Текст книги "Мёртвый мир. Поселенец"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mertvyy-mir-poselenec-110141.jpg)
Автор книги: Кирилл Шарапов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Крайняя к железке улица носила простое и понятное название: «50-летия Октября». Вилен приблизился к трёхэтажному дому. Вход в подъезд был открыт, от двери осталась одна доска, висевшая на двух совершенно ржавых петлях, которые каким-то чудом не осыпались пылью. Перед входом – небольшая груда крупного щебня, из которого торчали куски арматуры. Видимо, обвалившийся козырёк.
Ильич аккуратно вошёл внутрь, подсвечивая свой путь фонариком. Луч метнулся по стенам, и сразу стало ясно, что дом уже давно заброшен: везде подтеки, на полу белые следы от осыпавшейся штукатурки, крошащийся кирпич. Освещая опасные места, разведчик поднялся на первую площадку. Как и ожидалось, дом явно посетили мародёры – все двери выбиты, квартиры пусты. Вот только Вилену необходимы были не материальные ценности, а информация. Парень вошёл в первую квартиру так, как и положено: сначала ствол, потом сам. С первого взгляда стало ясно: здесь ловить нечего, огонь уничтожил всё, что осталось от мародёров. В трёх других квартирах наблюдалась схожая картина. Вилен чертыхнулся и поднялся на второй этаж. Осмотрев единственным глазом закопчённые стены, поднялся на третий, но и тут был сплошной облом. Выгорел весь подъезд, крыша обвалилась, и природа медленно уничтожала людское строение. В соседнем подъезде было то же самое, в третий, и последний Вилен даже заходить не стал. Пройдя до конца улицы, на которой было всего четыре дома, разведчик окончательно убедился, что мародёры и поджигатели здесь потрудились на славу. Вилен сплюнул на траву, которая уже давно уничтожила асфальтовое покрытие, и пошёл в глубь городка.
Пустынные улицы мёртвого города навевали тоску. Один раз его атаковала пара каких-то тварей размером со среднюю собаку, на очень коротких ножках. Прыгнули на него из руин пятиэтажки. Вилен хоть и не был готов к этой атаке, но короткую очередь выпустить успел. «Собачки» рванули прочь, причём одна подволакивала заднюю лапу, оставляя отчётливый кровавый след. Ильич хотел было добить её, но твари проворно скрылись в руинах, и разведчик лишь махнул на недобитка рукой. Скорее всего, псина не переживет сегодняшний день, её добьёт напарник или ещё какие гады выследят по запаху крови. Однако это приключение показало, что мир сей был не столь уж и пустынен. Большие хищники – не единственные его обитатели. Правда, всё произошло очень быстро, и Вилен не успел хорошенько рассмотреть противника, но стычка помогла собраться, он снова был в бою. А значит, хватит уже вести себя как на прогулке по бульвару, под пивко и шуточки. Пора вспоминать, как живут на войне.
Всё, что до того приходилось наблюдать, повергало Вилена в уныние. Ветер гонял обрывки бумаги вдоль дороги, во дворах гнили остовы машин, с которых практичные мародёры давным-давно свинтили всё ценное. Больше всего Ильича напрягали человеческие останки. Выбеленные временем скелеты, на которых кое-где остались лоскуты одежды. На многих костях были заметны следы зубов и пуль. В одном из подвалов Вилен нашёл и настоящую братскую могилу. Десятка два людей: мужчины, женщины и даже дети, кости которых растащили хищники. У каждого черепа – пулевое отверстие в затылке. Место казни… Правда, ответа на вопрос, за что именно их порешили, там не нашлось. Да и вообще не было никаких намёков на отгадку. Где он, и что здесь произошло… Головоломка не складывалась. Удача улыбнулась ему лишь в третьем по счёту доме на улице, примыкающей к центральной площади. Подъезд с крепкой металлической дверью, которая оказалась запертой, окна заложены кирпичом с оставленными узкими щелями бойниц. В том, что этот объект кто-то атаковал и оборонял, сомневаться не приходилось, на стенах – многочисленные следы пуль, дверь, которая так и не поддалась нападавшим, была явно повреждена взрывом. Вилен минут пятнадцать изучал дом, не высовываясь из кустов. Никаких признаков жизни обнаружить не удалось. О том, что всё здесь происходило давно, свидетельствовали ржавые гильзы, рассыпанные в кустах. Видимо, здесь была позиция пулемётчика. Время почти уничтожило улики, но бывший разведчик легко отыскивал «приветы из прошлого» – вот бруствер, а вот и полуосыпавшийся окоп для стрельбы лёжа. Выбравшись из кустов, он направился к двери. Пока её прикрывали защитники, преодолеть эти пятьдесят метров открытого, прекрасно простреливаемого пространства было абсолютно нереально. Если, конечно, человек не торопился увидеться с апостолом Петром. Те, кто штурмовал дом, существенно упростили Вилену задачу: взрыв выгнул дверь, замок на ней едва держался.
– Добро пожаловать, – провозгласил Вилен и ударом ноги выбил задвижку.
Раздался лязг, звук упавшего механизма, оставалось только потянуть за ручку. И тут Ильич замер. Сколько в Чечне погибло ребят, которые просто потянули за дверную ручку? Покопавшись в рюкзаке, он быстро привязал к двери тонкий фал и, отбежав, спрятался в небольшую промоину.
– Бойся! – крикнул он сам себе и резко дернул за верёвку.
Ильич даже не услышал – почувствовал, как хлопнул старый укороченный запал. Через секунду раздался взрыв. Вилен выбрался из укрытия и направился к входу, сматывая верёвку. Что же, всё логично. Любой человек, беззаботно распахнувший дверь, получал пригоршню лёгких осколков чётко в корпус.
Пристроившись слева от входа, разведчик заглянул внутрь. Других сюрпризов он не разглядел. На лестнице пусто, слева из нескольких мешков с песком оборудована позиция для бойцов, прикрывающих вход. Тот, кто строил оборону дома, знал толк в фортификации. Вилен вошёл в подъезд и заглянул за мешки. Два скелета в обрывках серо-голубого городского камуфляжа «флора» с нашивками ОМОН, два АКС, покрытых пылью. То, что умерли бойцы не своей смертью, было совершенно ясно. Кости разгрызены мощными челюстями, черепа расколоты. Вилен отстегнул магазин одного из автоматов – пусто. Глянул вверх и обнаружил на стенах и потолке многочисленные следы от пуль. Судя по всему, что-то атаковало их сверху, мужики стреляли до последнего патрона, а потом это «что-то» разодрало и сожрало их. Включенная камера-пуговица исправно всё фиксировала, сохраняя информацию. Подобная аппаратура могла вести запись в течение трёх суток, но, чтобы Валера увидел их, разведчик непременно должен был вернуться.
Вилен подсветил пол фонариком и поднял чудом уцелевшие документы, лежавшие на краю лужи. Раскрыв их, он с трудом прочёл размытую надпись: «Самсонов Игорь Валентинович, старший лейтенант отряда милиции особого назначения, г. Волоколамск».
Название города было хорошо знакомо Вилену, и теперь разведчик точно знал, где находится. До Москвы – всего сто двадцать километров. Теперь оставалось решить: дальше рыскать по городу или же идти к столице?
Вилен присел на ступеньку и задумался. Направление «Москва» выглядело перспективно. Если не удастся найти ответы здесь, придётся идти туда. Обшаривать город в одиночку слишком долго. Но и Москва – далеко… Разведчик достал «шагомер». За вчерашний день он прошёл чуть больше сорока километров. До столицы топать ещё прилично, а ведь ещё и назад нужно было вернуться. И если с водой проблем не наблюдалось (хотя ещё неизвестно, что именно тут с водой, не заражена ли она), то провизии оставалось в обрез. Дня на два, максимум три. Значит, ответы нужно было искать здесь.
Разобравшись с приоритетами, Вилен поднялся на ноги и пошёл к первой квартире. Как и ожидалось, весь первый этаж был приспособлен к обороне, пробитые стены образовывали длинный коридор, тянущийся через всё здание. Лестницы на верхние этажи обвалены и убраны, с дырявой крыши постоянно капает вода, повсюду разбросаны человеческие кости. Вилен обошёл все комнаты и насчитал одиннадцать трупов. И это – без тех, что лежали в подъезде. В целом оборона была построена грамотно. Неразрушенной оставалась только лестница в соседнем подъезде, она вела на второй этаж, и выход на улицу там заложен наглухо. На первом этаже не было ничего интересного, много рассыпанных по полу автоматных гильз, сами автоматы с полупустыми магазинами. Вилен прошёлся по всему этажу и собрал стволы, после чего свалил их в металлический шкаф, который обнаружил во время осмотра. Видимо, его использовали для хранения боеприпасов и оружия. Там же нашлось несколько новых стволов и пять цинков с патронами различного калибра. Один из автоматов его заинтересовал – штурмовой комплекс «Вал» с оптическим прицелом. В некоторых обстоятельствах и при работе на расстоянии до двухсот метров он вполне заменял снайперскую винтовку, а если учитывать, что автомат был бесшумным, – иметь с ним дело становилось сплошным удовольствием. А вот единственный пулемёт оказался совершенно негодным, он был буквально раздавлен, вся ствольная коробка смята в хлам, складывалось ощущение, что по нему проехал танк. Вилен покрутил его и на всякий случай снял ствол, который был довольно новым, максимум – пятьсот выстрелов. Закончив на рубеже обороны, Вилен поднялся выше. Тут тоже были позиции для стрелков, но половина комнат явно отводилась под жильё. Природа потихоньку разрушала дом, худая крыша не способствовала долголетию, кирпичные стены промокли, на полу в некоторых местах стояли лужи, оставшиеся после недавних дождей. Капли, найдя дорожку сквозь швы бетонных плит, срываются с потолка, но пока всё выглядело достаточно жизнеспособно. Скорее всего, понадобится ещё с десяток лет, чтобы окончательно обрушить это здание.
– Интересно, в какую же заварушку должна была угодить эта цивилизация, если детская кроватка стоит через стенку от пулемётного гнезда?
Вилен, как всегда, говорил сам с собой. В данный момент опасаться вроде бы нечего, всё кругом заброшено и раздолбано. Из возможных угроз разве что «зверьки», бродящие по городу. Однако ещё до начала своего обхода Вилен подстраховался и заблокировал дверь в подъезд, так что теперь он вполне мог позволить себе подобные «беседы». Ответа на то, что же случилось здесь много лет назад, по-прежнему не было. Внимательно осмотрев первую комнату, он не нашёл никаких газет, книг и прочих носителей информации. Но кое-что его заинтересовало: на письменном столе возле небольшого окошка, затянутого снаружи сеткой, лежал маленький клочок бумаги, на котором было мелко написано: «Милая, я буду в лаборатории. Целую, Стас».
Вилен несколько раз перечитал текст. Если записка была оставлена на столе незадолго до начала штурма, приведшего к смерти обитателей дома, то получается, что где-то здесь есть лаборатория, а в ней – записи. Эксперименты, отчёты и прочая канцелярщина. Что, собственно, он и искал. Одно странно: что это за лаборатория в жилом доме?
Вилен выдвинул ящики стола. Несколько фотографий: мужчина с приличным пивным брюшком, маленькая и худенькая женщина, на руках у неё ребёнок, которому не больше пяти месяцев. А внизу дата – 12.09.2011. Вилен положил фотографии обратно.
– Значит, две тысячи одиннадцатый год.
Убедившись, что в комнате больше нет ничего интересного, разведчик вышел в коридор.
На осмотр всего этажа ушло около часа. Вилен брал всё: вырезки из газет, тетрадки с записями, записные книжки, несколько DVD-дисков, флешки. Рюкзак за спиной опасно потяжелел, а до конца осмотра было ещё очень далеко. На третьем этаже располагались жилые комнаты, в которых сохранилось множество вещей. Из нескольких компьютеров он извлек жёсткие диски, прибавилось и «макулатуры».
Пятиэтажка состояла из четырёх подъездов, но разведчику пока что нигде не удалось обнаружить следов лаборатории. И он давно уже бросил считать растерзанные трупы. В этом здании когда-то обитало несколько сотен человек. На третьем этаже он впервые обнаружил следы тех, кто атаковал дом. Основные бойцы погибли на первом и втором этажах, так никого и не убив, зато на третьем кому-то повезло. И, скорее всего, этот «кто-то» был гражданским. Он так и остался лежать в дверях квартиры. Возле разбросанных костей валялась напрочь смятая «Сайга», а рядом – странного вида скелет, который и заинтересовал Вилена. То, что эти останки принадлежали не человеку, становилось ясно с первого взгляда. Но и то, что «это» было именно человеком, не вызывало никаких сомнений. Больше всего существо напоминало гориллу, вот только передвигалось оно определённо на четырех конечностях. Ильич внимательно осмотрел останки. Пуля 12-го калибра, выпущенная почти в упор, в прямом смысле развалила череп на две части. Но и то, что от него осталось, давало определенное представление о внешнем виде существа. Лицевая часть заострённая и вытянутая, во рту четыре клыка, каждый – сантиметров по семь. Толстый, в руку взрослого человека, позвоночник. Рост – примерно метр восемьдесят. Но, несмотря на такие глобальные изменения, разведчик был готов дать голову на отсечение: этот монстр когда-то, до мутации, был человеком. Скорее всего, мужчиной, и ходил он прежде на двух ногах. И ещё один вывод: подобных тварей в момент атаки на здание было намного больше, чем одна. Вот только – откуда они пришли?
И – похоже, что Вилен угодил всё-таки в будущее. Вот в такое, крайне безрадостное для человечества будущее. Ничто не указывало на какой-то иной мир. Наоборот, всё, что он видел за время пребывания здесь, соответствовало тому, что производилось и строилось на Земле образца начала двадцать первого века. А если конкретнее – вокруг была Россия, не пережившая 2011 год.
Камера исправно всё фиксировала. Теперь Валера будет обеспечен работой на несколько месяцев вперёд. Вилен вновь начал обшаривать комнаты. Огромная куча того, что могло понадобиться для выяснения причин произошедшего в этом мире, росла на глазах. Вилен уже ничего не брал с собой, паковал всё в сумки и оставлял на лестничных пролётах. О том, что он сможет двинуться в путь сегодня, уже не было и речи. Все находки утащить с собой нереально, значит, придётся «окопаться» в этом доме и постараться отобрать самое важное. После осмотра четвёртого этажа Вилен решил перекурить и пообедать. В доме нашёлся и продуктовый склад, но трогать найденные там консервы он не рискнул. Неизвестно, сколько прошло со времени их выпуска. Маркировка на некоторых банках подсказывала, что изготовлены они были в конце двадцатого века. Обильный помёт и обрывки упаковок говорили о том, что раньше здесь хранились крупы и макароны, но мыши или крысы добрались до всего, что поддавалось их зубам. Так что Вилен без затей вскрыл ИРП и быстро перекусил тем, что послала отечественная оборонка. А послала она многое, и вполне приличного качества. С трудом съев половину пайка, Вилен повеселел. На десерт были хлебец с джемом и разогретый на портативной горелке чай. Оставшуюся часть ИРП он отложил на ужин, который обещал стать не менее сытным.
Пятый этаж тоже был жилым, пара огневых точек для снайперов в счёт не шли. Там Вилен подобрал две винтовки СВД, один «Винторез» и по два цинка боеприпасов к каждому стволу. В доме оказалось прилично оружия. Ильич не вёл точный подсчёт, но единиц сто набралось. Правда, в этот перечень он включил пистолеты и даже десяток охотничьих ружей. Похоже, тот, кто командовал здесь омоновцами и простыми милиционерами, сумел перетащить в этот дом всю «оружейку» города. В общем, ребята постарались. Как говорил Наф-Наф: «Дом умного поросёнка должен быть крепостью». Вилен всячески поддерживал подобную философию, поэтому у него дома, помимо табельного пистолета, хранилось ещё четыре ствола. Один пистолет и три различных ружья. Два легальных, одно – «левое», снайперская винтовка Мосина, абсолютно незаконно извлечённая с мобсклада и доведённая до ума знакомым оружейником. Деревянные части были заменены на великолепную ложу, выполненную из карбон-кевлара. И если обычная «мосинка» весила более четырёх килограммов, то переделанный вариант едва дотягивал до трёх с половиной. Помимо оружия, согласно всё той же заповеди Наф-Нафа, у Вилена дома хранилось около пяти сотен патронов. По сотне к «мосинке» и каждому гладкостволу и две сотни к пистолету. Там, дома, это всё уже было под рукой. Здесь же приходилось собирать арсенал заново.
Закончив обыск и оттащив две сумки к лестничному пролету, Ильич обнаружил неповреждённую лестницу, ведущую в подвал. Поставив сумки на пол, он несколько минут отдыхал, покуривая. А потом, сняв с плеча АЕК, стал медленно спускаться. Всё в этом доме было сделано логично, на лестничных площадках – никаких дверей. Они выломаны, проёмы заложены кирпичом. Просто лестница, ведущая вниз, и если кто– то попытался бы пробить здесь брешь и атаковать защитников, добился бы только одного – больших потерь личного состава. Нападающих просто закидали бы гранатами, широкие лестничные пролёты вполне позволяли развлекаться подобным образом. К тому же тот, кто руководил обороной, учёл и эту ситуацию. Два лестничных пролёта были заминированы. Одно движение подрывника – и десять метров лестницы летят вниз, хороня всех, кто рискнул сунуться. Конечно, пришлось бы пожертвовать подвалом и всем, что там находилось, но количество людей на жилых этажах, скорее всего, намного превышало количество обитателей подвала.
Прочная толстая металлическая дверь была выбита вместе с куском стены. Нечто огромное и тяжёлое, одним ударом смяв преграду, вырвалось здесь на свободу. Вилен, как истинный мародёр-археолог, старался нахапать как можно больше «полезностей», в том числе его добычей стал и фонарь с ручным генератором. Жмёшь рукоять, энергия накопилась, и – да будет свет! Пока лампочка не перегорит. Вилен закинул автомат на плечо и извлек СПС – самозарядный пистолет Сердюкова. «Гюрза», если по-простому. Довольное добротное изделие под бронебойный патрон СП-10, способный метров с пятидесяти пробить «броник» третьего класса защиты.
Щёлкнув предохранителем, Вилен продолжил спуск в подвал. Вокруг маленькой металлической лестницы лежали человеческие скелеты. Вернее, то, что от них осталось. В куче костей Вилену удалось выделить пять черепов, но, скорее всего, людей было больше. Судя по всему, у них не было и половины шанса. Безоружные, испуганные ученые ломились к выходу, надеясь отгородиться от результата собственных экспериментов металлической дверью. Похоже, они так и не узнали, что вырвавшиеся на свободу кадавры смяли её почти мгновенно.
Широкий луч метался по разгромленной лаборатории. Истинная ярость, выпущенная наружу, сокрушила здесь всё, что можно было крушить. Чудом сохранился один компьютер, из которого Вилен вытащил жёсткий диск.
Ильич провел в подвале около двух часов. Глаза устали, вести раскопки при свете фонаря оказалось очень тяжело. Зато его добычей стали две пластиковые папки с какими-то отчётами, стопка документов, недописанный лист с описанием последнего эксперимента и, самое главное – ноутбук «Панасоник». Походная версия из тех, что даже в воду бросать можно. Всё это нуждалось в изучении, причём – в скорейшем. Вилен выбрался в тёмный подъезд и поднялся под крышу странного дома. Перекурив, он затем выбрал на этаже место посветлее, удобное для обороны, и стащил сюда со всего здания свои находки. «Лут», как говорят online-игроки. Короче говоря, «мародёрку».
В помещении нашёлся небольшой запас дров, в углу стояла странная печка на две конфорки, с трубой явно заводского производства. А самое главное – крыша здесь не протекала и пол был сухим.
Раз уж придётся ночевать в городе, Вилен решил всерьёз подумать о защите места ночёвки. Три растяжки на ключевых местах плюс дверь, ведущая в подъезд, которая была заблокирована ещё утром. Теперь «на мягких лапах» к нему никто подобраться не сумеет. Устало вытянув ноги и включив фонарь, Вилен приступил к изучению набранных за день материалов.
Спустя два часа он знал ответы на все мучившие его ранее вопросы. Маленький дневник открыл, что за катастрофа здесь случилась, и что происходило после неё. А газетные вырезки обогатили картину трагедии.
В октябре 2011 года произошла величайшая за всю историю существования здешнего человечества террористическая атака. Пять тысяч «грязных» бомб большой мощности сработали в самых влиятельных странах мира. Всего за неделю погибли несколько миллиардов человек. Спецслужбы успели раскопать многое: кто, когда, зачем… но справиться с последствиями теракта у цивилизации сил уже не хватило. Доморощенные террористы создали оружие, которое погубило всё и всех. Те, кто оказались в радиусе пятидесяти километрах от взрыва, погибали за несколько дней. О том, что люди, находившиеся в непосредственной близости от эпицентров, умирали быстро и крайне болезненно, никто не говорил. Это было и так понятно. Если же расстояние от эпицентра превышало сотню километров, смерть наступала мучительно, люди за несколько недель буквально разлагались заживо. Даже оказавшиеся в тысячах километров от атакованных мест люди были обречены на медленную смерть. Радиоактивный изотоп, разносимый ветром и водой, не признавал расстояний и границ. Свою дозу облучения получили все.
«Террористы рассчитывали, что „зачищенная“ таким диким способом планета достанется им, и они уж без помех построят свою цивилизацию всеобщего „счастья и добра“».
Прочитав эти строки, Вилен скептически ухмыльнулся.
– Дебилы, – прокомментировал он.
«Да, они разработали уникальные бомбы. Спустя четыре года радиация должна была пойти на убыль, а спустя ещё три – исчезнуть навсегда. Но фанатики не учли гибельных последствий всеобщего заражения. Когда радиация спала до нормы, это было уже неважно. Человечество оказалось практически уничтожено, и на арену вышел новый вид. А хомо сапиенс в этом мире стал не более чем пищей. На смену ему пришли мутанты, быстрые и смертоносные, обладающие запредельной силой и паранормальными возможностями, такими, как телепатия, ультразвук, телекинез и даже телепортация. Человек в таких условиях был обречён на вымирание. У нас остаётся лишь слабая надежда на лабораторию, которую удалось построить здесь, в подвальных помещениях. Возможно, учёные смогут понять, сможем ли мы выжить и что мы должны сделать, чтобы не оказаться последними людьми на Земле».
Заметки, которые читал Вилен, были расписаны по дням, но данные воспринимались для него сплошным потоком. Судя по почерку и некоторым оговоркам, писала молодая женщина, скорее даже – юная девушка.
Вилен отложил дневник. Прочитанное заставило его серьёзно задуматься. Если автор дневника был прав и место, в котором он находится, это – будущее Земли, то до глобальной катастрофы оставалось всего чуть больше года. А затем должно было случиться страшное.
Вилен листал страницы, мельком проглядывая текст.
«Огневики, жалкие выродки, они третий день блокируют дом. Отец говорит, что их больше трёх десятков. Они уже разграбили и сожгли город. Пойманных людей казнят. Это страшно. Но все абсолютно уверены, что нас им не взять, ведь обороной руководит Игнат Барский».
Разведчик вздрогнул. На той войне Игнат Барский был его командиром. Именно он выволок Ильича из-под обстрела, когда тот лишился глаза. По слухам, когда капитана выкинули из армии за неподчинение очередному дебильному приказу, он пошёл служить в ОМОН. И вот ведь как кривая вывела… Именно Барину довелось оборонять в этом маленьком городке последний оплот цивилизации.
Ильич быстро перелистал страницы, наполненные личными воздыханиями девушки по некоему Саше.
«Атаки прекратились. Мы слышим по ночам жуткие крики, это мутанты охотятся за уцелевшими огневиками. Нашим рейдерам удалось поймать троих, их заперли в клетках в лаборатории. Мутанты жрут всё подряд, предпочитая всему остальному человечину. Это мерзко, но отец сказал, что подобная жертва необходима. Мутантам скормили пленного огневика. Его крики слышали все. Сашка тоже одобряет…»
Последняя запись была датирована декабрем 2012 года.
«Нет сил сидеть взаперти. Почти полгода никто из гражданских не покидает дом. На улице всё больше мутантов, за прошлую неделю отряд потерял троих поисковиков. Продукты ещё есть, но рацион урезан. Странный шум на пятом этаже, очень похоже на выст…»
Фраза осталась незаконченной. Вероятно, именно 7 декабря 2012 года в городе Волоколамске пал последний очаг цивилизации.
Вилен запихнул дневник в рюкзак. Этот текст непременно должен был попасть к Валере Рябову. Достав сигарету, Ильич принялся задумчиво вертеть её в пальцах. Интересно, сколько прошло времени с 7 декабря 2012 года? Двадцать лет, тридцать, сорок? Явно не больше пятидесяти, иначе дом, в котором он находится, уже лежал бы руинами под толстым слоем мха. До Волоколамска Вилен шёл порядка сорока километров, но на всём пути видел лишь пару мутантов. И – никаких аномалий, никакой радиации… Просто мир, покинутый людьми, смотреть на который было больно и странно. Но – мир вполне живой.
Ильич бросил взгляд на ноутбук, прихваченный из лаборатории. Отличное изделие фирмы «Панасоник», редкий экземпляр со всеми степенями физической защиты, разработанный специально для армии и различных поисковых партий. Вилена интересовало два момента: работает ли ноутбук в принципе, и – запустится ли он, если включить его прямо сейчас?
Ильич открыл крышку и нажал кнопку. Как ни странно, лэптоп оказался в рабочем состоянии, внутри корпуса загудел кулер, экран моргнул и выдал системные характеристики. К счастью, прежний владелец не заморачивался с паролем, с третьего раза сработала комбинация из букв «qwerty». Открыв каталог, Вилен просмотрел рабочие файлы. Все названия папок явно касались экспериментов, отчётов и самой катастрофы. Видимо, учёные использовали этот лэптоп как резервное хранилище, и хранился он не в лаборатории, поэтому и не пострадал во время буйства мутантов. Разведчик сразу решил, что эту находку придётся тащить с собой стопудово. Взгляд упал на правый нижний угол экрана, где часы послушно отсчитали время с момента последнего включения. Согласно их показаниям, сегодня было 29 июня 2043 года. То есть с момента катастрофы прошло тридцать два года. Ясненько, понятненько…
Вилен выключил компьютер. Удивляло состояние батарей – зарядка была под завязку. А ведь сколько лет прошло с того дня, когда их последний раз заряжали? Впрочем, это уже было делом учёных. Пусть над этой загадкой Валера со товарищи головы ломают.
Ильич быстро просмотрел несколько альбомов с газетными вырезками. Своего рода краткий курс на тему: «О катастрофе и предшествовавших ей событиях». На всякий случай альбомы тоже отправились в рюкзак, в компанию к двум пластиковым папкам из лаборатории. Вилен наскоро перелистал остальные бумаги, затем убрал всё в сумки и пакеты и задвинул в самый дальний угол. Эту тяжесть с собой тащить нет смысла. Всё, что было нужно, он уже нашёл, выполнив задачу на сто двадцать процентов. Оставалось дотащить добычу до маяка, и – дело было в шляпе.
Поужинал он перловой кашей с мясом, на десерт – джем на суховатом хлебце. Пришлось заварить чай по второму разу, кофе решил оставить на утро. На улице стемнело окончательно. В безоблачном небе, как тарелка ярко-бордового цвета, висела полная луна. Такой луны Ильич ещё не видел. Некоторое время он смотрел на неё через узкую бойницу, казалось, что она гораздо ближе и ярче той привычной спутницы Земли. Достав сигарету, он несколько минут крутил её в пальцах, рассеянно прикурил. В голове крутилось множество мыслей.
Если это – будущее, то через год цивилизация погибнет и он вместе с ней. А признаков того, что мир – параллельный, он так и не нашёл. Хотя для этого хорошо бы досконально изучить документы, отправить полноценную экспедицию, обследовать тут всё. Но для себя кое-что Вилен уже решил. Если этот мир всё-таки являлся миром будущего, и цивилизация была обречена, то – у него есть спасительная калитка. Вернётся сюда, и гори оно всё там, на «Земле номер один», синим пламенем.
Однако где-то внутри сознания жила надежда на то, что уж теперь-то до катастрофы дело не дойдёт. Уже послезавтра его добыча попадёт на стол аналитикам спецслужб, они вычислят террористов, и ничего страшного не случится. Отшвырнув окурок, он бросил последний взгляд на луну. Было всё-таки в ней что-то зловещее.
Второй день его похода закончился. Вытянув ноги, Вилен сидел на матрасе, который притащил из ближайшей комнаты. От него воняло сыростью и плесенью, но другого всё равно не было.
С тех пор как на маленький городок опустилась тьма, звуки, доносящиеся с улицы, стали слышны более отчетливо. Только в мёртвом городе можно расслышать жужжание комара за окном и стрекот сверчков в высокой траве.
Единственный глаз закрылся сам собой, и Ильич даже не заметил, как задремал. Почему-то снилось детство, как он ездил в деревню на каникулы. Роща, где они с приятелями строили домик на дереве, ночные костры, блатные песни под гитару, дамба, которая запрудила родники, образовав озеро. Перейти её – и сразу начинается лес, прилично загаженный следами многочисленных пикников, оставленных местными селянами и селянками. Вилен ступил на дамбу и пошёл к деревьям. Там, на мысе, горел костёр. Что-то большое выпрыгнуло позади него на дорогу и замерло, оставаясь во тьме. Вилен обернулся, но ночь была темна, тучи затянули небо, а зажигалку он спрятал от деда в резиновый сапог, вместе с сигаретами. Вилен пошёл быстрее, чернота сгущалась вокруг него, он чувствовал, что то, что следовало за ним, тоже ускорило шаг. Он обернулся и буквально почувствовал, как преследователь замер, даже не опустив занесенную ногу. Или – лапу? Вилен пошёл спиной вперёд, вглядываясь в окружающую темноту, но та словно сгущалась, когда противник, казалось бы, вот-вот должен был оказаться на виду.
Внезапно чья-то рука упала ему на плечо. Вилен резко обернулся.
– Коля?
– Здравствуй, сержант, – улыбнулся половиной лица старшина.
– Ты же погиб, – прошептал разведчик, не в силах отвести взгляд от изувеченного осколком лица старого боевого товарища.
– Погиб, – согласился Пернатый. – И ты погибнешь. Проснись!
Вилен вскочил со своего матраса в тот самый момент, когда зверь занес лапу для удара. То, что это существо было когда-то человеком, не вызывало сомнения. Но теперь… никакой одежды, массивный торс, перевитый выпирающими канатами мускулов, кожа, даже с виду плотная, как пластмасса. Слишком длинные для человека руки, мощные когти не менее семи сантиметров длиной. Даже стоя на четвереньках, он казался огромным. Глаза мутанта оказались на уровне груди Ильича. Тварь замерла, когда автоматный ствол уперся ей в широкие ноздри.
– Человек? – прорычало существо.
В этом рыке сквозило удивление.
Вилен опешил, палец, почти дожавший спусковой крючок, замер.
– Я опущу лапу, не стреляй.
Вилен окончательно впал в ступор. То, что стояло напротив него, мыслило и говорило. Существо оказалось разумным.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?