Читать книгу "Сбежавшая невеста"

Глава 12

Но отец уже скрылся в ее горнице. Аэлира так и осталась стоять на месте, не обращая внимания на то, что Вольф по-прежнему дергал ее за подол.

«Что ему там надо?» – заволновалась она, а сердце бешено заколотилось.

Она бросилась за ним, но он уже стоял на пороге, держа в руках нечто странное. Небольшой ларец из темного, почти черного дерева, покрытый замысловатой резьбой, которая, казалось, двигалась в дрожащем свете свечи. Таких узоров Аэлира никогда не видела – переплетенные ветви, диковинные цветы, звери с человеческими глазами. Шкатулка была старая, очень старая, покрытая паутиной и пылью, будто пролежала в земле не один десяток лет.

– Ч-что это? – заикаясь, растерянно спросила она.

– Твое приданое, – отмахнулся отец.

– У меня есть приданое? Но я его никогда не видела.

– И не должна была, – отец сунул ларец в шкаф, повернулся к Аэлире и посмотрел с прищуром так, что у нее внутри все похолодело. – Дочь, а где твоя родовая грамота?

– К-какая грамота? – Аэлира покосилась на дверь: получится вырваться или нет?

– А зачем тебе она? – встряла мать, но голос ее дрожал.

– Не твое дело. Аэлька, говори, куда грамоту спрятала?

Отец уставился на дочь тяжелым взглядом. Вольф положил руку на стол, Аэлира видела боковым зрением его телодвижения.

– Я не прятала. Отец, ты забыл? Её в Храм забрали для обновления родовых записей, – она лгала, обмирая от страха. Просто надеялась, что отец не знает всех тонкостей. Грамота уже несколько дней лежала в ее мешке вместе с деньгами и сменой белья. Аэлира заранее побеспокоилась о самом важном.

Ситуация становилась все более напряженной. Аэлира переглянулась с матерью. Та бочком стала двигаться к выходу в сени.

– А разве грамоту забирают для обновления? – влез в разговор Вольф.

– Да, и вправду. Зачем? – отец грозно уставился на дочь.

Та сжала в руке вилку, готовая с размаху заехать ею по лежащей на столе ладони Вольфа. Ярость так и клокотала в ее душе, затуманивая мозги. Еле нашлась с ответом.

– Ха, а если я ее потеряю иди запачкаю? Вот на всякий случай и попросила обновить записи, чтобы в случае чего... А в деревне, где я переписчика найду?

– А зачем отдала в Храм? – воскликнул отец. – У нас и у старосты есть такое право, правда?

Эти слова он уже адресовал толстяку-старосте, который шумно дыша, как паровоз, ввалился в кухню.

– Ты, Яр, о чем балакаешь?

– О грамоте родовой говорю.

– А, так у меня чернила кончились. В волость завтра надо ехать за новыми.

Аэлира выдохнула. Плечи опустились, будто из нее выпустили весь воздух.

– Степан, Перун не хочет долго свадьбу ждать. Готов хоть сегодня обручиться. Это можно без грамоты организовать?

– Что? Отец! Ты что делаешь? – закричала Аэлира.

– А почему бы и нет? – Староста опустился на лавку, и та заскрипела под тяжестью огромного тела. – Если стороны согласны, можно и перед свидетелями обряд сотворить, дело нехитрое.

– Я не согласна! – пыталась привлечь внимание Аэлира, но взрослые ее не слушали.

– Ого! А батя-то у тебя еще тот жук! – хохотнул Вольф и дернул ее за платье. – Ты того, лучше бы с нами там... в лесу.

– Заткнитесь все! – закричала уже во все горло девушка. Она оттолкнула Вольфа и выбежала на середину кухни. – Я не товар какой-то! Я не согласна выходить замуж!

– Т-ю-ю-ю! А кто тебя спрашивает? Сам тебя вырастил, сам и замуж отдам! – рявкнул отец.

– Давай, батюшка, давай! – пошла на него грудью Аэлира, настолько отчаяние заслонило голос разума. – Отдай меня Перуну в постельку. А заодно и этим псам подложи!

Она жестом показала на Вольфа и Борка, который только что вошел вместе с Перуном и стоял, настороженно прислушиваясь к разговору.

– Ну, ты чего девонька, разошлась. Рази какой родитель плохого своему ребенку пожелает? – попытался встрять староста.

– Нормальный, может, и не пожелает, а тут... Говори, за какую выгоду меня продаешь?

Отец размахнулся и ударил Аэлиру по щеке.

– Ты... – закричал он. – Ты... еще смеешь? Я тебя кормлю, пою, одеваю, а ты?

– Яр, ты того… не бесись, – всполошился староста. – Сейчас все сделаем, а в грамоту впишем, когда она ее из Храма заберет.

– Нет! Нет! Ни за что!

Аэлира размахивала вилкой, как смертельным оружием. Вольф попытался перехватить ее руку, но она с такой силой вырвала ее, что тот потерял равновесие и чуть не свалился под лавку. Она уже ничего не боялась и шла напролом.

Надо выбираться, но и высказаться хотелось. Боль от пощечины, злость на отца, на похотливого жениха, на тупого старосту, который приперся проводить обряд без родовой грамоты, переполняли ее.

– Аэлира, ты белены объелась, что ли? – удивленно смотрел на нее отец. – Как я скажу, так и будет. И ты чего честных людей в наш разговор затаскиваешь? Какие они тебе псы?

– А такие! Я почему сегодня так поздно пришла? Эти шакалы меня у речки прихватили и надругаться хотели. Еле вырвалась! А потом в лесу заблудилась, в болоте чуть не сгинула, от лесной твари спасалась. Убила ее обычным суком.

– Убила? – охнула мать.

– Да, убила! А тут свадьба? Никакой свадьбы не будет!

Аэлира изо всех сил швырнула на стол вилку, а потом ударила о пол табуреткой. Грохот раздался такой, что все ошарашенно замерли, а потом...

– Ах ты! – Перун как-то странно хрюкнул и пошел на Борка.

Тот перепугался, хотел сбежать, да развернуться в тесной кухне было негде. Перун схватил «дружка» и двинул ему по роже. Тот и пискнуть не успел, так быстро все произошло.

Отец тоже не растерялся и набросился на Вольфа. Староста испуганно прижал толстый живот к столу и только вскрикивал:

– Давай его левой! Нечего к нашим девкам приставать! Яр, гони ты этих в шею. Нам такие женихи не нуж...

Дальше Аэлира уже не слышала. Она выскочила в сени, схватила башмаки и бегом на крыльцо. Мать уже ждала ее у баньки с мешком в руках. Она наскоро обняла дочку, перекрестила, всплакнула и торопливо прошептала:

– Я твое приданое в мешок сунула. Не знаю, что там, но хоть ларец продашь, все польза.

Она толкнула дочку на тропинку между грядками. Аэлира побежала, не чуя ног. Остановилась. Бросилась обратно.

– Мамочка, я тебя обязательно заберу отсюда. Ты только продержись немного. Потерпи. Скажи, что не видела меня, – горячо зашептала она, захлебываясь слезами.

– Беги уже, шальная. Удачи тебе. Дай знать, когда доберешься.

Глава 13

Второй раз за этот длинный день Аэлира мчалась по огороду. Она выскочила на тропинку к лесу и понеслась, прячась между кустами. Притормозила перевести дух только тогда, когда поняла, что уже миновала деревню и ее никто не остановил.

Беглянка отдышалась несколько минут, натянула на ноги башмаки и побежала дальше по дорожке в сторону тракта. Еще было не так поздно. До большой дороги пять верст. Успеет проскочить до ночи. Пугало только темное небо, редкие капли дождя уже падали на щеки и шею. В мешке была рубашка, но останавливаться и переодеваться Аэлира не стала.

Она бежала, пока кончились силы. Только когда деревья расступились, пропуская ее на край небольшой поляны, она рухнула на колени прямо в мокрую траву, хватая ртом ночную прохладу.

Дождь уже разошелся не на шутку. Холодные капли барабанили по листьям, по земле, по её растрепавшейся прическе, фата прилипла к лицу и раздражала. Аэлира огляделась в поисках укрытия, заметила раскидистую ель и бросилась под ее широкие ветки. Здесь было сухо.

Невеста опустилась на толстый слой хвои и перевела дух. Она вытерла мокрое лицо рукавом, в который раз за день пожалев, что малые чары не спасут ее ни от холода, ни от голода, ни от непогоды.

Она сняла с плеч тяжелый мешок и тут вспомнила: ларец. Что в нем? Пока лес не погрузился полностью в ночную тьму, надо разглядеть его содержимое. Аэлира взвесила его на руках – тяжелый. Тогда она провела ладонью по крышке – показалось, будто узор ответил ей трепетным движением.

– Надо же, –пробормотала она и прижалась к стенке щекой. – Тепленькая.

Шкатулка действительно согревала озябшие ладони и, казалось, немного светилась. Во всяком случает Аэлира хорошо видела узоры, вырезанные на стенках. Она попыталась поддеть крышку ногтем. Бесполезно.

Ножом – лезвие скользнуло по дереву, не оставив даже царапины. Тогда она, повинуясь какому-то древнему инстинкту, поднесла шкатулку к губам и прошептала те слова, которые говорил монах во время занятий в Храме.

– Мать-Земля, что в корнях моих, отзовись. Сестра-Луна, что в жилах моих, проснись. Я своя. Впусти меня.

Монах говорил, что этим заклинанием открывают замки, снимают порчу, призывают духов, но на шкатулку оно не подействовало, она не открылась.

Аэлира в отчаянии стукнула кулаком по крышке. Потом ещё раз. Потом, разозлившись, замахнулась, чтобы швырнуть проклятую вещицу куда подальше, но «куриный бог», висевший на шнурке на груди вдруг зашевелился. Аэлира выхватила его и поднесла к уху.

– Аэль, где ты? – послышался тоскливый голос Кайлы.

– Здесь я, – ответила Аэлира.

– К нам приходили трое, тебя разыскивали.

Сердце в груди трепыхнулось, как птичка в неволе. Аэлира втянула носом воздух и спросила:

– Кто был?

– Дядька Яр, Перун и двое громил.

– Вот сволота! – вырвалось у Аэлиры.

Ее злило безмерно, что мужики перед общей бедой помирились и теперь все вместе бросились на ее поиски.

– Что делать будешь, Аэль? Ко мне теперь нельзя. Твои гости всю деревню на ноги поставили, тебя ищут.

Это было чертовски плохо. Деревенские жители, хорошо знавшие лес, быстро ее вычислят. А если кто-то из наемников еще и магией владеет…

Думать об этом не хотелось. Аэлира поймала боковым зрением ларец. Ей показалось, что свечение стало ярче.

– Слушай, отец мне приданое приготовил и спрятал его в шкатулку. Вроде бы замка нет, а открыть не могу.

– Магией запечатана.

– Скорее всего. Слушай, – Аэлира оживилась, – а твоя мать знает какие-нибудь руны? Не хочу с собой деревянную тяжесть таскать.

На другом конце наступила тишина. Беглянка грела ладони о резные стенки шкатулки, разглядывала рисунки и прикидывала, что оставаться здесь ей нельзя. Если отец привлечет к поискам заставу, а там хорошие следопыты, ей никогда до тракта не добраться.

Тут раздался скрежет и шорох.

– Простым ключом секретный замок не откроешь, – сказала Кайла. – Тут магия нужна. Или кровь.

– Какая кровь? – насторожилась Аэлира.

– Родовая. Матушка говорит, что такие шкатулки передаются из поколения в поколение и открыть их может только тот, чья кровь в них записана.

– Я ее сегодня впервые увидела, отец вытащил ее откуда-то всю в пыли и паутине.

– Наверняка старинная. Кто у тебя предки?

–Да деревенские мы… –растерялась Аэлира. – Наш род всегда жил в этих местах.

– Все же попробуй родовое заклинание.

– Это какое? Кровь к крови?

– Ага, его.

– А где кровь взять?

– Аэлира, ты тупишь, –хохотнула Кайла.

– Точно! Сейчас.

Она порезала палец о край шкатулки, капнула кровью на узор. Капля попала на резного зверя с человеческими глазами. Ей даже показалось, что он пристально посмотрел на нее. Мурашки побежали по спине от этого взгляда.

Тогда она прошептала:

– Кровь к крови. Род к роду. Откройся.

Ларец засветился еще ярче, крышка щелкнула и начала подниматься.

– Получилось? – голос Кайлы звучал взволнованно.

– Ага.

Аэлира вытащила двумя пальцами полуистлевший листок, исписанный неразборчивыми письменами.

– И что там?

– Ерунда какая-то. Пергамент. Старинный.

– И все? Что же это тогда за приданое?

– Да леший знает.

Дождь припустил сильнее – зло, хлестко, будто сама природа гнала её прочь из этого леса. Струи лупили по веткам, шелестели в листве, заглушая другие звуки. Увлеченная шкатулкой, Аэлира на миг забыла, зачем оказалась в лесу.

Вдруг послышался треск.

Резкий, близкий. Будто чья-то нога наступила на сухую ветку – и та хрустнула, как кость.

Аэлира замерла, вскинув голову. Сквозь шум дождя, сквозь шелест листвы пробивался другой звук – ритмичный, тяжелый. Топот копыт.

Повозка? В такое время? В этой глуши?

Сердце рухнуло в пятки и забилось там, в горле, в висках – везде сразу.

Глава 14

Черный экипаж, запряженный парой игривых коней, правда, уже заметно подуставших, вот уже полдня блуждал по лесным дорогам. Путевая сфера молчала, карты показывали разное направление, а поворот к лагерю у Озерного Брода все не показывался. Резко стемнело, но не потому, что надвигалась ночь. Небо, закрытое свинцовыми тучами, нависло темным саваном над Гнилым Лесом. Он утопал в полумраке, казался опасным и чужим, наполняя сердца пассажиров волнением и древним страхом.

Лучи световых кристаллов, встроенных в углы кареты, выхватывали из тьмы изогнутые стебли ядовитого шиповника и стволы деревьев-исполинов. От невозможности предугадать, что ждет за поворотом, души пассажиров сжимались от тревоги. Начал накрапывать дождь. Неожиданно в щель донесся резкий, нечеловеческий крик лесной гарпии.

– Ай! – взвизгнула Лорана, и ее вопль ударил по ушам, выбросив волну жара в кровь.

– Что там, Гарриет? – спросил Торин.

– Не знаю, не видно ничего, – ответил Гаррет, который гарцевал на Армире чуть впереди.

Во время привала друзья наскоро перекусили тем, что взяли с собой на охоту, и он рассказал о случайной встрече на болоте.

– Надо ж, неужели к топихам полезла? – покачал головой Торин.

– А откуда здесь топихи? – задала разумный вопрос Лорана.

– Хороший вопрос, – Коэл поправил дужку очков и усмехнулся, подняв брови. – Я только читал о них в старинных манускриптах, но вживую никогда не видел.

Но удивляло не это неожиданное столкновение: все прекрасно знали, что в этих местах есть большие и маленькие поселения. Безмерно поражало другое: за весь день блуждания по холмам и долинам это была вообще единственная встреча. Ни одного крестьянина, ни одного пастуха не встретилось на пути. Не у кого было спросить дорогу, получить ответы на свои вопросы.

Лорана испуганно оглядывалась и вздрагивала от каждого шороха.

– Не нравится мне это место. Ох, как не нравится! – волновалась она. – Мальчики, надо убираться отсюда.

– Как? – Коэл пошевелил угли в костре. – Мы пытаемся, но не получается. Нас наверняка уже ищут.

– Что-то нехорошее будто бродит в недрах и вот-вот вырвется наружу, – сжалась Лорана и снова оглянулась. – Мне даже кажется, что мы в чужом мире.

– Сплюнь! – приказал Торин и сам оглянулся. – Откуда здесь другой мир?

Гаррет прекрасно понимал, о чем говорит Лорана. Охота на белого вепря, сбор Братства у Озерного Брода – все это было лишь для отвода глаз. Истинная причина их появления в Гнилом лесу совершенно другая.

Князь объединенных земель поручил ему разведать обстановку и найти в лесу портал к Изнанке – другому миру, где жили чудовища. Когда-то давно, в эпоху Древних, грань между мирами была тонкой, и чудовища свободно бродили по землям людей. Великие маги и первые князья сумели запечатать проходы, наложив на них родовые печати и древние заклятья.

Но печати стареют, магия истончается. Изнанка снова дышит в затылок. В последнее время Гнилой лес наводнили твари, которых становилось все больше. Со всех сторон в столицу полетели гонцы с тревожными вестями.

Князь предположил, что проход открылся, но где он находится, не знали даже старожилы. Гаррет должен был найти и его, и способ снова запечатать дыру. Он ничего не рассказал товарищам, чтобы понапрасну не тревожить их, но сейчас почувствовал, что время пришло.

– Друзья, – начал он, – мне нужно поведать вам…

– Смотрите! Впереди, что это? – вдруг взвизгнула Лорена.

– Где? Я ничего не заметил.

Натянув поводья, Гаррет привстал в стременах, до рези в глазах вглядываясь в кусочек дороги, вырванный лучом света.

– Праотцы, смилуйтесь! – снова взвизгнула Лорана, вжимаясь в сиденье. – Может, ну его, этот сбор Братства, поехали обратно в столицу.

– Мы бы с радостью, но…

– Ой! – снова взвизгнула Лорана.

– Что теперь?

– Смотри, впереди! Опять!

Гаррет вгляделся в дорогу. И тут… Что-то белое мелькнуло смятым облаком в свете кристаллов и пропало.

Обман зрения? Призрак?

Тут же по ушам резанул крик Торина:

– Стой! Живая душа!

Коэл тут же натянул поводья. Гаррет едва успел дернуть коня и отпрыгнуть в сторону, как колеса проехали юзом по мокрой земле, экипаж занесло, закружило и бросило на обочину. Ближайший древесный исполин вылетел навстречу, и столкновения, казалось, не миновать. Но в последнюю минуту карета мелькнула мимо, врезалась в чащу и остановилась. Она накренилась вперед, задрав корму, и свалилась бы в овраг, но цепкие ветви-щупальца удержали ее от падения.

По жилам Гаррета ударил прилив страха, и мир сузился до точки, пальцы, застывшие на поводьях, задрожали. В наступившей тишине слышалось, как протяжно взвывала Лорана.

– Все целы? – наконец спросил Гаррет, посмотрев на спутников.

– Вроде…

Торин, сидевший рядом, потирал лоб: он все-таки стукнулся о стенку кареты

– А что это было?

– К-к-кажется, дитя лесное, – всхлипнула Лорана. От толчка она скатилась на пол, и голос звучал глухо.

– Откуда в Гнилом Лесу дитя?

Гаррет бросил быстрый взгляд на дорогу – никого.

– А где оно? Сзади тоже никого нет.

– А вдруг под колесами? – тоненько завыла Лорана.

– Хватит! – прикрикнул на нее Каэл. – Вы вообще уверены, что это был человек?

– Думаешь, лесной козел? – вскинулась с надеждой Лорана.

– Почему козел?

– Ну, маленькое и белое…

– А может, призрак? У-у-у! – подразнил девушку Торин. – Или обычная хмара лесная.