Текст книги "В мире людей. Психологические эссе и символ-образы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/v-mire-lyudey-psihologicheskie-esse-i-simvol-obrazy-193031.jpg)
Автор книги: Ирина Летящая
Жанр: Психотерапия и консультирование, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Зарытый самородок
Никому на ум не придёт искать самородок в несвойственной для него среде, например алмаз в груде стекла. Подобное откровение стало шокирующим подарком для шестидесятилетнего именинника, спешащего поставить точку на пройденном пути.
Росший без отца с матерью, обладавшей буйным нравом, он пятнадцатилетним сбежал от конфликтов в самостоятельность, рано приобщившись к заводской жизни. А свои бесценные ресурсы – дар созерцания, тонкую чувствительность, сильный интеллект – закинул за ненадобностью на чердак своих недостатков.
Шаржированный вариант своей матушки он взял в супруги – точнее она, броско окрашенная ваза с ненасытным брюшком, из потребности замужества заглотнула его. И, оказавшись на скользком дне в одиночестве и полумраке, он изнутри познал всю муть её стервозного характера. Попав под директивную пяту, он со временем свыкся и научился жить её вещизмом, смотреть на мир чрез призму её искажений. Под жёстким контролем он порциями получал воздух и свет и, померкнув душой, превратился в зависимого исполнителя трудового, супружеского и родительского долга. Вялые бунты, вызванные его отчаянием, давились на корню силой, ором или затыкались подарками. А редкие связи с другими женщинами даже не считались изменами, просто он сбрасывал через них накопленное напряжение. И ни одной, разглядевшей в нём алмаз, он не поверил. Нашпигованный страхом, он всегда возвращался под крыло своей неотразимой и любимой хищницы.
Проживая чужую жизнь с чуждыми целями, он давил в себе гнев, который повторными инфарктами взрывался в его сердце. Тем не менее, теряя себя, однолюб крепко держался за сытый живот и организованный быт. А когда сквозняк крупных неурядиц снёс вазу с пьедестала, он оказался среди кучки обиженных стекляшек. Взяв ответственность за семью, он расправил грудь и уверенно задышал. И в лучах яркого солнца он удивился игре света, исходящего от него, задумавшись о своём предназначении.
И сейчас он пьёт, как пил, и дальше будет пить, чтобы, глотнув родной сорокаградусной, душой зависнуть в мироздании. И там он видит отчий островок, где тихий мальчик, полный вдохновения, рисует счастье на песке. И, продолжая напиваться, он жизнь готов свою отдать, чтоб с ним на острове остаться и заново свой путь начать.
30.03.2008 г.
К цели марширующая
Она быстро превратилась в солидную тётю. И по идее должна быть довольна, ведь своих коронных задач она достигла. В тридцать семь лет у неё есть престижная работа, дом и полная семья. И её тело раздулось как на дрожжах от начальственной важности, стабильных денег и интимного табу.
Выросшая в непритязательной рабочей семье, она, казалось, с детства запрограммировала себя на финансовый достаток. Со средними показателями во всём, лишённая внешней эффектности, она превзошла многих в упорстве по достижению целей. Сверхпрактичная, с земными интересами, она расчётливо взбиралась вверх, заранее выбирая надёжные ступени.
Со школьных лет она подыскивала себе мужа, пугая ребят своими назойливыми ухаживаниями. А брак в зелёной молодости (правда, в нём родился первенец) она сочла пробным. Ведь искушение похозяйствовать в собственном углу было столь велико, что она временно закрыла глаза на мелкого, пассивного, как мебель, мужичонку. Активно ищущая, пачками перебирающая претендентов, она всё-таки урвала давно знакомую жертву. Прибрав бесхозное тело к своим рукам, она туго забинтовала его заботой и громогласно потребовала надеть кольцо на её «достойный» безымянный палец. А после годами усиленно пыталась «выжать» из себя второго ребёнка, дабы укрепить свой шаткий брак. И теперь у неё всё как у людей. Только её вторая половина, подвергшаяся карьерному росту, всё чаще важничает и скалит зубы на её директивный тон. А ещё, требуя понимания, достаёт с каким-то сексом, от которого у неё одна бессонница и головная боль.
Одержимая успехом, она переступает через потребности близких и при этом испытывает всё большую неудовлетворённость собой. И лишь хмелем подбодрённый разговор со школьной подружкой прощальной искоркой с давно задутого пепелища вспыхивает в её уставших от самой себя глазах. Но, безжалостная к своей душе, она продолжает маршировать, ведь впереди ещё много целей, и кто, если не она, способен их достичь.
31.03.2008 г.
Перед выбором
Что делать? Шагнуть в рассвет или зябнуть в тени, завистливо наблюдая за мозаикой жизни? Надо торопиться, наступающее сорокалетие ремнём стегает неуверенный разум. Она в замешательстве.
Что выбрать? Формальную семью, в которой она много лет течёт бездумной водичкой по подготовленным желобам? Или апробировать жизнь на своей достаточно холёной шкуре? Отсиживаться дальше под крышующей мужской ладонью с запахом табака, денег и агрессии или рвануть к свободе? Она привыкла жить в ненависти к нему, такому грубому, лишённому романтики, но стабильно загоняющего монеты в лузу материального благополучия.
Она играет в борьбу за независимость, тысячи раз собираясь уйти от него и продолжая при этом выцарапывать дорогие подачки. Вечно неудовлетворённая, скованная страхом, она слишком долго ждёт подходящего момента. Будучи привлекательной, она отказывается от близости с приятным мужчиной, не понимая интимности, а любопытство гасится страхом поражения.
Почему так трудно сделать первый шаг к полноценной жизни, где можно быть, а не казаться? Где можно вызреть через неудачи, усмирить гордыню, порадоваться первым победам, оттаять душой и телом, встретить его, впустить в себя и забыться от счастья до самого рассвета…
02.04.2008 г.
Добровольный узник
Он забыл в себе мужчину, став пажом у надменной особы. Поскольку ростом невелик и коренаст, то выглядит он старше своего возраста и в двадцать восемь годков-летов имеет небольшое, затухающее от конкуренции производство, захватившую его волю сожительницу и пивком взращённый животик.
Активный, он озадачен поиском монет, поэтому хватается за любое дело, копейкой оседающее в кошельке. Отсутствие образования и должных связей выделяет ему малую нишу, на которой он пытается развернуться по-крупному – и закономерно терпит фиаско. Неуверенный в себе, он не ставит достойных целей и, кажется, живёт для того, чтобы, имея деньги, не пропасть в завтрашнем дне.
А с женщинами ему всегда не везло. И дело даже не в сером обличье. Крайне нерешительный, скупой, без доли романтики, он оставался один уже на втором-третьем свидании. И, не найдя отклика в сердцах ровесниц, его жадное нутро зацепилось за крюк более опытного рыболова.
Исполненная высокомерия, она предстала перед ним королевой и буквально заставила целовать себе ноги. Её лицо, подобно цветку на кактусе, восхищало яркой красотой и отвращало от себя зловонием табака и алкоголя. Со среднеспециальным образованием ей хватило ума подколоть золотую жилу и тянуть из неё стабильный доход. Независимая, она манипулятивно держит полуоткрытым свой карман, из которого пахнет деньгами. И, следуя за знакомым запахом, он готов заискивающе вилять хвостиком и танцевать на задних лапках в ожидании шмата счастья. Ну а комната в завалящей общаге, неуживчивый нрав, фригидность и бесплодие – достойное приданое «Её Величества».
В своём дуэте они поменялись полами. Она, всем недовольная мужланка, грубо басит на него, раздавая пинки и пощёчины. Он же угодливой нянькой служит у неё на посылках и умудряется за всё чувствовать себя виноватым. Ведь даже беременность не наступает, потому что его мелкий буравчик много спит и вяло работает. И кажется, их объединяет только одна любовь – к хрустящим купюрам, ради которых они вязнут в болоте кредитов и пока не топят друг друга.
Правда, случай улыбнулся ему и закинул в уютные хоромы примадонны. Там было всё: и романтичный ужин при свечах, и страстный секс, и искренность в беседах. Но, не найдя подвоха в царственном приёме, привыкший унижаться и терпеть, он смылся в прежнем направлении.
И сейчас он, напыжившийся воробей, восседает на троне из хлебных крошек. И для своей щедрой госпожи он готов соловьем издавать благодарные трели. И, зашоренный жадностью, он не видит ни железной клетки, ни подрезанных крыльев, ни замурованной двери. Добровольный узник занят серьёзным делом: он считает уже тронутые плесенью крошки в трепетной надежде, что им не будет конца.
03.04.2008 г.
Только она
Без пяти минут пятидесятилетняя, она всегда будет оставаться дамочкой без возраста. Несимпатичная, но чертовски привлекательная, она интригует своей неординарностью. Её крупный нос имеет дар вынюхивать доходные объекты, а мощная шея всегда повёрнута в сторону удовольствий. Призывно покачивая своей шикарной «кормой», она гордо несёт себя навстречу счастью. Ведь больше всех на свете она любит себя, затем мужчин, желательно свободных и богатых, ну а потом всех остальных, на службе у неё стоящих.
Не лишённая вкуса, она грамотно маскирует издержки своей внешности стильной одеждой и дорогой косметикой. А на работу она ходит, чтобы получать деньги и «радовать» других собой неотразимой. Артистичная, она умеет ярким словцом привлечь к себе внимание и каприза ради рассорить двух своих близких подружек между собой, вдосталь насладившись энергией конфликта.
Она выросла в семье, где поглощённые собой родители вместо внимания предоставили ей полную свободу действий. И она развивалась в направлении «стопроцентной женщины». Изворотливая, она никогда не бывает виноватой, и роль беззаботного руководителя играет блестяще. Её подопечный коллектив являет собой совершенство безропотной исполнительности, титанической трудоспособности и ответственности – как за себя, так и за неё хорошую. А всех, косо глядящих в её сторону, она изощрённо изводит. Кстати, от первого мужа она своевременно избавилась, ведь равных по эгоизму конкурентов она на дух не переносит. Ведь мир должен крутиться только вокруг неё.
Без интеллектуальных завихрений, практично ориентированная, она без труда протащит килограммовый кусок сыра через сантиметровую щель. Искренне уверенная, что все самцы мира хотят только её, она, распыляя свои флюиды, гипнотизирует их своей экзотичностью и при этом ловко работает руками: одной расстёгивая ширинку, а другой – толстый кошелёк.
И чтобы не оставить себя в старости без порции обожания, она угостила собой «экземпляр» особой порядочности. И, посадив его в свой похотливый огородик, дала согласие на свадебный обряд и хитроумно закрепила свой союз с ним в брачном договоре. И торжеством своим затмила свадьбу дочери, которой место лишь в тени её цветения. Ну и сдавать свои позиции она не собирается, у молодой душой жизнь новым смыслом озаряется…
04.04.2008 г.
В кулак зажатая
В давно запечатанный чулан своей души она не решается войти, так как оттуда веет чем-то потусторонним, а фильмы ужасов ей противопоказаны по состоянию здоровья. Рождённая в год Огненной лошади, она к сорокалетию превратилась в уставшего от жизни тяглового пони. Безропотно взгромоздив на себя «эшелон» родственников, она покорно везёт их к ею запланированным, но полезным для всех целям. И, умеющая сглаживать противоречия, она пытается какофонию эгоизма каждого превратить в семейный гимн любви и благополучия.
Низкорослая, вширь растущая, уже изношенная, и не только телом, она ассоциируется с материнской грудью, из которой гигантское дитё-переросток неустанно тянет молоко. В кулак зажимая свои потребности, она живёт интересами близких и даже в помыслах своих боится быть счастливой. Она не выносит громкоголосья и с терпением исполина способна привить правильную мысль даже самой горячей голове. А их у неё три: бурно живущая матушка-пенсионерка, муж восточного происхождения и кулацкого направления и сынок с замашками Наполеона. Не требуя к себе внимания, она ест, дышит, консервативно одевается, чтобы быть нужной им.
Всегда положительная и сдержанная на работе, она не стремится к карьере и вызывает глубокое уважение у сослуживцев, но при встрече с ней глазами у тебя непонятной тревогой наполняется сердце и холодок скользит по спине. И не дай Бог у этой монеты, всегда обращенной к миру позитивным аверсом, увидеть далеко не ангельский реверс.
Она редко остаётся одна, потому что всем от неё чего-то надо. И в сон клонённая, но ещё не уснувшая, она бредит будто от жару. И мнит себя рыбацкой шаландой, цепями пригвождённой к семейному причалу. И взгляд её устремлён в сторону океана. И ждёт она величайший в своей жизни шторм, который вырвет оковы и в щепки разнесёт её бренную плоть. И, высвобождённая, она возродится призрачной баркентиной и унесётся в дикий океан. И там, шальная, злая, беззаботная, она столкнёт друг с другом корабли, ещё нашлёт туман, о скалы разобьёт их и к рифам приведёт заблудшие суда. И будет гибнуть всё, что на пути её возникнет, пощады не дождаться никому. У одержимой мщеньем демоницы все, даже не обидевшие её, отправятся ко дну.
06.04.2008 г.
Пробуждённая
Жизнь не удалась. Так решила поразительно изящная девушка, обесточенная проблемным браком и погромным разводом. Рана в груди, причиняющая нестерпимую боль, в двадцать шесть лет запустила защитную программу одиночества.
Ядовитая обида мгновенно сплела чёрную паутину, превратив её – красивую, стройную, умную – в обездвиженную жертву на целых восемь лет. Её плоть с кем-то общалась, голова о чём-то думала, руки что-то делали, душа же пребывала в полной анестезии.
Очередная весна ожидалась пресной… Как вдруг она глотнула порыв свежего ветра, глаз захватил игривый луч солнца, а в теле организовались мощные потоки тепла. Сердце исторгло осколок давней проблемы и запросило эмоций.
Внутренний огонь плавил сопротивление разума, а вырвавшись наружу, кольцом объял пленницу. Жизнь наступала без слов. От себя не уйти. Пробуждённый темперамент искал удовлетворения. Её взгляд оживлял в мужчинах корень желаний. Источающая аромат секса женщина превращалась в гостеприимную купель.
07.04.2008 г.
Ничья
Трагичнее всего она переносит весну – когда поющая инстинктами природа нагло расковыривает её замшелую сердечную мозоль. Ведь выживать равнодушной ледышкой ей намного проще, чем танцевать на раскалённых угольках.
А её брак с ним «по любви» был беден содержанием и скоротечным снегом в мартовской поре исчез. И, прикрывая «наготу» свою и сына, она надела на лёгкий свой характер «военной выправки» защитный камуфляж. И голос её зазвучал металлом, шаг стал чеканным, критичным – взгляд. И разум издавал практичные приказы, зажав ранимость и чувствительность в железной плотности кулак. И, таким образом, «мужчина-подселенец» мир внутренний её освоил без труда.
К ней липнет разный контингент: как сексом озадаченный, так и с расчётом на совместный быт, и своенравные самцы, и вскользь – романтики, и промежуточные типы нередки. Но, идеальный, он командует внутри и жёстко удаляет сфабрикованных героев с плодородного поля её души. И то ли Богом, то ли дьяволом подосланный, он предан ей одной и отвратит её от бед, и защитит от оскорблений, и также сумку полную до дома донесёт. И, благодарная ему, она, наполовину женщина и ровно столько же мужчина, вполне готова к обручению с собой.
И, ограждённая от грубой прозы жизни, она с весной заводит зимний разговор. Но, ветреная, та её не хочет слышать и сажает в карусель, раскручивая в вихрь. И тёплый свет любви в глаза ей отправляет, настойчиво твердя: «Остановись! Довольно себя мучить! Ведь ты совсем одна, и ты ничья, ничья, ничья!»
07.04.2008 г.
Молчаливо уходящий
Несуеверный, он всё-таки отказался праздновать свой сорокалетний юбилей, ведь душа и без того дурным предчувствием хандрит. А со стороны он выглядит вполне успешным, важным и добротного покроя господином, который больше делает акцент на своём реноме, чем живёт.
Вырванный когда-то из дефектного брака, всё той же властной родительской рукой он был пересажен на плодоносящую карьерой почву. И, быстро войдя во вкус современной жизни, он обзавёлся обилием связей, как деловых, так и тонус несущих. А едва заметная среди них фигура второй жены, занятой детьми, хозяйством и его здоровьем, давно смирилась с участью прислуги на особом положении. Ему выбрали удобную по многим параметрам колею. А про свои безумные подвиги в любви к «недостойной» он отшучивается, ссылаясь на легковесную молодость. И к тому же в запущенной рукой манипулятора игре «Докажи, что счастлив без неё» он якобы одержал бесспорную победу.
И в тронной комнате ему, дорогостоящему, тщательно отполированному шкафу, отведено лучшее место. И вряд ли кто догадывается, что, идеально ухоженный, без единой пылинки на себе, он глубоко одинок внутри. Ведь дверцы его закрыты на замок, ключ от которого похоронен в кулаке его матушки-благодетельницы. А разжать этот кулачище не под силу даже деревенской закваски мужичищам. И куда уж ему, слабохарактерному и боязливому, дерзать?
Заперший в себе воспоминания, солидный шкаф покорно осваивает помпезную среду, походя расслабляясь с разными «формами и размерами». И тлеющая внутри него уже более десяти лет свеча откровения восковыми слезинками катится по его древесным щекам. И трещит, склоняясь над памятными его сердцу образами, и, отчаявшись, чадит: «Гори оно всё синим пламенем!» И вот уже огонь яростно пожирает его полки и лезет от негодования на стены.
Он осознаёт свой недуг и намеренно затягивает время, отвлекаясь на праздничную мишуру и на выстреливающий новогодней хлопушкой профессиональный успех. Очень обидчивый, он, как когда-то в детстве, тихо бубнит себе под нос: «Вы доведёте меня, дождётесь, узнаете, что будет…». И тучи сгущаются над ним, и переполненное протестом сердце готовит взрывчатку, чтобы, уничтожив себя, наконец, освободить его. И валтасаров пир в полном разгаре. И никто из них, добра желающих ему, даже не подозревает, что он, не понятый никем, молчаливо уходит…
09.04.2008 г.
Высокоорганизованная
Моложаво барабаня каблуками, она горделиво шагает по жизни и, прикрывшись ярким зонтом интеллекта, нарочито тормозит свою осень. Амбициозный характер обязал её держать себя в тонусе, давать рекорды в имидже и работе. Ведь она должна успеть остаться лучшей.
Высокоэрудированная, она прима-горлицей поёт на птичьем дворе, и вынесенный ею вердикт всегда безапелляционен. Рациональный склад ума позволяет ей идеально муссировать стандартные темы. Она трезво рассуждает и отлично осуждает. Её ледовитый взгляд критикой холодит сердце, и тебе как части несовершенного мира хочется организоваться в защитном молчании, а ещё лучше – покинуть местность её обзора. Ориентированная на признание, она держится высокомерно, и такая шапка Мономаха ей к лицу.
Она выглядит симпатичной за счёт декоративной ухоженности и физической подтянутости. И хотя обаятельный внучок ясной звёздочкой блистает в её ментальном космосе, термин «бабушка» ей глубоко не по нутру. Убеждая себя и других в летней сочности, она своими ровными, но уже подсыхающими «тростинками» гневливо затаптывает опавшие листики лет. А призывные модели её гардероба рассчитаны на броски мужского внимания, в дефиците которого она никогда не сознаётся. И социуму она преподносит удобную для своего амплуа информацию, а сохраняя интригующую дистанцию, создаёт иллюзию собственной загадочности. Скованная, она маскирует свои комплексы свободой вербального общения, зато физическую границу блюдёт жёстко, до крови расцарапывая либидо даже собственного мужа. Ведь интимность ею не чувствуется, зато со словарной точностью объясняется.
И в темпе аллегро она, уже желтеющая трава, тесня молодую поросль, дёргается вверх. И, работая на износ, по возрасту теряя пластичность, рискует оторваться от своих корней. И, презрев хлюпающую депрессией слякоть своего сердца, она пытается проскочить осень. И под флагом спелой зрелости с крапом молодости ещё побороться с лютой стужей.
И, возможно, остановленная зимой, с высокоразвитым интеллектом, она, стряхнув снежный ком со своей головы, посетует на очередной катаклизм природы. Дескать, в её лето выпал не прогнозируемый синоптиками снег. А на встречный вопрос: «Надолго ли?» представит ещё более эффектный самообман.
14.04.2008 г.
С протезом счастья
С молодёжным прикидом в характере, она с удивлением обнаружила себя на пятом десятке собственных лет. И, злобно зыркнув в сторону времени, тут же создала свою систему координат, в которой ей ещё долго скакать до сорока. С детства избалованная, она привыкла видеть мир ползающим у своих ног, а помогающие унять её капризы руки кусала в бурных истериках. Упрямая, она и до сих пор не заест, не запьёт, пока не осуществит задуманное.
С ненавистью инквизитора она сжигает лишние калории на костре убойных диет. И своё тело, мучнистой конституции и аристократической белизны, уже многие годы пытается превратить в дребезжащую молодостью гармошку. Но не согласная с ней плоть продолжает упорно бодаться. И только шикарная, зеркальной глади шея, бесконечной молочной рекой впадающая в дельту её головы, кажется не тронутой внутренними конфликтами своей хозяйки.
Не без некоторого права она возносит себя над другими. Эксцентричная, она приковывает к себе внимание красочными метафорами и дивными побасенками. А фирменным прищуром своих вездесущих глаз она мгновенно оценивает ситуацию и выгодно для себя раскручивает её. Она не выносит равных себе персон и, оросив едкой фразой, смакует их выпадение в осадок. Зато роль развлекающейся наставницы играет отменно, но до первых коготков жертвы, после чего она заглатывает её живьём.
На светских манерах взращённая, литературными образами окрылённая, артистизмом припудренная, она нахлебалась прозы жизни, оставшись с ребёнком на своих изнеженных руках. Ведь тот, лучше других ей поклонявшийся, удостоенный звания супруга, и выстрелил изменой в самую сердцевину её величия. И, разведённая, с ампутированной самооценкой, она в духе хищницы организовала себе достойный промысел.
Инстинктивно выйдя на молодого самостоятельного красавца, она, по опыту уцепившись за армейский ремешок, скользнула рукой чуть ниже, обозначив их совместный «интерес». И, приучив его орган регулярно отстаивать «честь мундира», плавно подвела героя к венчальному крыльцу. И, мудро пересадив его в хлебную профессию, пополнила свой семейный ковчег вторым детёнышем. И мужа она раскормила до непотребных размеров, дабы отвратить от него опасный женский взгляд. И за счёт эмоциональных приправ держит вкус своего брачного жаркого. И, по крупицам собрав своё счастье, она буквально врастила протез в живую ткань, создав ощущение реальности.
И пусть муж моложе и краше, она, поправ предрассудки, пошла на обдуманный риск. Способная уникально манипулировать, доказывая миру свою жизнестойкость, она без страха войдёт в озеро Лох-Несс, и даже подплывёт к чудовищу, и очарует его, и безжалостно бросит умирать в тоске по ней единственной. Она такая! И не смейте в ней сомневаться. Она вам этого не простит.
18.04.2008 г.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?