Читать книгу "Развод! Я сама так решила"

Глава 13

– Глеб, как вас там по отчеству – цежу строго и скрещиваю руки на груди.

– Просто Глеб и на «ты», – его же, походу, ничего не смущает.

– А вам не кажет… – вижу, как его перекосило, исправляюсь: – тебе не кажется, что немного перебарщиваешь? Я не бедная девочка, нуждающаяся в покровителе. Телефон и сама могу себе позволить. Да и вся вот эта ситуация, – обвожу пальцем кухню, но умолкаю, не найдя разумных слов.

Вмиг что-то странное замечаю в зрачках Арсеньева… Злость? Отвращение?

– Мне следовало отвести тебя в отель, из которого утром выперли, или к мужу, который заблокировал твои карты?

Слова летят в лоб автоматной очередью и пристреливают на месте. Затыкаюсь и стыдливо прячу глаза, потому что прав Глеб, как ни крути. Значит, воспоминания верны и в его машине я вчера наговорила лишнего. Выставила себя полнейшей дурой!

– Я верну деньги за телефон.

Кошусь на айфон и все же пододвигаю его к себе. А свой я вчера какого хрена выкинула? Включила небось, а там Сашкины звонки посыпались градом. Другой причины не вижу.

– Судя из вчерашнего пьяного лепетания, Краевский тебе изменил.

Дергаюсь от его жестких слов, будто меня хлыстом ударили. И не нахожу в себе силы ответить, вместо этого киваю. Хотя, кажется, Глеб и не спрашивал. Лишь констатировал ужасающий факт в моей биографии.

На Арсеньева не смотрю, разглядываю дно чашки, будто могу по кофейной гуще нагадать себе будущий ответ.

– Карты, которые он заблокировал, твои или его?

– Мои… и его… там сложно все, – вздыхаю, но делюсь с ним какого-то фига откровением, потому что не могу больше в себе держать груз.

А Соня, предательница, так со мной и не созвонилась. Только по этой причине нахожу в Глебе ту самую жилетку, об которую бессовестно вытираю сопли.

– Одна зарплатная – моя, но на его имя. Саша оформил ее после брака, я тогда мало что понимала и не вникала в детали, просто согласилась со всеми условиями, все равно не было времени бегать по банкам. Вероника в то время сильно болела, и я практически не отрывалась от ее постели. Ну, не было никогда проблем, так и оставила карту. Две другие – его, на них капают проценты от сделок и вкладов. Но они как бы и мои, потому что я тоже вносила не малую лепту.

Наконец, поднимаю взгляд и замечаю хмурость на лице Арсеньева, глаза буквально сверлят меня, будто обвиняя в тупости, поэтому на автомате спешу оправдаться:

– У меня есть счет в банке, лично мой, пополняла для родителей и на черный день. К тому же я обратилась к адвокату по бракоразводным делам, она поможет мне вернуть мои деньги.

– Это вряд ли, – прибивает, но с мягкостью и нежной улыбкой, будто сглаживает заранее причиненную им боль. – И бизнес ваш, совсем не ваш.

Добивает, но я отрицательно машу головой. Плевать, что думает Арсеньев, у меня другая правда. Но зудит изнутри подлый червячок и колупает в душе дырку, желая просочиться дальше, чтобы отравить кровь.

– Ты просто пытаешься меня всколыхнуть и вынудить работать на тебя, – упрекаю, но не смущаю этим мужика.

– Я правда хочу, чтобы ты работала на меня, – подтверждает, но сразу добавляет для ясности: – я не пытаюсь настроить тебя простив Краевского, но если слухи верны, то все это время ты развивала не ваш общий бизнес с мужем, а бизнес его матери. То есть, по сути, ты просто работала за низкую зарплату со стопроцентной отдачей с мнимым правом голоса.

Смеюсь аж до брызнувших слез из глаз, потому что… пазл вдруг сложился в одну жестокую картинку. Как бы, с одной стороны, я могла бы и не иметь никаких прав на бизнес мужа, потому что он был у него до брака. Но, фигня в том, что после брака, когда Ника пошла в школу и я снова вернулась к работе, наша сеть заметно расширилась и только потому, что я нашла пути инвестиционных вливаний.

Много раз Саша говорил с твердой уверенностью, что я его бизнес-партнер и что у меня так же равные права, как у законной жены. Но юридически я ведь нос туда не совала и никаких документов не подписывала. Мне хватало того, что и у меня, и у Саши, было право подписи, а это значило, что мы оба владельцы бизнеса. Получается, и я тут слепо поверила мужу, хотя должна была насторожиться изначально.

Да разве могла я подумать в то время, что любовь имеет срок годности? У меня перед носом был хороший пример семьи, где не было деления «твои-мои» деньги, они всегда были общими. Родители до сих пор поддерживают и беспокоится друг о друге. Любит несмотря ни на что! Я выросла с мыслью, что брак – это один раз и навсегда. Это любовь и забота в любой ситуации: будь то болезнь или горе, не только радость. Да я Нику воспитывала, как свою, ведь считала нас семьей, раз уж ее мама отказалась от нее. Но что я, черт подери, получила в ответ на свою преданность им обоим? Ушат говна!