ведьмы в роду.
– Я решу и эту проблему.
– Отправишь сестричку на тот свет вместе с алтарем?
– Я сказала, что решу данную проблему, а не избавлюсь от нее!
– А-а, это меняет дело, – Динар улыбнулся. – Кат, а что бы ты сказала, если бы я сообщил, что и ты не лишена примеси магической крови?
– Что ты идиот, рыжий! – искренне ответила я.
– А наш поцелуй и тот сон, что охватил гоблинов, ты относишь к признакам идиотизма?
– Нет! К последствиям сна!
Молчит. Я тоже. Ждет моих слов. Буду молчать. Это не та игра, в которую я готова играть с Динаром, потому что в области магии он заведомо сильнее. Вот на политической арене у меня шансы есть, а тут…
– Время, – объявила я перемирие, – эта ночь не будет тянуться бесконечно, а завершить все необходимо до рассвета.
– Что, гоблины обычно нападают по ночам?
– Именно.
И мы все же покинули его спальню. Во дворе уже ожидал Хантр, большая часть гарнизона, мои люди. Резкий свист Динара – и через несколько минут его отряд присоединился к нам. Я осмотрела воинство и огласила план:
– Королевские советники в Верейске предали Оитлон. За измену выносится только один приговор – смертная казнь. Именем короля Ароиля, властью, переданной мне моим царствующим отцом, повелеваю…
К концу моей речи спину прямо-таки прожигал взгляд Динара, но это были мелочи. Я вынесла приговор всему городу! Всем. Без жалости и без сожалений. Этой ночью Верейск будет стерт с лица земли, осенью мы начнем строительство нового города. А сейчас предстояло запустить древний механизм сокрытия важных государственных тайн.
– Ну ты и… – прошипел Динар так, чтобы услышала только я.
Увы, Хантр испортил весь мой образ жестокой правительницы.
– Эвакуация мирного населения нижними путями?
Динар заткнулся, роптавшие далларийцы также.
– Нет, – я оглянулась на рыжего, – лучше по горам и соответственно к крепости Ронгат. Спасательная операция под вашей полной и безоговорочной ответственностью, казначей Лотс.
Мой доверенный чинно поклонился.
Я извлекла карту и мирно потопала вперед, обходя крепостные строения.
– Кат, – Динар торопливо догнал, – объяснись!
– Мы идем уничтожать город, – спокойно пояснила я и тут же споткнулась, слишком углубившись в изучение карты. Рыжий поддержал, и пришлось сказать «спасибо».
– Кат, как это – «уничтожать»? И что за история с эвакуацией?
– Увидишь. – Я остановилась, услышав плеск воды внизу. Это стражники под руководством Хантра избавлялись от тел самоубийц. Вспомнила лорийку, стало как-то нехорошо.
– Они в любом случае не выжили бы, – неожиданно решил успокоить Динар.
– Знаю… а все равно гадко на душе.
Мы дошли до отвесной скалы. Темная твердыня исчезала в ночном небе, где-то в вышине выл ветер, внизу, во рву, огораживающем крепость, бурлила вода… Там плотоядные рыбы весело поедали трупы. Замечательные рыбки – подарок кесаря на мое шестнадцатилетие. Жуткие твари с землисто-коричневыми телами, блестящими глазками и зубастые в придачу. Мне их поднесли в полукруглом стеклянном сосуде. Отец тогда с трудом сдержал брезгливое выражение лица, я благодарила посланника кесаря с выражением бесконечной признательности. Посланник приказал слуге достать рыбку… Одно из самых жутких зрелищ моей юности – вода вспенилась, покраснела, слуга заорал и с трудом вытащил из сосуда руку, от которой осталась только кость… И все же это был подарок кесаря, и мне пришлось снова вежливо поблагодарить айсира Иленари, хотя единственным желанием было упасть в обморок после увиденного. Увы, уже тогда я не могла себе позволить подобного проявления слабости. Но со временем подарок кесаря я оценила по достоинству – рыбки действительно были чудесными. Правда, использоваться могли только в закрытых водоемах, так, чтобы ни при каких условиях не проникли в реки и озера Оитлона. Их разводили под моим чутким руководством, а после применяли для крепостных рвов.Такую водную преграду переплыть уже не мог никто! Однако после достопамятного случая слуги опасались открывать, трогать или просто даже смотреть на подарки, полученные мной от кесаря. А они были – каждый год после моего пятнадцатилетия, неизменно в час рождения, то есть на закате. В семнадцать я получила перо Фахеши… его силу поняла спустя всего несколько дней – торговец, поставивший им подпись и нарушивший условия соглашения, сгорел в буквальном смысле. В ярком таком пламени.
– Долго мы тут будем стоять? – Динар подошел ближе. – И долго ты молчать будешь?
– Ждем остальных, – ответила я на первый вопрос. – Далее следуем по второму пути, вторгаемся в город. Убиваем наместника, советников, лорийцев, которые, несомненно, там будут. В это время солдаты крепости выведут всех из рабочего и торгового кварталов и уведут по горной тропе, ее нет необходимости держать в секрете. А после… – Я глубоко вздохнула. – Мы откроем доступ в город гоблинам. Они довершат дело с убийствами, затем обрушим плотину, и Верейск будет уничтожен. Мы же возвращаемся через первый путь. Все.
Некоторое время Динар молча смотрел на меня и все же задал вопрос:
– То есть план уничтожения Верейска существовал изначально?
– Четыре плана. Город был спроектирован с учетом того, что в любой момент его потребуется стереть с лица земли, а после Готмира мы предпочитаем использовать более эффективные способы, чем магия.
– Полог очень даже эффективен, – возразил рыжий.
– Да, эффект превзошел все ожидания! Но как-то больше не хочется иметь столь же непреодолимые… последствия.
Хантр уже выстроил солдат гарнизона, далларийцы построились сами. Лошадей не брали, но у каждого оитлонского солдата имелся заплечный мешок с увеличенным запасом продовольствия. Им идти не менее семи суток, а количество продовольствия следовало брать в расчете и на рабочих.
– Солдаты реагируют спокойно, – отстраненно заметил Динар, – и часто у вас такие ситуации?
– Учения проводятся шесть раз в год, – я невольно улыбнулась, заметив его обескураженное выражение лица, – у вас не так?
– Женщина, цены тебе нет, – даллариец улыбнулся, – и где тайный проход в стене?
Взглянув на Хантра, дождалась его сигнала к действию. А после пришлось сделать то, что не было особо приятным. Подойдя к отвесному склону скалы, я оцарапала ладонь и приложила ранку к породе. Яркое синее свечение показало, что доступ мне разрешен, и в следующую секунду скала содрогнулась, открывая проход.
– Ка-а-ат, – прошептал Динар, – это магия!
– Только на первом этапе. – Я, терпеливо ожидая возможности двигаться вперед, стояла, все так же держа ладонь.
– Ты же ненавидишь магию, – поддел рыжий.
– Динар, ты людей любишь?
– Не особо.
– Но используешь.
– Куда же я денусь.
– Вот и у меня та же история с магией.
Щелчок гулом разнесся в ночи. Вступив в открывшееся пространство, я стремительно набрала королевский код, с силой двумя руками вдавливая каждый нужный камень в кладке. С последним вышли сложности – никак не желал продавливаться. Шорох едва слышных шагов, и одна рука Динара обвила мою талию, отодвинув меня от стены, второй он с легкостью довершил то, на что у меня сил не хватило. И вот теперь вся скала содрогалась, открывая этот проход и все, следующие за ним.
– Спасибо, – я мягко освободилась, – поторопимся.
Едва мы вошли в тоннель, по пути нашего следования начали вспыхивать факелы. Динар шел рядом со мной, возглавляя колонну воинов, и с интересом разглядывал сводчатые потолки, желобки с горючим веществом, сами масляные факелы.
– Магия? – Голос его вдруг стал сиплым.
– Механика. – Мне нравился вот такой изумленный рыжий, у которого в глазах был какой-то детский восторг. – Это масло земли.
– Да?
– Ага. – Я подошла к желобкам, сейчас наполненным маслянистой жидкостью, которая опережала нас на сотню шагов. Окунув пальцы, растерла темную субстанцию, морщась от неприятного запаха. – Кесарь мне подарил… – озноб прошел по коже при воспоминании об очередном подарке нашего всемогущего.
– Мне кесарь никогда ничего не дарил, – Динар взял меня за руку и на ходу начал рассматривать мои пальцы. – Так что это? И почему черное?
– Масло земли, – терпеливо начала объяснять я, попутно достав платок и вытерев ладонь. – Добывается в разломах в землях пустынных кочевников.
– На юге от Либерии?
– Да, за Кантонской грядой. Мы закупаем его на шахтах кесаря, сливаем в глиняные амфоры, накрываем мокрыми шкурами, и быки их осторожно везут, а погонщики постоянно следят, чтобы шкуры не высыхали.
– К чему такие предосторожности?
Осторожно подойдя к факелу, я подожгла испачканный маслом платок и мгновенно бросила его на каменный пол. Пламя, радостно потрескивая, охватило ткань и с ревом усилилось, едва поглотило пропитанные маслом участки.
– Масло течет по желобкам, его поток поворачивает трут, трут поджигает факел, – объяснила я, уводя Динара от затухающего костерка дальше по переходу. – Когда же вход запечатывается, по желобу идет вода и гасит огонь.
Даллариец молча смотрел на стены, темные неспешные потоки земляного масла, на факелы, которые вспыхивали впереди.
– Для чего был построен этот ход?
– Мне сложно ответить. – Мы как раз подходили к развилке, и я сверилась с картами. – Что-то вроде убежищ периода войны с Прайдой. Нам направо.
И я свернула, уводя отряд за собой.
– Оитлон сопротивлялся власти кесаря? – недоверчиво переспросил Динар, отбирая у меня карту и вглядываясь в ее рисунок.
– Да, как видишь, не все из моих предков отличались разумностью. – Забрала карту обратно.
– Ты Уитримана, – задумчиво проговорил рыжий.
– Да, у дедушки не было наследников мужского пола, и свое имя он передал мне… хотя мама первенцем не являлась, – я пожала плечами. – Кстати, именно семья дедушки, находящаяся тогда у власти в Нордване, дольше всех сопротивлялась власти кесаря Ашеро.
Внезапно Динар замер. Мы были впереди всей колонны, но все же вслед за Динаром замерли и остальные, не рискуя подойти к нам ближе чем на двадцать шагов, дабы не нарушать беседу царственных особ.
– Рыжий, – позвала я, – идем, времени мало.
– Кат, – он странно смотрел на меня, – ты в курсе, что власти Ашеро отчаянно сопротивлялись орки, Даллария, Иллория, Нордван и Орхалон?
– Дела давно минувших дней. – Я потянула его вперед. – Динар, это было почти триста лет назад, и те события обросли легендами и преданиями. – Взглянув на него, в очередной раз поймала себя на мысли, что «любуюсь природой». – Например, вот скажи мне, сын Далларийских земель, кто был виновен в распаде союза и кто дольше всех сопротивлялся власти кесаря?
– Предатели – Иллория, а героически сражались до конца далларийцы и…
– У меня в корне противоположные сведения, – я позволила себе прервать его. – Даллария откололась от союза, и правящая династия была смещена. А сопротивлялся доблестный Нордван, более того, к нему присоединился Оитлон.
Динар замолчал и чуть сильнее сжал мою руку, поглаживая ее большим пальцем. После недолгого молчания едва слышно спросил:
– Кат, кто сейчас правит в Нордване?
– Я, – ответила и рассмеялась, – точнее, пока как бы отец, но фактически именно я являюсь наследницей. Дедушка настаивал на моем переезде в королевский дворец едва ли не с моего рождения, но… там вмешалась бабушка Велерея, мать моего отца, а после и кесарь. И я осталась в королевском дворце Ирани.
– А дед?
– Вскоре погиб на охоте… – Я запнулась.
Дедушку помнила плохо, но в каждый свой приезд в Ирани он уделял все свое внимание мне. И я помнила его добрые руки и встревоженный взгляд. А еще я помнила, что дедушка ценил все живое, даже найденного в покоях паучка бережно выносил и выпускал в саду. И в охотах никогда не участвовал… «Жизнь, Катриона, – это самая большая ценность. Не свобода, не гордость, не высокие идеалы – жизнь. Никогда не забывай об этом».
А много лет спустя, став фактически наследницей Оитлона, я поняла, что жизнь не стоит ничего! Только деньги и власть достойны внимания, уважения и устремлений… Но разве не о ценности жизни говорил мой шенге? И вот теперь остановилась я.
– Кат, что с тобой? – Динар осторожно обнял за плечи. – Катриона!
А я стояла и кусала губы, пытаясь успокоиться… Сейчас мы вторгнемся в Верейск… предателей казним на месте… и членов их семей также – нельзя оставлять врагов за спиной! Нельзя. Этот принцип я четко усвоила… А перед глазами картинка: сидящий на скале шенге и его слова: «Добро – это жить и не мешать жить другим»…
Я не отвечала Динару, и он вырвал из моей руки – да я и не сопротивлялась – карту и, передав ее Раву, приказал двигаться вперед.
Войско, гремя доспехами и вооружением, прошло мимо нас, растекаясь, как река, огибающая скалу… Когда шаги воинов отдалились, Динар осторожно развернул меня к себе, взял за подбородок и мягко, таким нежным голосом, которого я не ожидала от него, тихо спросил:
– Что случилось?
– Ничего, – проклиная все на свете, я подошла к нему ближе, почти прижалась, – просто я… я… там сейчас будут убиты люди… много людей… и я… я не могу…
– И это говорит женщина, которая собиралась кормить сестричкин алтарь преступниками? – при этих ехидных словах он улыбался, совершенно беззлобно. – Кат, это на тебя так орки повлияли? Что-то не помню я, чтобы в сердце наследницы Оитлона когда-то просыпалась любовь к ближнему.
Он обнял меня, сжал на мгновение, а затем заговорил, и это снова был несносный рыжий:
– Их смерть так необходима?
– Если кесарь узнает о добыче алмазов, у Оитлона будут проблемы, но, если узнает о наличии… семейной реликвии, у меня не будет отца!
Именно эти слова заставили взять себя в руки.
– Идем. – Я оттолкнула его и торопливо направилась вперед. – Время не ждет.
Рыжий догнал, остановил, развернул к себе и, наклонившись к моему лицу, прошептал:
– Я сам. Хантр знает имена?
– Да…
– Хорошо, займешься организацией эвакуации, а роль кары небесной для изменников королевства я беру на себя.
Властно взяв меня за руку, Динар стремительно пошел вперед. А мне вдруг вспомнилась одна легенда:
– Говорят, когда-то давно в Рассветном мире было много магов, – Динар сбавил ход, прислушиваясь к моим словам. – И всего пять архимагов: Тьмы, Синего пламени, Жизни, Алого пламени и Воды. Трое из них покинули людей, но они и не были людьми. А носитель Синего пламени и Жизни остались среди людей… но, когда началась Великая Битва, маг Синего пламени погиб первым, носители Воды и Тьмы не пожелали вступать в бой, и только маги Жизни и Алого пламени, взявшись за руки, противостояли Злу.
– Какому? – отозвался Динар.
– Всемирному. – Я улыбнулась. – Ну, знаешь, в каждом эпосе существует Великая Битва с Великим Злом, и обязательно присутствует пророчество о великих опять же спасителях.
– Знаешь, – рыжий взглянул на меня, – в моей стране тоже есть одна легенда… О существе, лишенном памяти. Оно умирало и возрождалось, что-то искало и никак не находило. Оно бродило по свету, не в силах согреться и назвать очередное прибежище домом…
– Угу, сказочку об одиноком орке еще поведай, – буркнула я.
– Сказку… – Динар задумчиво покачал головой. – Кат, а кого бы ты назвала великим злодеем в наше время?
– Кесаря, – искренне ответила я. – А что – велик, неубиваем, бессмертен и вся власть у него.
– Вот-вот. – Рыжий был все так же задумчив. – А орки воевать с ним отказываются.
– Я их понимаю!
Дальнейшей беседы не получилось. Мы подошли к выходу в Верейск, и я приступила к обязанностям наследницы. Расцарапав ладонь в очередной раз, открыла стену и замерла, услышав внизу крики.
Далларийцы первыми бросились к краю плато, Динар еще и грубо выругался, вглядываясь в происходящее, освещенное лишь уличными фонарями, а вот я…
– Стой, где стоишь, – хрипло приказал рыжий.
Игнорируя его приказ, я поспешила к спуску и была весьма грубо остановлена.
– Кат, – он развернул меня, оттащил от края обрыва и прижал спиной к стене, – там нет людей…
– Живых? – хрипло спросила я. И тут все поняла. – Они не дождались лорийку и открыли ворота для гоблинов…
Динар жестом подозвал Хантра и, едва тот подошел, хрипло спросил:
– Изменники могут знать обходные пути?
– Только по верхним горным дорогам. Я провожу.
– Рав, охранять Катриону.
Со мной осталось двое далларийцев и четверо из моей охраны. Остальные растворились в темноте спускающихся к городу веревочных лестниц. Я сидела, прижавшись спиной к скале, и слышала крики гибнущего города, вой атакующих гоблинов, резкие, четкие и уверенные команды Динара.
Сидела долго, потом осознала, что неизвестность убивает. Отойдя от стены, велела своим охранникам следовать за мной.
– Господин приказал ждать здесь, – возразил Рав.
– Я возвращаюсь в горные залы, – устало произнесла я и тут поняла, что все это время прислушивалась к голосу Динара, теперь неразличимому.
Остановить меня далларийцы не посмели и поспешили сопровождать, правда, это не входило в мои планы. Мы спустились на три перехода вниз, когда коридор впереди начал стремительно сужаться. Рав попытался пройти первым, но я остановила его жестом и, подойдя к небольшой двери в конце тоннеля, приказала:
– Ждать здесь.
Воин попытался возражать, даже шагнул ко мне. Упавшая с потолка решетка оставила и далларийцев, и оитлонцев за стеной, в буквальном смысле. Помахав им на прощание, я начала осторожно спускаться по спиралевидной лестнице, ведя рукой по стене. И не потому, что страшилась упасть, – мое прикосновение удерживало ступени. Если уберу руку, лестница превратится в крутой склон, по которому тело соскользнет на врытые в шахте копья, – отец показывал мне скелеты, истлевшие на остриях.
Впервые о хранилище я узнала в пятилетнем возрасте. Отец привез меня сюда, объяснил, что вход открывается лишь моей кровью и кровью моей матери. Для Лоры и отца путь был закрыт. И каждый год, едва краткая зима уступала место длинной весне, мы приезжали в Верейск. Тогда для отца это было острой необходимостью, но со временем создание сети шпионов, приносящих нужные сведения, позволило реже обращаться к оракулу. Теперь мы советовались с ним только по самым важным вопросам, которые полагалось держать в строжайшей тайне, ну и для контроля спрашивали кое о чем – проверяли иногда шпионские доклады. Доверяй, но проверяй, иначе нельзя. Открыв последнюю дверь, что вспыхнула предо мной огнем, я с улыбкой вошла в зеркальную комнату.
– Ты изменилась, Катриона, – прошелестел глас оракула.
– Все меняется, и я не исключение. – Невольно улыбнулась призрачной проекции давно отжившего мага. – Рада тебя видеть, Локар.
– Рад говорить с наследницей Оитлона.
Это потому, что видеть он меня и так всегда может.
– Покажи мне Динара Грахсовена, – попросила я, присаживаясь на холодную мраморную скамью у зеркального столика.
– В твоем списке иные имена. – Призрак ухмыльнулся, пугая красноватым отблеском пустых глазниц.
– Ими мы займемся позже.
Я достала листы из сумки, разместила их в порядке очередности задач. Динар искал ответы в этих именах, но ответов тут как раз и не было, ответы я желала получить сама. И, разложив бумаги, с чувством дикой тоски оглядела пространство маленькой круглой комнаты с зеркальными стенами, в которой отражалась сонная, расстроенная и такая жалкая я.
– Красота никогда не была твоим достоинством, – заметил оракул.
– Зато стареть не страшно. Во всем можно найти положительные стороны.
Выпрямив спину, расправив плечи и гордо вскинув голову, я вновь посмотрела на свое изображение – в гордой и властной девушке напротив уже не было ничего жалкого.
– Динар Грахсовен! – скомандовала я оракулу.
Вспышка, и во всех зеркалах по кругу отразился рыжий. С его меча густыми каплями стекала кровь… человеческая. Внизу у городской стены бесновались гоблины… А вдали виднелись отряды оитлонцев, выводившие выживших из города… И мне стало легче.
– Хантр! – был следующий приказ.
Городская ратуша, шесть трупов, и Хантр, выбивающий показания из толстенького мужчины со знаком градоправителя на толстой золотой цепи. И тут все ясно.
Сцепив руки, я отдала следующий приказ:
– Король Оитлона.
Через несколько мгновений зеркало отразило папу, и в ту же секунду я позвала:
– Отец.
Король вздрогнул, выставил секретарей из кабинета. Лично запер дверь, проверил окна, задернул гардины и шторы. Затем на его столе появился второй кристалл, такой же, как тот, что позволял оракулу существовать, и изображение отца стало ярче.
– Почему так долго?
– Возникли сложности, – так пришлось мне ответить.
– Какого характера?
– Горные гоблины, в огромных количествах. Верейск потерян.
– И кто?
– Все указывает на Илери.
– Разберись с этим.
– Хорошо.
– Но не убивать.
– Знаю.
– Что с далларийцем?
И тут я не смогла ответить сразу. С одной стороны, я была обязана рассказать отцу о произошедшем… о сне, в конце концов, о том, что Динар не подходит на роль супруга Лорианы, но… Я не была готова услышать: «Убирай его, он опасен!»
– В крепости Аргат выявлен факт измены, и капитан Эуран…
– Катриона! Подобные рабочие вопросы решаются в установленном порядке и не требуют моего королевского внимания! Разберись сама!
– Уже…
– Что с Динаром?
А призрак усмехался беззубым ртом, глядя на меня красноватыми пустыми глазницами. Каждый раз, спускаясь сюда, надеюсь, что это в последний раз… На мой взгляд, шпионы необходимую информацию предоставляют ничуть не хуже, а иной раз и в большем объеме.
– Утром я отправлюсь в Далларию, – внезапно произнесла я.
– Что?!
– Я считаю, что необходимо…
– Катриона! – отец позволил себе кричать на меня. – Катриона, как твой король и отец, я приказываю вернуться в Оитлон!
Это меня несколько удивило.
– Отец, – я даже пальцы сцепила крепче, – за те дни, что я провела в пути, что-то изменилось?
– Катриона, – на лице короля промелькнуло странное выражение, после чего он достал свиток из верхнего ящика стола и зачитал вслух:
– «Не слишком ли часто жизни и здоровью наследницы Оитлона угрожает опасность, айсир Ароиль? Считаю своим долгом напомнить, что кандидатура принцессы Лорианы никогда не получит моего одобрения в качестве правительницы вашего королевства. Также напоминаю, что клан Шеркаш фактически придерживается вооруженного нейтралитета в отношении Альянса Прайды. Было бы печальным даже предположить, что правящий род Оитлона способен на измену».
– Без подписи, – заключил отец.
– Кесарь, – озвучила я свое мнение.
Мы переглянулись. Где-то там, далеко от меня, окончательно рушился возведенный в мечтах хрустальный дворец нашей с Аршханом свадьбы. Странно, единственной моей эмоцией была легкая грусть…
– Ранее даже горцы в качестве кандидатов на трон консорта его не беспокоили, – протянула я.
– Как видишь, тут все дело упирается именно в клан Шеркаш.
Мы помолчали, обдумывая сложившееся положение. Я мысленно сравнила Динара и Аршхана… что же, сейчас, вдали от красавца ракарда, я откровенно побаивалась участи жены орка, пусть и такого замечательного. А потому резюмировала:
– Хорошо. Брака с Аршханом не будет, – и вроде все решено, а произнесла я это с трудом. – Что-то еще?
– Да… Лора.
Вскинув голову, я приказала оракулу:
– Принцесса Лориана, контакта с королем не разрывать.
Первое, что я услышала, был плач. Тихий, едва слышный, переходящий едва ли не в вой. И в зеркале отразилась Лора… вот только как она не была похожа на себя! Старая, невероятно старая Лориана!
– О духи преисподней… – прошептала я, едва увидела это создание… с залысинами, обвисшей кожей и красными воспаленными глазами. – Как давно это началось?
– Наутро, после того как ты покинула Оитлон с Динаром. Огонь ворвался в ее покои, но жег только ее… потом все прекратилось, а Лора… ты видишь, что с Лорой.
– Гильдия магов?
Отец молча развел руками.
– Это нужно остановить! – воскликнула я, негодуя.
– Катриона, возвращайся.
Я кивнула и, стараясь не обращать внимания на ухмылку призрака, начала зачитывать имена.
Около двух часов отец работал со мной наравне, а потом… Он ушел отдыхать, а я осталась здесь. Имя – проверка, и, если нет ничего подозрительного, идем дальше. За несколько часов выявилось семь фактов казнокрадства, три нарушения королевских границ. Ну и, так как время было ночное, я стала свидетельницей дюжины постельных сцен и парочки околопостельных исповедей… никогда не думала, что это удобное место для общения. Проверке подверглись крупные сановники, все министры, градоправители, руководители гильдий. Все, что требовало внимания, записывалось на листках под именами – мне важно знать, где копать, а далее будут действовать наемники. Кстати, о них…
– Гнев, – скомандовала в очередной раз.
Мой доверенный наемный убийца в этот момент полз по крыше к открытому окну… в зубах его был зажат нож – в общем, работает человек, молодец. Нужно перекупать его у Сотника, а если не продаст, тогда забирать самого Сотника и на его место ставить Гнева.
И вот когда с работой было покончено, я назвала имя, которое так хотелось произнести:
– Вождь клана Лесных Джашг…
Зеркало отразило лес: огромные яркие деревья, зелень, радующую взор, цветы и… бег. Быстрый, стремительный и легкий… Бег за убегающим оленем. Животное мчалось, перескакивая через деревья и валуны, через ручьи истаивающей зимы, а мой самый добрый папашка мчался следом, занеся копье и… И тут мне стало так тяжело и тоскливо, так горько и совсем одиноко, что, не сдерживая слезы, я прошептала:
– Папа…
И бег прекратился. Вождь остановился, опустил копье, и я увидела его огромную и такую добрую морду, самые ласковые глаза на свете… Шенге негромко произнес:
– Утыррка?
Вместо того чтобы ответить или даже просто удивиться, я заревела в два раза громче и надрывнее. Куда там Лоре, убивающейся по исчезнувшей красоте, я ревела так, что даже призрак закрыл несуществующие уши несуществующими руками. А я продолжала реветь, растирая слезы по лицу, и никак не могла ответить…
– Утыррка… – негромко позвал шенге, – шенге чувствовать боль…
– Ппа-а… пап-па… – Я не смогла больше ничего сказать.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?