Текст книги "Жар сердец"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhar-serdec-5426.jpg)
Автор книги: Кэт Мартин
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Похоже, вы никогда не изменитесь, – мрачно улыбнулся Морган. – Наверное, мне полагается жалеть вас, но мне почему-то жаль Уильяма.
Силвер не сдержалась и звучно ударила его по щеке. Звук пощечины эхом разнесся под высоким потолком. Морган сжал зубы с такой силой, что у него заходили желваки. Он потер щеку, которую она всего минуту назад нежно касалась пальцем и которая теперь горела от ее ладони.
– До свидания, Салина. – Блеснув зелеными глазами, он отдал ей насмешливый полупоклон.
– До свидания, майор Траск. – Силвер холодно взглянула в его глаза, выражение ее лица было таким же мрачным, как и у него. Затем ее тонкие черты смягчились. С удивлением Морган увидел, что взгляд ее карих глаз жадно пробежал по его лицу, словно что-то искал, хотя он не мог понять что.
Она стояла, глядя на него так, всего несколько мгновений. Потом повернулась и зашагала прочь. Высоко держа голову, она пересекла холл и, приподняв край выцветшей коричневой юбки, начала подниматься вверх по винтовой лестнице. Выйдя на площадку, она открыла дверь в свою комнату, шагнула внутрь и с шумом захлопнула за собой дверь.
К Моргану подошел Шеридан Ноулес. На его лице играла улыбка. Он протянул Моргану толстый кожаный кошелек, тяжелый от золотых монет.
– Здесь все деньги, майор. Две тысячи долларов. Вы уверены, что вам лично не требуется какая-либо компенсация за беспокойство?
Морган убрал кошелек в карман.
– Я был должен Уильяму.
Ноулес протянул ему худую руку, и Морган пожал ее на прощание.
– Был очень рад видеть вас, майор. – Ноулес кивнул в сторону дворецкого, который снова вернулся к распахнутой двери. – Желаю вам попутного ветра.
– Благодарю вас, – повернулся к выходу Морган.
– Тадеус отвезет вас в гавань.
Морган кивнул. Бросив последний взгляд на дверь над лестницей, он повернулся и вышел.
Силвер подошла к окну, выходящему на задний двор, и посмотрела сквозь железную решетку, толстые прутья которой закрывали значительную часть расстилавшегося перед ней пейзажа. Внизу, во дворе, залитые ярким светом полуденного солнца, трудились рабочие. Дальше виднелись банановые заросли, за ними убегали к горизонту манящие бирюзовые волны. По ним «Саванна» пойдет к Барбадосу, путем, по которому Салина бежала, чтобы обрести свободу.
Внезапно она почувствовала ком в горле. Допустим, майор действительно вернется, но что с того? Это будет не раньше чем через несколько месяцев, и все эти долгие месяцы ей придется провести в вынужденном заточении, избегая отца, чтобы не видеть ненависти, загоравшейся в его глазах, как только он замечал ее.
Каждый вечер на протяжении многих лет, засыпая, Силвер прислушивалась, не слышно ли его шагов по ступенькам лестницы, и молилась, чтобы в эту ночь ему не пришла в голову мысль проникнуть в ее комнату. Он пытался сделать это всего один раз, но и того случая она не сможет забыть никогда.
Силвер все еще хорошо помнила запах рома, исходивший у него изо рта, жар его потных рук на ее теле, помнила, как он стащил ее с кровати на пол и сорвал с нее ночную рубашку. Ей было всего тринадцать, но ее невинность его не остановила. Он непременно бы овладел ею, если бы испуганные крики не услышала одна из служанок.
Красивая чернокожая женщина Делия, принужденная Уильямом стать его любовницей, пренебрегла опасностью, которой грозило ее вмешательство. Она закричала на Уильяма и начала его стыдить, вынудив оставить Силвер в покое. На следующий день, с синяками на лице и кровоподтеками, она покинула дом и отправилась на работы в поле. Другим это был хороший урок ни во что не вмешиваться.
С того времени Уильям довольствовался своими чернокожими рабынями, но все же больше всех он желал именно Салину. Рано или поздно он был способен овладеть ею, как бы она ни сопротивлялась.
Не единожды он был к этому близок, и в последний раз именно в ту ночь, когда она бежала с острова. Его остановил только нож, взятый Силвер на кухне. Но вряд ли отца можно было сдерживать долго. К тому же утром он наверняка бы придрался к ней по какому-нибудь пустяку и жестоко ее избил.
И Силвер решила бежать на судне, стоявшем на якоре в гавани и готовом к отплытию после ремонта. Слава Богу, что корабль «Лоуренс» попал в шторм неподалеку от острова и пришел чинить руль в их гавань. Если бы этого не произошло, она до сих пор оставалась бы во власти отца.
Вспоминая о своем неудачном побеге, Силвер едва сдержалась, чтобы не зарыдать. Она снова была там, откуда так старалась бежать. Ее положение стало даже хуже, поскольку теперь гнев ее отца не будет знать никаких границ. В том, что он будет ее бить, у Силвер не было ни малейшего сомнения. Но если бы это были только побои, она бы смогла их выдержать. Она боялась другого.
Слезы затуманили ей глаза, горло сжалось, не давая вырваться крику отчаяния. Она знала, что теперь, когда Уильям снова явится к ней, он может добиться успеха.
Если она его не убьет.
Слезы покатились по ее щекам, но Силвер не стала их вытирать. «Что же ты за женщина?» – спросил ее Морган. В самом деле, что она за женщина? Какая еще женщина способна разбудить похоть в собственном отце? Какая еще женщина желает убить отца, который дал ей жизнь?
Силвер подошла к окну, стараясь разглядеть паруса «Саванны», ее последней и единственной надежды. Она будет стоять здесь и смотреть на этот корабль, пока он не скроется за горизонтом.
Что бы Морган подумал о ней, если бы узнал правду? Что бы он стал думать о ее отце? И почему эти вопросы так ее волнуют?
Весь обратный путь к гавани Морган провел в молчании. Впереди он видел шлюпку, лежавшую на мягком темном песке, рядом с ней стояли Флагг и Гордон. Над их головами кружили чайки, вдали была видна «Саванна» с натянутыми якорными цепями. Путешествие, о котором он мечтал с таким нетерпением, наконец-то началось.
Фургон негромко громыхал на камнях, мулы живо бежали вниз по склону, а худенький чернокожий погонщик не выказывал никакого желания с ним заговорить. Проезжая мимо поля, лежавшего по левую сторону дороги, Морган увидел оглянувшуюся на повозку широколицую женщину, с которой недавно беседовала Силвер.
Силвер. Салина. Имена женщины с необузданным характером, которую он хотел сейчас забыть. С ней покончено. Он вернул ее живой и невредимой. Когда перевозка оружия будет завершена, он вернется сюда поговорить с Уильямом, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке. Так же он принял в свое время участие в судьбах Джордана, Куки и Жака.
Теперь ему пора подумать о выполнении своей миссии, о брате, об оружии, которое потребуется техасцам на Юкатане. Он – майор техасских морских пехотинцев. У него есть долг и обязанности. И лишь в последнюю очередь он может занимать свои мысли своенравной особой, какой была Силвер Джоунс.
Морган был даже рад, что она заставила его рассердиться, рад, что она ударила его по лицу. Он не хотел бы сейчас ее жалеть. «Не хотел бы», – уверял он себя. Вряд ли Силвер заслуживает его жалости. Она бы и не приняла ее.
Морган дотронулся до щеки, которая все еще горела. Черт бы побрал эту Салину, она способна на все. Неудивительно, что Уильям не может с ней управиться. Да и кто на это способен? Ко всему прочему она была еще и лгуньей. То, что она говорила о своем отце, не могло быть правдой. Уильям всегда был известен как честный, благородный человек. Силвер же была дикой, необузданной и избалованной. Своевольной, упрямой…
Морган сжал челюсти, когда внутренний голос возразил ему, напомнив то, о чем Морган хотел забыть: Силвер была красивой, умной и храброй. Он оставил ее в одиночестве и страхе, а она сейчас так нуждается в чьей-либо помощи.
– Черт, – выругался Морган, сжимая кулаки. – Поворачивай своих чертовых мулов. Мы едем назад.
– Но я думал, что вы…
– Я сказал, поворачивай назад. И побыстрее, пока я не передумал.
В первый раз с того момента, как он его увидел, Тадеус улыбнулся:
– Да, масса Траск.
Он натянул поводья, присвистнул, и скоро мулы развернулись и направились вверх по холму.
Когда фургон вернулся к дому, Морган скомандовал:
– Жди здесь. Я скоро вернусь.
Он стремительно поднялся по лестнице к веранде. Дверь перед ним распахнулась.
– Она все еще наверху? – спросил Морган дворецкого.
– Да, сэр.
Морган прошел в дом. Услышав его шаги, ему навстречу поспешил Шеридан Ноулес.
– Что-то случилось, майор? – спросил он, удивленно поднимая брови.
– Я изменил свое решение.
Он направился вверх по ступенькам, но рука Ноулеса, схватившая его за кисть, остановила Моргана.
– Боюсь, что вы не можете подняться наверх, майор. Не думаю, чтобы Уильям это одобрил.
– Он будет иметь возможность сказать это мне лично, когда вернется.
Выдернув руку, Морган снова направился вверх по лестнице, мимо изумленной горничной, недоумевающе переводящей взгляд больших черных глаз с него на Ноулеса.
– Я настаиваю на том, чтобы вы немедленно вернулись! – крикнул снизу Ноулес.
Морган не обратил на его слова никакого внимания. Пройдя по коридору, он толкнул дверь Силвер, даже не затруднившись постучать. Обернувшись, она изумленно уставилась на человека, появившегося в ее комнате столь неожиданно.
– Собирай свои вещи, – бросил Морган. – Ты поедешь со мной.
– Что?!
За ее спиной он заметил прутья железной решетки и понял, что она пыталась разглядеть сквозь них уход корабля. Это тронуло Моргана, что-то колыхнулось в его груди. Глаза Силвер блестели от слез. На ее лице было написано отчаяние. Ее щеки были столь бледны, что казались полупрозрачными.
– Я сказал, собирай вещи. – В его голосе слышалось волнение.
Морган шагнул к огромному; нависающему над кроватью шкафу из красного дерева и открыл дверцу. На верхней полке он нашел множество красивых шелковых халатов, бархатные тапочки и дорогие атласные платья. Там были также повседневные платья из миткаля, вечерние туалеты из тонкой кисеи, богато украшенные дамские шляпы, расшитые разноцветные зонтики от солнца и расписанные вручную веера.
– Возьми с собой что-нибудь из этого. Мне надоело видеть тебя в обносках. Я пришлю кого-нибудь отнести чемодан.
– Хорошо, – тихо произнесла Силвер, чувствуя, что ее сердце готово разорваться. Морган за ней вернулся! Он за ней вернулся! У нее перехватило дыхание, и Силвер поспешила отвернуться.
– Я буду ждать внизу. – Бросив это, Морган вышел из комнаты.
Словно испугавшись, что он передумает, Силвер бросилась к шкафу, с трудом веря в происходящее. Вытащив чемодан, она вывалила в него все платья, которые у нее были.
Большинство из этих нарядов она надевала редко и неохотно. Но теперь на эти платья, открывающие ее покатые плечи и демонстрирующие округлости ее груди, будет смотреть не ее отец. Это будет Морган. Он должен увидеть, что его пассажирка – вовсе не ведьма, как он думает, что она вполне способна выглядеть как леди. Его привлекают элегантные женщины – она сумеет быть элегантной. Или по крайней мере почти такой же привлекательной, как они.
Силвер попыталась определить, сколько времени прошло с того дня, когда она старалась для кого-нибудь принарядиться. Она вложила в чемодан свою серебряную расческу, зеркало и поблескивающие хрустальные флаконы с духами. Откуда-то снизу доносился полный гнева голос Моргана, прерываемый слабым голосом Шеридана Hoyлеса.
Губы Силвер тронула легкая улыбка. У нее не было сомнений, кто победит.
Закончив наконец с чемоданом, Силвер быстро подбежала к двери, распахнула ее и выбежала на площадку.
– Я готова, майор.
Рядом с Морганом стоял Тадеус. Вместе с Недом, дворецким, они поднялись по ступенькам, чтобы взять тяжелый чемодан. Спускаясь по лестнице, Силвер почувствовала внезапное смущение.
– Я запрещаю вам это, Салина! – выкрикнул Ноулес. – Ваш отец придет в ярость. Вы уже навлекли его гнев тем, что путешествовали с этим человеком по морю. Теперь вы снова с ним уходите.
– Передайте Уильяму, что я о ней позабочусь. Она появится на острове на моем обратном пути.
– Вы напрашиваетесь на неприятности, майор. Граф имеет значительное влияние. Он это так не оставит.
– Уильям когда-то поверил в меня. Ему придется сделать это еще раз.
Сказав это, Морган схватил Силвер за руку и повлек к двери. Его руки, когда он подсаживал ее в повозку, совсем нельзя было назвать деликатными, но Силвер это было уже безразлично. Ее мысли были заняты лишь тем, что она покидает остров. И что человеком, который её спас, был Морган Траск.
Морган тоже поднялся в повозку, а Нед и Тадеус погрузили чемодан. Взяв Силвер за подбородок, Морган повернул к себе ее лицо.
– Я хочу, чтобы ты дала мне слово. Поклянись могилой матери, что не попытаешься больше бежать. Только при этом условии я могу взять тебя с собой.
– И ты поверишь моему слову?
– Как ты не можешь понять, что я хочу тебе помочь?
Силвер посмотрела на него и почувствовала, что слезы снова наворачиваются на глаза. Это ее удивило – она плакала очень редко.
– Ты не пожалеешь, – тихо произнесла Силвер. – Я сделаю все, что ты скажешь, и не буду пытаться бежать.
Он вытер пальцем слезы с ее щек.
– Мне придется второй раз делать ради тебя большой крюк. Не заставляй меня жалеть об этом.
Она качнула головой, и ее тяжелые серебристые волосы колыхнулись. У нее появилось чувство безопасности, которого она не испытывала очень давно, надежности и чего-то еще, какое-то ощущение, которое она не могла точно определить. Морган отвернулся и, сняв капитанскую фуражку, пригладил ладонью волнистые каштановые волосы. Боже, не сошел ли он с ума? Но тут Морган вспомнил, как она взглянула на него, когда он появился в ее комнате, – словно он был рыцарем в сверкающих доспехах. Это воспоминание буквально перевернуло его сердце. Моргану захотелось привлечь ее к себе, успокоить, сделать так, чтобы страх навсегда исчез из ее глаз.
Каким же может быть секрет, который она от него хранила, подумал Морган. Вряд ли он когда-нибудь его раскроет. Однако одно он мог сказать наверняка: он обрек себя еще на несколько бессонных ночей, которые ему предстоит провести, прислушиваясь к тому, как за тонкой переборкой каюты ворочается во сне соблазнительная Силвер Джоунс.
«Должно быть, я сошел с ума», – подумал Морган. Но он знал, что, какие бы испытания ни ждали его впереди, он не отошлет ее назад одну.
Глава 8
– Я знаю, что сейчас не самое подходящее время просить о чем-либо, – произнесла Силвер, когда повозка покатилась вниз по склону, – но я подумала: не могли бы мы сделать одну короткую остановку перед тем, как покинем остров?
Морган с тревогой, взглянул на нее.
– Зачем?
– Прошло столько времени, как я покинула Катонгу… Я подумала: не могла бы я поговорить со своими друзьями?
Морган обвел глазами остров, стараясь отыскать другие каменные дома, но увидел лишь жалкие хижины рабов, зеленые поля и океанскую равнину.
– Где они живут?
– Куако обычно работает на табачном поле. Делия наверняка рядом с ним.
Морган нахмурился, вспомнив, что имя этой женщины он слышал от рабыни на пристани.
– Хорошо, но только ненадолго.
– Спасибо. – Силвер подарила ему благодарную улыбку. Тадеус свернул с дороги, и повозка покатилась к полю, на котором рос темно-зеленый табак высотой по пояс. На поле виднелись сгорбленные спины рабочих, выпалывающих сорную траву. Один человек стоял чуть в стороне от остальных, выделяясь своей массивной фигурой.
– Куако! – крикнула Силвер могучему негру. Тот ответил ей белозубой улыбкой. Придерживая на голове кувшин с водой и приветливо махая рукой, к Силвер спешила какая-то женщина; Морган решил, что это Делия. Несмотря на ее быстрый шаг, кувшин с водой каким-то непостижимым образом продолжал стоять ровно. У Делии были красивые черты лица, очень короткие черные волосы и умные темные глаза. Даже выцветшее бесформенное платье не могло скрыть изящных линий ее стройной фигуры.
Когда Тадеус натянул вожжи, Морган спрыгнул на землю и помог сойти Силвер. Он был явно удивлен, что её лучшими друзьями были рабы.
– С вами все в порядке, Салина? – спросил чернокожий человек, на лице которого появилась тревога. Подойдя ближе, он внимательно вгляделся в лицо Моргана.
– Со мной все в порядке, Куако. Это майор Траск. Он забирает меня с собой.
Куако снова расплылся в широкой улыбке. Он был на несколько дюймов выше Моргана и по крайней мере на тридцать фунтов тяжелее, хотя у обоих были одинаково широкие плечи.
– Я говорил Делии, что вы встретите хорошего человека.
– Она пробудет со мной лишь до того времени, как вернется ее отец, – поправил Морган. – Я привезу ее обратно, мы все выясним, и она останется.
Силвер слышала эти слова, но их смысл пронесся мимо ее сознания. Главное, что Морган вернулся за ней. Рано или поздно она ему все объяснит.
Куако оглядел Моргана с ног до головы, бросил взгляд на Силвер, чьи щеки порозовели, и затем вновь перевел глаза на Моргана. Его улыбка расплылась еще шире, как будто разрезая его лицо рядом крупных белых зубов.
– Она – хорошая женщина, – произнес Куако, и Силвер с трудом сдержала улыбку. Выражение лица Моргана ничуть не изменилось.
Неловкое для Силвер положение прервала Делия:
– Вы слышали о награде, Салина? Мы так волновались за вас.
– Со мной все в порядке, Делия. А как вы?
– Мы сейчас занимаемся тяжелой работой, но вы не волнуйтесь, Салина, с нами все будет хорошо.
Куако снова заулыбался и, протянув руку, похлопал по чуть округлому животу Делии.
– Скоро у нас будет малыш.
Силвер вскрикнула от радости и обняла их обоих.
– Замечательно! – У них должен был появиться ребенок год назад, но за три месяца до родов Делия потеряла его.
Силвер стало тяжело на душе при этом воспоминании.
«Эта женщина работает слишком много, – сказал доктор отцу Силвер. – Похоже, она когда-то была сильно избита; ее надо подлечить». Силвер подозревала, что именно грубое обращение ее отца являлось причиной слабого здоровья Делии, но она не стала тогда говорить этого вслух. Незадолго до несчастья Делия вступилась за одну из своих подруг перед отцом Силвер, и за это обе были жестоко избиты.
– Примите мои поздравления, – произнес Морган. Куако еще раз испытующе оглядел его.
– Салина – хорошая женщина, – повторил он. – Но ей нужен сильный мужчина. – Он улыбнулся Делии. В его глазах была видна любовь. – Салина думает, что все мужчины плохие. Когда-то моя Делия думала так же. Теперь у Делии другое мнение. Салина тоже узнает, что есть хорошие мужчины.
Силвер вспыхнула.
– Думаю, нам пора ехать. Береги себя, – сказала она Делии, которая знала, что стоит за этим предупреждением. Силвер вновь обняла их обоих. – Я хотела бы, чтобы вы уехали со мной.
– Берегите ее, – сказал Куако Траску.
Морган лишь кивнул. Он увидел Силвер с новой стороны. Любовь, с которой относились к ней ее друзья, была очевидной; Морган не упустил и то, что они разговаривали с ней как с равной. По всей видимости, этого хотела сама Силвер, и Моргану это нравилось.
Хотя он жил в Джорджии и зарабатывал торговлей хлопком, у него не было рабов, и он надеялся, что когда-нибудь этот институт будет упразднен везде. В большей части Вест-Индии рабство было уже отменено, и экономическое положение островов от этого совсем не ухудшилось. Конечно, это потребует усилий, но упразднение рабства и в южных штатах он считал вполне возможным.
Попрощавшись с друзьями, Силвер села в повозку, и они в молчании двинулись к гавани. Флагг и Гордон не могли скрыть изумления, когда увидели, как Морган помогает Силвер выбраться из повозки. Они немедленно направились к нему.
– Мисс Джоунс решила сопровождать нас до Барбадоса, – просто объяснил Морган. – Почему бы вам не помочь Тадеусу с чемоданом?
Флагг и Гордон расцвели в улыбках.
– Есть, капитан, – хором произнесли они. В первый раз Морган немного пожалел о сделанном. Команда гораздо хуже слушала приказания, когда Силвер появлялась на палубе. Все наверняка хорошо помнили, как их единственная пассажирка выглядела в мокрой, почти прозрачной одежде.
Морган произнес про себя проклятие. Видимо, он действительно сошел с ума. Он хотел видеть ее на корабле, но был не единственным, кто этого желал.
Помощники Моргана тепло поприветствовали Силвер, но особенно рад был Джордан, который, казалось, считал ее членом своей утраченной когда-то семьи. Похоже, что единственным, кто наблюдал ее возвращение на корабль без радости, был сам Морган.
Но для Силвер это не имело значения. Для нее сейчас было важно лишь то, что она покидает Катонгу, отправляется на Барбадос и будет в полной безопасности, хотя бы на время путешествия.
Когда наступил вечер, Силвер стала готовиться к ужину. Ей хотелось выглядеть как можно лучше. На душе у нее было легко, казалось, что даже корабль приветствует ее возвращение своим поскрипыванием. Она надела шелковое темно-синее платье, одно из своих любимых, волосы закрутила в изящные локоны. В ушах блестели сапфировые сережки – память о матери.
Бросив последний взгляд в разбитое зеркало над дубовым бюро Моргана, Силвер взяла разноцветный веер и направилась к двери. Войдя в кают-компанию, она с удивлением увидела, что стол уставлен дорогим фарфором и хрусталем.
– Море спокойно. – Из тени шагнул Морган. – Я думаю, мы должны отпраздновать ваше возвращение. – Глаза Моргана пробежали по ее узкому в талии, пышному шелковому платью. Откинутые назад волосы открывали правильные черты лица и мягкую округлость ее подбородка.
Черт побери! Он никогда не предполагал, что она может выглядеть столь прелестной, выглядеть так, что у него буквально перехватило дыхание.
– Вы очень любезны, майор. Благодарю вас. – Она и вела себя совсем иначе после того, как вернулась, – мягче, почти застенчиво.
Морган почувствовал, что его сердцу становится тесно в груди. Боже, как он ее сейчас хотел! Но Морган заставил себя опуститься на резную деревянную скамью и начал светский разговор, стараясь удержать свои желания под контролем и мысленно моля, чтобы другие появились в кают-компании как можно быстрее.
Скоро в каюту вошли Демминг и Рейли: Демминг – в морской форме, Рейли – в форме техасских морских пехотинцев.
– Вы выглядите прелестно, мисс Джоунс, – улыбаясь, приветствовал ее Гамильтон Рейли.
– Благодарю вас. – Силвер поднялась со скамейки и грациозно направилась к нему.
– Вы – прекрасное видение, мисс Джоунс, – произнес Уилсон Демминг, целуя ее руку. – О такой прелестной спутнице в путешествии можно только мечтать.
Морган нахмурился, уже жалея, что они появились в кают-компании.
– Тогда почему бы кому-нибудь из джентльменов не предложить даме сесть?
Оба офицера тут же бросились выполнять это пожелание, поспешно подтаскивая к столу дубовый стул с высокой спинкой и помогая Силвер на него опуститься.
Силвер поблагодарила их теплой улыбкой.
Вечер прошел так, будто все четверо встретились впервые. Казалось, прекрасная женщина за столом никогда не была той озлобленной, одетой в вылинявшее платье девицей, которая держала револьвер у челюсти лейтенанта, яростно дралась с Морганом и карабкалась по рее, чтобы бежать с корабля.
Не веря своим глазам, Морган молча глядел, как Силвер играет роль леди, и не уставал удивляться. Он был о ней совсем иного мнения и явно ее недооценивал.
– Мы подойдем к Барбадосу примерно на рассвете, – произнес Морган, когда Джордан поставил на стол чашки с густым черным кофе и еще теплый яблочный пирог. – Я должен встретиться с Оуэном Муром, человеком, который организовал предстоящую сделку.
– Сколько времени это у вас займет? – поинтересовалась Силвер.
– Пока трудно сказать. – Он не хотел сейчас говорить, что ей придется остаться на Барбадосе до его возвращения из Мексики. Это он скажет ей в самый последний момент, когда будет отплывать, и ему придется молить Бога, чтобы она его дождалась.
– Уилсон, вы можете покинуть корабль, как только Жак поднимется на борт. Вы знаете, как высоко я оцениваю вашу работу, и если вам понадобится место на корабле, буду счастлив вам в этом помочь.
– Благодарю вас, сэр, – ответил Демминг.
– А что вы скажете обо мне, майор? – спросил Рейли.
– Продолжайте работать. Что я могу вам сказать, пока мы не закончили плавание?
Гамильтон улыбнулся, бросив взгляд на Моргана, и капитан подумал, что знает, какая мысль мелькнула у Гамильтона. Наверняка тот вспомнил о живущей на Барбадосе Лидии Чамберз, которую Морган неизменно навещал при каждой остановке на этом острове. Лидия Чамберз, леди Грейсон, красивая черноволосая вдова графа Грейсона, бывшего члена парламента, наверняка ждала прибытия Моргана с большим нетерпением. Они были возлюбленными несколько лет, не требуя друг от друга многого и встречаясь от случая к случаю.
У Лидии был очень спокойный характер, пожалуй, она была даже чересчур медлительна. Моргану она повиновалась беспрекословно. Лидия была самим воплощением женщины с благородной кровью и хорошо знала, какое место должна занимать.
Она представляла собой полную противоположность Силвер, оживленно беседующей сейчас с Гамильтоном Рейли. Хотя сегодняшним вечером Силвер выглядела иначе, чем всегда, все же она резко отличалась от всех дам, которых знал Морган. Она была буквально антиподом Лидии и всех тех женщин, которые когда-либо согревали его постель.
Так почему же он так к ней привязался за эти дни?
По всей видимости, это было вызвано лишь ее физической привлекательностью и тем, что им пришлось долгое время провести вместе.
Вдруг Силвер рассмеялась на какую-то шутку Гамильтона, и Морган внезапно почувствовал что-то вроде ревности. Когда она нагнулась, чтобы поднять салфетку, упавшую на пол, ему на миг показалось, что ее белая грудь выскользнет из платья. Хотя платье было сшито по последней моде и в нем можно было появиться в любом обществе, Моргану захотелось тут же потребовать, чтобы она переоделась.
– Черт побери, такая женщина способна ввести в искушение любого. – Буркнув это про себя, Морган резко отодвинул стул, прошел к столику у стены и налил себе немного бренди. Он залпом осушил бокал, прежде чем предложить выпить другим. Демминг и Рейли охотно приняли предложение, Силвер же предпочла черри.
Морган молча смотрел, как она, изящно изогнув шею, допивает последние капли. Ее тонкие пальцы мягко обхватили хрустальный бокал, на ее нежной коже и серебристых волосах был виден отблеск света лампы. Морган вспомнил, каким нежным было ее прикосновение к шраму на его щеке, как он ее целовал, а она запускала пальцы в его волосы.
Черт побери! Желание пронзило все его тело, и Морган качнулся на стуле. Чтоб она провалилась в преисподнюю! Ему пришлось сжать кулаки, стараясь справиться со сладкой болью, которая охватила самый сокровенный орган его тела. Он в ярости оттого, что Силвер приобрела над ним удивительно большую власть.
Мысленно он благодарил Бога за Лидию. Завтра он увидит ее, и она положит конец его мучениям.
Они подходили к Барбадосу с юго-запада, осторожно огибая рифы Саф-Пойнт. Даже с большого расстояния Силвер могла хорошо разглядеть могучие утесы, поднимающиеся над водой.
Пройдя вдоль берега, корабль направился к заливу Карлайл, расположенному к югу от Бриджтауна, лучшего порта на острове. Силвер никогда не бывала на Барбадосе, но ее отец посещал остров один или два раза. От отца и его друзей Силвер довелось слышать истории о богатом обществе сахарных плантаторов, об их роскошных домах и веселых балах. Она подумала о том, какое из платьев надеть. Как замечательно, что Морган велел ей взять с собой наряды. Теперь она не будет чувствовать себя неловко за свою жалкую одежду.
День обещал быть погожим. Только несколько белых облачков виднелось далеко у горизонта.
– Барбадос – коралловый остров, а не вулканический, как Катонга. – Силвер не заметила, как к поручням подошел Морган. Она стояла возле одной из двух длинных корабельных пушек. – Вот почему пляжи острова покрыты розовым и белым песком.
– Остров очень большой?
– Чуть больше двадцати миль в длину и четырнадцати в ширину. Это самый густонаселенный остров Вест-Индии… Ручаюсь, вы никогда здесь раньше не были.
– Я не была нигде, майор. Кроме Катонги… и Джорджии. – Морган бросил на нее внимательный взгляд, по-видимому, не очень ей веря, поскольку Барбадос находился всего в дне плавания от Катонги. Было странно, что Уильям не брал ее с собой.
– Тогда вы должны воспользоваться случаем и взглянуть на остров.
Когда Бриджтаун был уже совсем близко, Морган извинился и отправился в рулевую рубку, чтобы отдать необходимые распоряжения. Судно вошло в залив, достигло внутренней гавани, называвшейся Кэринейдж, и остановилось у причала. Обычно приходящие корабли должны были проходить карантин, но поскольку дело касалось деловых интересов британских граждан, власти проигнорировали эту процедуру.
Хотя час был ранний, в гавани кипела жизнь. Вдоль причала стояли дюжины кораблей; моряки, одетые в самую разнообразную одежду – от коротких брюк и рубашек собственного изготовления до британской морской формы, – сновали по деревянным доскам причала взад и вперед.
За гаванью располагались деревянные постройки. По всей видимости, одна из них была таверной, поскольку из нее выходили пьяные моряки, распевающие матросские песни; с моряками были и девицы, по большей части чернокожие, но встречались и британки, и женщины с восточными лицами. Последние были одеты довольно причудливо: у некоторых были открыты ноги, у некоторых – живот.
– Пойдем, – произнес Морган, подходя к Силвер. Заметив таверну, он бросил на девушку быстрый взгляд, и появившееся на его лице пренебрежение сказало ей, что он вспомнил, где она работала в Саванне. Схватив Силвер за руку, Морган повел ее за собой к сходням.
– Куда мы идем? – Не обращая внимания на изменившееся выражение его лица, Силвер позволила Моргану тянуть ее за собой. Сегодня ей уже было не важно, что о ней думает Морган Траск. Она освободилась от отца, почувствовала себя наконец в безопасности и испытывала волнение оттого, что попала в такое экзотическое, удивительное место.
– Вы остановитесь в доме моего друга, вдовы лорда Грейсона.
Силвер удивленно подняла брови.
– Вы были другом ее мужа?
– Никогда не имел чести знать этого джентльмена.
Когда они шли по пристани, рука Моргана сжалась еще крепче. Следом за ними шел Джордан, сгибаясь под тяжестью сумки со всем необходимым, что Силвер собрала для остановки на острове.
Силвер искоса взглянула на Моргана, пытаясь угадать его мысли. Выражение его лица стало каким-то загадочным, как будто он никак не решался ей что-то сообщить. Силвер хотела расспросить его о женщине, о которой он упомянул, но не сделала этого, решив, что скоро увидит ее сама. Перейдя улицу, Морган нанял экипаж. Джордан сунул ее сумку в отделение для багажа.
– До свидания, мисс Джоунс, – произнес он с такой тоской, что Силвер смутилась.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?