Читать книгу "Мой стажёр – демон!"

– Что ж, госпожа Маргарита, значит, думаете, я не справлюсь с вашими детками? – пробормотал он, хрустнув пальцами.

Ха! Да боевым магам, ещё и демонам, любая сложность по плечу! И с работой учителем тоже справится, теорию по рунам Парзивул изучил и более-менее разобрался. Ну а нюансы, как он надеялся, ему разъяснит любезнейшая Маргарита Кирилловна.

Глава 2

Маргарита

Эти три дня прошли, как обычно: суетливо, немного нервно и настороженно. Класруки бегали с вытаращенными глазами и всякими бумагами, справками, таскали стопками учебники из библиотеки и разве что не кусались. Хорошо, у нас в школе стоят мощные глушилки и поглотители, так что ни случайных проклятий и тем более телефонов, бича современной молодёжи. Ну то есть детишки, конечно, без них никуда, да только никаких выходов в сеть и бесконечных болталок и прочей мишуры. Работала только наша проводная сеть, к которой были подключены школьные компьютеры.

Валя тоже была занята своим классом, мы же с девчонками усиленно готовились, просматривали учебники и прикидывали примерный план работы на ближайшую неделю. Очень хотелось наведаться к таинственной даме, занимающейся расписанием, однако директриса строго запретила это делать, мотивировав тем, что «дайте человеку сделать сложное дело». Ну… Надеюсь, у этого человека есть опыт, иначе без знания нюансов нас ждёт такое аховое начало нового учебного года, что впору вешаться. У нас же кроме рунологии ещё несколько дисциплин по группам, и учитывая, что будем ходить теперь по классам, раз у нас отобрали наши кабинеты, то надо как-то всех разместить, чтобы не было накладок. Плюс ещё же младшая и старшая школы. Плюс ещё у младших не должно быть последних уроков, а у старших по три часа в неделю, ну и ещё всякие мелочи.

Стажёр тоже послушно не отсвечивал и даже не пытался связаться, хотя мой контакт в рабочей группе был, да и у Грымзы можно легко взять, вряд ли она стала бы скрывать. Но Павел появился только в пятницу, как и договаривались, такой же подтянутый, возмутительно притягательный и харизматичный. Это я отметила краем сознания, чисто машинально, когда он появился на пороге нашего кабинета.

– Готовы, Павел Андреевич? – уточнила я, наблюдая, как стажёр подходит к парте, за которой я сидела. – Вот вам, кстати, ваш комплект учебников, – подвинула ему тот, что взяла у нашей библиотекарши на его имя.

– Благодарю, – коротко кивнул Павел и опустился рядом, обдав лёгким ароматом чего-то древесно-терпкого, бодрящего, очень подходившего ему. – Да, набросал тут, как вы и просили.

Следующую пару часов мы были заняты исключительно обсуждением предстоящих уроков, и я приятно удивилась подкованности Павла. Он и правда хорошо подготовился, где-то раздобыл отличный набор карточек по рунам и самым простым сочетаниям, даже скачал из сети простенькую песенку, по которой я с моими мелкими разучивала рунный алфавит. Мы с азартом поспорили насчёт некоторых его приёмов для четвёртого класса, я, как более опытная, указала на несколько типичных ошибок теоретиков с точки зрения практика. Всё-таки это дети, и мне лучше знать, как им проще заучивать рунные формулы и по какой логике учить применять их с творческим подходом. Очень порадовало, что Павел меня услышал с первого раза и наша беседа протекала исключительно в деловом русле, никакого флирта и попыток нарушить личное пространство. Люблю понятливых мужчин.

Мы уже почти закончили, когда произошло сразу несколько событий: Валя громко известила, что есть расписание на понедельник, и в наш кабинет заглянул Олег.

– Риточка… – он запнулся, узрев рядом со мной Павла, окинул его враз ставшим задумчивым взглядом, но продолжил. – Планы на сегодня в силе?

Мы собирались к нему на дачу поесть шашлычков и насладиться последними тёплыми летними деньками. Правда, опять немного поспорили насчёт мяса: я настойчиво пыталась уговорить, что замариную сама, тем более умела это делать, с девчонками частенько выбирались, Олег же категорично заявлял, что это мужская работа. Ну… Не сказать, что он плохо готовил мясо, но на мой вкус у меня всё же нежнее получалось. Ладно, по такой мелочи не стала лезть в бутылку, хочет – пусть делает.

– Да, в силе, – кивнула я, закрыв тетрадь, куда записывала обычно коротко, чем собираюсь заниматься с детьми на уроках. – В пять заеду за тобой.

Собственно, мы не скрывали наш роман, я не видела смысла, а Олег – ну, наверное, чтобы остальные молодые незамужние охотницы отстали, со мной побаивались связываться. В самой школе, естественно, вели себя прилично, всё же дети вокруг, но, бывало, с работы уходили вместе, и рано или поздно всё равно заметили бы. Олег, ещё раз покосившись на Павла, угукнул в ответ и исчез, я же поднялась и прихватила дневник.

– Ну что, пойдём за расписанием? – обернулась к девчонкам, потом глянула на стажёра. – Павел, подождите здесь, сейчас определимся, где будете в понедельник.

– А у нас там четыре урока, пишут, – тут же поправила Валя, с сосредоточенным лицом глядя в группу. – Потом классный час пятым.

– О! – оживилась Оленька. – Это ж чудесно!

– Пойдём-пойдём, выясним, порадуют нас или огорчат, – Женька подтолкнула её к двери.

В какой-то момент, пока шла к двери, показалось, спину обласкал откровенно мужской взгляд, но, когда собралась резко оглянуться, ощущение пропало. Может, и правда показалось? Ай, ладно, за взгляд денег не берут, как говорится. Пусть себе смотрит сколько угодно, главное, чтобы руки не распускал. Мы спустились на второй этаж и поспешили за вожделенным расписанием, горя нетерпением, пришлось постоять небольшую очередь, конечно же, и наконец сгрудились около стола, где сидела новая ответственная за расписание. Показалось, она мне кого-то напоминает, но присмотреться не получалось, гораздо больше интересовали уроки на понедельник. Девчонки быстренько записали себе, и судя по на мгновение поджатым губам Женьки, там не особо радостно было. Я подошла с дневником, назвала свою фамилию и приготовилась записывать.

– У вас четвёртым девятый первый, потом пятый второй, окно, и седьмым девятый второй, – выдала флегматично дамочка, кажется, её звали Полина.

Я сначала записала, потом ещё раз посмотрела, перевела оторопелый взгляд на эту самую Полину и тихо-тихо переспросила:

– Три урока? К четвёртому? С седьмым?!

Во мне медленно начало закипать раздражение. Это что за фигня вообще?!

– Ну, это ещё всё меняться будет, – так же флегматично заявила Полина, мазнув по мне рассеянным взглядом. – Но на этот понедельник так.

Ох, как ей повезло, что у нас только четыре урока! И оченьнадеюсь, что к следующему понедельнику этот нелепый набор уроков изменится. Я выдохнула, громко хлопнула дневником, закрыв его, резко развернулась и вышла из кабинета завуча, даже не посмотрев на Грымзу. Показалось краем глаза, что на губах тёмной ведьмы играет ехидная улыбочка, но присматриваться не стала. Подождём до следующего понедельника…

У Олега на даче было хорошо, даже очень. Обширный участок, с которого калитка в задней стенке забора вела прямо в густой лес – оборотень всё-таки, в углу мангальная беседка, стеклянная, с настоящим очагом из камней внутри, кованой мебелью и кованой же печкой, которую разжигали зимой. Добротный двухэтажный дом с шикарной гостиной-столовой на первом этаже, эдакое общее пространство, оформленное в уютном деревенском стиле: балки, выложенный камнем же камин, плюшевая мебель, в кухонной зоне тоже деревянная мебель, большой овальный стол, ножкой которому служил настоящий кряжистый пень. Здесь же с обратной стороны дома находилась терраса, а на втором этаже – спальни, ещё одна общая гостиная поменьше, туда вела красивая деревянная лестница с резными перилами. На широких подоконниках можно было свить гнездо из подушек, особенно уютненько это было делать зимой, наблюдая, как падает снег.

Ещё на участке находился вполне вместительный бассейн, отдельный домик-банька, в остальном тут никаких грядок, клумб, плодовых деревьев и прочего. Растительность росла, как ей вздумается, в том смысле, что убрали только те деревья и кустарники, которые мешали, проложив аккуратные дорожки, остальное росло почти как в лесу вокруг. Даже имелся в углу участка роскошный раскидистый дуб, под которым стояли садовые качели и безумно удобное подвесное кресло. Конечно же, чистоту в доме поддерживали бытовые артефакты, на холодное и влажное время года мягкие подушки убирались домой. В общем, дачка у Олега была что надо, и я когда-нибудь надеялась, что и у меня будет такая. Ну, может, поскромнее, конечно, но обязательно будет. Природу и лес я любила, и спасибо, что Валентина разрешала приезжать к ней – дети выросли, обзавелись своими семьями, и очень удачно у них имелись свои дачи. Так что время от времени по выходным мы ездили к Вале.

Я лежала около бассейна на лежаке, ловя последние тёплые лучи солнца, которые даже ощутимо припекали. Ни о чём не думала, просто наслаждалась здесь и сейчас, переваривая недавно съеденный вкусный шашлык. Олег расположился рядом, я чувствовала, как его пальцы невесомо скользили по моему животу, пока без какого-то подтекста.

– Рит, а что за тип сидел у вас в кабинете, с которым вы так мило беседовали? – вдруг задумчиво спросил он. – Новый преподаватель? Директриса вроде на собрании ничего не говорила, что вам кто-то требуется.

Слава богам, без каких-то раздражённых ноток, а то я бы всерьёз забеспокоилась. Приоткрыла один глаз и лениво улыбнулась.

– Да не, стажёр, Грымза ко мне прикрепила, для аттестации полезная бумажка будет, – отмахнулась я и не удержалась, поддела: – А что, ревнуешь, Олежа?

– А что, стоит? – в тон мне ответил он, однако я заметила, что взгляд на несколько мгновений стал внимательным, пристальным.

Коротко вздохнула, выпрямилась, одарив оборотня немного снисходительной усмешкой и провела ладонью по его щеке.

– Собственнические замашки проснулись, что ли? Поверь, Олег, если я захочу сменить любовника, ты первый об этом узнаешь, – спокойно ответила и, наклонившись, запечатлела на его губах короткий, но жаркий поцелуй. – Но пока не хочу, – добавила чуть тише, подпустив в голос низких, хриплых ноток.

На лице Олега появилось одновременно довольное и предвкушающее выражение, и я порадовалась, что участок окружён и высоким каменным забором, и густой растительностью, так что никто посторонний не мог при всём желании подсмотреть, что происходит на участке. Потому что до дома было откровенно лень идти, а лежаки у бассейна весьма удобные, особенно если устроиться сверху… Мне нравилось сверху, да, и нет, не отрицаю – потому что мне нравилось контролировать даже такой приятный процесс, как секс. Олежа ничего не имел против, да и кто будет, когда особо напрягаться не надо, женщина всё делает сама.

В общем, выходные прошли с чувством и толком, я отлично отдохнула и морально подготовилась к понедельнику. Честно, соскучилась по моим оболтусам, есть такое, всё же свою работу я любила. Иначе бы не пошла в школу, а открыла свою лавку по зельям, одну из многих, ну или к матушке на поклон пришлось идти, чтобы помогла в жизни устроиться. Нет уж, сама пробьюсь, тем более частным образом я и так готовила редкие зелья и смеси на заказ, не так чтобы прямо часто, но в месяц дополнительная денежка немножко капала.

Однако в воскресенье вечером я уже была дома. Федоса, естественно, брала с собой, как же без него, так что мой балбес отдыхал от поездки на балконе, на своём роскошном комплексе. Я же задумчиво изучала гардероб, лениво размышляя на тему, что завтра надеть на всего один урок и с любимым девятым первым. Без кавычек, чудесные дети, я вела их со второго и не уставала удивляться и гордиться, что из них выросло и что я приложила к этому руки. Сообразительные и умненькие ведьмочки, серьёзные и ответственные ведьмаки, ну и немножко оборотней тоже. Губы тронула мягкая улыбка, и в груди разлилось тёплое чувство – вот ради таких детей и прихожу каждый день на работу, несмотря на отрицательные стороны. Рука решительно потянулась к вешалке с трикотажным платьем сочного зелёного цвета, без рукавов, с драпировкой спереди и широким поясом-корсетом со шнуровкой. Ну и пиджак сверху, чтобы директриса не ворчала, хотя и еду всего на один урок.

Что ж, да здравствует новый учебный год, и дайте боги, чтобы он всё-таки прошёл более-менее, несмотря на сменившийся состав администрации. С такими мыслями я легла спать.

С утра собиралась неторопливо, выспавшись – даже проснулась сама, без будильника, ехать-то к обеду. Выпила кофе, оделась, сколола волосы на затылке, оставив их лежать на спине, и спустилась к своей Черешенке. Хорошо, основные пробки уже прошли, и до работы я долетела за двадцать минут, без каких-либо осложнений. Настроение царило приподнятое, хотелось верить в лучшее, и где-то внутри шевелилось нетерпение – да, жаждала уже увидеть моих деточек, даже тех, кто к концу года вызывал настойчивое желание выдрать хворостину и как следует отходить по мягкому месту. Может, они в этом году чуточку повзрослели всё-таки?..

И для машины нашлось место в нашем загруженном дворе, я сочла это хорошим знаком. В двери вошла с улыбкой, кивнула охраннику и, поскольку звонок с урока ещё не прозвенел, отправилась прямиком в лабораторию, благо её пока у меня не отняли. Сегодня у девятого вводный урок, так, чисто посидим, поговорим, но практика по алхимии уже точно на этой неделе будет. И хотя я ещё на прошлой всё проверила, составила список первоочередных закупок, наличие в нужном количестве посуды, дополнительных реактивов, артефактов и прочих мелочей, всё равно пошла глянуть ещё одним, последним взглядом, как говорится. Провела по рядам колб и пробирок, чуть касаясь подушечками, подровняла стопки тетрадей на полках – они все хранились тут, я не выдавала домой, тем более их и было-то мало, четыре всего. Пролистала журнал, уже подготовленный, со списками групп, проверила методички, хотя и знала их все наизусть. Что ж, ладно. Вздохнула полной грудью, прикрыв глаза, замерла на мгновение, впитывая едва заметные травяные ароматы, витавшие в воздухе, улыбнулась уголком губ.

И надо ж было именно в этот момент дёрнуться растреклятому чутью! Вкрадчиво так, с отчётливым ехидным душком, и послать из подсознания мысль, что этот год станет поворотным в моей жизни вообще и в работе в частности.

– Да тьфу, метёлка драная! – выругалась я вполголоса, тряхнув головой и пытаясь вернуть себе лёгкость и приподнятость. – Вот же ж не вовремя!

Очень кстати прозвенел звонок, и я поспешила в кабинет Веры, чувствуя себя весьма непривычно без родного класса. Чуть на автомате не пошла к знакомой двери, но вовремя притормозила и открыла нужную, пропустив мимо галдящий поток детей. Коридоры уже наполнились шумом, голосами, смехом и прочими звуками, со мной по пути здоровались, и видя радостно блестевшие глаза детей, их искренние улыбки, потихоньку пришла в себя от приступа прабабкиного наследия. Девчонки уже все собрались, конечно, все принарядившиеся, у всех глаза горят воодушевлением.

– Ну что, после уроков посидим? – с толстым таким намёком предложила Женька.

– Я за рулём, – предупредила на всякий случай.

Приятельница фыркнула и закатила глаза.

– Я о чае с вкусняшками, – насмешливо фыркнула она. – А не то, о чём ты так красноречиво подумала, испорченная женщина. Начало недели же, завтра уроки.

– Ну помечтать-то можно, – невозмутимо парировала, прихватив привычно учебник и свои тетрадки. – Чай тоже неплохо.

И поспешила в выделенный кабинет на четвёртом этаже – тоже непривычно, но придётся привыкать, куда деваться. Группа уже дисциплинированно ждала, все нарядные, серьёзные, резко повзрослевшие, и меня затопил тяжёлый приступ умиления, аж глаза подозрительно защипало. Так, Маргарита Кирилловна, не раскисать, ты у нас железная ведьма, дама со стальными… кхм, нервами и другими частями тела, обычно свойственными мужчинам.

– Привет, ребята, заходим, – кивнула я и шагнула в кабинет.

Конечно же, первый вопрос, который мне задали, едва прозвенел звонок на урок, был о наболевшем.

– Маргарита Кирилловна, а мы что, теперь не в нашем кабинете будем заниматься? – спросил серьёзный, симпатичный оборотень Витя, глядя на меня красивыми серыми глазами.

Гроза девчонок, уже сейчас видно, что красивым мужиком будет. Натуральный блондин, не слащавый, но такой, мужественно-притягательный, хотя сейчас в нём ещё мешались пацанские черты. Однако голосок уже слегка огрубел, стал низким. Я положила учебники, постаралась улыбнуться спокойно, а не скалиться от плеснувших эмоций.

– Нет, Витя, к сожалению, нет, – всё же опыт не пропьёшь, удалось произнести эти слова без лишнего надрыва. – Так решила новая директриса, что новым учителям с их классами нужнее, чем нам. Не переживай, справимся, – тут же заверила я, чувствуя мелочное удовлетворение.

Не то чтобы настраиваю детей против этой Раисы, но… Не я же виновата в ситуации, так пусть знают, кто именно. Спрятав торжествующую усмешку, открыла учебник и села за стол.

– Так, ну, поскольку сегодня вводный урок, обсудим, что нас ждёт в этом году, – приступила я, отбросив лишние сейчас мысли и чувства.

Не буду портить себе настроение, с этим вполне справится своенравная чуйка, с неё станется.

Урок прошёл быстро и приятно, мы с ребятами поговорили, они рассказали о своих дальнейших планах, кто как провёл лето – в общем, хорошо провели время. И после звонка я вышла в благодушном настроении, с улыбкой, отправившись в Валин кабинет. Где меня ждал сюрприз: стажёр собственной персоной.

– Дамы, я решил, что неплохо бы отметить начало учебного года, – известил он, едва я появилась, а на столе уже стояла коробка с внушительным тортом, с логотипом известной кондитерской. – Вот, принёс вам к чаю.

– М-м-м, выглядит отлично! – Валя с мечтательным видом посмотрела на тортик. – Я как раз своих уже отправила! Так, чашки, чашки, они у нас здесь, – тут же засуетилась она, подорвавшись и поспешив к одному из шкафов. – Оля, налей воды, Женя, держи нож…

– Давайте я разрежу, – подхватился Павел и снял крышку с торта.

Мне оставалось с философским видом наблюдать за приготовлениями, задаваясь всё тем же вопросом: что этот красавчик забыл в школе? И когда мы расселись за накрытой партой, сделали по глотку вкусного чая – благо дарили нам его часто, и не ароматизированные пакетики из ближайшего магазина, – я, не сводя взгляда с Павла, всё же задала этот вопрос.

– Что привело вас в школу?

Стажёр спокойно посмотрел мне в глаза, лишь слегка выгнув бровь.

– А что в этом такого странного? Мне захотелось попробовать себя в преподавании, – невозмутимо отозвался он.

– По вам не скажешь, что эта работа вам подходит, – продолжила я, не сдаваясь. – Карьеры здесь не сделаешь, разве что до директора дорасти, но это далеко не сразу и достаточно долгое время занимает. Денег тоже не скажу, что много выходит.

– Маргарита Кирилловна, поверьте, деньги для меня в работе не главное, – мягко парировал Павел, сделав ещё один глоток, но не отпуская мой взгляд.

– А что тогда? – я выгнула бровь.

– Работа должна быть такой, чтобы не уговаривать себя каждое утро ходить на неё, – выдал Павел, и я от неожиданности чуть не вздрогнула.

Будто мои собственные мысли прочитал. Я ведь тоже так думала, потому и пошла в школу. В самом деле нравилось, ещё на практике поняла, что мне легко находить общий язык с детьми и объяснять довольно сложную рунологию.

– Очень правильный настрой! – с воодушевлением подхватила Валентина, отломив ложечкой тортик и отправив кусочек в рот. – Ох, вкуснятина какая! Спасибо, Павел, за тортик!

– И всё-таки, школа – весьма специфическое место для мужчины, – не сдавалась я, внимательно наблюдая за безмятежным лицом Павла. – Или, может, вы пришли сюда, потому что тут… женский коллектив? – осенила меня вдруг внезапная мысль, и я намеренно сделала паузу и добавила ехидства в голос.

Валя приглушённо ахнула, смерив меня укоризненным взглядом, Оленька хихикнула в кружку, Женька же иронично усмехнулась, покосившись на меня со странным выражением. Однако Павла мой провокационный вопрос не смутил.

– Маргарита Кирилловна, у меня нет проблем с женским вниманием, чтобы конкретно для этого устраиваться в школу, – снова последовал невозмутимый ответ, а взгляд блеснул весельем. – Да и женщины тут довольно специфичные, как по характеру, так и во всём остальном, – он тоже словно специально сделал паузу и закончил мысль. – Не всякий мужчина выдержит, – и вот вроде серьёзно сказал, но усмешка, усмешка!

Вот демон, дразнит он меня, что ли?! Сказала же, без флирта! Дёрнули домовые за язык ляпнуть о женщинах в школе… Валентина кашлянула, снова метнув в меня выразительный взгляд, и попыталась исправить ситуацию:

– Ну, не преувеличивайте, у нас очень хороший коллектив! Все дружные и ответственные, и хорошие специалисты!

– О, без сомнения, – тут же согласился Павел, отсалютовав ей чашкой и широко улыбнувшись. – И подавляющее большинство – ведьмы, так?

– Другим у нас сложно, – парировала я, а Женька с Оленькой опять захихикали.

– Вот тут верю, что другие не выживают, – хмыкнул Павел и… подмигнул?!

Мне? Вот нахал, а! Валентина покраснела и снова кашлянула, девчонки же откровенно веселились.

– Ну почему не выживают? – насмешливо отозвалась Женька. – Выживают, но недолго. Школа закаляет нервы и оттачивает мастерство воспитания, причём не только подрастающего поколения, – и вот чего так выразительно косится на меня опять, ну?!

Вот только чёткий ответ на свой вопрос я так и не получила, разговор плавно ушёл в другую сторону. Ладно, господин стажёр, я всё равно докопаюсь, почему вас сюда понесло.

– И всё же, Павел, вы же вряд ли останетесь в школе работать после окончания стажировки, – упрямо гнула я свою линию. – Отчего такой странный выбор?

– В жизни каждого мужчины, Маргарита Кирилловна, наступает такой момент, после которого надо принимать решение о серьёзных переменах, – неожиданно выдал стажёр, и у меня чуть челюсть не отпала, так спокойно и без тени иронии это звучало.

– Что, соблазнили не ту и не озаботились последствиями? – брякнула в своём стиле правды-матки. – Или муж застал, внезапно вернувшись раньше?

– Ну Рита!.. – чуть не простонала Валя, густо краснея за меня и за себя, девчонки же, давно привыкнув к моему оригинальному стилю общения, просто потянулись синхронно за следующими кусками тортика.

А Павел внезапно негромко рассмеялся, бархатисто, мягко, аж мурашки по спине прокатились. Соблазнитель, тоже мне. Нельзя быть таким харизматичным, это не по правилам! Я уже даже забыла, когда последний раз меня волновали мужские улыбки или голоса, честно, как-то привыкла уже к спокойствию в душе. А тут… стажёр этот. Тьфу.

– Нет, я не настолько бесшабашен, Маргарита Кирилловна, – ничуть не смутившись, ответил Павел. – Просто примите как данность, что я решил резко поменять свою жизнь и выбрал для этого школу, – он отпил чай, продолжая гипнотизировать своими нереально синими глазами.

– Ладно, – кивнула я, отступив, но не сдавшись. Моя чуйка ещё ни разу не подводила, а она упорно шептала, что что-то с этим стажёром мутно. – Тогда предлагаю пойти узнать расписание на завтра и понять, что жизнь прекрасна и удивительна, – предложила, поставив пустую чашку.

Спорить со мной никто не стал, и мы – в том числе и Павел – вышли из кабинета, поспешив на второй этаж, пока администрация не разбежалась. Признаться, когда шагнула к этой Полине с дневником, сердце невольно сжалось, и внутри всё подобралось. Однако на удивление уроков оказалось всего пять, два в младшей школе, рунология, один в средней – она же, и два в старшей, алхимия.

– Что с кабинетами? – ровно спросила я, погасив вспышку раздражения.

– В младшей ваша группа остаётся в их кабинетах, – флегматично известила Полина. – С восьмым вторым пойдёте на второй этаж, там в первом классе на физру уходят, со старшими у вас в лаборатории.

Я кивнула, вышла в коридор и обратилась к Павлу:

– Вот, отлично, готовьтесь к четвёртому и третьему, – сверилась я с расписанием. – Проведёте у них уроки. В остальных я.

– Договорились, – согласился стажёр.

– Тогда до завтра, – я поспешила подняться в кабинет Вали, прихватить сумку и домой.

Поработали, так сказать, и хватит для первого дня.

Вот не люблю я рано вставать, не жаворонок ни разу. Но приходится, и остаётся надеяться, что в этом году мне хотя бы пару дней сделают не к первому уроку. В прошлом повезло, но в прошлом расписание составлял совсем другой человек… Встряхнувшись и пинком изгнав упаднические мысли, я допила кофе, накормила вертевшегося под ногами Федю, оделась, выбрав платье-футляр спокойного лилового цвета и прихватила ажурную вязаную кофточку – на всякий случай, день, по всем прогнозам и яркому солнцу за окном, обещал быть жарким. Даже странно, вроде осень уже по календарю, а лето никак не желает уступать позиций. Впрочем, и к лучшему, осенью у меня портилось настроение, и я пребывала в вялотекущей хандре. Не люблю слякоть и дожди, и хмурое небо тоже.

Так что к машине я спустилась в более-менее боевом настрое, завела мою Черешенку и запустила навигатор… чтобы выругаться в голос, со злостью глядя на сияющий красным выезд из моего района. Два чудака не нашли ничего лучше, чем устроить аварию в час пик ровнёхонько на перекрёстке. И приехать я должна была за пять минут до звонка! И выезд только один… Сплюнув и от души пожалев, что не владею искусством полёта на метле – левитацию у нас только драконы практиковали, у них крылья, – стиснула зубы и поехала, мысленно скрестив пальцы, чтобы всё-таки успеть. Может, не всё так страшно, как рисует навигатор.

…К дверям школы я практически бежала, то и дело косясь на часы и умоляя минутную стрелку притормозить хоть немножко и не так быстро отсчитывать время. Пять минут, четыре, три, две – и я буквально влетаю в вестибюль, пытаясь восстановить дыхание и радуясь, что хотя бы сменку переодевать ещё не надо. В голове суматошно бились мысли, что сейчас четвёртый первый, и что там у них по плану, но лучше этот урок посвятить повторению, как всегда, ибо за лето наверняка половина из голов выветрилась. Признаться, о том, что у меня есть ещё стажёр, напрочь забыла, а ещё, пришлось напомнить себе, что теперь у меня нет своего кабинета, и надо сначала к Валентине заскочить и забрать мои тетради-учебники. Вот там-то я, распахнув дверь, чуть не врезалась носом в грудь Павла, успев затормозить в самый последний момент. Поэтому не влетела в его объятия, а он всего лишь поддержал меня за локоть, обронив:

– Аккуратнее, Маргарита Кирилловна. Доброе утро.

– Доброе, ага, – пробормотала я, кивнув и высвободившись. – Так, берёте учебники и идёте за мной. Этот урок смотрите, как что, на следующий пробуете, – быстро раздала указания я, собирая нужные мне вещи.

– Как скажете, – не стал спорить Павел, и мы вышли из кабинета Валентины.

Сейчас мне было не до всяких там приглядываний и оцениваний, хотя мельком отметила, что тёмные брюки, белоснежная рубашка с треугольным воротником и серебристо-серый жилет очень шли стажёру, подчёркивая его харизму и общую привлекательность. Это подтверждали и заинтересованные взгляды других коллег, когда мы спешили к кабинету четвёртого первого класса. Я про себя насмешливо хмыкала такому интересу, однако никакого недовольства не испытывала, чему только порадовалась. Да пускай смотрят, строгих запретов на служебные романы у нас не было, исключительно на соблюдение приличий. Мы с Олегом тому подтверждение.

А когда вошла в кабинет…

– Маргарита Кирилловна! Мы соскучились! А я на всё лето за город ездила, там лес, и озеро было! Папа меня рыбачить учил! А у меня сестрёнка родилась, она маленькая ещё! А бабушка сказала, что я в этом году смогу фамильяра себе завести, представляете?! А у меня первый оборот случился, папа такой радостный ходит! – наперебой загалдели со всех сторон дети, окружив меня и глядя восторженно блестящими глазами.

Я сама заулыбалась, чувствуя, как в груди потеплело, и утреннее раздражение как рукой сняло. Все эти нехитрые детские радости вывалили мне на голову скопом, однако едва прозвенел звонок, как все дисциплинированно расселись по местам, вторая группа построилась и вышла – там их уже ждала Валя, мы с ней делили этот класс. Павел тихонько устроился на задней парте, и хотя дети заинтересованно косились через плечо, спрашивать ничего не стали. Я же, положив учебники, глубоко вздохнула и начала урок:

– Итак, дорогие мои, вы уже в четвёртом классе, и со следующего года у вас будет три часа рунологии и один – основы алхимии и зельеварения. Поэтому сегодня мы займёмся повторением…

Сама не заметила, как буквально нырнула с головой в привычную работу, а видя отдачу от детей, как они с азартом отвечают, перебивая друг друга, как взлетают руки, едва успеваю закончить вопрос, ловила чистый кайф. Как всегда, когда урок шёл именно так, бодро, активно, когда дети схватывали на лету и я получала от них не меньше, чем вкладывала. Дайте боги, это хорошее начало, и дальше будет лучше. И нет, моему цинизму и пессимизму слова не давали!