» » » онлайн чтение - страница 3

Текст книги "Чертова ловушка"

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 12 ноября 2013, 14:34


Автор книги: Ирина Щеглова


Жанр: Детские приключения, Детские книги


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Глава 7
Баба Люба

Она была кем-то вроде монахини в миру. Во всяком случае, жизнь вела монашескую, помогала при местном храме. Батюшку к ним прислали совсем молоденького, только после семинарии. Приехал он с семьей – женой и сынишкой. Церковь-то отреставрировали, она хоть и небольшая, а хорошая. Да только прихожан – раз, два и обчелся. Батюшка и по домам ходил, знакомился со всеми, и на беседы жителей приглашал, и так, и сяк… Не идут люди, пуста церковь. Он было приуныл, да баба Люба его поддержала. А за ней и другие в храм потянулись.

Невдомек было приезжему батюшке, что его паства как огня боится ведьмы Хавронихи. А та вроде во всеуслышание пообещала наслать порчу на всех прихожан. Мол, пусть только попробуют сунуться к попу!

Говорят, баба Люба ходила к Хавронихе. Что там за разговор у них получился, неизвестно, да только притихла ведьма. Даже из дома редко нос показывала. И еще говорили: кое-кто бегал к ней, бабы – зелья приворотного добыть, мужики – за самогоном. Короче говоря, ничего хорошего она людям не делала, один вред причиняла. С хворями деревенские к Игнату обращались. Хоть и побаивались его. Потому что жил он бирюком. Одним словом, нелюдимый человек. И дома у него, рассказывают, странно как-то все… Сама-то Наташа не видела, но верит: непростой он человек, вроде колдуна. Не злой, не добрый, а так, себе на уме. Лечил не всех, а только кого сам пожелает. И только одно общее у него было со всеми остальными жителями деревни – он не любил Хаврониху. Впрочем, Хаврониха отвечала ему тем же, но на пути его становиться остерегалась. И Игнат в ее дела не вмешивался.

Лишь одного человека принимал он у себя – бабу Любу. Она ходила к нему запросто, люди не раз замечали. Что они там вдвоем делали? Никто не знает.

Так и жили. Молодой батюшка боролся с суевериями, баба Люба ему помогала.

Так было до тех пор, пока баба Люба не умерла.

Хаврониха словно с цепи сорвалась! Сначала-то она потихоньку, исподтишка действовала. То молоко у чужих коров выдоит, то заразу какую-нибудь на скотину нашлет. А потом и за людей принялась. Два года уже злобствует. Кто ей особенно не нравится, тех она метит воском от черной свечи. Она в любой дом может войти, так и бродит по ночам, портит людей.

И Славкину невесту она уморила, и других не пожалела.

А еще рассказывают, что Светлана, мертвая Славкина невеста, по деревне бродит. Ее дети видели, они играли в жмурки, а Славкина невеста появилась внезапно, распугала всех. Дети разбежались, а она все кричала:

– Жмурки, жмурки! Давайте играть в жмурки!

Славка, как услышал, помчался к ней, все равно, сказал, найду, живую или мертвую! Только никого он не нашел. Исчезла его Светка.

В церковь снова никто не ходит, если только потихоньку, прячась. Священника хотят перевести в другой приход. Вот тогда Хаврониха действительно развернется!

Глава 8
Непокрытая невеста

Ксюха выслушала сбивчивый Наташин рассказ, и вдруг ее осенило:

– Слушай, Наташ, а что, если эта девушка, что мне снилась, и есть Славкина невеста?

В комнату вошла бабушка. Наташа ойкнула и набросила на голову платок.

– Ну, как ты себя чувствуешь, Ксюшенька? – обеспокоенно спросила бабушка. – Тебе лучше?

– Ба, мне значительно лучше, – отмахнулась Ксюха.

– Но, может быть, ты бы еще денек полежала, мало ли что, – вздохнула бабушка, – что я родителям-то скажу?

– Не надо им ничего говорить. Я больше не заболею. Будь уверена! – Ксюха решительно топнула ногой. – Который час?

– Да куда же ты собралась? – всполошилась бабушка.

– Я буду с Наташей, это ненадолго. – Ксюха повернулась к подруге: – Один момент, я только переоденусь.

Под причитания бабушки они вскоре вышли из дома.

– Веди меня к дому Игната, – распорядилась Ксюха.

Дрожа от страха, Наташа махнула рукой в сторону леса:

– Он там, на отшибе живет.

Ксюха схватила ее за руку и потащила за собой.

– Ксения, – скулила Наташа, едва поспевая за ней, – что ты там говорила о Славкиной невесте?

– Я ее видела.

– Как ты могла ее видеть?! Я же тебе рассказывала: она умерла, а потом и тело ее пропало, прямо из гроба! Да не беги ты! – взмолилась Наташа.

– Не знаю, – отрезала Ксюха, – а только думаю, что она не умерла!

– Да я же сама видела! Свадьбу всей деревней гуляли! Ксения, может, к тебе ее душа приходила? Может, мучают ее… там? – Наташа опасливо ткнула пальцем вниз.

– Не выдумывай! – отрезала Ксюха. – Если ее кто и мучает, так это Хаврониха. Ну ничего, с этим мы тоже разберемся!

– Ой, мамочка моя родная! – запричитала Наташа. – Говорила ж ты мне, чтоб не ходила я к городским, не трепала языком! А теперь что? Наградила меня ведьма свиным ухом, кому я теперь нужна такая? Куда ты меня волочешь?! Сама погибаешь и меня погубить хочешь!

– Дура! – не сбавляя темпа, крикнула Ксюха. – И все вы тут, – она запнулась, – люди не очень-то умные…

– Я знаю, что я дура! Меня мать из дому выгонит! О-ой!

Они пробежали по улице, свернули в проулок, пронеслись по тропинке между огородами.

Дом Игната Палыча стоял на опушке, в стороне от деревни. Не дом, а настоящая изба, из потемневших от времени бревен, единственное оконце наглухо закрыто ставнями, навес над крыльцом покосился, вот-вот рухнет. Забора не было. Вокруг избы буйно разросся бурьян вперемежку с одичавшими кустами крыжовника и малины.

Ксюха остановилась.

– Ты уверена, что в этом доме кто-то живет? – спросила она.

– Куда же ему деться, – пробубнила Наташа, – только он нас не особенно видеть хочет.

– Понятно.

Ксюха, не раздумывая, пошла напролом через колючие кусты, таща за собой упиравшуюся Наташу и не слушая ее возражений.

Колючки больно царапали кожу, Ксюха буквально продиралась сквозь заросли. Она ругалась и шипела от боли, но не отступала.

Внезапно кусты расступились, и Ксюха с Наташей очутились перед самым крыльцом. На двери висел амбарный замок, изрядно проржавевший.

– Может, он уехал куда-нибудь? – предположила Ксюха. Наташа не ответила, ее платок сбился на спину, свиное ухо вылезло наружу и предательски торчало из-под спутанных волос. Ксюха вздохнула. Вид у Наташи был очень жалкий, да и сама Ксюха наверняка выглядела не лучше. Но не отступать же!

Она поднялась по ступенькам, потрогала замок и несколько раз стукнула в дверь.

Никого.

Вокруг стояла вечерняя тишина, потрескивали в траве насекомые, пахло перезрелыми ягодами, пылью и хвоей.

Ксюха с досадой плюхнулась на крыльцо.

– А вот никуда я отсюда не пойду! – заявила она.

Наташа безнадежно опустилась рядом с ней.

– А мне уже все одно, хоть топись, – сказала.

– Ага, щаз, разбежалась! – прикрикнула на нее Ксюха. – Ну-ка возьми себя в руки!

Девочки замолчали, притихли, думая каждая о своем.

Солнце медленно опускалось за лес, из травы поднялись комары и плотной тучей устремились к подругам.

– Сожрут, пожалуй! – ругалась Ксюха, отмахиваясь от них.

Наташа безбоязненно сломала несколько стеблей крапивы:

– Вот, возьми, так удобнее.

– Где же он может быть? – сама у себя спрашивала Ксюха, яростно шлепая себя по коленкам крапивой. Она почему-то не обжигала. Или Ксюха уже перестала чувствовать боль.

Она встала, подошла к двери и еще раз проверила замок. Внезапно дужка выскочила, и замок повис в петле.

– Да это же камуфляж! – догадалась Ксюха. – А ну-ка, проверим. – И она толкнула незапертую дверь.

– Чего надо? – послышался грубый возглас.

Ксюха вздрогнула, но не отступила.

– Добрый вечер, – поздоровалась она, вглядываясь в темень сеней.

– Кому добрый, а кому не очень, – проворчал Игнат Палыч, появляясь в дверном проеме.

Последний луч заходящего солнца скользнул по его лицу и померк, словно испугался. Ксюха тоже немного струхнула. Уж очень недобрым был взгляд у Игната Палыча, глаза его сверлили ее, как две иголки, остриями торчавшие из-под густых седых бровей. «Настоящий колдун», – подумала Ксюха и невольно поежилась.

– Ну?! – прикрикнул на нее Игнат Палыч.

И тогда из-за Ксюхиной спины по-бабьи заголосила Наташа:

– Ой, дяденька Игнат! Ой, простите нас! Не по своей во-о-о…

Она зашлась в рыданиях. Ксюха же, повернувшись к Наташе, указала на ее свиное ухо:

– Вот, сами видите!

Колдун покосился на ухо, хмыкнул, равнодушно пожал плечами:

– А мне-то что за дело?

– Как это – что за дело?! – возмутилась Ксюха. – Хотите, чтоб у девчонки вся жизнь была испорчена?

– Так пусть и обращается к тому, кто испортил, – отрезал колдун, – не по адресу явились!

Наташка завыла тоненько, безнадежно.

– А мы, между прочим, не сами по себе пришли! – наседала Ксюха.

– Отрекомендовали меня, значит? – усмехнулся колдун. – Только я в рекламе не нуждаюсь и работы на дом не беру. И уж тем более не подчищаю за другими. Так что идите себе, девоньки. – И он хотел уже захлопнуть дверь перед Ксюхиным носом.

– Ну уж нет! – Она успела подставить ногу и изо всех сил уперлась руками в дверь. – Мы просто так не уйдем! Нас баба Люба прислала!

Сумерки быстро сгущались, лицо колдуна скрывала тень, но Ксюха успела заметить, как дрогнуло что-то на этом бесстрастном лице.

– Чего выдумываешь? – просипел он. – Баба Люба уж два года как на кладбище.

Ксюха пожала плечами.

– Вам, конечно, виднее, вы – местный. А только я с ней сегодня разговаривала, и она сказала, чтоб я к вам обратилась, если что, – приплела немного Ксюха. – Да еще добавила: скажи Игнату, что баба Люба велела вернуть то, что ему не принадлежит, в смысле, вам.

Колдун опустил голову, задумался, потом распахнул дверь.

– Входите, – буркнул он неприветливо. Девчонки не заставили просить себя дважды.

Глава 9
В логове

Дверь скрипнула и закрылась. Ксюха очутилась в непроглядной темноте. С потолка что-то с шелестом сорвалось, пискнуло, и Ксюха с ужасом почувствовала чье-то прикосновение к своему лицу.

– Кыш, – приказал этому кому-то колдун. Он приоткрыл дверь, и в сенях стало немного светлее. Ксюха успела разглядеть темные углы, густо затянутые паутиной и заваленные рухлядью. Она поморщилась. Какой же неряха этот Игнат Палыч, даром что колдун!

Однако времени на созерцание сеней не было, и Ксюха, нашарив дрожащую руку Наташи, шагнула в горницу.

Она была разочарована. Ничего таинственного и волшебного. В избе была одна-единственная комната, обставленная по-спартански: закопченная печь, деревянный стол, лавка. Занавеска из полинялого ситца скрывала часть комнаты, надо полагать, там стояла кровать, если, конечно, этот странный колдун вообще когда-нибудь спит. «Да, Средние века отдыхают», – подумала Ксюха, разглядывая нехитрое убранство помещения.

– Садитесь, раз пришли, – хмуро распорядился колдун, ногой выдвинул из-под стола табурет и уселся сам, положив локоть на стол. Ксюха присела на лавку, потянула за собой Наташу, та тоже села.

Игнат Палыч пододвинул к себе керосиновую лампу, нашарил в кармане спички, зажег, подкрутил фитиль.

«Надо же, у него что, и электричества нет?» – Ксюха в недоумении взглянула на потолок.

– Нечего глазами стрелять, – буркнул Игнат Палыч, – пришла, так рассказывай.

– А я уже все сказала, – с вызовом ответила Ксюха.

Игнат Палыч насупил и без того насупленные брови:

– Ты мне не перечь! Говори – где видела бабу Любу? Да толком, толком!

Ксюха хотела было еще повредничать, но сдержалась. Кто его знает, этого Игната Палыча. Вон, у Наташки ухо свиное, а этот, чего доброго, еще чего похуже наколдует! Она вздохнула и принялась обстоятельно рассказывать все с самого начала. То есть с того момента, как они с Наташей на рассвете подглядывали за Хавронихой. Несколько раз ей казалось, что колдун усмехается в усы. Но лицо его оставалось строгим, даже угрюмым. Когда Ксюха пересказала ему свой сон, Игнат Палыч чуть подался вперед и стал прислушиваться внимательнее. Подумав, Ксюха решила рассказать и о девушке, предположительно Славкиной невесте.

– Вот и все, – закончила она. – Потом я очнулась, увидела Наташу с этим вот, – она кивнула на свиное ухо, – и решила сразу же идти к вам.

Колдун забарабанил пальцами по столешнице:

– Надо же, и откуда ты только взялась такая… Без году неделя, а лезешь не в свои дела.

– Не я первая начала, – огрызнулась Ксюха.

– Вы же знаете, дяденька Игнат, – заскулила Наташа, – скажите ей!

– Цыц! – прикрикнул он грозно. Наташа прикусила язык. – Не твоего ума дело, – добавил колдун. – Мало тебя родители учили, чтоб не подслушивала да не подглядывала.

– Житья совсем не стало, – всхлипнула Наташа.

«Да о чем они? – подумала Ксюха. – Когда же он ее расколдует-то? Или он и не колдун вовсе? Туда ли мы пришли? Может, надо эту Хаврониху как следует встряхнуть? А что, пойти прямо к ней и припереть ее к стенке! Ага, а она прямо так нас и послушает…»

– Дяденька Игнат, миленький, снимите с меня порчу, пожалуйста! – пропищала Наташа. – Я больше никогда не буду ни за кем подглядывать! Честное слово!

– Вот навязались на мою голову, – с досадой пробормотал колдун и велел Наташе: – Подойди!

Та поднялась со скамьи ни жива ни мертва, сделала несколько шагов, остановилась, понурив голову.

Колдун крякнул, наклонился, пошарил под столом и извлек оттуда металлическую тарелку – не тарелку, а что-то вроде блюда. Ксюха догадалась – оно старинное, аж края позеленели. А в центре – светлое, как будто золото полированное.

– Смотри сюда, – приказал Игнат Палыч, ткнув в середину блюда заскорузлым пальцем.

Наташа послушно уставилась в блюдо. А Ксюха тем временем во все глаза наблюдала за ней.

– Что видишь? – допытывался колдун у Наташи. Та прищурилась, всматриваясь. Колдун нетерпеливо дернул ее за руку, так что она чуть носом не ткнулась в блюдо.

– Ой, вроде я там, – пискнула Наташа, – только… только уши у меня нормальные!

Колдун схватил ее за свиное ухо, пригнул к себе, да как рявкнет:

– А ну, пошла вон!

Ксюха вздрогнула. Наташа закричала – дико, страшно; а потом что-то как шарахнет, взвизгнет, полыхнет! Ксюха скатилась с лавки, закрыв руками голову. Завоняло паленой шерстью и жжеными спичками.

Ксюха с опаской приподняла голову. Наташа сидела на полу, ошарашенно озираясь по сторонам. Колдун швырнул блюдо под стол.

– Хватит валяться, – проворчал недовольно. Ксюха вскочила, бросилась к Наташе, подняла ее. Та все еще была не в себе. Зато уши у нее были, как и прежде, оба человеческие.

– Чудеса, – прошептала Ксюха, – как это вам удалось?! И как это вообще получается?

Колдун усмехнулся, теперь уже открыто.

– Интересно? – спросил он.

– Конечно, – согласилась Ксюха. Наташа подняла руки и ощупала уши:

– Получилось, получилось, – прошептала, – дяденька Игнат! По гроб жизни!..

Он отмахнулся.

Ксюха покосилась под стол.

– Оно волшебное? – спросила она.

– Зеркало-то? – колдун снова усмехнулся. – Конечно, волшебное.

– Так это зеркало! – дошло до Ксюхи. – И как же я сразу не догадалась! Оно очень старинное, да?

– Да уж не новодел, – колдун откровенно улыбался, – понравилось?

– Занятная вещь, – светским тоном ответила Ксюха. – Но если ею не уметь пользоваться, то, в общем, бесполезная.

Игнат Палыч согласно кивнул, с нескрываемым интересом глядя на Ксюху.

– Дяденька Игнат, а оно обратно не вернется? – уточнила Наташа.

– Теперь это от тебя зависит, – ответил колдун.

– Как это – от меня? – снова испугалась Наташа.

– А так, – колдун прищурился, – теперь-то оно надежно заперто, но, коль захочу, выпущу!

Наташа замотала головой и поспешно отступила к двери.

– Ладно, некогда мне с вами. – Игнат Палыч встал и указал на дверь: – Уходите.

Ксюха замялась, не зная, как поблагодарить его.

– Мы, это… в общем, спасибо, Игнат Палыч, выручили.

– Ну-ну…

Ксюха немного помялась.

– А как насчет того, что надо вернуть? – спросила она. И испугалась. Так у колдуна перекосило лицо, такой черной ненавистью налился его взгляд!

«Убьет!» – с ужасом подумала Ксюха.

Но буквально через мгновение колдун взял себя в руки.

– Я подумаю, – спокойным голосом ответил он.

И Ксюха предпочла больше не рисковать. В конце концов, передала же она ему слова бабы Любы.

Игнат Палыч выпустил Ксюху из избы. На улице была ночь. И в лунном свете Ксюха отчетливо увидела тропинку, протоптанную среди кустов и бурьяна.

– К Лизавете не суйся, – напутствовал напоследок Игнат Палыч, – я сам с ней разберусь.

Ксюха благополучно выбралась из кустов и через огороды поспешила в деревню. Только что крутившаяся поблизости Наташа куда-то исчезла. Ксюха звала ее, оглядывалась, даже ругалась. Но подруга не появлялась.

Она окликнула Ксюху, когда та, уже отчаявшись догнать трусиху, приближалась к своему дому.

– Ксения! – Наташа вскочила со скамейки и кинулась к ней.

– Нашла время для шуток! – набросилась на нее Ксюха.

– Ты что? Какие шутки? – удивилась Наташа. – Я же тебя тут уже часа два жду!

Ксюха уставилась на нее с удивлением.

– Ну, как там? – громким шепотом спросила Наташа.

Ксюхе показалось, что у нее в мозгу что-то щелкнуло, мир поплыл перед глазами, она медленно подняла руку и стерла выступивший пот со лба. Тряхнула головой. «Перегрелась я, что ли? Или действительно я все еще больна? Надо было полежать… бабушка говорила… Куда это меня понесло? Ах да, к Игнату…»

– Ксения, тебе что, опять плохо? – с тревогой спросила Наташа.

– Нет-нет, это так… – Ксюха почувствовала, как ее отпускает. Она внимательно посмотрела на Наташу. На ее ухо. Все вроде в норме.

– Сколько ты меня ждала? – уточнила она.

– Не знаю, – Наташа пожала плечами, – долго…

И затараторила что-то: как Ксюха вдруг заявила, что ей надо поговорить с Игнатом Палычем, потребовала, чтоб Наташа показала его дом, а Наташа его до жути боится, потому что не знает, кто из них хуже: Игнат или Хаврониха?

Ксюха почти не слушала ее.

– Интересно, почему Игнат назвал Хаврониху по имени? – спросила она.

– Не знаю, – отозвалась Наташка, – говорят, они в молодости дружили, а еще говорят, она в него влюблена была.

– Кто, Хаврониха?! – изумилась Ксюха.

– Ой, – осеклась Наташа и сразу посерьезнела, – не знаю я! Просто болтают всякое.

– Говори! – потребовала Ксюха.

– Да чего говорить-то? – обиделась Наташа. – Вроде Игнат к ней подкатывал, а потом у них все разладилось, и он уехал. Вернулся несколько лет тому назад и стал жить в доме своих родителей. Ты же там была, сама все видела.

Ксюха кивнула.

Наташа осторожно прикоснулась к ее руке:

– Ксения, у тебя все нормально? Ты сама не своя… Что там было-то, у Игната? Ты у него ничего не брала? – вдруг испугалась Наташа. – Запомни, никогда ничего не бери у него!

– Не брала, – отозвалась Ксюха и снова вспомнила слова бабы Любы. Ведь она велела передать Игнату, чтобы он вернул что-то, а кому вернул? Бабе Любе? Или ей, Ксюхе? Что-то не складывается картинка…

– Ох, мать с меня шкуру спустит, – спохватилась Наташа. – Я пойду, а?

Ксюха тоже беспокоилась – о бабушке. Она не знала, который теперь час, но предполагала, что время близится к полуночи. Бедная бабушка! С фонарями небось ищет пропавшую внучку.

Наташа побежала к своему дому, на ходу обернулась, помахала рукой и нырнула в калитку.

Ксюхина бабушка сидела, пригорюнившись, на крыльце. Увидев внучку, она молча поднялась и, гордо выпрямив спину, ушла в дом. Ксюха, понурив голову, поплелась следом.

– Ба! – позвала Ксюха. – Ну ба! Алевтина Гавриловна! – Она называла так бабушку, когда была с ней в ссоре.

– Ужин на столе! – провозгласила бабушка, не оборачиваясь.

Ксюха приподняла салфетку, стянула с тарелки остывшую котлету и, торопливо жуя, побежала за бабушкой – мириться.

Глава 10
Свеча черного воска

Мирились они долго. Алевтина Гавриловна требовала объяснений, а Ксюха понимала: если она скажет чистую правду, бабушка ей не поверит и, чего доброго, обидится окончательно. А врать Ксюха не любила, да и не умела. Пришлось ей ограничиться полуправдой. Ксюха сказала, что она просто заболталась с Наташей, мол, у нее проблемы, вот и пришлось ее выслушивать. Они так увлеклись беседой, что позабыли о времени. Наташе тоже небось влетело. Хотя они все время гуляли неподалеку.

– Какие у Наташи могут быть проблемы? – засомневалась бабушка.

– Ба, обычные проблемы, – терпеливо объяснила Ксюха, – родители не понимают, мальчики не любят…

Бабушка улыбнулась:

– А ты у нас, значит, большой знаток, отлично разбираешься и в родителях, и в мальчиках?

Ксюха смутилась и покраснела.

– Нет, но… Наташа почему-то решила, что я разбираюсь. А может, ей просто надо было выговориться. К тому же ты ведь хотела, чтоб мы подружились? Так вот, теперь мы с Наташей – лучшие подруги. Можешь мне поверить, – заключила Ксюха.

– Ладно уж, – вздохнула бабушка, – на первый раз прощаю. Но чтобы больше этого не было! Помни, я несу за тебя ответственность!

– Да знаю я, знаю, – вздохнула Ксюха. Взрослые очень любят твердить об ответственности, при этом с ними невозможно разговаривать, потому что они ни во что не верят и не считают твои проблемы серьезными и важными.

Как бы там ни было, с бабушкой они помирились. Ксюха безропотно съела остывший ужин, помыла посуду, не забыла оставить домовому Митроше угощение и отправилась спать – время давно перевалило за полночь.

Она честно легла в постель, но сон не шел. Лунный свет заливал комнату, за окном на разные голоса выли все деревенские собаки. Ксюха смотрела на лунный луч, протянувшийся от окна до ее кровати, и думала о том, что, по народным поверьям, собаки воют к покойнику. Судя по мощному хору, псы решили похоронить всех жителей деревни разом.

Ксюха беспокойно заворочалась, не выдержала и встала с кровати.

Интересно, сдержал ли Игнат Палыч свое обещание? Поговорил ли с Хавронихой? Есть ли у него над ней какая-то власть? Наверняка есть, иначе он не смог бы снять с Наташи ведьмино заклятие.

И еще Ксюха думала о несчастной девушке. Где она? Что с ней? И почему она так неотступно снится Ксюхе? А вдруг она действительно еще жива? И нуждается в помощи? Что, если ведьма похитила ее и заперла в каком-нибудь подвале? С нее станется! Морит ее голодом или опоила чем-нибудь, так что девушка не в себе, а от истощения вот-вот и впрямь умрет. Потому она и просила Ксюху поторопиться.

Ксюха выглянула в окно. Лунный свет заливал улицу, не нужны были никакие фонари. А по улице медленно брела девушка в изорванном, превратившемся в лохмотья платье. В лунном свете ее лицо казалось особенно бледным, да и сама она была измождена до крайности. Но даже не это потрясло Ксюху. В правой руке девушка несла толстую черную свечу. Свеча горела зеленым пламенем, смоляные капли покрывали подол платья и пальцы девушки. Но она ничего не замечала. Смотрела вперед невидящими глазами и, подходя к каждому забору и воротам, чертила что-то свечой… мелькал зеленый огонек, и опять медленно брела дальше девушка.

Ксюха застыла. Вот сейчас девушка повернет к Наташкиному дому… повернула, подняла руку со свечой…

Ксюха, больше не раздумывая, распахнула форточку и крикнула что есть мочи:

– Не смей!

Собаки притихли, а потом разразились жутким лаем, переходящим в замогильное завывание.

Ксюха почувствовала чье-то прикосновение к своему плечу. Чуть повернула голову и встретилась взглядом с круглыми глазками Митроши. Он сидел на ее плече, умоляюще сложив крохотные мохнатые ручки на груди.

– Я не могу оставить ее там, – словно извиняясь, сказала Ксюха. – Видишь, она же сама не понимает, что делает!

Митроша кивнул.

– Я должна остановить ее.

Митроша остался сидеть на ее плече.

Ксюха решительно направилась к двери.

Ночной воздух был неподвижен. Ни одного дуновения ветерка. Длинные тени пересекались на земле, складываясь в причудливые узоры. Ксюху не покидало ощущение, что это не сон. Будто все это ей только кажется. Еще бы! Изможденная девушка в лохмотьях чертит в воздухе черной свечой, бледные пятна света мерцают, как островки, среди моря мрака, собачий вой, а у Ксюхи на плече примостился домовой. И это она сейчас пересекает улицу и идет прямо к девушке, чтоб остановить ее… Нет, чтобы остановить и спасти!

– Стой, стой! Не делай этого! – вновь крикнула Ксюха, но уже поняла – она не успевает. Девушка подняла свечу и мазнула черным воском Наташкины ворота.

Ксюха подбежала к ней, схватила за плечо. Девушка медленно повернулась, невидящие глаза темными провалами уставились прямо в Ксюхино лицо. И вдруг страшная гримаса исказила лицо девушки, она запрокинула голову и захохотала – жутко, не по-человечески.

Собаки охрипли от лая. Но ни одно окно не засветилось, деревня была погружена в мертвый сон.

Рука со свечой снова поднялась, губы девушки шевельнулись беззвучно. Свеча наклонилась, закапал воск.

Ксюха что есть силы ударила по ее руке, надеясь выбить, затушить ведьмин огонь. На ее плече болезненно пискнул Митроша. Неужели капля воска попала на него?

От Ксюхиного удара девушка пошатнулась, но свечу не выпустила. Ксюха отпрыгнула назад.

– Беги, Митроша! – приказала она домовому.

Но тот не убежал, только крепче вцепился ручками в Ксюхину футболку и залопотал что-то.

– Брось свечку, очнись! – закричала Ксюха приблизившейся к ней девушке.

Вот они уже оказались на середине улицы, в самом большом пятне света. Губы девушки по-прежнему шевелились, лицо ее как будто свело судорогой, рука со свечой механически описывала круги и приближалась к Ксюхе.

– Господи! – взмолилась Ксюха. – Да что же это!

Домовой пронзительно заверещал.

Между Ксюхой и девушкой заструился поток воздуха, девушка замерла, не в силах двинуться. Затрепетал огонек свечи.

И тут Ксюха увидела бабу Любу.

– Возьми, вот. – Она протянула Ксюхе ковшик, на дне его плескалась вода. Ксюха, не веря своим глазам, взяла ковшик, моргнула – и перестала видеть бабу Любу. Зато она видела зеленый огонь и пустые глаза девушки.

– Гаси! – в самое ее ухо пискнул Митроша.

И Ксюха выплеснула воду.

Зеленый огонь зашипел, взвилась в воздух змея вонючего дыма. Девушка застонала, черная свеча выпала из ее руки и покатилась по земле. Девушка застыла на секунду, глаза ее закрылись, она вновь застонала и упала навзничь.

Ксюха обессиленно плюхнулась прямо в пыль рядом с ней. Митроша спрыгнул с ее плеча, подкатился к огарку, схватил его и исчез. Ксюха взглянула на пустой ковшик, который она по-прежнему сжимала в руке, и разрыдалась.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации