Читать книгу "Предательница! Единственная. Любимая"

Тем не менее, когда я вернулась домой к маме после сессии, все мои симптомы усилились и родительница с трагической улыбкой сказала мне:

– Доча, похоже, ты беременна.

А потом тест, больница, УЗИ. Я еще, дура, хотела пойти к Марку. И даже пошла! Но… Но не все случилось, как планировалось.

А затем слезы, сопли, мысли об аборте. Хорошо, что мама напрочь выбила из моей «тупорылой» головы дурь. Ну просто, я не видела будущего. Не понимала, как я буду учиться, как жить и воспитывать одна ребенка? В восемнадцать лет…

В тот вечер мы поговорили с мамой по душам, она ведь тоже растила меня сама. И после всего мои сомнения от ее поддержки испарились. Да, пришлось переводиться на заочный. Искать деньги на обучение. Мы даже продали дом в пригороде и купили однушку в дальней части столицы.

И в итоге на третьем курсе я бросила универ – денег не было. Дамир болел, я не могла работать толком из-за него, а мама не тянула нас троих.

Вынырнув из воспоминаний, снова посмотрела на время и кивнула себе. Все, хватит. А то за размышлениями можно и до вечера просидеть. Я дала сыну десять минут, время давно вышло.

– Не хоч-у-у-у, – рыдал он, когда я насильно забирала Дамира из компашки детей.

Проигнорировала взгляды других мамочек, потому что плевать хотела на чужое мнение. У нас четкое расписание, поэтому, никаких поблажек.

Дамирчик рыдал, а у меня хоть и панически сжималось сердце, но знала, что сын перебесится и скоро успокоится. Нужно дать ему пострадать.

– Руся?

За его воем я не сразу поняла, зовут меня или глюк. Даже не остановилась, но кто-то снова позвал:

– Руслана!

Что-то, вроде, знакомое. Сын все истерил, и я не могла понять, кому вдруг понадобилась. Только поэтому обернулась и меня мгновенно, по ощущениям, сбило КАМАЗом.

Первой мыслью было: «Бежать прочь!», но ноги будто вросли в землю, я не могла пошевелиться. Второй же, более разумной мыслью стало запрятать Дамира от греха подальше. В целом, встреча была ожидаемой, и я наполовину подготовилась к ней. Город хоть и большой, но рано или поздно мы должны были пересечься с подругой. Даже странно, что произошло это спустя целых шесть лет.

– Руся! – Аня подбежала ко мне и осмотрела с ног до головы. – Это правда ты! О, Боже…

Подруга, если мы еще таковыми являлись, бросилась ко мне в объятия и даже всхлипнула. Хотела обнять ее в ответ, но страх сковал все тело, поэтому не поднялись руки.

Молила про себя лишь о том, чтобы любознательная Аня не всматривалась в черты лица моего сыночка. Как и не задавала глупых вопросов.

– Я не верю своим глазам! – она отстранилась и снова окинула меня придирчивым взглядом.

Наверное, в спортивном костюме оверсайз и грязных кросах я выглядела на ее утонченном виде печально. Даже в деловом строгом синем костюме она казалось манерной леди. Ну, Аня и раньше имела хороший вкус, тем более, что финансово могла себе позволить носить бренды.

Но ее внимание в итоге привлек мой сын.

– Та-а-ак, а это кто там у нас такой стесняшка?

То, чего я опасалась, как огня. Аня увидела Дамира и присела на корточки рядом. Мой сорванец не был пугливым или робким. Наверное, тот единственный и редкий случай, когда мне хотелось бы, будь оно наоборот.

– Я не стесняшка. Я Дамир! – он вышел вперед и протянул Ане ладошку для приветствия.

– Привет, Дамирчик. Меня зовут Аня, я подруга твоей мамы.

Может, она не поняла? У нее даже голос не дрогнул. Точно, наверное, сходство сына с Марком очевидно только мне.

– Я о вас не слышал, – сынок уставился на меня, как бы спрашивая, точно ли она друг, а я пожала плечами.

– Да, это правда, – подтвердила Аня, – мы с твоей мамой о-о-о-чень давно не общались. Хочешь в кафе? Я угощу тебя мороженым?

Дамир скривился, и мне пришлось объясниться, пока Аня не надумала ничего такого:

– Ему нельзя мороженное.

– А что можно? – Нюта спрашивала у Дамира, и он ответил:

– Мало что, – ответил с трагизмом, а подруга успокоила его:

– Ну, ничего. Я угощу тем, что можно. Идемте.

Ничего не изменилось за прошедшие почти шесть лет. Что тогда Аня не спрашивала моего мнения, что сейчас. Не было у меня шанса отказать, хотя я бы с радостью убежала от нее далеко и надолго. Вернее, не от нее, а от горькой правды и от того, что может произойти после.

Пока мы шли, я не выпускала Дамира, крепко держала за руку и пыталась минимизировать их общение с Аней. Ну, да, вот такая я негодяйка.

До последнего надеялась, что подруга не поймет. И она, вроде, реально ничего не заподозрила.

В кафе рассказывала об учебе, о работе, но я, по правде, все пропустила мимо ушей.

И когда конец разговора перевелся вдруг на опасную тему, засобиралась уходить. Аня в шутку произнесла, что Дамирчик ей кого-то напоминает и я сразу нервно выпалила:

– Нам уже пора, правда. У него режим и… нам пора, в общем. Я рада была встрече.

– Нет, погоди! Дай мне свой номер! – Анюта удержала меня за руку и всем своим видом показывала, что не отстанет.

И, черт возьми, я собиралась выкрутиться. Отбрехаться, но…

Дамир вдруг назвал наизусть заученные цифры. Зачем я научила его? Ну, зачем?! Это все мама: «Ребенок должен знать элементарные вещи: наш адрес, наш телефон, наши имена».

– Вау, – Анюта погладила его по голове, – какой ты умный. Спасибо, Дамирчик. Я все записала!

– Ань…

– А теперь иди, вы ведь куда-то торопились? – она выгнула бровь.

– Да. Пока…

– Увидимся.

Забрав сына, вышла с ним и, пока мы шли домой, проворчала себе под нос:

– Ну, зашибись, Руся. И что теперь будет?

Глава 5

Два дня я не могла найти себе места. Аня не позвонила за это время и мне бы радоваться, но чувствовала подвох всеми фибрами души. Люди ведь не меняются кардинально с возрастом? В прошлом она была тем еще любителем чужого «грязного белья», а сейчас, в двадцать четыре, повзрослела ли? Изменилось ли что-то? Думаю, нет.

Я выскочила в магазин, потому что надоело сидеть, как на иголках. За эти два дня много думала. Сначала хотела выбросить симку и купить новую, но потом передумала и оставила все, как есть. Наверное, в тайне и где-то очень глубоко в душе я хотела, чтобы правда вышла наружу. И пусть у Марка давно своя семья, ребенок, но…

– О, Руся, – Аня выловила меня прямо перед супермаркетом. – Отлично, а я как раз к вам иду.

Я уставилась на подругу, а она на меня. Обе смотрели, как две упрямые фурии: каждая отстаивала свою позицию. И прежде, чем я бы отмахнулась, поганка поставила ультиматум:

– Только сначала поговорим наедине. Тут в ТЦ есть кофейня, идем.

И схватила меня за руку, а затем потащила на буксире. В кофейне упрямица выбрала для нас самый дальний столик. Мне уже не нравилось начало, поэтому мысленно вытаскивала из памяти все ответы, которые придумывала долгие шесть лет. Наверное, я выдумала оправдание если не на все, то на девяносто процентов неудобных вопросов точно. Но почему-то все они вдруг испарились. Резко забылись и придумать новые у меня не было ни времени, ни возможности.

Ведь тяжелый взгляд подруги я знала хорошо. Таким откровенно злым и пронизывающим взглядом зеленых глаз она обычно одаривала Марка, когда злилась на него. А теперь и я стала ее врагом…

– Ты уехала, – заговорив чопорным тоном, она стала загибать пальцы. – Никому ничего не сказала. Сменила номер телефона. Думаю, даже переехала, ведь по старому адресу в пригороде я тебя так и не нашла. Оборвала со мной все связи, будто с какой-то рандомной знакомой. Бросила универ. Втихаря родила ребенка. Что еще…

Аня задумалась, а я вздохнула. Ну, примерно все было в такой последовательности. Но что мне ей сказать? Правду или соврать?

– Ну, так вышло, – в итоге я не сказала ни того, ни другого.

– Кстати, сколько лет Дамиру? Пять? – спрашивая, она выгнула бровь, а я с широченной улыбкой махнула рукой:

– Ему четыре, – нагло соврала, ведь по сыну так с первого взгляда и не скажешь, сколько годиков.

– Четыре? – уже по тому, какой тайфун поднялся в ее омутах, я тяжело сглотнула.

– А у меня другая инфа. Дамиру пять! И если верить дате его рождения, то забеременела ты чуть раньше, чем полностью пропала с моих радаров, блин!

Вскричала она, но быстро оглянулась и поубавила пыл. Да-а… разговор явно предстоял сложный. Аня подготовилась. Слишком хорошо, черт возьми! И встретились мы возле супермаркета всего в пяти шагах от нашей новой квартиры с мамой. Разве могло быть столько совпадений? Вот почему те два дня было затишье. Она искала информацию!

– Скажи мне правду, Марк все-таки в ту ночь что-то с тобой… – бедная запнулась, побледнела и, прочистив горло, добавила очень тихо: – он принудил тебя?

Актриса из меня была так себе, но все же изобразила на лице ужас и замахала руками:

– Он-то здесь причем? Марк ничего не сделал.

– Да? – подруга не верила и глядела на меня, как на предательницу. – Разве не он отец Дамира?

Я рассмеялась, наверное, истерично или как-либо еще, но точно не потому, что слова подруги прозвучали, будто бред.

– Боже, ну ты как скажешь тоже. Надо ж было такое придумать! – отмахивалась, но видела, что Аня по-прежнему серьезная и воинственно настроена. – Кстати, как Марк поживает? Как его жена, ребенок?

Тупо отмазывалась в надежде перевести тему. Просто врать дальше, что я где-то с кем-то… даже язык не повернулся.

– С чего ты взяла, будто у брата есть жена и ребенок? – подруга фыркнула на мой вопрос и скривилась. – Да и не об этом сейчас речь.

Но я молчала. Что мне сказать? Аня, не услышав больше никаких оправданий с моей стороны, полезла в сумочку. Достала оттуда фотографию.

– Я, конечно, не ДНК-тест, но… – говоря это, подруга положила фото возле меня.

Взяла его в руки и рассмотрела. Старое фото, на котором была изображена девушка с ребенком на руках, примерно возраста моего Дамира. И, черт возьми, могло бы показаться с первого взгляда, что это и есть Дамир!

Те же светлые кудряшки, курносый носик, глазенки как бусинки. Ну все было похоже, черт возьми! Моя рука дрогнула, пришлось положить фото обратно на стол.

– Моя мама с Марком, – добила Аня, хотя я и так поняла. – Русь, что происходит? Почему ты сбежала, промолчала о беременности? Если брат тебя изна…

– Ань, – резко остановила ее с тяжелым вздохом, – не думай о нем настолько плохо.

И умолкла, потому что… а что сказать? Не знала я, как теперь расхлебать заваренную мою кашу.

– А как я должна была подумать? – у Нюты на глазах выступили слезы. – После твоего исчезновения я чего только не думала. Но такого я точно себе представить не могла.

Да и я не могла, но случилось так, как случилось. После недолгого молчания я набралась храбрости и рассказала Ане почти все, начиная с симпатии и заканчивая тайной любовью к Марку. Пока говорила, ее глаза все больше округлялись от шока. Ну и финальной точкой я рассказала о двух очень неприятных случаях. Мои жалкие попытки рассказать правду. Услыхав их, Аня взорвалась гневом: ударила кулаком по столу и запыхтела, как дракончик. Наверняка хотела что-то сказать, но сдержала в себе ураган злобы. Я же пожала плечами.

– Но молчать и дальше – неправильно, – нашла она аргументы, а я не хотела больше поднимать старую тему. – Но, если брат и, правда, категоричен… – проворчала себе под нос со вздохом

– Оставь все, как есть, – попросила я, а она сразу предположила:

– Иначе снова сбежишь, да? – я не подтвердила, но и не опровергла ее слова. – Не надо, я хочу и дальше общаться с Дамиром, он же мой племянник! Хочу помогать и тебе, и ему. От меня тебе теперь точно не удастся избавиться.

Это был ультиматум, с которым мне в любом случае пришлось бы согласиться. Но, осознавала ли я в тот момент, во что нам могла вылиться общая тайна?

***

– Итак, Юрченко Руслана Александровна, – Марк взглянул на мое резюме, а после отложил в сторону.

И уставился на меня – холодно, безразлично. Равнодушно. Без капли узнаваемости в глазах. Не было в его омутах хоть крупицы, хоть малейшей частички, хотя бы чего-то. Какого-то напоминания о прошлом. Пусто.

А я едва могла удерживать эмоции в узде. Мы не виделись восемь лет! Это такая весомая разница, будто пропасть. Два года назад мы столкнулись с Аней, а теперь мне предстояла пытка куда серьезнее.

Марк возмужал, стал деловитым, серьезным. Даже капельку строгим. Но все еще чертовски магнетическим и красивым. От него нереально было отвести взгляд. И я как дурочка глядела на него во все глаза и наверняка казалась со стороны идиоткой.

Боже, смотреть на него и держать себя в рамках казалось непосильной задачей. Сердце так сильно билось о ребра, что могло их проломить в любой момент. Я не забыла первую влюбленность. Убеждала и себя, и Аню за последние два года, что все прошло. Что я давно остыла. И что вполне могу двигаться дальше. Да хотя бы с тем же соседом по лестничной клетке.

Но оказалось, одно то, что я пришла в ресторан Зельмана – уже как часть пытки. Зачем я это сделала? Зачем пошла на поводу у двух человек? Ну, у одного треклятого мужлана и так понятно, почему. Но Аня меня как смогла убедить идти до последнего?! Уму не постижимо, она сознательно отправила меня с плохими намерениями в ресторан брата. Да еще и уговаривала всеми правдами и неправдами. На что я повелась? Мысли так удачно оборвал Марк:

– Опыт у вас, судя из резюме, солидный, – он кивнул и, расслабленно откинувшись на спинку кресла, выпалил с иронией: – но фальшивый.

Если я и оскорбилась, то не подала вида. Улыбнулась будущему боссу, уже собралась отвечать, но передумала вдруг. Может, ну его? Скажу Зимину, что провалила собеседование и пошел он на все четыре стороны! Однако вспомнив, чем урод взял меня за жабры, снова раскрыла рот:

– Почему фальшивый?

– Да потому, что у меня хорошая память. И ни в одном вами перечисленном ресторане, я вас точно не видел официанткой.

Сказав, иронично выгнул бровь и явно ждал, что будет дальше, как оправдаюсь. Ой, вы только посмотрите на этого зазнайку-павлина. Память хорошая? Я бы поспорила, Марк, с твоей хорошей памятью! И я бы точно выиграла у него в споре. Но поскольку мы не спорили и ситуация не подходящая, произнесла с уверенностью:

– А что гадать, вы можете позвонить и навести справки, работала я в тех ресторанах или нет.

Глава 6

Не повелась на его провокацию, поэтому Марк сузил глаза. Снова схватил мое резюме и долго читал, уж не знаю, что пытался в нем найти.

– И сколько же составляла средняя продолжительность работы? Хоть в одном из них вы задержались дольше, чем на пару месяцев?

Вот же… паразит! И выискал ведь смущающую деталь! Тем не менее, у меня был для него ответ:

– Не просто найти хорошее место работы, где бы уважали труд любого работника. Будь то официантка или уборщица.

Марк задумался. Да и я воспользовалась заминкой. Аня утверждала, что Зельман и его совладелец сети ресторанов Артем Новицкий – хорошие управленцы и меня точно должны были взять без каких-либо претензий. Но прямо сейчас Марк всеми силами искал предлог, чтобы отказать мне.

Да и, если положить руку на сердце, я тоже этого хотела. С одной стороны. А с другой…

– И все же я думаю, что вы нам не…

Дверь в кабинет открылась и на пороге появился еще один мужчина. Наверное, тот самый Артем Новицкий. Я слышала очень давно от Ани, что те с Марком давние и хорошие друзья, но никогда не видела лично Новицкого. Лишь слышала о его существовании мельком.

– Что тут у нас? – он подошел к Марку и взял мое резюме.

Артем выглядел на фоне Зельмана более устрашающим, как по мне. Хмурый, не улыбчивый, да и в голосе слышались подавляющие нотки.

Но, я стойко выдержала и тяжелый взгляд, и равнодушное хмыканье Новицкого.

Он прочел бумажку в два раза быстрее Марка. И, похоже, принял за него окончательное решение:

– Отлично. Вы нам подходите. Открытие через два дня. Все должно пройти на высшем уровне.

– Нет, но… – Марк попытался возразить, а Артем, похоже, был настроен абсолютно серьезно и непоколебимо.

– Ты отсеял уже двадцать кандидатов. Марк, у нас нет времени играть в плохого и хорошего полицейского. У девушки есть опыт, она нам подходит.

Ну, в одном Новицкий был прав: опыт у меня был, хотя и Зельман зрел в корень. Большая часть тех ресторанов – пустышка. Ну, в любом случае, Зимин гарантировал: в каждом из них подтвердят, что я у них работала. Как он это провернул, меня не заботило.

– Так я принята или… – все же уточнила, потому что мужчины стали вести молчаливую войну взглядами.

И выглядело это, мягко скажем, пугающе. Будто два быка встретились на арене…

– Да.

– Нет!

Ну и, конечно же, против был Марк. А последнее слово, видимо, оставалось за Новицким.

– Идите оформляйтесь. А завтра чтобы в семь утра были здесь уже с хорошим настроением.

Он указал мне на дверь, и я поспешила убраться. Потому что в кабинете явно назревал крупный скандал. Оказавшись в зале ресторана, выдохнула с облегчением, но… но эта была лишь малая часть проблемы. Как я собиралась справляться со шпионажем – сама не знала. Одно понимала уже сейчас – от Марка следовало держаться подальше.

Оформляясь, до последнего ждала, что в любой момент в кабинет ворвется Зельман и выставит меня прочь.

Но вот я уже с отметкой в трудовом и полном беспорядке в мыслях.

Что будет, если я не справлюсь? А что будет, если справлюсь? А что произойдет, если ситуация в какой-то момент выйдет из-под контроля? Что-то я уже перестала доверять самой себе. Идя в «АнтиАристократ», была точно уверена, что меня не тронет встреча с Марком. Поэтому и проверну пакость без проблем.

А что получила в итоге? Срывающееся, как с качелей сердце и пульс, мчащий, будто скоростной поезд. С такими симптомами я точно не справлюсь. Да у меня руки дрожали в присутствии Зельмана, как буду носить поднос с тарелками?

Так в сомнениях и вернулась домой. Анюту и Дамира увидела на детской площадке. Сынок подлетел и, быстро стукнувшись со мной ладонью, умчался обратно к детям. Что-то они там строили, игрались в воображаемый корабль и пиратов, я лишь улыбнулась и присела рядом с подругой.

От тяжести мыслей, казалось, голова пухла, и я устроила ее у Ани на плече. Ничего не хотелось говорить, но подругу распирало от любопытства:

– Ну, как все прошло?

Мы с ней поспорили еще вчера и, увы, подруга проиграла. Она была на сто, нет, на сто пятьдесят процентов уверена, что Марк меня узнает и обрадуется встрече. Я же настаивала, что Зельман мало того, что не узнает, так еще и зацепится за мой так называемый опыт работы. И, надо же, угадала!

– Извини, Нют, но он меня не вспомнил.

– Да ну быть не может! – возмутилась подруга, но вздохнула и приняла поражение: – Ну может, так даже лучше. Ты пошла к ним не с хорошими намерениями… Хоть и не будешь вредить по-настоящему, но все же.

Именно. Предатель он и в Африке предатель и не важно, под каким соусом я подам это поганое блюдо.

Поскольку я промолчала, Аня снова пристала с неудобным вопросом:

– Ты расстроилась?

Поскольку я смотрела прямо перед собой, то увидела боковым зрением, что подруга не отрывала от меня взгляд. И явно пытливый.

– Нет.

– Ты расстроилась, – подтвердила она, хотя даже не видела того, что творилось у меня в зрачке.

Я что, настолько плохая актриса? Как же я тогда буду вести двойную игру между двумя явно враждующими владельцами ресторанов? Вот черт!

Но тешило хотя бы то, что Аня меня хорошо знала, поэтому и чуяла ложь издалека. Хотя, опять же, та не догадывалась даже, что я смотрела раньше на Марка влюбленными глазами. Даже спросила, почему же я тогда избегала его и явно будто бы боялась. Вот это был для меня реально шок. Я его боялась? Да когда такое было?

Анюта выдернула меня из воспоминаний:

– Ладно, не горюй, – она стукнула меня ладонью по бедру и указала подбородком в сторону. – Смотри вон, кто к нам идет.

Я не увидела, но зато услышала:

– Максим!

Дамир с радостным криком бросился к нашему соседу по лестничной клетке. У них приветствие выглядело чуть иначе, чем наше с ним: они стукнулись клаками и после указали друг на друга указательными пальцами. Затем обменялись парой фраз и Дамир снова вернулся к друзьям. Ну а Макс с широченной улыбкой разбавил нашу с Анютой компанию.

– Девчонки!

Он уселся между нами и с самодовольной улыбкой раскинул широко руки по обе стороны лавочки.

– Чего такой довольный? Мы твою лучезарную улыбку еще с парковки подметили.

– Офигенный заказ получил, почему бы и не порадоваться?

Анюта уселась боком и заинтересованно пульнула в Макса взглядом. Ну и я повернула к нему голову. Может, мне и было интересно, но… Но мысли все еще атаковал вирус под названием «Марк». Вылез, обойдя защиту и методично взламывал мою систему.

Наверное, от Макса набралась словечек из его прогерского лексикона, блин. Два года общения с ним дало плоды!

Вообще, он классный парень: веселый, умный, добрый и щедрый. Симпатичный, да и всего на два года старше нас с Аней.

Как сейчас помню тот день, когда мы увиделись впервые с Максимом. Я выходила из лифта, а он заходил и явно витал где-то в облаках. Ведь мы больно стукнулись лбами.

Почему-то я была уверена, что худощавый парень отойдет или остановится, чтобы пропустить меня. Вот так и случилось мелкое ДТП. Макс, осознав свою ошибку, еще долго извинялся. Наверное, с месяц все ходил с виноватой улыбкой и таскал мне то шоколадки, то орешки. Так мы и сдружились. Но, спустя время я стала часто ловить на себе взгляд, не имеющий ничего общего с простой дружеской симпатией. Хотела ли я какого-то продолжения… не знала ответ на этот вопрос. Как и не желала задумываться.

Макс ведь ничего не требовал от меня, ни на что не намекал. Черту не переходил. Единственное, он мог позволить себе поцеловать меня в щеку или обнять, но потом все переводил в шутку.

Аня часто спрашивала меня, почему я морожусь. А ведь и, правда, почему? Макс был идеальным кандидатом, да и к тому же, Дамир его принял. Полюбил. Может, правда, махнуть рукой и дать парню шанс? А то, как часто утверждает мама: ну кто полюбит чужого ребенка? Никто! Поэтому, если и встретится такой уникум, нужно держаться за него руками и ногами, пока кто-то бездетный не увел.

За размышлениями пропустила практически весь рассказ Макса мимо ушей. Уловила лишь крупицу: ему заказали игру, а не программу. Будучи геймером от макушки до кончиков пальцев, Макс терпеть не мог писать программы или сайты. Теперь же он реально зажегся и болтал на эмоциях. Даже руками всплескивал и увлеченно рассказывал, какой геймплей и дизайн проекта. И все он будет делать один, под ключ.

– Красота! – подытожил наш воодушевленный блондин, а мы с Аней кивнули.

Могу поспорить, как и я, она нифига не поняла из рассказа Максима. Но мы слушали и кивали с умными лицами.

Глава 7

– А Руську взяли на работу, – за меня похвасталась Аня.

Только, было бы чем… Она – аналитик в крупной компании с плавающим графиком и хорошей зарплатой, а я устроилась официанткой. Пусть и в именитый ресторан, но официанткой! Стыд и позор.

– А, да, ты же говорила, что пойдешь сегодня подавать резюме в этот, новый… как его… – Макс пощелкал пальцами, и голос снова подала Аня:

– «АнтиАристократ».

– О, точно! Слышал, крутое будет место для молодежи. Чет они там планировали…

– Два разных зала, рассчитанных на определенные вкусы и кошельки, – снова Аня. – И даже летняя с зимней терассой для влюбленных парочек.

Макс щелкнул пальцами. Кивнул. А, повернувшись ко мне, лучезарно улыбнулся, до ямочек на щеках. И понял ладонь. Стукнулась об нее своей, но… я одна видела унижение в этой должности?!

Наверное, да. Ведь ни подруга, ни Максим, так не считали на самом деле. Максим даже предлагал мне взломать сайты парочки ресторанов и внести мое имя в систему. Ну типа, я там точно работала. А Аня помогала писать резюме. Но, будучи отличницей что в школе, что в универе на первых курсах… Я чувствовала дикое унижение. Вслух, конечно же, не произносила этого. Да и зачем? Вон мой карьерный рост: играется с детками, изображая из себя грозного пирата. Восемь лет назад я выбрала свой пусть, глупо теперь с завистью смотреть по сторонам. Да, я не доучилась в свое время, но я не безрукая и не безмозглая. Все еще будет! Зато у меня есть сын, которым я неимоверно гордилась. Умный, воспитанный, любознательный. Здоровый, игривый ребенок! Уже первоклашка. Время пролетело незаметно. Кажется, что только вчера я вынесла его из роддома, а сегодня он гордо требовал называть его взрослым и не нарушать личных границ.

– Это надо отметить! – Макс вывел меня из «транса» прошлого.

– Ой, я пас, – Аня сразу слилась: – я и так просидела с Дамирчиком больше, чем планировала. Работа, знаете ли, сама рынок не проанализирует, увы. У меня дедлайн, сроки горят. Я горю! Так что, без меня.

И, пока я не возразила, она, встав, заорала:

– Дамир, зайка! Я ухожу.

Мы даже сказать ничего не успели, Аня будто растворилась в воздухе. Быстро поцеловала Дамира в щечку и после прыгнула в свою машину.

– Ого, реактивная, – хохотнул Макс, и я с ним согласилась.

Уж не знаю, что подумал он, а я знала причину такого резкого бегства. Работа? Да кого поганка пыталась обдурить? Она ту работу терпеть не могла и все думала, как бы бросить без потерь. Но не знает пока, как будет перед родителями объясняться. Не приемлют они вариант: блогер. Не понимают, что за работа такая, ведь нет четкого заработка.

Был только один логический вариант – оставила нас с Максом наедине. Ведь как раз по времени скоро моя мама вернется с работы и на нее можно смело оставить Дамира. Все просчитала, зараза!

Поскольку неловкое молчание затянулось, Макс спросил:

– Так значит, ты больше не боишься оставлять Дамира без личного присмотра?

– Боюсь, – призналась со вздохом и добавила: – но у меня нет выбора. Рано или поздно сын начнет окончательно осознавать, что он немного особенный и будет ответственно следить за тем, что кушает. Тем более, две недели в школе прошли без приключений. Я учителей предупредила, на продленке тоже все в курсе, что у Дамира особый режим питания. Думаю, проблем не возникнет.

Вот опять же, Марк спрашивал, почему я не задерживалась надолго в других местах. Не говорить же было ему, что из-за сына.

Но, теперь у меня была и Анюта, и Макс, он часто выручал, если просила позаботиться о Дамире. Ну и мама. Мне тоже, как и им, нужна карьера с ростом! А сыну – личное пространство от гиперзаботливой мамаши.

– Не волнуйся, – Макс положил ладонь мне на плечо и произнес с твердостью, от которой у меня слезы навернулись на глаза:

– Если что-то понадобится, я всегда в твоем распоряжении. Один фиг дома торчу, так что пользуйся мною, пока я добрый.

И подмигнул с широченной улыбкой, чтобы снова сгладить те самые «острые» углы весельем. Как бы там ни было, но его фраза прозвучала не двусмысленно. И в ней явно не было место шутке. Он говорил серьезно и надеялся, что я услышу мольбу между строк.

– Спасибо. Ты лучший.

Не повернулся язык сказать, что он лучший друг на свете. Я оставила себе место для маневра. Вероятно, пришло время взглянуть правде в глаза: Марк – прошлое. А Макс – будущее. Надежное и комфортное.

– Давай отметим, – выпалила, пока не передумала. – Мое назначение и твой заказ.

Макс явно уставился на меня с немым шоком. Чувствовала это, даже не видя его взгляда. Тем не менее, он не растерялся:

– Отлично, я в магаз. Пожелание есть?

Пожала плечами. Ну, однозначно, я хотела выпить. Не много, просто чтобы расслабиться и забыть, куда устроилась и зачем.

– Купи вина и остальное на свое усмотрение. А я пока отведу Дамира домой, нужно покормить сына.

Макс кивнул и умчался, а мне в голову сразу полезли сомнения. Точно ли я готова двигаться дальше? А вдруг не выйдет и я потеряю драгоценную дружбу?

Тряхнула головой и сразу подозвала сына. Хватит тупости. Пусть все идет своим чередом. Не срастется, значит, так и должно быть.

***

Еще с утра мы все получили важные инструкции: никто не имел права на ошибку. Ничто и никто не мог испортить великий день открытия «АнтиАристократ». И, казалось, все шло гладко, но что-то явно сломалось в общей системе.

Одна из гостей, так и не усевшись за столик, вальяжной походкой прошла к сцене. Но выступления девушки явно не было в программе! Пока она шла, громко цокая каблуками, я нервно прикусила губу. Ой, что-то явно грядет нехорошее! Уж я видела: язык тела гостьи так и кричал о воинственности. Каждый шаг отдавал уверенность и непоколебимостью. Опять Зимин постарался? Кто она? Я не могла толком разглядеть ее лица, но казалось, девушку знал Марк. Выловил прямо перед сценой и перекинулся парой фраз, после чего брюнетка уперто вырвала свою руку и поднялась на сцену. Даже у меня от нехорошего предчувствия свело спазмом живот, а на Марка и вовсе без слез нельзя было взглянуть. Он поискал глазами, вероятно, Новицкого.

Девушка тем временем схватила микрофон и выдала на одном дыхании:

– Новицкий! Тост: мы разводимся! Ты ведь уже получил от меня все, что хотел, не так ли? Так выпьем же за твой ресторан в этом чудесном помещении!

Разводимся? Так они женаты? Ой, мамочки… Это ж как надо было вывести жену из себя, чтобы она без зазрения совести испортила открытие ресторана?

Я быстро переглянулась еще с двумя официантками. Они, как и я, не понимали, что делать. Растерялись!

Мы так и стояли на своих местах, в зале воцарилось молчание. Ведь всем было любопытно, что происходит. Новицкий пулей оказался рядом, но то, о чем они шептались, осталось «за кадром».

И, пока я втыкала из-за образовавшегося простоя, ко мне подлетел разъяренный, будто бык, Марк:

– Что ты стоишь как Эйфелевая башня, иди к гостям, предлагай десерты или алкоголь. Да что угодно, лишь бы перетянуть внимание!

Как будто это поможет! Но, кто я такая, чтобы перечить шефу? И только я подошла к первому столику, как мимо пронеслась жена Артема. А он не успел выбежать за ней, его окружили журналисты, которых пригласили на мероприятие.

Махнув на странную ситуацию рукой, нацепила приветливую улыбку и прошлась по залу. Как я и думала, особо не помогло. К кому бы ни подошла, все интересовались, реально ли та девушка жена Новицкого. И, если да, то почему так поступила. Да я, блин, откуда могла знать? Самой любопытно до зуда по коже. Но, в ответ лишь шире улыбалась и наивно хлопала глазками.

К счастью, народ быстро отвлекся: началась лотерея и все внимание перешло на халявные призы.

Одно я знала наверняка, пока стояла в сторонке и наблюдала за суетящимся Марком: Зимин будет доволен. Жена Новицкого за меня сделала большую часть работы! Даже придумывать ничего не пришлось. И сразу тяжело вздохнула.

– И отчего же такой тяжелый вздох?

От неожиданности пискнула в ужасе и косо уставилась на Марка. Да твою ж! Откуда только взялся? Напугал до икоты!

– Вечер спасен, гости довольны. Так в чем же дело?

– Марк Станиславович, в моем договоре о найме нет пункта о запрете вздыхания, – иронично выдала ему, но босс не успокоился: