Читать книгу "След мантикоры"

Глава 2

Утром за завтраком Риоре ничем не показала, что предыдущий вечер был богат переживаниями, и ночь она провела далеко не так спокойно, как хотелось. Сон был некрепким и изобиловал тревожными видениями, в которых фигурировал Ригаст, его бывшая жена, сама Риоре…

– Как ты вчера съездила, Ри? – ворвался в её размышления голос отца. – Что-нибудь интересное было? Кого видела?

– Эггена встретила, – с улыбкой ответила девушка, намазывая на поджаренный хлеб тонким слоем мармелад. – Мы очень мило поболтали, и он даже до дома проводил.

– А, Эгген, – отец тоже тепло улыбнулся, кивнул. – Славный молодой лорн, помню, да. Ри, хорошая моя, а он тебе нравится? – как бы невзначай спросил Элмари, покосившись на дочь.

Риоре не сдержала долгого вздоха и внимательно посмотрела на отца. Про Ригаста она ему не собиралась рассказывать – зачем волновать и подвергать опасности и его так слабое здоровье? Он ни разу за три года не упрекнул её в том разрыве, но в последние месяцы всё чаще заводил разговор о замужестве, пугая Риоре разговорами, что вечно жить не будет, и ему спокойнее было бы уйти к Богине, зная, что дочка в надёжных руках мужа. Поэтому они и вернулись в Эльено. Правда, отец привёл предлог, что это дела вновь требуют его присутствия в столице главной долины, но Риоре всё понимала. Господин Телме надеялся, что дочка всё же найдёт себе жениха, да и повзрослела она уже, девятнадцать недавно исполнилось.

– Папа, мы с Эггеном друзья с детства, – мягким, но решительным голосом ответила Риоре, положив ладонь на предплечье отца. – Я никогда не рассматривала его в качестве жениха.

– Ну ладно, хорошо, – Элмари отвёл глаза, слегка смущённый тем, что дочь так легко разгадала его намерения. – А больше никто на приёме тебя не заинтересовал?

Ри издала тихий смешок, весело глянула на отца.

– Нет, папа, – кротко ответила девушка.

– Ну и ладно, – преувеличенно бодро отозвался господин Телме. – У нас ещё вон сколько приглашений, заскучать не успеешь.

Риоре не стала говорить, что как раз на таких великосветских вечерах опасность заскучать гораздо выше, чем, например, дома в библиотеке, среди интересных книг.

– Выберешь сама, куда хочешь пойти? – Элмари вопросительно посмотрел на дочь. – Мне работать пора, дела не ждут, – господин Телме вздохнул.

– Конечно, папа, – Ри наклонила голову.

Вскоре отец ушёл работать в кабинет, а Риоре осталась допивать чай. Она рассеянно глянула в окно, сделав глоток и откинувшись на спинку стула. Перед глазами упорно крутились картинки вчерашнего вечера, в ушах звучал негромкий голос Ригаста, его слова… И по спине волнами гуляла дрожь. Эмоции волновались, как море перед штормом, Ри окатывало то волнением, то раздражением и злостью. Теперь по улице ходить с оглядкой – вдруг за ней следит бывший жених?! Девушка выдохнула, тряхнула головой и потянулась к воздушному пирожному с кремом, но тут из холла раздался приглушённый звонок, и парой минут позже вошёл дворецкий и с поклоном сообщил:

– Госпожа Телме, к вам с визитом саер Арно эр Уинорд.

Риоре не сдержала раздражённой гримасы: только его не хватало. Арно был пусть дальним, но родственником, приёмным сыном её матери. Точнее, сыном первого мужа лорны Сианы. У него умерла жена, оставив Арно, а Сиана стала мачехой маленькому мальчику. Его саера не стала отталкивать в отличие от родной дочери… Ри нахмурилась и поджала губы, отставив чашку. Наверняка пришёл по поручению Сианы и с приглашением навестить родительницу. Сколько Риоре себя помнила, она всегда жила с отцом и виделась с матерью самое большее пару раз в год. Да и то, пока маленькой была.

Правда, в последнее время, как Риоре повзрослела и вступила в брачный возраст, встречи стали чаще. Не сказать, что это радовало девушку. Обида на мать крепко сидела в душе. И ведь не откажешься, иначе саера Сиана сама примчится и начнёт обвинять отца в том, что он запрещает ей видеться с дочерью. Понятное дело, ради призрачной возможности выдать богатую наследницу за одного из представителей своего рода высокомерная лорна не против и общаться с нелюбимой дочерью, и всячески демонстрировать теплые к ней чувства.

– Проси, – негромко ответила Ри, а взгляд девушки стал отсутствующим – она снова погрузилась в воспоминания.

Несколько лет назад

–…Пап, а почему мама с нами не живёт? – маленькая Риоре заглянула в глаза отцу и смешно нахмурила бровки. – Она меня не любит, да? – со свойственным детям эгоизмом и прямотой спросила девочка, и в её необычных сине-зелёных глазах мелькнула грусть.

Элмари Телме положил большую ладонь на голову дочери и улыбнулся, тоже немного грустно.

– Милая, мама очень тебя любит, просто она занята, – мягко ответил он, прекрасно зная, что его маленькая Ри в эти слова не поверит.

Да и как ей в них верить? Сколько бы ни готовилась девочка, как бы хорошо себя ни вела, всё, чего удостаивалась она при нечастых встречах – это совершенно ненужные ей подарки в ярких упаковках и небрежные поцелуи в щеку. А те несколько раз, когда девочку отправляли ненадолго в дом лорны Сианы, Ри провела, сидя в одиночестве в отведенной ей комнате и видела мать только через оконное стекло.

Как-то в один из таких приездов маленькая Ри, набравшись храбрости, вышла из своей комнаты и спустилась в холл. Она знала, что в это время мать с новым мужем, приёмным сыном и младшими детьми ездила на прогулку. Девочка в надежде, что её тоже возьмут, даже самостоятельно собралась без горничной, чем очень гордилась. И надеялась, мама тоже оценит. Однако едва дочь появилась на ступеньках, саера Сиана, до того с нежной улыбкой поправлявшая воротник платьица на второй дочке, выпрямилась и смерила Риоре недовольным взглядом. Улыбка моментально пропала с лица женщины.

– Риоре? Что ты здесь делаешь? – спросила она холодно и поджала губы, скрестив руки на груди.

Девочка растерялась. Она не думала встретить такой равнодушный приём от матери.

– Ну… я… – начала было Ри тоненьким от волнения и тревоги голоском, но Сиана перебила её.

– И что на тебе надето? – лорна поморщилась. – Где ты нашла это убогое платье?

Риоре опустила голову и затеребила манжет скромного наряда, который нашла в гардеробе – ей он показался, наоборот, самым лучшим. Девочка даже смогла застегнуть пуговички на спине. Правда, судя по ощущениям, немного криво… Но сама же!

– Мама… Я… я с вами хотела, – беспомощно пробормотала девочка, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы обиды.

– Ханна! – громко крикнула Сиана, не дослушав дочь. Горничная явилась почти сразу. – Уведи её, – коротко бросила саера эр Лаано и отвернулась к пасынку, заговорив с ним уже совершенно другим, ласковым и тёплым голосом. – Ну, дорогой, что ещё было сегодня в школе? Учителя тебя так хвалят!

Риоре, которую отвели обратно в комнату, расплакалась тогда и никак не могла успокоиться, и когда Сиана вернулась с семьёй с прогулки, обнаружила, что у Ри поднялась температура и её слегка лихорадило. Лорна вызвала отца, не желая возиться с заболевшей дочерью, и тогда Риоре первый раз слышала, как Элмари повысил голос. Он категорично заявил, что больше не отпустит к ней дочь дочь, однако Сиана особо и не возражала. С тех пор поездки к матери прекратились, хотя к отцу саера эр Лаано изредка приезжала.

Сегодня тоже всё происходило, как обычно. Сиятельная лорна приехала, небрежно коснулась губами щеки дочери и вручила ей очередной подарок. Провела затянутой в перчатку ладонью по плечу, обронила:

– Милая, девушке в твоём возрасте надо выглядеть аккуратнее, – палец Сианы убрал с лица Риоре выбившийся из причёски локон.

Девочка не успела отклониться, хотя прикосновение матери вызвало неприязнь. После чего Сиана снова уединилась с отцом в кабинете. А после её ухода Ри и задала отцу вопрос про то, любит ли её мать.

Зачем она посещала их дом, Риоре, конечно, поняла гораздо позднее: саере эр Лаано нужны были деньги, не более. А дочь… дочь служила лишь благовидным предлогом для очередного визита. Став старше, Риоре не раз думала, что Сиана вообще не любила никого из них – ни отца, ни дочь, родившуюся вопреки надеждам человеком, а не лорной. Хорошо, при разводе признали, что виновата Сиана, и Риоре ей не отдали – чему последняя, став взрослее, только радовалась. Но, несмотря на это, требование саеры эр Лаано, чтобы несколько недель в году дочь проживала с ней, суд все же удовлетворил. И отец вначале просто выделял значительные суммы на то, чтобы в эти недели его девочка ни в чем не нуждалась, а после истории с болезнью, как он сам потом объяснил – чтобы Сиана не требовала слишком часто свиданий с Риоре.

– Пап, а зачем ей это, раз она равнодушна ко мне? – удивилась Ри, когда отец завёл этот серьёзный разговор – девушке как раз исполнилось пятнадцать.

– Милая, по закону было решено, что ты должна какое-то время жить с ней, а не всё время со мной, – со вздохом объяснил Элмари. – Зачем? Ты богатая наследница, Ри, очень богатая, – господин Телме поджал губы, в его глазах мелькнуло раздражение. – И с твоей матери станется попытаться этим воспользоваться. Показать тебя нужным людям, например, или ещё что похуже, – Элмари отвернулся. – У неё постоянно много гостей в доме, и я не хочу, чтобы… с тобой что-то случилось, милая, – отец запнулся. – Ты сама знаешь, Сиана не будет присматривать за тобой. Мне хотелось бы верить, что она не будет сама подстраивать ситуацию, после которой ты будешь вынуждена выйти замуж для спасения своей репутации, но… – Элмари помолчал и продолжил. – Именно поэтому мне проще заплатить ей, тем более, то, сколько я даю твоей матери, сущие мелочи.

Да, сейчас Риоре уже знала – её отец, пусть и не являлся дворянином по рождению и появился на свет в семье средней руки торговца, был на данный момент просто неприлично богат, если не сказать больше. Зачастую даже говорили, что богаче господина Телме в стране только Император. И это утверждение весьма близко к истине. При этом ни один человек или лорн не сказал бы, что состояние Элмари получено им незаслуженно или нечестным путем.

Только вот деньги её отца пока что лично Риоре принесли мало счастья, если не сказать больше. За последние три года, пока они жили вдали от столицы тихой, размеренной жизнью, Ри не раз приходила в голову мысль, что она чувствовала себя гораздо счастливее, если бы отец не был настолько состоятелен. А сама Риоре родилась бы в обычной семье, и её матерью стала бы какая-нибудь простая женщина, а не сиятельная лорна…

Наши дни

– Госпожа Риоре, саер Арно эр Уинорд, – голос дворецкого ворвался в размышления девушки, и она вынырнула из воспоминаний.

Вслед за слугой порог столовой переступил её «братик», к которому девушка не испытывала совершенно никаких положительных чувств. Ри поймала вопросительный взгляд дворецкого, уловила на его лице сомнение и поняла, что верный слуга не хочет оставлять её наедине с гостем. Не вызывал доверия у дворецкого благородный лорн. Но Риоре не собиралась показывать Арно, что опасается его. Поэтому она молча кивнула, дав понять, что справится. Зная его, госпожа Телме подозревала, дворецкий останется поблизости от столовой. На всякий случай. Девушка удержала улыбку и посмотрела на гостя, чуть прищурив аквамариновые глаза.

Саер эр Уинорд выглядел, как настоящий аристократ. Одетый с иголочки, лощёный, на лице – скучающее, слегка презрительное выражение, губы скривлены в небрежной усмешке. Риоре никогда такие не нравились, они вызывали у неё чувство брезгливости и отвращения. Подобные сводному брату считали, что окружающие делятся на две категории: тех, кто может быть полезен в плане денег, связей и власти, и бесполезных. И девушка могла спорить, на что угодно, только благодаря состоянию отца, а не родственным связям, для Арно она входила в первую категорию. Для девушки вся красота гостя сводилась на нет его надменностью и высокомерием. Взгляд саера медленно обвёл изящно обставленную столовую, остановился на столе с остатками завтрака. Риоре не торопилась здороваться, внимательно глядя на Арно и сохраняя бесстрастный вид.

Он первый нарушил тишину, не дождавшись приветствия от хозяйки. Посмотрел на девушку, его усмешка стала шире, и лорн с неприкрытой иронией произнёс:

– Что же, дорогая сестрёнка, неужели ты не рада меня видеть? А где же мой поцелуй? Предложение выпить чаю? Поговорить, м?

Риоре выгнула бровь, ничуть не задетая его тоном – чего ещё ожидать от лорна, который в детстве при каждом удобном случае отравлял ей жизнь насмешками и грубыми шутками. Теперь же, когда он повзрослел, а она стала завидной невестой с большим состоянием, да ещё и неожиданно похорошела, всё резко изменилось. Девушка прекрасно понимала, откуда растут ноги у такого показного дружелюбия и настойчивых попыток навязать ей своё общество при каждом удобном случае. О, глупой она не была, нет. И от наивности очень быстро избавилась. И радовалась, что живёт с отцом – у матери ей бы прохода не давал наглый Арно, а мать точно нашла бы способ добраться до состояния бывшего мужа через дочь.

– Вы ждёте от меня вежливости и дружелюбия? – холодно обронила она. – Напрасно. Говорите, что вам надо, и я вас не держу в моём доме.

Саер эр Уинорд издевательски рассмеялся, ничуть не уязвлённый ответом Риоре.

– О, милая сестричка, ну нельзя же быть такой злопамятной, – насмешливо заявил он и сделав несколько шагов в столовую, остановился посреди комнаты, заложив руки за спину. – Мы ведь были детьми. Или ты всех так неприветливо встречаешь? Даже тех, кто принёс радостную весть? – Риоре, слушая его, злилась всё сильнее – она догадывалась, какую именно весть Арно считает радостной, но сама она думала совсем по-другому. Но молчала, не прерывая гостя и пока сдерживая эмоции. Арно продолжил всё с той же ухмылочкой. – О, а может, господин Телме разорился? – с наигранной озабоченностью произнёс он. – И поэтому вы, госпожа Риоре, не имеете возможности принять гостя, как полагается? Хотя, кажется, я понял, в чём дело, – Арно с притворным сожалением вздохнул. – Наверное, господин Телме в силу своего происхождения не смог дать вам того воспитания, которое полагается иметь любой порядочной девушке. Ваша матушка будет весьма огорчена этим фактом, – голос лорна стал вкрадчивым, в глазах блеснул триумф, – когда я ей об этом сообщу.

Арно прошёл к дивану и по-хозяйски развалился на нём, закинув ногу на ногу и не сводя с Риоре взгляда. А девушка при последних словах не сдержалась. Со звоном поставив чашку на блюдце, она резко поднялась и процедила сквозь зубы ровным голосом:

– Мой отец, да будет вам известно, прекрасно меня воспитал, в отличие от воспитания, которое вы получили от вашего! Не смейте его трогать! Лично вы вообще не имеете никакого отношения к моей семье, – отрезала Риоре.

– О да, не имею, действительно, – медленно ответил Арно, его глаза хищно сверкнули и так же медленно оглядели девушку – она чуть не поёжилась. – И я сейчас очень счастлив, что не твой брат, Риоре.

После чего потянулся к колокольчику, стоявшему на маленьком столике рядом с диваном, и позвонил. Ри вздрогнула от резкого звука и возмущённо уставилась на нахала.

– Что вы себе позволяете, саер?! – воскликнула она.

– Раз вы не собираетесь позаботиться о госте, я вынужден сделать это сам, – как ни в чём не бывало, объяснил Арно и снова подарил ей насмешливо-снисходительный взгляд.

Ри только открыла рот, чтобы осадить наглеца, как вошла горничная. И опять девушке не дали сказать ни слова.

– Чай принеси, – скомандовал лорн.

Этих минут, пока служанка покидала столовую, госпоже Телме хватило, чтобы немного взять себя в руки и задавить рвавшиеся эмоции.

– Не соблаговолите ли озвучить наконец цель своего визита, – сухо произнесла она, желая как можно быстрее избавиться от общества неприятного гостя.

– А вы не догадываетесь, дорогая сестра? – снова в голосе Арно послышалась издёвка. – Ваша матушка хотела бы видеть вас сегодня в своём особняке к двум часам дня на семейный обед, – он стряхнул невидимую пылинку с рукава камзола, даже не скрывая довольного выражения на лице.

Риоре чуть не позабыла про приличия и не выругалась вслух. Она понимала, отказаться нет никакой возможности: с лорны Сианы станется заявиться в дом отца и учинить некрасивый скандал. Его сердце может не выдержать…

– Хорошо, саер, я приеду, – отстранённо ответила Ри, напряжённо размышляя о возможности избежать неприятного визита.

Перед самым обедом послать записку, в которой сослаться на плохое самочувствие? Или на внезапно появившиеся дела?..

– Я не сомневаюсь, что приедете, госпожа Риоре, – Арно встал, а Ри подумала, что ещё одна фраза, сказанная в таком же снисходительно-небрежном тоне, и она закричит и затопает ногами. – Потому что, если вы вздумаете сочинить причину и не явиться, матушка вынуждена будет пожаловаться Императору, что ей не дают видеться с дочерью, – с явной угрозой в голосе добавил саер эр Уинорд, улыбка пропала с его лица. Окинув снисходительным взглядом невольно сжавшую кулаки девушку, он встал и снова ухмыльнулся, заметив ее злость. – Не провожайте меня, госпожа Телме, не стоит утруждать себя, – закончил неприятный гость и направился к двери.

Если бы взглядом можно было убивать, Арно не дошёл бы до выхода из столовой. Но увы, Риоре оставалось довольствоваться молчаливыми проклятиями в спину сводного брата. В дверях он столкнулся с горничной, которая как раз несла поднос с чайником и чашками.

– Вы вовремя, милочка, вашей хозяйке не помешает сейчас что-нибудь выпить, – и с этим возмутительно двусмысленным заявлением лорн вышел, оставив злую и раздражённую Риоре одну.

Сделав глубокий вдох и уняв бушующие эмоции, она уже спокойно обратилась к слегка растерянной горничной:

– Убери со стола, пожалуйста. И принеси чай в кабинет, – с улыбкой добавила Ри.

Отец, конечно, не обрадовался новости. Он тоже прекрасно понимал, зачем мать зовёт дочь на обед. И почему эту новость принёс именно Арно.

– Милая, будь там осторожнее, ладно? – Элмари нахмурился. – Я беспокоюсь.

Риоре ободряюще похлопала отца по ладони.

– Не волнуйся, папа, я только посижу за столом, поддержу беседу и сразу домой, – уверенно заявила девушка, хотя внутри переживала не меньше Элмари. – Что бы мама ни задумала, у неё не получится.

Юной госпоже Телме всё меньше и меньше хотелось называть саеру Сиану матерью. Но, к сожалению, именно эта женщина родила Риоре, и от этого никуда не деться.

К двум часам Ри была готова к визиту особняка саеры эр Лаано. Скромное платье с маленьким круглым вырезом и кружевным воротником – ручная работа, из тончайших шёлковых нитей, украшенных маленькими жемчужинами. Такое же кружево на манжетах, в несколько слоёв, а сами рукава три четверти. Наряд пошит из дорогого узорчатого шёлка золотисто-оливкового цвета, привезённого из одной из южных долин. Корсаж украшала вышивка золотой нитью, дополнял наряд широкий атласный пояс чуть темнее самого платья. И драгоценности: витая золотая цепочка с кулоном – грушевидный жёлтый алмаз, редкий и дорогой камень, и к нему в пару серьги. Элегантно, неброско и в то же время согласно её статусу. Риоре бросила на себя последний взгляд и осталась довольна. Строгая причёска, тяжёлая масса волос безжалостно заколота шпильками, делая Ри чуть старше своих лет. Отлично, теперь точно никому не придёт в голову видеть в ней красивую пустышку. И пусть мамочка с Арно только попробуют что-то подстроить!

Воинственно вздёрнув подбородок, Риоре спустилась в холл и остановилась у окна, дожидаться экипажа. Она совершенно не предполагала увидеть на крыльце Ригаста, которому дворецкий уже спешил открыть дверь.

– Пожалуйте, саер, господин Телме вас ждёт, – от этих слов Ри чуть самым неприличным образом не вытаращилась на очередного неприятного гостя.

Она застыла мраморной статуей, внутри моментально вспыхнул гнев, остатки обиды, да ещё раздражение от предстоящего обеда не до конца прошло. Ригаст же как ни в чём не бывало едва увидел Риоре, тут же разулыбался, оживился и направился к ней. Девушка следила за ним напряжённым взглядом, и едва бывший жених взял её безвольную руку и поднёс к губам, Ри как молнией ударило. Она хотела выдернуть ладонь, которую от прикосновения закололи сотни иголочек, но Ригаст сжал крепче, не торопясь отпускать и всё так же глядя на неё своими проклятущими золотистыми глазами. В которых плескалось слишком много радости…

– Что вы тут делаете?! – прошипела Ри, уже не в силах держать себя в руках.

– Меня сегодня утром пригласил твой отец, – ответил Ригаст, отбросив все правила вежливости. – Ты чудесно выглядишь… – начал было он, но положение спас дворецкий.

– Госпожа Телме, экипаж подан, – сообщил он.

На лице Ригаста мелькнуло разочарование, но Риоре не дала ему возможности ничего сказать или спросить. Настойчивее дёрнула руку, обрадовалась, когда саер эр Ратео отпустил, и девушка почти бегом выбежала из дома – ей вдруг стало нечем дышать и срочно захотелось глотнуть свежего воздуха. Ри села в так вовремя поданный экипаж и без сил откинулась на подушки. А ведь впереди предстоял еще и визит к матери!  Риоре не без оснований подозревала – обед тоже принесёт сюрпризы, и скорее всего, не слишком приятные. Вот как чувствовала, не стоило возвращаться в столицу!

Экипаж неспешно ехал по улицам Эльено, и Риоре радовалась, что дом отца, пожалованный ему Императором вместе с дворянским званием, расположен не в квартале аристократов. У неё как раз есть время успокоиться, унять эмоции и вернуть себе душевное равновесие. Да и вообще, жить среди людей-дворян намного приятнее, чем среди знатных лорнов. Пусть Император при каждом удобном случае не уставал повторять, что люди и лорны равны – и в Храмах Богини служители почти в каждой проповеди напоминают об этом, – однако сами лорны так не считали. Они пользуются любой возможностью подчеркнуть своё превосходство. Губы Риоре поджались: наверняка матушка и её семейство не преминёт воспользоваться случаем и продемонстрировать, что несмотря на внешность и состояние, Ри гораздо ниже для них по положению и происхождению.

Девушка вздохнула и откинулась на спинку сиденья. Она же не виновата, что родилась человеком! Ну и что с того, что физически Риоре слабее лорнов и не имеет второй ипостаси, разве от этого она стала хуже? Ведь всем известно, вначале Богиня сотворила людей, и только потом, узрев, сколько опасностей поджидает её творений в мире, создала защитников-лорнов, оборотней, второй облик которых – мантикоры, – повторял облик самой Богини. Защитник – это же не хозяин! Справедливости ради стоит сказать, что не все лорны так относились к людям. Например, её друг детства Эгген и его семья, Ригаст – на этой мысли сердечко девушки на мгновение сладко сжалось, – и ещё некоторые, но далеко не все, к сожалению. Мать и ее семья к числу тех, кто верит в равенство рас, точно не относилась.

Занятая размышлениями, Риоре и не заметила, как экипаж доехал и остановился перед парадным крыльцом роскошного особняка, который занимала саера эр Лаано, её нынешний муж и дети. Мрамор, позолоченная лепнина, небольшие мозаичные панно из полудрагоценных камней – да, лорна Сиана любила роскошь и обожала выставлять её напоказ перед всеми. Риоре к тому моменту уже пришла в себя и окончательно успокоилась, готовая к любому приёму, даже самому холодному. По крайней мере, Ри постаралась соблюсти все полагающиеся правилами приличиями условности: одежда, экипаж, сопровождение – кроме кучера позади экипажа ехали два грума. И вот теперь девушке пришлось ждать, пока один из них поднимется на крыльцо и постучит молоточком в дверь, чтобы открыли. Хотя смотревший в окно слуга наверняка видел приехавшую гостью. Госпожа Телме ничем не выдала раздражения этим неприятным фактом – ей будто специально сразу указали её место. Придерживая юбку, Риоре поднялась, высоко держа подбородок и глядя прямо перед собой. Что ж, раз с ней так поступают, она оставит вежливость за порогом этого дома.

В том, что это будет правильное решение, она убедилась, когда в холле её попросили подождать, пока доложат хозяевам – ещё одно указание Риоре на то, что с гостьей считаться не собираются. Можно подумать, её здесь не ждали. Слуга пришёл далеко не сразу, хотя Ри прекрасно слышала голос матери из дальней гостиной через приоткрытую дверь и видела, как туда зашёл дворецкий. Она лишь стиснула зубы, сохраняя отстранённо-невозмутимое выражение лица, и отошла к окну, глядя на улицу. Наконец послышались шаги, и ровный, с едва заметными высокомерными нотками голос лакея произнёс:

– Прошу за мной, госпожа Телме, саера Сиана примет вас.

Каковы хозяева, таковы и слуги, желчно подумала Риоре, но ничем не показала эмоций. Больно много чести, раздражаться из-за какого-то слуги. Даже не удостоив его взглядом, Ри последовала в гостиную, откуда доносился голос матери. Сиана расположилась на изящном диванчике с шёлковой обивкой и гнутыми ножками, ещё несколько её подруг в свободных позах сидели на креслах и кушетке. В помещении, впрочем, как и во всем доме, царила показная роскошь: позолота, вычурная лепнина, хрусталь в подвесках, изящные фарфоровые безделушки и дорогие расписные вазы. Едва Риоре появилась на пороге, мать замолчала, преувеличенно внимательно оглядела гостью и небрежно произнесла:

– О, Риоре, ты рано, – лорна Сиана обмахнулась веером и с показным осуждением покачала головой. – Хотя Арно рассказал, что отец не уделяет должного внимания твоему воспитанию. Я не удивлена тем, как ты себя ведёшь.

Риоре сузила глаза, начиная потихоньку злиться всерьёз. Она приехала ровно ко времени, предписанному правилами приличия – за пятнадцать минут до озвученного в приглашении срока начала обеда! Часы показывали как раз без четверти два. Но оправдываться или возражать значило дать матери повод и дальше оскорблять, и придумать ещё какой-нибудь предлог для унижения и указывания на её якобы плохое воспитание.

– Ох, ну да ладно, не будем о грустном, – мать разулыбалась и с преувеличенной заботой похлопала по сиденью рядом с собой. – Присаживайся, дорогая, скоро остальные присоединятся, и пойдём в столовую.

Риоре ничего не оставалось, как занять место рядом с матерью, заставить себя вежливо улыбнуться в ответ.

– Ну, как у тебя дела? Мы давно не виделись, – саера Сиана приобняла Ри, отчего девушку чуть не передёрнуло.

– Спасибо, дела отлично, – ровно ответила Риоре и замолчала, понятия не имея, о чём ещё разговаривать с матерью.

К сожалению, светские пустые беседы ни о чём Ри поддерживать не умела и не любила, ибо городскими сплетнями не интересовалась. Но Сиана разве хоть раз спрашивала о желаниях дочери? Сиятельная лорна прекрасно обошлась своими силами в создании непринуждённого диалога.

– Как ты находишь погоду? – продолжила хозяйка дома с прежней улыбкой. – Не правда ли, чудесная? В этом году лето наступило удивительно рано.

– Да, конечно, – снова вежливо поддакнула Риоре, чувствуя, как мучительное неуютное чувство становится с каждой секундой сильнее.

Подруги матери, удостоенные приглашения на семейный обед, оценивающе смотрели на нее и, хотя на их лицах тоже были вежливые улыбки, но… Риоре замечала в глазах тщательно скрываемое пренебрежение. Она поджала губы и опустила взгляд на руки, сложенные на коленях.

– А новая постановка в Императорском театре? Ах, она просто обворожительна! – и прежде, чем Ри успела сказать хоть что-то, Сиана тут же сама и ответила. – Наверное, ты ещё её не видела, твой отец вряд ли интересуется театром, да и тебе не привил тонкий вкус, – лорна махнула рукой, чуть не задев лицо Ри – та еле успела отвернуться и сдержать досадливый возглас.

Девушка мысленно огрызнулась, что она сама не хочет ходить на эти модные постановки, в которых нет ни смысла, ни сюжета, хотя отец и предлагал. Она предпочитала классические пьесы и оперы. Да только вряд ли кого-то здесь на самом деле интересовало её мнение.

– О, ты наверняка читала этот потрясающий новый роман, «Азалии на облаке»! – тут же с восторгом продолжила мать и всплеснула руками. – Что ты о нём думаешь, Риоре? Правда, чудесный?

Поскольку она замолчала, внимательно глядя на гостью, пришлось ответить. К счастью, Ри ради интереса прочла это с позволения сказать, творение модного автора – правда, всего лишь первые несколько глав. Абстрактно-философские многостраничные размышления ни о чём совершенно не пробуждали любопытство и нагоняли сон с первых же страниц. И честно высказала своё мнение:

– Сюжет слишком далёк от реальности и стиль написания тяжёлый, перегружен ненужными и пространными мыслями, – она пожала плечами. – Не связанный между собой поток сознания, я бы сказала.

И замолчала, покосившись на мать. Та же с видимым сочувствием вздохнула, её гостьи переглянулись со снисходительными улыбками, Риоре поняла, что сейчас услышит очередную гадость, завуалированную под вежливое замечание. Девушка стиснула зубы и вздёрнула подбородок, глядя прямо перед собой.

– Ох, извини милая, я совсем забыла, что твоего образования вряд ли хватит для понимания всей прелести и глубины рассуждений о судьбе падающего кленового листа, – Сиана с лицемерным восторгом закатила глаза.

Риоре же подумала, спроси она сейчас мать, при чём там кленовый лист, если в названии упоминается цветок, наверное, лорна выглядела бы слегка сбитой с толку. К слову сказать, ни про азалию, ни про облако в той книге не упоминалось.

– Ты же больше простенькие любовные романы предпочитаешь, – саера эр Лаано демонстративно сморщила нос.

Ри вспомнила, как однажды случайно заметила торчавший из сумочки матери уголок дамского романа в мягкой обложке, и с трудом сдержала улыбку. Она не станет по плохому примеру Сианы ставить её в неловкое положение едкими фразами. Риоре просто промолчит. Достаточно того, что попытки сиятельной лорны выглядеть в глазах подруг утончённой аристократкой на фоне необразованной старшей дочери, для Ри нелепы и смешны. Однако попытки матери выставить гостью в неудачном свете начинали откровенно злить и раздражать. Так и хотелось поинтересоваться – Сиана что, пригласила Риоре исключительно, чтобы лишний раз унизить? Или так она себе видит проявление материнской любви?

Между тем, саера эр Лаано продолжила создавать впечатление светской беседы. Окинула собеседницу придирчивым взглядом, скептически хмыкнула и произнесла:

– Всё-таки зря я позволила твоему отцу увезти тебя в деревню, – и снова в её голосе зазвучало фальшивое сожаление. – Риоре, дорогая моя, такой фасон, как у тебя, уже давно не в моде! Этот воротничок, фи, – указательный палец Сианы коснулся дорогого ручного кружева на платье девушки.