Текст книги "Высшая правовая магическая академия. Тайны высшего света"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vysshaya-pravovaya-magicheskaya-akademiya-tayny-vysshego-sveta-155872.jpg)
Автор книги: Карл Юнг
Жанр: Детективная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Я нахмурилась. Чувствую, с «наступлением» у меня будут проблемы, да еще какие.
– Кто там дальше?.. – продолжила девушка, по-прежнему не открывая глаз. – Дилвин Бхалтэйр. Насколько могу судить уже не только по слухам, но и по тому, что видела сама, – он близкий друг Дамиана.
Я аж подскочила на кровати и удивленно уставилась на безмятежно лежащую Флору.
– Да-да, – покивала она головой с кривой улыбкой на губах, чуть прикрыв веки. – Не везет магистру просто катастрофически. То ты попалась на его тяжелом жизненном пути, то лучший друг может оказаться убийцей и подлым предателем.
– Не паясничай, – хмуро буркнула я.
– А ты не дергайся так, уж больно нервная. И хватит надо мной укоряюще нависать, – проговорила она в ответ и вопросительно приподняла бровь, спросив: – Тебе дальше рассказывать или как?
Я заскрипела зубами, но все же легла обратно.
– О чем это я?.. – притворно задумалась на секунду девушка. – Ах да, о бедном Бриаре и иже с ним. Так вот, говорят, что он с Дилвином вместе и учился, и служил. Что, впрочем, неудивительно, они примерно одного возраста. В общем, понимаешь, там друзья детства и прочая ностальгическая дребедень.
Я в очередной раз удержалась, чтобы не возмутиться и не прервать ее рассказ. В конце концов, пора привыкать, что у Вегерос просто такая манера общения.
– Зная Бриара, можно предположить, что и друзья у него соответствующие. То есть ничего плохого сказать не могу. Дилвин имеет высокое армейское звание. Спокойный, крайне уравновешенный, я бы даже сказала непробиваемый. Не женат. На светских мероприятиях его часто сопровождает младшая сестра Эйдит, так что мы можем что-то выяснить через нее. Вроде нормальная девушка. Немного вспыльчивая, но ничего. Она еще учится, где – не знаю, но могу точно сказать, что минимальную военную подготовку прошла. Больше добавить нечего, к сожалению.
Мало, но лучше, чем ничего. И, несомненно, узнать, что Дилвин Имхер тэр Бхалтэйр – друг Дамиана, стоило заранее.
– Так, кто там еще остался?.. – задумчиво проговорила Флора. – Отец и сын Элидиры, парочка сумасшедших изобретателей. Про этих ничего существенного сказать не могу. Оба женаты, а старший, по слухам, скоро повторно станет отцом. На первый взгляд они не совсем от мира сего, но ничего экстраординарного. У тебя заскоков побольше будет.
Девушка усмехнулась и повернулась на бок, лицом ко мне.
– Единственное интересное, что могу рассказать, так это про их семейную трагедию. Рун Элидир сейчас женат второй раз. Лет двадцать назад у него была первая жена-красавица, без которой он якобы не мыслил своего существования. А через два года совместной жизни она тяжело заболела. Пару лет промучилась от болезни и умерла. Рассказывали, что он чуть сам за ней на тот свет не отправился. Но его как-то откачали. Лет десять назад Рун женился повторно, но уже не по любви, а из-за необходимости рождения наследника, на чем, подозреваю, настояли его родители. Увы, вторая жена так до сих пор и не забеременела. А в остальном… Тихая семейка. В скандалы не лезут. Сидят себе да кропают новые изобретения.
Негусто, но, может быть, в досье, которое обещал дать нам Бриар, больше ценной информации…
– Все, что ли? – нахмурившись, спросила Флора.
– Нет, еще Адальштейны. Вилмар и Эерик, – напомнила я ей.
– Про них тоже ничего не скажу, – поморщилась девушка. – Торговцы, и этим все сказано. Предусмотрительные и хитрые. Вилмар, это который сын, довольно успешен, насколько я знаю. Правда, говорят, будто в последнее время какие-то проблемы появились. То ли потерял какой-то груз, то ли еще что. И еще есть странность – женить его родители никак не могут. Прошел слушок, что женщины ему не нравятся в принципе, отказывается даже от лучших красавиц столицы.
Я скривилась. Куда же без грязных сплетен. Этим сведениям я точно доверять не стану, лучше убедиться самой.
– Эерика, брата нынешнего главы, можно охарактеризовать одним словом – неудачник. Сидит на шее у брата. Пытается влиться в семейное дело торговли, но каждый раз безуспешно. Игрок, картежник. На мой взгляд, довольно неприятная личность. Вот и все, что я могу сказать.
– Немного, – печально вздохнула я.
– Остальным нас, будем надеяться, обеспечат, – пожала плечами Флора. – Я не могу поверить, что такое происходило под носом у всей столицы. Убийства, кровавые ритуалы, и замешан в них кто-то из высших. Страшно представить, что же там за артефакт такой, раз ради него пошли на такие жертвы…
Обед прошел в молчании, а после мы с Флорой разошлись по своим комнатам. Все интересующие нас на данный момент вопросы мы обсудили, так что разговаривать нам особо не о чем.
К вечеру вернулся Бриар, но лишь на пару минут, чтобы вручить нам папки с информацией. Он поинтересовался, не переругались ли мы за время его отсутствия. Мы уверили его, что «знакомство» прошло нормально. Дамиан вернул девушке кинжалы, и это заметно подняло ей настроение. Ничего особо ценного в предоставленных Бриаром документах, к сожалению, не оказалось. В основном общие сведения – родился, учился, работает – и краткая характеристика как человека. В целом то, что рассказала Флора, дало мне больше представления о подозреваемых.
Следующий день мы снова провели вдвоем. Бриар опять пропал куда-то, и меня это немного настораживало, хотя я и понимала, что у него просто много работы. Неоднократно же слышала, что он мог по нескольку дней не появляться дома. Поняв, что привыкать друг к другу нам с Флорой все-таки придется, мы перешли к более близкому общению. Боевичка показала мне свою коллекцию оружия. По сравнению с той кучкой, которая, как я помнила, валялась у нее в комнате в академии, с собой она взяла гораздо меньшее количество, зато выглядело оно интереснее. Больше всего было небольших ножей и кинжалов, да пара браслетов, которые скрывали в себе острые шипы и лезвия. Свою коллекцию девушка явно обожала, любовно поглаживая блестящие клинки.
Я решила не отставать от нее и на проявленное доверие ответить тем же, поэтому показала свое «богатство». На это нагромождение тонких металлических заготовок, проволоки, цепочек, различных камней и склянок с зельями она посмотрела с сомнением и спросила:
– И это все… что?
– Заготовки под амулеты и артефакты, – пояснила ей. Про зелья уточнять не стала, тут и так все понятно. Да и с этой стороной моих «увлечений» она уже знакома.
– Я так понимаю, – задумчиво потянула она, – лицензии у тебя нет.
– Естественно, – спокойно кивнула ей.
– А они не опасны для жизни? – явно со знанием последствий работы неопытных артефакторов уточнила девушка.
– Обижаешь. Все проверено на себе, – нахмурилась я и решила добавить, припомнив, что некоторые из нынешних заготовок мои личные эксперименты, которые еще не были опробованы в деле: – Почти все.
– И Бриар?.. – не стала она заканчивать и так ясный вопрос.
– Конечно, знает, – кивнула ей. – Точнее, он знает, что я этим занималась. Последние пару месяцев у его отца в лаборатории почти все свободное время проводила и принимала активное участие в экспериментах. Но вот про то, что лорд Клейрон снабдил меня инструментами, расходными материалами и парочкой книг, а также разрешил забрать мои наработки с собой, Дамиан не знает. И узнать не должен.
– Классно, – уже более спокойно, с интересом стала она рассматривать мою коллекцию. – И что тут?
Я с удовольствием рассказала ей. Основным проектом для меня сейчас являлось создание артефакта, который бы пусть и не заглушил, но, по крайней мере, ослабил бы эффект связи между нашими с Дамианом аурами. Я прекрасно понимаю, что все это было сделано им исключительно ради моей безопасности и глупо перекрывать действие этой связи полностью. Мало ли что произойдет, и мне вдруг понадобится помощь магистра. Но я хотела кое-куда прогуляться, и Дамиан об этом узнать никак не должен.
В детали того, зачем мне необходим подобный амулет, я Флору посвящать не стала. Сказала лишь: «Должны же у девушки быть свои маленькие секреты». И Вегерос с такой версией вполне согласилась. Еще бы… Для той, которую хотели сплавить замуж, не спросив ее мнения, слово «свобода», пусть и ограниченная, не пустой звук. В этом мы друг друга понимали.
Остаток дня мы просто болтали о всяком. Флора рассказала мне некоторые нюансы поведения в высшем обществе. Несомненно, леди Клейрон вбила мне в голову нормы этикета, но она принадлежала к старшему поколению и кое-каких деталей о среде молодежи не знала.
Мне предстоит играть роль тихой, спокойной девочки, от которой никто не будет ждать нападений, но и связываться серьезно не захотят. Этакий мирный нейтралитет. С линией поведения мы определились и на этом разошлись, а вот на следующее утро начался тихий ужас…
За завтраком Вилкинс предупредил нас, что к одиннадцати часам явится портниха, чтобы обговорить наряды к балу. Неожиданным сей факт не был, но я надеялась обойтись тем гардеробом, которым меня снабдила леди Клейрон. Платьев там было достаточно, в том числе и несколько пышных бальных, и я хотела попросить Флору выбрать из них соответствующее статусу и мероприятию, потому как сама в этом плохо разбиралась. Но в целом ничего страшного в будущем визите портнихи не видела. Как же я заблуждалась…
После того как дворецкий вышел и отпала необходимость изображать из себя приличную леди, Флора тихо застонала себе под нос, пробормотав:
– Только не это, как же я могла забыть…
Меня такая ее реакция насторожила.
– Что случилось?
– Ты знаешь, на каком именно мероприятии нас с тобой будут представлять общественности? – спросила она, обратив на меня несчастный взгляд.
Я отрицательно покачала головой.
– Бал магов, – вздохнула девушка. – Каждый год в этот день чествуются маги, внесшие наибольший вклад в развитие науки, медицины и прочего. Но фишка не в этом. Главное, что все маги традиционно на это мероприятие одеваются в цвета своей стихии. Ты понимаешь, какое это мучение, каждый раз придумывать новый образ, но в одних и тех же цветах? Я на таких балах была четыре раза, и мне этого хватило. Не представляю, каково тем, кто десятилетиями их посещает. Но моя личная трагедия в том, что моя стихия огонь.
– И что? – не совсем поняла я, в чем же проблема.
– Я рыжая! – заявила она и демонстративно дернула себя за прядь волос. – И по правилам четыре года являлась на этот бал в нарядах оранжевых и красных тонов! Это чудовищно. Такое ходячее аляповатое пятно. Ладно бы можно было какой-то более глубокий и темный оттенок взять, бордовый например. Но нет! Пламя же бордовым не бывает! Не идут мне эти цвета. Тебе-то хорошо, на контрасте будешь играть. Холодная блондинка в черном платье. А мне опять мучайся.
Проблему девушки я поняла, но особой трагедии в этом не видела. Все же, наверное, сказывается разница в нашем воспитании. Мне плевать, в чем я появлюсь на балу, главное, чтобы это подходило нынешней ситуации, а Флора явно не очень желает туда идти, но все равно переживает из-за наряда.
– Да уж, – усмехнулась я в ответ на ее жалобы. – Хорош у меня контраст будет. Словно на похороны явилась.
– Все лучше, чем ходячим камином выглядеть, – горько усмехнулась девушка.
– Так надень что-нибудь голубое, допустим, плавно переходящее в оранжевый оттенок, – прикинула я.
Девушка, оторопев, посмотрела на меня.
– Алхимические горелки в любом оборудовании горят синим пламенем, – пожала я плечами на ее удивление. – Это из-за веществ…
Хотела объяснить ей, но девушка меня уже не слушала. Вскочив из-за стола, Флора кинулась ко мне и крепко обняла.
– Ты ж моя заучка, – довольно проговорила она и проникновенно заглянула мне в глаза. – Я у тебя в долгу. Не волнуйся. Даже в черном мы из тебя такую куколку сделаем, что все ахнут.
Я тогда на это ее замечание внимания не обратила. Как оказалось, зря.
Когда явилась портниха, Флора, как более разбирающаяся в фасонах и в том, что будет соответствовать обстановке бала, а что нет, взяла это дело на себя. Пока она активно обсуждала все детали с богато одетой пожилой женщиной, я вдумчиво листала принесенный портнихой каталог нарядов, пытаясь если и не определить, что из всего этого будет подходящим, то хотя бы решить, что мне нравится.
Могла бы не переживать. Все решили за меня.
Следующие несколько часов превратились в бесконечную игру в манекен. Меня крутили во все стороны, закалывали волосы, распускали, зачесывали на одну сторону, на другую, прикладывали разные ткани, кололи иголками и измеряли. Мне такая игра не нравилась, но я безропотно терпела. К вечеру я была никакая и безумно обрадовалась, когда эта пытка закончилась. Правда, портниха обещала через день приехать на примерку, где меня ожидал повторный ужас.
Уже после ужина в доме наконец-то объявился хозяин. Правда, уже довольно поздно, когда я собиралась спать, но все же его прихода я действительно ждала, потому что нужно было обговорить кое-что важное.
– Можно? – с тихим стуком поинтересовался Дамиан из-за двери.
– Конечно. – Я поспешно вскочила с кровати, собирая разбросанные по ней книги и записи. Была у меня такая привычка – работать то на полу, то на кровати. Удобнее и места много.
– Как вы тут? – поинтересовался он, усаживаясь в кресло у небольшого столика. – Не переругались еще?
– Нет, – улыбнулась я, сложила книги на рабочий стол и села рядом с магистром. – Наоборот, пришли к некоему мировому соглашению. Кстати, очень хорошо, что ты пришел, я хотела с тобой поговорить.
– Я в недоумении, что же такого ты хотела обсудить? – улыбнулся Бриар.
– Дамиан… Помнишь мои исследования по лингвистическому влиянию на сознание? – напомнила я про свою тщательно лелеемую научную работу, все материалы которой пришлось засекретить и сдать еще зимой, и, твердо глядя ему в глаза, заявила: – Я хочу ее вернуть.
Мужчина заметно подрастерял благодушный настрой и нахмурился. Я поспешила привести аргументы в пользу этой идеи.
– Я понимаю, что это довольно опасная техника, но подумай, насколько она может нам помочь в этом расследовании. Ты же говорил, что это идеальная техника допроса! Ведь тот, кого я буду опрашивать, даже не вспомнит об этом разговоре. Это существенно сократит время наших поисков, – пыталась я убедить его.
Но Дамиан продолжал мрачно взирать на меня.
– Это все, конечно, интересно, но ты, кажется, забыла, что больше не целитель. А насколько я помню, твоя техника основывалась именно на применении магии, – напомнил он мне.
– Поэтому и решила поговорить с тобой, – честно призналась я. Ведь если бы не небольшая проблема с магией, я бы даже спрашивать не стала. В конце концов, это мои разработки, и, несмотря на то, что я обещала пользоваться ими только с его разрешения, данный случай можно считать исключением.
– Я так понимаю, ты уже что-то надумала по этому поводу? – пристально взглянул он на меня.
– Есть немного, – согласилась я. – Понимаешь, да – воздействие магией есть, незначительное. Но дело-то не в том, какая это магия, там ведь даже определенного плетения нет, просто чистый поток силы. Единственное, для чего он необходим, это для усиления воздействия голоса, как бы изнутри. Поток магии, который я вливаю, резонирует с моим голосом. Поэтому я хотела сначала узнать, просто чистый поток некромагии без какого-либо оттенка восприятия или заклинания способен повлиять на организм? Если бы я получила какую-то другую магию, то тут бы и вопросов не было, но я боюсь, как бы не нанести вред…
– Если подумать, небольшое количество чистой магии никак отразиться не должно, – медленно ответил он. – Не считая, конечно, целителей. Максимум головная боль. Но все же… чтобы точно узнать, есть только один способ. Проверить.
Нет, я понимаю, что проверить надо бы, но на ком? Вариантов не то что немного, он вообще только один. Я с сомнением взглянула на Дамиана.
– Если негативное воздействие на организм все-таки будет, ты же некромант, эта магия тебе близка, то есть навредить не сможет, да?
– Не переживай, – успокаивающе улыбнулся он мне. – Не навредит. Так что вперед, я полностью в твоих руках.
Он расслабленно откинулся на спинку кресла, а я судорожно вздохнула и поднялась на ноги.
То, что он не стал сразу отвергать мою идею, – это хорошо. То, что согласился испытать на себе, вообще прекрасно. Но я занервничала. Во-первых, просто боязно, а вдруг это все-таки опасно? Во-вторых, переживала за результат, а если вообще не подействует? Может, я лишилась не только магии, но и этой возможности? Нет, конечно, я с самого начала изучала и рассматривала эту, так сказать, «магию воздействия» как универсальную. Но кто знает, что получится в итоге. Ну и, в конце концов, я внезапно запаниковала, не зная, что внушить Дамиану или о чем его спросить. В тот единственный раз, когда я пыталась на нем это применить, магия не подействовала. Хотя сейчас он вроде как поддастся.
Полная сомнений, я встала за спинкой кресла, положила ладони – одну на затылок магистра, а другую на его лоб. Еще подивилась, какой он горячий. Или это у меня руки от волнения похолодели?
– А что внушать или спрашивать? – все же решила поинтересоваться совестливая я.
– Что хочешь, – с каким-то, я бы даже сказала, озорством отозвался он. – Ты же наверняка хочешь что-то узнать?
Предложение было более чем заманчивым.
– И ты ответишь? – засомневалась я. – Не заблокируешь мое воздействие, как в прошлый раз?
– Нет, – спокойно ответил он. – Нам же нужно проверить, будет ли это работать.
От такого ответа я даже опешила и, опустив руки, обошла кресло, чтобы взглянуть ему в глаза. Нет, он правда серьезно?
– И ты не опасаешься, что я тебе внушу что-то не то? Или заставлю что-то забыть? – хмуро спросила у него.
Дамиан открыл глаза и уверенно посмотрел на меня.
– Нет, я тебе доверяю.
Вместо того чтобы обрадоваться, мне только хуже стало. Сразу вспомнилось, что я-то ему никогда не доверяла и чем все это мое недоверие в итоге кончилось.
– Ты слишком совестливая, чтобы воспользоваться этой ситуацией и сделать что-то нехорошее, – уже с улыбкой заметил он и снова прикрыл глаза. – Давай уже, поторопись, а то потеряешь возможность узнать все, что хочешь.
Я мысленно поворчала и вернулась на место, приготовившись к опасному эксперименту.
Склонилась к Дамиану, глубоко вздохнула и чуть ли не на ухо начала уверенно и немного певуче проговаривать знакомые слова, посылая первую небольшую волну магии и стараясь отслеживать дыхание магистра, если что-то вдруг пойдет не так.
– Дамиан Бриар, слушай мой голос, иди за моим голосом. Нет ничего более, кроме него, в твоем сознании. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Мой голос – путеводная звезда. Мой голос – сияющее солнце. Мой голос – маяк в бушующем море. Мой голос – последняя надежда этого мира. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Мой голос – это линия твоей жизни. Мой голос – это нить твоей смерти. Мой голос есть жизнь. Мой голос есть смерть. Следуй за ним. Мой голос – голос твоего мира. Мой голос – голос твоего разума. Мой голос – голос твоего сердца. Мой голос – твой голос. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Стань моим голосом, – с последним выдохом послала волну сквозь свои руки в его тело. – Дамиан Бриар, ты слышишь мой голос? – спросила я, гадая, получилось ли.
– Да, – мягко раздалось в ответ, и я порадовалась, что, судя по всему, никаких негативных последствий от использования некромагии нет.
– Дамиан Бриар, я есть твой голос?
– Да.
Глубоко вздохнув, я закрыла глаза, собирая магию в руках. Так, а теперь аккуратно, не спеша и четко контролируя, вливаем последнюю, самую большую и самую опасную дозу магии.
– Я голос твоего разума. Я голос твоей памяти. Я голос твоего сердца.
– Ты голос моего разума. Ты голос моей памяти. Ты голос моего сердца, – послушно повторил он, а я все никак не могла поверить, что мне действительно удается на него воздействовать. Конечно, моей заслуги немного, Дамиан ведь просто не сопротивляется моему внушению, но все равно. А еще… может, мне и показалось, но последняя его фраза почему-то отличалась по интонации от других. Но размышлять об этом некогда, стоит поторопиться с воздействием, пока я не потеряла контроль. Даже если магистр не сопротивляется, его сильный разум инстинктивно будет противиться такому вмешательству.
– Ты дашь ответ своей памяти? – спросила я, решив, что в данном случае обращаться лучше именно к ней.
– Да, – подтвердил он.
– Почему Кастодия не помнит обряда? – затаив дыхание, спросила я.
Этот вопрос меня очень интересовал. Если бы мне специально стирали память, Хран бы такое воздействие засек и молчать бы точно не стал. Когда я проснулась в тот день, мне казалось, что приснилось что-то важное, но вспомнить так и не смогла. Почему я восприняла тогда все реально произошедшее как сон?.. В общем, этот момент меня беспокоил, и раз уж выпала возможность, я решила выяснить все точно.
– Кеол, – ответил мужчина, а я от удивления вздрогнула, чуть не оборвав контакт. – Еще когда связывали наши с Кастодией сны, мы поняли, что его воздействия она воспринимает не как расплывчатые сновидения, а не помнит вообще.
Гм, а как же слова божества про то, что он не должен вмешиваться в ход событий?..
– Ты дашь ответ своей памяти? – повторила ключевую фразу и, не прерываясь, продолжила опрос: – Что за связь снов?
– Я пару раз просил Кеола связывать наши сны, чтобы разобраться, что с ней происходит. К сожалению, она слишком недоверчива, чтобы говорить даже во сне.
Такого я не ожидала. Нет, сейчас это не воспринималось так ужасно, как могло бы быть три месяца назад. Я понимаю, что поставила его практически в безвыходное положение. Но… все равно неприятное чувство от услышанного осталось. Как горьковатое послевкусие. Спрашивать большее я не решилась. Все-таки и в моих действиях было что-то мерзкое. Я могла сейчас узнать все, что меня беспокоит. Развеять всякие сомнения по поводу намерений Дамиана. Но… он прав, я слишком совестливая для этого. Человек мне душу, считай, раскрыл. Топтаться по ней в грязных сапогах, пытаясь разыскать что-то еще, невежливо. Интересующий меня момент я прояснила. Дальше будем с котом решать, как ограничить подобное божественное вмешательство, если это вообще возможно. Правда, последний вопрос остался.
– Ты ответишь своей памяти? После ритуала вы больше не пытались связывать сны?
Все-таки хотелось бы спать спокойно.
– Нет.
– И не собирались? – уточнила на всякий случай.
– Нет, – спокойно ответил Бриар.
Я облегченно выдохнула. Все, что хотела, я узнала. И убедилась, что магия моя работает, и даже без вредных последствий для организма. Теперь нужно освободить разум магистра.
– Дамиан Бриар, слушай мой голос, иди за моим голосом. Я не голос твоего разума. Твой разум – это твой разум. Я не голос твоей памяти. Твоя память – это твоя память. Я не голос твоего сердца. Твое сердце – это твое сердце. Твой голос – это твой голос, – пробормотала я, посылая последнюю волну.
Устало выдохнула, обошла кресло и села на свое место, задумчиво рассматривая, как Дамиан медленно открывает глаза, хмурится, осматриваясь вокруг, и натыкается на мой взгляд.
– Это ты могла спросить и напрямую, я бы ответил честно.
Я разочарованно застонала.
– Не получилось?
– Получилось, – опроверг он мое заключение. – Ничего негативного я не почувствовал. А запомнил все только потому, что четко отслеживал твое воздействие и хоть и не сопротивлялся, но все осознавал. В целом хорошо.
Я облегченно выдохнула. Хоть какая-то позитивная новость.
– Осуждаешь? – спросил у меня Дамиан, пристально следя за моей реакцией.
Я прислушалась к себе.
– Не так чтобы очень, – призналась, немного поразмыслив. – Скажем так, если бы у меня была возможность проникнуть в твое сознание, чтобы выяснить некоторые недоразумения, я бы тоже ею воспользовалась.
– Ты изменилась, – с легкой улыбкой заметил он.
– Ты тоже, – пожала я плечами. – Мы все меняемся под воздействием окружающих нас людей и различных событий. Было бы странно, если бы я осталась прежней.
– И все же не ожидал, что ты воспримешь это так спокойно.
– Много чего произошло, – уклончиво отметила я. – Взгляды на некоторые вещи у меня поменялись.
Да после того, как я его, Дамиана, смерть практически перенесла, какое-то подсматривание снов меня уже не особо волнует. Ничего же страшного из-за этого не произошло, значит, все в порядке.
Наконец настал день икс, а я впала в какое-то подозрительное спокойствие. Казалось бы, вот оно, начало заключительного этапа по раскрытию правды о том, что произошло с моей семьей, но никакого волнения или переживаний я не испытывала. То ли просто уже перегорела, то ли это аукнулось мое безрассудное применение заклинания по блокировке эмоций. А может, и то, что я стала некромантом, отразилось. Должно же мне было еще хоть что-то достаться, помимо нестабильного дара? Например, непробиваемое спокойствие, как у Бриара. Ну, почти непробиваемое. Все же на меня он срывался несколько раз, но я – особый случай. В общем, за всеми переживаниями, приготовлением платьев и вызовом парикмахера я наблюдала с вялым безразличием. Флора была поразительно активна и взбудоражена, хотя раньше мне казалось, что она довольно непробиваемая особа. И пока она носилась, я повторно просматривала досье не только на интересующих нас высших, но и на всю главную аристократию, чтобы не ударить в грязь лицом. Правда, вскоре мое безмятежное лицо все-таки взбесило Вегерос, и она отправила меня вместе со служанкой приводить в порядок себя и волосы. И это несмотря на все мои заверения, что уж помыться сама я вполне в состоянии. Откровенно говоря, после того, как когда-то я несколько недель не могла сама толком ни причесаться, ни умыться из-за поврежденных связок на руках, теперь любая помощь в этих делах меня раздражала. И даже злой взгляд Флоры на мое заявление о полной самостоятельности не заставил поменять решение. Прическу делать – пожалуйста, а вот с остальным без помощников справлюсь. После купания было долгое и утомительное укладывание волос, нанесение макияжа и, наконец, надевание платья. Не знаю, чем именно руководствовалась Флора, подбирая такой образ, но выглядела я настоящей некроманткой.
Пышное платье из черной тафты с тонкой серебристой вышивкой, лишь слегка отсвечивающей на свете. Корсаж покрывали более крупные узоры. А вот рукавов у платья не было. И спинки частично тоже. Зато был капюшон! Довольно большой, сделан из плотного черного кружева все с той же серебристой нитью в плетении. И крепился он, конечно, не к спинке платья, учитывая, что ее нет, а спереди двумя широкими лентами, которые спускались к краю корсажа. Получалось, что глубокое декольте скрывалось под кружевом, зато спина была голая. Волосы высоко забирать не стали, завили и закололи немного наверх, остальные волнами спускались по плечам. Капюшон зафиксировали шпилькой на самом затылке, и он лишь слегка закрывал волосы сзади. Образ дополнял резкий темный макияж, устрашающе смотревшийся на моей бледной коже. Так что, глянув в зеркало, я заключила – прямо невеста покровителя мертвых. Нет, стоило признать, что получилось очень красиво, но отражение совсем не было похоже на меня. Может, в этом и состояла задумка?..
Когда в мою комнату впорхнула довольная Флора, я возмущенно заявила:
– Да ты издеваешься?!
Вегерос являла собой полную противоположность не только моему, но и ее привычному образу. Просто девушка-цветочек. Легкое голубое платье, лишь по подолу окрашивающееся в более яркие желтые, оранжевые и красные оттенки. Не пышное, как у меня, а с многослойной струящейся юбкой, взлетающей при каждом движении. Такие же струящиеся рукава. И спина у нее была закрыта! И макияж неброский, а практически естественный! Да она в обычной жизни более ярко красилась. Правда, декольте побольше моего было, но зато никакого капюшона или чего прочего на голове! Волосы заплетены в толстую косу, в которой сверкали голубые и оранжевые камни. Выглядела Флора тоже потрясающе, но возникло чувство, что нас поменяли местами. Она тихая, милая девочка-припевочка, а я мрачная стерва.
– Почему? – недовольно взвыла я.
– Я же говорила, куколкой будешь, – довольно заявила девушка, не обращая внимания на мое замечание.
Подошла ближе и, якобы поправляя один из локонов, тихо, чтобы парикмахер, собирающая свои инструменты со столика у зеркала, не услышала, проговорила:
– Поступил приказ сделать так, чтобы ты совершенно не походила на себя.
– Чей приказ? – нахмурилась я.
– Свыше, – слегка закатила она глаза, указывая наверх.
Спальня Дамиана, в которой мне когда-то довелось ночевать, как и его личный кабинет находились как раз на этаж выше нашего расположения. Так что намек Флоры я поняла, но чем вызвано такое решение магистра, понимала лишь отчасти. Скрыть мою личность от нашего злоумышленника? Так мы как раз на узнавание и рассчитывали…
– А ты почему так резко изменила стиль? – поинтересовалась, с легкой завистью рассматривая девушку.
– Для правдоподобности, – все так же тихо ответила Вегерос. – Все-таки Бриара знают в высшем обществе, и всем понятно, что на прожженную стерву он бы не повелся. Вот я и буду изображать глубоко влюбленную, настолько, что резко подобрела и характер сволочной растеряла исключительно ради него.
Флора состроила, очевидно, ту самую глубоко влюбленную мордашку с глазами, полными нежности. И я скажу, довольно правдоподобно у нее получилось. Не были бы мы так близко знакомы, и я бы поверила. Что ж, ей роль вполне удастся. Моя, к счастью, от привычного поведения не сильно отличается. Резко хаметь мне не придется, скромная девушка из обедневшего дворянского рода, которую только что приняли в род высших, возникать точно не станет.
– Украшениями нас обеспечит Дамиан, – уже более громко проговорила она. – Так что не переживай. Осталось всего лишь дождаться его.
Я и не переживала. А если бы все же и нервничала, то отнюдь не по поводу украшений. Пока я старательно натягивала длинные черные перчатки, тонкие и полупрозрачные, Флора, краем глаза следя за собирающимися уходить парикмахером и горничными, болтала про очередные слухи и про тех, кого мы должны увидеть на балу. В присутствии прислуги мы старались не показывать истинного положения дел, а играть просто подруг нам было довольно просто. Но стоило нам остаться одним, как девушка сбросила с себя маску приветливости и непосредственности, подскочила с кровати и стала хмуро и пристально рассматривать меня со всех сторон.
– Что? – нервно поинтересовалась я. – Я как-то не так выгляжу?
Все-таки нервировало меня это облачение. Спине и плечам было некомфортно без привычного прикрытия.
– Я ищу место вот для этого, – пояснила Флора и, задрав свою многослойную юбку, достала из-под нее тонкий стилет.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?