Текст книги "Всадники Постапокалипсиса. Поворот судьбы. Книга 1"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vsadniki-postapokalipsisa-povorot-sudby-kniga-1-267786.jpg)
Автор книги: Иван Чернявский
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Древний Тоннель
– Вставай, храпун, – раздраженно сказал Кефа, пиная Итера. – Пора покидать Чёрную Пустыню.
Его разбудили, когда седлали псов. Холодная ночь заставила разведчиков ёжиться у костра. Пиво не согрело их. Десятник уснул только под утро, но чувствовал себя прекрасно. Остальные жаловались на головную боль. Ветер разрывал уши. Руки краснели от холода, сон убежал прочь.
Холодный рассвет приветствовал смертельной бледностью. Воздух обжигал лёгкие. По эту сторону гряды всё выглядело иначе. Мрачнее. Земля не нагревалась – не могла. Здесь встречалась зелень, но она совсем не радовала глаз. Всё было чужим, будто ненастоящим.
Мелкицедек наслаждался внутренней гармонией. Члены отряда, наоборот, везде видели угрозу и торопились покинуть эти места. Запаслись факелами в пещерах. Они знали, что лишними те не будут. Оставшихся без собак везли по очереди.
Барабарийцы направились на запад. Они не скакали, а мчались, пересекая неприветливые земли. Вскоре они нашли дорогу. Древнюю, гладкую, на ней стояло множество железных ржавых колесниц. Она разрезала пустыню, как нож. Беря начало под горой, уходила на север, теряясь за горизонтом.
– А вот и тоннель, – заявил Мелк.
– Я надеюсь, мы получим в награду золото, а не бесславную смерть под завалами, – выразил надежду Балаам.
Ашер подошёл к толстяку, положил руку на плечо:
– Не переживай, мы выберемся. Обещаю тебе.
Балаам вооружился всей храбростью, какую только нашёл в себе. Отряд приготовился войти.
– Факелы нужно экономить, – заявил десятник. – А не то останемся в кромешной тьме.
Слов не стали тратить понапрасну. Собаки не проявляли желания идти внутрь. Они жалобно скулили. Пришлось тащить их силой за удила. Никому не нравился тоннель. Он не внушал доверия, безопасным его назвать было нельзя. Девять человек вошли во мрак.
Внутри находилось много ржавых телег доисторического периода. Гладкий потолок весь истрескался, а местами обрушился. В стенах зияли норы. Воздух застоялся. Вонь раздражала ноздри вошедших. Горел один факел. Проход под горой был бесконечно прямой, будто уходил в саму преисподнюю. Кругом лежали усопшие. Свет от входа отдалялся, превращаясь в маленькую точку. Разведчики брели целую вечность. Время здесь текло иначе, тяжёлый воздух сковал лёгкие.
– А что если это место проклято? – Балаам не на шутку струхнул больше всех.
– Что ты несешь? – рявкнул Кефа. – Кто тебя разведчиком назначил?
– Все постройки и механизмы древних пропитаны проклятиями! – не унимался толстяк.
– Их боятся из-за суеверий, – влез Мафусаил.
– Совсем не суеверия! – заявил Итерпиша. – Моя сестра залезла в развалины и умерла в страшных муках. Мать заразилась и тоже скончалась.
– Да смилостивится над нами Мардук!
История произвела впечатление на отряд Бараба. Казалось даже собаки прониклись повествованием, пугаясь каждого шороха. А шума хватало. Каждый отскочивший камушек и слово эхом отдавались во мраке.
– Итер, ну ты сволочь! Люди и так нервничают, а ты подливаешь масла в огонь, – рявкнул десятник.
– Я лишь говорю о том, как опасно ходить по таким местам!
– Никто не умрёт от проклятия. Это тайный проход в замок, а значит, надёжный, – заявил Мелкицедек. – А теперь хватит болтовни, обвал куда более реальная проблема!
Десятник говорил убедительно и здраво. Все молча согласились. Ашер и Кефа переглянулись, но их эмоций командир не заметил.
Прошло много времени. Отряд достиг скопления телег и разбросанных скелетов. Они умерли в бою. Вооружённые подручными средствами, погибли в этом страшном месте.
– Если каждый будет сам за себя, то мы погибнем, – заявил десятник.
Никто не отважился прокомментировать. Кефа фыркнул.
Они прошли ещё немного, и Балаам не выдержал:
– Эх, съесть бы сейчас три, что ли, завтрака!
Его слова пришлись всем по душе. Сделали привал. В этот момент очередной факел начал дымить и чуть не погас. Подожгли новый. Когда свет опять стал ярче, они оказались окружёнными огромной стаей крыс. Грызуны напали на собак. Нур-Адад среагировал быстрее всех. Он убил нескольких из них прежде, чем остальные успели прийти в себя. Псы с визгом рванули обратно. Всё кишело крысами. Балаам защищал свой паёк, от чего стал жертвой прожорливых тварей. Ему начали грызть ногу. Через некоторое время пол усеялся трупами грызунов. Оставшиеся бежали прочь.
– Нет ничего отвратительнее, чем огромные и голодные крысы в кромешном тоннеле, – брезгливо возмущался Дан.
Балаам кричал от боли. Нога превратилась в жуткое месиво – мясо висело на кости. Он бредил. На земле столько крови, что не понятно было, чья она. Собаки исчезли.
– Кто-нибудь, заткните его, иначе, Мардуком клянусь, я убью его! – зарычал Кефа. – Он похоронит нас здесь!
Пыль посыпалась с потолка. Все молча посмотрели вверх, даже рыдающий Балаам. Всё стихло. Мужчины выдохнули, ведь они живы. Пошла трещина. Они рано радовались. Упал кусок свода, затем ещё и ещё. Все кинулись в рассыпную. Шум и треск не прекращались, пока камни не завалили проход полностью. Дышать нечем. Все кашляли и проверяли целостность конечностей. Они вновь целы, но не все. Теперь был только один выход – через замок.
– Помогите! – орал Балаам.
– Да ну сколько можно?! – злился Дан.
– Если не решить вопрос, мы погибнем, – вынес выводы Балак.
Придя в себя, они обнаружили толстяка под грудой камней. Теперь он точно умрёт.
– Балаам! Помнишь, я говорил, что мы выживем? – спросил Ашер.
– Да, помню, – жалобно простонал он.
– Мы выживем, но без тебя, – с этими словами он всадил болт ему в голову. Крики утихли. Даже десятник выдохнул, хоть и чувствовал угрызения совести.
– Где Нур-Адад? – заметил Мафусаил.
Весь отряд оглянулся, но молчаливого вояку никто не обнаружил. Они понесли потери. Задание ещё толком не начало выполняться, а их уже семеро. Отряд Бараба приуныл. Даже Ашер с Кефой опечалились, лишившись Адада. По Балааму не скучали. Десятник удивлялся, как легко могли убить своего ради выживания. И еще больше не доверял.
Разведчики брели в молчании. Большинство факелов утеряны, а значит, времени стало меньше. Воздух загустел. Появилась сонливость, усталость брала верх.
Зажгли последний факел. Когда решили, что хуже быть не может, то по закону подлости пришла новая напасть. Барабовцы подобрались к пропасти. Не обойти и не перепрыгнуть. Без псов перебраться и думать нельзя.
– И что теперь? – любопытствовал Дан.
Ашер присел у обрыва. Кефа ударил со всей силы кулаком в стену, позабыв о осторожности. Да и к чему теперь она? Все члены отряда осознавали крах и приуныли. Тоннель победил. Кто-то молился, кто-то прощался с мечтами и родственниками. Неужели это конец?
Десятник не мог позволить себе сдаться. Он наблюдал за подчинёнными. Осмотрел пропасть, дна не разглядел. Верно, подземные воды постарались. Он не мог проиграть. Ему доверили важную миссию, и он справится. Обязан довести дело до конца. Ведь он сын Иеффая, потомок Кира. Он не подведёт. Последний из своего рода и наследник имени.
– Давай, Цедек, думай головой! – так учил его отец и так он твердил себе.
План явился к нему как раз вовремя.
– Вставайте, парни! Видите ту длинную карету? Если мы столкнём её в бездну, то при хорошем разгоне она упрётся и станет мостом.
Ашер встал. Прошёлся к ржавой развалюхе. Осмотрел её. Отмерил шагами и посчитал на пальцах.
– Датапатиш, я с самого начала считал тебя зелёным. У тебя мало опыта, – сделал вывод он. Десятник приуныл. – Но будь я проклят, это лучшая идея, которую я от тебя слышал. План хорош, но есть подвох. Нужно расчистить путь от лишнего мусора. Проверить колёса. Сделать большой разгон и толкать со всех ног.
Так и поступили. Камни, мусор и прочее скинули в пропасть. Всё готово. Набрав в лёгкие воздуха, начали толкать. Шло туго. Ржавчина поразила всю конструкцию. Отряд боролся на смерть. Боролся со смертью. Для них это уже не столько миссия, сколько выживание. Они упёрлись в неё, как быки. Пыхтели, рычали и подначивали друг друга. Удача наконец улыбнулась. Боги ли помогли или ангелы, но они смогли разогнать это корыто. Бежали так, словно ехали, а не толкали. Человек и понятия не имеет, на что способен при угрозе гибели. Телега достигла края. Первые колёса слетели с дороги. Скорость падала. Длина повозки позволила ей под наклоном достигнуть другого края. Она соскочила последними колёсами. Передом врезалась в стену ямы и застряла. Задом лежала на дороге.
– Конструкция ненадёжная, – сделал вывод Дан. – Переходить надо по одному, а остальные будут противовесом.
– Пусть те, кто перейдут, зацепятся верёвкой и удерживают от падения тот край, – подтвердил Мафусаил.
– Откуда такие познания? – спросил десятник.
– Папа был строителем, – ответили в один голос.
– Балак, ты самый лёгкий. Пойдёшь первым, – заявил Ашер.
– Всегда первым идёт Балак?! Ну конечно, меня же не жалко.
Мужчины ухватились за край телеги. Балак залез на крышу. Он медленно направлялся на другую сторону с последним факелом. Если он упадёт – они ослепнут. С другой стороны, если он единственный, кто спасётся, то будет иметь шанс выполнить задание. Затем спасёт остальных. Он шёл, осторожно ступая по крыше. Скрежет и тряска усиливалась.
– Все не пройдут, – подытожил Дан.
Балак соскочил на землю в тот самый момент, когда ржавая телега не выдержала и соскочила. С шумом она понеслась в бездну. Она забрала вместе с собой часть грунта, увеличивая пропасть.
– Простите, ребята, – улыбнулся Балак и исчез в темноте.
– Он же вернётся за нами? – спросил Мафусаил.
– Маловероятно, это эгоистичный сукин сын, —заявил Ашер. – Я надеялся, что кто-то ещё пойдёт с ним.
– И ты послал его первым? – возмущались все. – Ты убил нас!
Кефа впервые не показывал гнев. Он молчал и, уставившись во тьму, размышлял.
– Это конец! – чуть ли не злился Дан.
– Нас съедят крысы! – вторил Мафусаил.
– Или мы сами друг друга! – поддакивал брат.
– Будь проклят этот Балак! Будь проклят Ашер! Будь проклят визирь, пославший нас сюда, – рычали оба близнеца.
Пока они ругались, спорили и грызлись, показался свет. Сначала маленький, как спичка. С каждым мгновением он вырастал. Это был Балак. Он нёс длинную деревянную лестницу.
– Я смотрю, вы тут почти поубивали друг друга. Надо было не торопиться, – смеялся он.
Он перекинул один край Кефе. Здоровяк придавил одну из ступенек ногой. Все по очереди перебрались. И вновь вертихвостка удача улыбнулась отряду. Радость изливалась в благодарностях. Ашер смеялся над сомнениями, которые во всех посеял. Братьям стало стыдно. Всем было стыдно за сомнения в товарище.
Ночная Операция
На следующий день противные стороны отдыхали. Чинили латы, зализывали раны. Оба военачальника часто встречались взглядами. Оценивали друг друга.
Царь южан обедал на виду. Стол ломился от вавилонских лакомств и напитков. Бокалы не иссыхали. Еды приготовили так много, что офицерам и за неделю не съесть. Смех слышали и в замке. Запах мяса возбуждал пиптских солдат и граждан. Пайки северянам ограничили. Осада предвещала голод в будущем. Желудки скручивались в трубочку. Зависть пиптов росла, как и недовольство войной. Макт решил это использовать.
Перед Навуходоносором выступал сонм пророков Мардука. Предсказывали скорую победу. Возглавлял их, как всегда, Исав. Его слова равны небесному откровению. Мало показалось ему воодушевлять вавилонян. Рискнул он подточить дух пиптов. Вышел в поле перед Оиком, где трупы кормили воронов. Осмотрел зорким глазом врагов. Аскетичный фанатик выделялся гордым носом, хитрой улыбкой и надменной простотой. За ним следовали ближайшие к нему из прорицателей.
– Пипты и жители Оика! Царь царей Навуходоносор велит: открывайте ворота. Сдайте город. И господин ваш царь накормит нежным мясом и напоит лучшим вином. Даст работу ремесленникам. Разрешит владеть полями и лесами. Зачем вам умирать? Только признайте Мардука своим богом, а Навуходоносора царём над собой.
– Слушай сюда, ты, целующий пятки царя и визиря! Передай слова мои хозяевам своим. Если вы не воротитесь назад той дорогой, которой пришли, то вас раздавит молот Кузнеца, а убегающих поразит стрела Ткача! Оденем ваши головы на пики. Установим их от столицы нашей до града Вавилона. Это говорю я, Макт Титлийский – воевода князя и защитник Пипта.
Пророки не спешили покидать поле словесной брани. Пиптские рейнджеры дали залп. Стрелы поразили нескольких из глашатаев божьих. Усеяли поле вокруг Исава. Сам же предводитель прозорливцев остался невредим. Подняв руки к небу, возвысил голос:
– У вас время до рассвета второго дня. Не медлите! Если не сдадите город, вас постигнет страшный суд. Не будет пощады. Так говорит Мардук: заберу детей ваших и жён. И станете рабами рабов царя! Город отдам на разграбление воинам, вынесу всё золото и серебро! А ты, Макт, выпьешь чашу гнева!
Воевода высмеял эти угрозы. Хохотал так громко, что слышали все.
– Глупец! – сплюнул Исав.
– Лицедей! – плюнул Макт со стены.
Южане строили передвижные башни, обшитые металлом. Грозные и крепкие, они внушали страх. Целый день стучали молотки. Топоры и пилы уменьшали площадь старого леса.
Макт готовил ночную вылазку для диверсии. Он выстроил отряды у ворот. Первый, одетый в металлические кирасы, с щитами и мечами – пехота Кузнеца. Второй – стрелки Ткача. Третий отряд, облачённый в кольчуги и с топорами – мастера Плотника. Отряд в мехах с молотами – Каменщика.
– Изрубите, разите стрелами и сокрушите! – напутствовал он.
– Во славу Мастеров и князя! – салютовал капитан.
Воины выступили в ночной тишине. Безлунная ночь, она благоволила защитникам земли. Сверчки, совы, волки заглушали их шаги. Казалось, даже звёзды сегодня мрачны – прячут Рато и его воинов. Бесшумно они пересекли поле битвы. Начинающее гниение павших тел досаждало обонянию. В лагере врага мирно спали.
Рато приближался к новым башням и катапультам. Лучники убрали стражу. Молодой командир отправил часть людей с маслом к сооружениям. Остальные остались прикрывать отход. Воины обильно полили маслом древесину, деревья и осадные орудия. Всё слишком хорошо складывалось.
Капитан отвёл солдат на полпути к вратам, когда, развернув лучников, скомандовал:
– Сожгите этих поганых тварей! Залп!
Десятки светляков полетели в лагерь врага. Вмиг вспыхнули не только осадные орудия, но и лес позади южан. Теперь отряды пиптов были на ладони.
На стене северяне радостно скандировали имя героя:
– Рато! Рато! Рато!
Титглат в ярости раздавал приказы. Войска южан устремились мстить смелым защитникам. Рато отводил воинов к стене. Амртака быстро нагоняла убегающие отряды северян. Капитан пиптской стражи развернул солдат. Четыре отряда выстроились. В авангарде стояли тяжёлые воины, в тылу – лучники. Столкновение неизбежно. Они встретили лёгких всадников лицом к лицу. Ими командовал сам Каштилиаш.
Макт руководил обстрелом южан со стены.
– Рато, отводи людей к воротам! – кричал он. – Рато!
– За Мастеров и князя! – отсалютовал он своему наставнику и ринулся в бой.
– Рато, Кузнец бы тебя побрал! – сжал кулаки Макт.
Воевода был вынужден наблюдать, как его лучшие воины гибнут. Он хотелбы помочь, но не мог. Слишком велик риск, а южане близко. Лязг металла, брызги крови. Всё смешалось: пыль и стрелы, трупы, вопли. Теснимые врагом, они сомкнулись в кольце. Собратья на стене беспомощно пытались спасти друзей. Вавилонская амртака подступила к стене, став преградой. Командующий побледнел. Он вцепился в холодные камни. Ещё немного, и он раздавил бы их. Один за другим пипты падали. Стоны и крики эхом звучали в ту ночь. Северяне бились до конца. На каждого убитого – дюжина сражённых вавилонян.
– Барды воспоют ваши имена, – впервые пал духом воевода. – О, Рато! Храбрейший из пиптов!
Не осталось никого на поле, кроме капитана. Раненый, но не сломленный. Он стоял, склонив колено, опираясь на меч. Каштилиаш слез с пса и подошёл к нему.
– Сложи оружие, храбрец. Царь царей пощадит тебя.
Рато молчал. Взвешивал последствия своего решения. Вавилонцы натянули стрелы. Макт не знал, чего боялся больше: смерти или позора капитана стражи. Рато продолжал играть у всех на нервах. Он глянул на седовласого недруга, отвёл взгляд. Кивнул. Бросил меч под ноги знатного южанина. Каштилиаш подошёл ближе. Огонь факелов войска игриво освещал сцену действия. Капитан ухмыльнулся.
Прежде чем старый успел среагировать, Рато выхватил кинжал и вонзил его прямо в горло. Кровь Каштилиаша залила лицо командира стражи. Радовался он недолго. Его тело молниеносно, утыканное стрелами превратилось в подобие подушки для иголок. Но, опрокидываясь на спину и улыбаясь, он насмехался над южанами и над самой смертью.
– Теперь он вошёл в Пристанище Мастеров, – сказал Тарвил.
– Теперь ты – капитан стражи, – сухо приказал Макт.
Пламя с яростью перекинулось на лагерь южан. Горели палатки, частокол. Навуходоносор, Титглат и предатель Энут бежали прочь. Гнев пиптских богов карал пришельцев. Небо окрасилось в цвет мести за пролитую кровь сыновей северных земель. Сердце командующего наполнилось жгучими углями. Он злился, а гнев, смешенный с болью, одевался в ярость. Он желал заменить павшего собой. Запах дыма оккупировал воздух. Свежего воздуха не стало. Макту опротивело всё, сама жизнь стала бременем.
Вышел Исав в поле утром. Кинул жаренное говяжье бедро в сторону Оика и сказал:
– Так говорит Мардук: вы хорошо сражались и заслужили себе честь. У вас есть храбрость и воля. Не слушайте Макта, говорящего, что у вас есть сила отбиться от Вавилона. Прежде чем солнце встанет вновь, ворота Оика падут! Сдайтесь и будете есть досыта!
– Глупо разбрасываться мясом, когда в Оике есть ещё хлеб, – отвечал Макт.
– Преклоните колени перед Великим Мардуком и будете живы.
– Есть боги в Оике, которые дали горы – каменщикам, железо – кузнецам, ткани – ткачам и деревья – плотникам! Не сдадимся и не предадим.
– Я сокрушу твои горы, растоплю металл, срублю деревья, изорву ткани! Заберу это и увезу в Вавилон! Так говорит Всевышний! Тогда вы умрёте! – сказал пророк.
– Пусть и так. Похвально пиптам умирать на своей земле.
Волкодавы
Караван достиг самого отвратительного отрезка пути – Мусорных холмов. Отходы ушедшей цивилизации – столетиями разлагающиеся, отравляющие почву и даже воздух. Но и здесь природа приспособилась. Прусаки размером с младенцев облюбовали эти места. Они нападали не на путников. Эти твари воровали еду, а отбиться от них невозможно. Прибегали десятками и сотнями. Волна за волной. Мерзкие, вечно копошащиеся вокруг. Особенно активные ночью. Стоило их отогнать, они возвращались вновь. Единственная возможность для путников уберечь пищу, взятую с собой – не останавливаться. Идти, пока силы не иссякнут. Мусорные холмы пройти за день не получится, тем более, с таким количеством людей. Без отдыха нельзя.
Ночью Неллитаф предложила лучший из вариантов – костры. Разжечь их по кругу. Только благодаря этому они сохранили свои припасы.
Следующей ночью торговцы наслаждались спокойствием. Путешественники покинули вонючие горы. Но ещё полдня пути от них исходил запах тлена и разложения.
Ночью сильно похолодало. Весь лагерь собрался у костров, наслаждаясь их теплом. Грело не только пламя, но и душевные разговоры. Разливали горячий чай. Нелли стала центром всеобщего внимания. Её почти боготворили. Со времён Орды она не чувствовала такого отношения к себе. Караванщики стали её семьёй. Сам Набопаласар протянул ей кубок вина. Всё было слишком идеально.
– Ты очень хорошо вписываешься в нашу группу. Может, подумаешь над тем, чтобы стать частью нашего каравана? – спросила Хилини.
– Это невозможно.
– Из-за Ордена?
– Из-за Тропы Орды. Моя вера запрещает мне становиться частью чужеродной группы. К тому же я налзари – одинокая охотница.
– Что это значит?
– Налзар – тот, кто потерял своего волка. Мы берём на себя обет и бреем головы в знак смирения. Нам запрещено жениться и заводить детей. Мы изгнанники.
– А если погибнет всадник? – спросила Хилини.
– Волк становится наззи. Он свободен от седла.
– Жестокая у тебя религия по отношению к людям.
– Я свято почитаю традиции моего народа.
– Но ведь Орды больше нет.
– Есть ещё я, – твёрдо ответила Неллитаф.
Старая Хилини решила не давить на ордынку. Ветер переменился. Посреди радостного галдежа охотница насторожилась. Заметил только Торквил. Она подскочила к нему, с её губ беззвучно сорвалось одно слово:
– Волкодавы.
С этими словами она покинула посиделки и, схватив пожитки, умчалась во тьму. Набо осознал и задрожал. Никто не видел ордынку в таком ужасе, как сейчас. Не успели ничего спросить. Послышался лай собак, лязг доспехов и вавилонский говор.
– Всем сидеть тихо, – велел капитан наёмников.
Из-за холма показался отряд рыцарей. Гордые и напыщенные. Восседающие на собаках и вооружённые до зубов. Опытный отряд Ордена. Укутанный плащом, на рыжей псине сидел самый знаменитый из них. Он остановил всех. Откинул на затылок длинные волосы, заплетённые в косы. Миловидный, молодой и бородатый. Скрестив руки на холке, неприятно улыбнулся и сплюнул.
– Я Мордехай, прозванный Когтем Мушруша – могучего грифона. Посланник великого паладина Валтасара, главы Ордена Волкодавов.
Торговец учтиво встал и поклонился:
– Я Набопаласар бэн Йоханан. Гражданин Вавилона, а это мой караван. Мы возвращаемся на родину.
Мордехай спрыгнул с седла и важно прошёлся вокруг костра. Он разглядывал всех. Собаки вели себя неспокойно, даже нервозно. Они без остановки лаяли. Рыцари держали в руках арбалеты. Лидер положил свой на плечо и вновь откинул волосы.
– Вы, верно, голодны, – сказал Набо.
– Мы уже планировали ночлег, когда увидели ваш костёр издали. Решили заглянуть на огонёк.
Набо пощёлкал пальцами, слуги быстро принесли блюда с финиками, сушёным мясом, виноградом, орехами и, конечно же, вином. Командир бросил говядину псам. Те с жадностью накинулись.
– Хм, не отравлено.
– Зачем мне вас травить?
Рыцарь не ответил. И он не откусил, а жадно отгрыз кусок. Ему подставили кресло. Мордехай увидел, что сиденье Набо лучше, и уселся в него. Рыцари слезли, но всё ещё были готовы к нападению на путников.
– Скажи мне, торговец, – начал сын Шауля. – Как так вышло, что Набопаласар из Моава взял в охрану врагов нашего царя?
– Вы обо мне слышали? Как это приятно, – захлопал в ладоши пухлик.
– Это упрёк, а не комплимент. Ты хорошо спонсировал корону, а тут такая оплошность, – иронизировал Мордехай. – Визирь не одобрит такое предательство.
– Это просто наёмники для защиты, не более.
– Почему тогда ты не попросил защиты у Титглата?
– Министр очень занятой человек. Куда ему до такого простака, как я?
– К чёрту отговорки! – выпалил рыцарь. – Ты связался с врагами короны и ордена! Тебе нужны наёмники, чтобы защитить ордынку!
– Что? – обомлел караванщик.
Мордехай изучал лицо толстяка.
– Да! Последняя из своего рода. Нам доложили, что эта налзари замечена в Пипте. Я убью её и заслужу место в истории.
Капитан Торквил схватился за рукоять эсока. Сопровождающие навели прицел на него.
– Ха! А вот тому и подтверждение! Я бы на твоём месте не дёргался, – помахал пальцем Коготь.
Торквил убрал руку с меча. Мордехай вздохнул:
– Эх, скучно у вас тут. Ну так где она?
Хилини прижала к сердцу Дария. На секунду взгляд Когтя упал на мальчугана. Он пристально присмотрелся. Псы завыли и стали рваться вперёд со всей силы.
– У вас есть ещё шанс спастись. Я сегодня добрый. Выдайте мне ордынку, и я вас всех пощажу.
Повисло такое молчание, что даже треск огоня боялся его нарушить. Мордехай осмотрел всех. Люди разрывались между страхом и жаждой спасения.
– Что, никто? Я же вижу, что вы прекрасно знаете, о ком я толкую, – он говорил медленно, театрально выдерживая паузы. – И вы готовы умереть за неё? Вавилонцы умирают за Орду – вот так новость!
– Здесь нет ордынки, – затрепетал Набо.
– Братья мои! Переверните всё и найдите её.
Коготь отправил рыцарей с собаками на поиски. Один из псов не торопился. Рыжий пёс остановился возле Дария. Принюхался и стал рычать. Слюна капала из его массивной клыкастой пасти. Юноша прищурился и отвернулся.
– Что такое, Шеол? Ищи ордынку! – велел командир.
Шеол умчался за всеми. Мордехай подошёл к парню и похлопал по плечу:
– Своенравный у него характер.
– Я заметил, – ответил парень.
– Как тебя зовут?
– Дарий.
– Кто твой отец?
– Бранн из племени карнаутов.
Рыцарь скривился, кивнул и вернулся на кресло. Он нетерпеливо перебирал косы.
Поиски продолжались. Грохот и треск разносился по пустыне. Вещи летели из телег. Несколько палаток вспыхнули ярким пламенем. Мордехай наслаждался. Люди не могли ничего сделать, кроме как беспомощно наблюдать за происходящим. В считанное время караван обнищал. Рыцари ловили удовольствие, Коготь постукивал пальцами по коленке. Затем всё стихло. Мордехай не сразу это заметил. Он заёрзал.
– Цадок, Каин! Где вы?
Тишина, да и только. Никаких звуков или голосов.
– Шеол, ко мне!
Через минуту вышел рыжий пёс. Весь в крови. Он был смертельно ранен. Хромал и скулил. Собака легла у ног Когтя. Показалась та, которую рыцари так усердно искали. Красная и неистовая. Обмазанная кровавой боевой раскраской. Её глаза горели. Беспощадно прекрасная в своём жестоком великолепии. Их глаза пересеклись. Даже видавший виды Мордехай ужаснулся, но между тем облизнулся. Он добил болтом умирающего пса.
– Итак, как твоё имя, последняя из Орды? – взял себя в руки Коготь.
– Я не стану трофеем в твоих волосах, – прогремела воительница.
– Ещё как станешь. Я помню каждого, – он перебирал свои косы, называя имена соотечественников охотницы. – Макба, Унна, Валраби, Угвэ, Малки, Рилка, Демги, Силка, Гримма, Трикки, Хамму, Пильви, Гамби, Кулра, Шатванафа, – рыцарь перебирал рукой каждую косу, когда называл очередное имя.
Караванщики стали невольными зрителями. Хилини прикрыла рукой рот. Дарий порывался к ордынке на помощь. Торквил придержал его.
– Список небольшой, – съязвила Нелли.
– Зато это были сильные воины.
Воительница не спорила с этим утверждением. Лишь крепче сжала меч.
– Умру я или нет, но моё имя ты не узнаешь! – выпалила волчица.
Неллитаф кинулась в бой. Мордехай ловко парировал все её удары. Рыцарь улыбался. Оба завертелись в боевом танце. Они были разные. Она – неистовая волчица, грозная и яростная. Он – дрессировщик. Уже в середине схватки воительница поняла, что этот соперник ей не по зубам. Мордехай играючи порезал ей предплечье и бедро. Она едва оцарапала ему щеку. В одном из выпадов ей удалось отрезать одну косу. Волкодав вспылил. Ударил её ногой в живот, рукоятью в челюсть. Теперь Нелли лежала под ним.
– Прежде чем я убью тебя, волчица, ты скажешь мне своё имя! – прошипел он.
– Ни за что!
– Впрочем, я могу выбить его из этих бедняг, что так яростно пытаются тебя защитить, – пожал он плечами.
Мордехай занёс меч высоко над ней. Нелли закрыла глаза. Дыхание стало ровным, впервые она ощутила запах свободы. Больше бороться не нужно. Она закончила свой земной путь, не посрамив чести…
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?