Текст книги "Невинная жена для мажора"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nevinnaya-zhena-dlya-mazhora-270466.jpg)
Автор книги: Лена Лорен
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 3. Серёжа
Всё свободное время я провёл за расследованием. Мне требовалось как можно скорее установить не только личность этой незнакомки, но и узнать о ней как можно больше информации. Всё, что может поспособствовать мне и помочь приблизиться к заветной цели.
Два дня пробежали для меня как два часа, но я доволен предварительным результатом.
Зная её полное имя и дату рождения, мне удалось нарыть на неё кое-какую информацию в социальных сетях. Немного, но это уже что-то.
К слову, все её профили были закрыты, поэтому мне пришлось немного попотеть. Я создал фейковую страницу и напросился к ней в друзья. Дурёха сразу же подтвердила меня и открыла доступ к своим фотографиям.
Оттуда я узнал, что помимо азарта нас связывает ещё одна немаловажная особенность.
Лёд.
Малышка на профессиональном уровне занималась фигурным катанием. Даже брала призовые места в первенствах, но это было чуть больше года назад.
Сейчас фотографии стали более, чем однотипными.
Нет, это не селфи с губами "пю".
Она уже давненько не выкладывала фотографии с собой и с тем парнем, что так частил в её ленте ещё два года назад.
Вся её "стена" сейчас завалена снимками с хоккейных матчей нашей местной команды. На некоторых из них я даже себя узнавал.
А говорила, что я не в её вкусе. Врушка.
Что касается самого спора, то к ним я уже привык настолько, что для меня это стало чем-то вроде похода в супермаркет. Но подобного у меня ещё никогда не было. Этот "отдел" мною ещё не изведан.
Раньше спор ограничивался лишь постелью, а теперь ставки гораздо возросли.
Но меня это абсолютно не пугает. Это как спорт, не важно как добыть победу, главное не пасовать перед трудностями, а результат сам придёт.
Сегодня белый цвет для меня стал раздражителем. Войдя с утра в ледовый дворец, я как параноик реагировал на всё белое. Часами искал её глазами, а потом плюнул на всё.
Подумал, что девчонка просто струсила.
Выкинув её из головы, я отдаю всего себя тренировке, а затем и командной раскатке перед самим матчем.
Всё как обычно, только странное чувство не покидает меня. Словно кто-то наблюдает за мной.
Ещё бы. Сегодня собрался полный стадион, уже на раскатке понятно, что билеты все проданы.
Точно. Она среди болельщиков. Судя по тому, что все её снимки в основном делались со второго сектора, я останавливаюсь у борта и обвожу взглядом весь сектор.
Белое, белое, белое. Не так-то просто. Столько народу, что все превратились для меня в серую массу.
Раздаётся сигнал об окончании раскатки. Надо валить в раздевалку. Через двадцать минут уже матч начнётся. Во время сменок ещё раз и попытаю удачу.
– Серый, повнимательней будь, – обращается ко мне Рогозин, помощник главного тренера. – Ты сегодня прям как сам не свой.
– Всё нормас, – отвечаю через губу, прокатываясь вдоль борта.
В числе последних выхожу со льда. Не успеваю, пропускаю ледозаливочную машину. Вслед за ней на ледовую площадку в белых фигурных коньках выезжают местные "Снежинки" – четверо девчонок, что обычно чистят лёд и собирают шайбы после раскатки. В белых юбочках экстремально короткой длины и маечках… или как там они ещё называются.
В общем не столь важно, поскольку важно сейчас лишь то, что среди девиц я узнаю ту самую…
В лёд лезвиями врастаю сразу же, тело камнем становится. Челюсть чуть ли не до льда свисает, поскольку она выезжает прямо на меня. Везёт за собой пластиковую корзину для шайб, взглядом со мной пересекается и губы растягивает в злорадной ухмылке, а на губах – красная помада, что так сильно бросается в глаза. Теперь я вижу только её рот.
Я бы с этим ртом…
Так, стоп!
Сглатываю вязкую слюну. Больной разум возвращаю из похотливых мыслей, пока они не расплодились так, что вместо того, чтобы настраивать себя на матч, я буду думать только о том, какие эти губы на вкус.
Руку свою вскидываю и успеваю поймать её, пока она не ускользнула от меня.
– Ты какого тут делаешь? – притягиваю тельце к себе за локоть.
– Ну, здрасте приехали! – закатывает глаза. – Я вообще-то уже полгода здесь работаю. Целых полгода я чищу лёд, по которому ты ездишь! С добрым утром, Уваров!
Ну, конечно. Я ж не засматриваюсь на тёлок во время матчей. Считаю, что это вообще неразумно выпускать на лёд полуголых девиц, когда тут я… Вечно голодный.
Тогда почему я не видел её в стенах дворца?
Ах да, что это я?
После одного весёлого случая меня же грозились выпереть из команды, если хотя бы ещё раз узнают, что я занимаюсь непристойностями в стенах ледового дворца. Снежинки стали для меня табу.
Как бы я ни любил это, карьера всё же дороже.
Выходит, с Аделаидой теперь проблемка нарисовалась?
Но я же с серьёзными намерениями, хоть и не долгосрочными, так что не вижу здесь никаких проблем.
– После матча жду тебя у выхода на ВИПку, – говорю ей, всё тщательно обдумав.
– Прям так и будешь ждать? У выхода на ВИПку? – смеётся, похоже, знает о моём "весёлом" случае.
– Есть какие-то сомнения?
– Уваров! – внезапно раздаётся грохочущий голос Рогозина. Он с грозным видом сначала вперяется в меня взглядом, готовым уничтожить. Упс. Я сразу же выпускаю руку девушки, а затем помощник главного тренера кивает ей в сторону остальных девчонок. – Адель, не время прохлаждаться!
– Извини, мне нужно работать, – произносит тихо, как-то изменившись в лице.
Глава 4. Серёжа
Матч я провёл на уровне бездарности. Не смог до конца переключиться. В голове всё вертелось: «Адель».
В общем, нахватал пару ненужных удалений, в итоге почти весь третий период просидел в штрафном боксе. Тем не менее это не помешало команде победить в серии послематчевых бросков. Выстрадали, что называется, иначе наматывал бы я километры на велотренажёре до самого утра в качестве расплаты за проигрыш. Плавали – знаем.
Приняв душ, собираю свои манатки и со свистом уматываю из раздевалки в числе самых первых.
Направляюсь по уже пустующему длинному коридору, сворачиваю к главному вестибюлю, а оттуда иду прямиком к выходу на ВИП-парковку.
Там она стоит, облокотившись на рекламный стенд. В телефоне зависла, экрану миленько улыбается. Лучше б мне так улыбалась.
Честно, я не надеялся, что она будет ждать меня. Бесстрашная девчонка.
– Я люблю азиатскую кухню, – произносит она, даже не глянув в мою сторону.
– Ты меня приглашаешь? – хмыкаю.
Она отвлекается от телефона и удостаивает меня взглядом, излучающий лукавство.
– Спустись с небес на землю. Это вообще-то ты меня приглашаешь!
Равняюсь с ней, почувствовав аромат персика, исходящий от неё. Никогда не любил персики, но теперь даже хочется попробовать. Мякоть их вкусить, чтоб сок по подбородку скатывался…
Снова неосознанно настраиваюсь на похотливую волну, поэтому приходится буквально заставлять себя переключиться на волну прилежного "мальчика-одуванчика".
– Ну, тогда поехали? – открываю ей дверь, пропускаю наружу.
Она телефон в карман куртки прячет, прошмыгнув на улицу. Иду вслед за ней, как и в прошлый раз, и вижу изменения, на которые просто невозможно не обращать внимания. Снова волна накатывает, поскольку бёдра Аделаиды энергично выписывают знак бесконечности, и моя голова в такт за соблазнительными движениями вращается слева направо, и в штанах, кажется, задымилось. Может же быть сексуальной штучкой, когда хочет.
Или это просто я не разглядел в ней сексуального потенциала из-за стресса на фоне фальшивой женитьбы?
– Уваров, глаза сломаешь, – говорит она с улыбкой, смотрит на меня из-за плеча.
Трясу головой, чтобы вернуться в этот мир. Вдыхаю морозный воздух, чтобы освежить мозги. И незаметно поправляю проснувшегося дружка через джинсы.
– Не понимаю, о чём ты, – отвечаю, прочистив высохшую глотку.
Скидываю баул в багажник, запрыгиваю в салон, она уже внутри. Пристёгивается, а на лице ни единого намёка на то, что ей неприятна моя компания.
Девушки, их же хрен поймёшь. Свой мозг сломаешь, а до их так и не доберёшься. Там сто замков, а за ними – титановая броня.
– Аделаида, – после затяжной паузы протягиваю я, пробуя имя на "вкус". Сам даже не осознал, как произнёс его вслух, а девушка уже мычит, откликается на мой голос. – Можно я буду называть тебя ласково Деля? Деличка?
Она нос воротит сразу же. Головой мотает.
– Не-а, тебе нельзя. Называй полным именем. С твоего рта любое имя звучит неласково совсем.
Стерва редкостная.
– Значит, буду называть тебя девочка-война!
Губки свои накрашенные поджимает в тонкую линию, кулачки сжимаются, а в следующую секунду снова улыбка на лице рисуется. Такая только у неё и у самого дьявола.
Похоже, она в совершенстве владеет техникой бесконтактного "леща". Клянусь, я почувствовал на щеке жжение. Она мысленно дала мне пощёчину. Даже звон в ушах теперь стоит. Может, она и бесконтактным сексом заниматься горазда? Я это проверю как-нибудь.
Ехать долго не приходится. Через десять минут мы уже сидим за столиком "Том Ям Бара" в ожидании заказа.
Подперев ладонью щёку, Аделаида со скучающим видом набирает сообщение в телефоне. Сигнал отправки её сообщения практически совпадает с сигналом входящего сообщения на мой телефон, лежавшем на столе.
– Опачки! Что там у тебя? – вытягивает она шею, чтобы заглянуть на экран моего телефона. Накрываю его ладонью, а она сощуривается. – Значит, это ты?
– Ты о чём вообще?
– Это ты тот самый Сергей Бесподобный? А получше ничего не мог придумать? Хоть бы имя сменил, конспиратор из тебя так себе, знаешь ли! Думаешь, я сразу не догадалась?
Тряхануло всего оттого, как она быстро вычислила меня.
Смотрю на экран, а там сообщение от неё: Как дела? Не хочешь спасти меня с самого скучного свидания за всю историю свиданий?
Вот умеет же всё испоганить.
Удаляю оповещение с экрана, чтобы глаза не мозолило. Мне не стыдно, нисколько. Лишь немного злость берёт на самого себя из-за того, что позволяю ей так вести себя с собой.
– Во-первых, это ещё никакое не свидание. Во-вторых, оно не было бы скучным, если ты хотя бы на секунду убрала свой телефон, – с силой вырываю из её рук смартфон и под громкое "какого чёрта?" кладу его на свой край стола. – Ну, а в-третьих, я ненавижу, когда девушки выражаются, и терпеть не могу азиатскую кухню!
Повисает молчание. Аделаида то ли оскорблена, то ли молча вынашивает план мести за кражу её драгоценного гаджета. По её милой мордашке с точностью не поймёшь.
– А зачем ты тогда выбрал это место? Зачем привёз меня сюда?
– Потому что ты захотела этого. Я прислушался к твоим желаниям, а теперь, будь добра, и ты прислушайся к моим. Посидишь без телефона какое-то время. Ничего с тобой не случится.
Снова наблюдаю в карамельных глазах протест, но тем не менее она откидывается на спинку и удовлетворённо выдыхает:
– Ладно, – она умолкает, когда к нашему столику подходит официантка для того, чтобы отдать заказ. Пожелав, нам приятного аппетита, она удаляется, виляя задом, что не остаётся без моего внимания. Адель с грохотом кладёт свои руки, сцепленные в замок, на стол, вернув мой взгляд с чужого зада в уже знакомые глаза. – Мы так и не обговорили условия нашего спора. Что будет, когда я выиграю его?
– Если…, – поправляю её, отправив в рот ложку супа с морскими гадами. Фу, какая гадость, – если ты выиграешь его.
– "Когда" мне нравится больше, – игриво проговаривает она с набитым ртом.
– Сначала я хочу узнать, что будет, когда я выиграю?
– Если, – тут же она поправляет меня.
– "Когда" мне нравится больше, – в её манере отвечаю, чем заслуживаю милую улыбку. – Хорошо, я ставлю на кон свою тачку, а ты что можешь мне предложить?
– Ну, ты прекрасно знаешь, что тачки у меня никакой нет. Я бедный студент, откуда у меня роскошь?
Я грудью наваливаюсь на край стола, пальцем её подзываю, чтобы наклонилась ко мне. Она подчиняется, отложив приборы в сторону. Всегда бы так.
– Подумай хорошенько. Что у тебя есть такого, что может меня заинтересовать?
Кожа её лица и шеи вспыхивает то ли от до невозможности острого супа, то ли от моего вопроса, а без того чёрные глаза становятся догорающими углями.
– Даже если это у меня имеется, оно тебе явно не по зубам, – дерзнув, она снова принимается за еду.
Всё, она у меня на крючке. Рыбка, считай, поймана.
– Я хочу, чтобы ты поставила себя. Всю. Целиком. В случае твоего проигрыша ты сутки будешь в моём распоряжении. Я буду делать с тобой всё, что только вздумается, – от одних только мыслей в штанах вздрагивает, выражая согласие, а над губой Аделаиды проявляется испарина, на шее венка запульсировала, что тоже можно принять за одобрение. – Но если ты окажешься в моей постели раньше срока, в чём я более, чем уверен, то переиграем.
Адель зависает ненадолго, находясь где-то в своих мыслях. Моргает, а потом злорадно посмеивается, "вкусно" при этом причмокивая.
– Да без проблем! Я как раз права недавно получила! От халявной машины не откажусь.
– Думаешь, ты устоишь передо мной?
– Уверена! Этот месяц станет для тебя самой настоящей пыткой.
– Могу с уверенностью сказать тебе то же самое.
Глава 5. Аделаида
С каким превеликим удовольствием я стукнула бы по этой симпатичной, но жутко нахальной роже.
Руки так и просятся взять тарелку с супом со стола и вылить всю эту огненно-острую жижу прямо ему в трусы, чтобы сморщилось всё там, чтобы до самой гробовой доски зуд напоминал обо мне. О том, как я ненавижу его.
– У тебя сейчас такое выражение лица… Ты там случайно не убийство планируешь? – спрашивает он, пуляя в рот ролл, глаза его искрятся серебром.
– Как ты догадался? – отвечаю кое-как.
У самой рот горит, горло жжёт настолько, что ещё чуть-чуть и я начну изрыгать языки пламени.
Что-то я погорячилась с азиатской кухней. Во всех смыслах.
Не думала, что Серёжа так быстро согласится. Предполагала, что он станет навязывать мне своё мнение, но ошиблась.
С ним нужно быть поаккуратней… и с огнём лучше тоже.
От греха подальше задуваю рядом стоявшую зажжённую свечу, чтобы не дай бог не взорваться в случае непроизвольной газовой атаки с "передовой" линии.
– Да так… Частенько с подобным сталкиваюсь, – жмёт плечами и хмыкает он, хочет ещё что-то сказать, но его отвлекает сигнал телефона. Серёжа поглядывает на экран и кривовато ухмыляется ему. – Подожди минутку, никуда не уходи! Хорошо?
Не дождавшись моего ответа, он выскакивает из-за стола, смахивает пальцем вправо. Подносит телефон к уху и со словами: «Марго, я как раз ждал твоего звонка!», произнесёнными елейным голоском, направляется в сторону туалетов.
Козлина!
А что я ожидала от него? Что он сегодня же при мне удалит всех своих баб из бесконечного списков контактов, нацепит на себя трусы верности и будет честным путём добиваться моего расположения?
Испускаю ироничный смешок, удивляясь как мне могло такое в голову прийти. Как я вообще пошла на подобное безрассудство, зная Уварова. Уж я-то его знаю и так сложилось, что мои "Снежинки" тоже. Некоторые из них настолько хорошо, что неделю потом ходили в раскоряку, рассказывая о его всемогущей "штанге".
Идиотки велись на его льстивые словечки, а потом как по расписанию их ожидало разбитое вдребезги сердце, насквозь вымокшая подушка от слёз и полнейшее равнодушие с его стороны.
Наверное, вы скажите, что я сама недалеко от них ушла. Ввязалась в спор, затеяла войну, и так или иначе окажусь в этой войне проигравшей.
Чёрта с два.
После того, как он использовал мою лучшую подругу в своих грязных целях, мы вынашивали план мести около месяца. Мне выпала роль исполнителя, поскольку так вышло, что с Алькой он уже успел познакомиться настолько близко, насколько это вообще возможно.
Правда, нас вычислили за каких-то полчаса и мне не удалось произвести должного эффекта, после которого думала, доведу его каменное сердце до приступа.
Вот, к примеру, я до ужаса боюсь змей и всех ползущих гадов, а что боится Уваров, как вы думаете?
Я тоже думала, что этот наглец ещё с пелёнок страх потерял, но кое-что я всё же нарыла на него.
Наш Серёженька до дрожи в коленках боится стать тряпкой. Он боится прогнуться под девушку, не потерпит отношений и не приведёт в свою постель девушку, которая уже однажды в ней была.
Зная фобии этого негодяя, я намерена поставить его на место. Я проучу его, я сделаю из него тряпку, совью из его нервов коврик и вытру об него свои ноги.
Попытаюсь, если своими выходками не разозлю его ещё больше.
Плевать, теперь это дело принципа. В себе я уверена.
Во всяком случае тачка будет не лишней. Выиграю, и поедем с Алькой отмечать победу в Горный Алтай. Развеем там прах тёмной стороны Уварова на самой крутой вершине.
– Извините, а у вас имеется какой-нибудь острый соус? – спрашиваю я, подозвав к себе официанта.
– В меню у нас представлен васаби, соевый соус.
– Нет, нужно что-нибудь другое. У меня тут особый случай.
– Ну, также в нашем меню имеются соусы "встреться со своим творцом" и грёбаный шмель". Только вот их весьма редко заказывают.
Одни только названия уже говорят сами за себя, но необходимо точно убедиться.
– Почему же?
– О, после них вам будет так горячо, что пекло в самой преисподней с этим даже не сравнится, – произносит он, опасливо озираясь по сторонам, словно предлагает мне купить у него "запрещёнку", что может означать, что это именно то, о чём я думала. – Не советую употреблять, если даже васаби вызывает у вас слёзы.
Мои внутренние демонята коварно посмеиваются и потирают свои когтистые лапки.
– Это как раз то, что мне нужно. Принесите, пожалуйста, все эти наименования.
Пока Уваров болтает с какой-то там Марго, официант приносит мне соусы. Недолго думая, я выливаю всё содержимое соусниц в его суп. Хорошенечко размешиваю. Забираю свой телефон и успеваю прикинуться скучающей по нему до того, как он возвращается за стол.
– Извини, мачеха как обычно любит сесть на уши, хрен заткнёшь, – проясняет он ситуацию, пряча свой телефон в карман джинсов, а мне вдруг как-то тошно становится, и демонята мои голову в песок зарыли.
Не по себе. Сразу в жар бросает. Я-то думала, он там с тёлкой какой-то разговаривает, а тут мачеха, оказывается, нарисовалась.
Совесть взывает во мне, но я всеми внутренними силами стараюсь заглушить её голос.
Он заслужил, – повторяю я про себя.
– Ничего страшного. Кушай супчик, стынет же.
Кирилл прищуривается, словно услышал в моём призыве какой-то подвох.
Опускаю глаза, не выдержав его подозрительного взгляда, угрызение совести мучает, глодает нутро.
Слышу лязганье по тарелке. Серёжа зачерпывает ложку супа, подносит к губам, и, не сводя с меня глаз, отправляет себе в рот.
Держит какое-то время во рту, а затем с усилием проглатывает.
Я втягиваю голову в плечи, ожидая, что он сейчас как завизжит на весь ресторан, что вся посуда разобьётся от высоких частот его голоса, но нет.
Он аккуратно кладёт ложку на стол, салфеткой протирает рот. Положив ладони по обе стороны от тарелки, Серёжа замирает. Он силой мысли делает из меня отбивную.
– Что-то не так? – осмеливаюсь я спросить.
Кожа лица его становится ярко красной, из глаз уже вовсю брызжут слёзы.
– Нет, всё в полном порядке, – хрипит он сквозь зубы. – Подай водички, пожалуйста, АДА.
Сомневаюсь, стоит ли помогать ему, но когда замечаю, что случай тут чрезвычайно хреновый, и всё ведёт к тому, что сейчас у него начнётся анафилактический шок, после которого, вероятнее всего, последует остановка дыхания, я передаю ему свой стакан воды.
Он с жадностью выпивает всю воду.
Но почему? Почему он даже не злится на меня? Он ведь понял, что это я устроила ему преисподнюю в желудке.
Всё-таки угрызение совести становится на порядок сильнее желания поиздеваться над ним, и мне ничего не остаётся, кроме как остаться со своим стыдом наедине.
– Извини, мне пора домой! – стыдливо бросив, я хватаю рюкзак. Быстро подскакиваю из-за стола, стягиваю свою куртку с вешалки и убегаю прочь под его: Стой! Куда ты?
Глава 6. Аделаида
– Что так поздно сегодня? Матч же уже давно закончился. Ты не предупреждала, что будешь задерживаться, – сердито бурчит отец, поймав меня на пороге, словно дежурил под дверью.
Я суетливо убираю ключи в ключницу, разуваюсь, скидываю с себя куртку. Судорожно подбираю достойный ответ, который может его устроить, но понимаю, что вряд ли вообще что-либо может устроить моего гиперзаботливого и чрезмерно переполошенного родителя.
– Извини меня, па. Как-то даже не подумала, что будешь волноваться. Не стоило переживать, мы с Алькой в киношку ходили. Надеюсь, ты уже поужинал? – путём наглого вранья увожу от себя разговор, заглядывая в кухню.
– Нет, ждал тебя как раз, – недоверчивым прищуром проходится по мне снизу вверх.
Неловко как-то. Сразу же хочется выдать ему все свои секреты. Я ведь привыкла делиться с отцом всеми глобальными изменениями в своей жизни до того, как у него появятся собственные домыслы. А это может случиться.
Такой у меня папа. Подозрительный во всём, что касается меня.
С недавних пор за мной ведётся тотальный контроль, доходящий порой до абсурда. Отец как за маленькой следит за мной. Поверяет, взяла ли я с собой лекарства, не закончились ли деньги на балансе.
А как по-другому?
Только я у него осталась, а он – единственный, кто остался у меня…
В прошлом году моя мама скончалась от сердечного приступа. Это произошло после ужасающей новости о том, что жизни её дочерей унесла страшная авария.
Одной из них в результате всё же удалось выкарабкаться. Она выжила, чтобы потом заново умереть, услышав от отца всю правду о том, почему мама не навещает её в больнице.
Я осталась жива, к счастью, или к сожалению, теперь уже и не знаю даже.
Я выжила в той аварии, похоронив в искорёженной груде металла всё, что так любила когда-то. Всё, к чему стремилась долгие годы, всё, ради чего жила…
После того злополучного дня моя жизнь стала бесконечной чёрной дырой, состоящей из одних лишь запретов.
Границы дозволенного сузились тысячекратно, ограничившись жёсткими рамками, с которыми мне теперь приходится уживаться.
Мои мечты остались только мечтами, без малейшей возможности на их осуществление. Теперь все мои мечты погребены глубоко в далёком прошлом. Сейчас только боль и разочарование окружают меня повсюду, оставив позади то светлое будущее, о котором я так грезила.
Отец – единственный лучик света в моей блёклой жизни, ровно так же, как и я у него.
Мне не хочется лишний раз расстраивать его по пустякам, поэтому и приходится скрывать некоторые подробности своей жизни.
– Пап, я не хочу кушать. Давай я тебе разогрею, посижу с тобой за компанию, а потом пойду спать? Что-то голова сегодня целый день болит.
– Всё хорошо? – папа встревоженно подлетает ко мне, зрачки проверяет, температуру. – Где болит?
– Да, говорю же, просто голова болит и всё. Не переживай ты так, – отмахиваюсь, устало улыбнувшись.
Не люблю, когда он понапрасну тревожится обо мне. Тем более, когда первопричиной моей головной боли стал сам Уваров.
– Иди тогда отдыхай, я сам здесь разберусь. И лекарство не забудь принять, – тепло улыбается в ответ.
Поцеловав папу в щёчку, я отправляюсь в свою комнату, швыряю рюкзак на пол и плашмя валюсь на кровать.
Вот что мне теперь делать с Уваровым, спрашивается?
Я проявила жалость ко врагу своему.
Своим ненужным сочувствием я чуть было не запорола операцию "влюбить и уничтожить". В особенности, когда осознала, что он намерен стерпеть всю незавидную участь, что выпадет на его долю.
Господи, проблем своих мало, подавай ещё и Уварова в придачу.
Телефон в рюкзаке вибрирует, сигнализируя о новом сообщении. Я лениво тянусь за ним, достаю из внутреннего кармашка, и на экране вижу всплывающее уведомление, от которого сердце заходит в ритмичный пляс.
Ну надо же!
Во ВКонтакте мне пришло сообщение от самого Сергея Бесподобного: Ты объяснишь мне в чём дело? Почему убежала? Что я сделал не так?
Непроизвольно улыбаюсь экрану, но тут же стираю глуповатую улыбку с лица. Понимаю, что беспокоится он не обо мне вовсе. В данном случае он печётся только о себе любимом.
Хорошенечко обдумав, строчу ответ: Ты мне наскучил. Извини, пришлось уносить ноги.
С: И напоследок ты решила ещё и отравить меня? Просто потому, что я тебе наскучил? А сказать мне было не судьба? Или у тебя всё решается только через глупые и необдуманные поступки?
А ведь он прав. Последние пару дней я поступаю слишком уж неразумно. Вразрез всем своим правилам.
Это он всему виной. Я стала одержима идей насолить ему, но пока что у меня получается насолить только самой себе. Я не могу определиться со своими эмоциями, которые он у меня вызывает.
Глупо, очень глупо. И зачем только я прислушалась к Альке? Зачем затеяла эту аферу, когда знала, что стану убиваться по нему?
А: Не отравить, а добавить нашему свиданию пикантную остринку. Тебе не понравилось разве? Странно, я думала, ты любишь острые ощущения.
С: Это ведь было не свидание. Я хотел лишь поближе узнать тебя, сгладить углы после нашего неоднозначного знакомства! Я ведь даже не подкатывал к тебе, хотя мог! А теперь у меня пропало всякое желание подходить к тебе, не то чтобы узнавать тебя ближе. Кто знает, что меня ждёт дальше… Не хочу я узнавать. Увольте.
Не привыкла я общаться без смайликов и скобочек. Так ведь даже непонятно, какая интонация присуща тому или иному предложению.
Он смеётся надо мной или это он вполне серьёзно? Бывает ли Серёжа когда-нибудь серьёзным вообще?
А: Этим самым ты хочешь сказать, что намерен сдаться? Ты хочешь досрочно принять проигрыш?
С: А ты сама этого хочешь? Хочешь, чтобы я отстал от тебя?
Я теперь уже сомневаюсь в своих желаниях. Серёжа поселился у меня в голове и теперь он только и делает, что устраивает там полный бардак.
Не к добру это. Ой, не к добру.
А: Скорее, да, чем нет…
Он незамедлительно пишет мне ответ, который, по идее, должен порадовать меня, но всё происходит с точностью до наоборот. Повесив нос, я читаю очередное его сообщение:
С: Лады. Тогда завтра я готов переписать тачку на тебя. Паспорт только взять с собой не забудь.
А: Так просто? Ты решил сдаться без борьбы? Три дня ведь всего прошло…
С: Да, решил. За эти три дня я уже пожертвовал своим пищеводом и задницей. Больше я не планирую ничем жертвовать ради тебя и глупого спора. Я слегка не рассчитал свои силы. Ты победила в этой игре.
А: Я тебя не узнаю. Уваров, это точно ты?
С: Я тоже себя не узнаю… Вырос из игр, наверное. Завтра у меня тренировка до двух. Подходи к половине третьего к машине моей. Там я всё тебе отдам.
А: Хорошо. Тогда до завтра?
Серёжа читает сообщение. Я вижу как в поле набирается ответ, но затем он просто выходит из сети, так ничего мне и не ответив.
Получается, я победила? Похоже на то…
Только вот привкус этой победы какой-то пресный и плакать почему-то хочется.
Не выйдет! Не готова я всё это так оставлять. Я не приму такую победу. Не нужна мне его тачка.
Эти три дня я просыпалась с приподнятым настроением, с улыбкой на лице. Я радовалась жизни и излучала лучики позитива, что у самой в глазах рябило, когда видела себя в отражении. Внутри меня было столько сил и энергии. Да я готова была горы свернуть, но всё разом испарилось бесследно.
Приняв безрадостный душ, я нахожу Серёжину настоящую страничку в закладках и "проваливаюсь" туда с головой. Минут десять разглядываю его фотографии, которые уже изучила до мозолей в глазах ещё до нашего формального знакомства.
Когда-то он мне даже нравился. Разумеется, до того, как я узнала, кого он из себя представляет.
Наверное, я как и многие повелась на внешнюю картинку.
Серёжа парень привлекательный. Я бы сказала, до неприличия привлекательный.
Густая каштановая шевелюра с кучеряшками, идеальная растительность на лице. Его глаза графитового-серого цвета всегда блестят и переливаются, как полированная сталь под палящим солнцем. Мускулистое загорелое тело с парочкой татуировок, значения которых никто не знает, и пирсинг в соске.
Всё это может свести с ума любую… Любую малолетку… среди которых оказалась и я.
Ладно, скажу прямо, мне действительно нравился Уваров до поры до времени. Но ровно до тех пор, пока он не переспал с моей лучшей подругой.
После этого случая я возненавидела его. Беда в том, что иногда я забываю о своей ненависти к нему.
К примеру, как сейчас, когда предательские пальцы сами набирают ему сообщение, а потом нажимают кнопку "отправить": Какой твой любимый кофе?
Что я делаю? Ещё подумает, что я от него без ума.
Сообщение Серёжа читает сразу же. Ответа долго ждать не приходится: Любой, только без перца. Хочешь пригласить меня на чашечку кофе? Я пас, сразу говорю.
А: Почему? Я ведь чисто по-дружески. Отметим мой выигрыш.
С: Скорее, мой проигрыш. Ты ведь это хотела написать?
А: А что нам мешает отметить и то, и другое?
С: Я люблю чёрный, без сахара. В полтретьего жду тебя. Мне нужно спать.
Время десять, а он уже спать собрался. Это точно на него непохоже.
Стучу себя ладошкой по лбу, поражаясь своим гениальным умозаключениям.
Что я несу?
Чтобы точно быть уверенной, похоже это на него или нет, наверное, нужно хотя бы знать человека. Хорошенечко покопаться у него в мозгах.
А я знаю его лишь по слухам и по парочке поступков, которые его совершенно не красят.
Но что если он совсем не такой, каким кажется или каким хочет казаться? Можно ведь допустить эту мысль?
Можно, думаю.
Нет, я не стану узнавать его. Не стану лезть ему под шкуру.
Да он и не позволит мне. Он ясно дал понять, что не желает больше связываться со мной.
Всё, забыли. Тачка моя. Я выиграла и на этом всё.
Только вот ещё разок погляжу на его фотографии и навсегда удалю профиль Уварова из закладок.
С: Спорим, что ты сейчас разглядываешь мои фотки? Хочешь расслабиться перед сном? Тебе помочь?
Неужели я так предсказуема?
А: Не хочу! Я вообще-то уже сплю. И ты должен!
С: Не мог уснуть, не посмотрев на твои фотки в купальнике. Я ведь всю дорогу терпеть не мог доходяг, но в тебе что-то есть. Сиськи у тебя зачётные, так и просятся в руки. Дашь подержаться за них напоследок?
И это каких-то пять минут назад я всерьёз размышляла о том, что Серёжа может быть совсем не таким похотливым имбецилом, каким кажется на первый взгляд?
Да он ещё хуже!
А: Подержи себя за… за сам знаешь что! Проверь, а то, может, его и не было у тебя никогда.
С: Я бы устроил для тебя индивидуальную ревизию, где ты могла бы самостоятельно убедиться в том, что у меня есть, а чего нет, но поезд ушёл, АДА. Всё, конец связи!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?