» » » онлайн чтение - страница 16

Текст книги "Самурай"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 21:11


Автор книги: Ирина Оловянная


Жанр: Научная фантастика, Фантастика


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Глава 33

Нормальный спокойный день. Я даже перестал вздрагивать от взгляда на Линаро. Что вздрагивать перестал – это хорошо. Но забывать нельзя. Рядом бродит одна из миллионов жертв моего врага. Одна из наиболее благополучных и легко отделавшихся. Парень, которому дали зелёную улицу. Счастливчик, в идиота не превратили и в эту их армию не забрали (неизвестно, что хуже?).

А как они выбирают, кому давать зелёную улицу? Ну Линаро храбростью не отличается. А тот парень, про которого рассказывал Лео, наверное, отличался. Несколько хорошо организованных компаний психологического террора. И – не сломался. Если я хорошо повспоминаю свое раннее детство, наверно, смогу представить, как это было. Сам-то я вовремя сбежал, меня ещё не стали воспринимать как угрозу. Хотя… Кто всегда затеет любую драку? Энрик. Кто ободрал все вывешенные для всеобщего обозрения приказы директрисы? Он же. Это, кстати, правда. Я по ним читать научился. Запомнил дословно, когда их читали вслух, потом оборвал, спрятался так, чтобы долго не нашли, установил соответствие между буквами и звуками и выучил его. Было мне года три. А потом я ещё упер у сыночка одной из воспиталок (он приходил пораспускать хвост) считыватель с диском. А на диске были сказки и «Винни Пух». И прежде чем меня с ним поймали, я успел прочитать больше половины. И что со мной делали? Хм, нет, травлю меня там не организовывали. Были средства попроще и понадёжнее. Всё равно они не успели. Я сбежал. А вот сбежать из огромной, окружённой нетерраформированными землями зоны нереально. Чёрт, как же убить дракона? И – чтобы не воскрес?..

Если проф и синьор Мигель решат их завоевать, они без меня обойдутся. А если они не смогут? Что-то они, конечно, затевают, иначе ББ не передал бы профу командование, и тот не вышел бы из тени. Но – что? Я узнаю об этом, когда война уже начнется. В лучшем случае на пару дней раньше: с сайта синьора Арциньяно для плохих мальчиков. Или получу какое-то задание и по нему догадаюсь. С работой сейчас туго. Проф откроет второй этаж и скажет мне «ну, пошёл», только если совсем не будет иного выхода. Из-за сестрички и племянника? Несерьёзно. Не возражал же он, когда синьор Мигель отправил меня на Селено. И даже ничего не стал сочинять. Не ваше дело – и всё. Хм, он снимает меня с крючка? Зачем? Я не прочь на нем повисеть, и он это знает. А вот пойду и спрошу!

Когда я вернулся домой из университета, профа не было дома.

В результате всё время, пока мы обедали, синьора Будрио пилила нас с Виктором за то, что он, бедняжка, каждый вечер тренируется, и поэтому не ходит с ней в театр или на концерты, и не развивается духовно, и не отдохнет перед новым учебным годом. Жуть. Между прочим, вечерние спектакли начинаются в 21-00. Целый час на то, чтобы собраться и доехать. Высказывать это соображение вслух я не стал. Кстати, а почему я не вожу Ларису по театрам? Ну-у сегодня мы собираемся все вместе, не получится. А завтра или послезавтра… Если проф не против, ведь возвращаться придётся заполночь.

Вечером я взял Виктора с собой. Нас так много, что ни к нам всем вместе, ни к кому-нибудь в отдельности никто не пристанет. А этот парень становится всё больше и больше этнийцем. И при этом у него есть преимущество: он может посмотреть на нас со стороны. И увидеть… Что? Надо будет поговорить с ним на эту тему: интересно.

Сегодня я не слишком интересный собеседник. Хорошо, что Гвидо недавно изучил такой большой кусок истории: есть что рассказать. Спасибо ему.

– Почему ты сегодня такой… молчаливый? – спросила Лариса, когда я провожал её домой.

– Не могу придумать, что делать, – ответил я.

– Я так поняла, что этого ещё никто не смог, хотя попытки были. Последние несколько тысяч лет, – мягко заметила Лариса.

– Угу, всё когда-нибудь происходит в первый раз.

– Хвастун.

– М-мм, я же не клянусь, что у меня получится.

– Ладно, не сердись. Тебя не пугает… ну… размер задачи?

– Нет. Какая разница?

– Ничего не боишься?

– Не-е, я боюсь двух вещей, – улыбнулся я (хватит заражать Ларису унынием).

– Каких? – с интересом спросила Лариса.

– Ну во-первых, щекотки, а во-вторых, что ты во мне разочаруешься.

Лариса засмеялась:

– Понятно, как с тобой справиться.

– Неужели только что догадалась? – притворно изумился я. – Меня надо поцеловать, а потом попросить Эрато с неба. Будет доставлена, перевязанная голубой ленточкой.

– Той самой?

– Э-ээ, нет. Те теперь мои. Не отдам. Кстати, тебя отпустят со мной в театр? Пришла мне тут в голову такая интересная идея.

– Наверное, отпустят. А Эрато слишком большая для подарка, так что пусть остаётся на небе, так светлее.

Поговорить с профом я не успел, хотя он вернулся домой раньше нас с Виктором. Ладно, это не горит. Хм, как-то у меня сейчас ничего не горит. Жизнь стала медленная и лишённая крутых поворотов. Ох, накаркаю, будет мне крутой поворот, не обрадуюсь. О приключениях только вспоминать приятно.

Во вторник днем проф наконец-то был дома; кажется, никуда не торопился и был не слишком занят.

– У меня два очень важных вопроса, – заявил я, заходя в кабинет.

– Давай, – слегка улыбнулся проф.

– Ваша сестра и племянник кажутся мне недостаточно веской причиной для того, чтобы запечатать второй этаж и не работать. У вас есть какие-то другие соображения. Отпустили же вы меня на Селено.

– Ты не прав, малыш. Если хоть кто-нибудь ещё в Галактике узнает о твоих способностях, будет война за тебя. Твои шансы на выживание в ней равны нулю. А расследование на Селено с Контактом никак не связано.

Кстати, можешь пока считать себя в отпуске, если не произойдет что-то из ряда вон выходящее.

– Понятно. – Ничего мне не понятно. Зарублю себе на носу этот намек, а обдумаю чуть позже. – Второй вопрос, – продолжил я перечисление. – Тут капитан Стромболи говорил, что пентатолу можно противостоять и он, например, это умеет. Я тоже так хочу.

– Угу, и стоило ему это отрезанной руки. Как ты можешь догадаться, это был только последний акт драмы.

– Потому что он – славный герой. И пижон. Необязательно гордо молчать под пентатолом, можно болтать, но не по делу, или врать.

– Скажите, какой он стал спец, – ехидно возразил проф. – Все, что ты можешь придумать за минуту, уже придумано. И давно.

– И что? Это нельзя сделать?

– Только если ты имеешь дело с идиотом.

– Или заранее подготовился. Всё равно я хочу этому научиться.

– Ладно, я подумаю. Может быть, ты прав.

– Есть и третий вопрос, не такой важный. Можно ли мне ходить в театр? Тут синьора Будрио напомнила мне, что и такое бывает. Просто возвращаться придется заполночь.

Проф хмыкнул:

– Почему тебе нужны оправдания для того, чтобы попросить разрешения? Это же совершенно нормально.

Я вспомнил, как скрипнул зубами сам проф, произнося: «Мне пришлось бы попросить». Так что я весь в него.

– Э-э, не знаю. Не привык думать о себе как о пай-мальчике.

– Вот-вот, подумай об этом, а в театр тебе ходить можно. Только, естественно, предупреждай, куда ты пошёл и когда вернёшься.

– Угу, конечно.

– Я разрешил все твои сомнения?

– Не-е, это невозможно. Но некоторые – да.

– Ну вот и хорошо. Только на сегодняшний вечер ничего не планируй: не исключено, что нам придется ехать в резиденцию.

– Э-ээ, а что случилось?

– Энрик! – укоризненно сказал проф. – Все, что тебе можно знать, тебе расскажут.

– М-мм, интересно. Солдаты и охранники говорят, что им рассказывают только то, что им нужно знать.

– Точно. Ты – особенный. Тебе полезно знать побольше.

– Мне не нравится, как вы это сказали. Полезно. То есть мои интересы не рассматриваются?

– Если ты сообщишь, в чем состоят твои интересы, я их рассмотрю.

– Р-рр, я же не шучу!

– Полагаю, ты рассматриваешь нашу СБ как полезную организацию. Так?

– Ну да.

– Полезную кому?

– Ну коль скоро нашу корпорацию можно покинуть без особых проблем и её не очень-то покидают, чаще наоборот, наши граждане считают, что она как минимум не хуже других. А наша СБ необходима для её существования. К тому же она нестрашная для лояльных граждан. Так что она полезна для всех граждан корпорации, кроме преступников.

– Убедительно. А много эти граждане знают о её работе?

– Почти ничего. Точнее, ничего конкретного. Стромболи даже своих «золотых ястребов»[26]26
  Высшая награда в корпорации Кальтаписсетта, правда награждают ею там достаточно часто.


[Закрыть]
носить не может. А у него их наверняка несколько.

– Следует ли из сказанного тобой, что в чьих-то интересах может быть незнание?

– Получается, что да. Понятно, значит, и в моих тоже. – Я вздохнул. – Убедительная демонстрация сократического метода. Побит собственной логикой.

Проф хмыкнул.

– Ладно, давай спустимся потренироваться через полчасика, на днях Марио клялся, что на мечах ты лучше меня.

– Вряд ли. Это все моя скорость. И все равно он задевает меня в полтора раза чаще, чем я его.

– Скромность не может тебя украсить.

– Будем надеяться, – вздохнул я и пошёл думать над намеками.

М-мм, хм-мм, э-ээ… После поездки в зону Каникатти и полета с Самураем я почти ничего не делал. Точнее, ничего рискованного. Похоже, что наши придумали-таки мини-робота, который сейчас делает мою работу, и пока его кто-нибудь не выловит, не разберёт на части и не придумает средство борьбы с ним, я могу побездельничать. Ну это не так уж плохо. Не будет никакой рутины, только интересная работа.

Кажется, когда-то уже такое было, как раз после гибели Тяпы. А может быть, проф не запрягал меня в работу, потому что я ходил тогда с выражением «не тронь – укушу» на физиономии? Сейчас это уже не важно.

Глава 34

Один раз мне удалось победить даже сенсея. Может быть, я и в шахматы проигрываю потому, что уверен: проиграю.

Схватка кончилась со счетом 6 : 4 в мою пользу. Ого… Ещё бы в шахматы сегодня не продуть, тогда можно считать, что я его догнал.

Когда мы сидели за ужином, на руке профа пиликнул комм: сообщение. Проф прочитал и посмотрел на меня с ухмылкой. Кажется, я все-таки накаркал себе работёнку – вот и хорошо. Только, похоже, в шахматы нам сегодня не играть.

После ужина проф позвал меня к себе в кабинет таким тоном, что синьора Будрио злорадно улыбнулась, а Виктор встревожился и бросил на меня вопрошающий взгляд. Я только головой мотнул: «Всё в порядке» и пошёл за профом.

– Накаркал, – бросил мне проф, – собирайся. Берём всех зверей и едем в резиденцию.

– Мне это очень даже нравится, – с вызовом заявил я.

Проф поморщился:

– Я люблю только те кризисы, которые сам планирую.

– А что произошло?

– Не знаю, Мигель не доверяет комм-связи важные тайны. Но очень просит приехать.

– Кстати, а чем он официально руководит? Или это тоже тайна? Ну кроме Корпуса Быстрого Реагирования?

– Четвёртым отделом СБ.

– Ясно, мой непосредственный начальник.

– Кто тебе сказал? – насмешливо спросил проф.

– Ну вот, то «скромность не может тебя украсить», то «не задирай нос». Как он, интересно, проводит через бухгалтерию мои баснословные гонорары?

– Стряпает фальшивые акты списания сотни мини-роботов зараз.

– Э-ээ, это шутка?

– Не совсем. Ты относительно дёшево обходишься. – Проф посерьёзнел. – Не лезь на рожон!

– Угу. На рожон я лезу в свободное от работы время.

– Через десять минут встречаемся у лифта.

– Хорошо.

Диоскуров я посадил на плечо. Самурая на руку (так в Средневековье носили охотничьих соколов), а Геракла взял под мышку. У лифта меня ждал синьор Соргоно с большой коробкой в руках: усилитель. Проф пришёл налегке, и я сразу же передал ему Геракла: нечего тут изображать бездельное начальство, а в котяре килограммов десять.

В подземельях резиденции вместо толпы техников со сканерами нас поджидал только капитан Стромболи. Тоже со сканером: вдруг на кого-нибудь из нас где-нибудь посадили жучок. Не посадили. Отлично. Капитан забрал у меня своих драгоценных любимчиков Диоскуров и повёл нас наверх.

Синьор Мигель ждал нас, стоя у окна, для него это крайняя степень волнения, я бы на его месте бороздил дорожку на ковре. Он пожал всем руки и рассеянно погладил Самурая.

Синьор Соргоно сразу начал привинчивать усилитель к креслу.

Я огляделся: в этой комнате уже всё готово, чтобы откачивать меня, если придётся. Я вопросительно посмотрел на синьора Мигеля.

– Я удовлетворю твое любопытство, – сказал он, – после работы.

– Хорошо. Тогда ставьте задачу.

Синьор Мигель вывел на монитор карту Палермо и передал мне голографический портрет.

– Узнаешь?

– Это лейтенант Верчелли, – ответил я, – встречались прошлой весной.

– Он выполнял важное задание, должен был встретиться с одним человеком, вот здесь. – Синьор Мигель показал на карте место на окраине города. – У него под бицепс (не под кожу даже!) был зашит новейший жучок, чтобы его всегда можно было найти. Жучок нашли, в луже крови. А лейтенанта – нет.

– Наши секреты текут, – заметил я.

– Это не твоя забота. Твоя забота – найти лейтенанта. Может быть, он ещё жив.

– Это место в подвале?

– Да.

– Ясно, работать будут Диоскуры.

– Может быть, лучше Геракл? – спросил проф.

– Он не везде сможет пройти. Да и заметен.

– Зато ему безопаснее, – возразил проф.

– Он не захочет – чистюля, а лезть надо в канализацию, – соврал я, не моргнув глазом.

Ну то есть Геракл действительно чистюля, как все кошки и коты, но я бы его убедил, если бы захотел. Давно хотел проверить одну прекрасную идею, но проф же не разрешит мне приконтачить кого-нибудь через посредника!

– Хм, ладно. Где черти носят Фернана?

– Сейчас будет, – сообщил капитан Стромболи.

– Давайте работать, – предложил я. – Куда вы можете подбросить Диоскуров?

– Прямо на место. – Стромболи показал на карте.

– Ясно, минуточку, я на неё посмотрю.

На карту я смотрел не минуточку, а не меньше трёх: я должен как можно точнее запомнить схему подземных коммуникаций.

– Все, я готов, – сказал я наконец.

Я снял рубашку, сел в кресло, и проф начал приклеивать на меня всякие датчики: «что я вижу, что я слышу и как я себя чувствую».

– Не забудь про связь, – напомнил он.

– Угу.

– Всё, пошёл.

Я улыбнулся, посмотрел в глаза Диоскурам, вошёл в Контакт, закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Поехали.

Карманы капитана Стромболи – место уютное и надёжное, так, во всяком случае, считают близнецы. Неужели не забыли? Нет, это я им напомнил, когда мы вошли в Контакт. Эти звереныши тоже скучали по приключениям. Хотя они уже взрослые, и давно – им больше года.

Пока капитан вёз нас на место, я инструктировал мышей: не лезьте на рожон, слушайтесь большого, умного меня и давайте попробуем сделать всех друзьями. Идея Диоскурам понравилась.

И вот наконец подвал. У двери стоит часовой из городской охраны, ладно, этого следовало ожидать, уж Стромболи найдёт способ заговорить ему зубы. Небольшая лужа крови на полу. Хм, интересно, смогут мыши найти лейтенанта по запаху его крови? Постараемся. Так, куда его унесли? В этот люк. Туда за ними никто не лазал: догадались, что это бесполезно. Полезли. Стромболи вежливо открыл перед нами крышку. И закрыл её обратно. Не-е, по запаху здесь точно никого нельзя найти. Даже собака не смогла бы. Одна надежда на мою сумасшедшую идею. Крыса. Подходящий объект. Не дерёмся и не драпаем, смотрим. Оп! Есть Контакт. Проф наверняка там заметил, но сигналов не подаёт – так для меня гораздо опаснее, придётся ему ждать нашего возвращения.

Нет, крысы мне не нравятся. Я им тоже. Ничего, потерпят, и я тоже. Проходили тут люди, чуть хвост не отдавили. А куда они пошли? Вперед, вперед, дорогой. Ты будешь нашим проводником, и охранником, и толмачом. Слишком много для одного крыса. Зато я дам тебе имя. Имя? Что это такое? Убедить крыса в ценности его личности не удалось. Вот потому-то они мне и не нравятся.

Наш крыс не без труда узнавал дорогу. А всяких агрессоров я пугал: «Я такой могучий и страшный!». Тяжёлая работа.

А это что такое? Пуговица. И лежит здесь недавно: верхняя сторона даже не успела запачкаться. Значит, не заблудились. Хм, а вот дальше их не было. Скобы наверх: там люк. Я бы забрался без труда. А Диоскуры? Отпускаем крыса. Хватит с него. И с меня тоже хватит этого… Умаешься такого удерживать. Диоскуры полезут по стеночке: бетон тут старый, пораскрошился. О, и люк решётчатый, прекрасно! Благослови бог того скупердяя, который пожалел на папермские люки чугуна. Вылезли.

А тут пусто. Какой-то большой подвал. И капли крови на полу высохли, но слабый запах ещё держится. Хм, похоже, здесь лейтенант вырвался из рук своих похитителей и устроил драку, но с ним справились. На пыль ном полу остались следы: кто-то проехался по полу на спине, кто-то падал, а эти отпечатки ботинок… Ясно: кто-то упал, и его несколько раз пнули ногами. Это, конечно, был Верчелли. Ему, наверно, разбили лицо, потому что капли крови попадались через каждые двадцать сантиметров. Его, что, тащили на вывернутых руках лицом вниз? Иначе я не понимаю, как могут остаться такие следы.

Вперед, мышки! Нюхом чую – мы у цели. По следам крови мы добрались до железной двери. Закрытой. Мышам эту преграду не одолеть. Неважно, там за дверью кто-то говорит, громко и угрожающе. Потом тридцать секунд тишины и чей-то вскрик. «Это здесь», – отбиваю я по подлокотнику. «Да, все нормально, мы отследили, – отвечает проф. – Спасательная команда будет через десять минут».

Я отвел Диоскуров в сторонку: ещё не хватало, чтобы нас затоптали свои.

Спасательная команда была на месте через семь минут пятьдесят шесть секунд: я считал; за это время Верчелли вскрикнул пять раз; наверное, его пытали электрошокером.

А теперь наши ребята очень тихо вскрывают замок, внезапно открывают дверь и закатываются внутрь.

Капитан Стромболи останавливается, чтобы подобрать моих мышек. «Ангелы-хранители, – шепчет он, – так вот вы какие!»

Что было дальше, мы не видели (карманы у Стромболи непрозрачны), только слышали. Командир спасательной команды экстренно потрошил главаря этих ублюдков… Хм, вот как оказывается это делается: не давай своему врагу ни секунды на размышление, дави его, пугай. Грози, что сожрёшь его печень, он всё равно не поймет, что ты врёшь: слишком напуган.

Похоже, эти наши энтузиасты сегодня же ночью ещё один налет устроят. Если начальство не остановит. Не остановило, но мне в этом участия не принимать. Стромболи что-то приказал своим спасателям и куда-то пошёл. Прерывать Контакт прямо сейчас нельзя – Диоскуры испугаются, они же всё-таки не домашние животные. Доверия к человеку вообще у них нет.

Всё, можно расслабиться: мы в катере, летим явно в резиденцию, рядом с нами врач уговаривает Верчелли потерпеть. Хм, лейтенант и так не стонет. Он, наверное, никогда не узнает, как его нашли.

И вот наконец я вижу самого себя, расслабленно лежащего в кресле. Диоскуры обиделись: мы тут бегаем, выбиваемся из сил, а ты спишь! Пришлось объясняться.

Открываю глаза.

– В порядке? – обеспокоено, а не сердито спросил проф. Он уже перекипел: не то чтобы победителей не судят, но вряд ли он что-нибудь скажет о моей любви к риску. Не в этот раз.

Я кивнул. Всё, домой меня на руках, как Диоскуров. Хотя вроде бы ничего такого страшного не случилось, но умерять чужую агрессивность слишком утомительно. Людей это, наверное, тоже касается.

– Моё любопытство вы будете удовлетворять не сегодня, ладно? – попросил я синьора Мигеля.

– Ладно.

– А зачем? – спросил Стромболи. – Энрик и так хорошо работает.

– Потому и работает, – возразил я, – что кое-что знает.

– Какая тебе разница?

– Большая. Ну например, вы бы смогли работать на Кремону?

– Ну если бы я там родился… – неуверенно начал капитан.

– Угу, они, наверное, тоже вытаскивают своих офицеров, чтобы торжественно расстрелять в назидание другим, – заметил я.

– Что?!

– Энрик прав, – сказал синьор Мигель. – Не знаю, как там с эсбэшниками, но побывавших в плену армейских офицеров расстреливают, это точно.

– Э-ээ, а-аа, как это может быть?

– Может, – ответил синьор Мигель. – Кстати, Энрик, мое любопытство ты дразнишь уже давно. Ты ведь занимаешься Кремоной, правда?

– Угу, мы ещё не придумали, что с ней делать. Но как только придумаем, сразу скажем.

– Ясно.

Я попытался встать. Фернану пришлось меня подхватить. Проф нахмурился:

– Что такое, малыш? Вроде все прошло спокойно.

– Понравиться крысе – тяжёлая работа, – ответил я.

– Сядь обратно, – велел проф, взяв медсканер. Р-рр, лучше бы он пошёл лечить Верчелли, а со мной ничего такого нет.

– В кардиорезонатор, – сказал проф, – срочно.

Очнулся я утром, в своей постели. Медицинский монитор слегка пискнул, сообщая кому-то, что Его Нежнейшее Высочество изволили проснуться. Не всё так просто: проф зря паниковать не будет. Значит, держать Контакт с двумя Диоскурами и ещё крысой сверх того небезопасно. Мое сердце перестало правильно стучать, если так можно выразиться. В комнату вошел проф:

– Доброе утро.

– Доброе, – ответил я.

– Скольких ты там приконтачивал одновременно, что получилась такая какофония?

– Диоскуры и всего одна крыса, вы же видели.

– Я мог что-то видеть только с двух точек – ты же меня не предупредил! Я, конечно, понял, что ты там вытворяешь, но подробностей не знаю.

– Ну ещё иногда приходилось кого-то пугать, чтобы на нас не напали, – признался я.

– Я много чего хочу тебе сказать о твоих идеях и манере экспериментировать, даже не предупредив меня.

– Иначе мы бы его не нашли, – возразил я.

– Ещё чуть-чуть, и пришлось бы делать тебе пересадку сердца.

– Ну так вырастите и заморозьте, – предложил я.

– Энрик, у меня очень давно есть полный банк твоих органов.

– Ясно, и ни разу не понадобилось.

– Можно подумать, ты огорчён.

– Не-е, не люблю болеть. Скучно.

– Но это тебя ни разу не остановило.

– Те, кого это останавливало, уже давно убежали с Этны, – ответил я.

– Особенности национального сумасшествия.

– Угу. Что-то вроде. Кстати, синьор Мигель обещал удовлетворить моё любопытство.

– Во влип! – совершенно по-мальчишески отреагировал проф. – И что же ты хочешь узнать?

– Много чего. Во-первых, раз вы, синьор Кальтаниссетта и синьор Мигель уже двадцать лет знаете, какая полезная штука история, нет ли в нашей СБ отдела, который её изучает? Конкретно меня интересует история Этны.

– Отдел есть. И история Этны тоже.

– Слава Мадонне, а то я опасался, что придётся нам этим заняться, слишком большая работа для маленькой компании. Э-ээ, а насколько это секретно? Можно будет это прочитать не только мне?

– Можно, не беспокойся, скоро это, наверное, войдёт в школьную программу.

– Не боитесь потерять преимущество?

– Мы приобретем больше, чем потеряем.

– Ладно, а встать мне можно?

– Сейчас посмотрим. Поумнел немножко на Джильо?

– Ага. Лишние две недели лежания кого угодно научат.

Проф просканировал меня, отключил монитор и разрешил мне вставать.

– Повезло, – с облегчением произнёс он, – даже на тренировку можешь сходить. И никогда больше так не делай! – возвысил он голос.

Он явно догадывался, что отдавать мне подобные приказы бесполезно.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 5 Оценок: 1
Популярные книги за неделю

Рекомендации