Текст книги "Пробуждение"
![](/books_files/covers/thumbs_240/probuzhdenie-29827.jpg)
Автор книги: Л.А. Бэнкс
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Да, иди ко мне.
Глупая девочка склонила голову ему на грудь, обняла его. Карлос закрыл глаза и носом отодвинул с ее шеи влажные волосы. Шум уличного движения исчез. Вопли все еще доносились из-за двери, но казались такими далекими. Смолк и грохот магнитолы. Он почувствовал, как напряглись челюсти, клыки болезненно вышли из своего укрытия в деснах.
– Эй, дружище! Я слышал, что случилось с твоим братишкой и теми ребятами. Поверь, мне тоже очень жаль!
Клыки мгновенно втянулись обратно, он резко вскинул голову, обернулся и заставил себя поглядеть на соседа, который переходил улицу. Этому парнишке было двадцать лет, они дружили с детства.
– Это уже черт знает что! – у него на груди висел большой серебряный крест. – Твои мама и бабушка сами не свои. Наша команда поможет тебе найти этих подонков, hombre. Никому не позволено обращаться с нашими ребятами, как с пустым местом.
Оказавшись рядом с Карлосом, парнишка сильно пихнул его кулаком.
– Мы должны отомстить!
Карлос уставился на его руку, потом на распятье, резко отстранил Хуаниту и, собравшись с силами, тоже ткнул приятеля кулаком в плечо. Он с трудом сдерживал обуревающие его чувства. На лице Хуаниты появилось удивление, но он чувствовал, что сестра приписала его резкость вспышке гнева из-за убийства брата. Приятель сделал еще шаг и хотел обнять Карлоса, выражая сочувствие, но Карлос отпрянул.
– Ты видела это! – громко закричала бабушка. – Нет, ты видела?
– Что такое, дружище? – растерянно пробормотал сосед, оглядывая его с ног до головы.
– Извини, – пробормотал Карлос. – Я тоже сам не свой. Мне пора.
Он обернулся и снова взглянул на Хуаниту. Мамины причитания смешались с жалобными завываниями бабушки.
– Мама!
Слова застряли в горле. Его охватило беспредельное отчаяние. Он был готов покуситься на своих любимых домочадцев, на людей своего круга. Он хищник. И он воистину проклят.
О да, сфера заблуждений действительно знает свое дело. Только этой ночью не он заказывает ей музыку.
– Мама, – повторил Карлос, вновь взяв себя в руки. Он смотрел на нее, похожую на плакучее дерево; тем временем Хуанита прошмыгнула обратно в дом и присоединилась к остальным женщинам. – Мне очень, очень жаль... прости меня. Я никогда не причиню вам зла, но держи дом закрытым. Не выходи этой ночью из дома и не выпускай Ниту. Сделай это для меня... это последнее, о чем я тебя прошу...
Он хотел напоследок запечатлеть ее в памяти.
– Я люблю тебя, мам.
Его друг положил ему на плечо руку.
– Черт подери, приятель. Все это очень, очень паршиво и неприятно.
– Выбирай выражения.
И Карлос зашагал прочь.
* * *
Бесшумно ступая по бетонному полу, Карлос осматривал заброшенный подземный гараж. В душе занозой сидело чувство вины, и это мучило его не меньше, чем жажда крови. Он чуть не перекусал своих домашних. Он все-таки мастер, а значит, надо научиться контролировать свои желания и эмоции. Больше никогда, твердил он как мантру. Больше никогда. Он научится дисциплине, терпению, мастерству. Он не будет животным.
Но ему нужна пища. Такова реальность. Существует ряд практических аспектов, которые приходится иметь в виду. Полусогнувшись от боли, он сделал глубокий вдох и пошел дальше. При мысли вернуться к Рейвен, чтобы насытиться, его выворачивало. Он пал так низко, что может придушить и сожрать эту тварь, которая может превращаться в пантеру, которая питается человеческими внутренностями. Нет, ему нужно тело. А что может быть лучше, чем залечь прямо здесь, на территории подземной стоянки, прямо в административном здании, принадлежащем его врагу, в ожидании кого-нибудь из миньонов Нюита? По крайней мере, он сможет утолить голод тем, на кого ему глубоко плевать.
Да. В этом есть смысл. Он сможет завалить кого-нибудь из этих гребаных кровососов – несомненно, сможет. Выпьет его досуха или утолит свой голод тем, что тот не успел сожрать – как показывала ему Рейвен. Он не допустит, чтобы у него на руках была невинная кровь... по крайней мере, сейчас. Он не станет торчком, он не будет зависеть ни от наркоты, ни от крови. А потом найдет Нюита.
Терзаемый нестерпимым голодом, Карлос ускорил шаг. Он задыхался, жадно ловил ртом воздух, пытаясь справиться с собой. Возможно, он убьет этого засранца Нюита – прямо этой ночью. А потом попытается найти заплутавшего торчка, или бродягу, или еще кого-нибудь из отбросов общества... но никогда не тронет никого из своей семьи. Приступ раскаяния наполнил его глаза слезами, взгляд затуманился. Однако Карлос продолжал прочесывать стоянку, надеясь найти следы кого-нибудь из вампиров послабее, подчиненных Нюиту.
Ему еще многое предстоит узнать о силе, которую он обрел. А вот в чем он больше не сомневался, так это в существовании Ада.
Проходя мимо будки охранника, Карлос остановился. Его привлек запах свернувшейся крови. Стекло было выбито, Карлос заглянул внутрь и потянул носом, вдыхая трупную вонь. Рейвен. О да, конечно. Она всегда там, где Нюит обделывает свои делишки.
Карлос проник в кабинку и наклонился, чтобы высосать остатки крови из дряблой грузной туши. Этот тип был грязным и вонял даже при жизни. Но Карлос упорно и самозабвенно вытягивал жирную, густую жидкость из тела, которое уже было использовано до него, а потом выброшено. Он презирал себя за то, что делает. Теперь он превратился в падальщика, подъедает отбросы за какой-то самкой-вампиршей... Его самолюбие бунтовало. Неужели у него не осталось собственного достоинства? Карлос поднял голову и посмотрел на след своего укуса. Почувствуйте разницу! Две крошечных точки – а после Рейвен остается кровавое месиво. Он ощутил что-то вроде извращенного самодовольства. Совет Вампиров знает свое дело.
В конце концов, эти жалкие объедки немного притупили чувство голода. Но желание найти новую жертву стало еще сильнее. Карлос снова припал к шее мертвеца, надеясь высосать хотя бы каплю крови. Ну точно как торчок с ампулой... Он заставил себя поднять голову, вытер губы рукавом и с отвращением сплюнул. Нет, так точно жить нельзя.
Звук торопливых шагов заставил его посмотреть на монитор. Заодно Карлос успел заметить, что не отражается ни в одном из зеркал, расположенных в крошечной будке. Славно. Но при виде молодого человека, который с перекошенным от страха лицом пересекал стоянку, Карлос замер. Он разглядывал картинку на экране маленького монитора, пытаясь вспомнить, где он видел это лицо и слышал эти шаги. Его собственный клуб, подсказала память. Ну конечно. Тот самый юный подлиза, который все уламывал его ребят разрешить Дамали выступить в его клубе, не удосужившись получить ее согласие.
И тут его осенило. Этот парнишка может вывести его на Дамали. Ее надо предупредить. Карлос едва успел подумать о том, где хочет оказаться. Легкий ветерок поднял его тело, словно оно состояло из воздуха. И Карлос с удивлением обнаружил, что висит в виде беззвучно колышущегося облачка за спиной у молодого человека. Супер! В следующий миг Карлос ощутил запах серы и насторожился.
Между двумя припаркованными машинами появилась Рейвен – шипение, пена на губах, клыки наружу. Дешевка. Никакого представления о стиле. Блондинчик, оказавшийся в роли потенциальной жертвы, заверещал от страха и плюхнулся на пол, когда вампирша в два прыжка пересекла разделяющее их пространство. Карлос поспешно заставил себя обрести плоть. Отшвырнув парня, он встал между ним и Рейвен. Вампирша отскочила футов на десять с намерением начать схватку за добычу... и тут выражение ее лица резко изменилось. Она узнала Карлоса.
– Он мой, – настырно заявил Карлос. – А вот ты только что поела.
– Но ты вытянул из меня все соки, любовь моя. Я собиралась принести его тебе – чтобы ты смог продолжить с того места, где мы с тобой остановились, и довести дело до конца. Ты оставил меня в подвешенном состоянии...
Она ленивой рысцой направилась к нему, эротично виляя задом, и задумчиво склонила голову набок.
– Ты же знаешь, что хочешь этого, – соблазнительно промурлыкала Рейвен. – Он свеженький. Охранник был тоже ничего, если не считать двух бутылок пива – и спагетти, которые он умял за обедом. Хочешь немного... или, может быть, чего-нибудь еще?
Карлос на миг зажмурился, чтобы справиться с приступом голода, который пробудили рассуждения Рейвен и запах недавнего убийства, исходивший от ее губ.
– Возвращайся в свое логово. Этот не для тебя.
– Что с тобой? Он помечен – или...
– Не спорь со мной, сука! Тебе было сказано: оставь его в покое!
А ведь в какой-то момент он был почти готов принять ее предложение. Он ненавидел себя за это. Его охватила ярость, он боролся с двумя желаниями, которые она в нем пробуждала.
Рыча, Рейвен попятилась, бросила взгляд на перепуганного молодого человека, который скорчился на полу, и исчезла в темноте.
– Зашибись, парень, ну и дела! – затараторила невинная жертва, поднимаясь на ноги. Еще секунду назад этот паренек сидел, закрывая голову руками, а теперь... – Что это было, блин? Слушай, мужик, если бы ты не подоспел... Ты видел эту дрянь? Я не под кайфом, клянусь Богом! Я на самом деле это видел, и ты тоже видел – это не человек! Я знал, что за мной кто-то увязался, я чувствовал это, но будь я проклят! Вампир, блин! Такого просто быть не может, разве что в кино. Боже праведный! Наверно, у меня крыша поехала!
Каждый раз, когда паренек по простоте душевной поминал имя Божье, голову Карлоса прошивала острая боль, внутренности скручивало, а грудь как будто пронзали колом. Это было невыносимо. Пошатнувшись, он попятился и оперся на капот какой-то машины, чтобы не упасть. Какая мощь... Даже в Его имени... Однако Карлос отметил, что с каждым разом ментальная петля, наброшенная на него соглядатаями Совета Вампиров, становится слабее.
Первым осознанным ощущением, которое появилось, когда он немного пришел в себя, было ощущение присутствия другого существа. Это ощущение появилось раньше, но тогда он был слишком голоден, чтобы заострять на этом внимание. Хм-м-м...
Спокойствие возвращалось. Карлос медленно обернулся. Молодой человек, пребывающий в состоянии истерики, ходил кругами, непрерывно бормотал себе под что-то нос и качал головой. Карлос почувствовал, как клыки втягиваются обратно в десна. Когда он оказался лицом к парню, ничто не выдавало в нем вампира.
– Как тебя зовут? – холодно спросил Карлос.
– Это же надо, мужик! Дэниел Вайнштейн. Вот дерьмо...
И мистер Дэниел снова начал ходить кругами, время от времени что-то восклицая и хватаясь за голову.
– Советую тебе немного поостыть, – низким грудным голосом изрек Карлос. – Вдруг тут еще кто-нибудь бродит... а тобой и так чуть не пообедали.
Дэн замер и уставился на него. По бледной физиономии молодого человека стекали струйки пота, губы совсем посинели. Типичная картина легкого нервного потрясения.
– Другие?!
Он согнулся и сделал попытку проблеваться.
– Возьми себя в руки и отправляйся в безопасное место, Дэниел.
Впрочем, его собственные руки уже тряслись от запаха человеческого адреналина, ужаса и крови.
– Безопасное место? Ради Бога, быть может, подскажешь местечко?
Дэн вытер губы тыльной стороной руки и сделал глубокий судорожный вдох.
– Я один домой не пойду. Единственное, что сегодня спасло мою шкуру, – это ты... да, может быть, моя звезда Давида, – быстро проговорил он, поднес к губам маленькое золотое украшение и трижды его поцеловал. – А ведь Дамали говорила, чтобы я ночью сюда не совался. Говорила про всякую шпану, дерьмо всякое, что здесь вечно ошивается... но не про этих вампиров, чтоб им пусто было!
– Так ты из группы Дамали? Иди к ним, с ними будет безопаснее.
– Теперь я уже не с ними, – поправил Дэн. – Я... я... просто приехал в Беверли Хиллс, чтобы подписать договор с "Кровавой музыкой" и "Воинами света".
Глаза Дэна испуганно обшаривали стоянку. И каждый раз, останавливая взгляд на Карлосе, молодой человек делал шаг в его сторону, словно тот был щитом, за которым можно было укрыться. Карлосу приходилось собрать все силы, чтобы не броситься на потенциальную добычу. Прижать к себе трепещущее тело, прокусить горло и наполнить себя эликсиром жизни... только и всего. Пища рядом, совсем рядом, источает запах жизни. Сердце невинного стучит в груди так громко, что каждый удар эхом отдается в твоей грудной клетке. Из пор его кожи вытекает пот и страх. Карлос облизнулся.
– Скажи мне вот что, – произнес он, стараясь сохранять спокойствие. – Адрес. Мне это очень нужно.
– Я устроил "Воинам" большой концерт в "Экстре", дружище. Потом в "Пропуске в Голливуд", "Вечернем болтуне"... Но, честно говоря, мы всегда обо всем договариваемся по телефону. Я не знаю, где именно находится та или иная контора – понимаешь? Но последний раз, когда у них был концерт, я решил заглянуть в клуб. Ты представляешь, меня даже на порог не пустили! Так что при всем желании не могу тебе сказать, где они. Даже если бы от этого зависела моя жизнь... а как я понял, так оно и есть.
– Так оно и есть, – с кривой усмешкой подтвердил Карлос.
Дэниел обернулся, со страхом поглядел на свою машину, и в его глазах показались слезы.
– Я вообще-то не вчера на свет родился... и кое-что понимаю в этой жизни. Я держал клуб "Вендетта", сам понимаешь, насмотрелся там всякого дерьма... может быть, сам сделал много дерьма... но, кроме шуток: я не могу сесть в свою машину. Я и так чуть в штаны не наложил из-за этой херни. Чтоб мне... у тебя не найдется пушки, мужик? Судя по тому, чем ты занимаешься, у тебя должна быть пушка.
– Пули против вампиров не помогут, – пробормотал Карлос, подходя к машине и открывая дверцу. Ключ ему не понадобился.
Заглянув в салон, чтобы убедиться, что там все чисто, Карлос замер. Он не отражался ни в боковых зеркалах, ни в зеркале заднего вида. Нет, пожалуй, лучше не тормозить – может быть, этот невинный простофиля ничего не заметит. Все еще переживая из-за того, что увидел – вернее, не увидел, – Карлос на миг почувствовал, как разбегаются мысли. Что он должен сделать?
Еще раз убедившись, что в машине никого нет, Карлос кивнул Дэниелу. Молодой человек, кажется, был настолько выбит из колеи, что не мог сдвинуться с места.
– Садись в машину, – сказал Карлос. – Прочти молитву, подними стекла – это, во всяком случае, не помешает. Позвони Дамали по мобильнику и попроси ее предоставить тебе убежище. И не тяни резину.
– Слушай, приятель, давай я тебя подброшу... я хотел сказать, что ты можешь воспользоваться моей машиной. Может, отправимся к ней вместе или найдем еще какое-нибудь укромное местечко...
Карлос покачал головой.
– Я оставил машину недалеко отсюда.
– Ты собираешься здесь гулять?! По пустынной стоянке, ночью, когда вокруг шарятся вампиры? У тебя что, не все дома? Или ты спятил, или тебе сам черт не брат. Но я о себе такого сказать не могу.
Карлос держал дверцу открытой, пока Дэн садился за руль. Сладкий запах его крови становился таким соблазнительным, что Карлос поспешил захлопнуть дверцу и сделал шаг в сторону. Дэн был для вампиров ходячей ампулой с наркотиком, маяком, так как ужас заставлял его организм выбрасывать в кровь полный набор гормонов борьбы и бегства – в основном последних.
– У шлагбаума не останавливайся, – продолжал Карлос. – Объедь его. Снеси, если потребуется. Если понадобится подать сигнал, не высовывай руку из окна. По дороге позвони. Сделай так, чтобы Ди пустила тебя к себе.
И, не сводя глаз с Дэниела, отошел от машины.
Дэн кивнул и принялся возиться с ключами. Он ронял их по крайней мере дважды, прежде чем впихнул нужный кусок металла в замок зажигания. Наконец мотор заработал, Дэниэл дал задний ход. Выезжая со стоянки, его серебристая "Хонда" зацепила машины, припаркованные справа и слева от нее. Еще долго Карлос не мог успокоиться: он слышал неописуемый рев, когда Дэниэл переключал передачи, чувствовал запах горелой резины, когда его машина в очередной раз поворачивала, скрежет кузова о перегородки гаража... Потом послышался мощный глухой удар, в ноздри снова ударила волна резиновой вони: Дэниел Вайнштейн наконец-то покинул здание.
* * *
– Карлос Ривера подвергает Совет Вампиров немыслимому риску, – пробормотал Поверенный. Посланец доложил, что доставил Карлоса на поверхность.
– Его переменчивость опасна, – согласился один из членов Совета.
– Он умер с молитвой в сердце, – произнес другой.
Председатель обвел взглядом собравшихся.
– Мы должны найти его душу и поместить в наш склеп. Что случилось?
– Мы не можем точно сказать, что именно. Но если он не доберется до охотницы в течение трех дней овуляции, в период, когда она уязвима... мы пропустим лунный цикл, подходящий для зачатия, и ее чрево станет невосприимчивым к нашему семени. В следующий раз такой случай может представиться только через несколько лет, во время очередного Периода Уязвимости. Но даже если Карлос доставит ее сюда после того, как ей исполнится двадцать один год, в течение месяца ее первого созревания, даже если мы захватим благоприятные для зачатия дни, в ее теле сформируются антитела, которые увеличат риск спонтанного выкидыша. Или, господин Председатель... даже если наше семя приживется, существует вероятность его перерождения. Ребенок может стать человеком, а то и хуже. Отчасти человеком, отчасти Нетеру.
– Я все это знаю, парламентарий Влак, – Председатель вздохнул. – Мне хорошо известно, что за ситуация складывается в настоящий момент. Но постарайтесь успокоиться. Конечно, все это очень печально. У Риверы такой высокий потенциал... Очень жаль, что нам придется пронзить ему сердце колом, когда он приведет ее сюда. У него настоящее призвание. Но я предпочитаю не оставлять концы, за которые можно слишком много вытащить. А Карлос мог бы прибрать к рукам всю Латинскую Америку и даже захватить территории Нюита.
– Это слишком большой риск, господин Председатель, – подхватил один из членов Совета, сидящий за дальним концом стола. – Я не люблю, когда на меня давят. Мы обеспечили Ривере защиту от зова Нюита – это был поспешный шаг, продиктованный отчаянным положением. Мы обеспечили людям Риверы амнистию. Но как только мы запустим этот процесс, он станет необратимым и, если Ривера изменит своему слову, нам будет нечем торговаться. Мы станем слишком уязвимы, что мне совсем не нравится. Я с самого начала был против, но меня не послушали.
Остальные закивали, по залу пробежал нервный шепоток. Однако едва Председатель снова заговорил, разговоры стихли.
– У нас не было выбора. Этот риск – вынужденная мера. Но мы действительно столкнулись с очень серьезной проблемой, которую никто из нас не хочет обсуждать.
– Да, – согласился Поверенный. – Молитва. С технической точки зрения он не умер, хотя и был обращен. Мы должны остановить Риверу прежде, чем он найдет лазейку в высшем законе – а именно в силу действия высшего закона он находится под протекторатом Нюита, то есть пребывает в промежуточном состоянии. Но Свет может заявить о своих правах на Риверу и начать судебный процесс. Скорее всего, силы Света будут упирать на показания свидетелей, остатки религиозного чувства и молитву... Господа, это будет очень долгая и трудная тяжба. И ее предмет – душа, на которую мы имеем все права. Почти вся сознательная жизнь этого существа – если не вся – находилась в нашей компетенции. Но клаузула об искуплении...
– Не надо об этом. Слово обладает силой. Вы выставили наверху заставы?
– Разумеется. Необходимо, чтобы он проголодался, укусил невинного и лишился поддержки Светлых сил. Его первой пищей стал проклятый, а теперь он выпил остатки крови у человека, который уже был убит. Мы ни о чем не можем судить с уверенностью... Мне кажется, Ривера слишком агрессивен. Роль падальщика, второго звена пищевой пирамиды – не для него. Вот вам еще одна переменная. Ему придется питаться традиционным способом.
– Теперь он мастер, – уверенность в голосе Председателя звучала наигранно. – Возможно, он просто дезориентирован сменой покровителя и пребывает в смятении. Мастер-вампир не сможет питаться падалью или пить кровь из вен другого вампира, господа. Это аксиома. Давайте не будем впадать в панику. Нам такое не к лицу. Карлос должен пережить эротические чувства в момент убийства.
Члены совета обменялись недоверчивыми взглядами. Но Поверенный кивнул, и это, похоже, несколько успокоило остальных.
– Остается лишь надеяться, что наш многоуважаемый Председатель прав. Однако рядом с машиной и деньгами Риверы все еще находятся двое убитых членов Миньона. Мы сумели их скомпрометировать, но Нюит уже обнаружил подвох. Кто-нибудь из невинных найдет подход к Ривере и толкнет его на преступление. Ривера откажется подписывать Вечный Контракт и сделает выбор в пользу Света, что будет страшной ошибкой. А Контракт – единственная гарантия того, что его душа будет принадлежать нам. Правда, на данный момент с этим возникла небольшая проблема: мы не можем найти душу Риверы. Вообще-то душам, которые отправляются сюда, Контракт не нужен. Образ жизни обеспечивает им достаточный вес, чтобы опуститься в наши сферы... но в данном случае произошло нечто необъяснимое. Ведется расследование.
Члены совета взволнованно переглянулись. Председатель медленно поднялся и склонился в сторону Советника, который бросал в его сторону встревоженные взгляды.
– Полагаю, вы успеете провести это расследование прежде чем душа Карлоса Риверы окажется для нас недосягаемой.
– Ривера не сможет жить в переходной зоне, даже если надземные сферы, которые мы не будем здесь упоминать, дадут ему еще один шанс, – с нервной убежденностью произнес Поверенный, окинув взглядом собрание. – Если он разумный человек, то не предаст нас.
– Что ж, очень хорошо, – вздохнул Председатель, устало опускаясь на свой трон и снова откидываясь на спинку. – Тем не менее, мы должны продолжать вести за ним наблюдение... поскольку теперь мы имеем дело уже не с иллюзорной проекцией мастера на верхнем уровне. Ривера – настоящий мастер, который установил прямую связь с нашей Нетеру. И мне не нравится идея использовать Незримые окна, чтобы следить за мастером, который выслеживает почти зрелую охотницу.
– Крайне опасно.
– Все это внушает беспокойство, господин Председатель.
– Мне тоже. Именно поэтому мы должны держать его под постоянным наблюдением. Да, он получил статус мастера, и теперь, в соответствие с этим статусом, его мысли скрыты от нас. Но верные нам люди следят за каждым его шагом. Его логово, в отличие от логова Нюита, доступно для нас. Все, что нам надо – чтобы он привел нас к Нетеру. Есть область, где ее охранительные молитвы не действуют. Она доверяет Ривере, и это позволит ему пройти сквозь любые преграды... Даже Нюит не может ясно увидеть Нетеру – он может лишь издали наблюдать за ней, но не в состоянии пройти барьер, не вступив в схватку с тремя рубежами обороны сил Света. Нюит знает об этом. Именно поэтому он ушел с той встречи в лесу без головы Риверы в когтях. Как только Ривера пройдет барьер, нам надо действовать с предельной слаженностью. Самого Риверу придется уничтожить, но барьер вокруг Нетеру будет разрушен. Она уже желает Риверу, поэтому мы используем его как инструмент, способный сделать ее податливой, а в нужный момент устраним.
Поверенный кивнул.
– Все должно произойти до того, как Нюит подчинит себе двести пятьдесят тысяч посетителей концертов пяти континентов с помощью своих армий, размещенных в залах. Этот концерт – нечто отвратительное, противоречащее всем порядкам. Наши шпионы успели сообщить о замысле Нюита... прежде чем с двумя из них зверски разделались в лесу. Происшествие в Северном Голливуде... все это на редкость мерзко, и я не стану утомлять Совет изложением подробностей.
– Меня не слишком волнует, что случилось с парой агентов ФБР, на которых мы возлагали определенные надежды. Что меня беспокоит куда больше – каким образом Нюит будет следовать нашей политике, когда и он сам, и его воины смогут спокойно передвигаться днем, питаться чем заблагорассудится, сохраняя при этом все способности, которые дает Тьма! Нюита не волнует, что Империя очень скоро придет в запустение. Он может осесть в Серой зоне, и ему не придется решать проблему питания. Зато эта проблема встанет перед теми, кто будет в муках умирать от жажды крови.
Член Совета, сидящий за дальним концом стола, опустил веки.
– Пусть посланец доставит с поверхности в Палату Совета побольше крови. Это будет длительная осада – три напряженных заседания, во время которых нам придется сохранять предельную сосредоточенность. Мы не можем позволить демонам попирать наши интересы – демонам, из которых сделали вампиров высокого ранга, которые готовы заполонить шестую сферу. Мы не можем позволить приспешникам Нюита захватить Серую зону, пользуясь своей способностью ходить днем. Потому что если это произойдет, их будет уже не остановить. Это будет конец цивилизации. К тому же Князь Тьмы начинает оказывать им содействие... он с начала этого тысячелетия мечтает устроить Армагеддон. Мы рискуем остаться без поддержки снизу.
– Господа, господа, – прошипел Председатель. – Я понимаю вашу озабоченность. Риск велик. Продолжайте следить за Риверой.
– В определенные моменты – довольно непродолжительные – Ривера может исчезать из поля зрения наших наблюдателей. Нам пришлось подключить к слежке младших членов семей, которые не посмеют нас дурачить.
Сидящие за столом члены Совета закивали, но их взгляды не выражали и намека на оптимизм.
– Мы можем переживать нечто вроде перемежающегося затемнения сознания, когда потеряем Риверу из виду или перестанем ощущать его перемещения, господин Председатель, – предупредил Поверенный. – Наше влияние будет то ослабевать, то усиливаться, так как он недостаточно крепко связан высшим законом. Например, это может происходить, когда такое сильное существо, как Нюит, обративший Риверу, бывший член нашего Совета, попытается обнаружить его местоположение... или если силы Света захотят вступить в контакт с Риверой и ослепят нас.
– Если такое произойдет, сможем ли мы понять, что враг блокировал нашу систему мысленного наблюдения?
Совет ждал. Казалось, все затаили дыхание, когда Поверенный встал, потянулся через стол и поднял геральдический щит, увенчанный когтистой лапой. Но даже легкий шепот не нарушил тишину, когда он взял со стола свод законов – огромную книгу в черном кожаном перелете со знаком Тьмы, и начал быстро перелистывать страницы.
– Депутат Влак, наше терпение на исходе. Ваш приговор означает...
Поверенный покачал головой.
– Мы столкнулись с серьезной проблемой.
* * *
– Дамали, одевайся! «Девять-один-один»! И марш в оружейную.
Марлен выпалила это так быстро, так поспешно шагнула в сторону, что Дамали даже не подумала колебаться. Она натянула джинсы и футболку, сунула ноги в сапоги. Все слишком серьезно, чтобы прохлаждаться. Затем схватила "Мадам Изиду", а ее младшую сестренку сунула за пояс.
Через минуту Дамали уже спустилась в холл и слушала, как Шабазз и Марлен пытаются разговорить Дэна, пытаясь вывести его из истерики, но безуспешно.
– Дэн, где ты сейчас?
Марлен, злая и расстроенная, ходила кругами, прислушиваясь к сбивчивому бормотанию Дэна, которое доносилось из динамиков. На заднем плане ненавязчивым сопровождением раздавался уличный шум.
– Я не знаю! Я приехал на Беверли Хиллс, в контору "Кровавых", решил с ними все дела... И тут из этой гребаной темноты на меня бросается вампирша! Я не могу вернуться домой, а Карлос велел держать мне окна в автомобиле закрытыми. Вот дерьмо!
– Карлос?! – взревел Шабазз.
– Благослови его Боже! Он спас мне жизнь!
– Где он? – спросила Дамали, стараясь, чтобы ее голос прозвучал спокойно и властно.
– Он сказал, что не верит в этот собачий бред, и остался там! Он сказал, что сам дойдет до своей машины!
Голос Дэниела сорвался и потонул во всхлипах.
– Блин, надо было заставить его ехать со мной! Но я слишком перетрусил, чтобы его ждать. Так что он отплевался, Ди! Я, можно сказать, умолял его, стоя на коленях!
Дамали подошла к окну, защищенному стальными листами, зажмурилась, нажала ладонями на глазные яблоки и следила, как тепло ее рук расползается и окутывает ее кольцом тумана.
– Хорошо, Дэн, хорошо. Ты ни в чем не виноват, – произнесла она, обернувшись через плечо – так спокойно, как только могла, и не обращая внимания на взгляды, которые Шабазз и Марлен бросали в ее сторону. – По какой улице ты сейчас едешь?
– Я был на Родео. Потом, чтобы срезать, свернул на Сансет, а потом... кажется, я на Колдуотер Кэньон Драйв! Я заблудился! У меня осталось четверть бака бензина... что мне делать, блин? Как я должен отсюда выгребаться?
– Если он ехал именно таким маршрутом, то сейчас должен двигаться на север, – подтвердил Джей Эл, сверившись с картой, которую проецировал на стену компьютер.
– Дэн, сворачивай на восток, – сердце Дамали колотилось так, словно хотело выскочить, она старалась говорить спокойно. Ради Дэна. – Относительно тебя это будет направо. На Малхоланд, по направлению к Голливудским холмам. Хорошо? Дэн, ты меня слышишь?
– О'кей, о'кей, – пробормотал он. – Я не могу ехать домой, Дамали. Мне страшно.
– Мы тебя не бросим. Мы подберем тебя и отвезем к себе. Успокойся.
– "Успокойся, успокойся"!.. Видела бы ты это! Я почувствовал, что за мной кто-то крадется, и пустился бежать. Я взял с собой свою звезду, Ди. Как ты мне советовала. Богом клянусь!
– Она приведет его сюда... – Райдер принялся мерить комнату шагами. – Черт, мы с ним еще натрахаемся.
– Не самая блестящая мысль, – сказал Большой Майк.
Марлен нажала на кнопку и отключила микрофон, хотя Дэн продолжал истерически завывать.
– Послушайте, ребята. Оставлять без внимания просьбу невинного о помощи – это бессовестно. Господи Иисусе, никто из нас не должен так поступать!
– Дамали... – Шабазз обошел стол, разглядывая разложенное на нем оружие. – А если это ловушка?
– Просто послушайте его, – предложила Дамали. – Человек, можно сказать, наложил в штаны. Он в шоке. Он не вампир... и Карлос, который остался там – тоже. Мы должны привести обоих в убежище.
– Ну уж нет, – Джей Эл сделал резкий жест, словно отсекая ладонью что-то невидимое. – А если Карлос заранее сговорился с той тварью на парковке? Это не лучший ход.
Дамали выдержала паузу.
– Если мы везем его в компаунд... машину Дэна можно облучить ультрафиолетом, когда она будет въезжать в гараж. Немного подождем, пока датчики не покажут, что в машине нечему материализоваться. Ну, а потом откроем дверцы и выпустим этого бедолагу. Или можем просто взять и завязать ему глаза, если это вам больше нравится. И Карлосу. Что с вами, люди? У нас есть невинная жертва, которую преследуют вампиры. И еще одно существо, которому тоже угрожает нечто серьезное.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?