Читать книгу "Прими мою дочь, любимая"

Глава 4

Встав с кровати, я иду в сторону ванной. Еле переставляю ноги, потому что силы ко мне еще не вернулись. Чувствую себя выжатой как лимон. Почти постоянно сплю благодаря врачам и их лекарствам. И каждый раз, когда просыпаюсь, вижу перед собой Яниса.

Он кормит меня, точнее, заставляет есть, хотя каждый раз я упорно отказываюсь. Однако врач говорит, что не выпишет меня из больницы, пока не начну восстанавливаться. Приходится идти на поводу – оставаться здесь больше не хочется.

Давно не дышала чистым воздухом. Хочется подойти к окну и открыть его, вдохнуть полной грудью. Мо́ю руки и, подняв глаза, всматриваюсь в свое отражение в зеркале. Белая как полотно, под глазами темные круги, губы тоже белые. Усмехаюсь, глядя на себя.

До чего же ты докатилась, Айлин. Не смогла своего малыша сберечь.

Ведь буквально пару недель назад думала, что наконец моя мечта сбудется и я стану матерью. Но судьба решила в очередной раз нанести удар и отнять то, чего я добилась с таким трудом.

Вытерев влажное от слез лицо, выхожу и все-таки иду к окну, собираюсь открыть, но мою руку накрывает большая и теплая ладонь Яниса, который неожиданно оказывается за спиной и, наклонившись, вдыхает аромат моих волос.

Приятно. Он соскучился. Но едва вспоминаю слова свекрови, отшатываюсь и хмурюсь, бросая на мужа злобный взгляд.

На мои вопросы про блондинку, о которой говорила Надежда Мирославовна, он так и не ответил. Сказал, что кроме меня никого в его жизни нет и быть не может. А мать врет, чтобы нас разлучить.

Никаких доказательств предательства Яниса у меня нет. Наезжать и бросаться обвинениями смысла не было, однако червь сомнения все-таки поселился во мне. Начал грызть, жрать меня изнутри.

– Я домой хочу, – говорю вместо приветствия.

Янис хмурится и опять поджимает полные губы, явно недовольный моей реакцией на него.

– Ты вчера попросила, чтобы я тебя увез… – напоминает он. – Я поговорил с врачом, согласились выписать тебя завтра.

Завтра… Выдохнув, прикрываю глаза и киваю. Две недели как-то смогла потерпеть, еще один день потерплю. Другого выхода у меня в любом случае нет.

– Спасибо, – отзываюсь тихо.

Хочу пройти мимо, но Ян, положив руки мне на плечи, останавливает. Наклоняется и смотрит в глаза с такой болью, что сердце сжимается.

– Я соскучился, Лина, – говорит он с хрипотцой в голосе, а потом впивается в мои губы.

Целует медленно, терпеливо. Не получив от меня ответа, отпускает. Разочарованно выдыхает:

– Люблю тебя. Только тебя. Пожалуйста, любимая, не сомневайся во мне, в моих словах. В моих чувствах!

– Прости, – шепчу виновато, – но… я не думаю, что твоя мать стала бы врать, бросаться такими словами просто так. Это… сильные, страшные обвинения! Янис, я хочу, чтобы ты был откровенен со мной, как это было всегда. Пожалуйста… Если даже предал…

Замолкаю. Мысли о возможной измене Яниса меня уничтожают.

Он устало трет лицо. Я вижу: выглядит неважно. Вымотался. Наверное, много работает, а из-за меня торчит тут почти целыми сутками. Я же каждый раз вижу его рядом, когда прихожу в себя.

И после всего этого сомневаюсь в его любви? В его искренности? В его чувствах ко мне?

Да! Сомневаюсь, черт побери, и это меня просто убивает. Смотрю в любимые глаза, на лицо, губы и не могу позволить себе сделать ответный шаг вперед. Обнять его, поцеловать – не могу, хоть и очень хочу!

– Моя мать сама не знает, какую ересь несет. Зря я вообще жил с родителями столько времени. Изначально надо было забрать тебя и поехать в другое место. В наш с тобой дом, а не торчать там, где нам не рады. Поздно, конечно, я очухался.

– Не рады были только мне, Янис, если ты не забыл, – отбиваюсь.

– Если мать решила разрушить семью родного сына, значит, и мне были не рады, Айлин, – проговаривает сквозь зубы.

Темные глаза снова сверкают, а на скулах ходят желваки. Взгляд невольно опускается на венку на шее мужа, которая так часто бьется. Сглатываю, подняв голову, и смотрю в упор.

– Поэтому мы переедем, – заканчивает он.

Я даже не знаю, что сказать. В голове образовывается каша. Интуиция подсказывает, что свекровь не врала, но глупое влюбленное сердце не хочет принимать факт предательства любимого мужа.

Смотрю ему в глаза и задаю немой вопрос: «Ты же меня любишь, Ян? Ты же не спал с другой женщиной?»

Янис, будто почувствовав и поняв, что означает мой взгляд, лишь горько усмехается. Зарывается пальцами в мои волосы и притягивает к себе, обнимает так крепко, что вот-вот кости поломает. А я вдыхаю исходящий от него запах. Такой любимый… Приятный. Родной!

– Для начала мы поедем к твоим родителям, Янис. Я хочу поговорить с Надеждой Мирославовной. Задать ей пару вопросов. А потом… – Сглатываю, чувствуя горечь во рту. – Я подумаю, стоит ли нам жить вместе… в другом доме.

– Ты все-таки во мне сомневаешься. – Его голос пропитан болью. – Айлин, вспомни, как мы познакомились. Я всю жизнь только тебя любил. До тебя знать не знал, что такое любовь, о которой все вокруг болтают и страдают от нее. А я был счастлив! Был счастлив с тобой. Да я и сейчас счастлив… Как подумаю, что врачи могли бы не спасти тебя, так сердце разрывается в клочья. Лин, я подыхал каждую секунду, пока ждал за дверью… Когда тебе делали операцию. Клянусь, не смог бы жить, если бы с тобой что-то случилось…

Он говорит тихо, хрипло. Говорит так, что мурашки рассыпаются по коже. Я чувствую, что эта речь – не какая-нибудь выдумка или игра, чтобы меня убедить. Я не могу не верить ему.

Прижимаюсь щекой к груди мужа и обнимаю торс, ощущая, как Ян расслабляется. Как часто и громко бьется его сердце.

– А я не переживу, если узнаю, что в твоей жизни была другая, Ян. Это будет хуже смерти. Ты понимаешь?

Он молчит. Шумно сглатывает, обнимает меня крепче, но молчит.

– Ты моя первая и единственная любовь. Как и я твоя. Лучше подохнуть, чем лишиться тебя. И если вдруг ты исчезнешь, Айлин, знай, что я не смогу нормально жить. Слышишь меня?

– Янис… – Я не знаю, что сказать. Как дать понять, что я тоже без него не смогу, но простить предательство… невозможно! Даже несмотря на безумную любовь. – У нас не будет детей в ближайшее время. Ты же так хочешь стать отцом…

– Еще не поздно, – обрывает уверенно.

– Это сколько ждать надо… И не факт, что у меня получится забеременеть. Может… – Ком в горле застревает, не дает ни дышать, ни сглотнуть. Больно произносить эти слова, но… – Может, действительно твоя мама права? Лучше жениться на той, которая родит тебе ребенка. И…

– Больше никогда не повторяй такое, – перебивает жестко. – Этому не бывать. Я ни с кем не стану связывать свою жизнь, кроме тебя. Либо будешь ты, либо никого. Точка.

Глава 5

Янис появляется, когда я, стоя у окна и глядя вдаль, расчесываю волосы. Забрав расческу, сам начинает баловаться, играть с прядями. Он всегда был любящим и заботливым мужем. Никогда не давал в обиду, следил, чтобы другие не позволяли себе лишнего.

Так и было до недавних пор. На меня лишь смотрели с таким презрением, что сразу было понятно, как неприятна моя персона. Свекровь и старшая сестра Яниса почему-то изначально считали, что я недостойна такого мужчины, как Ян. Ведь я никто. Сирота. Ребенок, которого воспитывала тетя мамы.

Да, было неприятно, но со временем я перестала обращать на них внимание. Ведь Янис всегда рядом. Как дома, так и на работе. Именно благодаря его поддержке я стала бухгалтером, а потом начала работать у него в офисе. О таком мужчине мечтает каждая женщина – любящий, заботливый, умный, успешный. И такой красивый. Мужчина, который всегда прикроет спину и защитит. Поэтому я никогда не сомневалась ни в нем, ни в его чувствах. А свекровь воткнула в мое сердце такой гвоздь, что я все-таки перестала доверять мужу.

И вот вчера и сегодня он не отходил от меня. Ведь обещал, что заберет отсюда. Днем со мной, а ночью – перед компьютером, прямо в палате… Все работал и работал.

И опять уставший, снова выглядит неважно.

В ответ на мои слова, что ему нужно поспать, Ян лишь насмешливо качает головой.

Прикрыв глаза, наслаждаюсь тем, как он аккуратно расчесывает мои длинные волосы, а потом, кажется, заплетает их. Это он тоже умеет – ему нравится, когда они выглядят красиво. За своими волосами муж тоже ухаживает.

Невольно вспоминаю тот день, когда мы познакомились. Лил дождь, я выбежала из университета – спешила на работу. Сама не поняла, как поскользнулась и упала посреди дороги. А потом услышала визг шин и, закрыв лицо ладонями, закричала. Тогда появилось ощущение, что все вокруг меня замерло. Никакого шума, никаких звуков. Абсолютная тишина. До тех пор, пока не почувствовала, как меня встряхивают за плечи.

Это, конечно, был Янис. Влажная челка прилипла ко лбу, глаза красные-красные. Тогда испугались мы оба. Я попыталась встать, но Янис вместо этого убрал мои промокшие волосы с лица и оглядел. Так внимательно… А потом внезапно обнял, да так крепко, что дышать стало нечем.

Он подхватил меня на руки, как пушинку, и отнес к своей машине. Включил обогреватель, заметив, как я дрожу. Это было не от холода, я просто очень сильно испугалась. Янис накинул мне на плечи свой пиджак, от которого так пахло, что голова шла кругом.

Он ничего мне не сказал… Никакого упрека, никаких обвинений. Лишь аккуратно вел автомобиль, а я понятия не имела, куда он меня везет, и не решалась спросить.

Остановившись неподалеку от торгового центра, он попросил выйти из машины. Я хлопала глазами и смотрела на этого безумно красивого мужчину, не понимая, чего он хочет и куда мы приехали.

– Переодеться не хочешь? Ты вся мокрая.

Я впала в ступор окончательно.

– Мне на работу надо. Я опоздаю.

– Я тебя отвезу. Но для начала нужно переодеться и высушить волосы.

Кивнув, вышла из машины, но передвигалась слишком медленно. Взяв под локоть, Ян потянул меня в нужную сторону. Второй этаж, отдел женской одежды. Он указал девушке-консультанту, что надо принести и какого размера. Выбрал все сам, даже белье. Было настолько стыдно, что я не могла поднять на него взгляд.

Переодев меня в новую одежду, повел на четвертый этаж. Там размещались салоны красоты. Мне высушили волосы, сделали укладку. Только после этого он посмотрел на меня одобрительно и кивнул.

– Теперь можешь идти на работу. Куда отвезти?

– Я сама… Извините, и без того ваше время отняла, – пробормотала я, все так же глядя себе под ноги.

Он не прокомментировал мои слова. В этот раз взял не за локоть, а за руку и уверенно повел к лифтам, а потом – на выход. Дождь уже прекратился. И гром перестал греметь. Но все еще было прохладно.

– Садись, – пригласил он, открыв переднюю пассажирскую дверь.

Я наконец осмелилась поднять голову и взглянуть в черные как смоль глаза. И сразу попала в плен.

Янис тоже с интересом разглядывал меня.

– Где ты работаешь?

– В библиотеке, – ответила, тяжело сглотнув, и назвала адрес.

И опять звенящая тишина в салоне автомобиля. Было страшно повернуть голову и посмотреть на него снова, а еще… стыдно. Я смущалась! Никогда раньше не видела такого красивого мужчину, не разговаривала с такими. Всегда избегала мужского внимания. Сейчас я хотела получше разглядеть его, но так и не решалась. Покраснела, наверное, до ушей. Ведь рядом человек, от одного взгляда и запаха которого кружилась голова.

– Спасибо, – поблагодарила я и потянулась к ручке двери.

– Тебя как зовут?

Он дернул меня на себя, взяв за руку. Не позволил выйти.

– Ай… Айлин.

– Ян. Точнее, Янис, – улыбнулся, демонстрируя ряд белоснежных зубов и ямочки на щеках. – Звони, если что-то понадобится, Айлин. Договорились?

Опустила взгляд на визитную карточку, которую Янис мне протянул. Забрав, открыла дверь и вышла из машины.

– Спасибо за все, – поблагодарила его снова, уверенная, что звонить не стану.

Спустя три дня, выходя из библиотеки, увидела знакомую фигуру. На секунду даже показалось, что у меня галлюцинации. Ведь я так мечтала вновь увидеть его, а тут оказалось, бог услышал мои молитвы.

Так и завязалось наше знакомство. Янис сам стал инициатором. Сам узнал мой номер. Сначала писал сообщения, потом начал звонить. Я и не поняла, когда мы успели сблизиться настолько, что уснуть, не услышав его голос, я просто не могла.

– Готово, – слышу над ухом.

Поворачиваюсь и заглядываю в глаза мужа. Улыбаюсь, уверенная, что он мне не изменял. И не изменит. Не предаст. Сколько лет мы знакомы? Шесть уж точно. И за это время ни разу не было такого, чтобы он меня задел, обидел словами или действиями. Из-за слов свекрови… Из-за слов женщины, которая мечтает нас разлучить, будет глупо отталкивать безумно любимого человека.

– Как же мне нравится, когда ты такая счастливая, – шепчет Янис мне в губы, заключив лицо в ладони. – Какая же ты у меня красивая, Айлин.

Сколько раз он повторял мне эти слова? Сколько раз говорил, что безумно любит меня? Сколько раз было, когда я болела, и он ни на шаг не отходил? О работе не думал! Только обо мне. Сколько лет мы вместе… Янис ни разу не дал повода сомневаться в нем. А сейчас…

– Ты у меня тоже ничего, – вырывается с нервным смешком. – Я домой хочу, Ян. А потом и на работу выйти. Я так долго тут пролежала, – развожу руками.

– А я по тебе такой соскучился. Улыбчивой, мечтательной. Поехали, родная.

Садясь в машину, Ян заводит двигатель, но не спешит трогаться с места. Повернув ко мне голову, внимательно смотрит. И опять этот взгляд, который пропитан болью, грустью и огорчением.

– Что такое?

– Что? – уточняет невесело.

– Смотришь странно.

– До сих пор вспоминаю ту ночь, Лин. Никогда так не переживал. Никогда так сильно не хотелось крушить все вокруг, как в тот день. Головой о стену бился, хоть и понимал, что этим никак тебе не помогу. Никогда не оставляй меня, слышишь?

Положив руку на мой затылок, притягивает к себе и крепко обнимает. Это уже в который раз с тех пор, как я очнулась. Он каждый раз сжимает меня и целует то в шею, то в лицо, то в макушку. То медленно, то с таким нетерпением и желанием, что весь воздух выходит из легких.

– Я никому не говорил, что тебя сегодня выписывают, – говорит муж, нежно коснувшись моей нижней губы. – Соберем все необходимое и уйдем. Хорошо? Я мог бы справиться и сам, но ты…

– Нет, Ян, я хочу посмотреть в глаза Надежды Мирославовны.

– Изначально надо было так сделать, – цедит, выруливая на трассу. – Переехать. Я опоздал. Не думал, что мать будет так откровенно ломать мне жизнь.

Не комментирую слова мужа.

Едем мы молча. Заходим в дом. Прислуга радуется, заметив нас. Родители Яна, кажется, не на работе, поскольку я слышу их голоса из кабинета свекра.

– Алия, соберите все вещи Айлин, которые ей необходимы. У вас час, – говорит муж, глядя на то, как в комнату заходят его родители.

Ибрагим Юрьевич направляется к нам, а свекровь прожигает во мне дыру своим раздражающим взглядом. Никакого приветствия, никакой радости

– Наконец-то! – Свекор приближается, целует меня в лоб. – Почему не сообщил, сын?

– Не вижу необходимости, – отвечает Ян холодно.

Свекор хмурится, глядя на сына.

– Поговорить надо, – чеканит жестко.

– Но для начала я хочу услышать ответ, – подключаюсь, глядя на Надежду Мирославовну. – О какой другой женщине вы говорили в тот день?

Она отводит взгляд, а потом рявкает, глядя на сына:

– Я соврала! Хотела, чтобы ты знала свое место и…

– Замолчи, достаточно! – кричит Янис. – Хватит, я сказал. Как раз ты знай свое место и никогда – слышишь?! – никогда не лезь к нам!

Я обнимаю себя руками. Никогда не видела мужа таким злым. Не слышала, чтобы он так поднимал голос. Тем более на родителей.

Взяв под локоть, Янис тянет меня к лестнице. Мы молча поднимаемся, а следом за нами и прислуга.

– Ровно час. Я справлюсь, Янис Ибрагимович, – бормочет Алия.

– Не сомневаюсь, – отвечает он, а потом обращается ко мне: – Лин, все необходимое бери. Поговорю с папой, и уедем.

– Хорошо.

Янис уходит, а я сажусь на край кровати и наблюдаю за тем, как Алия складывает мои вещи в чемодан, а потом переходит к одежде Яна. Минут через сорок я забираюсь на диван с ногами и жду, когда появится муж. Нет ни капли желания оставаться тут. Прав Янис: давно надо было съехать. А мы все терпели и терпели, считая, что не нужно ссориться с родителями. Но свекровь перешла все границы.

Дверь резко распахивается. Надежда Мирославовна заходит в спальню и, стоя на пороге, снова прожигает во мне дыру своим убивающим взглядом.

– Не стыдно?

– Мне? За что мне должно быть стыдно? Это вас совесть мучить должна. Из-за вас я потеряла своего малыша.

Слышу, как приглушенно ахает прислуга, но сразу же выходит из комнаты, при этом бросив на меня сочувствующий взгляд. А я встаю и в упор смотрю на свекровь, которая ненавидит меня. И понятия не имею, чем заслужила эту ненависть.

– А что ты думала? Что без наказания останешься? Я из-за тебя лишилась сына – и вот, ты получила ответку.

Дверь распахивается, и на пороге появляется Янис. Судя по его лицу, он все слышал. Свекровь вскрикивает, когда Ян резко тянет ее назад, крепко сжав руку чуть выше локтя.

– Тебе недостаточно того, что ты сделала?! – кричит куда громче, чем некоторое время назад в гостиной. – Ты больше ни меня, ни Айлин не увидишь! Больше никогда не приблизишься к нам! Ты поняла меня?! Держись как можно дальше, иначе я за себя не ручаюсь. Клянусь! Клянусь, не посмотрю, что ты моя… тьфу! Даже вслух произносить не могу! Тошнит!

Глава 6

Янис буквально ввергает меня в шок своими словами и действиями. Забрав один из чемоданов и сжав мою ладонь, тянет к выходу. Мы молча спускаемся по лестнице. Честно говоря, сама не понимаю, как поспеваю за его широкими шагами.

Муж открывает дверь автомобиля, помогает сесть, а потом, положив вещи в багажник, возвращается в дом. Но долго там не задерживается – через несколько минут он отправляет другие чемоданы туда же. Расположившись за рулем, жмет на газ и выезжает.

Весь путь он молчит, хмуро глядя перед собой, не заговаривает со мной, но и мою ладонь не выпускает. Сжимает ее так, что та становится влажной.

Посмотрев на мужа в очередной раз, ловлю себя на мысли, что сомнения исчезли. Я верю ему безгранично и даже думать не хочу, что он мог бы мне изменить. Нет, у Яниса нет другой женщины. Иначе зачем ему так нянчиться со мной, ссориться с родителями? Быть со мной, несмотря на то, что он безумно любит и хочет детей, которых я в ближайшее два-три года точно не рожу? Мне надо восстановиться, а потом снова пройти курс лечения, чтобы попытаться забеременеть.

– Куда мы едем?

– В наш дом, – улыбается любимый, повернув голову, но я отчетливо вижу, что эта улыбка натянутая. Янис не в настроении, нарочно ведет себя так, чтобы меня не расстроить. – Буквально на днях я купил квартиру. Должны были привести в порядок и поставить новую мебель. Арман все еще там.

– Даже любопытно стало.

Теперь я пытаюсь улыбнуться, но получается так себе. Никогда не хотела, чтобы отношения Яна с родителями испортились из-за меня. А тут такое…

– Мне Анита утром звонила. Не хочешь с ней поговорить? Она несколько раз приезжала в больницу, но к тебе кроме меня никого не пускали. Даже мне не разрешали, но в итоге сдались после многочисленных угроз, – усмехается горько. – Я бы здание им на голову обрушил, если бы…

– Ян, перестань. – Кладу руку поверх его, глажу. – Все осталось позади. Я привыкла к потере малыша… Даже не знаю, что я сейчас ощущаю. Просто пустота. Это уже в который раз, Янис.

– У нас все будет хорошо, – заверяет он, кивая на телефон, стоящий на подставке. – Или с моего набери Аниту, или свой достань. Он в бардачке.

Тянусь именно за своим, потому что хочу узнать, кто хотел выйти со мной на связь. Я совсем забыла о нем. С того дня, как попала в больницу, я никого кроме Яниса не видела и всего один раз поговорила с сестрой. Скрыла от нее то, как потеряла ребенка. Не совсем удивительная новость, учитывая, что такое происходит не впервые. Ну и про то, что лежу в больнице, я промолчала – нечего человека дергать. Она в другой стране – работает, добивается высот. Пусть продолжает в том же духе. В любом случае ее приезд ничего не изменит.

Айдан звонила несколько раз, а вот Анита даже сообщения писала. Видимо, до тех пор, пока от Яна не узнала, где я нахожусь.

Набрав номер, подношу телефон к уху. Подруга отвечает сразу, будто весь день ждала от меня звонка.

– Айлин, – стонет она в трубку. – Как ты, моя хорошая?

– Нормально, дорогая, – улыбаюсь. От ее реакции по телу разливается тепло. – Меня наконец выписали. Едем домой.

– Я… могу приехать? Пожалуйста. Очень хочу тебя увидеть.

Кошусь на Яниса.

– Анита приехать хочет. Скажешь адрес?

– Скину ей, – кивает муж.

– Класс! – Подруга радуется, как ребенок. – Не буду терять времени. Я собираюсь и прямиком к вам! Целую!

Автомобиль Яниса останавливается во дворе элитного жилого комплекса. Напротив здания есть и детская площадка, где сейчас играют детишки. Надеюсь, окна нашей квартиры выходят именно сюда, и я смогу любоваться этой картиной каждый день.

Заходим в лифт и поднимаемся на девятый этаж из тридцати. Муж не выпускает мою руку до тех пор, пока не приходится открыть дверь. Чуть подталкивает меня в спину, чтобы я зашла. Едва шагаю внутрь, как чувствую запах новой мебели и… краски. Стены в светлых тонах, высокий потолок.

Я уже в восторге.

– Добро пожаловать, – приветствует нас Арман. – Я заждался вас. Все готово.

– Вещи принесешь? Они в машине.

– Конечно, – отвечает, глядя на меня. – Рад тебя видеть, Айлин.

– Спасибо.

Я опускаю глаза, потому что не хочу видеть этот взгляд, полный сочувствия и жалости.

Он подходит и по-братски обнимает меня, целует в макушку, а после покидает квартиру.

Арман – лучший друг Яниса. Они дружат минимум пятнадцать лет. Арман всегда называл меня сестрой и говорил, что я ему так же дорога, как его родная. И своим поведением он сейчас доказал, что никогда не врал, говоря эти слова.

На глазах моментально наворачиваются слезы от такой заботы. Как Янис, так и Арман – оба важны для меня. Первый – любимый мужчина, без которого я не представляю свою жизнь, а второй… мужчина, который не отличает меня от родной сестры.

Мы проходим вглубь квартиры. Три просторные комнаты, большая гостиная и кухня чуть меньше той, что была в родительском доме Яниса. Мебель действительно новая. Как успели за такой короткий срок все сделать? Уму непостижимо.

– Это наша спальня. Все в твоих любимых цветах, – слышу над ухом, зайдя в помещение.

Да, кремовые тона, светлые шторы, такого же цвета покрывало. А мебель бежевая. Все выбрано со вкусом.

– Мне очень нравится.

Лоджия такая же просторная. Посреди стоит круглый стол и два кресла. Сиди, пей кофе и наблюдай за детьми.

Янис садится на диван в гостиной и упирается локтями в колени, обхватывает голову руками. Я не понимаю, что с ним происходит. Подхожу, опускаюсь рядом и кладу ладонь на его плечо.

– Ян…

– Я как собака жалею, Айлин, – тихо говорит он. Подняв голову, смотрит на меня в упор. В глазах опять знакомая боль и сожаление. Раскаяние! – Отец все твердил, что мое место рядом с ним, а я тупо верил, что когда-то отношение матери к нам изменится. В итоге лишился сына.

– Ты же сам сказал, что…

– Лина, я уверен, что у нас будут дети! Хоть убей, но моя уверенность никуда не денется! – перебивает резко. Встает с места, внимательно глядя на меня. – Знаешь, как хреново было? Я боялся спросить у врача о твоем состоянии. Было страшно, что мне скажут одно-единственное предложение, которое просто убило бы меня! Я боялся услышать: «Мы сделали все что могли, но…», потому что я жизнь свою без тебя не представляю!

Янис зарывается пятерней в волосы, тянет их у корней, глухо рыча. А потом отворачивается и бьет кулаком в стену.

– Янис… Я тут, со мной все в порядке!

– А могло быть иначе. – В его глазах появляется уже знакомый мне блеск.

Дверной звонок раздается совсем не вовремя. Ян идет в прихожую, открывает дверь. Арман оставляет чемоданы, что-то тихо говорит. Я же иду на кухню. Надо сварить кофе или приготовить что-нибудь. Невольно открываю холодильник, который, оказывается, забит продуктами.

– Я заказал еду, – слышу голос Армана. – Сейчас привезут. Нам надо решить один вопрос, потом я оставлю вас наедине, не волнуйся, – произносит с насмешкой. – Ян, твой отец рвет и мечет, просит, чтобы ты вышел на связь.

– Не выйду, – жестко отвечает муж. – Ни с ним, ни с кем-либо другим. Моя семья – Айлин. Больше никого кроме нее отныне у меня нет.