Текст книги "Я тебя нашел"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ya-tebya-nashel-108826.jpg)
Автор книги: Изабелла Полен
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– Нет, правда… Честно говоря, мне немного помогла фирма, доставляющая блюда по заказу. Но ведь главное здесь – это забота, правда?
– Уф! – со смехом выдохнула Клара. – А я было испугалась.
Еще несколько километров пути – и вдалеке показалась их усадьба, стоящая на самом краю леса. Нажав на кнопку пульта управления, Франсуа привел в движение тяжелую створку ворот, свет фар упал на табличку, где от руки было написано название:
Bahia[11]11
Бухта, залив (исп.). Баия (порт. Bahia) – один из 26 штатов Бразилии, расположенный на востоке страны на побережье Атлантического океана. Название штата в переводе с португальского означает «бухта».
[Закрыть].
Четыре года назад Франсуа купил этот дом, уехав из Парижа и приняв предложение о работе в лаборатории города Бордо. По счастливому стечению обстоятельств на него неожиданно свалился настоящий подарок судьбы. Патент Франсуа на изобретение, зарегистрированный во время его исследований болезни Альцгеймера, – смесь, ограничивающая метаболизм протеинов, вызывающих это заболевание, – был приобретен одной фармацевтической фирмой. Причем сумма, которую ему заплатили, представляла собой небольшое состояние.
Добавив к этому дару небес свои сбережения, Франсуа вложил все деньги в старое здание, расположенное неподалеку от пруда. Со всех сторон виллу окружал густой лес, но Франсуа с первого взгляда был очарован спокойным водоемом и романтическим видом на понтонный мост.
Затем он заказал полную реконструкцию: были снесены перегородки, приведены в порядок балки и каркас дома, а потом устроены кухня и две роскошные ванные комнаты с большими окнами. Все для того, чтобы создать уютное гнездышко, о котором Франсуа давно мечтал. Слишком просторное для него, просто до нелепости. Во всяком случае, так обстояли дела, пока он не встретил Клару.
Свое первое впечатление о вилле девушка выразила следующими словами: «Спокойствие, умиротворенность, никакой суеты». Рекламное объявление оказалось совершенно правдивым: очертания ближайшего дома, на который уже давно не находился покупатель, едва проглядывали вдалеке. В первое же посещение Клара открыла для себя место, полное теплоты и своеобразного очарования. Здесь как нигде более ощущалась связь с дикой природой: она была за каждым из окон, она ощущалась внутри дома, отделанного свежим деревом.
Со всех сторон верхний этаж был увенчан треугольным фронтоном из белого дерева, который поддерживали две колонны. На южной стороне с широкой еловой террасы открывался восхитительный вид на лес и водную гладь. Утолить жажду в пруду прилетало бесчисленное количество птиц, смущавших покой уток, избравших этот водоем своим местом обитания.
Сперва дом показался Кларе слишком просторным, чересчур светлым. Она даже опасалась, что их с Франсуа только зарождающееся взаимопонимание потеряется в анфиладе комнат. Но затем девушка ощутила загадочную и трепетную душу этого места. Несмотря на все переделки и обновления, особняк, казалось, хранил память о захватывающих и полных глубокого смысла событиях прошлого.
Клара не сомневалась, что люди, жившие здесь раньше, тоже любили друг друга. Девушке чудилось, что их смех и споры до сих пор эхом отдаются в этих стенах.
Именно ей пришло в голову назвать виллу Bahia, так как изогнутый берег пруда перед домом и правда напоминал спокойную уютную гавань. К тому же так называлась их любимая песня о райском уголке в солнечной Бразилии.
– Смотри, лампы над крыльцом горят, – заметил Франсуа, когда они въехали в аллею.
Освещение перед домом было снабжено датчиком движения, который срабатывал, стоило кому-то появиться рядом.
– Кто здесь? – спросила Клара, нахмурив брови.
Пятно света возникло в глубине леса и направилось к ним. Франсуа зажмурился, а затем прикрыл глаза рукой.
Вскоре спутники смогли разглядеть какого-то мужчину. Он улыбался. На поводке незнакомец держал большую собаку с пышной белой шерстью, которая почти светилась в сумерках.
– Извините меня!
Закутанный в темный дафлкот[12]12
Дафлкот (англ. duffle coat) – однобортное пальто прямого силуэта длиной три четверти из плотной шерстяной ткани с капюшоном.
[Закрыть] мужчина протянул руку Франсуа: тот уже вышел из машины. Незнакомец был худой, со светлыми глазами и короткой темной бородкой, еще больше подчеркивающей форму его круглого лица.
– Здравствуйте. Меня зовут Антуан, Антуан Риве. Я ваш новый сосед.
Он дружески улыбнулся Кларе, тоже выходившей из машины. Та ответила ему немного растерянной улыбкой.
– Я Франсуа Менар. Что-то не слышал ни о каком переезде.
– Все произошло очень быстро, – объяснил Риве. – У меня еще не было времени пройтись и всем здесь представиться. Я работаю в недвижимости, но, чтобы сразу вам все рассказать, занимаюсь литературой и приехал сюда в поисках вдохновения. А природа всегда была его неиссякаемым источником…
Заинтригованная, Клара собралась было продолжить разговор, но перепугалась, когда собака вдруг издала низкое глухое ворчание. Хозяин жестом успокоил ее.
– Мне правда жаль, но… моя собака очень привязалась к вашим владениям. Всякий раз, когда я выхожу, она буквально тащит меня сюда. В конце концов ее поведение привлекло меня, я позволил увлечь себя в лес… и мы с вами встретились.
– Ну и как вам здесь понравилось? – шутливо поинтересовался Франсуа.
– Я видел двух уток и водяную курочку! У меня южнорусская овчарка, мы раньше жили в Бордо, а здесь я вдруг понял, что люблю охотиться.
– Надо сказать, уток здесь хватает, – заметил Франсуа.
– Я уже обратил на это внимание. Во всяком случае, это обстоятельство дало нам возможность встретиться. Ваш дом просто великолепен, – продолжил Риве. – Не уверен, что когда-нибудь смогу достигнуть такого же результата.
Франсуа кивком поблагодарил его.
– Может быть, вы смогли бы мне когда-нибудь рассказать, как вы его обновили? За стаканчиком вина или, возможно, за ужином?
– Конечно, с удовольствием. Мы обязательно об этом поговорим.
Распрощавшись, Антуан Риве удалился. Франсуа обернулся к девушке и заметил, что ее лицо стало совсем белым.
– Клара… – забеспокоился он. – Что с тобой?
– Ты же прекрасно знаешь – я очень боюсь собак.
– Он сказал, что обратил на это внимание. Этот тип производит впечатление воспитанного человека.
– Да, ты прав, – ответила Клара, смущенно улыбаясь.
Но вместе с тем она испытала громадное облегчение, поднявшись вслед за Франсуа по ступеням крыльца и войдя в дверь дома, который считала самым безопасным местом на свете.
6
Внутри пару сразу окутало нежное тепло.
– В конце концов, это не так плохо, что у нас наконец-то появился сосед! – весело воскликнула Клара, пока Франсуа включал свет. – А то мы здесь жили, будто какие-то дикари, правда?
– Ты хочешь сказать, что меня тебе недостаточно?
Клара не стала настаивать. Она прекрасно знала, что ее спутник жизни большой домосед, чей круг общения состоит из коллег по работе.
– Пахнет просто прекрасно…
Улыбаясь, девушка направилась на кухню – прямо в пальто, с букетом роз в руках. Она попыталась было открыть дверь, но Франсуа сразу остановил ее:
– Нет-нет-нет! Не входи! Это ужин-сюрприз!
– Я только хотела поставить цветы в вазу.
– Сейчас я этим займусь.
Завладев букетом, Франсуа исчез в кухне. Клара же отступила в их великолепную столовую, где буквально царил овальный стол из темного дуба. Это было одно из приобретений Франсуа, полностью соответствующее принципам фэн-шуй, которым тот был буквально одержим.
– Деревянные балки также символизируют восходящую энергию, – на полном серьезе объяснял Кларе возлюбленный. – Для достижения изобилия необходимо, чтобы в комнатах было много предметов в теплых тонах: розоватый персидский ковер, оранжевый абажур…
Войдя в салон с широким застекленным окном, девушка положила сумочку в угол и устроилась перед ноутбуком, стоящим на маленьком столике. Именно на нем она писала каждый вечер. Это были эссе, которые задавали в институте, поэмы, новеллы, изречения. Пейзаж за окном действовал вдохновляюще: мост, окруженный деревьями пруд, затянутый легким туманом, мостки, что вели, как Клара догадывалась, на дальний островок.
Вечерело. На небе высыпали звезды, ветки деревьев, подобно щупальцам загадочного существа, с жалобными вздохами колыхались на ветру. Все вместе имело поразительное сходство с японской гравюрой.
– Я сейчас зажгу огонь, – произнес Франсуа.
Тишину нарушило потрескивание, прозвучавшее энергичным стаккато, по комнате распространился восхитительный запах дерева. Франсуа взял кочергу и пошевелил поленья.
– Сейчас станет очень тепло, – сказал он своей возлюбленной, все еще отрешенно созерцающей пейзаж за окном. – Ты могла бы раздеться.
С обольстительной улыбкой Клара повернулась к нему.
– Это твое самое большое желание, не так ли?
Франсуа расхохотался в ответ:
– Снимай пальто и повесь его на место. Я почти закончил все приготовления.
Клара расстегнула пальто и положила на кушетку. Машинальным движением включила телевизор, встроенный в нишу напротив камина. Она бездумно переходила с одной программы на другую, но тут ее внимание привлекла сводка новостей по информационному каналу.
Журналист с микрофоном в руке стоял перед большим домом. На карте в правом верхнем углу экрана была отмечена деревня Сент-Элали. Девушка сделала звук погромче.
– …Жан-Марк Ройер, пятидесятипятилетний начальник стройки, пользовался уважением и симпатией соседей. Его тело, лежащее в луже крови, обнаружила дочь подросткового возраста. Без всякого сомнения, она счастливо избежала жестокой расправы лишь потому, что в это время выгуливала собаку…
Клара вдруг ощутила нехватку воздуха. Почувствовав головокружение, она сперва пошатнулась, а затем свалилась на кушетку. С безумным видом девушка уставилась на экран; только что услышанная новость снова и снова звучала в голове.
Из дверей кухни внезапно выскочил Франсуа. Взяв у Клары из рук пульт, он выключил телевизор и взял девушку за плечи.
– Клара… Что с тобой происходит?
Лицо его выражало сильнейшее беспокойство. Уже во второй раз за несколько часов его спутница жизни едва не упала в обморок.
Встретившись взглядом с Франсуа, Клара постепенно пришла в себя.
– Этот человек… – пролепетала она. – Ты слышал?
– Да, это ужасно.
– Но это же моя история! – воскликнула девушка. – Франсуа, это в точности… до малейших деталей повторяет историю, которую я придумала…
Ее собеседнику понадобилось несколько секунд, чтобы смысл слов дошел до него. Мужчина побледнел, губы его дрожали.
– Твоя история? – повторил он. – О чем ты говоришь?
– Рассказ, который я написала к занятию, – настойчиво повторила Клара. – Нам нужно было сочинить новеллу по мотивам какой-нибудь картины Эшера.
С неожиданной энергией она поднялась на ноги, дошла до бюро, взяла сумочку и, вынув оттуда несколько листов бумаги, протянула их Франсуа.
– Смотри, вот она. Преподаватель даже поздравил меня перед всей группой.
Франсуа прочел на листочке имя преподавателя.
– Амелен? Так, значит, тебя поздравил этот…
Клара ничего не сказала в ответ на замечание. Порой Франсуа ревновал, когда речь шла о совершенно незначительных деталях, к которым она сама проявляла снисходительность.
Нахмурив брови, он несколько минут просматривал новеллу.
Девушка прервала его:
– Но я написала ее вчера! Убийство тогда еще не произошло. Я не могла о нем знать.
– Всего лишь совпадение, – небрежно бросил Франсуа. – Не позволим ему испортить наш вечер. Лучше выкинь это все из головы. А знаешь, что я сейчас сделаю? Я накрою на стол, и будем ужинать.
Несколько секунд спустя Клара согласно кивнула и взяла сумочку, чтобы спрятать туда новеллу.
– Отлично. А пока ты будешь накрывать на стол, я переоденусь.
Девушка уже собиралась выйти из комнаты, когда увидела, что Франсуа поднял сложенный листок бумаги, валяющийся у ножки кушетки.
– Возьми, должно быть, это выпало из твоей сумки.
Клара протянула руку, чтобы взять записку, но Франсуа развернул ее и громко прочел:
– «Я тебя нашел».
Прочитав, он уставился на Клару вопросительным и тревожным взглядом.
«Записка Луи. Надо было ее порвать, – запоздало упрекнула девушка сама себя, – а не хранить забавы ради».
– Кто-то недавно подложил это в мои вещи, – объяснила Клара бесхитростным тоном, прозвучавшим на удивление фальшиво. – Какой-то таинственный обожатель. Можно подумать, кто-то может составить тебе конкуренцию!
Франсуа промолчал с серьезным видом. Поначалу Клара неправильно поняла его реакцию.
– Но я не собираюсь менять тебя на кого-то другого!
Выхватив у возлюбленного бумажку и не давая ему опомниться, она бросила ее в камин. Листок бумаги вспыхнул и моментально сгорел. С лукавой призывной улыбкой Клара поманила Франсуа к себе.
– А ты правда меня нашел? – прошептала она.
И заметив, что ее собеседник продолжает угрюмо молчать, добавила:
– Но ведь ты можешь пойти ко мне…
Наконец Франсуа подхватил игру и двинулся к подруге. Клара состроила гримасу, сделав вид, будто собирается убежать, но вместо этого бросилась к любимому и поцеловала.
С пылом и страстью.
Никакие слова на свете не имели значения. В камине полыхал огонь, ночь была безмятежной. Франсуа находился здесь, с Кларой, телом и душой.
Но почему же тогда откуда-то из глубины ее существа поднимается глухая, неясная тревога?
Девушка попыталась отвлечься и снова ощутить теплоту настоящего момента. Она обняла своего возлюбленного, который осыпал ее поцелуями.
7
Некоторое время спустя, переодеваясь, Клара услышала, как с шумом открылись и закрылись дверцы стенных шкафов. Успокаивающей музыкой прозвучал звон стеклянной посуды.
Закончив переодеваться, Клара присоединилась к своему спутнику. Когда она вошла в столовую, на ней было облегающее платье из красного шелка, выгодно подчеркивавшее ее удлиненный силуэт. Девушка купила его несколькими днями раньше, подумав, что такой наряд во вкусе Франсуа – ему нравились яркие цвета.
Ее прическа, представлявшая собой множество длинных черных локонов, выглядела верхом искусства. Чтобы сделать цвет лица немного светлее, Клара припудрилась, подвела глаза карандашом персикового цвета и тронула губы блеском. Совершенно сногсшибательные лодочки, каблуки которых постукивали по паркету, завершили то, что девушка мысленно называла «нарядом для дня рождения».
Франсуа, в этот момент зажигавший свечу, поднял голову именно тогда, когда Клара появилась на пороге комнаты. Возлюбленный никогда не был скуп на комплименты, но сейчас он посмотрел на нее с самым неподдельным восхищением.
– Даже не знаю, что и сказать. Ты… великолепна.
Девушка вознаградила его широкой улыбкой и повернулась к столу:
– Ты поставил маленькие блюда на большие!
На белой скатерти с тисненым узором были в торжественном порядке расставлены фарфоровые тарелки и хрустальные бокалы. В ведре со льдом дожидалась своего часа бутылка шампанского.
Клара улыбнулась, но тут ее внимание привлекло необычное движение за окном. Подняв голову, она уставилась в ночную темноту. На мгновение показалось, что там мелькнул силуэт. Подойдя к окну, Клара принялась внимательно вглядываться в сумерки. Безрезультатно.
– Ну что, чокаемся? – предложил Франсуа.
Судя по всему, он ничего не заметил.
Клара повернулась к любимому, он налил два бокала шампанского.
– За нас, – поднимая свой бокал, сказала Клара.
– За наше совместное будущее, – подхватил Франсуа, когда их бокалы с мелодичным хрустальным звоном легонько ударились друг о друга.
Они ужинали и весело болтали. Блюда, заказанные Франсуа, оказались просто замечательными, особенно скат с каперсами, украшенный цветами кориандра, – одно из любимых рыбных блюд Клары. Также на столе стояла роскошная бутылка «Шато д’Икем». К винам Клара была довольно требовательна. Когда ей пришлось ухаживать за больным отцом, она увезла его в тот округ, где он родился, – самое сердце виноделия. Постепенно она научилась разбираться во всем, что касается вин.
Услышав, как Клара, пригубив напиток, испустила стон удовольствия, Франсуа убедился, что не зря потратил деньги. Клара полностью отдалась нежности и очарованию настоящего. Она чувствовала, что снова живет, ей вспоминалась одна из последних прогулок с отцом по виноградникам. Клара тогда была счастлива, хотя и осознавала, что конец близок.
Это случилось незадолго до того, как Франсуа внезапно появился в ее жизни. Чуть опьянев, девушка посмотрела на него блестящими глазами.
– А знаешь, что бы мне хотелось, чтобы мы сделали в этом году? – спросила она.
Франсуа вопросительно посмотрел на собеседницу.
– Я бы хотела, чтобы мы поженились.
Растроганный и удивленный, мужчина рассмеялся:
– Обычно так случается, что молодой человек…
– А я никогда не любила следовать традициям.
С этими словами Клара бросила на него вызывающий взгляд. Франсуа улыбнулся:
– Вот одна из причин, по которым я тебя полюбил.
– Ну… Что ты мне ответишь?
– Я согласен.
Клара просияла. Она встала, оперлась на Франсуа, готовая его поцеловать, но он взял ее за руки и немного отклонился назад.
– При одном условии…
– Все, что угодно.
– При условии, что ты всегда будешь мне доверять. Обещаешь?
– Обещаю. Всегда-всегда.
Серьезный тон Франсуа немного вывел Клару из равновесия.
– Я обещаю. Ну, теперь-то у меня есть право тебя поцеловать?
В темноте, которую рассеивал лишь свет луны, Франсуа уложил Клару на кровать. Голова ее склонилась на подушку, волосы в беспорядке лежали вокруг лица, буквально светящегося от радости.
Над плечом Франсуа за окном девушка видела пруд. Ей нравилось открывать утром глаза и видеть птиц, которые только что утолили из него жажду. Иногда по воде медленно и торжественно плыл лебедь. Клара провожала его взглядом.
На прошлой неделе она удивилась, став свидетельницей совсем другой сцены: черный лебедь, появившийся непонятно откуда, пожелал завладеть этим водоемом, и два лебедя подрались. Клара вспомнила сказку Андерсена, прочитанную в детстве: черный лебедь там был злой девушкой, которую заколдовали. Оказавшись в теле птицы, девушка постепенно стала белой лебедью и смогла встретить своего супруга. На глазах Клары сказка соединилась с реальностью: черный лебедь был побежден и убрался восвояси.
Франсуа снова поцеловал подругу, погрузив лицо в ее шевелюру. Клара продолжала каждое из его движений или опережала. Кожа Франсуа была такой нежной, от его прикосновений одновременно бросало в жар и в холод. Даже сильнее, чем обычно, девушка ощутила, что время остановилось. Франсуа же с невероятным усердием прикладывал губы к каждому миллиметру ее тела. Но в то самое мгновение, когда Клара, казалось бы, должна была окончательно забыться, она вдруг широко открыла глаза. Франсуа увидел, как выражение удовольствия на ее лице сменилось страхом.
– Что она там делает?
Франсуа повернул голову, отслеживая направление взгляда подруги. Но за окном, куда смотрела Клара, царила кромешная тьма.
– Кто? О ком ты говоришь?
– Белая собака… Собака соседа!
Франсуа вскочил с кровати и направился к окну. Открыв форточку, он высунулся наружу.
– Никого. Совсем никого.
Он закрыл окно и плотно задернул занавеску. Скользнув к девушке, он накрыл их обоих теплым одеялом. Клара свернулась клубочком и прижалась к мужчине, давая понять, что ей сейчас хочется не заниматься любовью, а просто чувствовать его рядом, окутаться его нежным теплом, ощутить себя под защитой.
Франсуа это понял. Ощутив его дыхание на своей шее, Клара заметила, что он старается дышать одновременно с ней, чтобы она потихоньку успокоилась. Подумав об этом, девушка погрузилась в мирный сон.
Он всегда понимал ее.
8
В полнейшей растерянности Клара оглядывалась кругом. Она стояла на террасе за домом, босиком и в ночной сорочке. Воздух был просто ледяным.
Послышался голос какого-то животного.
Наконец с сильно бьющимся сердцем Клара смогла открыть глаза и вытянуться на кровати. Это был всего лишь кошмарный сон – такой же яркий и захватывающий, как реальность. Клара подняла глаза к будильнику – 6:30 утра. Протянув руку, она обнаружила, что еще теплое место рядом с ней пустует. Где же Франсуа? Девушка попыталась вспомнить, но мысли путались и сбивались. Она уснула у него на руках и… что?
Там, снаружи, раздался звериный вой, который внезапно оборвался, сменившись ужасающим бульканьем.
Это была собака.
Собака, которая внезапно замолчала.
Светало, по комнате разливалось оранжевое сияние. Посмотрев в окно, девушка заметила на мосту темный силуэт. Вскочив, она распахнула застекленную дверь. От прохладного воздуха тут же защипало лицо. Клара выскочила на террасу, но сразу споткнулась и упала.
В это мгновение она поняла, что находится здесь не одна. В нескольких шагах от нее стоял Франсуа.
И у него в руке был окровавленный кухонный нож.
– Франсуа, – пролепетала девушка. – Что ты сделал?
Удивленный, тот повернулся к ней, выронив нож. Лицо Франсуа было суровым и неприветливым; из всей одежды на нем были пижама и наброшенная сверху куртка. Никогда девушка не видела его настолько бледным.
– Клара, не стой здесь, иди в дом… – приказал Франсуа.
Клара разглядела животное. Она хотела было заговорить, но слова застряли в горле.
– Пес нашего соседа, – произнес Франсуа. – Должно быть, сбежал и решил побродить здесь.
– Ты его убил?
– Нет, я его не убивал, – сдержанно ответил мужчина.
Клара в ужасе указала на валяющийся на земле нож.
– Я тебе уже сказал, что не делал этого, – повторил Франсуа.
Хоть он и выглядел потрясенным, от него исходила сила, которая сейчас выводила Клару из равновесия. Как он может быть таким невозмутимым, в то время как она трепещет каждой клеточкой своего тела? Франсуа прикрыл мертвое животное брезентовым чехлом.
– Но тогда… кто? – спросила девушка, совершенно ошеломленная, со страхом вглядываясь в окружающую ночную темноту.
– Здесь кто-то еще, кроме нас, – выдохнула она. – Он следит за нами.
– Никого нет, Клара. Только ты и я.
И тут девушка заметила, что на ее белой ночной сорочке виднеются кровавые следы. Переведя взгляд на руки, она увидела, что ладони тоже перепачканы кровью.
Франсуа с усилием поднялся:
– Давай вернемся в дом, здесь холодно. Собаку я сейчас спрячу, а позже, когда стемнеет, похороню.
Пораженная и совершенно заледеневшая, Клара продолжала молчать.
– Давай ты подождешь меня в комнате, – предложил Франсуа.
Клара машинально послушалась. Затем она встала за стеклянной дверью и принялась наблюдать за Франсуа. Он с видимым усилием поднял крупную белую собаку, положил на расстеленный кусок брезента и отнес в сарайчик из светлого дерева, находящийся метрах в пятидесяти от дома. Там Франсуа занимался поделками и складывал разные ненужные предметы, с которыми не хотел расставаться.
Минутой позже Клара увидела, как он возвращается с ведром и щеткой в руках. Опустившись на колени, мужчина принялся оттирать пятна крови со светлых досок террасы.
Позже, все еще пребывая в состоянии шока и едва шевелясь, Клара принялась готовить завтрак для возвратившегося Франсуа. Как будто это было самое обычное утро.
Взгляд Клары задержался на лезвии ножа, которым возлюбленный резал апельсины, перед тем как приготовить из них сок. Из фруктов брызнули пурпурные капли, и девушка закрыла глаза, чтобы не видеть этого. Когда она снова их открыла, Франсуа с целеустремленным видом клал в тостер намазанные маслом хлебные ломтики. Причем все это проделывалось в тягостном молчании.
Закончив, мужчина подошел к Кларе, все еще стоявшей посреди гостиной, и поставил на стол перед ней стакан апельсинового сока. На стол, за которым совсем недавно они устроили праздничный ужин.
За которым Клара сделала ему предложение.
– Вот, выпей. Тебе станет лучше.
Одним глотком Франсуа опустошил стакан, приготовленный для себя. Внимательно посмотрев на красную жидкость, Клара, поколебавшись, села за стол.
– Скажи мне правду, – произнесла она умоляющим голосом.
При виде того, как Франсуа уставился на свой опустевший стакан, у Клары мелькнула мысль, что там он надеется почерпнуть смелости. Медленно, очень медленно собеседник поднял на девушку глаза. В них клубилась дурнота, густая, будто туман, падающий на дома в некоторые зимние ночи.
– Клара… – прошептал Франсуа и остановился.
С бьющимся сердцем девушка слушала его. Она умирала от желания встряхнуть Франсуа, расшевелить, чтобы он наконец выплюнул слова, так долго не слетающие у него с языка. Ей так хотелось, чтобы он утешил ее. Так, как это делал всегда.
– Я должен признаться тебе кое в чем.
Сердце Клары забилось еще сильнее. Или, может быть, наоборот, с разгона остановилось, сейчас она не могла этого понять.
– Человек, который убил этого типа, Ройера… – продолжил Франсуа. – Вот кто виноват в смерти собаки.
– Что?
– А теперь я очень хочу помешать ему стать опасностью и для тебя тоже.
Совершенно потрясенная, Клара только могла смотреть на любимого в ответ широко открытыми глазами.
– Какое это имеет отношение ко мне? Кто он? Почему приехал сюда?
Франсуа сглотнул. Казалось, время вокруг них замерло.
– Он не приезжал. Знаешь, в то, что я сейчас скажу, тебе будет трудно поверить. Но, пожалуйста, послушай меня.
Внезапно девушке показалось, что собеседник уже повторял это несколько раз, выискивая самый мягкий способ открыть ей правду. Глубоко вздохнув и положив руку себе на живот, он в конце концов произнес:
– Ты вовсе не та, кем себя считаешь.
9
Придвинувшись вместе со стулом, Франсуа схватил Клару за руку и снова сглотнул. Это мгновение оказалось еще более тягостным, чем она себе представляла.
– Скажи, у тебя много воспоминаний о раннем детстве?
– Я ничего о нем не помню… – сказала Клара, хмуря брови. – Как все… Но почему ты об этом спрашиваешь?
– Давай расскажи мне все, что об этом помнишь.
– Моя мать погибла в аварии, когда мне было шесть лет. Меня воспитал отец. Он умер от рака, как раз перед тем, как…
– У тебя есть какие-то картины в голове? Опиши мне какую-нибудь.
Клара послушалась. Первое, что пришло ей в голову, – как ни странно, профессор Амелен, который смотрит, как она читает свой рассказ. Сосредоточившись и постаравшись отвлечься от всего внешнего мира, девушка, запинаясь, пролепетала:
– Мой отец стоит посреди виноградника… там еще работники… я им помогаю…
Франсуа медленно поднялся на ноги, порылся в ящике комода и вынул оттуда папку, набитую документами. Достав из нее фотографию, он положил ее перед Кларой. На снимке был мужчина лет пятидесяти, стоявший посреди виноградника. Вокруг него рабочие собирали виноградные гроздья. Клара подняла брови:
– Где ты нашел это фото?
– Еще воспоминание?
– Наш дом…
Франсуа положил перед ней снятую «Полароидом» фотографию. Там был дом, который Клара только собиралась описать.
– Этот?
Девушка ответила растерянным взглядом, не понимая, к чему клонит ее собеседник.
– Ты помнишь о чем-нибудь еще? – спросил Франсуа.
– Меня пугают твои вопросы… Они мешают сосредоточиться…
– Вовсе не потому, Клара. Ты не можешь больше ни о чем вспомнить, потому что у тебя нет других воспоминаний.
– Что ты говоришь? Это такая игра?
Франсуа с нежностью вздохнул:
– Нет, ни в коем случае не игра. Как ты знаешь, в клинике я провожу исследования, касающиеся деятельности мозга, и особенно памяти…
Конечно, Клара была в курсе. Лаборатория «Брио» в Пессаке, Научный и Технологический Городок, питомник инновационных предприятий. Кабинеты такие же белоснежные, как халаты неврологов, работающих с Франсуа. Кларе довелось встречаться с некоторыми из них.
– Ты там занимаешься терапией и лекарствами, которые лечат болезнь Альцгеймера, – сказала она.
– Да, сегодня это моя специализация. Но несколько лет назад я руководил парижским отделением общественной программы. Программы, известной под названием «Мнемозина».
С бьющимся сердцем Клара слушала Франсуа, объяснявшего ей, что в программе «Мнемозина» занимались сложнейшими разработками, представлявшими собой смесь гипноза и лекарственного лечения, чтобы помочь тем, кто не может выйти из посттравматического стресса.
Первоначальной целью было помочь солдатам вернуться в мирную жизнь, если это возвращение оказалось затруднено из-за неотступно преследующих их воспоминаний о жестокостях и зверствах или, наоборот, из-за участков потери памяти, «черных дыр», которые солдаты были не в состоянии восполнить.
Клара узнала, что гиппокамп, так называемое сердце мозга, – это орган, необходимый для перехода от краткосрочных воспоминаний к длительным.
– Его можно назвать базой данных памяти, – уточнил Франсуа. – В ходе сеансов гипноза, воздействующего на участки, затронутые ретроградной амнезией, когда невозможно воскресить воспоминания о том, что происходило до болезни, мы поняли, что возможно «замаскировать» часть памяти о каком-либо периоде жизни, а затем побудить мозг создать другие воспоминания.
– Сеансы гипноза, – повторила Клара, стараясь не терять нить разговора. – Вроде тех, что ты проводил со мной?
– Вот к этому я сейчас и перехожу. У своих пациентов мы смогли заменить тягостные невыносимые воспоминания мирными картинами. Это сложный и кропотливый труд, который проводится в несколько этапов. Сначала убираются травмирующие эпизоды, затем изготовляется «маска», как можно более близкая к реальности.
Казалось, Франсуа забыл о произошедшей сегодня утром драме и о мертвой собаке. Его вдохновенный взгляд ясно говорил о научной одержимости ученого работой.
– Также в случаях амнезии изготовляются секретированные энзимы, и становится возможным изменять воспоминания на очень глубоком уровне. Причем не затрагивая семантическую, процедурную и декларативную память. Умственные способности, такие как понимание смысла слов, самосознание и владение речью, остаются не затронуты.
Сделав короткую паузу, Франсуа продолжил:
– Наши первые пациенты – военные, вернувшиеся из Афганистана, – известны своим сенсационным прогрессом. Удалось перестроить их логические связи, самооценку, социальную жизнь. Затем была открыта программа для гражданских лиц, ставших жертвами сексуального насилия или несчастного случая. Этим методом мы спасли не одну жизнь. Без него одни из них могли бы покончить с собой, другие, наоборот, совершить убийства. Каждый раз собирался этический комитет, чтобы вынести решение о необходимости применения метода в каждом конкретном случае. И, разумеется, ничего не делалось без письменного согласия пациента.
Сделав короткую паузу, доктор уточнил:
– Заявление о согласии вроде того, которое ты подписала…
– Которое я подписала?
Франсуа вынул из папки покрытый печатями документ и положил перед совершенно ошеломленной Кларой.
– Ты согласилась на процедуры. Твое прошлое сильно отличается от того, которое, как ты думаешь, сохранилось в твоей памяти.
Молодая женщина недоверчиво пробежала глазами документ, а затем резко отодвинула от себя. Из чувства самосохранения она отказывалась это понимать.
– Но ведь, – пробормотала она, – я целый год ухаживала за отцом в той деревне, где он хотел провести последние годы…
– …в Сент-Обен, Медок, в виноградниках, – продолжил Франсуа. – Это я написал для тебя такой сценарий. Вот эти воспоминания и есть твоя «маска». Ложный заменитель травмирующих эпизодов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?