Текст книги "Антикризисное управление"
![](/books_files/covers/thumbs_240/antikrizisnoe-upravlenie-182570.jpg)
Автор книги: Кирилл Гореликов
Жанр: Управление и подбор персонала, Бизнес-Книги
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
1. Назовите основные недостатки института банкротства в Российской Федерации.
2. В каких странах, по вашему мнению, выше издержки банкротств – с развитой экономикой или переходной? Аргументируйте свой ответ.
3. Почему более целесообразным является оздоровление крупных предприятий, а не создание новых промышленных комплексов?
4. В силу каких причин антикризисная политика российских предприятий носит защитный характер? Подумайте, что способно изменить эту тенденцию?
5. Объясните, по каким причинам зарубежные методики диагностики банкротства неприменимы в условиях РФ?
Темы рефератов1. Развитие института банкротства в России.
2. Экономическая эффективность банкротства предприятий.
3. Стратегия восстановления платежеспособности.
4. Влияние экономических интересов при выборе процедур несостоятельности.
5. Ликвидация предприятий и безработица.
ЛитератураАртамонов Д. А. Антикризисное управление: технология комплексного реформирования предприятия // Наука о человеке: гуманитарные исследования. – 2014. – № 1 (15). – С. 36–43.
Балдин К. В. Антикризисное управление: макро– и микроуровень. – 4-е изд., испр. – М.: ИТК «Дашков и К°», 2009. – 266 с.
Белоус Е. В., Петропавлова Г. П. Антикризисное управление: зарубежный опыт и российская практика // Научный журнал НИУ ИТМО. Серия: Экономика и экологический менеджмент. – 2014. – № 2. – С. 77–84.
Большаков А. С. Антикризисное управление на предприятии: финансовый и системный аспекты. – СПб., 2010. – 484 с.
Бочаров В. В. Финансовый анализ. – СПб.: Питер, 2009. – 240 с.
Глава 3. Генезис и эволюция института банкротства
3.1. Зарождение конкурсных отношенийУпотребление слова «банкротство», как уже было сказано, идет из средневековых городов Италии. На сегодняшний день западное законодательство использует термин «несостоятельность», так как «банкротство – это уголовно-правовая сторона несостоятельности». Поэтому в большинстве стран уголовно-правовые нормы изъяты из законов о несостоятельности и инкорпорированы в уголовные кодексы и применяются только по отношению к гражданам. В США лицо, в отношении которого возбуждены процедуры банкротства, во время производства является несостоятельным, и только после судебного решения может быть признано банкротом.
Российская правовая история предлагает многообразие смыслового использования определений несостоятельности и банкротства. Наибольший интерес представляет предреволюционный период, так как уровень российского права того времени оценивается довольно высоко. Банкротством является «неосторожное или умышленное нанесение несостоятельным должником убытка кредиторам посредством уменьшения или сокрытия собственности»[22]22
Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового права (по изданию 1914 года). – М.: Спарк, 1994. – С. 335.
[Закрыть]. То есть, для того чтобы лицо было признано банкротом, необходимы определенные признаки.
Возникновение и развитие конкурсного права связано с развитием кредита и товарных отношений. Впервые о некоем подобии конкурса говорит уже римское право, однако тот период, естественно, не мог характеризоваться совершенными и развитыми элементами конкурсных отношений. Это объясняется тем, что отсутствовали механизмы:
1) возврата кредита,
2) ликвидации дел недобросовестного должника,
3) соблюдения прав кредиторов,
4) распределения оставшейся собственности,
5) оценки собственности должника.
Подобные вопросы для экономики того времени были неразрешимы. Вследствие этого у древних народов гарантия обязательств носила персональный характер. Со временем римское конкурсное право создало некоторые нормы, связанные с наложением взыскания на собственность, но в целом подобные нормы законодательства не избавляли должника от расправы кредитора.
Таким образом, невозврат долгов был сопряжен с опасностью для жизни и свободы должника и захватом его собственности, что вполне характерно для производственных отношений, основой которых являлось рабовладение.
3.2. Банкротство в СредневековьеОсновным стимулом развития конкурсного права и процесса была торговля. Именно поэтому так много этому развитию дала средневековая Италия. Уже в IX – Х веках торговые отношения итальянских городов достигли высокого уровня. Кроме того, предпосылкой развития конкурса стала суверенность итальянских городов – должник мог с легкостью скрыться от кредиторов в соседнем городе, который являлся самостоятельной территорией. Все это создало крайнюю необходимость в выработке ясных положений конкурсного права и переносе взыскания с должника на его собственность. Итальянское право сохранило связь с римским правом, но основательно трансформировало его, сделав более удобным, ввело новые институты и термины.
По уставам большинства итальянских городов конкурсное производство применялось только к лицам, задействованным в торговле, т. е. неторговая несостоятельность не признавалась. Последствия для должника наступали как в аспекте собственности, так и в аспекте его персональной ответственности.
Основанием открытия несостоятельности было бегство должника, но некоторые уставы предусматривали и собственное его признание. Кредиторы принимали весьма активное участие в конкурсном производстве, поскольку им передавалось управление собственностью должника. Управление собственностью и некоторые другие действия исполнял избираемый комитет кредиторов.
В Германии конкурсное производство регулировалось в основном гражданским правом. Особенностью раннего германского процесса о несостоятельности было то, что основная роль отводилась не кредиторам, а суду. Постепенно, уже на более поздних этапах под влиянием французского права кредиторам предоставлялись определенные права.
Весьма своеобразный характер носило английское конкурсное право. Там производство в большей степени контролировалось административно-финансовыми органами государства, при этом особое внимание уделялось мировой сделке – соглашению между должником с кредиторами.
Развитие конкурсных отношений в России сдерживалось замкнутой и, как правило, сельскохозяйственной жизнью страны. Способом удовлетворения материальных претензий служила продажа должника на торгах, при этом имела место система распределения средств между кредиторами. Не подлежали продаже:
1) должники, впавшие в несостоятельность из-за несчастного стечения обстоятельств;
2) должники, имевшие только одного кредитора.
Эти две категории должников имели право отложить погашение долга, при этом процедуры несостоятельности не затрагивали собственность должника, которая не могла быть поделена между кредиторами.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что суть конкурсного права состояла в возникновении и разрешении конкуренции прав нескольких кредиторов, связанной с дефицитом собственных средств должника. Однако отношения, связанные с присутствием у несостоятельного должника только одного кредитора, признавались явлением, близким к конкурсу, и со временем стали регулироваться конкурсными законами. В некоторых источниках того времени можно обнаружить элементы возникновения конкуренции прав.
3.3. Развитие законодательства о банкротстве в Российской империиВ 1914 году А. Э. Бардзкий, составитель сборника «Законы о несостоятельности торговой и неторговой и о личном задержании неисправных должников», писал, что его работа имеет цель дать практикам и юристам полный сборник разбросанных по всем 16 (!) томам Свода Законов Российской Федерации (и приложениям к ним) постановлений о несостоятельности и о персональном задержании неисправных должников – в одном издании.
Первый устав – 1740 года – постигла непростая судьба: официально став законом, он остался неизвестным даже Сенату. Вторая половина XVIII века ознаменовалась множеством проектов (1753, 1761, 1763, 1768), из которых ни один не стал законом. Только в 1800 году Павел I принял Устав о банкротах, в котором довольно подробно были изложены критерии и последствия банкротства. Это был первый законодательный акт прямого действия.
Банкротом являлся тот:
– кто сам объявлял в суде о своей неплатежеспособности;
– кто делал это в ответ на требование нотариуса;
– на кого в суд поступали непогашенные векселя, контракты и другие обязательства, при этом должник более трех дней не являлся в суд для оплаты и не присылал поверенного;
– кто, несмотря на свою явку в суд, не смог погасить задолженность более 1 месяца.
Эти критерии банкротства сохранились в Уставе о торговой несостоятельности на протяжении всего XIX века, несмотря на множество попыток его пересмотра. Вышеуказанные критерии говорят о зарождении института несостоятельности, когда делался упор на персональную ответственность, безотносительно специфики торгово-предпринимательской деятельности.
В русской хозяйственной практике персональная ответственность за банкротство была обусловлена фактом несостоятельности, а эти понятия неэквивалентны. Корни этого лежали в той эпохе, когда несостоятельные должники поступали в рабство к своим кредиторам. Впоследствии потеря свободы в пользу кредитора уступает место наказаниям государственным. При этом степень вины несостоятельного должника носила дифференцированный характер (рис. 3.1).
![](i_013.png)
Рис. 3.1. Классификация несостоятельности
«Несчастной» признавалась несостоятельность, когда должник становился неоплатным не по собственной вине, а вследствие непредвиденных обстоятельств (не всегда связанных с рынком): стихийного бедствия, военных действий, несостоятельности партнеров. При этом наступившее банкротство не влекло уголовной ответственности. Если судом устанавливались признаки «неосторожной» или «злостной» несостоятельности, лицо привлекалось к уголовной ответственности за банкротство.
Дореволюционное уголовное право России выделяло банкротство «корыстное», или тяжкое, и «расточительную несостоятельность», или простое банкротство (рис. 3.2). Под корыстным банкротством понималось умышленное сокрытие собственности должником, впавшим в несостоятельность, с целью материальной выгоды и избежания платежа кредиторам. К корыстному банкротству относилось только такое сокрытие собственности, которое:
а) было совершено при наступлении правовой несостоятельности (или факта состояния неоплатности);
б) неизбежно вело к несостоятельности.
![](i_014.png)
Рис. 3.2. Классификация, истоки и степень наказания при банкротстве
Наказуемость корыстного, или тяжкого, банкротства классифицировалась для торговцев (ссылка на поселение) и неторговцев (лишение свободы на срок от 1,5 до 2,5 года).
Выделялись два основания для простого банкротства:
– вследствие расточительности, т. е. превышения расходов виновного по состоянию материальных средств, производимых им в собственных целях, по дому или торговым операциям (например, на рекламу) и даже на благотворительные дела;
– в результате несоблюдения мер осторожности, необходимых для сохранения своего предприятия (нестрахование груза) или в легкомысленном ведении дел, что приводило к неплатежеспособности.
Преступность здесь определялась тем, что виновный не соблюдал самых элементарных требований и тем самым ставил в опасность материальные интересы доверявших ему кредиторов. В ситуации признания торговца, а позднее и предпринимателя, банкротом последнего брали под караул, а на всю собственность накладывали арест. При этом по специальному указу собственность банкрота разыскивалась не только в России, но и в других странах. Только после разыскания собственности и ее описи разрешался конкурс – собрание кредиторов для распределения активов и суммы денег. При этом из конкурсной массы (в современных терминах) исключалась собственность жен и детей банкрота. Наказывалось простое банкротство лишением свободы на срок от 8 до 16 месяцев, как говорил закон, «по требованию и усмотрению заимодавцев»[23]23
Уголовное Уложение 1885 года. Статьи 1163, 1165, 1166. См.: Ковалев А. П. Диагностика банкротства. – М.: Финстатинформ, 1995. – С. 85.
[Закрыть].
Анализ указанных критериев говорит об ориентации на стабильные хозяйственные отношения при действительно сильных моральных установках на честность, порядочность, добросовестность. Необходимо отметить, что уже в те времена в России поднимался и решался вопрос относительно международных аспектов банкротства, что представляет «белое пятно» в настоящее время.
При видимой правильности и соответствии развитию рыночных отношений указанных критериев несостоятельности, на практике возникали серьезные трудности.
Во-первых, основным критерием возбуждения дела о банкротстве служила неплатежеспособность как таковая, т. е. превышение пассива над активом, что можно было доказать лишь после составления описи собственности, его оценки и продажи, а это неизбежно влекло значительные[24]24
«…Никакими реформами закон не в состоянии принудить произвести в течение одной, двух недель эту сложную и связанную с формальными сроками работу». См.: Трайнин А. Н. Несостоятельность и банкротство. – СПб., 1913. – С. 32.
[Закрыть] расходы труда и времени.
Во-вторых, заведомая односторонность установки на неплатежеспособность во многом искажала процессы банкротства по мере развития производительных сил. Эта предполагаемая прямая связь между неплатежеспособностью и банкротством (не всегда из нее следующей на практике) опровергалась рядом моментов, когда кредиторы удовлетворяли свои требования даже с процентами, а после уплаты всех долгов оставались денежные средства. В результате таких завышенных требований к платежеспособности фирмы государство и население несли издержки банкротства не только от неплатежеспособных, но и состоятельных предпринимателей.
В результате эти два фактора – потребность в более-менее приемлемой скорости решения дел о банкротстве (нельзя игнорировать и фактор российского бюрократа), а также правильно понятые интересы хозяйственного оборота – продиктовали необходимость отказаться от неплатежеспособности как необходимого и универсального условия несостоятельности и перейти на позиции другого критерия – неспособности совершать платежи, что более конкретно детерминировало предбанкротное состояние. Эволюция критериев была продиктована ходом развития рынка в России.
В пользу принятия за основной критерия неспособности платить по своим обязательствам говорили не только соображения, обусловленные теорией, – этот подход был характерен для большинства зарубежных стран.
Исключая Англию и Бразилию, законодательство которых предусматривало длинный список конкретных оснований несостоятельности, большинство иностранных государств принимало к концу XIX века за главный критерий несостоятельности принцип прекращения платежей, который являлся основным, но не единственным.
В ряде стран присутствовал другой, характерный для своего времени критерий несостоятельности – бегство должника (Испания, Перу, Португалия, Румыния, Швейцария).
Указанный критерий несостоятельности – бегство должника – это своеобразный мост от несостоятельности к банкротству с позиции понимания этих явлений в дореволюционной России.
Дело в том, что банкротство слагалось из двух элементов:
– несостоятельности как финансовой стороны дела, регулируемой гражданским правом;
– собственно банкротного деяния как уголовно-правового понятия.
Несостоятельность, критерием которой прежде всего являлось такое состояние имущества, которое давало возможность предположить его дефицит для равномерного удовлетворения кредиторов; затем неплатежеспособность; позже формальное прекращение платежей – являлись аналогами современного понимания банкротства. Банкротство же, как деяние в форме осложнения несостоятельности в дореволюционном понимании, являлось уголовным преступлением.
Таким образом, несостоятельность была необходимым, но не единственным условием банкротства. А последнее становилось все более редким явлением по мере развития производительных сил в целом и кредитно-денежных отношений в частности (табл. 3.1).
Данные таблицы свидетельствуют, во-первых, о незначительности банкротств в стране (в среднем ежегодно за банкротство осуждалось по всей России менее двух должников), а во-вторых, наглядно прослеживающейся тенденции к их уменьшению.
Для сравнения, во Франции были объявлены банкротами: в 1860 году – 2618 предпринимателей, в 1880-м – 6295, в 1900-м – 9294, т. е. за каждое 20-летие число банкротств возрастало примерно на 50 %. В России же банкротство формально можно было отнести к нехарактерному для того времени типу преступления, тогда как содержание этого явления говорило об обратном. В реальности же злостные неплатежи по России росли ежедневно – только в 1911 году было прекращено платежей на 207 млрд 874 тыс. руб.[25]25
Липсиц И., Никологорский Д. Банкротство по-российски: яд или лекарство? // Проблемы теории и практики управления. – М.: Информарт, 1995. – № 4. – С. 47.
[Закрыть]
Таблица 3.1
Число лиц, причастных к банкротству (по всей России)
![](i_015.png)
И дело не только в том, что известная русская халатность, которая выражалась в неаккуратном ведении дел, и не менее известный фактор бюрократа делали все, чтобы стало невозможным и ненужным добросовестно решать спорные моменты в рамках института несостоятельности и банкротства. Глубинные факторы, несомненно, состояли в том, что на рубеже веков институт несостоятельности в силу своей определенной отсталости отражал картину общественных отношений, прежде всего отношений собственности, в искаженном виде.
Примером такой отсталости и неадекватности уровню рыночных отношений в России является выделение торговой и неторговой несостоятельности и банкротства, для которых предусматривалась неодинаковая ответственность. Для торговца, признанного банкротом, как бы ни велика была его задолженность, максимальное наказание устанавливалось в виде 1 года 4 месяцев тюрьмы.
Такое привилегированное отношение к представителям торговых отношений свидетельствует о косвенной их поддержке со стороны правительства. С другой стороны, подобная отсталость в регулировании рыночных отношений может являться следствием неразвитости самих этих отношений и говорить о несвойственности для России самого института несостоятельности. Дело в том, что глубокий смысл, заложенный в институте банкротства, проявляется при максимально возможной свободе собственников на средства производства и развитости самого института собственности.
И все же, несмотря на определенную узкую направленность института несостоятельности в дореволюционный период, концепция ее обновлялась, совершенствовалась и работала.
3.4. Банкротство в условиях перехода России к рыночному хозяйствуС началом проведения реформ по формированию рыночной экономики проблема создания нормативно-правовой основы несостоятельности хозяйствующих субъектов стала неотложной практической задачей. Уже в самом первом российском экономико-реформаторском Законе «О предприятиях и предпринимательской деятельности»[26]26
Закон РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», принятый Верховным Советом РСФСР 25 декабря 1990 г. и вступивший в силу с 1 января 1991 г., еще до его официального опубликования. См.: Ведомости РСФСР. – 1990. – № 30. – Ст. 418.
[Закрыть] ст. 24, п. 3, гласила: предприятие, не выполняющее свои обязательства по расчетам, может быть в судебном порядке объявлено неплатежеспособным (банкротом) в соответствии с законодательством РСФСР. Однако Закон не применялся, так как отсутствовали нормы права, которые определяли бы конкретные правовые признаки неплатежеспособности (банкротства).
Лишь по прошествии полутора лет был опубликован обстоятельный, богатый по содержанию нормативно-правовой акт – Указ Президента РФ от 14.06.1992 № 623 «О мерах по поддержке и оздоровлению несостоятельных государственных предприятий (банкротов) и применении к ним специальных процедур»[27]27
Российская газета. – 1992. – 18 июня.
[Закрыть]. В отношении государственных предприятий-банкротов должны были применяться специальные процедуры ликвидации, которые включали реорганизацию и иные меры, направленные на оздоровление предприятий, эффективное использование закрепленной за ними государственной собственности.
Основным недостатком Указа было то, что он распространял свое действие только на государственные предприятия. Между тем уже в обилии имелись негосударственные хозяйствующие субъекты, которые нередко после непродолжительного времени своего хозяйствования оказывались несостоятельными. Но к ним ни банкротства, ни каких-либо других специальных процедур данный Указ или иной законодательный акт не предусматривал. И вполне обоснованно Указ Президента РФ был воспринят как репрессивный в отношении государственного сектора экономики.
Данный Указ не подвергался изменениям, поскольку вскоре был принят специальный Закон РФ «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» от 23.11.1992 № 3929-1[28]28
Российская газета. – 1992. – 30 дек.
[Закрыть].
Закон, по сравнению с Указом Президента РФ 1992 года, принципиально решил главный вопрос: несостоятельность (банкротство) предприятия считалась имеющей место после признания факта несостоятельности арбитражным судом или после официального объявления о ней должником при его добровольной ликвидации.
Практика применения Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» выявила и его слабые стороны. Весь понятийный аппарат в нем был «подогнан» под понятийный аппарат действовавшего законодательства, составлявшего правовую основу реформ, прежде всего законов «О собственности в Российской Федерации» и «О предприятиях и предпринимательской деятельности». В последнем «предприятие» использовалось как родовое понятие, объединявшее все организационно-правовые формы предпринимательства.
Следует отметить, что, несмотря на несовершенство института банкротства в Российской Федерации, он является одним из активно действующих институтов гражданского права.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?